Сторожевой корабль

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Сторожевик»)
Перейти к: навигация, поиск

Сторожевой корабль — класс боевых надводных кораблей, предназначенных для несения дозорной службы, охранения крупных кораблей, транспортов и десантных кораблей (судов) от атак подводных лодок, торпедных катеров и авиации противника на переходе морем и при стоянке на открытых рейдах.

Сторожевые корабли также привлекаются для несения дозорной службы на подходах к своим военно-морским базам, портам и для охраны морской границы[1].

Сокращённое наименование — СКР. Также в литературе может называться — Патрульный корабль, Корабль противолодочной обороны.



История

Как самостоятельный класс, корабли противолодочной обороны были введены в Первую мировую войну, в связи с тем, что подводные лодки, которые первоначально предполагалось использовать в ограниченных целях вблизи баз, с первых дней войны показали свои высокие тактические качества и боевую эффективность. Впервые возникла острая потребность в менее крупных и менее дорогостоящих, по сравнению с эсминцами, кораблях, способных противостоять подводному противнику. Потребовался специальный корабль, способный вести поиск подводных лодок, конвоировать транспорты, нести дозорную службу вблизи военно-морских баз. Эти задачи могли успешно решать эсминцы, но их явно не хватало количественно. Обладая значительной огневой мощью, эсминцы привлекались в основном для других боевых задач, сектор которых чрезвычайно расширился.

Англия первой была вынуждена начать интенсивный поиск сил и средств для борьбы с германскими подводными лодками, вырабатывать тактику противолодочной борьбы, совершенствовать противолодочное оружие и средства. Таким образом, впервые в мире, первые противолодочные корабли появились в британском флоте, в ходе 1-й мировой войны, в связи с активными действиями германских подводных лодок. Тогда в Англии приступили к постройке патрульных кораблей — «Пи-ботс», с носовым стальным бивнем (водоизмещением 573 тонн, скорость полного хода — 22 узлов, одно 100-мм орудие, два 2-фунт. орудия, две торпедные трубы, глубинные бомбы).

Для американского флота, по примеру англичан, в срочном порядке, заложили около 60-ти единиц кораблей, аналогичных СКР — типа «Игл».

В русском флоте, корабли, аналогичные английским кораблям противолодочной обороны, были обозначены классификационным термином «Сторожевой корабль».

В 1914—1916 годах в России были построены первые сторожевые корабли типа «Коршун» водоизмещением 400 тонн и скоростью 15 узлов.[2] В 1914—1916 годах, в России были заложены первые сторожевые корабли типа «Коршун»: водоизмещением 400 (350—530) тонн; две паровые турбины; скорость 15 узлов (выше скорости подводной лодки в подводном положении и примерно равная её скорости в надводном положении); дальность плавания 700 миль, (достаточная для Балтийского морского театра); 2×1-102-мм орудия; 1-40-мм зенитный автомат; предполагалась установка для глубинных бомб.

В октябре 1917 года, за несколько дней до Великой Октябрьской революции, новый класс — «Сторожевой корабль» был впервые официально включён в классификацию русского флота. Однако, стремительно развивающиеся политические события, приведшие к независимости Финляндии, явились причиной тому, что первые 12 единиц СКР типа «Коршун», строящихся на финских верфях, так и не вошли в состав русского флота. В 1916—1917 годах некоторые из этих кораблей были спущены на воду.

В первой половине 1920-х годов флоты морских держав пополнялись новейшими кораблями, аналогичными по назначению русским «сторожевикам»: английские типа «Спей»; американские типа «Игл»; итальянские типа «Аллесандро».

Имея примерно одно и то же боевое назначение в военно-морских силах различных государств, эти корабли классифицировались различными терминами: «Эскортный миноносец», «Фрегат», «Корвет».

В Морских силах СССР, с 1931 года, первыми представителями класса СКР стали сторожевые корабли типа «Ураган». Строительство 18 СКР, из которых 8 подлежали постройке в первую очередь (шесть единиц для Балтики и две для Чёрного моря), было предусмотрено шестилетней программой военного судостроения на 1926—1932 гг., принятой Советом Труда и Обороны в ноябре 1926 года. Они предназначались для несения дозорной и разведывательной службы, сопровождения и охранения крупных надводных кораблей и конвоев от нападения подводных лодок, ведения борьбы с самолётами противника. При необходимости их предполагалось использовать как быстроходные тральщики. Всего за годы предвоенных пятилеток ВМФ ВС СССР получил 18 кораблей типа «Ураган», построенных четырьмя сериями на заводах Ленинграда и Николаева. Часть из них в разобранном виде была доставлена по железной дороге и морским путём на Север и Тихий океан.

В середине 1930-х годов для морских пограничных сил СССР был введён новый подкласс сторожевых кораблей — «Пограничный сторожевой корабль» (ПСКР) или «Малый сторожевой корабль».

Для противолодочной обороны баз ВМС СССР были спроектированы и построены ПСКР типа «Рубин» (Проект 43), несколько меньших размеров по сравнению с типом «Ураган», с дизельной энергетической установкой (водоизмещение примерно 500 т, скорость 15 уз; вооружение: 1×102-мм; 2×37-мм зенитных автомата; противолодочное вооружение). Однотипный СКР «Бриллиант»: заложен в 1934 году; построен и введён в строй в 1937 году; водоизмещение 580 т; размерения: 62×7.2×2.6 м; 2200 л.с; максимальная скорость — 17.2 уз; дальность плавания (экономической скоростью) — 3500 миль; вооружение: 1×102-мм, 2×45-мм, 1×37-мм, 2×12.7-мм, 2 бомбомёта; до 31 мины, экипаж — 61 чел.

В 1935 году, для обеспечения морской пограничной охраны НКВД СССР, Дальневосточного пограничного округа, были введены в строй СКР типа «Киров»(Проект 19). Всего два корабля этого типа, по советскому заказу, были построены в Италии (заложены и спущены на воду в 1934 году; водоизмещение нормальное — 1025 т; размерения: 80×8.3×3.75 м; мощность ГЭУ — 4500 л.с; скорость — 18.5 уз; дальность плавания — 6000 миль; вооружение: 3×102-мм, 4×45-мм, 3×12.7-мм, 3×7.62-мм, 24-мины, глубинные бомбы (10-больших и 35-малых), в процессе службы, вооружение модернизировалось.

В 1937 году для службы в арктических широтах, в СССР был спроектирован ПСКР типа «Пурга» (Проект 52), корпус ледокольного типа. Головной корабль был заложен на Ленинградском заводе «Судомех» 17.12.1938, спущен на воду 24.04.1941.

Накануне Второй мировой войны в ВМС Великобритании были введены новые классы кораблей охранения: «Эскортный эсминец», «Фрегат» и «Корвет», которые значительно отличаясь по своим тактико-техническим элементам (ТТЭ), имели общее основное назначение. Поэтому, в системе классификации ВМС СССР, эти корабли были условно отнесены к классу СКР, предназначенных для сопровождения конвоев в прибрежных водах, противовоздушной и противолодочной обороны.

Во время Второй мировой войны «сторожевики» находились в составе всех флотов. Их боевая деятельность наиболее ярко проявилась в Заполярье, где кроме «настоящих» СКР активно использовались мобилизованные рыболовные траулеры (РТ), ледоколы и суда других гражданских ведомств, на которые устанавливалось лёгкое вооружение. Кроме того, численность СКР пополнили пограничные корабли (ПСК).

Вторая мировая война подтвердила ценность СКР в составе флотов. Эти корабли, с первого до последнего дня, несли боевую службу: охота и уничтожение подводных лодок; постановка мин заграждения; высадка десантов; доставка продовольствия, боеприпасов, горючего в осаждённые города, эвакуация раненных и гражданского населения, набеги на ближайшие коммуникации противника, эскортирование транспортных судов.

После Второй мировой войны, во флотах ряда государств, боевые корабли, которые с позиции советской классификации, аналогичны классу СКР, фактически классифицируются или как «Эскортный эсминец» или как «Фрегат» или «Корвет», в зависимости от индивидуальных характеристик. Корвет, как правило меньшего водоизмещения и менее дорогой при постройке. Эти корабли весьма многочисленны. В начале 1970-х годов в составе флота США кораблей, аналогичных СКР, насчитывалось 63 единицы и еще 124 единицы находились в резерве. В Англии их число составляло 65 единиц, во Франции — 28 единиц.

В современных условиях корабли, аналогичные СКР, предназначены главным образом для обеспечения противолодочной обороны кораблей и судов в море, могут привлекаться для обороны соединений кораблей и конвоев на переходе морем, для участия в противолодочных операциях в составе специальных групп, для обеспечения десантных операций, несения патрульной и спасательной службы.

С учётом опыта Второй мировой войны и послевоенного развития ракетного оружия, общей тенденцией в развитии СКР является совершенствование систем зенитного вооружения, способного эффективно противодействовать главному противнику надводных кораблей — воздушным средствам нападения: самолётам, управляемым снарядам, крылатым ракетам.

Статистически, современные сторожевые корабли (эскортные миноносцы, корветы и фрегаты) имеют водоизмещение до 4 000 тонн, главная энергетическая установка (ГЭУ) развивается и совершенствуется в направлении перехода от дизельной и паротурбинной к более мощной газотурбинной установке, скорость 30—35 узлов, вооружены противокорабельными и зенитными ракетными комплексами, артиллерийскими установками, аппаратурой поиска подводных лодок и противолодочным оружием, радиоэлектронными комплексами наблюдения, связи, навигации и управления оружием.

По состоянию на 2014 год, система классификации боевых кораблей ВМФ Российской Федерации предполагает замену советского классификационного термина «Сторожевой корабль» на термин «Фрегат».

4 мая 2016 года между Министерством обороны Российской Федерации и АО "Адмиралтейские Верфи" был заключен контракт на строительство двух новейших патрульных кораблей ледового класса проекта 23550 в интересах ВМФ РФ.

См. также

Напишите отзыв о статье "Сторожевой корабль"

Примечания

  1. Павлов А. С. Сторожевой корабль «Неустрашимый». — Якутск, 1997. — С. 2.
  2. Морской Энциклопедический Словарь, Ленинград: «Судостроение», 1991. ISBN 5-7355-0280-8

Отрывок, характеризующий Сторожевой корабль

Когда Ростов вернулся, на столе стояла бутылка с водкой и лежала колбаса. Денисов сидел перед столом и трещал пером по бумаге. Он мрачно посмотрел в лицо Ростову.
– Ей пишу, – сказал он.
Он облокотился на стол с пером в руке, и, очевидно обрадованный случаю быстрее сказать словом всё, что он хотел написать, высказывал свое письмо Ростову.
– Ты видишь ли, дг'уг, – сказал он. – Мы спим, пока не любим. Мы дети пг`axa… а полюбил – и ты Бог, ты чист, как в пег'вый день создания… Это еще кто? Гони его к чог'ту. Некогда! – крикнул он на Лаврушку, который, нисколько не робея, подошел к нему.
– Да кому ж быть? Сами велели. Вахмистр за деньгами пришел.
Денисов сморщился, хотел что то крикнуть и замолчал.
– Сквег'но дело, – проговорил он про себя. – Сколько там денег в кошельке осталось? – спросил он у Ростова.
– Семь новых и три старых.
– Ах,сквег'но! Ну, что стоишь, чучела, пошли вахмистг'а, – крикнул Денисов на Лаврушку.
– Пожалуйста, Денисов, возьми у меня денег, ведь у меня есть, – сказал Ростов краснея.
– Не люблю у своих занимать, не люблю, – проворчал Денисов.
– А ежели ты у меня не возьмешь деньги по товарищески, ты меня обидишь. Право, у меня есть, – повторял Ростов.
– Да нет же.
И Денисов подошел к кровати, чтобы достать из под подушки кошелек.
– Ты куда положил, Ростов?
– Под нижнюю подушку.
– Да нету.
Денисов скинул обе подушки на пол. Кошелька не было.
– Вот чудо то!
– Постой, ты не уронил ли? – сказал Ростов, по одной поднимая подушки и вытрясая их.
Он скинул и отряхнул одеяло. Кошелька не было.
– Уж не забыл ли я? Нет, я еще подумал, что ты точно клад под голову кладешь, – сказал Ростов. – Я тут положил кошелек. Где он? – обратился он к Лаврушке.
– Я не входил. Где положили, там и должен быть.
– Да нет…
– Вы всё так, бросите куда, да и забудете. В карманах то посмотрите.
– Нет, коли бы я не подумал про клад, – сказал Ростов, – а то я помню, что положил.
Лаврушка перерыл всю постель, заглянул под нее, под стол, перерыл всю комнату и остановился посреди комнаты. Денисов молча следил за движениями Лаврушки и, когда Лаврушка удивленно развел руками, говоря, что нигде нет, он оглянулся на Ростова.
– Г'остов, ты не школьнич…
Ростов почувствовал на себе взгляд Денисова, поднял глаза и в то же мгновение опустил их. Вся кровь его, бывшая запертою где то ниже горла, хлынула ему в лицо и глаза. Он не мог перевести дыхание.
– И в комнате то никого не было, окромя поручика да вас самих. Тут где нибудь, – сказал Лаврушка.
– Ну, ты, чог'това кукла, повог`ачивайся, ищи, – вдруг закричал Денисов, побагровев и с угрожающим жестом бросаясь на лакея. – Чтоб был кошелек, а то запог'ю. Всех запог'ю!
Ростов, обходя взглядом Денисова, стал застегивать куртку, подстегнул саблю и надел фуражку.
– Я тебе говог'ю, чтоб был кошелек, – кричал Денисов, тряся за плечи денщика и толкая его об стену.
– Денисов, оставь его; я знаю кто взял, – сказал Ростов, подходя к двери и не поднимая глаз.
Денисов остановился, подумал и, видимо поняв то, на что намекал Ростов, схватил его за руку.
– Вздог'! – закричал он так, что жилы, как веревки, надулись у него на шее и лбу. – Я тебе говог'ю, ты с ума сошел, я этого не позволю. Кошелек здесь; спущу шкуг`у с этого мег`завца, и будет здесь.
– Я знаю, кто взял, – повторил Ростов дрожащим голосом и пошел к двери.
– А я тебе говог'ю, не смей этого делать, – закричал Денисов, бросаясь к юнкеру, чтоб удержать его.
Но Ростов вырвал свою руку и с такою злобой, как будто Денисов был величайший враг его, прямо и твердо устремил на него глаза.
– Ты понимаешь ли, что говоришь? – сказал он дрожащим голосом, – кроме меня никого не было в комнате. Стало быть, ежели не то, так…
Он не мог договорить и выбежал из комнаты.
– Ах, чог'т с тобой и со всеми, – были последние слова, которые слышал Ростов.
Ростов пришел на квартиру Телянина.
– Барина дома нет, в штаб уехали, – сказал ему денщик Телянина. – Или что случилось? – прибавил денщик, удивляясь на расстроенное лицо юнкера.
– Нет, ничего.
– Немного не застали, – сказал денщик.
Штаб находился в трех верстах от Зальценека. Ростов, не заходя домой, взял лошадь и поехал в штаб. В деревне, занимаемой штабом, был трактир, посещаемый офицерами. Ростов приехал в трактир; у крыльца он увидал лошадь Телянина.
Во второй комнате трактира сидел поручик за блюдом сосисок и бутылкою вина.
– А, и вы заехали, юноша, – сказал он, улыбаясь и высоко поднимая брови.
– Да, – сказал Ростов, как будто выговорить это слово стоило большого труда, и сел за соседний стол.
Оба молчали; в комнате сидели два немца и один русский офицер. Все молчали, и слышались звуки ножей о тарелки и чавканье поручика. Когда Телянин кончил завтрак, он вынул из кармана двойной кошелек, изогнутыми кверху маленькими белыми пальцами раздвинул кольца, достал золотой и, приподняв брови, отдал деньги слуге.
– Пожалуйста, поскорее, – сказал он.
Золотой был новый. Ростов встал и подошел к Телянину.
– Позвольте посмотреть мне кошелек, – сказал он тихим, чуть слышным голосом.
С бегающими глазами, но всё поднятыми бровями Телянин подал кошелек.
– Да, хорошенький кошелек… Да… да… – сказал он и вдруг побледнел. – Посмотрите, юноша, – прибавил он.
Ростов взял в руки кошелек и посмотрел и на него, и на деньги, которые были в нем, и на Телянина. Поручик оглядывался кругом, по своей привычке и, казалось, вдруг стал очень весел.
– Коли будем в Вене, всё там оставлю, а теперь и девать некуда в этих дрянных городишках, – сказал он. – Ну, давайте, юноша, я пойду.
Ростов молчал.
– А вы что ж? тоже позавтракать? Порядочно кормят, – продолжал Телянин. – Давайте же.
Он протянул руку и взялся за кошелек. Ростов выпустил его. Телянин взял кошелек и стал опускать его в карман рейтуз, и брови его небрежно поднялись, а рот слегка раскрылся, как будто он говорил: «да, да, кладу в карман свой кошелек, и это очень просто, и никому до этого дела нет».
– Ну, что, юноша? – сказал он, вздохнув и из под приподнятых бровей взглянув в глаза Ростова. Какой то свет глаз с быстротою электрической искры перебежал из глаз Телянина в глаза Ростова и обратно, обратно и обратно, всё в одно мгновение.
– Подите сюда, – проговорил Ростов, хватая Телянина за руку. Он почти притащил его к окну. – Это деньги Денисова, вы их взяли… – прошептал он ему над ухом.
– Что?… Что?… Как вы смеете? Что?… – проговорил Телянин.
Но эти слова звучали жалобным, отчаянным криком и мольбой о прощении. Как только Ростов услыхал этот звук голоса, с души его свалился огромный камень сомнения. Он почувствовал радость и в то же мгновение ему стало жалко несчастного, стоявшего перед ним человека; но надо было до конца довести начатое дело.
– Здесь люди Бог знает что могут подумать, – бормотал Телянин, схватывая фуражку и направляясь в небольшую пустую комнату, – надо объясниться…
– Я это знаю, и я это докажу, – сказал Ростов.
– Я…
Испуганное, бледное лицо Телянина начало дрожать всеми мускулами; глаза всё так же бегали, но где то внизу, не поднимаясь до лица Ростова, и послышались всхлипыванья.
– Граф!… не губите молодого человека… вот эти несчастные деньги, возьмите их… – Он бросил их на стол. – У меня отец старик, мать!…
Ростов взял деньги, избегая взгляда Телянина, и, не говоря ни слова, пошел из комнаты. Но у двери он остановился и вернулся назад. – Боже мой, – сказал он со слезами на глазах, – как вы могли это сделать?
– Граф, – сказал Телянин, приближаясь к юнкеру.
– Не трогайте меня, – проговорил Ростов, отстраняясь. – Ежели вам нужда, возьмите эти деньги. – Он швырнул ему кошелек и выбежал из трактира.


Вечером того же дня на квартире Денисова шел оживленный разговор офицеров эскадрона.
– А я говорю вам, Ростов, что вам надо извиниться перед полковым командиром, – говорил, обращаясь к пунцово красному, взволнованному Ростову, высокий штаб ротмистр, с седеющими волосами, огромными усами и крупными чертами морщинистого лица.
Штаб ротмистр Кирстен был два раза разжалован в солдаты зa дела чести и два раза выслуживался.
– Я никому не позволю себе говорить, что я лгу! – вскрикнул Ростов. – Он сказал мне, что я лгу, а я сказал ему, что он лжет. Так с тем и останется. На дежурство может меня назначать хоть каждый день и под арест сажать, а извиняться меня никто не заставит, потому что ежели он, как полковой командир, считает недостойным себя дать мне удовлетворение, так…
– Да вы постойте, батюшка; вы послушайте меня, – перебил штаб ротмистр своим басистым голосом, спокойно разглаживая свои длинные усы. – Вы при других офицерах говорите полковому командиру, что офицер украл…
– Я не виноват, что разговор зашел при других офицерах. Может быть, не надо было говорить при них, да я не дипломат. Я затем в гусары и пошел, думал, что здесь не нужно тонкостей, а он мне говорит, что я лгу… так пусть даст мне удовлетворение…
– Это всё хорошо, никто не думает, что вы трус, да не в том дело. Спросите у Денисова, похоже это на что нибудь, чтобы юнкер требовал удовлетворения у полкового командира?
Денисов, закусив ус, с мрачным видом слушал разговор, видимо не желая вступаться в него. На вопрос штаб ротмистра он отрицательно покачал головой.
– Вы при офицерах говорите полковому командиру про эту пакость, – продолжал штаб ротмистр. – Богданыч (Богданычем называли полкового командира) вас осадил.
– Не осадил, а сказал, что я неправду говорю.
– Ну да, и вы наговорили ему глупостей, и надо извиниться.
– Ни за что! – крикнул Ростов.
– Не думал я этого от вас, – серьезно и строго сказал штаб ротмистр. – Вы не хотите извиниться, а вы, батюшка, не только перед ним, а перед всем полком, перед всеми нами, вы кругом виноваты. А вот как: кабы вы подумали да посоветовались, как обойтись с этим делом, а то вы прямо, да при офицерах, и бухнули. Что теперь делать полковому командиру? Надо отдать под суд офицера и замарать весь полк? Из за одного негодяя весь полк осрамить? Так, что ли, по вашему? А по нашему, не так. И Богданыч молодец, он вам сказал, что вы неправду говорите. Неприятно, да что делать, батюшка, сами наскочили. А теперь, как дело хотят замять, так вы из за фанаберии какой то не хотите извиниться, а хотите всё рассказать. Вам обидно, что вы подежурите, да что вам извиниться перед старым и честным офицером! Какой бы там ни был Богданыч, а всё честный и храбрый, старый полковник, так вам обидно; а замарать полк вам ничего? – Голос штаб ротмистра начинал дрожать. – Вы, батюшка, в полку без году неделя; нынче здесь, завтра перешли куда в адъютантики; вам наплевать, что говорить будут: «между павлоградскими офицерами воры!» А нам не всё равно. Так, что ли, Денисов? Не всё равно?
Денисов всё молчал и не шевелился, изредка взглядывая своими блестящими, черными глазами на Ростова.
– Вам своя фанаберия дорога, извиниться не хочется, – продолжал штаб ротмистр, – а нам, старикам, как мы выросли, да и умереть, Бог даст, приведется в полку, так нам честь полка дорога, и Богданыч это знает. Ох, как дорога, батюшка! А это нехорошо, нехорошо! Там обижайтесь или нет, а я всегда правду матку скажу. Нехорошо!
И штаб ротмистр встал и отвернулся от Ростова.