Рунденская волость

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Рунденская волость
латыш. Rundēnu pagasts
Страна

Латвия Латвия

Статус

Волость

Входит в

Лудзенский край

Административный центр

Рундены

Население (2010)

583

Плотность

4,7 чел./км²

Национальный состав

русские, латыши, белорусы

Площадь

124,665 км²

Часовой пояс

UTC+2

Рунденская волость (латыш. Rundēnu pagasts) — территориальная единица (волость) на юго-западе Лудзенского края, граничит с Пилдской, Нирзской и Истрской волостями своего края, Лаудерской волостью Зилупского края, Шкяунской и Эзерниекской волостями Дагдского края, а также с Каунатской волостью Резекненского края. Расстояния: от волостного центра Рундены до районного центра Лудзы — 33 км, до столицы Латвии Риги — 315 км.





Население

Перепись 2000 г. Население Латыши Русские Белорусы
Рунденская волость 800 231 522 23

По данным переписи населения Латвии 2011 года, из 504 жителей Рунденской волости русские составили  61,51 % (310 чел.), латыши —  33,53 % (169 чел.), белорусы —  2,38 % (12 чел.), украинцы —  1,39 % (7 чел.)[1].

Рельеф

Общая площадь С/х земля Леса Инфраструктура Мелиорация
100,00 % 47,45 % 39,89 % 6,70 % 5,96 %
12466,5 ha 5915.9 ha 4972,7 ha 835,1 ha 742.8 ha
  • Рунденская волость находится на Латгальской возвышенности, большую часть волости занимают Разнавские холмы, на юго-востоке Дагденские холмы. Самой высокой является северная часть, которая образует водораздел между реками Даугавой и Великой, также на возвышенности находится западная часть, которая вплотную подходит к массиву Лиелайс Лиепукалнс. Самые высокие холмы — это холм Пентюшу, а также холмы к северу от Ковалишков у Сунуплявы и у Рудзишей. Самое большое озеро — Бижас. Меньшие озёра: Безлесьес, Аунеяс, Тестечковас, Лоборжу, Ауделю, Пакалну, Ворзовас, Казеня, Рудзишу. По территории волости протекает река Сарьянка, которая впадает в Даугаву.

Посёлки и населённые пункты

  • Волостной центр — посёлок Рундены. Населённые пункты: Аделинова (Аделиново), Барсуки, Безлесье, Ближнева (Ближнево), Большая Малиновка, Боры, Бояры, Брижова (Брижово), Бубинова (Бубиново), Вертулова (Вёртулово), Городок, Грейданы, Гринькова (Гриньково), Дворище, Девятники, Дзеняголс (Дзенегали), Дроздовка, Жубули, Замостье, Заречье, Зирги, Зуброва (Зуброво), Кабиловка, Казеня, Казицы, Каннова (Канново), Клещёва (Клещёво), Клумстова (Клумстово), Ковалишки, Ксаверина (Ксаверино), Лабунщина, Лосишки, Лысова (Лысово), Лоборжи, Лосишки, Мазкриница, Малиновка, Мачули, Межавепри, Налоги, Новини, Новийдворс (Новый Двор), Опши, Осова (Осово), Острова (Острово) Пакалны, Пентюши, Перельи, Пешлева (Пешлево), Пунцулова (Пунцулово), Пуща, Роцова (Роцово), Рудзиши, Рулева (Рулево), Русецки, Савина (Савино), Сарья, Станкевичи, Струкали, Сунуплява, Тарчилова (Тарчилово), Тартакс (Тартаки), Теренева (Теренево), Тестечкова (Тестечково), Хомутова (Хомутово), Чухнова (Чухново), Шкорлупова (Шкорлупово), Ячменище.

История

  • Ранее на территории волости располагались поместья[2], Викториново, Бишу и несколько фольварков (полу-поместий) — Зуранполе, Чухново, Большая Кринница, Малая Кринница и Закю. Во время аграрной реформы земли поместий были поделены на наделы. До наших дней сохранился дом поместья Пакалны (находится в частной собственности, архитектурный стиль неоромантика)[3] и парк Рунденского поместья (расположен школьный комплекс). До 1938 года на территории волости находилось несколько школ: в Рулеве, Дроздовке, Рудзишах, Пакалне, Вёртулове и в самих Рунданах. В 1939 году была построена Рунданская средняя школа. В 20-30-е годы в волости были образовано несколько товариществ: кредитно-сберегательное, по контролю за животноводством, сельскохозяйственное. Работали две мельницы, маслодельня, 12 мест торговли продуктовым товаром, две булочные, вино-водочный магазин, а также магазин мануфактурных и кожаных изделий. В Советское время был образован совхоз «Рундены», самый крупный в Лудзенском районе[4]. До 1 июля 2009 года волость входила в состав Лудзенского района.

Хозяйственная деятельность

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

В ведении самоуправления Рунденской волости находятся следующие учреждения, расположенные в волостном центре: школа (не работает с 2007 года), дошкольное учебное заведение, Народный дом, амбулатория и библиотека. Крупнейшие крестьянские хозяйства волости: «Залесье», «Сарья», «Велмес», «Цериба», основной вид деятельности — зерновое и животноводческое хозяйство. В Рунденах находятся 2 магазина и почтовое отделение.

Достопримечательности

Места, связанные с религией и культом

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

  • Рунденская Римская католическая церковь вознесения Христова[5]
  • Вёртуловская православная церковь рождения Св. Богоматери

Документальных свидетельств основания церкви не сохранилось. Известно, что в 1783 году на этом месте стоял униатский храм. В 1836 году из глины и можжевеловых веток была построена предшественница теперешней церкви, на месте которой в 1862 году было начато строительство нового здания церкви, закончившееся в 1866 году. Размеры церкви 18 метров в длину, 9 метров в ширину и 15 метров в высоту. В XIX веке под нужды Вёртуловского православного прихода были отданы 50 гектаров земли. Однако в 1899—1901 годах около 300 прихожан, в поисках лучшей доли, переселились в Сибирь. Примерно в 100 метрах от церкви находится современное Вёртуловское православное кладбище, а в 350 метрах — Вёртуловское средневековое кладбище, являющееся археологическим памятником культуры, охраняемое государством.

  • Старообрядческая моленная в Ближнево

В Рунденской волости находятся две старообрядческие моленные — в Ближнево (действующая) и в Борах.

Археологические памятники культуры, охраняемые государством

Название Место расположения
Вёртуловское средневековое кладбище Вёртулово
Городковское городище I (Горелая гора, Городок) Городок
Городковское городище II (Крутая гора, Костёльная гора) Городок
Зиргский могильник Зирги
Казицкий могильник и Бык-Камень Казицы
Пешлевский могильник Пешлево
Пентюшское городище и поселение Пентюши
Тереневский могильник Между Тереневым и Канновым

Природные памятники

  • Бык-Камень в Казицах
К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Территория Рундан богата камнями. Недалеко от Рундан, в деревне Казицы — на берегу притока Сарьянки (которая впадает в Даугаву) находится гранитный Бык-Камень. Это большой, древний культовый камень балтийских племен[6]. 5,3 метров в длину, 3,5 метра в ширину и 1,8 метров в высоту. Существует предположение, что Бык-Камень служил в качестве пограничного камня для обозначения древней границы. На камне высечены два креста, а также знак в виде подковы, как бы с двумя рогами. Этот знак издали похож на голову оленя или быка — отсюда и название Бык-Камень (по латышски «Bikakmens»). Внизу камня у самой земли высечен ромбовидный знак, значение которого неясно. И если присмотреться, то видны отдельные буквы. С трудом можем прочитать имя Елизар. Одна сторона камня словно подкопана.

Пожилые люди говорят, что если дотронуться до камня — то он забирает все болезни и хвори, и даёт силу и энергию.

О Бык-Камне ходят разные легенды. Одна из них говорит о том, что под камнем зарыт клад. «Однажды бедный кузнец Елизар услышал, что под камнем зарыт клад. Решил добыть его. Взял молоток, топор и лопату и отправился добывать клад. Когда он стал откапывать камень, то внезапно поднялся сильный ураган. Деревья прогнулись до земли. Откуда не возьмись — появился бык и напал на Елизара. Елизар не растерялся и ударил быка по рогам. Один рог упал. И в ту же самую минуту ураган внезапно прекратился. Елизар поднял рог, а тот оказался золотым. С тех пор Елизар стал богатым.»

Ещё одна легенда о Бык-Камне «В ночь на Лиго камень становится красным и горячим, а на камне сидит чёрный кот и мурлычет. Однако смельчаков, проверить это, что-то не находится.»

  • Рунданские Чёртовы ямы

Рунданские Чёртовы ямы (латыш. Velna dobes, латгальск. Valna dūbes) — природный памятник, площадью 3 гектара. Находится на Латгальской возвышенности в 3-4 километрах на северо-восток от Рундан, в 800 метрах от дороги Рундены — Лаудери, на территории Рунденской и Лаудерской волостей. С 1997 года Чёртовы ямы являются охраняемым геоморфологическим объектом, единственным подобного типа в Балтии. Это пять ям неизвестного происхождения, некоторые заполнены водой, другие заросли кустами малины. Возникновение ям связывают с возможним падением метеорита. Есть также предположения, что это карстовые образования[7].

Скульптурные памятники и инсталляции

  • Гора Крестов в Рунданах[8]
  • Памятник на месте одной из битв Второй мировой войны в Сунупляве

Мемориальный ансамбль, созданный в память об одиннадцати героях разных национальностей Второй мировой войны на высоте Сунуплява (высота 144)[9]. Находится на обочине дороги Рундены — Лаудери. Мемориальный ансамбль создан из больших валунов, автор А.Дрипе.

Известные жители

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Известные личности, родившиеся или жившие на территории Рунденской волости:

  • Янис Алнис (уроженец Рундан) — конструктор-ракетчик, краеевед, подвижник, основатель Горы Крестов в Рунданах.
  • Петерис Берёза (уроженец Гриньково — 10.07.2002.) — краеевед, первооткрыватель Рунденских Чёртовых ям[10].
  • Артур Буртниекс (житель Рундан — умер в ссылке в Сибири) — директор школы, в 1938 году возглавил строительство Рунденской средней школы, был репрессирован в Сибирь.
  • Евгений Васильев (житель Рундан, родился 23.02.1932.) — поэт, учитель.
  • Виктор Пентюш (09.07.1915. Рунданский приход — 19.02.2007. Рига) — католический священник, профессор, викарий кафедрального собора Св. Екаба, наставник Рижской Духовной семинарии[11]. В 1948 году был репрессирован и сослан в Воркуту (Коми), откуда вернулся на Родину в 1956 году.
  • Волдемар Рагусала (21.07.1907. Рундены) — публицист.
  • Алексис Рубулис (10.11.1922. Рунденская волость) — писатель, поэт, историк, филолог, знаток литературы, публицист. Учился в Балтийском университете в Германии, в университетах Чикаго, Индианы, Мадрида, Стэнфорда, Упсала, Хельсинки, Гамбурга и Геттингена. С 1987 профессор, живёт в Чикаго, США. Автор романа «Со смертью на ты», сборника рассказов и новелл «Via tua», аллегории «Каждому своё», сборников стихов «В Латгалию», «Завещание» и других литературных работ.
  • Анта Ругате (16.04.1949. Пуща) — журналист, политик, депутат 5 — 9 Сеймов.
  • Эмилия Сойда (22.03.1924. Опши — 12.05.1989.) — языковед, доцент Латвийского Университета, руководитель Кафедры латышского языка, продекан Факультета истории и филологии, автор множества книг и учебных пособий.
  • Шалва Хмелидзе (грузин, житель Рундан — 24.09.2010. Пасиене) — учитель, публицист, исследователь истории Латгальского края и многих других земель, исследователь военных действий Северных флотов СССР и Великобритании во время Второй мировой войны, участником которых был сам[12].
  • Игнат Чекстер (27.11.1842. Новый Двор — 03.09.1914, Петергоф) — топограф, один из первых генералов-латгальцев в армии Российской империи[13].
  • Юлиан Чекстер (21.04.1885. Новый Двор — ?) — публицист, агроном.
  • Владислав Швейде (28.02.1915. Осово — 11.08.1984. Рига) — художник, декоратор. Рисовал в технике темпера морские виды, этюды из рыбацкой жизни, пейзажи Латгалии и виды Старой Риги.

Напишите отзыв о статье "Рунденская волость"

Примечания

  1. [pop-stat.mashke.org/latvia-ethnic-comm2011.htm Численность населения и этносостав городов, краёв и волостей Латвии по переписи населения 2011]
  2. Рунденское поместье, статья 3.3
  3. [www.pilis.lv/a_pnm/search.php?rajon=15&pilseta=0&pagasts=354&nosauk=&search=Mekl%E7t, Замки и усадьбы, www.pilis.lv]
  4. [www.ludzasbiblio.lv/mod.php?name=dbn_lv&go=showcat&cid=23, Библиотека, www.ludzasbiblio.lv]
  5. Рунденская Римская католическая церковь вознесения Христова, статья 3.2
  6. [turisms.ludza.lv/mod.php?name=pages_lv&go=showcat&cid=29, Бык-Камень, turisms.ludza.lv]
  7. [www.pirtslietas.lv/web/?id=401066, Чёртовы ямы, www.pirtslietas.lv]
  8. Гора Крестов, Рундены, статья 3.1
  9. [turisms.ludza.lv/mod.php?name=pages&go=showcat&cid=16, Сунуплявский мемориальный ансамбль, turisms.ludza.lv]
  10. [www.mammadaba.lv/download/ziemellatgale.pdf Петерис Берёза, www.mammadaba.lv]
  11. [www.katedrale.lv/index.php?id=7592 Виктор Пентюш, www.katedrale.lv]
  12. [www.kuldiga.lv/index.php?art_id=93 Шалва Хмелидзе, Igo Midrijānis «Tikšanās ar neparastu cilvēku»]
  13. [www.lv.lv/index.php?menu_body=DOC&id=50528&menu_left=LAIDIENS... Игнат Чекстер, www.lv.lv]

Отрывок, характеризующий Рунденская волость

Пятые были приверженцы Барклая де Толли, не столько как человека, сколько как военного министра и главнокомандующего. Они говорили: «Какой он ни есть (всегда так начинали), но он честный, дельный человек, и лучше его нет. Дайте ему настоящую власть, потому что война не может идти успешно без единства начальствования, и он покажет то, что он может сделать, как он показал себя в Финляндии. Ежели армия наша устроена и сильна и отступила до Дриссы, не понесши никаких поражений, то мы обязаны этим только Барклаю. Ежели теперь заменят Барклая Бенигсеном, то все погибнет, потому что Бенигсен уже показал свою неспособность в 1807 году», – говорили люди этой партии.
Шестые, бенигсенисты, говорили, напротив, что все таки не было никого дельнее и опытнее Бенигсена, и, как ни вертись, все таки придешь к нему. И люди этой партии доказывали, что все наше отступление до Дриссы было постыднейшее поражение и беспрерывный ряд ошибок. «Чем больше наделают ошибок, – говорили они, – тем лучше: по крайней мере, скорее поймут, что так не может идти. А нужен не какой нибудь Барклай, а человек, как Бенигсен, который показал уже себя в 1807 м году, которому отдал справедливость сам Наполеон, и такой человек, за которым бы охотно признавали власть, – и таковой есть только один Бенигсен».
Седьмые – были лица, которые всегда есть, в особенности при молодых государях, и которых особенно много было при императоре Александре, – лица генералов и флигель адъютантов, страстно преданные государю не как императору, но как человека обожающие его искренно и бескорыстно, как его обожал Ростов в 1805 м году, и видящие в нем не только все добродетели, но и все качества человеческие. Эти лица хотя и восхищались скромностью государя, отказывавшегося от командования войсками, но осуждали эту излишнюю скромность и желали только одного и настаивали на том, чтобы обожаемый государь, оставив излишнее недоверие к себе, объявил открыто, что он становится во главе войска, составил бы при себе штаб квартиру главнокомандующего и, советуясь, где нужно, с опытными теоретиками и практиками, сам бы вел свои войска, которых одно это довело бы до высшего состояния воодушевления.
Восьмая, самая большая группа людей, которая по своему огромному количеству относилась к другим, как 99 к 1 му, состояла из людей, не желавших ни мира, ни войны, ни наступательных движений, ни оборонительного лагеря ни при Дриссе, ни где бы то ни было, ни Барклая, ни государя, ни Пфуля, ни Бенигсена, но желающих только одного, и самого существенного: наибольших для себя выгод и удовольствий. В той мутной воде перекрещивающихся и перепутывающихся интриг, которые кишели при главной квартире государя, в весьма многом можно было успеть в таком, что немыслимо бы было в другое время. Один, не желая только потерять своего выгодного положения, нынче соглашался с Пфулем, завтра с противником его, послезавтра утверждал, что не имеет никакого мнения об известном предмете, только для того, чтобы избежать ответственности и угодить государю. Другой, желающий приобрести выгоды, обращал на себя внимание государя, громко крича то самое, на что намекнул государь накануне, спорил и кричал в совете, ударяя себя в грудь и вызывая несоглашающихся на дуэль и тем показывая, что он готов быть жертвою общей пользы. Третий просто выпрашивал себе, между двух советов и в отсутствие врагов, единовременное пособие за свою верную службу, зная, что теперь некогда будет отказать ему. Четвертый нечаянно все попадался на глаза государю, отягченный работой. Пятый, для того чтобы достигнуть давно желанной цели – обеда у государя, ожесточенно доказывал правоту или неправоту вновь выступившего мнения и для этого приводил более или менее сильные и справедливые доказательства.
Все люди этой партии ловили рубли, кресты, чины и в этом ловлении следили только за направлением флюгера царской милости, и только что замечали, что флюгер обратился в одну сторону, как все это трутневое население армии начинало дуть в ту же сторону, так что государю тем труднее было повернуть его в другую. Среди неопределенности положения, при угрожающей, серьезной опасности, придававшей всему особенно тревожный характер, среди этого вихря интриг, самолюбий, столкновений различных воззрений и чувств, при разноплеменности всех этих лиц, эта восьмая, самая большая партия людей, нанятых личными интересами, придавала большую запутанность и смутность общему делу. Какой бы ни поднимался вопрос, а уж рой этих трутней, не оттрубив еще над прежней темой, перелетал на новую и своим жужжанием заглушал и затемнял искренние, спорящие голоса.
Из всех этих партий, в то самое время, как князь Андрей приехал к армии, собралась еще одна, девятая партия, начинавшая поднимать свой голос. Это была партия людей старых, разумных, государственно опытных и умевших, не разделяя ни одного из противоречащих мнений, отвлеченно посмотреть на все, что делалось при штабе главной квартиры, и обдумать средства к выходу из этой неопределенности, нерешительности, запутанности и слабости.
Люди этой партии говорили и думали, что все дурное происходит преимущественно от присутствия государя с военным двором при армии; что в армию перенесена та неопределенная, условная и колеблющаяся шаткость отношений, которая удобна при дворе, но вредна в армии; что государю нужно царствовать, а не управлять войском; что единственный выход из этого положения есть отъезд государя с его двором из армии; что одно присутствие государя парализует пятьдесят тысяч войска, нужных для обеспечения его личной безопасности; что самый плохой, но независимый главнокомандующий будет лучше самого лучшего, но связанного присутствием и властью государя.
В то самое время как князь Андрей жил без дела при Дриссе, Шишков, государственный секретарь, бывший одним из главных представителей этой партии, написал государю письмо, которое согласились подписать Балашев и Аракчеев. В письме этом, пользуясь данным ему от государя позволением рассуждать об общем ходе дел, он почтительно и под предлогом необходимости для государя воодушевить к войне народ в столице, предлагал государю оставить войско.
Одушевление государем народа и воззвание к нему для защиты отечества – то самое (насколько оно произведено было личным присутствием государя в Москве) одушевление народа, которое было главной причиной торжества России, было представлено государю и принято им как предлог для оставления армии.

Х
Письмо это еще не было подано государю, когда Барклай за обедом передал Болконскому, что государю лично угодно видеть князя Андрея, для того чтобы расспросить его о Турции, и что князь Андрей имеет явиться в квартиру Бенигсена в шесть часов вечера.
В этот же день в квартире государя было получено известие о новом движении Наполеона, могущем быть опасным для армии, – известие, впоследствии оказавшееся несправедливым. И в это же утро полковник Мишо, объезжая с государем дрисские укрепления, доказывал государю, что укрепленный лагерь этот, устроенный Пфулем и считавшийся до сих пор chef d'?uvr'ом тактики, долженствующим погубить Наполеона, – что лагерь этот есть бессмыслица и погибель русской армии.
Князь Андрей приехал в квартиру генерала Бенигсена, занимавшего небольшой помещичий дом на самом берегу реки. Ни Бенигсена, ни государя не было там, но Чернышев, флигель адъютант государя, принял Болконского и объявил ему, что государь поехал с генералом Бенигсеном и с маркизом Паулучи другой раз в нынешний день для объезда укреплений Дрисского лагеря, в удобности которого начинали сильно сомневаться.
Чернышев сидел с книгой французского романа у окна первой комнаты. Комната эта, вероятно, была прежде залой; в ней еще стоял орган, на который навалены были какие то ковры, и в одном углу стояла складная кровать адъютанта Бенигсена. Этот адъютант был тут. Он, видно, замученный пирушкой или делом, сидел на свернутой постеле и дремал. Из залы вели две двери: одна прямо в бывшую гостиную, другая направо в кабинет. Из первой двери слышались голоса разговаривающих по немецки и изредка по французски. Там, в бывшей гостиной, были собраны, по желанию государя, не военный совет (государь любил неопределенность), но некоторые лица, которых мнение о предстоящих затруднениях он желал знать. Это не был военный совет, но как бы совет избранных для уяснения некоторых вопросов лично для государя. На этот полусовет были приглашены: шведский генерал Армфельд, генерал адъютант Вольцоген, Винцингероде, которого Наполеон называл беглым французским подданным, Мишо, Толь, вовсе не военный человек – граф Штейн и, наконец, сам Пфуль, который, как слышал князь Андрей, был la cheville ouvriere [основою] всего дела. Князь Андрей имел случай хорошо рассмотреть его, так как Пфуль вскоре после него приехал и прошел в гостиную, остановившись на минуту поговорить с Чернышевым.
Пфуль с первого взгляда, в своем русском генеральском дурно сшитом мундире, который нескладно, как на наряженном, сидел на нем, показался князю Андрею как будто знакомым, хотя он никогда не видал его. В нем был и Вейротер, и Мак, и Шмидт, и много других немецких теоретиков генералов, которых князю Андрею удалось видеть в 1805 м году; но он был типичнее всех их. Такого немца теоретика, соединявшего в себе все, что было в тех немцах, еще никогда не видал князь Андрей.
Пфуль был невысок ростом, очень худ, но ширококост, грубого, здорового сложения, с широким тазом и костлявыми лопатками. Лицо у него было очень морщинисто, с глубоко вставленными глазами. Волоса его спереди у висков, очевидно, торопливо были приглажены щеткой, сзади наивно торчали кисточками. Он, беспокойно и сердито оглядываясь, вошел в комнату, как будто он всего боялся в большой комнате, куда он вошел. Он, неловким движением придерживая шпагу, обратился к Чернышеву, спрашивая по немецки, где государь. Ему, видно, как можно скорее хотелось пройти комнаты, окончить поклоны и приветствия и сесть за дело перед картой, где он чувствовал себя на месте. Он поспешно кивал головой на слова Чернышева и иронически улыбался, слушая его слова о том, что государь осматривает укрепления, которые он, сам Пфуль, заложил по своей теории. Он что то басисто и круто, как говорят самоуверенные немцы, проворчал про себя: Dummkopf… или: zu Grunde die ganze Geschichte… или: s'wird was gescheites d'raus werden… [глупости… к черту все дело… (нем.) ] Князь Андрей не расслышал и хотел пройти, но Чернышев познакомил князя Андрея с Пфулем, заметив, что князь Андрей приехал из Турции, где так счастливо кончена война. Пфуль чуть взглянул не столько на князя Андрея, сколько через него, и проговорил смеясь: «Da muss ein schoner taktischcr Krieg gewesen sein». [«То то, должно быть, правильно тактическая была война.» (нем.) ] – И, засмеявшись презрительно, прошел в комнату, из которой слышались голоса.
Видно, Пфуль, уже всегда готовый на ироническое раздражение, нынче был особенно возбужден тем, что осмелились без него осматривать его лагерь и судить о нем. Князь Андрей по одному короткому этому свиданию с Пфулем благодаря своим аустерлицким воспоминаниям составил себе ясную характеристику этого человека. Пфуль был один из тех безнадежно, неизменно, до мученичества самоуверенных людей, которыми только бывают немцы, и именно потому, что только немцы бывают самоуверенными на основании отвлеченной идеи – науки, то есть мнимого знания совершенной истины. Француз бывает самоуверен потому, что он почитает себя лично, как умом, так и телом, непреодолимо обворожительным как для мужчин, так и для женщин. Англичанин самоуверен на том основании, что он есть гражданин благоустроеннейшего в мире государства, и потому, как англичанин, знает всегда, что ему делать нужно, и знает, что все, что он делает как англичанин, несомненно хорошо. Итальянец самоуверен потому, что он взволнован и забывает легко и себя и других. Русский самоуверен именно потому, что он ничего не знает и знать не хочет, потому что не верит, чтобы можно было вполне знать что нибудь. Немец самоуверен хуже всех, и тверже всех, и противнее всех, потому что он воображает, что знает истину, науку, которую он сам выдумал, но которая для него есть абсолютная истина. Таков, очевидно, был Пфуль. У него была наука – теория облического движения, выведенная им из истории войн Фридриха Великого, и все, что встречалось ему в новейшей истории войн Фридриха Великого, и все, что встречалось ему в новейшей военной истории, казалось ему бессмыслицей, варварством, безобразным столкновением, в котором с обеих сторон было сделано столько ошибок, что войны эти не могли быть названы войнами: они не подходили под теорию и не могли служить предметом науки.
В 1806 м году Пфуль был одним из составителей плана войны, кончившейся Иеной и Ауерштетом; но в исходе этой войны он не видел ни малейшего доказательства неправильности своей теории. Напротив, сделанные отступления от его теории, по его понятиям, были единственной причиной всей неудачи, и он с свойственной ему радостной иронией говорил: «Ich sagte ja, daji die ganze Geschichte zum Teufel gehen wird». [Ведь я же говорил, что все дело пойдет к черту (нем.) ] Пфуль был один из тех теоретиков, которые так любят свою теорию, что забывают цель теории – приложение ее к практике; он в любви к теории ненавидел всякую практику и знать ее не хотел. Он даже радовался неуспеху, потому что неуспех, происходивший от отступления в практике от теории, доказывал ему только справедливость его теории.
Он сказал несколько слов с князем Андреем и Чернышевым о настоящей войне с выражением человека, который знает вперед, что все будет скверно и что даже не недоволен этим. Торчавшие на затылке непричесанные кисточки волос и торопливо прилизанные височки особенно красноречиво подтверждали это.
Он прошел в другую комнату, и оттуда тотчас же послышались басистые и ворчливые звуки его голоса.