Свободный город Христиания

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Свободный город Христиания
Fristaden Christiania
Флаг
Страна

Дания

Гимн:

I kan ikke slå os ihjel [1]

Статус

Виртуальное государство

Входит в

Копенгаген
Bådsmandsstræde 43

Дата образования

26 сентября 1971 года

Официальные языки

датский

Население (2003)

878 [2]

Площадь

0.32 [3] км²

Часовой пояс

UTC+1

Аббревиатура

CA

Телефонный код

+45

Почтовые индексы

1407

[www.christiania.org Официальный сайт]
Примечания: валюта — Лён [4]
Датская крона
Координаты: 55°40′26″ с. ш. 12°36′09″ в. д. / 55.67389° с. ш. 12.60250° в. д. / 55.67389; 12.60250 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=55.67389&mlon=12.60250&zoom=12 (O)] (Я)

Христиания (Свободный город Христиания, Вольный город Христиания) — частично самоуправляемое, неофициальное «государство внутри государства», расположившееся в районе Кристиансхаун Копенгагена, столицы Дании.

Жители Христиании провозглашают своей целью «создать самоуправляемое общество, в котором каждый индивид ответственен за благополучие всей общины. Общество должно быть экономически самодостаточным, и быть непреклонным в убеждении, что физиологическое и физическое разрушение может быть предотвращено».





Описание

Христиания представляет собой квартал Копенгагена. На входах лежат большие камни, неоднократно убиравшиеся правительством, но возвращавшиеся на место жителями Христиании.

Постоянное население ок. 1000 человек, есть рестораны, кафе, магазины[5]. В Христиании находятся несколько водоёмов.

Жители Христиании декларируют собственные законы, независимые от законов Дании. Среди них: запреты на автомобили, воровство, тяжёлые наркотики, огнестрельное оружие и бронежилеты[6].

Главной улицей является Пушер-стрит (англ. Pusher Street). На ней идёт торговля лёгкими наркотиками и запрещена фотосъёмка.

Ориентир, по которому можно найти Христианию, — Церковь Спасителя с высокой башней и ведущей на неё винтовой лестницей[5].

История

Христиания возникла 26 сентября 1971 года, когда группа хиппи незаконно вселилась в заброшенные казармы в Копенгагене. Одним из наиболее значимых людей в истории Христиании был Якоб Лудвигсен (дат. Jacob Ludvigsen), издававший анархистскую газету, в которой провозгласил создание свободного (вольного) города.

Легальный статус Христиании был долгое время не определён, и власти неоднократно пытались очистить помещения казарм, но безуспешно. В 1984 году банда на мотоциклах приехала в Христианию в надежде захватить беззаконное пространство и монополизировать торговлю гашишем. В конце концов местные жители, используя мирные средства, изгнали байкеров из района.

В 1995 году жители Христиании заключили соглашение с Министерством обороны Дании, владеющим казармами, и с тех пор платят налоги.

Население с постоянным упорством, но и с чувством юмора, противостоит попыткам правительства ликвидировать Христианию. Например, когда в 2002 году правительство критиковало неприкрытую уличную торговлю гашишем в Христиании, продавцы закамуфлировали свои стенды в военном стиле. В 2004 году стенды были разрушены самими же жителями ради сохранения независимой Христиании. Один из уцелевших стендов был приобретён и выставлен Датским национальным музеем.

В 2000-х годах давление со стороны правительства и попытки ликвидации Свободного Города Христиании были усилены. Полиция регулярно проводит «чистки», сопровождаемые арестами. В 2004 году датским правительством был принят закон L205, отвергающий Христианию как коллектив с общей собственностью. Согласно этому закону все жители Христиании являются отдельными индивидуумами и имеют право на частную собственность. Это привело к возможности распродажи христианийской земли, как во владение отдельных жителей, так и прочих лиц (предприятий), но вызвало упорные митинги протеста среди жителей.

В феврале 2011 года Верховный суд Дании принял решение по кварталу сквоттеров Христиания, позволяющее всех выселить. Согласно вынесенному приговору, они не имеют прав на занимаемую ими в настоящее время территорию, которая принадлежит государству. В апреле полицейские провели там рейд для выявления торговцев наркотиками, население Христиании возмутилось действиями полицейских. Стражей порядка начали забрасывать булыжниками и пустыми бутылками, на улицах быстро возникли баррикады. В ответ полиция применила слезоточивый газ[7].

15 августа 2011 года BBC сообщила, что Христиания получила от властей полуавтономный статус. Согласно новому закону жители Христиании получат возможность выкупить землю ниже себестоимости, а остальную землю государство будет сдавать в аренду[8].

См. также

Напишите отзыв о статье "Свободный город Христиания"

Примечания

  1. [www.bifrost.name/side1a.html Det internationale sigøjnerkompagni]
  2. [www.academia.edu/293023/Forty_Years_of_System_Change_Lessons_from_the_free_city_of_Christiania Forty Years of System Change Lessons from the free city of Christiania]
  3. [www.bygst.dk/english/knowledge/christiania/facts-and-figures/ The Danish Building & Property Agency]
  4. [www.copenhagen.com/sightseeing/christiania Copenhagen.com]
  5. 1 2 [olkpeace.org/cannapedia/GajjdukJenciklopedijaKonopli/Xristianija.html Энциклопедия конопли (Христиания)]
  6. [english.ahram.org.eg/NewsContent/5/35/81365/Arts--Culture/Stage--Street/Redefining-freedom-Copenhagens-Freetown-Christiani.aspx Redefining freedom: Copenhagen's Freetown Christiania]
  7. [news.mail.ru/politics/5697708/ Бунт коммуны хиппи в Дании обернулся массовыми беспорядками]
  8. [www.bbc.co.uk/russian/society/2011/08/110815_denmark_christiania_hippy_feature.shtml Датская Христиания: мечта хиппи или притон наркоманов?] BBC

Ссылки

  • [www.christiania.org Официальный сайт Христиании] (датск.) (англ.)
  • [christiania.esckaz.com/ Путеводитель по Христиании] (рус.)
  • [denmark.worlds.ru/articles/denmark_article_844.shtml Христиания] на denmark.worlds.ru
  • [hippy.ru/hristiania.html Свободный город хиппи — Христиания]
  • [sukadodgers.livejournal.com/274970.html Фотографии Христиании в январе 2011]

Отрывок, характеризующий Свободный город Христиания

Буфетчик Фока был самый сердитый человек из всего дома. Наташа над ним любила пробовать свою власть. Он не поверил ей и пошел спросить, правда ли?
– Уж эта барышня! – сказал Фока, притворно хмурясь на Наташу.
Никто в доме не рассылал столько людей и не давал им столько работы, как Наташа. Она не могла равнодушно видеть людей, чтобы не послать их куда нибудь. Она как будто пробовала, не рассердится ли, не надуется ли на нее кто из них, но ничьих приказаний люди не любили так исполнять, как Наташиных. «Что бы мне сделать? Куда бы мне пойти?» думала Наташа, медленно идя по коридору.
– Настасья Ивановна, что от меня родится? – спросила она шута, который в своей куцавейке шел навстречу ей.
– От тебя блохи, стрекозы, кузнецы, – отвечал шут.
– Боже мой, Боже мой, всё одно и то же. Ах, куда бы мне деваться? Что бы мне с собой сделать? – И она быстро, застучав ногами, побежала по лестнице к Фогелю, который с женой жил в верхнем этаже. У Фогеля сидели две гувернантки, на столе стояли тарелки с изюмом, грецкими и миндальными орехами. Гувернантки разговаривали о том, где дешевле жить, в Москве или в Одессе. Наташа присела, послушала их разговор с серьезным задумчивым лицом и встала. – Остров Мадагаскар, – проговорила она. – Ма да гас кар, – повторила она отчетливо каждый слог и не отвечая на вопросы m me Schoss о том, что она говорит, вышла из комнаты. Петя, брат ее, был тоже наверху: он с своим дядькой устраивал фейерверк, который намеревался пустить ночью. – Петя! Петька! – закричала она ему, – вези меня вниз. с – Петя подбежал к ней и подставил спину. Она вскочила на него, обхватив его шею руками и он подпрыгивая побежал с ней. – Нет не надо – остров Мадагаскар, – проговорила она и, соскочив с него, пошла вниз.
Как будто обойдя свое царство, испытав свою власть и убедившись, что все покорны, но что всё таки скучно, Наташа пошла в залу, взяла гитару, села в темный угол за шкапчик и стала в басу перебирать струны, выделывая фразу, которую она запомнила из одной оперы, слышанной в Петербурге вместе с князем Андреем. Для посторонних слушателей у ней на гитаре выходило что то, не имевшее никакого смысла, но в ее воображении из за этих звуков воскресал целый ряд воспоминаний. Она сидела за шкапчиком, устремив глаза на полосу света, падавшую из буфетной двери, слушала себя и вспоминала. Она находилась в состоянии воспоминания.
Соня прошла в буфет с рюмкой через залу. Наташа взглянула на нее, на щель в буфетной двери и ей показалось, что она вспоминает то, что из буфетной двери в щель падал свет и что Соня прошла с рюмкой. «Да и это было точь в точь также», подумала Наташа. – Соня, что это? – крикнула Наташа, перебирая пальцами на толстой струне.
– Ах, ты тут! – вздрогнув, сказала Соня, подошла и прислушалась. – Не знаю. Буря? – сказала она робко, боясь ошибиться.
«Ну вот точно так же она вздрогнула, точно так же подошла и робко улыбнулась тогда, когда это уж было», подумала Наташа, «и точно так же… я подумала, что в ней чего то недостает».
– Нет, это хор из Водоноса, слышишь! – И Наташа допела мотив хора, чтобы дать его понять Соне.
– Ты куда ходила? – спросила Наташа.
– Воду в рюмке переменить. Я сейчас дорисую узор.
– Ты всегда занята, а я вот не умею, – сказала Наташа. – А Николай где?
– Спит, кажется.
– Соня, ты поди разбуди его, – сказала Наташа. – Скажи, что я его зову петь. – Она посидела, подумала о том, что это значит, что всё это было, и, не разрешив этого вопроса и нисколько не сожалея о том, опять в воображении своем перенеслась к тому времени, когда она была с ним вместе, и он влюбленными глазами смотрел на нее.
«Ах, поскорее бы он приехал. Я так боюсь, что этого не будет! А главное: я стареюсь, вот что! Уже не будет того, что теперь есть во мне. А может быть, он нынче приедет, сейчас приедет. Может быть приехал и сидит там в гостиной. Может быть, он вчера еще приехал и я забыла». Она встала, положила гитару и пошла в гостиную. Все домашние, учителя, гувернантки и гости сидели уж за чайным столом. Люди стояли вокруг стола, – а князя Андрея не было, и была всё прежняя жизнь.
– А, вот она, – сказал Илья Андреич, увидав вошедшую Наташу. – Ну, садись ко мне. – Но Наташа остановилась подле матери, оглядываясь кругом, как будто она искала чего то.
– Мама! – проговорила она. – Дайте мне его , дайте, мама, скорее, скорее, – и опять она с трудом удержала рыдания.
Она присела к столу и послушала разговоры старших и Николая, который тоже пришел к столу. «Боже мой, Боже мой, те же лица, те же разговоры, так же папа держит чашку и дует точно так же!» думала Наташа, с ужасом чувствуя отвращение, подымавшееся в ней против всех домашних за то, что они были всё те же.
После чая Николай, Соня и Наташа пошли в диванную, в свой любимый угол, в котором всегда начинались их самые задушевные разговоры.


– Бывает с тобой, – сказала Наташа брату, когда они уселись в диванной, – бывает с тобой, что тебе кажется, что ничего не будет – ничего; что всё, что хорошее, то было? И не то что скучно, а грустно?
– Еще как! – сказал он. – У меня бывало, что всё хорошо, все веселы, а мне придет в голову, что всё это уж надоело и что умирать всем надо. Я раз в полку не пошел на гулянье, а там играла музыка… и так мне вдруг скучно стало…
– Ах, я это знаю. Знаю, знаю, – подхватила Наташа. – Я еще маленькая была, так со мной это бывало. Помнишь, раз меня за сливы наказали и вы все танцовали, а я сидела в классной и рыдала, никогда не забуду: мне и грустно было и жалко было всех, и себя, и всех всех жалко. И, главное, я не виновата была, – сказала Наташа, – ты помнишь?
– Помню, – сказал Николай. – Я помню, что я к тебе пришел потом и мне хотелось тебя утешить и, знаешь, совестно было. Ужасно мы смешные были. У меня тогда была игрушка болванчик и я его тебе отдать хотел. Ты помнишь?
– А помнишь ты, – сказала Наташа с задумчивой улыбкой, как давно, давно, мы еще совсем маленькие были, дяденька нас позвал в кабинет, еще в старом доме, а темно было – мы это пришли и вдруг там стоит…
– Арап, – докончил Николай с радостной улыбкой, – как же не помнить? Я и теперь не знаю, что это был арап, или мы во сне видели, или нам рассказывали.
– Он серый был, помнишь, и белые зубы – стоит и смотрит на нас…
– Вы помните, Соня? – спросил Николай…
– Да, да я тоже помню что то, – робко отвечала Соня…
– Я ведь спрашивала про этого арапа у папа и у мама, – сказала Наташа. – Они говорят, что никакого арапа не было. А ведь вот ты помнишь!
– Как же, как теперь помню его зубы.
– Как это странно, точно во сне было. Я это люблю.
– А помнишь, как мы катали яйца в зале и вдруг две старухи, и стали по ковру вертеться. Это было, или нет? Помнишь, как хорошо было?