Социал-демократическая партия Кореи

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Социал-демократическая партия Кореи
кор. 조선사회민주당
Лидер:

Ким Ён Дэ

Основатель:

Чо Ман Сик

Дата основания:

3 ноября 1945

Штаб-квартира:

КНДР, Пхеньян

Идеология:

социал-демократия, демократический социализм

Союзники и блоки:

ТПК, ПМДНП, ЕДОФ

Количество членов:

30 000

Мест в ВНС:
50 / 687
Сайт:

[uriminzokkiri.com/2010/main-ksdp.php uriminzokkiri.com]

К:Политические партии, основанные в 1945 году


Политика — Портал:Политика
КНДР

Эта статья — часть серии:
Политическая система
КНДР

Социал-демократическая партия Кореи (СДПК, кор. 조선사회민주당) — одна из трёх официально существующих партий в КНДР (до 1981 года — Демократическая партия Кореи)[1].

Согласно СМИ КНДР, СДПК — это демократическая политическая партия, объединяющая средних и мелких предпринимателей и торговцев, ремесленников, часть крестьян, а также христиан. Она выдвигает своим руководящим идеалом национальную социал-демократию, отвечающую историческим условиям и национальным особенностям Кореи, и считает своим основным политическим кредо самостоятельность, независимость, демократию, мир и защиту прав человека[2].

Лидер партии — Ким Ён Дэ (заместитель председателя Президиума ВНС КНДР). Численность — 30 тыс. членов (2002).[3] Кореевед А. Н. Ланьков отмечает, что на сегодняшний день полностью подконтрольна ТПК[4].



История

Создана 3 ноября 1945 года известным лидером националистического движения Чо Ман Сиком как Демократическая партия. Заместителем Чо Ман Сика в партии был Чхве Ён Гон — бывший ученик Чо Ман Сика и, в то же время, соратник Ким Ир Сена и заметный участник партизанского движения в Маньчжурии. Во главе секретариата оказался бывший партизан-коммунист Ким Чхэк. На протяжении первых двух месяцев Демократическая партия была практически единственной заметной политической силой на севере Кореи.

После ареста Чо Ман Сика в начале 1946 года в связи с его несогласием поддержать результаты Московского совещания конца декабря 1945 года, многие его сторонники вышли из партии. 24 февраля 1946 года в Пхеньяне открылся I съезд Демократической пар­тии. На нем Чо Ман Сик был объявлен «реакционером», «американс­ким и японским агентом», а все деятели из его окружения, еще ос­тававшиеся в руководстве партии, были лишены постов.[5] Когда в феврале 1947 г. было сформи­ровано Народное собрание Северной Кореи, то из 9 членов президиума 2 формально принадлежало к Демократической партии.

В 1948 году прошла продолжавшаяся примерно полгода чистка рядов партии, в ходе которой из неё были удалены «реакционные элементы». В партии были введены партийные билеты, установлена строгая иерархия комитетов. Официально закреплены были новые порядки в декабре 1948 года решениями III съезда Демокра­тической партии, который также принял новую партийную программу и устав.

В ходе ужесточения политического режима КНДР в 1958 году руководство партии подверглось арестам. На выборах 16 марта 1959 года, впервые за всю историю существования КНДР, кандидаты от Демократической партии и партии Чхонъуданъ не выдвигались.

Напишите отзыв о статье "Социал-демократическая партия Кореи"

Примечания

  1. Иргебаев А. Т., Тимонин А. А. [geography.su/books/item/f00/s00/z0000009/st004.shtml 'КНДР. Справочник']. — М.: Политиздат, 1988
  2. [www.kcckp.net/ru/great/political.php?2 Политика Кореи]
  3. [www.polpred.com/country/kp/free.html?book=1134&country=78&id=5470&act=text КНДР. Общие сведения-2002]
  4. Ланьков А. Н. Разгром некоммунистических партий в КНДР (1945 - 1959) // КНДР вчера и сегодня. Неформальная история Северной Кореи. — М.: Восток-Запад, 2004. — С. 148. — 448 с. — ISBN 5-478-00060-4.
  5. Ланьков А. Н. [lankov.oriental.ru/nk5.shtml Северная Корея: вчера и сегодня]


Отрывок, характеризующий Социал-демократическая партия Кореи

В доме Ростовых было невесело.


Пришли святки, и кроме парадной обедни, кроме торжественных и скучных поздравлений соседей и дворовых, кроме на всех надетых новых платьев, не было ничего особенного, ознаменовывающего святки, а в безветренном 20 ти градусном морозе, в ярком ослепляющем солнце днем и в звездном зимнем свете ночью, чувствовалась потребность какого нибудь ознаменования этого времени.
На третий день праздника после обеда все домашние разошлись по своим комнатам. Было самое скучное время дня. Николай, ездивший утром к соседям, заснул в диванной. Старый граф отдыхал в своем кабинете. В гостиной за круглым столом сидела Соня, срисовывая узор. Графиня раскладывала карты. Настасья Ивановна шут с печальным лицом сидел у окна с двумя старушками. Наташа вошла в комнату, подошла к Соне, посмотрела, что она делает, потом подошла к матери и молча остановилась.
– Что ты ходишь, как бесприютная? – сказала ей мать. – Что тебе надо?
– Его мне надо… сейчас, сию минуту мне его надо, – сказала Наташа, блестя глазами и не улыбаясь. – Графиня подняла голову и пристально посмотрела на дочь.
– Не смотрите на меня. Мама, не смотрите, я сейчас заплачу.
– Садись, посиди со мной, – сказала графиня.
– Мама, мне его надо. За что я так пропадаю, мама?… – Голос ее оборвался, слезы брызнули из глаз, и она, чтобы скрыть их, быстро повернулась и вышла из комнаты. Она вышла в диванную, постояла, подумала и пошла в девичью. Там старая горничная ворчала на молодую девушку, запыхавшуюся, с холода прибежавшую с дворни.
– Будет играть то, – говорила старуха. – На всё время есть.
– Пусти ее, Кондратьевна, – сказала Наташа. – Иди, Мавруша, иди.
И отпустив Маврушу, Наташа через залу пошла в переднюю. Старик и два молодые лакея играли в карты. Они прервали игру и встали при входе барышни. «Что бы мне с ними сделать?» подумала Наташа. – Да, Никита, сходи пожалуста… куда бы мне его послать? – Да, сходи на дворню и принеси пожалуста петуха; да, а ты, Миша, принеси овса.
– Немного овса прикажете? – весело и охотно сказал Миша.
– Иди, иди скорее, – подтвердил старик.
– Федор, а ты мелу мне достань.
Проходя мимо буфета, она велела подавать самовар, хотя это было вовсе не время.
Буфетчик Фока был самый сердитый человек из всего дома. Наташа над ним любила пробовать свою власть. Он не поверил ей и пошел спросить, правда ли?
– Уж эта барышня! – сказал Фока, притворно хмурясь на Наташу.
Никто в доме не рассылал столько людей и не давал им столько работы, как Наташа. Она не могла равнодушно видеть людей, чтобы не послать их куда нибудь. Она как будто пробовала, не рассердится ли, не надуется ли на нее кто из них, но ничьих приказаний люди не любили так исполнять, как Наташиных. «Что бы мне сделать? Куда бы мне пойти?» думала Наташа, медленно идя по коридору.
– Настасья Ивановна, что от меня родится? – спросила она шута, который в своей куцавейке шел навстречу ей.
– От тебя блохи, стрекозы, кузнецы, – отвечал шут.
– Боже мой, Боже мой, всё одно и то же. Ах, куда бы мне деваться? Что бы мне с собой сделать? – И она быстро, застучав ногами, побежала по лестнице к Фогелю, который с женой жил в верхнем этаже. У Фогеля сидели две гувернантки, на столе стояли тарелки с изюмом, грецкими и миндальными орехами. Гувернантки разговаривали о том, где дешевле жить, в Москве или в Одессе. Наташа присела, послушала их разговор с серьезным задумчивым лицом и встала. – Остров Мадагаскар, – проговорила она. – Ма да гас кар, – повторила она отчетливо каждый слог и не отвечая на вопросы m me Schoss о том, что она говорит, вышла из комнаты. Петя, брат ее, был тоже наверху: он с своим дядькой устраивал фейерверк, который намеревался пустить ночью. – Петя! Петька! – закричала она ему, – вези меня вниз. с – Петя подбежал к ней и подставил спину. Она вскочила на него, обхватив его шею руками и он подпрыгивая побежал с ней. – Нет не надо – остров Мадагаскар, – проговорила она и, соскочив с него, пошла вниз.
Как будто обойдя свое царство, испытав свою власть и убедившись, что все покорны, но что всё таки скучно, Наташа пошла в залу, взяла гитару, села в темный угол за шкапчик и стала в басу перебирать струны, выделывая фразу, которую она запомнила из одной оперы, слышанной в Петербурге вместе с князем Андреем. Для посторонних слушателей у ней на гитаре выходило что то, не имевшее никакого смысла, но в ее воображении из за этих звуков воскресал целый ряд воспоминаний. Она сидела за шкапчиком, устремив глаза на полосу света, падавшую из буфетной двери, слушала себя и вспоминала. Она находилась в состоянии воспоминания.