Симфония № 39 (Розетти)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Симфония (№ 39) соль минор, Murray A42/Kaul I:27 — единственная минорная симфония Антонио Розетти, написана в марте 1787 года в Валлерштейне (в автографе указано: «composta nel mese di Marzo 1787 à Wallerstein» — итал. «сочинена в месяце марте 1787 [года] в Валлерштейне»). По силе музыки она сравнима с написанными в этой же тональности симфонией № 39 Й. Гайдна (1767 или 1768) и симфонией № 40 В. А. Моцарта (июль 1788). Однако никогда при жизни Розетти симфония не издавалась. Судя по местонахождению рукописей, в начале 1790-х годов она исполнялась в Берлине и Лондоне. Сегодня это самая исполняемая и самая известная симфония Розетти.





Музыка

  • I. Vivace.
  • II. Menuetto fresco. Allegretto. — Trio. — Menuetto da capo.
  • III. Andante ma allegretto.
  • IV. Finale. Capriccio. Allegretto scherzante.

Первая часть начинается сразу с данного piano основного для всей формы мотива, вполне отражающего господствовавшие тогда идеи бури и натиска. В трёх проведениях темы оркестр постепенно набирает силу. Кульминация приходится на разработку, построенную на основном мотиве.

Менуэт написан тоже в миноре. Хотя в нём отсутствует мощь и устремлённость первой части, размеренное движение музыки не лишено порывистости. Трио, напротив, шутливо и несерьёзно, постоянные форшлаги добавляют и без того присущей ему прыгучести.

Третья часть написана в параллельном основной тональности Си-бемоль мажоре. Сочинениями подобного рода Розетти был особенно известен. Это Andante — тонкая пьеса, не без лукавого юмора.

Финал — в меру суетливое, бойкое каприччио с отблесками первой части, оканчивающееся в мажоре.

Издания

При жизни композитора симфония не издавалась (хотя множество его сочинений были опубликованы). До нашего дня сохранился автограф партитуры (в библиотеке Аугсбургского университета) и два набора рукописных партий: в Берлине и в Британской библиотеке.

Современные издания:

  • [www.amadeusmusic.ch/index.php Amadeus] BP 1256. — Партитура, партии и клавир. — Уртекст, самое авторитетное издание, выпущенное Международным обществом Розетти в собрании его сочинений (серия А, том третий). Редактор — И. Мезус;
  • Anton Rosetti. Ausgewählte Sinfonien, ed. O. Kaul ([www.gfbm.mwn.de/akt_dtb_af.html Denkmäler der Tonkunst in Bayern], B. XXII, Jg. XII/1). — Лейпциг, 1912 (переиздано в 1968). — Только партитура. Редактор — О. Каул;
  • [www.kunzelmann.ch/ Kunzelmann] (Edition Peters) EKB 30P. — Партитура, партии и клавир;
  • Philadelphia Nr. 6670. — Только партии.

Записи

Год записи Дирижёр Оркестр Фирма
1994?[1] (без дирижёра) Concerto Köln Teldec Classics — [www.warnerclassics.com/release,EightSymphonies_4585.htm 2564 62551-2]
2000?[2] Й. Фербер Вюртембергский камерный оркестр (Гейльбронн) K&K Verlagsanstalt — [www.kuk-art.com/English/index.html KuK 70]
[3] Г. Майс Литовский камерный оркестр Arte Nova
2005 С. Фильченко[4] Pratum Integrum Orchestra Caro Mitis — [www.caromitis.com/catalogue/cm0012005.html CM 0012005]

Напишите отзыв о статье "Симфония № 39 (Розетти)"

Примечания

  1. Год записи нигде не указан, но диск впервые издан в 1995 году. Следовательно, запись могла быть сделана в 1994—1995 (едва ли в 1993), так как чаще всего диск издаётся в следующем после его записи году.
  2. Концертная запись. Диск 2000 года.
  3. Диск 2002 года, переиздан в 2007.
  4. Концертмейстер.

Источники

  • Гюнтер Грюнштойдель (перевод Сергея Борисова). Комментарии к диску Pratum Integrum Orchestra ([www.caromitis.com/catalogue/cm0012005.html CM 0012005]).
  • Rosetti: Symphonies (на основе комментария Стерлинга Мюррея). Комментарии к собранию записей симфоний Розетти в исполнении Concerto Köln ([www.warnerclassics.com/release,EightSymphonies_4585.htm 2564 62551-2]).

Отрывок, характеризующий Симфония № 39 (Розетти)

Вчера, на ночном привале, озябнув у потухшего огня, Пьер встал и перешел к ближайшему, лучше горящему костру. У костра, к которому он подошел, сидел Платон, укрывшись, как ризой, с головой шинелью, и рассказывал солдатам своим спорым, приятным, но слабым, болезненным голосом знакомую Пьеру историю. Было уже за полночь. Это было то время, в которое Каратаев обыкновенно оживал от лихорадочного припадка и бывал особенно оживлен. Подойдя к костру и услыхав слабый, болезненный голос Платона и увидав его ярко освещенное огнем жалкое лицо, Пьера что то неприятно кольнуло в сердце. Он испугался своей жалости к этому человеку и хотел уйти, но другого костра не было, и Пьер, стараясь не глядеть на Платона, подсел к костру.
– Что, как твое здоровье? – спросил он.
– Что здоровье? На болезнь плакаться – бог смерти не даст, – сказал Каратаев и тотчас же возвратился к начатому рассказу.
– …И вот, братец ты мой, – продолжал Платон с улыбкой на худом, бледном лице и с особенным, радостным блеском в глазах, – вот, братец ты мой…
Пьер знал эту историю давно, Каратаев раз шесть ему одному рассказывал эту историю, и всегда с особенным, радостным чувством. Но как ни хорошо знал Пьер эту историю, он теперь прислушался к ней, как к чему то новому, и тот тихий восторг, который, рассказывая, видимо, испытывал Каратаев, сообщился и Пьеру. История эта была о старом купце, благообразно и богобоязненно жившем с семьей и поехавшем однажды с товарищем, богатым купцом, к Макарью.
Остановившись на постоялом дворе, оба купца заснули, и на другой день товарищ купца был найден зарезанным и ограбленным. Окровавленный нож найден был под подушкой старого купца. Купца судили, наказали кнутом и, выдернув ноздри, – как следует по порядку, говорил Каратаев, – сослали в каторгу.
– И вот, братец ты мой (на этом месте Пьер застал рассказ Каратаева), проходит тому делу годов десять или больше того. Живет старичок на каторге. Как следовает, покоряется, худого не делает. Только у бога смерти просит. – Хорошо. И соберись они, ночным делом, каторжные то, так же вот как мы с тобой, и старичок с ними. И зашел разговор, кто за что страдает, в чем богу виноват. Стали сказывать, тот душу загубил, тот две, тот поджег, тот беглый, так ни за что. Стали старичка спрашивать: ты за что, мол, дедушка, страдаешь? Я, братцы мои миленькие, говорит, за свои да за людские грехи страдаю. А я ни душ не губил, ни чужого не брал, акромя что нищую братию оделял. Я, братцы мои миленькие, купец; и богатство большое имел. Так и так, говорит. И рассказал им, значит, как все дело было, по порядку. Я, говорит, о себе не тужу. Меня, значит, бог сыскал. Одно, говорит, мне свою старуху и деток жаль. И так то заплакал старичок. Случись в их компании тот самый человек, значит, что купца убил. Где, говорит, дедушка, было? Когда, в каком месяце? все расспросил. Заболело у него сердце. Подходит таким манером к старичку – хлоп в ноги. За меня ты, говорит, старичок, пропадаешь. Правда истинная; безвинно напрасно, говорит, ребятушки, человек этот мучится. Я, говорит, то самое дело сделал и нож тебе под голова сонному подложил. Прости, говорит, дедушка, меня ты ради Христа.
Каратаев замолчал, радостно улыбаясь, глядя на огонь, и поправил поленья.
– Старичок и говорит: бог, мол, тебя простит, а мы все, говорит, богу грешны, я за свои грехи страдаю. Сам заплакал горючьми слезьми. Что же думаешь, соколик, – все светлее и светлее сияя восторженной улыбкой, говорил Каратаев, как будто в том, что он имел теперь рассказать, заключалась главная прелесть и все значение рассказа, – что же думаешь, соколик, объявился этот убийца самый по начальству. Я, говорит, шесть душ загубил (большой злодей был), но всего мне жальче старичка этого. Пускай же он на меня не плачется. Объявился: списали, послали бумагу, как следовает. Место дальнее, пока суд да дело, пока все бумаги списали как должно, по начальствам, значит. До царя доходило. Пока что, пришел царский указ: выпустить купца, дать ему награждения, сколько там присудили. Пришла бумага, стали старичка разыскивать. Где такой старичок безвинно напрасно страдал? От царя бумага вышла. Стали искать. – Нижняя челюсть Каратаева дрогнула. – А его уж бог простил – помер. Так то, соколик, – закончил Каратаев и долго, молча улыбаясь, смотрел перед собой.