Самарская Лука (национальный парк)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

К:Википедия:Статьи без изображений (тип: не указан)

</tt>

</tt>

</tt>

Самарская Лука
Категория МСОП — II (Национальный парк)
53°18′27″ с. ш. 49°49′49″ в. д. / 53.30750° с. ш. 49.83028° в. д. / 53.30750; 49.83028 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=53.30750&mlon=49.83028&zoom=9 (O)] (Я)Координаты: 53°18′27″ с. ш. 49°49′49″ в. д. / 53.30750° с. ш. 49.83028° в. д. / 53.30750; 49.83028 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=53.30750&mlon=49.83028&zoom=9 (O)] (Я)
РасположениеСамарская область
СтранаРоссия Россия
Ближайший городЖигулёвск
Площадь134 000 га
Дата основания28.04.1984
Управляющая организацияМинистерство природных ресурсов и экологии Российской Федерации
Сайт[www.npsamluka.ru/ amluka.ru]
Самарская Лука

«Сама́рская Лука́» — государственный природный национальный парк на территории Самарской Луки, расположенный в Самарской области. Вместе с Жигулевским заповедником им. И. И. Спрыгина входит в состав Средне-Волжского комплексного биосферного резервата, созданного под эгидой ЮНЕСКО.





Общие сведения

Национальный парк располагается на территории Волжского, Ставропольского и Сызранского административных районов, а также частично в пределах городской черты городов Жигулёвска и Самары. В границы национального парка входит 100-метровая буферная зона акватории Саратовского водохранилища. Общая площадь парка 134 тыс. га. Она разделена на 5 участковых лесничеств.

Административная столица парка — город Жигулевск.

Национальный парк «Самарская Лука» имеет собственный флаг, эмблему и талисман-лисицу.

История создания

В 1970-м году инициативная группа, действовавшая от имени общества охраны природы, предполагала создать на территории всей Самарской Луки не занятой заповедником — природный парк. Один из проектов разработанных в то время предусматривал застройку всего побережья непрерывной цепью высотных 40-этажных гостиниц, а территорию парка предполагалось рассечь густой сетью автотрасс. Но разработку проекта тогда приостановили на 15 лет до 1984 года.

Когда активисты-учёные вновь получили «зелёный свет», оказалось, что на Самарской Луке уже выросло более 10 тысяч дач, была отведена новая территория под карьерные разработки и построена Тольяттинская птицефабрика. Документы для нового природоохранного учреждения создавались «с нуля» и применялась следующая практика: по любому вопросу формировалась бумага, которая подписывалась огромным количеством людей. Если бумага была серьёзной, её отправляли на подпись академикам, профессорам, с просьбой поддержать идею. Самые простые идеи отдавались на подпись населению. Формально имея характер «народного проекта», проект, по сути, был создан тремя людьми: Т. В. Тезиковой, А. С. Захаровым и Ю. К. Рощевским.

Наконец, постановлением Совета Министров РСФСР от 28 апреля 1984 г. № 161 на базе Жигулевского и Рождественского мехлесхозов Министерства лесного хозяйства РСФСР (Постановление СМ РСФСР от 28.04.1984, № 161) был создан государственный природный национальный парк (ныне национальный парк) «Самарская Лука».

Физико-географические условия

Геология и рельеф

Самарская Лука располагается на границе двух крупных геоморфологических регионов — Приволжской возвышенности и Низкого Заволжья. Северную часть территории Самарской Луки занимают Жигулёвские горы (13 % всей территории) с наивысшими отметками до 381 м. К югу гористая местность переходит в нагорную часть Самарской Луки с общим падением уклона к р. Волге, с характерным переходом волнисто-овражистого рельефа в равнину. Волжские поймы занимают 8 % территории.

Район Самарской Луки сложен мощной толщей известняков и доломитов каменноугольного и пермского возраста. Коренные породы, кроме слоя покровных суглинков, нередко бывают покрыты щебнисто-глыбовыми продуктами выветривания мощностью 5—20 см. Почти вся толща коренных пород закарстована. Основным широко развитым геодинамическим процессом является карстообразование. Наибольшее распространение карстовые полости получили в восточной части территории, где зарегистрировано более 500 воронок и впадин размером от 1 до 100 м в длину и от 1 до 20 м в глубину.

Гидрография

Единственной водной артерией Самарской Луки является р. Волга. Со строительством плотин на р. Волге образованы два водохранилища — Куйбышевское и Саратовское. Ширина на разных участках Саратовского водохранилища в пределах Самарской Луки колеблется от 1—2 км в межень до 13—15 км в половодье. Максимальные глубины 14—18 м. Средняя толщина льда на водохранилище составляет 0,7 м, максимальная — 1,1 м. В отдельных местах толщина льда достигает 1,5—2,0 м. Современный гидрологический режим р. Волги в пределах Самарской Луки складывается под воздействием работы Жигулевской ГЭС.

Почвы

Территория находится на границе лесной и лесостепной зон, что обусловило разнообразие почвенного покрова. Здесь сформировались чернозёмы оподзоленные, выщелоченные и типичные, дерново-карбонатные почвы и, местами, серые лесные. Зональные черты распространения почв значительно нарушаются условиями рельефа, геологическим строением, контрастами растительного покрова. Большая часть территории, занятой чернозёмами, в настоящее время распахана. На территориях, подверженных водной эрозии, наблюдаются смытые почвы.

Биологическое разнообразие

Растительность

По ботанико-географическому районированию территория Самарской Луки входит в Восточно-Европейскую лесостепную провинцию Евроазиатской степной области. Здесь выделяются следующие растительные формации: восточно-европейские лесостепные и степные сосновые леса, восточно-европейские широколиственные леса, степи и сельхозугодья на их месте, растительность пойм.

Флора Самарской Луки насчитывает 1500 видов сосудистых растений. Наиболее древнее ядро сложено плиоценовыми реликтами — шаровница точечная, можжевельник казацкий, короставник татарский, шиверекия подольская, герань Роберта и др. Кроме того, здесь встречаются растения, сохранившиеся с ледникового периода: толокнянка обыкновенная, динлазий сибирский, ветреница алтайская, дуб черешчатый, лещина и др.

По территории Самарской Луки проходят границы ареалов ряда видов растений. Особый научный интерес представляют растения — узколокальные эндемики Самарской Луки и Жигулевской возвышенности: качим Юзепчука, молочай жигулевский, ясколка жигулевская, качим жигулевский, тимьян жигулевский, солнцецвет монетолистный. К эндемикам более обширных территории Восточной Европы относятся свыше 60 видов растений: боярышник волжский, короставник татарский, гвоздика иглолистная, гвоздика волжская, колокольчик волжский, полынь солянковидная, незабудка Попова и др. Около 200 растений являются редким, 18 из них включены в Красную книгу РФ.

Среди лесов преобладают лиственные — 97,9 %, в том числе липняки, дубравы, осинники. Сообщества из других пород составляют небольшую долю: березняки, кленовники, сообщества с вязами гладким и шершавым, тополем чёрным, ясенем. Хвойные насаждения представлены сосной.

Широколиственно-сосновые леса небольшими массивами встречаются на склонах и гребнях Жигулевских гор и представлены сосняками со вторым ярусом из широколиственных пород — дуба черешчатого, липы сердцевидной, клёна остролистного.

На крутых южных склонах произрастают сосновые остепнённые боры. Их древостой сформирован сосной обыкновенной, деревья часто корявые, низкорослые, не выше 10—15 м. В травяном покрове участвуют степные виды: овсец пушистый, типчак, осока стоповидная, подмаренник красильный. На крутых известняковых склонах произрастают также дубовые леса. Древостой невысокий, состоит из дуба черешчатого, иногда переходит в кустарниковые заросли. В подлеске заметную роль играет клён татарский, характерный для светлых сухих лесов. Обычны степные кустарники: карагана кустарниковая, слива колючая.

Луговые степи и остепнённые луга Самарской Луки приурочены как к гористому, так и равнинному рельефу. На Жигулёвских горах широко распространен один из вариантов луговых степей — каменистые степи. К флоре каменистых степей принадлежит большая часть эндемичных и реликтовых растений Самарской Луки.

Волжская пойма на большей части своей территории покрыта древесной и травянистой растительностью. Здесь встречаются ивовые, осокоревые, вязовые, дубовые леса. Травянистая растительность волжской поймы представлена лугами из канареечника, костреца безостого и пырея ползучего со значительной примесью в травостое разнотравья, образованного щавелем курчавым, окопником лекарственным, кровохлёбкой лекарственной, чистецом болотным, девясилом британским и др.

Есть на Самарской Луке и небольшие по площади болота, что для лесостепной зоны явление довольно редкое. В Рождественской низине сохранились Клюквенное и Моховое болота, однако, многие типичные болотные растения исчезли в результате торфоразработок в 30—40-е годы XX века.

Животный мир

На территории национального парка отмечены 304 вида наземных позвоночных животных: 54 вида млекопитающих, 230 — птиц, 10 — пресмыкающихся, 11 видов земноводных. Ихтиофауна Самарской Луки насчитывает 61 вид и подвид.

За последнее столетие количество позвоночных в этих местах сократилась на 15 видов. Среди исчезнувших — бурый медведь, большой тушканчик, европейский сурок, огарь, чёрный аист, малая крачка. В последние десятилетия благодаря природоохранной деятельности, в национальном парке снова появились — беркут, лебедь-шипун, обыкновенный бобр. Заслуживает охраны и косуля, которая за последние 10 лет резко сократила свою численность.

Своеобразие фауны Самарской Луки ярко выражено прежде всего в том, что не менее 30 % позвоночных животных обитают здесь на границе своих ареалов. Наряду с широко распространенными видами преобладают виды характерные для европейских широколиственных и хвойно-широколиственных лесов — соня-полчок, лесная соня, желтогорлая мышь, рыжая полевка, серая неясыть, клинтух, зелёный дятел, мухоловка-белошейка и др. Так же сибирские и таёжные виды — лось, заяц-беляк, полевка-экономка, длиннохвостая неясыть, мохноногий сыч, глухарь, зелёная пеночка и др. А в непосредственном соседстве с ними живут типично-южные и степные виды — обыкновенная слепушонка, малый суслик, степная мышовка, огарь, черноголовый хохотун, домовой сыч, полевой конек, болотная черепаха, разноцветная ящурка, водяной уж. Некоторые виды находятся у западных рубежей их распространения: большой суслик, желтоспинная трясогузка и др. Большой интерес представляют реликтовые виды, отделённые значительным расстоянием от своего основного ареалаобыкновенный слепыш, узорчатый полоз.

Самые крупные представители животного мира Жигулей — копытные: лось, кабан и косуля. Из крупных хищников здесь обитают волк, лисица, изредка встречается рысь и енотовидная собака. До недавнего времени на Самарской Луке обитала самая многочисленная группировка волков в области. Но в настоящее время популяция волков находится в угнетённом состоянии в результате антропогенного влияния. Из мелких хищных млекопитающих на Самарской Луке можно встретить горностая, ласку, лесную куницу и др.

Что касается птиц, то настоящему времени на Самарской Луке насчитывается более 200 видов птиц, встречаются виды, включённые в Красные книги различного ранга. За последние 100 лет видовое разнообразие несколько уменьшилось. К числу исчезнувших видов относятся чёрный аист, сапсан, огарь, малая выпь. Исчезновение этих видов, по-видимому, обусловлено общей урбанизацией территории, связанной с добычей нефти, строительством дорог, зарегулированием стока Волги, застройкой побережий.

Значительная часть обитающих на Самарской Луке видов здесь постоянно гнездится или обитает оседло, есть и виды, посещающие территорию (зимующие, кормящиеся, залетные) или пересекающие её во время миграций (пролетные).

Особую ценность среди оседлых птиц представляет так называемая боровая дичь — птицы из отряда куриных: глухарь, тетерев и рябчик. В былые времена они были весьма многочисленны. Сейчас же уже давно неслышно на Самарской Луке глухариных токов, а тетеревиные стали большой редкостью. Впрочем, есть и обратная тенденция в прежние времена орлан-белохвост был перелетным видом, который гнездился в наших краях, а на зиму откочевывал к югу, туда, где есть водоемы, не скованные льдом. После создания ГЭС на Волге в их нижних бьефах вода не замерзает даже в самые суровые зимы, и орлан превратился в оседлого жителя, он перестал покидать наши края на зиму.

Сочетание горных и пойменных ландшафтов на Самарской Луке создало уникальные условия для многочисленного и разнообразного населения рукокрылых. Учёные насчитывают 15 видов летучих мышей, постоянно обитающих в этих местах. Вечерницы, нетопыри и двухцветные кожаны, так же как и перелётные птицы, мигрируют на юг. А ночницы, кожаны и ушаны ведут оседлый образ жизни, зимуя в ближайших пещерах и заброшенных штольнях, образуя колонию численностью до 30 тыс. особей — самую большую в Европе. Во избежание беспокойства рукокрылых в зимнее время вход в некоторые штольни заблокирован решётками. Низкая рождаемость летучих мышей, сокращение площадки старых лесов, беспокойство на зимовках делают эту группу животных очень уязвимой. Из 14 видов рукокрылых, обитающих в Жигулевских горах, 6 рекомендовано для включении в Красную книгу Самарской области.

Богатое видовое разнообразие животного мира Самарской Луки, наличие в её составе значительного числа редких, реликтовых и эндемичных видов характеризует Самарскую Луку, как уникальное природное явление, достойное бережного сохранения и дальнейшего изучения.

Памятники природы и культуры

Территория национального парка богата многочисленными природными памятниками и памятниками истории и культуры.

Молодецкий курган. Визитная карточка Жигулёвских гор и центральный объект посещения национального парка «Самарская Лука». Доступен для посещения. Имеет уникальные объекты природной среды, в частности каменистые степи. С этим объектом связано большое количество легенд, связанных со Степаном Разиным, волжскими богатырями и Волжской Булгарией. Возможна организация пикникового отдыха, наличие причала судов и бухты. Объект включён в официальный туристический маршрут национального парка «Самарская Лука».

Гора Попова. Расположена вблизи села Ширяево. Доступна для посещений. Рядом объекты историко-культурного наследия — остатки заводоуправления и печи промышленника Г. С. Ванюшина, штольни, а также историческое место — южная граница Волжской Булгарии. Смотровая площадка с видом на село Ширяево и Жигулевские ворота. В 10 км находится ещё два памятника природы — Каменная чаша и гора Верблюд. Гора Попова и Каменная Чаша включены в туристический маршрут «Самарская Лука».

Пещера Степана Разина. Природная пещера. С объектом связаны легенды о жигулевской вольнице, недалеко от объекта есть возможность рыбалки на удочку и спиннинг. Объект включен в туристический маршрут национального парка «Самарская Лука».

Помимо вышеперечисленных широкоизвестных маршрутов к памятникам природы относятся и Вислый камень, Змеиный затон, Усинский курган, Мордовинская пойма и многое другое.

К самым известным памятникам истории и культуры относят дом управляющего усадьбой, конюшни и мельница Орловых-Давыдовых в селе Жигули, каменный дом купца Чукина в селе Аскулы, часовня Люпова вблизи села Ермаково и др.

Из археологических объектов наибольший интерес представляет Муромский городок — одно из крупнейших поселений Волжской Болгарии IX—XIII вв. и памятник федерального значения. Другие памятники средневековья, а также более раннего времени — городище Лбище (бронзовый век), городища на Лысой горе, Задельной горе, Белой горе (железный век) и др.

Самарская Лука связана с именами легендарных для российской истории личностей — Ермака, Разина, Пугачева. А также с именами знаменитых деятелей культуры России — художников И. Е. Репина, Чернецовых, С. А. Иванова, писателей Г. Р. Державина, С. Г. Скитальца, А. М. Горького и многих других.

На территории национального парка «Самарская лука» расположены 6 музеев: дом-музей поэта А. Ширяевца, дом-музей художника И. Е. Репина, усадьба купца Вдовина в селе Ширяево, музей истории и быта в селе Большая Рязань, музей уфологии в селе Жигули, дом-музей Лисы на территории администрации национального парка «Самарская Лука».

Напишите отзыв о статье "Самарская Лука (национальный парк)"

Литература

  • Ведерникова Т. И., Фокин П. П., Ягафова П. А. Этнография самарской Луки. Барашков В. Ф., А. В. Дубман Э. Л., Смирнов Ю. Н. Топонимика Самарской Луки. Самара, 1996. 150 с.
  • Емельянов М. А. Жигули и кругосветка. Куйбышевское краевое издательство, 1936.
  • Емельянов М. А. Самарская Лука и Жигули. Краеведческие очерки. Куйбышевское книжное издательство, 1955.
  • Жемчужины Жигулей. Легенды, сказы, предания. Куйбышевское книжное издательство, 1982.
  • История Самарского Поволжья с древнейших времен до наших дней. Ранний железный век и средневековье. Редакторы: И. Н. Васильева, Г. И. Матвеева. М.: Наука, 2000.
  • Классика Самарского краеведения: Антология/ Под ред. П. С. Кабытова, Э. Л. Дубмана. — Самара: Изд-во «Самарский университет», 2002. 278 с.
  • Малиновская Е. И., Плаксина Т. И. Флора Национального парка «Самарская Лука». Самара, 2000.
  • Матвеева Г. И., Кочкина А. Ф. Муромский городок. Самарский областной историко — краеведческий музей им. Алабина. Самара, 2005.
  • Обедиентова Г. Б. Из глубины веков: Геологическая история и природа Жигулей/Послесл. К. Кудинова. — Куйбышев: Кн. Изд-во, 1988. — 216 с.
  • Плаксина Т. И. Редкие, исчезающие растения Самарской области. Самара: Изд-во «Самарский университет» 1998. — 272 с.
  • Положение о национальном парке «Самарская Лука» (сайт www.npsamluka.ru, там же карта зонирования, информация о Самарской Луке)
  • Рощевский Ю. К. Народная проза Самарской Луки. — Тольятти: 2002. — 360 с.
  • Самарская область. Учебное пособие, составитель И. Я. Дмитриева, П. С. Кабытов. Самара, 1996.
  • Смирнов Ю. Н., Дубман Э. Л. и др. Самарская Лука в 16 — начале 20 вв.: учебное пособие. Самара: Изд-во «Самарский университет».1995.
  • Федеральный закон об особо охраняемых природных территориях с изменениями от 28.12.2013 г.
  • Чистова В. В., Саксонов С. В. Жемчужина России Самарская Лука , Жигулевск, 2004.
  • Храмков Л. В. Введение в Самарское краеведение: Учебное пособие. Самара: Изд-во «НТЦ», 2007.

Ссылки

  • [www.npsamluka.ru/ Официальный сайт национального парка «Самарская Лука»]

    Отрывок, характеризующий Самарская Лука (национальный парк)

    – Во фронте не разговаривать!… Не разговаривать, не разговаривать!…
    – Не обязан переносить оскорбления, – громко, звучно договорил Долохов.
    Глаза генерала и солдата встретились. Генерал замолчал, сердито оттягивая книзу тугой шарф.
    – Извольте переодеться, прошу вас, – сказал он, отходя.


    – Едет! – закричал в это время махальный.
    Полковой командир, покраснел, подбежал к лошади, дрожащими руками взялся за стремя, перекинул тело, оправился, вынул шпагу и с счастливым, решительным лицом, набок раскрыв рот, приготовился крикнуть. Полк встрепенулся, как оправляющаяся птица, и замер.
    – Смир р р р на! – закричал полковой командир потрясающим душу голосом, радостным для себя, строгим в отношении к полку и приветливым в отношении к подъезжающему начальнику.
    По широкой, обсаженной деревьями, большой, бесшоссейной дороге, слегка погромыхивая рессорами, шибкою рысью ехала высокая голубая венская коляска цугом. За коляской скакали свита и конвой кроатов. Подле Кутузова сидел австрийский генерал в странном, среди черных русских, белом мундире. Коляска остановилась у полка. Кутузов и австрийский генерал о чем то тихо говорили, и Кутузов слегка улыбнулся, в то время как, тяжело ступая, он опускал ногу с подножки, точно как будто и не было этих 2 000 людей, которые не дыша смотрели на него и на полкового командира.
    Раздался крик команды, опять полк звеня дрогнул, сделав на караул. В мертвой тишине послышался слабый голос главнокомандующего. Полк рявкнул: «Здравья желаем, ваше го го го го ство!» И опять всё замерло. Сначала Кутузов стоял на одном месте, пока полк двигался; потом Кутузов рядом с белым генералом, пешком, сопутствуемый свитою, стал ходить по рядам.
    По тому, как полковой командир салютовал главнокомандующему, впиваясь в него глазами, вытягиваясь и подбираясь, как наклоненный вперед ходил за генералами по рядам, едва удерживая подрагивающее движение, как подскакивал при каждом слове и движении главнокомандующего, – видно было, что он исполнял свои обязанности подчиненного еще с большим наслаждением, чем обязанности начальника. Полк, благодаря строгости и старательности полкового командира, был в прекрасном состоянии сравнительно с другими, приходившими в то же время к Браунау. Отсталых и больных было только 217 человек. И всё было исправно, кроме обуви.
    Кутузов прошел по рядам, изредка останавливаясь и говоря по нескольку ласковых слов офицерам, которых он знал по турецкой войне, а иногда и солдатам. Поглядывая на обувь, он несколько раз грустно покачивал головой и указывал на нее австрийскому генералу с таким выражением, что как бы не упрекал в этом никого, но не мог не видеть, как это плохо. Полковой командир каждый раз при этом забегал вперед, боясь упустить слово главнокомандующего касательно полка. Сзади Кутузова, в таком расстоянии, что всякое слабо произнесенное слово могло быть услышано, шло человек 20 свиты. Господа свиты разговаривали между собой и иногда смеялись. Ближе всех за главнокомандующим шел красивый адъютант. Это был князь Болконский. Рядом с ним шел его товарищ Несвицкий, высокий штаб офицер, чрезвычайно толстый, с добрым, и улыбающимся красивым лицом и влажными глазами; Несвицкий едва удерживался от смеха, возбуждаемого черноватым гусарским офицером, шедшим подле него. Гусарский офицер, не улыбаясь, не изменяя выражения остановившихся глаз, с серьезным лицом смотрел на спину полкового командира и передразнивал каждое его движение. Каждый раз, как полковой командир вздрагивал и нагибался вперед, точно так же, точь в точь так же, вздрагивал и нагибался вперед гусарский офицер. Несвицкий смеялся и толкал других, чтобы они смотрели на забавника.
    Кутузов шел медленно и вяло мимо тысячей глаз, которые выкатывались из своих орбит, следя за начальником. Поровнявшись с 3 й ротой, он вдруг остановился. Свита, не предвидя этой остановки, невольно надвинулась на него.
    – А, Тимохин! – сказал главнокомандующий, узнавая капитана с красным носом, пострадавшего за синюю шинель.
    Казалось, нельзя было вытягиваться больше того, как вытягивался Тимохин, в то время как полковой командир делал ему замечание. Но в эту минуту обращения к нему главнокомандующего капитан вытянулся так, что, казалось, посмотри на него главнокомандующий еще несколько времени, капитан не выдержал бы; и потому Кутузов, видимо поняв его положение и желая, напротив, всякого добра капитану, поспешно отвернулся. По пухлому, изуродованному раной лицу Кутузова пробежала чуть заметная улыбка.
    – Еще измайловский товарищ, – сказал он. – Храбрый офицер! Ты доволен им? – спросил Кутузов у полкового командира.
    И полковой командир, отражаясь, как в зеркале, невидимо для себя, в гусарском офицере, вздрогнул, подошел вперед и отвечал:
    – Очень доволен, ваше высокопревосходительство.
    – Мы все не без слабостей, – сказал Кутузов, улыбаясь и отходя от него. – У него была приверженность к Бахусу.
    Полковой командир испугался, не виноват ли он в этом, и ничего не ответил. Офицер в эту минуту заметил лицо капитана с красным носом и подтянутым животом и так похоже передразнил его лицо и позу, что Несвицкий не мог удержать смеха.
    Кутузов обернулся. Видно было, что офицер мог управлять своим лицом, как хотел: в ту минуту, как Кутузов обернулся, офицер успел сделать гримасу, а вслед за тем принять самое серьезное, почтительное и невинное выражение.
    Третья рота была последняя, и Кутузов задумался, видимо припоминая что то. Князь Андрей выступил из свиты и по французски тихо сказал:
    – Вы приказали напомнить о разжалованном Долохове в этом полку.
    – Где тут Долохов? – спросил Кутузов.
    Долохов, уже переодетый в солдатскую серую шинель, не дожидался, чтоб его вызвали. Стройная фигура белокурого с ясными голубыми глазами солдата выступила из фронта. Он подошел к главнокомандующему и сделал на караул.
    – Претензия? – нахмурившись слегка, спросил Кутузов.
    – Это Долохов, – сказал князь Андрей.
    – A! – сказал Кутузов. – Надеюсь, что этот урок тебя исправит, служи хорошенько. Государь милостив. И я не забуду тебя, ежели ты заслужишь.
    Голубые ясные глаза смотрели на главнокомандующего так же дерзко, как и на полкового командира, как будто своим выражением разрывая завесу условности, отделявшую так далеко главнокомандующего от солдата.
    – Об одном прошу, ваше высокопревосходительство, – сказал он своим звучным, твердым, неспешащим голосом. – Прошу дать мне случай загладить мою вину и доказать мою преданность государю императору и России.
    Кутузов отвернулся. На лице его промелькнула та же улыбка глаз, как и в то время, когда он отвернулся от капитана Тимохина. Он отвернулся и поморщился, как будто хотел выразить этим, что всё, что ему сказал Долохов, и всё, что он мог сказать ему, он давно, давно знает, что всё это уже прискучило ему и что всё это совсем не то, что нужно. Он отвернулся и направился к коляске.
    Полк разобрался ротами и направился к назначенным квартирам невдалеке от Браунау, где надеялся обуться, одеться и отдохнуть после трудных переходов.
    – Вы на меня не претендуете, Прохор Игнатьич? – сказал полковой командир, объезжая двигавшуюся к месту 3 ю роту и подъезжая к шедшему впереди ее капитану Тимохину. Лицо полкового командира выражало после счастливо отбытого смотра неудержимую радость. – Служба царская… нельзя… другой раз во фронте оборвешь… Сам извинюсь первый, вы меня знаете… Очень благодарил! – И он протянул руку ротному.
    – Помилуйте, генерал, да смею ли я! – отвечал капитан, краснея носом, улыбаясь и раскрывая улыбкой недостаток двух передних зубов, выбитых прикладом под Измаилом.
    – Да господину Долохову передайте, что я его не забуду, чтоб он был спокоен. Да скажите, пожалуйста, я всё хотел спросить, что он, как себя ведет? И всё…
    – По службе очень исправен, ваше превосходительство… но карахтер… – сказал Тимохин.
    – А что, что характер? – спросил полковой командир.
    – Находит, ваше превосходительство, днями, – говорил капитан, – то и умен, и учен, и добр. А то зверь. В Польше убил было жида, изволите знать…
    – Ну да, ну да, – сказал полковой командир, – всё надо пожалеть молодого человека в несчастии. Ведь большие связи… Так вы того…
    – Слушаю, ваше превосходительство, – сказал Тимохин, улыбкой давая чувствовать, что он понимает желания начальника.
    – Ну да, ну да.
    Полковой командир отыскал в рядах Долохова и придержал лошадь.
    – До первого дела – эполеты, – сказал он ему.
    Долохов оглянулся, ничего не сказал и не изменил выражения своего насмешливо улыбающегося рта.
    – Ну, вот и хорошо, – продолжал полковой командир. – Людям по чарке водки от меня, – прибавил он, чтобы солдаты слышали. – Благодарю всех! Слава Богу! – И он, обогнав роту, подъехал к другой.
    – Что ж, он, право, хороший человек; с ним служить можно, – сказал Тимохин субалтерн офицеру, шедшему подле него.
    – Одно слово, червонный!… (полкового командира прозвали червонным королем) – смеясь, сказал субалтерн офицер.
    Счастливое расположение духа начальства после смотра перешло и к солдатам. Рота шла весело. Со всех сторон переговаривались солдатские голоса.
    – Как же сказывали, Кутузов кривой, об одном глазу?
    – А то нет! Вовсе кривой.
    – Не… брат, глазастее тебя. Сапоги и подвертки – всё оглядел…
    – Как он, братец ты мой, глянет на ноги мне… ну! думаю…
    – А другой то австрияк, с ним был, словно мелом вымазан. Как мука, белый. Я чай, как амуницию чистят!
    – Что, Федешоу!… сказывал он, что ли, когда стражения начнутся, ты ближе стоял? Говорили всё, в Брунове сам Бунапарте стоит.
    – Бунапарте стоит! ишь врет, дура! Чего не знает! Теперь пруссак бунтует. Австрияк его, значит, усмиряет. Как он замирится, тогда и с Бунапартом война откроется. А то, говорит, в Брунове Бунапарте стоит! То то и видно, что дурак. Ты слушай больше.
    – Вишь черти квартирьеры! Пятая рота, гляди, уже в деревню заворачивает, они кашу сварят, а мы еще до места не дойдем.
    – Дай сухарика то, чорт.
    – А табаку то вчера дал? То то, брат. Ну, на, Бог с тобой.
    – Хоть бы привал сделали, а то еще верст пять пропрем не емши.
    – То то любо было, как немцы нам коляски подавали. Едешь, знай: важно!
    – А здесь, братец, народ вовсе оголтелый пошел. Там всё как будто поляк был, всё русской короны; а нынче, брат, сплошной немец пошел.
    – Песенники вперед! – послышался крик капитана.
    И перед роту с разных рядов выбежало человек двадцать. Барабанщик запевало обернулся лицом к песенникам, и, махнув рукой, затянул протяжную солдатскую песню, начинавшуюся: «Не заря ли, солнышко занималося…» и кончавшуюся словами: «То то, братцы, будет слава нам с Каменскиим отцом…» Песня эта была сложена в Турции и пелась теперь в Австрии, только с тем изменением, что на место «Каменскиим отцом» вставляли слова: «Кутузовым отцом».
    Оторвав по солдатски эти последние слова и махнув руками, как будто он бросал что то на землю, барабанщик, сухой и красивый солдат лет сорока, строго оглянул солдат песенников и зажмурился. Потом, убедившись, что все глаза устремлены на него, он как будто осторожно приподнял обеими руками какую то невидимую, драгоценную вещь над головой, подержал ее так несколько секунд и вдруг отчаянно бросил ее:
    Ах, вы, сени мои, сени!
    «Сени новые мои…», подхватили двадцать голосов, и ложечник, несмотря на тяжесть амуниции, резво выскочил вперед и пошел задом перед ротой, пошевеливая плечами и угрожая кому то ложками. Солдаты, в такт песни размахивая руками, шли просторным шагом, невольно попадая в ногу. Сзади роты послышались звуки колес, похрускиванье рессор и топот лошадей.
    Кутузов со свитой возвращался в город. Главнокомандующий дал знак, чтобы люди продолжали итти вольно, и на его лице и на всех лицах его свиты выразилось удовольствие при звуках песни, при виде пляшущего солдата и весело и бойко идущих солдат роты. Во втором ряду, с правого фланга, с которого коляска обгоняла роты, невольно бросался в глаза голубоглазый солдат, Долохов, который особенно бойко и грациозно шел в такт песни и глядел на лица проезжающих с таким выражением, как будто он жалел всех, кто не шел в это время с ротой. Гусарский корнет из свиты Кутузова, передразнивавший полкового командира, отстал от коляски и подъехал к Долохову.
    Гусарский корнет Жерков одно время в Петербурге принадлежал к тому буйному обществу, которым руководил Долохов. За границей Жерков встретил Долохова солдатом, но не счел нужным узнать его. Теперь, после разговора Кутузова с разжалованным, он с радостью старого друга обратился к нему:
    – Друг сердечный, ты как? – сказал он при звуках песни, ровняя шаг своей лошади с шагом роты.
    – Я как? – отвечал холодно Долохов, – как видишь.
    Бойкая песня придавала особенное значение тону развязной веселости, с которой говорил Жерков, и умышленной холодности ответов Долохова.
    – Ну, как ладишь с начальством? – спросил Жерков.
    – Ничего, хорошие люди. Ты как в штаб затесался?
    – Прикомандирован, дежурю.
    Они помолчали.
    «Выпускала сокола да из правого рукава», говорила песня, невольно возбуждая бодрое, веселое чувство. Разговор их, вероятно, был бы другой, ежели бы они говорили не при звуках песни.
    – Что правда, австрийцев побили? – спросил Долохов.
    – А чорт их знает, говорят.
    – Я рад, – отвечал Долохов коротко и ясно, как того требовала песня.
    – Что ж, приходи к нам когда вечерком, фараон заложишь, – сказал Жерков.
    – Или у вас денег много завелось?
    – Приходи.
    – Нельзя. Зарок дал. Не пью и не играю, пока не произведут.
    – Да что ж, до первого дела…
    – Там видно будет.
    Опять они помолчали.
    – Ты заходи, коли что нужно, все в штабе помогут… – сказал Жерков.
    Долохов усмехнулся.
    – Ты лучше не беспокойся. Мне что нужно, я просить не стану, сам возьму.
    – Да что ж, я так…
    – Ну, и я так.
    – Прощай.
    – Будь здоров…
    … и высоко, и далеко,
    На родиму сторону…
    Жерков тронул шпорами лошадь, которая раза три, горячась, перебила ногами, не зная, с какой начать, справилась и поскакала, обгоняя роту и догоняя коляску, тоже в такт песни.


    Возвратившись со смотра, Кутузов, сопутствуемый австрийским генералом, прошел в свой кабинет и, кликнув адъютанта, приказал подать себе некоторые бумаги, относившиеся до состояния приходивших войск, и письма, полученные от эрцгерцога Фердинанда, начальствовавшего передовою армией. Князь Андрей Болконский с требуемыми бумагами вошел в кабинет главнокомандующего. Перед разложенным на столе планом сидели Кутузов и австрийский член гофкригсрата.
    – А… – сказал Кутузов, оглядываясь на Болконского, как будто этим словом приглашая адъютанта подождать, и продолжал по французски начатый разговор.
    – Я только говорю одно, генерал, – говорил Кутузов с приятным изяществом выражений и интонации, заставлявшим вслушиваться в каждое неторопливо сказанное слово. Видно было, что Кутузов и сам с удовольствием слушал себя. – Я только одно говорю, генерал, что ежели бы дело зависело от моего личного желания, то воля его величества императора Франца давно была бы исполнена. Я давно уже присоединился бы к эрцгерцогу. И верьте моей чести, что для меня лично передать высшее начальство армией более меня сведущему и искусному генералу, какими так обильна Австрия, и сложить с себя всю эту тяжкую ответственность для меня лично было бы отрадой. Но обстоятельства бывают сильнее нас, генерал.
    И Кутузов улыбнулся с таким выражением, как будто он говорил: «Вы имеете полное право не верить мне, и даже мне совершенно всё равно, верите ли вы мне или нет, но вы не имеете повода сказать мне это. И в этом то всё дело».
    Австрийский генерал имел недовольный вид, но не мог не в том же тоне отвечать Кутузову.
    – Напротив, – сказал он ворчливым и сердитым тоном, так противоречившим лестному значению произносимых слов, – напротив, участие вашего превосходительства в общем деле высоко ценится его величеством; но мы полагаем, что настоящее замедление лишает славные русские войска и их главнокомандующих тех лавров, которые они привыкли пожинать в битвах, – закончил он видимо приготовленную фразу.
    Кутузов поклонился, не изменяя улыбки.
    – А я так убежден и, основываясь на последнем письме, которым почтил меня его высочество эрцгерцог Фердинанд, предполагаю, что австрийские войска, под начальством столь искусного помощника, каков генерал Мак, теперь уже одержали решительную победу и не нуждаются более в нашей помощи, – сказал Кутузов.
    Генерал нахмурился. Хотя и не было положительных известий о поражении австрийцев, но было слишком много обстоятельств, подтверждавших общие невыгодные слухи; и потому предположение Кутузова о победе австрийцев было весьма похоже на насмешку. Но Кутузов кротко улыбался, всё с тем же выражением, которое говорило, что он имеет право предполагать это. Действительно, последнее письмо, полученное им из армии Мака, извещало его о победе и о самом выгодном стратегическом положении армии.
    – Дай ка сюда это письмо, – сказал Кутузов, обращаясь к князю Андрею. – Вот изволите видеть. – И Кутузов, с насмешливою улыбкой на концах губ, прочел по немецки австрийскому генералу следующее место из письма эрцгерцога Фердинанда: «Wir haben vollkommen zusammengehaltene Krafte, nahe an 70 000 Mann, um den Feind, wenn er den Lech passirte, angreifen und schlagen zu konnen. Wir konnen, da wir Meister von Ulm sind, den Vortheil, auch von beiden Uferien der Donau Meister zu bleiben, nicht verlieren; mithin auch jeden Augenblick, wenn der Feind den Lech nicht passirte, die Donau ubersetzen, uns auf seine Communikations Linie werfen, die Donau unterhalb repassiren und dem Feinde, wenn er sich gegen unsere treue Allirte mit ganzer Macht wenden wollte, seine Absicht alabald vereitelien. Wir werden auf solche Weise den Zeitpunkt, wo die Kaiserlich Ruseische Armee ausgerustet sein wird, muthig entgegenharren, und sodann leicht gemeinschaftlich die Moglichkeit finden, dem Feinde das Schicksal zuzubereiten, so er verdient». [Мы имеем вполне сосредоточенные силы, около 70 000 человек, так что мы можем атаковать и разбить неприятеля в случае переправы его через Лех. Так как мы уже владеем Ульмом, то мы можем удерживать за собою выгоду командования обоими берегами Дуная, стало быть, ежеминутно, в случае если неприятель не перейдет через Лех, переправиться через Дунай, броситься на его коммуникационную линию, ниже перейти обратно Дунай и неприятелю, если он вздумает обратить всю свою силу на наших верных союзников, не дать исполнить его намерение. Таким образом мы будем бодро ожидать времени, когда императорская российская армия совсем изготовится, и затем вместе легко найдем возможность уготовить неприятелю участь, коей он заслуживает».]