Советская филателистическая ассоциация

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Советская филателистическая ассоциация

Талонная книжка СФА (1935)
Общая информация
Дата создания

25 октября 1926

Предшествующие ведомства

Организация Уполномоченного по филателии и бонам в СССР,
Российское бюро филателии (1921—1924)

Дата упразднения

1938

Заменено на

Главная филателистическая контора

Руководство деятельностью осуществляет

Комиссия ВЦИК по организации и распоряжению фондом имени В. И. Ленина помощи беспризорным детям

Вышестоящее ведомство

Комиссия ВЦИК по организации и распоряжению фондом имени В. И. Ленина помощи беспризорным детям

Штаб-квартира

USSR: Москва
55°45′ с. ш. 37°37′ в. д. / 55.750° с. ш. 37.617° в. д. / 55.750; 37.617 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=55.750&mlon=37.617&zoom=14 (O)] (Я)

Председатель

Фёдор Григорьевич Чучин (1926—1928?)

Заместитель

Леонгард Карлович Эйхфус

Сове́тская филателисти́ческая ассоциа́ция (СФА) при Комиссии ВЦИК по организации и распоряжению фондом имени В. И. Ленина помощи беспризорным детям — официальное название государственной филателистической организации в СССР, созданной 25 октября 1926 года вместо Организации Уполномоченного по филателии и бонам в СССР (ОУФБ). Возглавил СФА Ф. Г. Чучин. Ассоциация имела монопольное право на торговлю советскими марками и другими предметами коллекционирования как на территории страны, так и за рубежом.





История

Деятельность

СФА была преобразована в 1926 году из ОУФБ и унаследовала от последней все авторские и имущественные права[1]. Ассоциацией были проданы за рубежом различные марки, выпущенные на территории России в годы гражданской войны, причём внутри страны эти марки не продавались[2].

Кроме того, к концу 1926 года СФА под руководством Ф. Г. Чучина переработала несколько вагонов денежной макулатуры и составила тысячи коллекций, которые были реализованы частично за границу за золото. Ассоциация также имела свои магазины в крупных городах внутри страны и продавла через них марки, монеты и другие коллекционные материалы, включая боны, которые часто имели надпечатку «коллекционный». Вырученные средства пошли по назначению фонда и голодающим Поволжья, а также на приобретение товаров, крайне необходимых народному хозяйству[1].

Ассоциация имела многочисленные отделения в городах страны.

В начале 1930-х годов только что изданные марки продавались коллекционерам в магазинах СФА по высоким ценам. Так, например, осенью 1931 года полная серия марок «Дирижаблестроение в СССР», выпущенная в мае того же года, при номинале в 1 рубль 95 копеек стоила 7 рублей. Подобная практика не способствовала развитию филателии. В связи с этим СФА выпустила абонементы для льготного снабжения коллекционеров. Марки по талонам абонемента отпускались в Москве, Ленинграде и Харькове. Выдача марок подчинялась следующим правилам:

  • при утере талонная книжка не возобновлялась,
  • передача книжки другим лицам воспрещалась,
  • талоны без книжки были не действительны,
  • книжка была недействительна без печати СФА[3].

Печатные издания

Ассоциации подчинялось издательство «Советский филателист»[4], и она издавала собственный печатный орган — журнал «Советский коллекционер» (в 1926—1928 годах носил название «Советский филателист»).

Являясь преемником Организации Уполномоченного по филателии и бонам Советская филателистическая ассоциация выпустила в 1927 году каталог бумажных денежных знаков и бон России, РСФСР, СССР, окраин и образований (1769—1927), с переченем обязательных бон России, РСФСР, СССР, Польши, Латвии, Эстонии, Литвы и Финляндии. Этот каталог-прейскурант, наряду с другими, более поздними изданиями, стал настольной книгой советских бонистов[1].

В 1933 году СФА опубликовала 4-е издание «Каталога почтовых марок РСФСР и СССР (1917—1933)» под редакцией В. В. Модестова, которое включало также каталог рекламных марок СССР.

Конфликт СФА и ВОФ

В конце 1920-х годов между СФА и Всероссийским обществом филателистов (ВОФ) возникла конфликтная ситуация в связи с существовавшей неудовлетворительной практикой снабжения коллекционеров, завышенными ценами на филателистические и прочие коллекционные материалы, монополией СФА на ведение заграничного обмена и другими вопросами развития филателии в Советском Союзе. Конфликт зашёл настолько далеко, что коллективом сотрудников СФА было возбуждено судебное дело против Правления ВОФ[5]. Однако в 1929 году специальная правительственная комиссия ВЦИК, изучавшая историю конфликта между ВОФ и СФА, постановила прекратить судебное дело против Правления ВОФ за отсутствием состава преступления. Одновременно было смещено руководство СФА, а некоторые его члены были подвергнуты репрессивным мерам. Эти решения были с одобрением встречены в местных отделениях ВОФ[6]:

Комиссией ВЦИКа, о которой нам докладывал т. Бильдин[7], решено: а) снять Куинджи[8] с должности за слабое руководство по СФА, б) снять с работы сотрудников СФА — Баллода и Целит за сращивание с вредительскими элементами СФА (Розов, Бессонов[] и К), в) в порядке советской чистки аппарата снимаются Аптекман, Бессонов, Гусаревич[], Раевский, Розов, последний — с предложением прокатиться в Соловки за вредительские действия.

Ликвидация

Имеется информация[9] о том, что в 1938 году руководство Советской филателистической ассоциации вместе с филателистами, ведшими обмен марками с заграничными коллекционерами, были репрессированы. Дело в том, что с 1922 по 1938 год филателистам в СССР был разрешён подобный обмен при условии оплаты специального почтового сбора и регистрации в книгах учёта на пункте приёма обменной корреспонденции в Москве. Когда обмен был запрещён, марки, полученные таким образом из-за границы, были изъяты, а филателисты (зарегистрированные в учётных книгах) подвергнуты репрессиям.

В 1938 году решением Экономической комиссии при Совнаркоме Советская филателистическая ассоциация была реорганизована в Главную филателистическую контору (ГФК), в ведении которой в дальнейшем находилась оптовая торговля марками внутри страны. Внешняя торговля коллекционными марками была возложена на «Международную книгу»[10].

Структура

По состоянию на 1927 год, Советская филателистическая ассоциация структурно имела следующие органы и подразделения[11]:

Президиум
  • Председатель — Фёдор Григорьевич Чучин (телефон: 67-73).
  • Заместитель — Леонгард Карлович Эйхфус.
  • Секретарть — Борис Яковлевич Бабицкий.
Управление делами
  • Управляющий делами — Анатолий Иванович Гусаревич[^].
Бухгалтерия
  • Бухгалтер — Валериан Андреевич Бессонов[^].
Отдел внутренней торговли
  • Заведующий — Борис Яковлевич Бабицкий.
Отдел внешней торговли
  • Заведующий — Леонгард Карлович Эйхфус.
Бонно-филателистический фонд
  • Заведующий — Павел Григорьевич Торпанов.
Нумизматический фонд
  • Временно исполняющий должность заведующего — Александр Семёнович Васильковский.
Экспертное бюро
  • Председатель — Леонгард Карлович Эйхфус.

Адрес

Управляющий орган Советской филателистической ассоциации располагался в Москве по адресу[11][12]:

Москва, ул. 1-я Тверская-Ямская, 3. Телефон: 1-82-35.

Впоследствии СФА размещалась по другому адресу:

Москва-50, Настасьинский пер., 3.
Заказное авиапочтовое отправление из СФА в Цюрих (1935). На оборотной стороне конверта указан адрес СФА в те годы (на немецком языке):
Москва-50, Настасьинский пер., 3

См. также

Напишите отзыв о статье "Советская филателистическая ассоциация"

Примечания

  1. 1 2 3 Глобенко В. В. [www.bonistikaweb.ru/KNIGI/globenko.htm Бумажные деньги России, СССР, Казахстана (1769—1961 гг.).] — Акмола: Акмолинское областное отделение Фонда культуры, 1992.
  2. Колосов Л. [www.belpost.by/browse.php?dir=history/KOLOSOV&file=Bel-filateliya.htm Страницы истории белорусской филателии (1896—1960)] // Веснiк сувязi. — 2004. — № 5.
  3. Глейзер М. Абонемент СФА // Филателия СССР. — 1984. — № 12. — С. 37.
  4. Вся Москва, 1927, с. 350, Изд-во «Советский филателист». [books.google.co.uk/books?id=EhQiBwAAQBAJ&q=Изд-во+«Советский+филателист»#v=snippet&q=Изд-во%20«Советский%20филателист»&f=false Архивировано из первоисточника] 17 марта 2013..
  5. Горцев П. [www.bonistikaweb.ru/SEVKAVKO/1929-3.htm «Конец филателистических безобразий»] // Северо-Кавказский коллекционер. — Ростов-на-Дону, 1929. — № 3 (13). — С. 8.  (Проверено 2 сентября 2009)
  6. Соколов В. М. [www.bonistikaweb.ru/SEVKAVKO/1929-3.htm Победа ВОФ] // Северо-Кавказский коллекционер. — Ростов-на-Дону, 1929. — № 3 (13). — С. 17. (Проверено 20 мая 2016) [www.webcitation.org/6hdtIePY0 Архивировано] из первоисточника 20 мая 2016.
  7. В. К. Бильдин, бывший председатель Правления ВОФ, в 1929 году заместитель председателя Правления ВОФ.
  8. А. А. Куинджи, заведующий СФА.
  9. Сабанцев Ю. [www.itogi.ru/paper2000.nsf/Article/Itogi_2000_12_07_184843.html Драматическая филателия] // Итоги. — 2000. — № 50 (236). — 12 декабря.  (Проверено 9 января 2009)
  10. Судаков А. Вехи советской филателии // Филателия СССР. — 1972. — № 10. — С. 9—11.
  11. 1 2 Вся Москва, 1927, с. 79, Советская филателистическая ассоциация. [books.google.co.uk/books?id=EhQiBwAAQBAJ&q=Советская+филателистическая+ассоциация#v=snippet&q=Советская%20филателистическая%20ассоциация&f=false Архивировано из первоисточника] 17 марта 2013.
  12. По этому же адресу и тому же телефонному номеру находились также Всероссийское общество филателистов, Филателистический интернационал, издательство «Советский филателист» и редакция журнала «Советский филателист» («Советский филателист — Советский коллекционер — Радио Филинтерна»).

Литература

  • Бажитова Л. И. [stamps.ru/blog/muzey-narodnoy-svyazi-na-pervoy-vsesoyuznoy Музей народной связи на Первой Всесоюзной филателистической выставке] // Почтовая марка — объект культурного наследия. Материалы 5-го научно-практического семинара по истории почты и филателии. — СПб.: ЦМС имени А. С. Попова, 2014. — С. 137—146. (Проверено 16 мая 2016) [www.webcitation.org/6hY10ecZN Архивировано] из первоисточника 16 мая 2016.
  • [136.243.13.116:88/Viewer.html?file=/Book/pdf/133389.pdf&embedded=true Вся Москва. Адресная и справочная книга на 1927 год. Отдел 2. Общесправочный отдел] / Издание Московского Совета Р. И. и Н. Д. — 3-й год издания. — М.: Издательство Московского коммунального хозяйства, 1927. — 538 с.; Репринт: Директ-Медиа, 2013. — 504 с. — ISBN 5-4458-2028-9. (Проверено 19 мая 2016)
  • Каталог бон и дензнаков России, РСФСР, СССР, окраин и образований (1769—1927). Ч. 1 / Под ред. Ф. Г. Чучина. — Изд. 3-е. — М.: Советская филателистическая ассоциация при Комиссии ВЦИК фонда им. В. И. Ленина помощи беспризорным детям, 1927.
  • [www.libex.ru/detail/book52877.html Каталог почтовых марок РСФСР и СССР 1917—1933] / Ред. В. В. Модестов. — 4-е изд. — М.: СФА, 1933. — 114 с.
  • Скрылев В. [www.stampsportal.ru/topic-philately/science/filgeo/polar/arktika/2232-malygin-1976-2 «Раритет» в три тысячи экземпляров] // Филателия СССР. — 1976. — № 2. — С. 27—28. — (Рубрика: Исследования, поиски). (Проверено 1 июля 2016) [archive.is/uiJKL Архивировано] из первоисточника 1 июля 2016.
  • Советская филателистическая ассоциация // [dic.academic.ru/dic.nsf/dic_philately/2457/ Большой филателистический словарь] / Н. И. Владинец, Л. И. Ильичёв, И. Я. Левитас, П. Ф. Мазур, И. Н. Меркулов, И. А. Моросанов, Ю. К. Мякота, С. А. Панасян, Ю. М. Рудников, М. Б. Слуцкий, В. А. Якобс; под общ. ред. Н. И. Владинца и В. А. Якобса. — М.: Радио и связь, 1988. — 320 с. — 40 000 экз. — ISBN 5-256-00175-2.

Отрывок, характеризующий Советская филателистическая ассоциация

В то же мгновение из балагана выскочил прежде всех маленький Тушин с закушенною на бок трубочкой; доброе, умное лицо его было несколько бледно. За ним вышел владетель мужественного голоса, молодцоватый пехотный офицер, и побежал к своей роте, на бегу застегиваясь.


Князь Андрей верхом остановился на батарее, глядя на дым орудия, из которого вылетело ядро. Глаза его разбегались по обширному пространству. Он видел только, что прежде неподвижные массы французов заколыхались, и что налево действительно была батарея. На ней еще не разошелся дымок. Французские два конные, вероятно, адъютанта, проскакали по горе. Под гору, вероятно, для усиления цепи, двигалась явственно видневшаяся небольшая колонна неприятеля. Еще дым первого выстрела не рассеялся, как показался другой дымок и выстрел. Сраженье началось. Князь Андрей повернул лошадь и поскакал назад в Грунт отыскивать князя Багратиона. Сзади себя он слышал, как канонада становилась чаще и громче. Видно, наши начинали отвечать. Внизу, в том месте, где проезжали парламентеры, послышались ружейные выстрелы.
Лемарруа (Le Marierois) с грозным письмом Бонапарта только что прискакал к Мюрату, и пристыженный Мюрат, желая загладить свою ошибку, тотчас же двинул свои войска на центр и в обход обоих флангов, надеясь еще до вечера и до прибытия императора раздавить ничтожный, стоявший перед ним, отряд.
«Началось! Вот оно!» думал князь Андрей, чувствуя, как кровь чаще начинала приливать к его сердцу. «Но где же? Как же выразится мой Тулон?» думал он.
Проезжая между тех же рот, которые ели кашу и пили водку четверть часа тому назад, он везде видел одни и те же быстрые движения строившихся и разбиравших ружья солдат, и на всех лицах узнавал он то чувство оживления, которое было в его сердце. «Началось! Вот оно! Страшно и весело!» говорило лицо каждого солдата и офицера.
Не доехав еще до строившегося укрепления, он увидел в вечернем свете пасмурного осеннего дня подвигавшихся ему навстречу верховых. Передовой, в бурке и картузе со смушками, ехал на белой лошади. Это был князь Багратион. Князь Андрей остановился, ожидая его. Князь Багратион приостановил свою лошадь и, узнав князя Андрея, кивнул ему головой. Он продолжал смотреть вперед в то время, как князь Андрей говорил ему то, что он видел.
Выражение: «началось! вот оно!» было даже и на крепком карем лице князя Багратиона с полузакрытыми, мутными, как будто невыспавшимися глазами. Князь Андрей с беспокойным любопытством вглядывался в это неподвижное лицо, и ему хотелось знать, думает ли и чувствует, и что думает, что чувствует этот человек в эту минуту? «Есть ли вообще что нибудь там, за этим неподвижным лицом?» спрашивал себя князь Андрей, глядя на него. Князь Багратион наклонил голову, в знак согласия на слова князя Андрея, и сказал: «Хорошо», с таким выражением, как будто всё то, что происходило и что ему сообщали, было именно то, что он уже предвидел. Князь Андрей, запихавшись от быстроты езды, говорил быстро. Князь Багратион произносил слова с своим восточным акцентом особенно медленно, как бы внушая, что торопиться некуда. Он тронул, однако, рысью свою лошадь по направлению к батарее Тушина. Князь Андрей вместе с свитой поехал за ним. За князем Багратионом ехали: свитский офицер, личный адъютант князя, Жерков, ординарец, дежурный штаб офицер на энглизированной красивой лошади и статский чиновник, аудитор, который из любопытства попросился ехать в сражение. Аудитор, полный мужчина с полным лицом, с наивною улыбкой радости оглядывался вокруг, трясясь на своей лошади, представляя странный вид в своей камлотовой шинели на фурштатском седле среди гусар, казаков и адъютантов.
– Вот хочет сраженье посмотреть, – сказал Жерков Болконскому, указывая на аудитора, – да под ложечкой уж заболело.
– Ну, полно вам, – проговорил аудитор с сияющею, наивною и вместе хитрою улыбкой, как будто ему лестно было, что он составлял предмет шуток Жеркова, и как будто он нарочно старался казаться глупее, чем он был в самом деле.
– Tres drole, mon monsieur prince, [Очень забавно, мой господин князь,] – сказал дежурный штаб офицер. (Он помнил, что по французски как то особенно говорится титул князь, и никак не мог наладить.)
В это время они все уже подъезжали к батарее Тушина, и впереди их ударилось ядро.
– Что ж это упало? – наивно улыбаясь, спросил аудитор.
– Лепешки французские, – сказал Жерков.
– Этим то бьют, значит? – спросил аудитор. – Страсть то какая!
И он, казалось, распускался весь от удовольствия. Едва он договорил, как опять раздался неожиданно страшный свист, вдруг прекратившийся ударом во что то жидкое, и ш ш ш шлеп – казак, ехавший несколько правее и сзади аудитора, с лошадью рухнулся на землю. Жерков и дежурный штаб офицер пригнулись к седлам и прочь поворотили лошадей. Аудитор остановился против казака, со внимательным любопытством рассматривая его. Казак был мертв, лошадь еще билась.
Князь Багратион, прищурившись, оглянулся и, увидав причину происшедшего замешательства, равнодушно отвернулся, как будто говоря: стоит ли глупостями заниматься! Он остановил лошадь, с приемом хорошего ездока, несколько перегнулся и выправил зацепившуюся за бурку шпагу. Шпага была старинная, не такая, какие носились теперь. Князь Андрей вспомнил рассказ о том, как Суворов в Италии подарил свою шпагу Багратиону, и ему в эту минуту особенно приятно было это воспоминание. Они подъехали к той самой батарее, у которой стоял Болконский, когда рассматривал поле сражения.
– Чья рота? – спросил князь Багратион у фейерверкера, стоявшего у ящиков.
Он спрашивал: чья рота? а в сущности он спрашивал: уж не робеете ли вы тут? И фейерверкер понял это.
– Капитана Тушина, ваше превосходительство, – вытягиваясь, закричал веселым голосом рыжий, с покрытым веснушками лицом, фейерверкер.
– Так, так, – проговорил Багратион, что то соображая, и мимо передков проехал к крайнему орудию.
В то время как он подъезжал, из орудия этого, оглушая его и свиту, зазвенел выстрел, и в дыму, вдруг окружившем орудие, видны были артиллеристы, подхватившие пушку и, торопливо напрягаясь, накатывавшие ее на прежнее место. Широкоплечий, огромный солдат 1 й с банником, широко расставив ноги, отскочил к колесу. 2 й трясущейся рукой клал заряд в дуло. Небольшой сутуловатый человек, офицер Тушин, спотыкнувшись на хобот, выбежал вперед, не замечая генерала и выглядывая из под маленькой ручки.
– Еще две линии прибавь, как раз так будет, – закричал он тоненьким голоском, которому он старался придать молодцоватость, не шедшую к его фигуре. – Второе! – пропищал он. – Круши, Медведев!
Багратион окликнул офицера, и Тушин, робким и неловким движением, совсем не так, как салютуют военные, а так, как благословляют священники, приложив три пальца к козырьку, подошел к генералу. Хотя орудия Тушина были назначены для того, чтоб обстреливать лощину, он стрелял брандскугелями по видневшейся впереди деревне Шенграбен, перед которой выдвигались большие массы французов.
Никто не приказывал Тушину, куда и чем стрелять, и он, посоветовавшись с своим фельдфебелем Захарченком, к которому имел большое уважение, решил, что хорошо было бы зажечь деревню. «Хорошо!» сказал Багратион на доклад офицера и стал оглядывать всё открывавшееся перед ним поле сражения, как бы что то соображая. С правой стороны ближе всего подошли французы. Пониже высоты, на которой стоял Киевский полк, в лощине речки слышалась хватающая за душу перекатная трескотня ружей, и гораздо правее, за драгунами, свитский офицер указывал князю на обходившую наш фланг колонну французов. Налево горизонт ограничивался близким лесом. Князь Багратион приказал двум баталионам из центра итти на подкрепление направо. Свитский офицер осмелился заметить князю, что по уходе этих баталионов орудия останутся без прикрытия. Князь Багратион обернулся к свитскому офицеру и тусклыми глазами посмотрел на него молча. Князю Андрею казалось, что замечание свитского офицера было справедливо и что действительно сказать было нечего. Но в это время прискакал адъютант от полкового командира, бывшего в лощине, с известием, что огромные массы французов шли низом, что полк расстроен и отступает к киевским гренадерам. Князь Багратион наклонил голову в знак согласия и одобрения. Шагом поехал он направо и послал адъютанта к драгунам с приказанием атаковать французов. Но посланный туда адъютант приехал через полчаса с известием, что драгунский полковой командир уже отступил за овраг, ибо против него был направлен сильный огонь, и он понапрасну терял людей и потому спешил стрелков в лес.
– Хорошо! – сказал Багратион.
В то время как он отъезжал от батареи, налево тоже послышались выстрелы в лесу, и так как было слишком далеко до левого фланга, чтобы успеть самому приехать во время, князь Багратион послал туда Жеркова сказать старшему генералу, тому самому, который представлял полк Кутузову в Браунау, чтобы он отступил сколь можно поспешнее за овраг, потому что правый фланг, вероятно, не в силах будет долго удерживать неприятеля. Про Тушина же и баталион, прикрывавший его, было забыто. Князь Андрей тщательно прислушивался к разговорам князя Багратиона с начальниками и к отдаваемым им приказаниям и к удивлению замечал, что приказаний никаких отдаваемо не было, а что князь Багратион только старался делать вид, что всё, что делалось по необходимости, случайности и воле частных начальников, что всё это делалось хоть не по его приказанию, но согласно с его намерениями. Благодаря такту, который выказывал князь Багратион, князь Андрей замечал, что, несмотря на эту случайность событий и независимость их от воли начальника, присутствие его сделало чрезвычайно много. Начальники, с расстроенными лицами подъезжавшие к князю Багратиону, становились спокойны, солдаты и офицеры весело приветствовали его и становились оживленнее в его присутствии и, видимо, щеголяли перед ним своею храбростию.


Князь Багратион, выехав на самый высокий пункт нашего правого фланга, стал спускаться книзу, где слышалась перекатная стрельба и ничего не видно было от порохового дыма. Чем ближе они спускались к лощине, тем менее им становилось видно, но тем чувствительнее становилась близость самого настоящего поля сражения. Им стали встречаться раненые. Одного с окровавленной головой, без шапки, тащили двое солдат под руки. Он хрипел и плевал. Пуля попала, видно, в рот или в горло. Другой, встретившийся им, бодро шел один, без ружья, громко охая и махая от свежей боли рукою, из которой кровь лилась, как из стклянки, на его шинель. Лицо его казалось больше испуганным, чем страдающим. Он минуту тому назад был ранен. Переехав дорогу, они стали круто спускаться и на спуске увидали несколько человек, которые лежали; им встретилась толпа солдат, в числе которых были и не раненые. Солдаты шли в гору, тяжело дыша, и, несмотря на вид генерала, громко разговаривали и махали руками. Впереди, в дыму, уже были видны ряды серых шинелей, и офицер, увидав Багратиона, с криком побежал за солдатами, шедшими толпой, требуя, чтоб они воротились. Багратион подъехал к рядам, по которым то там, то здесь быстро щелкали выстрелы, заглушая говор и командные крики. Весь воздух пропитан был пороховым дымом. Лица солдат все были закопчены порохом и оживлены. Иные забивали шомполами, другие посыпали на полки, доставали заряды из сумок, третьи стреляли. Но в кого они стреляли, этого не было видно от порохового дыма, не уносимого ветром. Довольно часто слышались приятные звуки жужжанья и свистения. «Что это такое? – думал князь Андрей, подъезжая к этой толпе солдат. – Это не может быть атака, потому что они не двигаются; не может быть карре: они не так стоят».
Худощавый, слабый на вид старичок, полковой командир, с приятною улыбкой, с веками, которые больше чем наполовину закрывали его старческие глаза, придавая ему кроткий вид, подъехал к князю Багратиону и принял его, как хозяин дорогого гостя. Он доложил князю Багратиону, что против его полка была конная атака французов, но что, хотя атака эта отбита, полк потерял больше половины людей. Полковой командир сказал, что атака была отбита, придумав это военное название тому, что происходило в его полку; но он действительно сам не знал, что происходило в эти полчаса во вверенных ему войсках, и не мог с достоверностью сказать, была ли отбита атака или полк его был разбит атакой. В начале действий он знал только то, что по всему его полку стали летать ядра и гранаты и бить людей, что потом кто то закричал: «конница», и наши стали стрелять. И стреляли до сих пор уже не в конницу, которая скрылась, а в пеших французов, которые показались в лощине и стреляли по нашим. Князь Багратион наклонил голову в знак того, что всё это было совершенно так, как он желал и предполагал. Обратившись к адъютанту, он приказал ему привести с горы два баталиона 6 го егерского, мимо которых они сейчас проехали. Князя Андрея поразила в эту минуту перемена, происшедшая в лице князя Багратиона. Лицо его выражало ту сосредоточенную и счастливую решимость, которая бывает у человека, готового в жаркий день броситься в воду и берущего последний разбег. Не было ни невыспавшихся тусклых глаз, ни притворно глубокомысленного вида: круглые, твердые, ястребиные глаза восторженно и несколько презрительно смотрели вперед, очевидно, ни на чем не останавливаясь, хотя в его движениях оставалась прежняя медленность и размеренность.