Служебная марка VR

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Служебная марка VR
англ. VR official

 (SG #V1)
Тип марки (марок)

служебная

Страна выпуска

Великобритания

Место выпуска

Лондон

Издатель

Perkins, Bacon & Co.

Художник

Henry Cole

Гравёр

Charles and Fredrick Heath

Способ печати

металлография

Дата выпуска

май 1840

Номинал

1 пенни

Зубцовка

беззубцовая

Причина редкости

уничтожение большей части тиража

Сохранилось (экз.)

21 марочный лист

Оценка

US $20 000;
£20 000—22 500[1]

Служе́бная ма́рка VR (англ. VR official) — филателистическое название невыпущенной служебной марки, которая была отпечатана в мае 1840 года[2] вместе с двумя первыми почтовыми марками Великобритании, предназачавшимися для предварительной оплаты почтового сбора. Известна как первая в мире служебная марка. В то время как «Чёрный пенни» и «Синий двухпенсовик» были изданы для общего пользования (равно как и конверты и секретки Мюльреди — Mulready envelopes and letter sheets), служебная марка VR должна была употребляться исключительно на служебных почтовых отправлениях.





Описание

По внешнему виду служебная марка VR была точно такой же, что и «Чёрный пенни», за исключением того, что вместо звёздочек в верхних углах марки были напечатаны латинские буквы «V» и «R», благодаря которым марка получила своё название[3].

Расположение печатных форм этого выпуска было таким же почти во всех отношениях, что и «Чёрного пении» и «Синего двухпенсовика», отпечатанных в это же время. Единственным отличием в тексте на полях марочного листа является идентификатор печатной формы, который имел не цифровое (как у основного выпуска почтовых марок), а буквенное обозначение (см. рис.).

История

7 мая 1840 года руководитель Главного почтового управления[en] У. Л. Маберли (William Leader Maberly) разослал всем почтмейстерам извещение, к которому была приложена пара образцов марки VR и пара «Синих двухпенсовиков». В извещении почтмейстерам поручалось обращать внимание на буквы в верхних углах марки, которая должна была[4]:

«…наноситься на корреспонденцию государственных ведомств, а также других лиц, ранее пользовавшихся правом служебного франкирования».

Таким образом, идея выпуска такой марки заключалась в том, что ею должна была оплачиваться пересылка служебной корреспонденции государственных ведомств. Однако в обращение эта марка не поступила, поскольку в то же самое время правительственные организации стали применять для этой цели конверты Мюльреди. Причиной тому было неприятие и высмеивание британской общественностью цельных вещей Мюльреди, вследствие чего было решено передать значительное их число в государственные учреждения[3], самым активным пользователем среди которых было налоговое ведомство.

Поскольку имеющихся запасов конвертов и секреток Мюльреди хватало для покрытия текущих нужд государственной и ведомственной переписки, от использования служебной марки отказались. Почти все уже напечатанные запасы были уничтожены[3] 25 января 1843 года. Уцелел 21 марочный лист, несколько марок прошли почту (незаконно), а Роуленд Хилл[2] использовал некоторые из них для проведения экспериментов с техникой гашения[3].

Филателистическая ценность

Негашёные экземпляры этой марки в наши дни стоят свыше 5 тысяч долларов США. В 2009 году квартблок чистых марок VR в отличном состоянии был продан на лондонском аукционе Spink за 70 тысяч фунтов стерлингов.[5]

См. также

Напишите отзыв о статье "Служебная марка VR"

Примечания

  1. [www.stanleygibbons.com/online-shop/search/results/SG+V1.aspx Great Britain 1840 SG: V1] (англ.). Stanley Gibbons Shop. Stanley Gibbons Ltd. Проверено 25 июня 2010. [www.webcitation.org/67JQyKoZ9 Архивировано из первоисточника 30 апреля 2012].
  2. 1 2 [www.postalheritage.org.uk/collections/archive/stamps/phillips/VolII/Vol_II_pg_045 The One Penny VR] (англ.). Collections. Archive collection. Stamps & Philately. R M Phillips Collection. Volume II. The British Postal Museum & Archive. Проверено 25 июня 2010. [www.webcitation.org/664mJmFtd Архивировано из первоисточника 11 марта 2012].
  3. 1 2 3 4 Новосёлов В. А. [mirmarok.ru/prim/view_article/239/ Глава 11. Почты разные нужны, марки разные важны. Служебные марки]. Знакомство с филателией: Мир филателии. Смоленск: Мир м@рок; Союз филателистов России (30 ноября 2008). — Электронная книга. Проверено 25 июня 2010. [www.webcitation.org/664mOHmQX Архивировано из первоисточника 11 марта 2012].
  4. Feldman D. All World Stamps and Postal History Auction Catalogue. — Geneva: David Feldman SA, 1997. — P. 15, 330. (англ.)
  5. [staging.spink.rfcsystems.com/departments/stamps.asp#great_britain Lot 649 — Great Britain Offical Stamps, 1840 "V R" Official] (англ.). Achievements at Stamp Auctions for 2009. Stamps. Spink. Проверено 25 июня 2010. [www.webcitation.org/67JQzphI8 Архивировано из первоисточника 30 апреля 2012].

Литература

  • Великобритания (Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии) // [www.fmus.ru/article02/eu08.html Филателистическая география. Европейские зарубежные страны] / Н. И. Владинец. — М.: Радио и связь, 1981. — 160 с.

Ссылки

  • [www.sandafayre.com/gallery/country_170_1.htm Great Britain Stamps] (англ.). Stamp library. Sandafayre. Проверено 25 июня 2010. [www.webcitation.org/67JR0I2Y3 Архивировано из первоисточника 30 апреля 2012].
  • [www.imagesoftheworld.org/stamps/sgvi-purple.htm SGV1 — VR official of May 1840] (англ.). Great Britain Victorian Stamps. Images of the World; R. A. Taylor. Проверено 25 июня 2010. [www.webcitation.org/67JR13N3h Архивировано из первоисточника 30 апреля 2012].

Отрывок, характеризующий Служебная марка VR

– Пьеру? О нет! Какой он прекрасный, – сказала княжна Марья.
– Знаешь, Мари, – вдруг сказала Наташа с шаловливой улыбкой, которой давно не видала княжна Марья на ее лице. – Он сделался какой то чистый, гладкий, свежий; точно из бани, ты понимаешь? – морально из бани. Правда?
– Да, – сказала княжна Марья, – он много выиграл.
– И сюртучок коротенький, и стриженые волосы; точно, ну точно из бани… папа, бывало…
– Я понимаю, что он (князь Андрей) никого так не любил, как его, – сказала княжна Марья.
– Да, и он особенный от него. Говорят, что дружны мужчины, когда совсем особенные. Должно быть, это правда. Правда, он совсем на него не похож ничем?
– Да, и чудесный.
– Ну, прощай, – отвечала Наташа. И та же шаловливая улыбка, как бы забывшись, долго оставалась на ее лице.


Пьер долго не мог заснуть в этот день; он взад и вперед ходил по комнате, то нахмурившись, вдумываясь во что то трудное, вдруг пожимая плечами и вздрагивая, то счастливо улыбаясь.
Он думал о князе Андрее, о Наташе, об их любви, и то ревновал ее к прошедшему, то упрекал, то прощал себя за это. Было уже шесть часов утра, а он все ходил по комнате.
«Ну что ж делать. Уж если нельзя без этого! Что ж делать! Значит, так надо», – сказал он себе и, поспешно раздевшись, лег в постель, счастливый и взволнованный, но без сомнений и нерешительностей.
«Надо, как ни странно, как ни невозможно это счастье, – надо сделать все для того, чтобы быть с ней мужем и женой», – сказал он себе.
Пьер еще за несколько дней перед этим назначил в пятницу день своего отъезда в Петербург. Когда он проснулся, в четверг, Савельич пришел к нему за приказаниями об укладке вещей в дорогу.
«Как в Петербург? Что такое Петербург? Кто в Петербурге? – невольно, хотя и про себя, спросил он. – Да, что то такое давно, давно, еще прежде, чем это случилось, я зачем то собирался ехать в Петербург, – вспомнил он. – Отчего же? я и поеду, может быть. Какой он добрый, внимательный, как все помнит! – подумал он, глядя на старое лицо Савельича. – И какая улыбка приятная!» – подумал он.
– Что ж, все не хочешь на волю, Савельич? – спросил Пьер.
– Зачем мне, ваше сиятельство, воля? При покойном графе, царство небесное, жили и при вас обиды не видим.
– Ну, а дети?
– И дети проживут, ваше сиятельство: за такими господами жить можно.
– Ну, а наследники мои? – сказал Пьер. – Вдруг я женюсь… Ведь может случиться, – прибавил он с невольной улыбкой.
– И осмеливаюсь доложить: хорошее дело, ваше сиятельство.
«Как он думает это легко, – подумал Пьер. – Он не знает, как это страшно, как опасно. Слишком рано или слишком поздно… Страшно!»
– Как же изволите приказать? Завтра изволите ехать? – спросил Савельич.
– Нет; я немножко отложу. Я тогда скажу. Ты меня извини за хлопоты, – сказал Пьер и, глядя на улыбку Савельича, подумал: «Как странно, однако, что он не знает, что теперь нет никакого Петербурга и что прежде всего надо, чтоб решилось то. Впрочем, он, верно, знает, но только притворяется. Поговорить с ним? Как он думает? – подумал Пьер. – Нет, после когда нибудь».
За завтраком Пьер сообщил княжне, что он был вчера у княжны Марьи и застал там, – можете себе представить кого? – Натали Ростову.
Княжна сделала вид, что она в этом известии не видит ничего более необыкновенного, как в том, что Пьер видел Анну Семеновну.
– Вы ее знаете? – спросил Пьер.
– Я видела княжну, – отвечала она. – Я слышала, что ее сватали за молодого Ростова. Это было бы очень хорошо для Ростовых; говорят, они совсем разорились.
– Нет, Ростову вы знаете?
– Слышала тогда только про эту историю. Очень жалко.
«Нет, она не понимает или притворяется, – подумал Пьер. – Лучше тоже не говорить ей».
Княжна также приготавливала провизию на дорогу Пьеру.
«Как они добры все, – думал Пьер, – что они теперь, когда уж наверное им это не может быть более интересно, занимаются всем этим. И все для меня; вот что удивительно».
В этот же день к Пьеру приехал полицеймейстер с предложением прислать доверенного в Грановитую палату для приема вещей, раздаваемых нынче владельцам.
«Вот и этот тоже, – думал Пьер, глядя в лицо полицеймейстера, – какой славный, красивый офицер и как добр! Теперь занимается такими пустяками. А еще говорят, что он не честен и пользуется. Какой вздор! А впрочем, отчего же ему и не пользоваться? Он так и воспитан. И все так делают. А такое приятное, доброе лицо, и улыбается, глядя на меня».
Пьер поехал обедать к княжне Марье.
Проезжая по улицам между пожарищами домов, он удивлялся красоте этих развалин. Печные трубы домов, отвалившиеся стены, живописно напоминая Рейн и Колизей, тянулись, скрывая друг друга, по обгорелым кварталам. Встречавшиеся извозчики и ездоки, плотники, рубившие срубы, торговки и лавочники, все с веселыми, сияющими лицами, взглядывали на Пьера и говорили как будто: «А, вот он! Посмотрим, что выйдет из этого».
При входе в дом княжны Марьи на Пьера нашло сомнение в справедливости того, что он был здесь вчера, виделся с Наташей и говорил с ней. «Может быть, это я выдумал. Может быть, я войду и никого не увижу». Но не успел он вступить в комнату, как уже во всем существе своем, по мгновенному лишению своей свободы, он почувствовал ее присутствие. Она была в том же черном платье с мягкими складками и так же причесана, как и вчера, но она была совсем другая. Если б она была такою вчера, когда он вошел в комнату, он бы не мог ни на мгновение не узнать ее.
Она была такою же, какою он знал ее почти ребенком и потом невестой князя Андрея. Веселый вопросительный блеск светился в ее глазах; на лице было ласковое и странно шаловливое выражение.
Пьер обедал и просидел бы весь вечер; но княжна Марья ехала ко всенощной, и Пьер уехал с ними вместе.
На другой день Пьер приехал рано, обедал и просидел весь вечер. Несмотря на то, что княжна Марья и Наташа были очевидно рады гостю; несмотря на то, что весь интерес жизни Пьера сосредоточивался теперь в этом доме, к вечеру они всё переговорили, и разговор переходил беспрестанно с одного ничтожного предмета на другой и часто прерывался. Пьер засиделся в этот вечер так поздно, что княжна Марья и Наташа переглядывались между собою, очевидно ожидая, скоро ли он уйдет. Пьер видел это и не мог уйти. Ему становилось тяжело, неловко, но он все сидел, потому что не мог подняться и уйти.