Профьюмо, Джон

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Профьюмо, Джон Деннис»)
Перейти к: навигация, поиск
Джон Профьюмо<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>
Военный министр Великобритании
 
Супруга: Валери Хобсон

Джон Профьюмо (англ. John Dennis Profumo; 30 января 1915, Кенсингтон — 9 марта 2006, Южный Кенсингтон) — наследник многомиллионного состояния, военный министр Великобритании, ушедший в отставку в 1963 году из-за скандала с девушкой по вызову Кристин Килер (так называемое «Дело Профьюмо»).

Предки Профьюмо были итальянцами. После окончания Оксфорда отправился в кругосветное путешествие, в ходе которого посетил Советский Союз, Китай, Японию и США. В 21 год он стал председателем одной из лондонских ассоциаций Консервативной партии. В 1940 году в 25 лет стал самым молодым членом палаты общин. В 1960 году премьер-министр Гарольд Макмиллан назначил его военным министром (государственный секретарь по военным делам; ныне этот пост упразднен и заменен должностью министра обороны)[1].



Дело Профьюмо

В досье ФБР приводятся подробности великосветских вечеринок, перераставших в разнузданные оргии[2].

Журналисты выяснили, что Килер, помимо дружбы с Профьюмо, общалась также с советским военно-морским атташе в Лондоне, по совместительству советским разведчиком Евгением Ивановым. Профьюмо под давлением прессы, которая и раскопала эту историю, заявил в Палате общин британского парламента, что не поддерживал с Килер близких отношений. Опубликованное вскоре письмо, которое он написал ей, привело к отставке министра, а вскоре — и к падению кабинета премьер-министра Гарольда Макмиллана, и к поражению консерваторов на следующих выборах.

Это был момент величайшего позора для Джона Профьюмо. Но его жизнь на этом не закончилась. Примерно через год после отставки Профьюмо начал работать в благотворительном обществе Тойнби-Холл. Используя свои связи в истеблишменте, Профьюмо добивался крупных пожертвований в адрес фонда. Впоследствии он стал председателем этой организации. В 1975 году королева сделала его командором Ордена Британской империи. Маргарет Тэтчер, пригласив Профьюмо на своё семидесятилетие, посадила его рядом с королевой.

Евгений Иванов умер в России в 1994 году. Незадолго до смерти он встречался с Килер в Москве по инициативе одной британской газеты. Сама Килер запомнилась серией известных фотографий 1960-х годов и тремя книгами о её отношениях с Ивановым и Профьюмо.

Считается, что дело Профьюмо не нанесло особого ущерба безопасности Великобритании, хотя по некоторым свидетельствам, такое мнение недооценивает массу информации, полученную советской разведкой[2].

В 2013 году известный композитор лорд Ллойд-Уэббер выступал в Палате лордов с требованием открыть материалы по «делу Профьюмо», однако дело засекретили еще на сто лет. По некоторому утверждению — по причине того, что там имеется компромат на королевскую семью[3].

Напишите отзыв о статье "Профьюмо, Джон"

Примечания

  1. [www.pressmon.com/cgi-bin/press_view.cgi?id=1100252 МИНИСТР ,ЛЮБОВНИЦА И КГБ]. Проверено 23 апреля 2013. [www.webcitation.org/6GDJ0yq3B Архивировано из первоисточника 28 апреля 2013].
  2. 1 2 [www.inopressa.ru/article/26Jul2010/dailymail/kgb.html КГБ прослушивал постельные разговоры британского министра, чтобы украсть ядерные секреты]
  3. [www.kp.ru/daily/26269.3/3146196/ Шпион выносил секреты в ботинке и хранил в бидоне]

Ссылки

  • [archive.is/20130113152624/www.izvestia.ru/retro/article3130196/]
  • [iconicphotos.ru/politics/keeler/]
Внешние изображения
[www.webcitation.org/6dbEKvDqD Джон Профьюмо (1962)]
[www.webcitation.org/6daMvb6oE В кабинете]
[www.webcitation.org/6daN60z2Q Джон Профьюмо]
Предшественник:
Дэвид Ормсби-Гор
Госминистр иностранных дел Великобритании
1959—1960
Преемник:
Joseph Godber

Отрывок, характеризующий Профьюмо, Джон

Князь Андрей стал возражать и доказывать свой план, который мог быть одинаково хорош с планом Вейротера, но имел тот недостаток, что план Вейротера уже был одобрен. Как только князь Андрей стал доказывать невыгоды того и выгоды своего, князь Долгоруков перестал его слушать и рассеянно смотрел не на карту, а на лицо князя Андрея.
– Впрочем, у Кутузова будет нынче военный совет: вы там можете всё это высказать, – сказал Долгоруков.
– Я это и сделаю, – сказал князь Андрей, отходя от карты.
– И о чем вы заботитесь, господа? – сказал Билибин, до сих пор с веселой улыбкой слушавший их разговор и теперь, видимо, собираясь пошутить. – Будет ли завтра победа или поражение, слава русского оружия застрахована. Кроме вашего Кутузова, нет ни одного русского начальника колонн. Начальники: Неrr general Wimpfen, le comte de Langeron, le prince de Lichtenstein, le prince de Hohenloe et enfin Prsch… prsch… et ainsi de suite, comme tous les noms polonais. [Вимпфен, граф Ланжерон, князь Лихтенштейн, Гогенлое и еще Пришпршипрш, как все польские имена.]
– Taisez vous, mauvaise langue, [Удержите ваше злоязычие.] – сказал Долгоруков. – Неправда, теперь уже два русских: Милорадович и Дохтуров, и был бы 3 й, граф Аракчеев, но у него нервы слабы.
– Однако Михаил Иларионович, я думаю, вышел, – сказал князь Андрей. – Желаю счастия и успеха, господа, – прибавил он и вышел, пожав руки Долгорукову и Бибилину.
Возвращаясь домой, князь Андрей не мог удержаться, чтобы не спросить молчаливо сидевшего подле него Кутузова, о том, что он думает о завтрашнем сражении?
Кутузов строго посмотрел на своего адъютанта и, помолчав, ответил:
– Я думаю, что сражение будет проиграно, и я так сказал графу Толстому и просил его передать это государю. Что же, ты думаешь, он мне ответил? Eh, mon cher general, je me mele de riz et des et cotelettes, melez vous des affaires de la guerre. [И, любезный генерал! Я занят рисом и котлетами, а вы занимайтесь военными делами.] Да… Вот что мне отвечали!


В 10 м часу вечера Вейротер с своими планами переехал на квартиру Кутузова, где и был назначен военный совет. Все начальники колонн были потребованы к главнокомандующему, и, за исключением князя Багратиона, который отказался приехать, все явились к назначенному часу.
Вейротер, бывший полным распорядителем предполагаемого сражения, представлял своею оживленностью и торопливостью резкую противоположность с недовольным и сонным Кутузовым, неохотно игравшим роль председателя и руководителя военного совета. Вейротер, очевидно, чувствовал себя во главе.движения, которое стало уже неудержимо. Он был, как запряженная лошадь, разбежавшаяся с возом под гору. Он ли вез, или его гнало, он не знал; но он несся во всю возможную быстроту, не имея времени уже обсуждать того, к чему поведет это движение. Вейротер в этот вечер был два раза для личного осмотра в цепи неприятеля и два раза у государей, русского и австрийского, для доклада и объяснений, и в своей канцелярии, где он диктовал немецкую диспозицию. Он, измученный, приехал теперь к Кутузову.
Он, видимо, так был занят, что забывал даже быть почтительным с главнокомандующим: он перебивал его, говорил быстро, неясно, не глядя в лицо собеседника, не отвечая на деланные ему вопросы, был испачкан грязью и имел вид жалкий, измученный, растерянный и вместе с тем самонадеянный и гордый.
Кутузов занимал небольшой дворянский замок около Остралиц. В большой гостиной, сделавшейся кабинетом главнокомандующего, собрались: сам Кутузов, Вейротер и члены военного совета. Они пили чай. Ожидали только князя Багратиона, чтобы приступить к военному совету. В 8 м часу приехал ординарец Багратиона с известием, что князь быть не может. Князь Андрей пришел доложить о том главнокомандующему и, пользуясь прежде данным ему Кутузовым позволением присутствовать при совете, остался в комнате.