Станишев, Димитр

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Димитр Станишев<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>
 
 
Награды:

Димитр Яков Станишев (болг. Димитър Яков Станишев; 11 мая 1924, с. Щука (ныне община Босилово, Македонии — 4 января 2000) — болгарский политический, дипломатический и общественный деятель. Секретарь и член Центрального комитета Болгарской коммунистической партии. Историк.



Биография

Активный участник революционного движения в Болгарии. В шестнадцатилетнем возрасте вступил в ряды Рабочего молодёжного союза, молодёжной организации БКП. В годы второй мировой войны участвовал в антифашистского движения сопротивления. До марта 1944 — в составе партизанской бригады «Чавдар».

После 9 сентября 1944 направлен на учëбу в СССР, где до 1951 обучался на историческом факультете Московского государственного университета. Получил научную степень доктора философии по истории марксизма-ленинизма.

С 1955 работал заведующим кафедрой «Международного коммунистического рабочего движения» в Высшей партийной школе в Софии. Был профессором Академии общественных наук и управления при ЦК БКП.

Позже работал консультантом и заведующим отделом Центрального Комитета Коммунистической партии Болгарии.

Полномочный министр в Москве с 1974 года. Представитель ЦК БКП в редколлегии журнала «Проблемы мира и социализма» в Праге.

С 1976 года — член, а с 1977 — секретарь ЦК БКП, отвечающий за международные связи Болгарской компартии.

Избирался делегатом 7-го, 8-го и 9-го Великого народного собрания Болгарии, верховного органа болгарской государственной власти.

После политических реформ отошёл от активной политической деятельности. В 1992 году был обвинен в растрате государственных средств в виде помощи братским коммунистическим партиям. До своей смерти в 2000 году, не признавая своей вины, в суд не являлся.

Семья

Во время учëбы в Москве познакомился и поженился на студентке факультета славянской филологии МГУ Дине Сергеевне Мухиной, будущей профессор факультета славянской филологии Софийского Университета. Старший сын — архитектор Георгий Димитров Станишев.

Младший — Серге́й Дмитриевич Стани́шев, болгарский государственный и политический деятель, 61-й премьер-министр Болгарии в 20052009 годах, Председатель Болгарской социалистической партии (БСП).

Напишите отзыв о статье "Станишев, Димитр"

Ссылки

  • [www.monitor.bg/article?id=67799 Димитър Станишев] (болг.)

Отрывок, характеризующий Станишев, Димитр

– Qu'est ce qui me prouvera que vous ne mentez pas? [Кто мне докажет, что вы не лжете?]
– Monseigneur! [Ваше высочество!] – вскрикнул Пьер не обиженным, но умоляющим голосом.
Даву поднял глаза и пристально посмотрел на Пьера. Несколько секунд они смотрели друг на друга, и этот взгляд спас Пьера. В этом взгляде, помимо всех условий войны и суда, между этими двумя людьми установились человеческие отношения. Оба они в эту одну минуту смутно перечувствовали бесчисленное количество вещей и поняли, что они оба дети человечества, что они братья.
В первом взгляде для Даву, приподнявшего только голову от своего списка, где людские дела и жизнь назывались нумерами, Пьер был только обстоятельство; и, не взяв на совесть дурного поступка, Даву застрелил бы его; но теперь уже он видел в нем человека. Он задумался на мгновение.
– Comment me prouverez vous la verite de ce que vous me dites? [Чем вы докажете мне справедливость ваших слов?] – сказал Даву холодно.
Пьер вспомнил Рамбаля и назвал его полк, и фамилию, и улицу, на которой был дом.
– Vous n'etes pas ce que vous dites, [Вы не то, что вы говорите.] – опять сказал Даву.
Пьер дрожащим, прерывающимся голосом стал приводить доказательства справедливости своего показания.
Но в это время вошел адъютант и что то доложил Даву.
Даву вдруг просиял при известии, сообщенном адъютантом, и стал застегиваться. Он, видимо, совсем забыл о Пьере.
Когда адъютант напомнил ему о пленном, он, нахмурившись, кивнул в сторону Пьера и сказал, чтобы его вели. Но куда должны были его вести – Пьер не знал: назад в балаган или на приготовленное место казни, которое, проходя по Девичьему полю, ему показывали товарищи.
Он обернул голову и видел, что адъютант переспрашивал что то.
– Oui, sans doute! [Да, разумеется!] – сказал Даву, но что «да», Пьер не знал.
Пьер не помнил, как, долго ли он шел и куда. Он, в состоянии совершенного бессмыслия и отупления, ничего не видя вокруг себя, передвигал ногами вместе с другими до тех пор, пока все остановились, и он остановился. Одна мысль за все это время была в голове Пьера. Это была мысль о том: кто, кто же, наконец, приговорил его к казни. Это были не те люди, которые допрашивали его в комиссии: из них ни один не хотел и, очевидно, не мог этого сделать. Это был не Даву, который так человечески посмотрел на него. Еще бы одна минута, и Даву понял бы, что они делают дурно, но этой минуте помешал адъютант, который вошел. И адъютант этот, очевидно, не хотел ничего худого, но он мог бы не войти. Кто же это, наконец, казнил, убивал, лишал жизни его – Пьера со всеми его воспоминаниями, стремлениями, надеждами, мыслями? Кто делал это? И Пьер чувствовал, что это был никто.
Это был порядок, склад обстоятельств.
Порядок какой то убивал его – Пьера, лишал его жизни, всего, уничтожал его.


От дома князя Щербатова пленных повели прямо вниз по Девичьему полю, левее Девичьего монастыря и подвели к огороду, на котором стоял столб. За столбом была вырыта большая яма с свежевыкопанной землей, и около ямы и столба полукругом стояла большая толпа народа. Толпа состояла из малого числа русских и большого числа наполеоновских войск вне строя: немцев, итальянцев и французов в разнородных мундирах. Справа и слева столба стояли фронты французских войск в синих мундирах с красными эполетами, в штиблетах и киверах.