Ростово-Новочеркасская операция

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
</tr></tr></tr>
Ростово-Новочеркасская операция
Основной конфликт: Гражданская война на Дону
Дата

610 января 1920

Место

Область войска Донского

Причина

Большевикам требовалась территория севернее Ростова

Итог

Победа большевиков. Начало Северо-Кавказской и Одесской операций.

Изменения

Область войска Донского севернее Ростова занята большевиками.

Противники
РСФСР РСФСР ВСЮР

ВВД

</td></tr>
Командующие
Г. Я. Сокольников
(8-я армия)

С. М. Будённый
(1-я конная армия)
М. К. Левандовский
(9-я армия)

К. К. Мамонтов
(4-й Донской кавалерийский корпус)

И. Г. Барбович
(Добровольческий пехотный корпус)
С. М. Топорков
(Сводный кавалерийский корпус)

</td></tr>
Силы сторон
8-я армия

9-я армия
1-я конная армия

3-й Донской кавалерийский корпус

4-й Донской кавалерийский корпус
Сводный кавалерийский корпус
Добровольческий пехотный корпус

</td></tr>
Потери
неизвестно неизвестно
</td></tr>
</td></tr>

</table>


Ростово-Новочеркасская операция (610 января 1920) — наступательная операция Южного (ком. А. И. Егоров, члены РВС — И. В. Сталин и М. М. Лашевич) и Юго-Восточного (ком. В. И. Шорин, члены РВС — С. И. Гусев и И. Т. Смилга) фронтов РККА против белогвардейских войск (ком. А. И. Деникин) во время Гражданской войны на Дону.

В ночь с 6 на 7 января красные войска захватили Таганрог.

7 января войска 9-й армии захватили Новочеркасск, заставив 4-й Донской кавалерийский корпус Мамонтова, вопреки приказу Деникина, отойти за Дон.

В ночь с 8 на 9 января войска 8-й и 1-й Конной армий начали уличные бои в Ростове, и 10 января полностью захватили его.

16 января Верховный совет Антанты принял решение о снятии экономической блокады с РСФСР.



Источники

  • Ростово-Новочеркасская операция БСЭ (3-е издание)
  • [civwar.narod.ru/rosnov.jpg Схема операции]


Напишите отзыв о статье "Ростово-Новочеркасская операция"

Отрывок, характеризующий Ростово-Новочеркасская операция

Последние дни князя Андрея связали Наташу с княжной Марьей. Новое несчастье еще более сблизило их. Княжна Марья отложила свой отъезд и последние три недели, как за больным ребенком, ухаживала за Наташей. Последние недели, проведенные Наташей в комнате матери, надорвали ее физические силы.
Однажды княжна Марья, в середине дня, заметив, что Наташа дрожит в лихорадочном ознобе, увела ее к себе и уложила на своей постели. Наташа легла, но когда княжна Марья, опустив сторы, хотела выйти, Наташа подозвала ее к себе.
– Мне не хочется спать. Мари, посиди со мной.
– Ты устала – постарайся заснуть.
– Нет, нет. Зачем ты увела меня? Она спросит.
– Ей гораздо лучше. Она нынче так хорошо говорила, – сказала княжна Марья.
Наташа лежала в постели и в полутьме комнаты рассматривала лицо княжны Марьи.
«Похожа она на него? – думала Наташа. – Да, похожа и не похожа. Но она особенная, чужая, совсем новая, неизвестная. И она любит меня. Что у ней на душе? Все доброе. Но как? Как она думает? Как она на меня смотрит? Да, она прекрасная».
– Маша, – сказала она, робко притянув к себе ее руку. – Маша, ты не думай, что я дурная. Нет? Маша, голубушка. Как я тебя люблю. Будем совсем, совсем друзьями.
И Наташа, обнимая, стала целовать руки и лицо княжны Марьи. Княжна Марья стыдилась и радовалась этому выражению чувств Наташи.
С этого дня между княжной Марьей и Наташей установилась та страстная и нежная дружба, которая бывает только между женщинами. Они беспрестанно целовались, говорили друг другу нежные слова и большую часть времени проводили вместе. Если одна выходила, то другаябыла беспокойна и спешила присоединиться к ней. Они вдвоем чувствовали большее согласие между собой, чем порознь, каждая сама с собою. Между ними установилось чувство сильнейшее, чем дружба: это было исключительное чувство возможности жизни только в присутствии друг друга.
Иногда они молчали целые часы; иногда, уже лежа в постелях, они начинали говорить и говорили до утра. Они говорили большей частию о дальнем прошедшем. Княжна Марья рассказывала про свое детство, про свою мать, про своего отца, про свои мечтания; и Наташа, прежде с спокойным непониманием отворачивавшаяся от этой жизни, преданности, покорности, от поэзии христианского самоотвержения, теперь, чувствуя себя связанной любовью с княжной Марьей, полюбила и прошедшее княжны Марьи и поняла непонятную ей прежде сторону жизни. Она не думала прилагать к своей жизни покорность и самоотвержение, потому что она привыкла искать других радостей, но она поняла и полюбила в другой эту прежде непонятную ей добродетель. Для княжны Марьи, слушавшей рассказы о детстве и первой молодости Наташи, тоже открывалась прежде непонятная сторона жизни, вера в жизнь, в наслаждения жизни.
Они всё точно так же никогда не говорили про него с тем, чтобы не нарушать словами, как им казалось, той высоты чувства, которая была в них, а это умолчание о нем делало то, что понемногу, не веря этому, они забывали его.