Референдум о независимости Туркмении (1991)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Референдум о независимости Туркмении — прошёл 26 октября 1991 года. На референдум представлены 2 вопроса:

  1. Согласны ли вы с законодательным установлением Туркменистана как независимого демократического государства[1]?
  2. Поддерживаете ли вы заявление Президента и Верховного Совета Туркмениской Советской Социалистической Республики «О внутренней и внешней политике Туркменистана» и практической деятельности для его реализации?

Оба вопроса поддержаны 93 % голосующих[2]. Явка избирателей составила 97,4 %.





Результаты

Независимость

Выбор Голосов %
За 1 707 725 94,06
Против 107 693 5,94
Недействительные бланки -
Всего 1 815 418 100
Зарегистрировано избирателей/явка 1 864 142 97,38
Источник: [www.sudd.ch/event.php?lang=en&id=tm011991 Direct Democracy]

Второй вопрос

Выбор Голосов %
За 93,5
Против 6,5
Недействительные бланки -
Всего 1 815 418 100
Зарегистрировано избирателей/явка 1 864 142 97,38
Источник: [www.sudd.ch/event.php?lang=en&id=tm021991 Direct Democracy]

Напишите отзыв о статье "Референдум о независимости Туркмении (1991)"

Примечания

  1. [www.istmira.com/istnovei/raspad-sssr/page/115/ Ведомости Верховного Совета Туркменистана. 1991. № 15. С. 18—19.]
  2. Nohlen D., Grotz F., Hartmann C. Elections in Asia and the Pacific: A Data Handbook: Volume 1: Middle East, Central Asia, and South Asia (Elections in Asia and the Pacific Vol. 1). — Oxford: Oxford University Press, 2001. — С. 478. — 776 с. — ISBN 0-19-924958-X.

Ссылки

  • [turkmeniya.narod.ru/independent-turkmenistan.html Независимость Туркменистана]

Отрывок, характеризующий Референдум о независимости Туркмении (1991)


Письмо Сони к Николаю, бывшее осуществлением его молитвы, было написано из Троицы. Вот чем оно было вызвано. Мысль о женитьбе Николая на богатой невесте все больше и больше занимала старую графиню. Она знала, что Соня была главным препятствием для этого. И жизнь Сони последнее время, в особенности после письма Николая, описывавшего свою встречу в Богучарове с княжной Марьей, становилась тяжелее и тяжелее в доме графини. Графиня не пропускала ни одного случая для оскорбительного или жестокого намека Соне.
Но несколько дней перед выездом из Москвы, растроганная и взволнованная всем тем, что происходило, графиня, призвав к себе Соню, вместо упреков и требований, со слезами обратилась к ней с мольбой о том, чтобы она, пожертвовав собою, отплатила бы за все, что было для нее сделано, тем, чтобы разорвала свои связи с Николаем.
– Я не буду покойна до тех пор, пока ты мне не дашь этого обещания.
Соня разрыдалась истерически, отвечала сквозь рыдания, что она сделает все, что она на все готова, но не дала прямого обещания и в душе своей не могла решиться на то, чего от нее требовали. Надо было жертвовать собой для счастья семьи, которая вскормила и воспитала ее. Жертвовать собой для счастья других было привычкой Сони. Ее положение в доме было таково, что только на пути жертвованья она могла выказывать свои достоинства, и она привыкла и любила жертвовать собой. Но прежде во всех действиях самопожертвованья она с радостью сознавала, что она, жертвуя собой, этим самым возвышает себе цену в глазах себя и других и становится более достойною Nicolas, которого она любила больше всего в жизни; но теперь жертва ее должна была состоять в том, чтобы отказаться от того, что для нее составляло всю награду жертвы, весь смысл жизни. И в первый раз в жизни она почувствовала горечь к тем людям, которые облагодетельствовали ее для того, чтобы больнее замучить; почувствовала зависть к Наташе, никогда не испытывавшей ничего подобного, никогда не нуждавшейся в жертвах и заставлявшей других жертвовать себе и все таки всеми любимой. И в первый раз Соня почувствовала, как из ее тихой, чистой любви к Nicolas вдруг начинало вырастать страстное чувство, которое стояло выше и правил, и добродетели, и религии; и под влиянием этого чувства Соня невольно, выученная своею зависимою жизнью скрытности, в общих неопределенных словах ответив графине, избегала с ней разговоров и решилась ждать свидания с Николаем с тем, чтобы в этом свидании не освободить, но, напротив, навсегда связать себя с ним.