Стронк, Георгий Адамович

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Георгий Адамович Стронк
Дата рождения:

10 октября 1910(1910-10-10)

Место рождения:

Петроков,
Царство Польское,
Российская империя

Дата смерти:

6 декабря 2005(2005-12-06) (95 лет)

Место смерти:

Петрозаводск, Республика Карелия, Россия

Гражданство:

Российская империя Российская империя
СССР СССР
Россия Россия

Влияние:

И. И. Бродский

Награды:
Премии:

Государственная премия КАССР (1981)

Работы на Викискладе

Гео́ргий Ада́мович Стро́нк (1910—2005) — художник-живописец, график, Заслуженный деятель искусств Карело-Финской ССР (1947), Народный художник Карельской АССР (1970), лауреат Государственной премии Карельской АССР (1981), Почётный гражданин Петрозаводска (1996).





Биография

Ранние годы

После смерти матери семья Стронков переехала в Витебск, где их застала начавшаяся в 1914 году Первая мировая война. В Витебске прошли детские годы будущего художника.

После падения монархии в России и двух революций Георгий перебрался на Украину, в город Николаев. Там работал на судостроительном заводе «Андре Марти» рабочим-медником, выполняя ремонт гидравлических трубок на подводных лодках. В те годы увлёкся рисованием.

Тогда же и началось систематическое занятие искусством — юношу направили на учёбу в местный художественный техникум. Его Георгий окончил через полтора года в 1932 году.

Институт

В 1932 году Георгий Стронк поступил в Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры (ЛИНЖАС). Учился в мастерской И. И. Бродского. Именно его Георгий Стронк впоследствии называл своим главным наставником в области живописи. Обучение в институте длилось шесть лет. Во время каникул он принимал участие в фольклорных и этнографических экспедициях по Карелии1937 году). С тех пор Стронк много работал по заданиям Карельского научно-исследовательского института культуры.

В 1938 году Стронк успешно защитил дипломную картину «Пушкин после дуэли». Картина нашла своё место в Святогорском монастыре — месте вечного упокоения А. С. Пушкина [www.art-katalog.com/russian/painter/biography/651 Георгий Адамович Стронк].

Во время учёбы в институте Георгий Адамович познакомился с художником Павлом Филоновым.

В Карелии

По окончании учёбы художник получил приглашение на работу от Карельского научно-исследовательского института культуры и в 1939 году переехал в Петрозаводск.

В 1940 году Стронк стал первым председателем Союза художников Карело-Финской ССР. Союз состоял преимущественно из самодеятельных живописцев и графиков. Благодаря Стронку и офортисту 3. Е. Львовичу, переехавшему в Петрозаводск из Москвы, профессиональное карельское изобразительное искусство, представленное до того лишь работами живописцев В. Н. Попова, А. И. Кацеблина и народного резчика Ю. О. Раутанена, начало решать большие творческие проблемы.

В 1941 году, в первые месяцы войны, художник работал на оборонительных объектах и участвовал в эвакуации фондов института культуры и Петрозаводского университета в Сыктывкар.

В 1949 году в Карело-Финской ССР широко отмечалось столетие со дня издания Элиасом Лённротом полной версии эпоса «Калевала». В Петрозаводске состоялась юбилейная научная сессия, в которой приняли участие известные ученые и фольклористы. Республиканским книжным издательством по инициативе О. В. Куусинена был объявлен всесоюзный конкурс на создание иллюстраций к «Калевале» — началась работа над созданием новых иллюстраций эпоса (первое иллюстрированное издание было выпущено в 1933 году). Георгий Стронк начал работу над иллюстрациями к эпосу и принял участие в конкурсе. Вместе с В. И. Курдовым и Н. А. Родионовой он оформил книгу «Kalevalan runoutta» («Поэзия Калевалы», Петрозаводск, 1949 г.). На конкурсе Георгий Стронк получил вторую премию. Третью премию разделили Осмо Бородкин (посмертно) и Мюд Мечев, первую же не присудили никому.

Иллюстрировал книгу «Kalevala» (Петрозаводск, 1956 г.)

В 1960—1970-е годы создал графические серии «Герои Калевалы». К 150-летию первого издания «Калевалы» выполнил новый цикл иллюстраций к эпосу.[1]

В 1940—1953 и 1982—1985 годах — председатель правления Союза художников Карелии.

Георгий Адамович скончался 6 декабря 2005 года[2].

Выставки

Участник выставок: городских в Петрозаводске, республиканских (с 1939), художников Карелии в Москве (1951, 1959, 1980) и Ленинграде (1972, 1980), региональных «Советский Север» (1964—1984), «Российский Север» (Киров, 1998; Вологда, 2003), художников автономных республик России в Москве (1971, 1989), всероссийских (с 1960), всесоюзных (с 1946), зарубежных в ГДР (1972, 1977), Финляндии (1950, 1966, 1972, 1976), Швеции (1971, 1976).

Персональные выставки (Петрозаводск, 1951, 1995, 2003[3]; Москва, 1986).

Работы Георгия Стронка хранятся в Музее изобразительных искусств Республики Карелия, Национальном музее Республики Карелия, Государственном музее-заповеднике «Кижи».

Сочинения

  • «У самого Белого моря» (1963)
  • «По Карелии» (1979).

Награды

Напишите отзыв о статье "Стронк, Георгий Адамович"

Примечания

  1. [www.nbrkomi.ru/page/784/ Стронк Георгий Адамович (1910—2005)]
  2. [www.stolica.onego.ru/news/42454.html Скончался художник Стронк. 8 декабря 2005]
  3. [www.gov.karelia.ru/gov/News/2003/0213_04.html Карелия Георгия Стронка]

Литература

  • Георгий Адамович Стронк: Рек. указ. лит. / Гос. публ. б-ка Карел. АССР; Сост.: Е. И. Такала. — Петрозаводск: Карелия, 1970. — 19 с. — (Художники Карелии).

Ссылки

  • [media.karelia.ru/fineart/painter/stronk/stronk1.htm Основные даты жизни и творчества Г. А. Стронка]
  • [www.dizzaster.ru/dizzaster.php?id=6497 С высоты прошедших лет]
  • [13aborigen.ru/?p=146 Художник Георгий Стронк]
  • [rosgrafik.blogspot.ru/2011/09/blog-post_07.html Современные мастера офорта. Георгий Стронк]
  • [visualrian.ru/en/site/search/?q=Georgy+Stronk Георгий Стронк, фотоархив РИА Новости]
  • [media.karelia.ru/~art/catalog/karel/web/grou1/c1_2.htm Работы Г. А. Стронка]

Отрывок, характеризующий Стронк, Георгий Адамович

– Можешь себе представить! она отказала, совсем отказала! – заговорила Наташа. – Она сказала, что любит другого, – прибавила она, помолчав немного.
«Да иначе и не могла поступить моя Соня!» подумал Николай.
– Сколько ее ни просила мама, она отказала, и я знаю, она не переменит, если что сказала…
– А мама просила ее! – с упреком сказал Николай.
– Да, – сказала Наташа. – Знаешь, Николенька, не сердись; но я знаю, что ты на ней не женишься. Я знаю, Бог знает отчего, я знаю верно, ты не женишься.
– Ну, этого ты никак не знаешь, – сказал Николай; – но мне надо поговорить с ней. Что за прелесть, эта Соня! – прибавил он улыбаясь.
– Это такая прелесть! Я тебе пришлю ее. – И Наташа, поцеловав брата, убежала.
Через минуту вошла Соня, испуганная, растерянная и виноватая. Николай подошел к ней и поцеловал ее руку. Это был первый раз, что они в этот приезд говорили с глазу на глаз и о своей любви.
– Sophie, – сказал он сначала робко, и потом всё смелее и смелее, – ежели вы хотите отказаться не только от блестящей, от выгодной партии; но он прекрасный, благородный человек… он мой друг…
Соня перебила его.
– Я уж отказалась, – сказала она поспешно.
– Ежели вы отказываетесь для меня, то я боюсь, что на мне…
Соня опять перебила его. Она умоляющим, испуганным взглядом посмотрела на него.
– Nicolas, не говорите мне этого, – сказала она.
– Нет, я должен. Может быть это suffisance [самонадеянность] с моей стороны, но всё лучше сказать. Ежели вы откажетесь для меня, то я должен вам сказать всю правду. Я вас люблю, я думаю, больше всех…
– Мне и довольно, – вспыхнув, сказала Соня.
– Нет, но я тысячу раз влюблялся и буду влюбляться, хотя такого чувства дружбы, доверия, любви, я ни к кому не имею, как к вам. Потом я молод. Мaman не хочет этого. Ну, просто, я ничего не обещаю. И я прошу вас подумать о предложении Долохова, – сказал он, с трудом выговаривая фамилию своего друга.
– Не говорите мне этого. Я ничего не хочу. Я люблю вас, как брата, и всегда буду любить, и больше мне ничего не надо.
– Вы ангел, я вас не стою, но я только боюсь обмануть вас. – Николай еще раз поцеловал ее руку.


У Иогеля были самые веселые балы в Москве. Это говорили матушки, глядя на своих adolescentes, [девушек,] выделывающих свои только что выученные па; это говорили и сами adolescentes и adolescents, [девушки и юноши,] танцовавшие до упаду; эти взрослые девицы и молодые люди, приезжавшие на эти балы с мыслию снизойти до них и находя в них самое лучшее веселье. В этот же год на этих балах сделалось два брака. Две хорошенькие княжны Горчаковы нашли женихов и вышли замуж, и тем еще более пустили в славу эти балы. Особенного на этих балах было то, что не было хозяина и хозяйки: был, как пух летающий, по правилам искусства расшаркивающийся, добродушный Иогель, который принимал билетики за уроки от всех своих гостей; было то, что на эти балы еще езжали только те, кто хотел танцовать и веселиться, как хотят этого 13 ти и 14 ти летние девочки, в первый раз надевающие длинные платья. Все, за редкими исключениями, были или казались хорошенькими: так восторженно они все улыбались и так разгорались их глазки. Иногда танцовывали даже pas de chale лучшие ученицы, из которых лучшая была Наташа, отличавшаяся своею грациозностью; но на этом, последнем бале танцовали только экосезы, англезы и только что входящую в моду мазурку. Зала была взята Иогелем в дом Безухова, и бал очень удался, как говорили все. Много было хорошеньких девочек, и Ростовы барышни были из лучших. Они обе были особенно счастливы и веселы. В этот вечер Соня, гордая предложением Долохова, своим отказом и объяснением с Николаем, кружилась еще дома, не давая девушке дочесать свои косы, и теперь насквозь светилась порывистой радостью.
Наташа, не менее гордая тем, что она в первый раз была в длинном платье, на настоящем бале, была еще счастливее. Обе были в белых, кисейных платьях с розовыми лентами.
Наташа сделалась влюблена с самой той минуты, как она вошла на бал. Она не была влюблена ни в кого в особенности, но влюблена была во всех. В того, на кого она смотрела в ту минуту, как она смотрела, в того она и была влюблена.
– Ах, как хорошо! – всё говорила она, подбегая к Соне.
Николай с Денисовым ходили по залам, ласково и покровительственно оглядывая танцующих.
– Как она мила, к'асавица будет, – сказал Денисов.
– Кто?
– Г'афиня Наташа, – отвечал Денисов.
– И как она танцует, какая г'ация! – помолчав немного, опять сказал он.
– Да про кого ты говоришь?
– Про сест'у п'о твою, – сердито крикнул Денисов.
Ростов усмехнулся.
– Mon cher comte; vous etes l'un de mes meilleurs ecoliers, il faut que vous dansiez, – сказал маленький Иогель, подходя к Николаю. – Voyez combien de jolies demoiselles. [Любезный граф, вы один из лучших моих учеников. Вам надо танцовать. Посмотрите, сколько хорошеньких девушек!] – Он с тою же просьбой обратился и к Денисову, тоже своему бывшему ученику.
– Non, mon cher, je fe'ai tapisse'ie, [Нет, мой милый, я посижу у стенки,] – сказал Денисов. – Разве вы не помните, как дурно я пользовался вашими уроками?
– О нет! – поспешно утешая его, сказал Иогель. – Вы только невнимательны были, а вы имели способности, да, вы имели способности.
Заиграли вновь вводившуюся мазурку; Николай не мог отказать Иогелю и пригласил Соню. Денисов подсел к старушкам и облокотившись на саблю, притопывая такт, что то весело рассказывал и смешил старых дам, поглядывая на танцующую молодежь. Иогель в первой паре танцовал с Наташей, своей гордостью и лучшей ученицей. Мягко, нежно перебирая своими ножками в башмачках, Иогель первым полетел по зале с робевшей, но старательно выделывающей па Наташей. Денисов не спускал с нее глаз и пристукивал саблей такт, с таким видом, который ясно говорил, что он сам не танцует только от того, что не хочет, а не от того, что не может. В середине фигуры он подозвал к себе проходившего мимо Ростова.
– Это совсем не то, – сказал он. – Разве это польская мазу'ка? А отлично танцует. – Зная, что Денисов и в Польше даже славился своим мастерством плясать польскую мазурку, Николай подбежал к Наташе:
– Поди, выбери Денисова. Вот танцует! Чудо! – сказал он.
Когда пришел опять черед Наташе, она встала и быстро перебирая своими с бантиками башмачками, робея, одна пробежала через залу к углу, где сидел Денисов. Она видела, что все смотрят на нее и ждут. Николай видел, что Денисов и Наташа улыбаясь спорили, и что Денисов отказывался, но радостно улыбался. Он подбежал.
– Пожалуйста, Василий Дмитрич, – говорила Наташа, – пойдемте, пожалуйста.