Структурализм

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Структурали́зм — это совокупность холистских подходов, возникших главным образом в социальных и гуманитарных науках в середине ХХ века. Структуралисты использовали понятие структуры — теоретическую модель, которая функционирует бессознательно или не может восприниматься эмпирическим образом. Структура определяла форму изучаемого объекта как систему, состоящую из отношений между её элементами. Термин «структура» трактовался по-разному в различных направлениях; возникнув в рамках позитивизма в конце XIX века, термин постепенно эволюционировал с институциональным развитием социальных и гуманитарных наук; вплоть до 1945 года понятие структуры применялось в основном в лингвистике и фонологии, затем распространилось в других дисциплинах.

Структурализм вырос из структурной лингвистики, основы которой заложил Фердинанд де Соссюр. Демаркация интеллектуальных границ структурализма произошла после 1945 года; направление стало комплексным полем исследований со значительными расхождениями в различных странах и академических дисциплинах. Структурализмом стали называть междисциплинарное интеллектуальное движение, главным образом во Франции, в период между 1950 и 1970 годами. Структуралисты провозглашали разрыв с предшествующим знанием, решительно отказывались от исторического и темпорального (диахрония) измерений и выступали за формалистский подход к структуре. В определенный момент структурализм вышел за академические рамки и захватил области литературы, массмедиа и политики. Структурализм был представлен небольшой группой ключевых фигур, таких как Клод Леви-Стросс в антропологии, Ролан Барт в литературной критике, Жак Лакан в психоанализе, Мишель Фуко и Луи Альтюссер в философии.

Оказал влияние на развитие семиотики.





Основные представители

Структурализм в лингвистике

Структурализм в философии

Теория, в соответствии с которой структура системы или организации более важна, чем индивидуальное поведение её элементов. Структурное исследование имеет глубокие корни в западной философской мысли и может быть прослежено до трудов Платона и Аристотеля. Трудовая теория стоимости Адама Смита или марксистская теория абсолютного или относительного (даже чисто духовного) обнищания трудящихся могут быть примерами такого подхода. Существует точка зрения, что структурализм — не философия, а научная методология вместе с общим комплексом мировоззренческих представлений. Структурализм и постструктурализм никогда не были систематизированными доктринами. При этом постструктурализм, с которым полемизировали структуралисты и марксисты, существовал скорее как общее пространство полемики, нежели как общность программ, и зависел от структурализма как объекта критики или отрицания. Однако для структурализма были характерны ясность и общность методологической программы, очевидная даже в процессе её размывания. Французский структурализм занимал место отсутствующего во Франции логического позитивизма, хотя по реальной практике воплощения имел с ним мало общего. В структурализме есть проблемные переклички с неорационализмом. Структурализм содействовал видоизменению феноменологии в её французской версии (прививка языковой проблематики на ствол феноменологии, стимул к поиску взаимодействия объясняющих стратегий с понимающими); он давал поводы (особенно вокруг работ Фуко) для достаточно плодотворной полемики с западным марксизмом.[1]

См. также Структуралистский марксизм.

Структурализм в социологии

Одним из основных положений структурализма является утверждение о том, что социальные и культурные явления не обладают самостоятельной субстанциальной природой, а определяются своей внутренней структурой (то есть системой отношений между внутренними структурными элементами), и системой отношений с другими явлениями в соответствующих социальных и культурных системах. Эти системы отношений рассматриваются как знаковые системы и, таким образом, трактуются как объекты, наделенные значением[2].

Структурализм ставит своей целью объяснить, как данные социальные институты, которые могут быть выявлены в рамках структурного анализа, делают возможным человеческий опыт[3].

Структурализм в психологии

Структурализм в психологии ставит своей целью изучение структуры разума, анализируя составляющие перцептивного процесса. При анализе структуры разума применяется метод индивидуального чувственного опыта — интроспекция или самонаблюдение. Одним из основателей структурализма считается немецкий психолог Вильгельм Вундт, разработавший метод интроспекции в психологии. Видным представителем структурализма в психологии был ученик Вундта Эдвард Титченер считавший, что сознание может быть сведено к трем элементарным состояниям: ощущения, представление, аффекция.

Напишите отзыв о статье "Структурализм"

Примечания

  1. Н. С. Автономова Новая философская энциклопедия: В 4 тт. М.: Мысль. Под редакцией В. С. Стёпина. 2001.
  2. Лобанов А. В. [archvuz.ru/numbers/2008_3/ta2 Структурная методология в архитектуре постмодернизма] (недоступная ссылка с 16-05-2013 (3327 дней) — история)
  3. [socpolicy.ru/wp-content/uploads/2010/09/SaratovAnthropology2004.pdf Ярская-Смирнова Е. Р., Романов П. В. Социальная антропология: Учеб. пособие. — 388 с.]

Литература

  • Основные направления структурализма. М., 1964
  • Апресян Ю. Д. Идеи и методы современной структурной лингвистики. М., 1966
  • Сапаров М.А. "Три структурализма" и структура произведения искусства//Вопросы литературы, 1967, №1.
  • Звегинцев В. А. Язык и лингвистическая теория. М., 1973
  • Структурализм: «за» и «против». М., 1975
  • Ревзин И. И. Современная структурная лингвистика. М., 1977
  • Строение фильма. М., 1985
  • Леви-Стросс К. Структурная антропология. М., 1985
  • Барт Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика. М., 1989
  • Ильин И. П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм. М., 1996
  • Эко У. Отсутствующая структура. М., 1998
  • Алпатов В. М. История лингвистических учений. М., 1998
  • Тодоров Ц. Теории символа. М., 1999

Ссылки

  • [bse.sci-lib.com/article106923.html Структурализм] в БСЭ
  • [www.krugosvet.ru/articles/85/1008588/1008588a1.htm Структурализм] // Энциклопедия «Кругосвет».


Отрывок, характеризующий Структурализм

Люди этой бывшей армии бежали с своими предводителями сами не зная куда, желая (Наполеон и каждый солдат) только одного: выпутаться лично как можно скорее из того безвыходного положения, которое, хотя и неясно, они все сознавали.
Только поэтому, на совете в Малоярославце, когда, притворяясь, что они, генералы, совещаются, подавая разные мнения, последнее мнение простодушного солдата Мутона, сказавшего то, что все думали, что надо только уйти как можно скорее, закрыло все рты, и никто, даже Наполеон, не мог сказать ничего против этой всеми сознаваемой истины.
Но хотя все и знали, что надо было уйти, оставался еще стыд сознания того, что надо бежать. И нужен был внешний толчок, который победил бы этот стыд. И толчок этот явился в нужное время. Это было так называемое у французов le Hourra de l'Empereur [императорское ура].
На другой день после совета Наполеон, рано утром, притворяясь, что хочет осматривать войска и поле прошедшего и будущего сражения, с свитой маршалов и конвоя ехал по середине линии расположения войск. Казаки, шнырявшие около добычи, наткнулись на самого императора и чуть чуть не поймали его. Ежели казаки не поймали в этот раз Наполеона, то спасло его то же, что губило французов: добыча, на которую и в Тарутине и здесь, оставляя людей, бросались казаки. Они, не обращая внимания на Наполеона, бросились на добычу, и Наполеон успел уйти.
Когда вот вот les enfants du Don [сыны Дона] могли поймать самого императора в середине его армии, ясно было, что нечего больше делать, как только бежать как можно скорее по ближайшей знакомой дороге. Наполеон, с своим сорокалетним брюшком, не чувствуя в себе уже прежней поворотливости и смелости, понял этот намек. И под влиянием страха, которого он набрался от казаков, тотчас же согласился с Мутоном и отдал, как говорят историки, приказание об отступлении назад на Смоленскую дорогу.
То, что Наполеон согласился с Мутоном и что войска пошли назад, не доказывает того, что он приказал это, но что силы, действовавшие на всю армию, в смысле направления ее по Можайской дороге, одновременно действовали и на Наполеона.


Когда человек находится в движении, он всегда придумывает себе цель этого движения. Для того чтобы идти тысячу верст, человеку необходимо думать, что что то хорошее есть за этими тысячью верст. Нужно представление об обетованной земле для того, чтобы иметь силы двигаться.
Обетованная земля при наступлении французов была Москва, при отступлении была родина. Но родина была слишком далеко, и для человека, идущего тысячу верст, непременно нужно сказать себе, забыв о конечной цели: «Нынче я приду за сорок верст на место отдыха и ночлега», и в первый переход это место отдыха заслоняет конечную цель и сосредоточивает на себе все желанья и надежды. Те стремления, которые выражаются в отдельном человеке, всегда увеличиваются в толпе.
Для французов, пошедших назад по старой Смоленской дороге, конечная цель родины была слишком отдалена, и ближайшая цель, та, к которой, в огромной пропорции усиливаясь в толпе, стремились все желанья и надежды, – была Смоленск. Не потому, чтобы люди знала, что в Смоленске было много провианту и свежих войск, не потому, чтобы им говорили это (напротив, высшие чины армии и сам Наполеон знали, что там мало провианта), но потому, что это одно могло им дать силу двигаться и переносить настоящие лишения. Они, и те, которые знали, и те, которые не знали, одинаково обманывая себя, как к обетованной земле, стремились к Смоленску.
Выйдя на большую дорогу, французы с поразительной энергией, с быстротою неслыханной побежали к своей выдуманной цели. Кроме этой причины общего стремления, связывавшей в одно целое толпы французов и придававшей им некоторую энергию, была еще другая причина, связывавшая их. Причина эта состояла в их количестве. Сама огромная масса их, как в физическом законе притяжения, притягивала к себе отдельные атомы людей. Они двигались своей стотысячной массой как целым государством.
Каждый человек из них желал только одного – отдаться в плен, избавиться от всех ужасов и несчастий. Но, с одной стороны, сила общего стремления к цели Смоленска увлекала каждою в одном и том же направлении; с другой стороны – нельзя было корпусу отдаться в плен роте, и, несмотря на то, что французы пользовались всяким удобным случаем для того, чтобы отделаться друг от друга и при малейшем приличном предлоге отдаваться в плен, предлоги эти не всегда случались. Самое число их и тесное, быстрое движение лишало их этой возможности и делало для русских не только трудным, но невозможным остановить это движение, на которое направлена была вся энергия массы французов. Механическое разрывание тела не могло ускорить дальше известного предела совершавшийся процесс разложения.
Ком снега невозможно растопить мгновенно. Существует известный предел времени, ранее которого никакие усилия тепла не могут растопить снега. Напротив, чем больше тепла, тем более крепнет остающийся снег.
Из русских военачальников никто, кроме Кутузова, не понимал этого. Когда определилось направление бегства французской армии по Смоленской дороге, тогда то, что предвидел Коновницын в ночь 11 го октября, начало сбываться. Все высшие чины армии хотели отличиться, отрезать, перехватить, полонить, опрокинуть французов, и все требовали наступления.
Кутузов один все силы свои (силы эти очень невелики у каждого главнокомандующего) употреблял на то, чтобы противодействовать наступлению.
Он не мог им сказать то, что мы говорим теперь: зачем сраженье, и загораживанье дороги, и потеря своих людей, и бесчеловечное добиванье несчастных? Зачем все это, когда от Москвы до Вязьмы без сражения растаяла одна треть этого войска? Но он говорил им, выводя из своей старческой мудрости то, что они могли бы понять, – он говорил им про золотой мост, и они смеялись над ним, клеветали его, и рвали, и метали, и куражились над убитым зверем.
Под Вязьмой Ермолов, Милорадович, Платов и другие, находясь в близости от французов, не могли воздержаться от желания отрезать и опрокинуть два французские корпуса. Кутузову, извещая его о своем намерении, они прислали в конверте, вместо донесения, лист белой бумаги.