Соната для фортепиано № 20 (Бетховен)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Соната для фортепиано № 20
Композитор

Людвиг ван Бетховен

Форма

соната

Время и место сочинения

1790-е

Первая публикация

1805

Инструменты

фортепиано

Соната для фортепиано № 20 соль мажор, op. 49 № 2 — сочинение Людвига ван Бетховена, написанное предположительно в середине 1790-х гг. и опубликованное в 1805 г. вместе с Сонатой № 19 под общим названием «Лёгкие сонаты» (нем. Leichte Sonaten).





Состав

  1. Allegro ma non troppo
  2. Tempo di Menuetto

История создания

Автографы обеих сонат из публикации 1805 года не сохранились, однако наброски к ним, датируемые 1795—1796 гг., находятся в собрании Британского музея — в частности, один из сохранившихся набросков 20-й сонаты, судя по водяному знаку на нотной бумаге, связан с посещением композитором Праги в 1796 году. Предполагается, что Бетховен не собирался публиковать эти произведения, используя их в узком кругу для педагогических целей; ещё Александр Тейер отмечал, что обе сонаты сравнительно несложны и удобны для формирования хорошего музыкального вкуса[1]. Предполагается, что брат композитора передал обе сонаты издателю для публикации без ведома автора[2]; они, однако, сразу стали бестселлером и были неоднократно переизданы в разных городах в самый короткий срок.

Напишите отзыв о статье "Соната для фортепиано № 20 (Бетховен)"

Примечания

  1. [books.google.ru/books?id=TNVZuIbekuoC&pg=PA2#v=onepage&q&f=false Ludwig van Beethoven. Two Sonatas, Op. 49] / Ed. by Maurice Hinson. — Alfred Music Publishing, 1992. — P. 1.  (англ.)
  2. [books.google.ru/books?id=x0l9bpPDCSkC&pg=PA115#v=onepage&q&f=false Beethoven: Piano Sonatas, Volume 3] / Ed. by Stewart Gordon. — Alfred Music Publishing, 2008. — P. 115.  (англ.)

Ссылки


Отрывок, характеризующий Соната для фортепиано № 20 (Бетховен)

– Граф не уехал, он здесь, и об вас распоряжение будет, – сказал полицеймейстер. – Пошел! – сказал он кучеру. Толпа остановилась, скучиваясь около тех, которые слышали то, что сказало начальство, и глядя на отъезжающие дрожки.
Полицеймейстер в это время испуганно оглянулся, что то сказал кучеру, и лошади его поехали быстрее.
– Обман, ребята! Веди к самому! – крикнул голос высокого малого. – Не пущай, ребята! Пущай отчет подаст! Держи! – закричали голоса, и народ бегом бросился за дрожками.
Толпа за полицеймейстером с шумным говором направилась на Лубянку.
– Что ж, господа да купцы повыехали, а мы за то и пропадаем? Что ж, мы собаки, что ль! – слышалось чаще в толпе.


Вечером 1 го сентября, после своего свидания с Кутузовым, граф Растопчин, огорченный и оскорбленный тем, что его не пригласили на военный совет, что Кутузов не обращал никакого внимания на его предложение принять участие в защите столицы, и удивленный новым открывшимся ему в лагере взглядом, при котором вопрос о спокойствии столицы и о патриотическом ее настроении оказывался не только второстепенным, но совершенно ненужным и ничтожным, – огорченный, оскорбленный и удивленный всем этим, граф Растопчин вернулся в Москву. Поужинав, граф, не раздеваясь, прилег на канапе и в первом часу был разбужен курьером, который привез ему письмо от Кутузова. В письме говорилось, что так как войска отступают на Рязанскую дорогу за Москву, то не угодно ли графу выслать полицейских чиновников, для проведения войск через город. Известие это не было новостью для Растопчина. Не только со вчерашнего свиданья с Кутузовым на Поклонной горе, но и с самого Бородинского сражения, когда все приезжавшие в Москву генералы в один голос говорили, что нельзя дать еще сражения, и когда с разрешения графа каждую ночь уже вывозили казенное имущество и жители до половины повыехали, – граф Растопчин знал, что Москва будет оставлена; но тем не менее известие это, сообщенное в форме простой записки с приказанием от Кутузова и полученное ночью, во время первого сна, удивило и раздражило графа.