Смирнов, Сергей Сергеевич (писатель)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Сергей Сергеевич Смирнов
Место рождения:

Петроград,
Российская империя

Род деятельности:

прозаик, сценарист, историк

Направление:

социалистический реализм

Жанр:

сценарий, пьеса, военная документалистика

Язык произведений:

русский

Премии:

Награды:

Серге́й Серге́евич Смирно́в (19151976) — русский советский писатель, историк, радио- и телеведущий, общественный деятель. Лауреат Ленинской премии (1965). Член ВКП(б) с 1946 года.





Биография

Родился в семье инженера. Детство провёл в Харькове. Ушёл из Московского энергетического института, не доучившись 1 года до окончания, поступил в Литературный институт им. М. Горького (1941). Ушёл на фронт и после возвращения окончил Литературный институт. Работал электромонтёром Харьковского электромеханического завода. Начал печататься в 1934 как журналист. Печатался в журнале «Гудок». С 1941 г. работал на оборонном заводе.

Участник Великой Отечественной войны. С 1942 — доброволец истребительного батальона, окончил школу снайперов под Москвой. В 1942 окончил училище зенитной артиллерии в Уфе, с января 1943 командир взвода 23-й зенитно-артиллерийской дивизии. Затем по рекомендации С. Д. Глуховского — литсотрудник газеты "Мужество" 27-й армии. Член КПСС с 1946 года.

После войны работал редактором Воениздата, оставаясь в рядах Советской Армии. Уволен из армии в 1950 в звании подполковника.

Заместитель главного редактора журнала «Новый мир» (ноябрь 1953 — октябрь 1954). В 1959—1960 главный редактор «Литературной газеты». В 1975—1976 секретарь Союза писателей СССР.

В качестве руководителя московской организации Союза Писателей в 1958 году принял активное участие в травле Б.Пастернака.[1] Подписал Письмо группы советских писателей в редакцию газеты «Правда» 31 августа 1973 года о Солженицыне и Сахарове. Вместе с тем в марте 1966 года подписал письмо 13-ти деятелей советской науки, литературы и искусства в президиум ЦК КПСС против реабилитации И. В. Сталина[2].

Сергей Сергеевич был одним из инициаторов создания, а также руководителем Советского комитета солидарности с греческими демократами, деятельность которого была направлена на борьбу с режимом режимом «Чёрных полковников» в Греции.
В 1975 году Сергей Смирнов, находясь в тяжёлом состоянии из-за болезни (рак горла), всё же продолжал работать, он писал книгу о маршале Жукове, которую так и не закончил до конца. Также, Сергей Сергеевич Смирнов, намеревался изучить ещё несколько "белых пятен" в военной истории России.

Умер 22 марта 1976 года. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище (участок № 9).
В 1979 году в Азовское море был пущен пароход, который носил имя писателя «Сергей Смирнов».

Сыновья — Андрей (р.1941), кинорежиссёр («Белорусский вокзал», «Осень»), актёр («Дневник его жены», «Плащ Казановы» и др.), и Константин (р.1952), телеведущий, автор и ведущий программы «Большие родители» на канале НТВ, продюсер передачи «Школа злословия».

Творчество

В послевоенные годы выпустил книгу очерков «Династия Казанцевых» (М., 1949 год). Опубликовал книги путевых заметок: «Поездка на Кубу», «В Италии», «В самой далекой стране» и др.

Много сделал для увековечения памяти героев войны. Его выступления в печати, на радио и телевидении, в телеальманахе «Подвиг», внесли огромный вклад в поиск пропавших в годы войны и её неизвестных героев. Первым написал о ряде подвигов советских солдат.

Впервые сделал всеобщим достоянием героическую эпопею обороны Брестской крепости, остававшейся долгое время в безвестности. Предпринял огромную работу по собиранию материалов защитниках крепости. Проводившиеся Смирновым на протяжении нескольких лет передачи на радио и телевидении породили массовое патриотическое движение по розыску неизвестных героев. Смирнов получил более миллиона писем[3].

Теме войны посвящены его книги: «На полях Венгрии», М., 1954 год; «Сталинград на Днепре», М., 1958 год; «В поисках героев Брестской крепости», М., 1959 год; «Были Великой войны», М., 1966 год; «Семья», М., 1968 год.

За книгу «Брестская крепость» (1957 год, второе, дополненное и расширенное издание — 1965 год) С. С. Смирнов в 1964 году был удостоен Ленинской премии. Награждён орденом Ленина.

Писатель многое сделал для восстановления доброго имени солдат, попавших в годы войны в плен и позднее за это осуждённых в СССР. «Смирнов своей книгой первым поставил под сомнение утвердившуюся презумпцию виновности военнопленных, первым отважился двинуться через это минное поле»[4].

Автор пьес, в своё время, широко шедших на сценах СССР: «Крепость над Бугом» (1955 год), «Люди, которых я видел» (1958 год).

Теме Великой Отечественной войны посвящены и киносценарии: «Его звали Федор» (1963 год), «Они шли на восток» (1965 год), «Катюша» (1964 год), «Великая Отечественная» (1965 год), «Город под липами» (1968 год), «Семья Сосниных» (1968 год).

В 1958—1970 годах побывал в 50 зарубежных странах, описал свои поездки в репортажах и очерках.

Некоторые эпизоды из документальных исследований Смирнова использовал в своих художественных произведениях Борис Васильев, с которым С. С. Смирнов был дружен.

Память

  • В честь Смирнова названа улица в городе Бресте.
  • На доме, в котором он жил в Москве, установлена памятная доска.

Награды и премии

Сочинения

  • В боях за Будапешт, 1947.
  • Династия Казанцевых 1949
  • На полях Венгрии, 1954.
  • Крепость на границе, 1956.
  • Крепость над Бугом. Пьеса, 1956.
  • В поисках героев Брестской крепости, 1957.
  • Люди, которых я видел. Пьеса, 1958.
  • Сталинград на Днепре, 1958 год.
  • Поездка на Кубу, 1962.
  • Рассказы о неизвестных героях, 1963.
  • Брестская крепость, 1964.
  • Книга о маршале Жукове предположительно 1976 (не окончена)

В кино

  • Документально-игровой фильм Алексея Пивоварова "Брест. Крепостные герои" (НТВ, 2010) основан на работах Сергея Смирнова. А роль самого Сергея Смирнова исполнил его сын Константин.

Напишите отзыв о статье "Смирнов, Сергей Сергеевич (писатель)"

Примечания

  1. [antology.igrunov.ru/50-s/esse/1084533076.html СТЕНОГРАММА ОБЩЕМОСКОВСКОГО СОБРАНИЯ ПИСАТЕЛЕЙ 31 октября 1958 года, ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЕТ С. С. СМИРНОВ]
  2. [www.ihst.ru/projects/sohist/document/letters/antistalin.htm Письма деятелей науки и культуры против реабилитации Сталина]
  3. [www.hrono.ru/biograf/bio_s/smirnov_ss.php Сергей Сергеевич Смирнов. Биография] //Hrono.ru
  4. Л. Лазарев. Шестой этаж, или Перебирая наши даты. — М., 1999. — С. 147.

Ссылки

  • Сценаристы советского художественного кино — М., 1972. с. 336
  • Кто был кто в Великой Отечественной войне 1941-1945 — М., 1995, с. 228
  • [www.fire-of-war.ru/Brest-fortress/Brest-literatura-Smirnov1.htm Сергей Смирнов. Брестская крепость]
  • [www.lib.ru/PRIKL/SMIRNOW/heroes.txt Сергей Смирнов. Рассказы о неизвестных героях]
  • [www.lgz.ru/archives/html_arch/lg382005/Polosy/11_1.htm В строю обречённых]
  • [tvkultura.ru/video/show/brand_id/20882/episode_id/391408/video_id/391408/ Острова. Сергей Смирнов]. Телеканал «Культура». Проверено 8 мая 2016.

Отрывок, характеризующий Смирнов, Сергей Сергеевич (писатель)

Петя повис на его ногах. – А меня то! – кричал он. Наташа, после того, как она, пригнув его к себе, расцеловала всё его лицо, отскочила от него и держась за полу его венгерки, прыгала как коза всё на одном месте и пронзительно визжала.
Со всех сторон были блестящие слезами радости, любящие глаза, со всех сторон были губы, искавшие поцелуя.
Соня красная, как кумач, тоже держалась за его руку и вся сияла в блаженном взгляде, устремленном в его глаза, которых она ждала. Соне минуло уже 16 лет, и она была очень красива, особенно в эту минуту счастливого, восторженного оживления. Она смотрела на него, не спуская глаз, улыбаясь и задерживая дыхание. Он благодарно взглянул на нее; но всё еще ждал и искал кого то. Старая графиня еще не выходила. И вот послышались шаги в дверях. Шаги такие быстрые, что это не могли быть шаги его матери.
Но это была она в новом, незнакомом еще ему, сшитом без него платье. Все оставили его, и он побежал к ней. Когда они сошлись, она упала на его грудь рыдая. Она не могла поднять лица и только прижимала его к холодным снуркам его венгерки. Денисов, никем не замеченный, войдя в комнату, стоял тут же и, глядя на них, тер себе глаза.
– Василий Денисов, друг вашего сына, – сказал он, рекомендуясь графу, вопросительно смотревшему на него.
– Милости прошу. Знаю, знаю, – сказал граф, целуя и обнимая Денисова. – Николушка писал… Наташа, Вера, вот он Денисов.
Те же счастливые, восторженные лица обратились на мохнатую фигуру Денисова и окружили его.
– Голубчик, Денисов! – визгнула Наташа, не помнившая себя от восторга, подскочила к нему, обняла и поцеловала его. Все смутились поступком Наташи. Денисов тоже покраснел, но улыбнулся и взяв руку Наташи, поцеловал ее.
Денисова отвели в приготовленную для него комнату, а Ростовы все собрались в диванную около Николушки.
Старая графиня, не выпуская его руки, которую она всякую минуту целовала, сидела с ним рядом; остальные, столпившись вокруг них, ловили каждое его движенье, слово, взгляд, и не спускали с него восторженно влюбленных глаз. Брат и сестры спорили и перехватывали места друг у друга поближе к нему, и дрались за то, кому принести ему чай, платок, трубку.
Ростов был очень счастлив любовью, которую ему выказывали; но первая минута его встречи была так блаженна, что теперешнего его счастия ему казалось мало, и он всё ждал чего то еще, и еще, и еще.
На другое утро приезжие спали с дороги до 10 го часа.
В предшествующей комнате валялись сабли, сумки, ташки, раскрытые чемоданы, грязные сапоги. Вычищенные две пары со шпорами были только что поставлены у стенки. Слуги приносили умывальники, горячую воду для бритья и вычищенные платья. Пахло табаком и мужчинами.
– Гей, Г'ишка, т'убку! – крикнул хриплый голос Васьки Денисова. – Ростов, вставай!
Ростов, протирая слипавшиеся глаза, поднял спутанную голову с жаркой подушки.
– А что поздно? – Поздно, 10 й час, – отвечал Наташин голос, и в соседней комнате послышалось шуршанье крахмаленных платьев, шопот и смех девичьих голосов, и в чуть растворенную дверь мелькнуло что то голубое, ленты, черные волоса и веселые лица. Это была Наташа с Соней и Петей, которые пришли наведаться, не встал ли.
– Николенька, вставай! – опять послышался голос Наташи у двери.
– Сейчас!
В это время Петя, в первой комнате, увидав и схватив сабли, и испытывая тот восторг, который испытывают мальчики, при виде воинственного старшего брата, и забыв, что сестрам неприлично видеть раздетых мужчин, отворил дверь.
– Это твоя сабля? – кричал он. Девочки отскочили. Денисов с испуганными глазами спрятал свои мохнатые ноги в одеяло, оглядываясь за помощью на товарища. Дверь пропустила Петю и опять затворилась. За дверью послышался смех.
– Николенька, выходи в халате, – проговорил голос Наташи.
– Это твоя сабля? – спросил Петя, – или это ваша? – с подобострастным уважением обратился он к усатому, черному Денисову.
Ростов поспешно обулся, надел халат и вышел. Наташа надела один сапог с шпорой и влезала в другой. Соня кружилась и только что хотела раздуть платье и присесть, когда он вышел. Обе были в одинаковых, новеньких, голубых платьях – свежие, румяные, веселые. Соня убежала, а Наташа, взяв брата под руку, повела его в диванную, и у них начался разговор. Они не успевали спрашивать друг друга и отвечать на вопросы о тысячах мелочей, которые могли интересовать только их одних. Наташа смеялась при всяком слове, которое он говорил и которое она говорила, не потому, чтобы было смешно то, что они говорили, но потому, что ей было весело и она не в силах была удерживать своей радости, выражавшейся смехом.
– Ах, как хорошо, отлично! – приговаривала она ко всему. Ростов почувствовал, как под влиянием жарких лучей любви, в первый раз через полтора года, на душе его и на лице распускалась та детская улыбка, которою он ни разу не улыбался с тех пор, как выехал из дома.
– Нет, послушай, – сказала она, – ты теперь совсем мужчина? Я ужасно рада, что ты мой брат. – Она тронула его усы. – Мне хочется знать, какие вы мужчины? Такие ли, как мы? Нет?
– Отчего Соня убежала? – спрашивал Ростов.
– Да. Это еще целая история! Как ты будешь говорить с Соней? Ты или вы?
– Как случится, – сказал Ростов.
– Говори ей вы, пожалуйста, я тебе после скажу.
– Да что же?
– Ну я теперь скажу. Ты знаешь, что Соня мой друг, такой друг, что я руку сожгу для нее. Вот посмотри. – Она засучила свой кисейный рукав и показала на своей длинной, худой и нежной ручке под плечом, гораздо выше локтя (в том месте, которое закрыто бывает и бальными платьями) красную метину.
– Это я сожгла, чтобы доказать ей любовь. Просто линейку разожгла на огне, да и прижала.
Сидя в своей прежней классной комнате, на диване с подушечками на ручках, и глядя в эти отчаянно оживленные глаза Наташи, Ростов опять вошел в тот свой семейный, детский мир, который не имел ни для кого никакого смысла, кроме как для него, но который доставлял ему одни из лучших наслаждений в жизни; и сожжение руки линейкой, для показания любви, показалось ему не бесполезно: он понимал и не удивлялся этому.
– Так что же? только? – спросил он.
– Ну так дружны, так дружны! Это что, глупости – линейкой; но мы навсегда друзья. Она кого полюбит, так навсегда; а я этого не понимаю, я забуду сейчас.
– Ну так что же?
– Да, так она любит меня и тебя. – Наташа вдруг покраснела, – ну ты помнишь, перед отъездом… Так она говорит, что ты это всё забудь… Она сказала: я буду любить его всегда, а он пускай будет свободен. Ведь правда, что это отлично, благородно! – Да, да? очень благородно? да? – спрашивала Наташа так серьезно и взволнованно, что видно было, что то, что она говорила теперь, она прежде говорила со слезами.
Ростов задумался.
– Я ни в чем не беру назад своего слова, – сказал он. – И потом, Соня такая прелесть, что какой же дурак станет отказываться от своего счастия?
– Нет, нет, – закричала Наташа. – Мы про это уже с нею говорили. Мы знали, что ты это скажешь. Но это нельзя, потому что, понимаешь, ежели ты так говоришь – считаешь себя связанным словом, то выходит, что она как будто нарочно это сказала. Выходит, что ты всё таки насильно на ней женишься, и выходит совсем не то.
Ростов видел, что всё это было хорошо придумано ими. Соня и вчера поразила его своей красотой. Нынче, увидав ее мельком, она ему показалась еще лучше. Она была прелестная 16 тилетняя девочка, очевидно страстно его любящая (в этом он не сомневался ни на минуту). Отчего же ему было не любить ее теперь, и не жениться даже, думал Ростов, но теперь столько еще других радостей и занятий! «Да, они это прекрасно придумали», подумал он, «надо оставаться свободным».
– Ну и прекрасно, – сказал он, – после поговорим. Ах как я тебе рад! – прибавил он.
– Ну, а что же ты, Борису не изменила? – спросил брат.
– Вот глупости! – смеясь крикнула Наташа. – Ни об нем и ни о ком я не думаю и знать не хочу.
– Вот как! Так ты что же?
– Я? – переспросила Наташа, и счастливая улыбка осветила ее лицо. – Ты видел Duport'a?
– Нет.
– Знаменитого Дюпора, танцовщика не видал? Ну так ты не поймешь. Я вот что такое. – Наташа взяла, округлив руки, свою юбку, как танцуют, отбежала несколько шагов, перевернулась, сделала антраша, побила ножкой об ножку и, став на самые кончики носков, прошла несколько шагов.