Сталинская премия за выдающиеся изобретения и коренные усовершенствования методов производственной работы (1943)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

В 1943 году были названы лауреаты Сталинской премии за выдающиеся изобретения и коренные усовершенствования методов производственной работы за 1942 год в Постановлении Совета народных комиссаров СССР от «О присуждении Сталинских премий за: а) выдающиеся изобретения и б) коренные усовершенствования методов производственной работы за 1942 год» (опубликовано в газете «Известия» 23 марта 1943 года).



Первая степень

Здесь указаны самые выдающиеся и востребованные изобретения и методы производства, а также их изобретатели. Сумма вознаграждения — 150 000 рублей. В рамках премии внимание уделили 21 разработке. В целом первой степенью наградили 120 человек.

  1. Блохин, Николай Александрович, главный инженер, Шереметьев, Александр Григорьевич, нач. Главспецстали, Мырцымов, Александр Фёдорович, зам. нач. техотдела НКЧМ СССР, Мурзин, Иван Иванович, главный инженер, Голиков, Игорь Николаевич, зам. нач. ЦЛ, Осминкин, Александр Александрович, руководитель мартеновской группы ЦЛ ЗМЗ, Арзамасцев, Иван Григорьевич, нач. ЦЛ, Габуев, Григорий Харитонович, главный инженер, Филатов, Владимир Павлович, пом. нач. мартеновского цеха, Малышев, Сегей Иванович, нач. мартеновского цеха МЗ имени А. К. Серова, Корнеев, Николай Иванович, помощник начальника, Лиференко, Иван Григорьевич, Чуприн, Климент Кононович, Мелихов, Пётр Иванович, сотрудники ВИАМ, Шило, Пётр Елисеевич, — за разработку и внедрение в производство новой технологии выплавки стали для военной промышленности
  2. Грабин, Василий Гаврилович, генерал-лейтенант технических войск, Иванов, Илья Иванович, генерал-лейтенант инж.-арт. службы, Шеффер, Дмитрий Иванович, Назаров Пётр Михайлович, помощники главного конструктора, Ренне, Константин Константинович, Розенберг, Михаил Михайлович, Мещанинов, Владимир Дмитриевич, Муравьёв, Пётр Фёдорович, начальники отделов ЦАКБ, — за разработку новых образцов артиллерийского вооружения
  3. Деркач, Александр Ильич, инженер завода № 695, Попов, Николай Леонидович, нач. техотдела НКЭП СССР, Андреев, Александр Сергеевич, Белов Николай Иванович, Виноградов, Иван Иванович, Горнов, Сергей Николаевич, Ковалёнок, Николай Григорьевич, инженеры НИИ № 20, — за создание новых образцов радиоаппаратуры
  4. Ермольева, Зинаида Виссарионовна, заведующий отделом биохимии микробов и бактериофага, Якобсон, Лидия Михайловна, зав. лабораторией ВИЭМ имени М. Горького, — за разработку нового метода быстрой диагностики и фагопрофилактики инфекционной болезни
  5. Ильюшин, Сергей Владимирович, — за модификацию и усовершенствование конструкций боевых самолётов
  6. Кожевников, Юлиан Николаевич, начальник, Василенко, Семён Евгеньевич, главный инженер, Альшевский, Лев Ефимович, зам. нач. техотдела Главтрубостали, Осадчий, Яков Павлович, директор, Токовой, Кирилл Петрович, Заславский, Израиль Григорьевич, Альтшуллер, Яков Абрамович, Тихонов, Николай Александрович, Дубровский, Иван Васильевич, Данилов, Фёдор Александрович, Кошечкин, Иван Яковлевич, Касьянов, Фёдор Кондратьевич, работники завода № 703, Артемьев, Владимир Андреевич, главный инженер НИИ № 3, Емельяненко, Павел Терентьевич, гл. инженер, Панюшкин, Николай Васильевич, руководитель трубной группы НИТИ, — за коренное усовершенствование технологии производства миномётных труб и деталей боеприпасов
  7. Котельников, Владимир Александрович, руководитель группы, Егоров, Константин Петрович, Старицын, Георгий Васильевич, инженеры ГСПЭИ № 56, Цукублин, Анатолий Ионович, начальник, Борисов, Дмитрий Акимович, Солдатихин, Юрий Анатольевич, инженеры лаборатории ЦНИИС, — за разработку аппаратуры высокочастотной голосовой правительственной связи с шифрованием.
  8. Котин, Жозеф Яковлевич, гл. конструктор, Махонин, Сергей Нестерович, главный инженер, Троянов, Лев Сергеевич, зам. гл. конструктора Кировского завода, Петров, Фёдор Фёдорович, главный конструктор завода № 9, Гуренко, Сергей Петрович, гл. конструктор завода № 172, — за разработку нового вида артиллерийского вооружения (СУ-152)
  9. Кузнецов, Николай Николаевич, генерал-майор инженерно-артиллерийской службы, Семёнов, Анатолий Иванович, инженер-подполковник, Мрыкин, Александр Григорьевич, инженер-подполковник, Серебряков, Сергей Михайлович, заместитель начальника Ленинградского полигона, Алешков, Михаил Николаевич, инженер-капитан, Виноградов, Лев Алексеевич, инженер-полковник, Волков, Константин Михайлович, инженер-подполковник, Копылов, Георгий Александрович, инженер-подполковник, Комиссарчик, Моисей Абрамович, инженер-подполковник, Шор, Яков Борисович, инженер-майор, Малов, Михаил Фёдорович, капитан артиллерийско-технической службы, Казаков, Николай Семёнович, мл. лейтенант, Хухорев, Сергей Сергеевич, ст. техник-лейтенант, Бармин, Владимир Петрович, инженер завода «Компрессор», — за разработку новых типов вооружения
  10. Лавочкин Семён Алексеевич (Айзикович) — за модификацию и усовершенствование боевого самолёта
  11. Лурье, Герц Борисович, гл. инженер, Андросов, Григорий Васильевич, Васильев, Александр Иванович, Марусов, Яков Васильевич, работники ГПЗ № 4, Петриковский, Моисей Абрамович, гл. конструктор, Рагузин, Яков Рафаилович, заместитель главного инженера ГПИ № 3, Соколов Александр Иванович, начальник цеха ГПЗ № 1; Малинин, Борис Михайлович, старший научный сотрудник ЦНИИ № 45, Крицкин, Владимир Фёдорович, зам. нач., Васильев Василий Иванович, Голосовский, Пётр Зиновьевич, Горячев, Владимир Петрович, Фуников, Виталий Петрович, сотрудники ЦКБ № 18; Алексеев Николай Васильевич, инженер-капитан 1 ранга, — за создание нового типа боевого корабля
  12. Масленников, Иван Фёдорович, директор, Эрпшер, Юлий Борисович, Волчек, Николай Акимович, Купцов, Александр Лаврович, Зузанов, Георгий Иванович, Левин, Арий Абрамович, Филатович, Серафим Борисович, сотрудники Бюро агрегатных станков ЭНИИМРС, — за создание новых высокопроизводительных станков для военной промышленности
  13. Поликарпов, Николай Николаевич, — за создание нового образца боевого самолёта
  14. Рубцов, Николай Николаевич, профессор, Жевтунов, Пётр Прохорович, Расторгуев, Иван Сергеевич, Никонов, Николай Александрович, сотрудники МОТКЗММИ имени Н. Э. Баумана, Степин, Павел Иванович, ст. инженер, Гостев Борис Иванович, ст. н. с. НАТИ, Задзишек, Илья Борисович, гл. металлург, Щекотихин, Константин Трифонович, ст. технолог литейного цеха МТЗ, Таланов, Пётр Иванович, нач. литейного отдела, Сызранкин, Фёдор Николаевич, нач. литейного цеха, Соколов, Николай Анатольевич, ведущий конструктор литейного отдела ЦНИИТМАШ, Шамин, Николай Алексеевич, гл. металлург НКТП СССР, — за коренное усовершенствование технологии производства боеприпасов
  15. Сухой, Павел Осипович, — за создание нового образца боевого самолёта
  16. Туполев, Андрей Николаевич, ч.-к. АН СССР, — за создание нового образца боевого самолёта
  17. Чаромский, Алексей Дмитриевич, — за создание нового образца авиационного двигателя
  18. Шамарин, Николай Николаевич, Жигарь, Григорий Иванович, Горбунов, Валентин Дмитриевич, работники завода № 231, Ласточкин, Ростислав Иванович, инженер завода № 659, Болкунов, Григорий Васильевич, н. с. завода № 389, Симонов, Александр Иванович, конструктор завода № 702, Брыкин, Александр Евстратьевич, инженер-капитан 1 ранга, — за создание нового типа морского вооружения
  19. Швецов, Аркадий Дмитриевич, — за создание нового образца авиационного мотора
  20. Яковлев, Александр Сергеевич, — за модификацию и усовершенствование боевых самолётов
  21. Рамзин, Леонид Константинович — за создание конструкции прямоточного котла

Вторая степень 

Второй степенью награждали граждан, внёсших весомый вклад в усовершенствование методов производственной работы, а также менее выдающихся изобретателей. Сумма вознаграждения — 100 000 рублей. В рамках премии были отмечены 32 разработки. В целом второй степенью наградили 105 человек.

  1. Автомьян, Арташес Эрвандович, Остряков, Николай Николаевич, Третьяков, Василий Никитич, Грибов, Владимир Матвеевич, Дьяконов, Владимир Александрович, Клементьев, Григорий Михайлович, Кузнецов, Виктор Иванович, инженеры завода № 706, Чехович, Георгий Владимирович, инженер-майор, Хуртин, Мирон Данилович, инженер-капитан, — за работу по повышению эффективности стрельбы корабельной артиллерии
  2. Али-Заде, Али-Ашраф Абдул-Гусейн, бывший управляющий, Ованесов, Гурген Павлович, Корнев, Абрам Ноевич, геологи треста по разведке Прикуринской низменности и Кировабадского района, Мелик-Пашаев, Врам Самсонович, гл. геолог, Дмитриев, Евстафий Яковлевич, зам. гл. геолога Азнефтекомбината, — за исследование и освоение новых нефтеносных месторождений
  3. Борисов, Алексей Иванович, ст. инженер техотдела 1-го ГУ НКБ СССР, Мельников, Георгий Иванович, и. о. гл. инженера завода № 319, Быков, Андрей Яковлевич, гл. механик, Бородин, Михаил Николаевич, нач. цеха завода № 15, — за коренное усовершенствование метода производства взравчатого вещества
  4. Бурцев, Константин Иванович, зам. гл. инженера, Кожевников, Валентин Петрович, Бахтинов, Борис Петрович, Голованенко, Александр Милентьевич, работники ММК имени И. В. Сталина, Барам, Азарий Наумовиич, Серёгин, Георгий Андреевич, инженеры Кировского завода, — за коренное усовершенствование технологии производства сложных профилей проката, обеспечившее увеличение выпуска военной продукции
  5. Варшавский, Семён Львович, научный руководитель, Шенфинкель, Исаак Хаймович, ст. н. с., Нехорошев, Георгий Фёдорович, бывший нач. цеха СНИИ № 42, — за разработку нового технологического процесса и внедрение его в химическую промышленность
  6. Вологдин, Валентин Петрович, ч.-к. АН СССР, Бабат, Георгий Ильич, руководитель лаборатории завода № 627, Лозинский, Михаил Гиршевич, гл. инженер завода № 498, Родин, Евгений Васильевич, инжененр завода «ТВЧ», — за разработку и внедрение в производство нового метода высокочастотной закалки поверхностей стальных изделий
  7. Гинсбург, Николай Николаевич, бригврач, Тамарин, Александр Лазаревич, военврач 1 ранга, — за изобретение нового медицинского препарата
  8. Гирголав, Семён Семёнович, генерал-лейтенант м/сл, нач. кафедры ВМА имени С. М. Кирова, зам. гл. хирурга РККА, Арьев, Тувий Яковлевич, зам. гл. хирурга Карельского фронта, Шейнис, Вениамин Николаевич, зам. учёного секретаря УМС ГВСУ РККА, — за научную разработку новых методов, ускоряющих лечение при обморожении
  9. Головкин, Василий Георгиевич, инженер ВИАМ, Ливанов, Владимир Александрович, гл. металлург, Белов Александр Фёдорович, Бобовников, Николай Дмитриевич, Маурах, Александр Алексеевич, Москаленко, Николай Данилович, работники завода № 150, Озёрский, Михаил Соломонович, гл. металлург филиала завода № 95, — за разработку и внедрение в производство метода бесслиткового проката цветных металлов
  10. Граников, Дмитрий Анатольевич, гл. инженер ГУ маслодельной и сыродельной промышленности НКММП СССР, — за разработку технологии и освоения производства новых видов высококачественных сыров
  11. Довжик, Самуил Аронович, зам. нач. лаборатории, Ушаков, Константин Андреевич, Абрамович, Генрих Наумович, Глазер, Моисей Вениаминович, сотрудники ЦАГИ имени Н. Е. Жуковского, Ложкин, Борис Григорьевич, нач. группы конторы «Стальконструкция», — за создание новой аппаратуры для целей испытания в области самолётостроения
  12. Дорохин, Григорий Дмитриевич, нач. отдела ЦАКБ, — за усовершенствование артиллерийского вооружения
  13. Духов, Николай Леонидович, зам. гл. конструктора, Шашмурин, Николай Фёдорович, Сычёв, Леонид Ефимович, Михайлов, Герман Александрович, Стернин, Александр Натанович, Лесохин, Абрам Фалкович, Дедов, Евгений Пантелеймонович, инженеры Кировского завода, Ермолаев, Афанасий Семёнович, гл. конструктор, Синев, Николай Михайлович, зам. гл. конструктора завода № 100, Благонравов, Александр Иванович; инженер-подполковник, — за усовершенствование конструкций тяжёлых станков
  14. Завертайло, Иван Прохорович, рабочий Высокогорсого рудника НКЧМ СССР, — за внедрение в горно-рудную промышленность усовершенствованного метода обуривания
  15. Задикян, Аршак Аветисович, гл. инженер, Гудима, Николай Васильевич, Елитенко, Ефим Исидорович, сотрудники Главникелькобальта, Брохин, Исаак Соломонович, директор кобальтовой установки «КМ», Кропанёв, Семён Иванович, ст. инженер института «Менобр», Плетенев, Сергей Андреевич, Цидлер, Александр Андреевич, н. с. Гинцветмета, Шнеерсон, Берко Лейбович, гл. инженер кобальтовой установки № 5, — за разработку технологии и организацию производства кобальта из сульфидных руд
  16. Каргин, Валентин Алексеевич, зав. лабораторией, Штеде, Мария Николаевна, ст. н. с. ФХИ имени Л. Я. Карпова, — за разработку и внедрение в производство нового метода обработки защитных тканей
  17. Клебанский, Александр Львович, научный руководитель ЦНИЛ опытного завода НКРП СССР, — за разработку нового метода получения синтетического каучука и за внедрение его в промышленность
  18. Климов, Владимир Яковлевич — за усовершенствование авиационного мотора
  19. Кокряков, Дмитий Андреевич, нач. ОКБ, Маракаткин, Михаил Павлович, ст. конструктор, Янкелевич, Евсей Гиршевич, ст. инженер завода № 182, Островский, Дмитрий Николаевич, ст. конструктор завода № 231, Саульский, Владимир Михайлович, инженер-капитан, — за создание нового образца морского вооружения
  20. Кошкин, Лев Николаевич, гл. конструктор завода № 3, — за создание новых высокопроизводительных многооперационных станков
  21. Липгарт, Андрей Александрович, гл. конструктор, Астров, Николай Александрович, зам. гл. конструктора, Кригер, Анатолий Маврикиевич, Сорочкин, Юрий Наумович, Дедков, Владимир Алексеевич, конструкторы ГАЗ имени В. М. Молотова, — за усовершенствование конструкции танка
  22. Локтев, Лев Абрамович, гл. конструктор, Радзилович, Иосиф Матвеевич, Барышников, Всеволод Эрастович, работники завода № 88; Асташкин, Виктор Георгиевич, инженер-конструктор, Родионов, Виктор Васильевич, конструктор завода № 8, — за разработку нового типа артиллерийского вооружения
  23. Меськин, Вениамин Семёнович, нач. лаборатории, Корюков, Михаил Иванович, Перельман, Ефим Григорьевич, Лавров, Михаил Викторович, Винник, Яков Матвеевич, Крамаров, Абрам Давыдович, сотрудники НИИ № 13, Гостев, Константин Иванович, зам. нач. техотдела НКВ СССР, Привалов, Виталий Иванович, гл. металлург, Ивановский, Михаил Владимирович, технолог цеха завода № 172, — за разработку и внедрение в промышленность вооружения малолегированных марок стали с обеспечением установленного качества продукции
  24. Микулин, Александр Александрович — за усовершенствование авиационного мотора
  25. Нудельман, Александр Эммануилович, ведущий конструктор, Суранов, Александр Степанович, Бундин, Михаил Павлович, Жирных, Георгий Андреевич, Исаков, Борис Фёдорович, сотрудники ОКБ № 16, — за разработку нового образца артиллерийского вооружения
  26. Петров, Григорий Семёнович, профессор МХТИ имени Д. И. Менделеева, Андрианов, Кузьма Андрианович, консультант, Привезенцев, Владимир Алексеевич, гл. инженер, Брагин, Сергей Михайлович, нач. лаборатории завода № 330, Нечаев, Александр Алексеевич, гл. инженер, Павлович, Пётр Игнатович, Певзнер, Лев Вениаминович, работники МЭЗ Главхимпласта, Левин, Абрам Наумович, гл. инженер Главхимпласта НКХП СССР, Клибанов, Хаим Файвелевич, гл. инженер, Козырев, Николай Фёдорович, нач. техотдела 5-го ГУ НКЭП СССР, Орлович, Теодор Максович, гл. инженер завода № 198, — за разработку новых видов пластмасс и их применение в кабельной промышленности
  27. Рязанский, Михаил Сергеевич, нач. отдела, Слепушкин, Андрей Борисович, Леонов, Леонид Васильевич, Михайлевич, Давид Соломонович, Зубков, Иван Тимофеевич, Тихомиров, Виктор Васильевич, Вольман, Иосиф Исаакович, инженеры НИИ № 20, — за разработку новой конструкции радиоустановки
  28. Синильщиков, Евгений Васильевич, нач. отдела, Перерушев, Сергей Гаврилович, ст. инженер-конструктор ЦАКБ, Горлицкий, Лев Израилевич, зам. гл. конструктора, Курин, Николай Васильевич, ст. инженер-конструктор Уралмашзавода, — за создание нового вида артиллерийского вооружения
  29. Смирнов, Степан Фёдорович, токарь завода «Красный пролетарий», — за разработку и применение приспособлений для механической обработки металла, обеспечивших высокую производительность
  30. Фин, Александр Абрамович, гл. инженер, Новиков Николай Иванович, ст. инженер НИИ № 20, Гальперин, Евгений Рафаилович, инженер завода № 203, Народницкий, Илья Ааронович, инженер завода № 210, — за создание нового типа радиостанций
  31. Шамарин, Владимир Николаевич, начальник спецбюро, Гальцов, Иван Павлович, зам. нач. отдела, Тараканов, Николай Васильевич, ведущий конструктор, Житин, Борис Григорьевич, мастер-испытатель НИИ № 1, — за усовершенствование конструкций миномётов
  32. Штейман, Станислав Иванович, ст. зоотехник племенного совхоза «Караваево», — за выведение нового, рекордного по продуктивности, молочного скота

Третья степень 

Третьей степенью премии отметили остальные советские инновационные разработки. Сумма вознаграждения — 50 000 рублей. В рамках премии были отмечены 53 изобретения. В целом третьей степенью наградили 186 человек.

  1. Агладзе, Рафаил Ясонович, технорук, Сиоридзе, Георгий Ясонович, нач. цеха № 4 ферросплавного завода Главспецстали, — за разработку электролитического метода получения марганца
  2. Алексенко, Геннадий Васильевич, зам НКЭП СССР, Пуцикин, Григорий Григорьевич, гл. инженер, Гульдин, Иван Михайлович, ст. мастер завода № 715, — за разработку и внедрение новой значительно более производительной технологии производства деталей боеприпасов
  3. Балабай, Алексей Иванович, нач. исследовательского отдела завода № 236, — за разработку новой технологии производства аккумуляторов, дающей большую экономию металла
  4. Баран, Яков Ионович, Шпайхлер, Абрам Иосифович, конструкторы завода № 183, — за усовершенствование конструкций средних танков
  5. Беспрозванный, Израиль Моисеевич, профессор, Ларин, Моисей Нисонович, Рождественский, Леонид Александрович, Каменкович, Самуил Лазаревич, сотрудники МОТКЗММСИ имени Н. Э. Баумана, Лобов, Виктор Гаврилович, нач. сектора техотдела НКВ СССР, — за разработку инструментальной геометрии режущего инструмента, дающего значительное повышение производительности металлорежущих станков
  6. Бурмистров, Иван Степанович, генерал-майор инж.-арт. службы, Константинов Владимир Николаевич, инженер-полковник, — за разработку новых типов боеприпасов
  7. Бурштейн, Илья Ефимович, Стаев, Кирилл Павлович, сотрудники ЭНИИМРС, — за разработку метода получения точной резьбы накатыванием у метчиков, обеспечивающего большое увеличение производительности труда
  8. Вайсберг, Леонид Эммануилович, гл. инженер, Либерман, Соломон Евсеевич, гл. прокатчик, Монид, Анатолий Георгиевич, нач. рельсового цеха КМК имени И. В. Сталина, — за разработку и освоение новой высокопроизводительной технологии проката металла
  9. Валеев, Ибрагим, сталевар Уралмашзавода, — за достижение высоких количественных показателей при плавке качественных сталей
  10. Волосок, Иван Павлович, инженер-капитан 1 ранга, Судаков, Павел Андрианович, Рытов, Валентин Николаевич, конструкторы завода № 707, — за разработку новой аппаратуры специального назначения
  11. Воюцкий, Владимир Сергеевич, руководитель лаборатории Государственного Союзного геофизического треста, — за разработку нового метода сейсмической разведки нефти
  12. Гольдин, Яков Александрович, начальник, Уралов, Михаил Александрович, зам. гл. инженера Главогнеупора НКЧМ СССР, Ревдель, Пётр Григорьевич, нач. техотдела НКЧМ СССР, Федосеев, Александр Дмитриевич, Пирогов, Анатолий Афанасьевич, сотрудники НИИОУ, Кайнарский, Илья Семёнович, гл. инженер Первоуральского динасового завода, Панарин, Алексей Петрович, гл. инженер завода «Магнезит», — за освоение производства высокоогнеупорных изделий из местного сырья для чёрной металлургии
  13. Давыдов, Сергей Васильевич, мастер-инструментальщик Московского автозавода имени И. В. Сталина, — за разработку и освоение технологии изготовления сложных режущих и других инструментов
  14. Дмитренко, Иван Иванович, мастер, Уральский, Леон Яковлевич, зам. нач. ремонтного цеха, — за создание заправочной машины для мартеновских печей, ускоряющей их заправку
  15. Другов, Юрий Васильевич, гл. токсиколог, Кудряшова, Ольга Ивановна, Андрианова, Татьяна Борисовна, бывшие н. с. НИИСЭИ, Кнунянц, Иван Людвигович, инженер-полковник, — за разработку нового медицинского препарата
  16. Дудкин, Александр Алексеевич, военинженер 2 ранга, — за изобретение новой аппаратуры связи специального назначения
  17. Евстропьев, Константин Сергеевич, ст. н. с. ГОИ, Бужинский, Игорь Михайлович, гл. инженер, Мирошниченко, Василий Герасимович, Турьянский, Святополк Александрович, Филиппов, Николай Алексеевич, работники завода № 354; Сулима, Николай Яковлевич, гл. технолог завода № 542, — за разработку нового метода варки оптического стекла и получения из него оптических деталей
  18. Иванов Николай Семёнович, начальник группы, Туренко, Иван Яковлевич, Хинский, Павел Давыдович, Фёдоров, Павел Фёдорович, Гончаров, Сергей Парфеньевич, сотрудники НИИ № 13; Ветошкин, Сергей Иванович, зам. нач. 3-го ГУ НКВ СССР, Соломко, Григорий Яковлевич, директор завода № 17, Тарасенко, Александр Фёдорович, директор тзавода № 60, Кузмичёв, Иван Николаевич, Звягин, Александр Иванович, работники завода № 3, Приданцев, Михаил Васильевич, зам. гл. инженера ИКСФ, Соловьёв, Лука Лукич, нач. техотдела завода № 702 (бывший нач. техотдела завода «Запорожсталь»), — за разработку нового технологического процесса в производстве боеприпасов, дающего большую экономию цветных металлов
  19. Кирш, Александр Ильич, бывший ст. инженер, Казарцев, Николай Алексеевич, бывший директор, Беляев Николай Иванович, Иванова, Александра Фадеевна, сотрудники Гипроазота, Сорокин, Николай Павлович, директор, Рябенко, Александр Яковлевич, Сичков, Пётр Васильевич, Голубов, Александр Александрович, работники Кемеровского азотно-тукового завода, Бахуров, Василий Герасимович, нач. ПТО Главазота, — за разработку и освоение более производительного метода концентрирования серной кислоты
  20. Красельщик, Валентин Николаевич, гл. инженер ПЭУ, Ниловский, Василий Александрович, Росси, Борис Доминикович, Ярёменко, Наталия Евгеньевна, инженеры треста «Союзвзрывпром»; Кретов, Семён Михайлович, зам. НКПСМ СССР, — за разработку и внедрение в промышленность новых взрывчатых веществ
  21. Криволуцкая, Нина Сергеевна, инженер НИИС, Морозов Георгий Георгиевич, военинженер 1 ранга, Марков, Сергей Сергеевич, н. с. ГИПХ, Тимохин, Александр Абрамович, гл. технолог завода № 220, Бурштейн, Ревекка Михайловна, зам. зав. лабораторией ФХИ имени Л. Я. Карпова, Нассонов, Павел Михайлович, бывший сотрудник НИЛ № 4, — за создание устойчивых в зимних условиях новых типов гальванических элементов и батарей
  22. Кулёв, Леонид Петрович, профессор ТИИ имени С. М. Кирова, — за разработку нового метода, ускоряющего технический анализ
  23. Лазарев, Михаил Степанович, зам. нач. производства завода № 2, — за коренное усовершенствование технологии в производстве вооружения, дающей высокую производительность труда
  24. Ланда, Александр Фёдорович, гл. металлург НКБ СССР, Берекашвили, Акакий Васильевич, гл. инженер НИИ № 24, Фульмахт, Вениамин Вениаминвич, ст. инженер металлургического отдела НКБ СССР, — за разработку нового метода производства боеприпасов, значительно ускоряющего процесс производства
  25. Ледин, Евгений Григорьевич, инженер-капитан, Богданов, Василий Прокопьевич, инженер-капитан, Кожевников, Георгий Никитич, нач. 1-го ГУ НКБ СССР, Мальский, Анатолий Яковлевич, гл. инженер завода № 12, — за разработку нового вида взрывчатого вещества
  26. Лихницкий, Марк Измайлович, гл. конструктор ОКБ завода № 521, Поддубный, Вадим Николаевич, инженер-майор, Левин, Михаил Борисович, бывший работник НКБ СССР, — за создание новых образцов боеприпасов
  27. Малченко, Андрей Леонидович, зам. нач., Логоткин, Иван Сергеевич, ст. инженер Главспирта, — за коренное усовершенствование технологии производства ацетона и бутанола, дающее значительное упрощение и удешевление производства
  28. Миляков, Фёдор Мартынович, конструктор, Корытов, Сергей Сергеевич, Лопатков, Дмитрий Игнатьевич, сотрудники ЦКБ № 36, — за создание новых типов морских боеприпасов
  29. Морозов, Анатолий Петрович, ст. инженер, Голубев, Леонид Васильевич, Соломенцев, Василий Алексеевич, инженеры НИИ № 10; Казаков-Трояновский, Александр Константинович, инженер-полковник, Сёмкин, Герман Григорьевич, групповой инженер НИЛАП, — за создание нового прибора управления артиллерийским зенитным огнём
  30. Мясоедов Александр Николаевич, Мясоедов, Аркадий Николаевич, н. с. ЦНИИОЦМ, — за разработку метода получения непрерывного слитка алюминия и его сплавов
  31. Новиков, Сергей Иванович, инженер-капитан; Серёгина, Екатерина Андреевна, инженер-конструктор, Долин, Сергей Михайлович, слесарь-механик ГСКБ-47б, — за разработку нового вида вооружения
  32. Носков, Николай Сергеевич, нач. отдела, Ульянов, Борис Михайлович, ст. инженер-конструктор ГСКБ-47б — за изобретение новых видов инженерного вооружения
  33. Остославский, Иван Васильевич, нач. лаборатории, Сильман, Александр Исаакович, Колосов, Евгений Иванович, Сопман, Самуил Самуилович, сотрудники ЦАГИ имени Н. Е. Жуковского, — за разработку и внедрение в практику методов повышения скорости самолётов путём улучшения аэродинамических качеств
  34. Петров Георгий Николаевич, нач. лаборатории НИИ № 20, Алфёров, Пётр Иванович, инженер-капитан, Миронович, Серафим Петрович, инженер-майор, — за создание новых образцов морского вооружения
  35. Плавский, Константин Константинович, инженер НИЛАПС, — за создание нового прибора управления артиллерийским огнём
  36. Ровенский, Григорий Моисевич, Дубинский, Самуил Аронович, инженеры завода № 6; Борок, Борис Александрович, Гаврилова, Вера Кузьминична, инженеры завода № 7; Сторожук, Павел Прохорович, инженер-капитан, — за разработку и внедрение новой технологии производства деталей боеприпасов, обеспечивающей экономию цветных металлов
  37. Соколов, Павел Евграфович, нач. техотдела Главспецстали, Потапов, Виктор Николаевич, сотрудник НИИ № 13, Колосов, Михаил Иванович, Иванченко, Владимир Александрович, Быстров, Борис Максимович, Лукьянов, Алексей Абрамович, Разенков, Алексей Иванович, работники завода «Красный Октябрь»; Ястребов, Иван Павлович, Пашкевич, Александр Яковлевич, Филин Александр Иванович, Кривилёв, Александр Игнатьевич, работники завода «Индустрия», — за коренное усовершенствование технологии производства СИЗ бойцов РККА
  38. Стрелков, Пётр Григорьевич, ст. н. с. ИФПАН, Гутман, Борис Борисович, инженер Марийского бумажного комбината, — за разработку и промышленное освоение бактериальных фильтров
  39. Талмуд, Давид Львович, ч.-к. АН СССР, Афанасьев, Пётр Власович, Деборин, Гавриил Абрамович, Талмуд, Белла Абрамовна, ст. н. с. ИБХАН, — за изобретение препарата специального назначения
  40. Тартаковский, Моисей Соломонович, научный руководитель отдела эластичных покрытий ЦНИЛ Главмашдетали НКТП СССР, — за изобретение эластичных покрытий для валиков хлопкопрядильных машин
  41. Турахин, Алексей Фёдорович, нач. отдела, Котов, Николай Александрович, инженер ГСКБ № 47, — за создание новых образцов боеприпасов
  42. Файбич, Михаил Михайлович, бригврач, Чалисов, Иосиф Александрович, военврач 1 ранга, Карнеев, Руф Васильевич, военинженер 1 ранга, — за изобретение нового медицинского препарата
  43. Фадеева, Антонина Васильевна, нач. прессового цеха, Морозов, Николай Степанович, бывший работник завода имени Комсомольской правды; Баканов, Дмитрий Михайлович, Пружинер, Борис Лазаревич, Гладышев, Андрей Иванович, работники Карачаровского завода пластмасс, Николаев Александр Николаевич, начальник, Петров, Алексей Константинович, нач. техотдела Главхимпласта, Трофимова, Татьяна Васильевна, технорук прессового завода № 767, — за разработку и внедрение технологии изготовления из пластмасс специальных деталей для боеприпасов
  44. Филиппов Дмитрий Иванович, зав. лабораторией экспериментальной базы ВАСХНИЛ, — за разработку нового метода по первичной переработке корней кок-сагыза и за разработку машины для уборки и очистки его семян
  45. Ханеня, Филипп Семёнович, директор, Журавлёв, Семён Владимирович, инженер НИЛ Санхимобороны, — за изобретение новых средств профилактики против эпидемических заболеваний
  46. Хлопин, Виталий Григорьевич, д. ч. АН СССР; Никитин, Борис Александрович, зам. директора, Полесицкий-Яхнин, Александр Ефимович, зав. отделом РИАН; Фридман, Самуил Аронович, ст. н. с. ФИАН имени П. Н. Лебедева, — за разработку метода выделения и промышленного применения радиотория
  47. Чалков, Александр Яковлевич, сталевар КМК имени И. В. Сталина, — за достижение высоких количественных показателей при плавке высококачественных сталей
  48. Чернушевич, Василий Александрович, гл. металлург НК Танкопрома, Марголин, Григорий Исаакович, нач. СМБ, Веденов, Афанасий Григорьевич, бывший гл. инженер по металлургии Кировского завода, Шмыков, Алексей Андреевич, сотрудник металлургического отдела НК Танкопрома, Носков, Борис Алексеевич, гл. металлург завода № 38, Гальперин Фёдор (Файвель) Матвеевич, доцент МАИ имени С. Орджоникидзе, — за разработку и внедрение в промышленность новых марок сталей, дающих большую экономию ферросплавов
  49. Чинакал, Николай Андреевич, профессор Томского ОТКЗИИ имени С. М. Кирова, Журавлёв, Иван Алексеевич, сотрудник Уполномоченного НКУП по Средней Азии, Маркелов, Михаил Николаевич, зав., Меркулов, Виктор Ефимович, гл. инженер, Миронов, Фёдор Васильевич, забойщик шахты имени И. В. Сталина треста Прокопьевскуголь, — за разработку и освоение метода щитовой разработки мощных крутопадающих пластов угля
  50. Чукалин, Иван Иванович, нач. лаборатории, Ковалёва, Ольга Фёдоровна, н. с. НИИ № 26; Кляшторный, Матвей Ильич, ст. н. с. УГИПХ, Соляниченко, Вадим Игнатович, механик цеха Чирчикского ЭХК, — за разработку новой более совершенной установки для регенерации воздуха
  51. Шитиков, Георгий Трофимович, гл. конструктор завода № 2, — за разработку нового типа радиостанции (А-7)
  52. Юткина, Анна Кондратьевна, звеньевая, Макина, Ульяна Ксенофонтовна, Сердюкова, Матрёна Ивановна, Ивлева, Анна Михайловна,Маркина, Дарья Егоровна, Болондина, Лукерья Степановна, Романова, Фёкла Тихоновна, Поваляева, Александра Евментьевна, Гавриленко, Федора Андреевна, Пожидаев, Матвей Николаевич, члены звена колхоза «Красный Перекоп» Мариинского района Новосибирской области, — за внедрение в течение ряда лет усовершенствованных агрономических методов и получение в 1942 году рекордного урожая картофеля — 1 330 центнеров с гектара
  53. Яцимирская-Кротовская, Мария Климентьевна, Маевский, Михаил Михайлович, н. с. ЦИЭМ, — за разработку метода получения противотифозной вакцины.

Напишите отзыв о статье "Сталинская премия за выдающиеся изобретения и коренные усовершенствования методов производственной работы (1943)"

Отрывок, характеризующий Сталинская премия за выдающиеся изобретения и коренные усовершенствования методов производственной работы (1943)

– К чему такая бездна церквей?
– Русские очень набожны, – отвечал Балашев.
– Впрочем, большое количество монастырей и церквей есть всегда признак отсталости народа, – сказал Наполеон, оглядываясь на Коленкура за оценкой этого суждения.
Балашев почтительно позволил себе не согласиться с мнением французского императора.
– У каждой страны свои нравы, – сказал он.
– Но уже нигде в Европе нет ничего подобного, – сказал Наполеон.
– Прошу извинения у вашего величества, – сказал Балашев, – кроме России, есть еще Испания, где также много церквей и монастырей.
Этот ответ Балашева, намекавший на недавнее поражение французов в Испании, был высоко оценен впоследствии, по рассказам Балашева, при дворе императора Александра и очень мало был оценен теперь, за обедом Наполеона, и прошел незаметно.
По равнодушным и недоумевающим лицам господ маршалов видно было, что они недоумевали, в чем тут состояла острота, на которую намекала интонация Балашева. «Ежели и была она, то мы не поняли ее или она вовсе не остроумна», – говорили выражения лиц маршалов. Так мало был оценен этот ответ, что Наполеон даже решительно не заметил его и наивно спросил Балашева о том, на какие города идет отсюда прямая дорога к Москве. Балашев, бывший все время обеда настороже, отвечал, что comme tout chemin mene a Rome, tout chemin mene a Moscou, [как всякая дорога, по пословице, ведет в Рим, так и все дороги ведут в Москву,] что есть много дорог, и что в числе этих разных путей есть дорога на Полтаву, которую избрал Карл XII, сказал Балашев, невольно вспыхнув от удовольствия в удаче этого ответа. Не успел Балашев досказать последних слов: «Poltawa», как уже Коленкур заговорил о неудобствах дороги из Петербурга в Москву и о своих петербургских воспоминаниях.
После обеда перешли пить кофе в кабинет Наполеона, четыре дня тому назад бывший кабинетом императора Александра. Наполеон сел, потрогивая кофе в севрской чашке, и указал на стул подло себя Балашеву.
Есть в человеке известное послеобеденное расположение духа, которое сильнее всяких разумных причин заставляет человека быть довольным собой и считать всех своими друзьями. Наполеон находился в этом расположении. Ему казалось, что он окружен людьми, обожающими его. Он был убежден, что и Балашев после его обеда был его другом и обожателем. Наполеон обратился к нему с приятной и слегка насмешливой улыбкой.
– Это та же комната, как мне говорили, в которой жил император Александр. Странно, не правда ли, генерал? – сказал он, очевидно, не сомневаясь в том, что это обращение не могло не быть приятно его собеседнику, так как оно доказывало превосходство его, Наполеона, над Александром.
Балашев ничего не мог отвечать на это и молча наклонил голову.
– Да, в этой комнате, четыре дня тому назад, совещались Винцингероде и Штейн, – с той же насмешливой, уверенной улыбкой продолжал Наполеон. – Чего я не могу понять, – сказал он, – это того, что император Александр приблизил к себе всех личных моих неприятелей. Я этого не… понимаю. Он не подумал о том, что я могу сделать то же? – с вопросом обратился он к Балашеву, и, очевидно, это воспоминание втолкнуло его опять в тот след утреннего гнева, который еще был свеж в нем.
– И пусть он знает, что я это сделаю, – сказал Наполеон, вставая и отталкивая рукой свою чашку. – Я выгоню из Германии всех его родных, Виртембергских, Баденских, Веймарских… да, я выгоню их. Пусть он готовит для них убежище в России!
Балашев наклонил голову, видом своим показывая, что он желал бы откланяться и слушает только потому, что он не может не слушать того, что ему говорят. Наполеон не замечал этого выражения; он обращался к Балашеву не как к послу своего врага, а как к человеку, который теперь вполне предан ему и должен радоваться унижению своего бывшего господина.
– И зачем император Александр принял начальство над войсками? К чему это? Война мое ремесло, а его дело царствовать, а не командовать войсками. Зачем он взял на себя такую ответственность?
Наполеон опять взял табакерку, молча прошелся несколько раз по комнате и вдруг неожиданно подошел к Балашеву и с легкой улыбкой так уверенно, быстро, просто, как будто он делал какое нибудь не только важное, но и приятное для Балашева дело, поднял руку к лицу сорокалетнего русского генерала и, взяв его за ухо, слегка дернул, улыбнувшись одними губами.
– Avoir l'oreille tiree par l'Empereur [Быть выдранным за ухо императором] считалось величайшей честью и милостью при французском дворе.
– Eh bien, vous ne dites rien, admirateur et courtisan de l'Empereur Alexandre? [Ну у, что ж вы ничего не говорите, обожатель и придворный императора Александра?] – сказал он, как будто смешно было быть в его присутствии чьим нибудь courtisan и admirateur [придворным и обожателем], кроме его, Наполеона.
– Готовы ли лошади для генерала? – прибавил он, слегка наклоняя голову в ответ на поклон Балашева.
– Дайте ему моих, ему далеко ехать…
Письмо, привезенное Балашевым, было последнее письмо Наполеона к Александру. Все подробности разговора были переданы русскому императору, и война началась.


После своего свидания в Москве с Пьером князь Андреи уехал в Петербург по делам, как он сказал своим родным, но, в сущности, для того, чтобы встретить там князя Анатоля Курагина, которого он считал необходимым встретить. Курагина, о котором он осведомился, приехав в Петербург, уже там не было. Пьер дал знать своему шурину, что князь Андрей едет за ним. Анатоль Курагин тотчас получил назначение от военного министра и уехал в Молдавскую армию. В это же время в Петербурге князь Андрей встретил Кутузова, своего прежнего, всегда расположенного к нему, генерала, и Кутузов предложил ему ехать с ним вместе в Молдавскую армию, куда старый генерал назначался главнокомандующим. Князь Андрей, получив назначение состоять при штабе главной квартиры, уехал в Турцию.
Князь Андрей считал неудобным писать к Курагину и вызывать его. Не подав нового повода к дуэли, князь Андрей считал вызов с своей стороны компрометирующим графиню Ростову, и потому он искал личной встречи с Курагиным, в которой он намерен был найти новый повод к дуэли. Но в Турецкой армии ему также не удалось встретить Курагина, который вскоре после приезда князя Андрея в Турецкую армию вернулся в Россию. В новой стране и в новых условиях жизни князю Андрею стало жить легче. После измены своей невесты, которая тем сильнее поразила его, чем старательнее он скрывал ото всех произведенное на него действие, для него были тяжелы те условия жизни, в которых он был счастлив, и еще тяжелее были свобода и независимость, которыми он так дорожил прежде. Он не только не думал тех прежних мыслей, которые в первый раз пришли ему, глядя на небо на Аустерлицком поле, которые он любил развивать с Пьером и которые наполняли его уединение в Богучарове, а потом в Швейцарии и Риме; но он даже боялся вспоминать об этих мыслях, раскрывавших бесконечные и светлые горизонты. Его интересовали теперь только самые ближайшие, не связанные с прежними, практические интересы, за которые он ухватывался с тем большей жадностью, чем закрытое были от него прежние. Как будто тот бесконечный удаляющийся свод неба, стоявший прежде над ним, вдруг превратился в низкий, определенный, давивший его свод, в котором все было ясно, но ничего не было вечного и таинственного.
Из представлявшихся ему деятельностей военная служба была самая простая и знакомая ему. Состоя в должности дежурного генерала при штабе Кутузова, он упорно и усердно занимался делами, удивляя Кутузова своей охотой к работе и аккуратностью. Не найдя Курагина в Турции, князь Андрей не считал необходимым скакать за ним опять в Россию; но при всем том он знал, что, сколько бы ни прошло времени, он не мог, встретив Курагина, несмотря на все презрение, которое он имел к нему, несмотря на все доказательства, которые он делал себе, что ему не стоит унижаться до столкновения с ним, он знал, что, встретив его, он не мог не вызвать его, как не мог голодный человек не броситься на пищу. И это сознание того, что оскорбление еще не вымещено, что злоба не излита, а лежит на сердце, отравляло то искусственное спокойствие, которое в виде озабоченно хлопотливой и несколько честолюбивой и тщеславной деятельности устроил себе князь Андрей в Турции.
В 12 м году, когда до Букарешта (где два месяца жил Кутузов, проводя дни и ночи у своей валашки) дошла весть о войне с Наполеоном, князь Андрей попросил у Кутузова перевода в Западную армию. Кутузов, которому уже надоел Болконский своей деятельностью, служившей ему упреком в праздности, Кутузов весьма охотно отпустил его и дал ему поручение к Барклаю де Толли.
Прежде чем ехать в армию, находившуюся в мае в Дрисском лагере, князь Андрей заехал в Лысые Горы, которые были на самой его дороге, находясь в трех верстах от Смоленского большака. Последние три года и жизни князя Андрея было так много переворотов, так много он передумал, перечувствовал, перевидел (он объехал и запад и восток), что его странно и неожиданно поразило при въезде в Лысые Горы все точно то же, до малейших подробностей, – точно то же течение жизни. Он, как в заколдованный, заснувший замок, въехал в аллею и в каменные ворота лысогорского дома. Та же степенность, та же чистота, та же тишина были в этом доме, те же мебели, те же стены, те же звуки, тот же запах и те же робкие лица, только несколько постаревшие. Княжна Марья была все та же робкая, некрасивая, стареющаяся девушка, в страхе и вечных нравственных страданиях, без пользы и радости проживающая лучшие годы своей жизни. Bourienne была та же радостно пользующаяся каждой минутой своей жизни и исполненная самых для себя радостных надежд, довольная собой, кокетливая девушка. Она только стала увереннее, как показалось князю Андрею. Привезенный им из Швейцарии воспитатель Десаль был одет в сюртук русского покроя, коверкая язык, говорил по русски со слугами, но был все тот же ограниченно умный, образованный, добродетельный и педантический воспитатель. Старый князь переменился физически только тем, что с боку рта у него стал заметен недостаток одного зуба; нравственно он был все такой же, как и прежде, только с еще большим озлоблением и недоверием к действительности того, что происходило в мире. Один только Николушка вырос, переменился, разрумянился, оброс курчавыми темными волосами и, сам не зная того, смеясь и веселясь, поднимал верхнюю губку хорошенького ротика точно так же, как ее поднимала покойница маленькая княгиня. Он один не слушался закона неизменности в этом заколдованном, спящем замке. Но хотя по внешности все оставалось по старому, внутренние отношения всех этих лиц изменились, с тех пор как князь Андрей не видал их. Члены семейства были разделены на два лагеря, чуждые и враждебные между собой, которые сходились теперь только при нем, – для него изменяя свой обычный образ жизни. К одному принадлежали старый князь, m lle Bourienne и архитектор, к другому – княжна Марья, Десаль, Николушка и все няньки и мамки.
Во время его пребывания в Лысых Горах все домашние обедали вместе, но всем было неловко, и князь Андрей чувствовал, что он гость, для которого делают исключение, что он стесняет всех своим присутствием. Во время обеда первого дня князь Андрей, невольно чувствуя это, был молчалив, и старый князь, заметив неестественность его состояния, тоже угрюмо замолчал и сейчас после обеда ушел к себе. Когда ввечеру князь Андрей пришел к нему и, стараясь расшевелить его, стал рассказывать ему о кампании молодого графа Каменского, старый князь неожиданно начал с ним разговор о княжне Марье, осуждая ее за ее суеверие, за ее нелюбовь к m lle Bourienne, которая, по его словам, была одна истинно предана ему.
Старый князь говорил, что ежели он болен, то только от княжны Марьи; что она нарочно мучает и раздражает его; что она баловством и глупыми речами портит маленького князя Николая. Старый князь знал очень хорошо, что он мучает свою дочь, что жизнь ее очень тяжела, но знал тоже, что он не может не мучить ее и что она заслуживает этого. «Почему же князь Андрей, который видит это, мне ничего не говорит про сестру? – думал старый князь. – Что же он думает, что я злодей или старый дурак, без причины отдалился от дочери и приблизил к себе француженку? Он не понимает, и потому надо объяснить ему, надо, чтоб он выслушал», – думал старый князь. И он стал объяснять причины, по которым он не мог переносить бестолкового характера дочери.
– Ежели вы спрашиваете меня, – сказал князь Андрей, не глядя на отца (он в первый раз в жизни осуждал своего отца), – я не хотел говорить; но ежели вы меня спрашиваете, то я скажу вам откровенно свое мнение насчет всего этого. Ежели есть недоразумения и разлад между вами и Машей, то я никак не могу винить ее – я знаю, как она вас любит и уважает. Ежели уж вы спрашиваете меня, – продолжал князь Андрей, раздражаясь, потому что он всегда был готов на раздражение в последнее время, – то я одно могу сказать: ежели есть недоразумения, то причиной их ничтожная женщина, которая бы не должна была быть подругой сестры.
Старик сначала остановившимися глазами смотрел на сына и ненатурально открыл улыбкой новый недостаток зуба, к которому князь Андрей не мог привыкнуть.
– Какая же подруга, голубчик? А? Уж переговорил! А?
– Батюшка, я не хотел быть судьей, – сказал князь Андрей желчным и жестким тоном, – но вы вызвали меня, и я сказал и всегда скажу, что княжна Марья ни виновата, а виноваты… виновата эта француженка…
– А присудил!.. присудил!.. – сказал старик тихим голосом и, как показалось князю Андрею, с смущением, но потом вдруг он вскочил и закричал: – Вон, вон! Чтоб духу твоего тут не было!..

Князь Андрей хотел тотчас же уехать, но княжна Марья упросила остаться еще день. В этот день князь Андрей не виделся с отцом, который не выходил и никого не пускал к себе, кроме m lle Bourienne и Тихона, и спрашивал несколько раз о том, уехал ли его сын. На другой день, перед отъездом, князь Андрей пошел на половину сына. Здоровый, по матери кудрявый мальчик сел ему на колени. Князь Андрей начал сказывать ему сказку о Синей Бороде, но, не досказав, задумался. Он думал не об этом хорошеньком мальчике сыне в то время, как он его держал на коленях, а думал о себе. Он с ужасом искал и не находил в себе ни раскаяния в том, что он раздражил отца, ни сожаления о том, что он (в ссоре в первый раз в жизни) уезжает от него. Главнее всего ему было то, что он искал и не находил той прежней нежности к сыну, которую он надеялся возбудить в себе, приласкав мальчика и посадив его к себе на колени.
– Ну, рассказывай же, – говорил сын. Князь Андрей, не отвечая ему, снял его с колон и пошел из комнаты.
Как только князь Андрей оставил свои ежедневные занятия, в особенности как только он вступил в прежние условия жизни, в которых он был еще тогда, когда он был счастлив, тоска жизни охватила его с прежней силой, и он спешил поскорее уйти от этих воспоминаний и найти поскорее какое нибудь дело.
– Ты решительно едешь, Andre? – сказала ему сестра.
– Слава богу, что могу ехать, – сказал князь Андрей, – очень жалею, что ты не можешь.
– Зачем ты это говоришь! – сказала княжна Марья. – Зачем ты это говоришь теперь, когда ты едешь на эту страшную войну и он так стар! M lle Bourienne говорила, что он спрашивал про тебя… – Как только она начала говорить об этом, губы ее задрожали и слезы закапали. Князь Андрей отвернулся от нее и стал ходить по комнате.
– Ах, боже мой! Боже мой! – сказал он. – И как подумаешь, что и кто – какое ничтожество может быть причиной несчастья людей! – сказал он со злобою, испугавшею княжну Марью.
Она поняла, что, говоря про людей, которых он называл ничтожеством, он разумел не только m lle Bourienne, делавшую его несчастие, но и того человека, который погубил его счастие.
– Andre, об одном я прошу, я умоляю тебя, – сказала она, дотрогиваясь до его локтя и сияющими сквозь слезы глазами глядя на него. – Я понимаю тебя (княжна Марья опустила глаза). Не думай, что горе сделали люди. Люди – орудие его. – Она взглянула немного повыше головы князя Андрея тем уверенным, привычным взглядом, с которым смотрят на знакомое место портрета. – Горе послано им, а не людьми. Люди – его орудия, они не виноваты. Ежели тебе кажется, что кто нибудь виноват перед тобой, забудь это и прости. Мы не имеем права наказывать. И ты поймешь счастье прощать.
– Ежели бы я был женщина, я бы это делал, Marie. Это добродетель женщины. Но мужчина не должен и не может забывать и прощать, – сказал он, и, хотя он до этой минуты не думал о Курагине, вся невымещенная злоба вдруг поднялась в его сердце. «Ежели княжна Марья уже уговаривает меня простить, то, значит, давно мне надо было наказать», – подумал он. И, не отвечая более княжне Марье, он стал думать теперь о той радостной, злобной минуте, когда он встретит Курагина, который (он знал) находится в армии.
Княжна Марья умоляла брата подождать еще день, говорила о том, что она знает, как будет несчастлив отец, ежели Андрей уедет, не помирившись с ним; но князь Андрей отвечал, что он, вероятно, скоро приедет опять из армии, что непременно напишет отцу и что теперь чем дольше оставаться, тем больше растравится этот раздор.
– Adieu, Andre! Rappelez vous que les malheurs viennent de Dieu, et que les hommes ne sont jamais coupables, [Прощай, Андрей! Помни, что несчастия происходят от бога и что люди никогда не бывают виноваты.] – были последние слова, которые он слышал от сестры, когда прощался с нею.
«Так это должно быть! – думал князь Андрей, выезжая из аллеи лысогорского дома. – Она, жалкое невинное существо, остается на съедение выжившему из ума старику. Старик чувствует, что виноват, но не может изменить себя. Мальчик мой растет и радуется жизни, в которой он будет таким же, как и все, обманутым или обманывающим. Я еду в армию, зачем? – сам не знаю, и желаю встретить того человека, которого презираю, для того чтобы дать ему случай убить меня и посмеяться надо мной!И прежде были все те же условия жизни, но прежде они все вязались между собой, а теперь все рассыпалось. Одни бессмысленные явления, без всякой связи, одно за другим представлялись князю Андрею.


Князь Андрей приехал в главную квартиру армии в конце июня. Войска первой армии, той, при которой находился государь, были расположены в укрепленном лагере у Дриссы; войска второй армии отступали, стремясь соединиться с первой армией, от которой – как говорили – они были отрезаны большими силами французов. Все были недовольны общим ходом военных дел в русской армии; но об опасности нашествия в русские губернии никто и не думал, никто и не предполагал, чтобы война могла быть перенесена далее западных польских губерний.
Князь Андрей нашел Барклая де Толли, к которому он был назначен, на берегу Дриссы. Так как не было ни одного большого села или местечка в окрестностях лагеря, то все огромное количество генералов и придворных, бывших при армии, располагалось в окружности десяти верст по лучшим домам деревень, по сю и по ту сторону реки. Барклай де Толли стоял в четырех верстах от государя. Он сухо и холодно принял Болконского и сказал своим немецким выговором, что он доложит о нем государю для определения ему назначения, а покамест просит его состоять при его штабе. Анатоля Курагина, которого князь Андрей надеялся найти в армии, не было здесь: он был в Петербурге, и это известие было приятно Болконскому. Интерес центра производящейся огромной войны занял князя Андрея, и он рад был на некоторое время освободиться от раздражения, которое производила в нем мысль о Курагине. В продолжение первых четырех дней, во время которых он не был никуда требуем, князь Андрей объездил весь укрепленный лагерь и с помощью своих знаний и разговоров с сведущими людьми старался составить себе о нем определенное понятие. Но вопрос о том, выгоден или невыгоден этот лагерь, остался нерешенным для князя Андрея. Он уже успел вывести из своего военного опыта то убеждение, что в военном деле ничего не значат самые глубокомысленно обдуманные планы (как он видел это в Аустерлицком походе), что все зависит от того, как отвечают на неожиданные и не могущие быть предвиденными действия неприятеля, что все зависит от того, как и кем ведется все дело. Для того чтобы уяснить себе этот последний вопрос, князь Андрей, пользуясь своим положением и знакомствами, старался вникнуть в характер управления армией, лиц и партий, участвовавших в оном, и вывел для себя следующее понятие о положении дел.
Когда еще государь был в Вильне, армия была разделена натрое: 1 я армия находилась под начальством Барклая де Толли, 2 я под начальством Багратиона, 3 я под начальством Тормасова. Государь находился при первой армии, но не в качестве главнокомандующего. В приказе не было сказано, что государь будет командовать, сказано только, что государь будет при армии. Кроме того, при государе лично не было штаба главнокомандующего, а был штаб императорской главной квартиры. При нем был начальник императорского штаба генерал квартирмейстер князь Волконский, генералы, флигель адъютанты, дипломатические чиновники и большое количество иностранцев, но не было штаба армии. Кроме того, без должности при государе находились: Аракчеев – бывший военный министр, граф Бенигсен – по чину старший из генералов, великий князь цесаревич Константин Павлович, граф Румянцев – канцлер, Штейн – бывший прусский министр, Армфельд – шведский генерал, Пфуль – главный составитель плана кампании, генерал адъютант Паулучи – сардинский выходец, Вольцоген и многие другие. Хотя эти лица и находились без военных должностей при армии, но по своему положению имели влияние, и часто корпусный начальник и даже главнокомандующий не знал, в качестве чего спрашивает или советует то или другое Бенигсен, или великий князь, или Аракчеев, или князь Волконский, и не знал, от его ли лица или от государя истекает такое то приказание в форме совета и нужно или не нужно исполнять его. Но это была внешняя обстановка, существенный же смысл присутствия государя и всех этих лиц, с придворной точки (а в присутствии государя все делаются придворными), всем был ясен. Он был следующий: государь не принимал на себя звания главнокомандующего, но распоряжался всеми армиями; люди, окружавшие его, были его помощники. Аракчеев был верный исполнитель блюститель порядка и телохранитель государя; Бенигсен был помещик Виленской губернии, который как будто делал les honneurs [был занят делом приема государя] края, а в сущности был хороший генерал, полезный для совета и для того, чтобы иметь его всегда наготове на смену Барклая. Великий князь был тут потому, что это было ему угодно. Бывший министр Штейн был тут потому, что он был полезен для совета, и потому, что император Александр высоко ценил его личные качества. Армфельд был злой ненавистник Наполеона и генерал, уверенный в себе, что имело всегда влияние на Александра. Паулучи был тут потому, что он был смел и решителен в речах, Генерал адъютанты были тут потому, что они везде были, где государь, и, наконец, – главное – Пфуль был тут потому, что он, составив план войны против Наполеона и заставив Александра поверить в целесообразность этого плана, руководил всем делом войны. При Пфуле был Вольцоген, передававший мысли Пфуля в более доступной форме, чем сам Пфуль, резкий, самоуверенный до презрения ко всему, кабинетный теоретик.
Кроме этих поименованных лиц, русских и иностранных (в особенности иностранцев, которые с смелостью, свойственной людям в деятельности среди чужой среды, каждый день предлагали новые неожиданные мысли), было еще много лиц второстепенных, находившихся при армии потому, что тут были их принципалы.
В числе всех мыслей и голосов в этом огромном, беспокойном, блестящем и гордом мире князь Андрей видел следующие, более резкие, подразделения направлений и партий.
Первая партия была: Пфуль и его последователи, теоретики войны, верящие в то, что есть наука войны и что в этой науке есть свои неизменные законы, законы облического движения, обхода и т. п. Пфуль и последователи его требовали отступления в глубь страны, отступления по точным законам, предписанным мнимой теорией войны, и во всяком отступлении от этой теории видели только варварство, необразованность или злонамеренность. К этой партии принадлежали немецкие принцы, Вольцоген, Винцингероде и другие, преимущественно немцы.
Вторая партия была противуположная первой. Как и всегда бывает, при одной крайности были представители другой крайности. Люди этой партии были те, которые еще с Вильны требовали наступления в Польшу и свободы от всяких вперед составленных планов. Кроме того, что представители этой партии были представители смелых действий, они вместе с тем и были представителями национальности, вследствие чего становились еще одностороннее в споре. Эти были русские: Багратион, начинавший возвышаться Ермолов и другие. В это время была распространена известная шутка Ермолова, будто бы просившего государя об одной милости – производства его в немцы. Люди этой партии говорили, вспоминая Суворова, что надо не думать, не накалывать иголками карту, а драться, бить неприятеля, не впускать его в Россию и не давать унывать войску.
К третьей партии, к которой более всего имел доверия государь, принадлежали придворные делатели сделок между обоими направлениями. Люди этой партии, большей частью не военные и к которой принадлежал Аракчеев, думали и говорили, что говорят обыкновенно люди, не имеющие убеждений, но желающие казаться за таковых. Они говорили, что, без сомнения, война, особенно с таким гением, как Бонапарте (его опять называли Бонапарте), требует глубокомысленнейших соображений, глубокого знания науки, и в этом деле Пфуль гениален; но вместе с тем нельзя не признать того, что теоретики часто односторонни, и потому не надо вполне доверять им, надо прислушиваться и к тому, что говорят противники Пфуля, и к тому, что говорят люди практические, опытные в военном деле, и изо всего взять среднее. Люди этой партии настояли на том, чтобы, удержав Дрисский лагерь по плану Пфуля, изменить движения других армий. Хотя этим образом действий не достигалась ни та, ни другая цель, но людям этой партии казалось так лучше.
Четвертое направление было направление, которого самым видным представителем был великий князь, наследник цесаревич, не могший забыть своего аустерлицкого разочарования, где он, как на смотр, выехал перед гвардиею в каске и колете, рассчитывая молодецки раздавить французов, и, попав неожиданно в первую линию, насилу ушел в общем смятении. Люди этой партии имели в своих суждениях и качество и недостаток искренности. Они боялись Наполеона, видели в нем силу, в себе слабость и прямо высказывали это. Они говорили: «Ничего, кроме горя, срама и погибели, из всего этого не выйдет! Вот мы оставили Вильну, оставили Витебск, оставим и Дриссу. Одно, что нам остается умного сделать, это заключить мир, и как можно скорее, пока не выгнали нас из Петербурга!»
Воззрение это, сильно распространенное в высших сферах армии, находило себе поддержку и в Петербурге, и в канцлере Румянцеве, по другим государственным причинам стоявшем тоже за мир.
Пятые были приверженцы Барклая де Толли, не столько как человека, сколько как военного министра и главнокомандующего. Они говорили: «Какой он ни есть (всегда так начинали), но он честный, дельный человек, и лучше его нет. Дайте ему настоящую власть, потому что война не может идти успешно без единства начальствования, и он покажет то, что он может сделать, как он показал себя в Финляндии. Ежели армия наша устроена и сильна и отступила до Дриссы, не понесши никаких поражений, то мы обязаны этим только Барклаю. Ежели теперь заменят Барклая Бенигсеном, то все погибнет, потому что Бенигсен уже показал свою неспособность в 1807 году», – говорили люди этой партии.
Шестые, бенигсенисты, говорили, напротив, что все таки не было никого дельнее и опытнее Бенигсена, и, как ни вертись, все таки придешь к нему. И люди этой партии доказывали, что все наше отступление до Дриссы было постыднейшее поражение и беспрерывный ряд ошибок. «Чем больше наделают ошибок, – говорили они, – тем лучше: по крайней мере, скорее поймут, что так не может идти. А нужен не какой нибудь Барклай, а человек, как Бенигсен, который показал уже себя в 1807 м году, которому отдал справедливость сам Наполеон, и такой человек, за которым бы охотно признавали власть, – и таковой есть только один Бенигсен».
Седьмые – были лица, которые всегда есть, в особенности при молодых государях, и которых особенно много было при императоре Александре, – лица генералов и флигель адъютантов, страстно преданные государю не как императору, но как человека обожающие его искренно и бескорыстно, как его обожал Ростов в 1805 м году, и видящие в нем не только все добродетели, но и все качества человеческие. Эти лица хотя и восхищались скромностью государя, отказывавшегося от командования войсками, но осуждали эту излишнюю скромность и желали только одного и настаивали на том, чтобы обожаемый государь, оставив излишнее недоверие к себе, объявил открыто, что он становится во главе войска, составил бы при себе штаб квартиру главнокомандующего и, советуясь, где нужно, с опытными теоретиками и практиками, сам бы вел свои войска, которых одно это довело бы до высшего состояния воодушевления.
Восьмая, самая большая группа людей, которая по своему огромному количеству относилась к другим, как 99 к 1 му, состояла из людей, не желавших ни мира, ни войны, ни наступательных движений, ни оборонительного лагеря ни при Дриссе, ни где бы то ни было, ни Барклая, ни государя, ни Пфуля, ни Бенигсена, но желающих только одного, и самого существенного: наибольших для себя выгод и удовольствий. В той мутной воде перекрещивающихся и перепутывающихся интриг, которые кишели при главной квартире государя, в весьма многом можно было успеть в таком, что немыслимо бы было в другое время. Один, не желая только потерять своего выгодного положения, нынче соглашался с Пфулем, завтра с противником его, послезавтра утверждал, что не имеет никакого мнения об известном предмете, только для того, чтобы избежать ответственности и угодить государю. Другой, желающий приобрести выгоды, обращал на себя внимание государя, громко крича то самое, на что намекнул государь накануне, спорил и кричал в совете, ударяя себя в грудь и вызывая несоглашающихся на дуэль и тем показывая, что он готов быть жертвою общей пользы. Третий просто выпрашивал себе, между двух советов и в отсутствие врагов, единовременное пособие за свою верную службу, зная, что теперь некогда будет отказать ему. Четвертый нечаянно все попадался на глаза государю, отягченный работой. Пятый, для того чтобы достигнуть давно желанной цели – обеда у государя, ожесточенно доказывал правоту или неправоту вновь выступившего мнения и для этого приводил более или менее сильные и справедливые доказательства.
Все люди этой партии ловили рубли, кресты, чины и в этом ловлении следили только за направлением флюгера царской милости, и только что замечали, что флюгер обратился в одну сторону, как все это трутневое население армии начинало дуть в ту же сторону, так что государю тем труднее было повернуть его в другую. Среди неопределенности положения, при угрожающей, серьезной опасности, придававшей всему особенно тревожный характер, среди этого вихря интриг, самолюбий, столкновений различных воззрений и чувств, при разноплеменности всех этих лиц, эта восьмая, самая большая партия людей, нанятых личными интересами, придавала большую запутанность и смутность общему делу. Какой бы ни поднимался вопрос, а уж рой этих трутней, не оттрубив еще над прежней темой, перелетал на новую и своим жужжанием заглушал и затемнял искренние, спорящие голоса.
Из всех этих партий, в то самое время, как князь Андрей приехал к армии, собралась еще одна, девятая партия, начинавшая поднимать свой голос. Это была партия людей старых, разумных, государственно опытных и умевших, не разделяя ни одного из противоречащих мнений, отвлеченно посмотреть на все, что делалось при штабе главной квартиры, и обдумать средства к выходу из этой неопределенности, нерешительности, запутанности и слабости.