Танец

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Танцор»)
Перейти к: навигация, поиск

Танец — ритмичные, выразительные телодвижения, обычно выстраиваемые в определённую композицию и исполняемые с музыкальным сопровождением. Танец, возможно — древнейшее из искусств: оно отражает восходящую к самым ранним временам потребность человека передавать другим людям свои радость или скорбь посредством своего тела. Почти все важные события в жизни первобытного человека отмечались танцами: рождение, смерть, война, избрание нового вождя, исцеление больного. Танцем выражались моления о дожде, о солнечном свете, о плодородии, о защите и прощении. Танцевальные па (фр. pas — «шаг») ведут происхождение от основных форм движений человека — ходьбы, бега, прыжков, подпрыгиваний, скачков, скольжений, поворотов и раскачиваний. Сочетания подобных движений постепенно превратились в па традиционных танцев. Главными характеристиками танца являются ритм — относительно быстрое или относительно медленное повторение и варьирование основных движений; рисунок — сочетание движений в композиции; динамика — варьирование размаха и напряжённости движений; техника — степень владения телом и мастерство в выполнении основных па и позиций. Во многих танцах большое значение имеет также жестикуляция, особенно движения рук. Танец имеет разные средства выразительности:

  • гармонические движения и позы,
  • пластика и мимика,
  • динамика — «варьирование размаха и напряжённости движений»[1],
  • темп и ритм движения,
  • пространственный рисунок, композиция.
  • костюм и реквизит.

Большое значение имеет техника — «степень владения телом и мастерство в выполнении основных па и позиций»[1].

Темп — это простейшая форма танцевального движения, различные танцевальные сочетания образуют па. Танец измеряется теми же длительностями, что и музыка, и подчинён законам определённой музыкальной системы[2].

В танце движения определены заранее, в отличие от пляски, которая импровизируется[3].





Определения

Определение того, что такое танец, сильно зависит от исторического и культурного контекстов. Хэвлок Эллис определял танец как виртуозное развитие сексуального импульса[4].

Американский хореограф Марта Грэм определяла танец как подлинное выражение глубочайших душевных чувств, высвобождаемое через движение тела. Антрополог Джоан Кеалиинохомоку даёт следующее определение: «танец — это преходящий, мимолётный способ экспрессии, происходящей в заданной форме и стиле посредством движений тела»[5].

Жюли Шарлотта ван Кэмп (Julie Charlotte Van Camp) в своей диссертации[6] собрала основные положения, из которых состоят определения танца: танец — это человеческое движение, которое формализовано, то есть выполняется в определённом стиле или по определённым шаблонам, имеет такие качества, как грациозность, элегантность, красота, сопровождается музыкой или другими ритмичными звуками, имеет целью рассказ сюжета, коммуникацию или выражение чувств, тем, идей, которому могут содействовать пантомима, костюм, декорации, сценический свет и пр. Также она отмечает, что различные определения понятия «танец» единодушны только в первом пункте — то, что танец — это человеческое движение.

Танец существовал и существует в культурных традициях всех человеческих обществ. За долгую историю человечества он постоянно изменялся, отражая культурное развитие. Существует огромное множество видов, стилей и форм танца.

Танец используется как способ самовыражения, социального общения, в религиозных целях, как состязательный вид спорта, как показательный вид искусства. У некоторых птиц танец сопровождает брачные песни[7].

Танец (народный и современный) является одной из номинаций Дельфийских Игр.

С помощью танца мы можем видеть и чувствовать музыку.

История развития

Возникли танцы в глубокой древности, тогда они были выражением сильных эмоций (охваченный ликованием человек пускается в пляс). Совместный танец усиливает переживаемое чувство как самих участников, так и зрителей. Изначальная функция танца — выражение эмоциональной жизни используя слаженные движения[3]. Древние люди отмечали танцами многие важные события своей жизни: рождение, смерть, война. С помощью различных танцев они выражали свои пожелания о дожде, о солнечном свете, о плодородии, о защите и прощении. Танцевальные па происходят от основных форм движений человека — ходьбы, бега, прыжков, поворотов и раскачиваний. Их сочетания со временем преобразовались в па традиционных танцев[1]. У каждого народа формировались свои традиции, связанные с танцами. В народных танцах появилось различие между теми которые танцуют для себя (бытовыми), и теми, которые исполняют на показ (сценические и культовые). У бытовых танцев с течением времени обозначились различия между крестьянским и городским. Со временем из городских танцев выделились придворные, бальные и салонные. Эти танцы явились основой развития европейского балета[3].

Огромное влияние на развитие европейской танцевальной культуры имело танцевальное искусство Древнего Востока и античности: ассирийские, древнеегипетские и древнегреческие религиозные празднества. Военные, атлетические танцы были обязательной частью представлений древнегреческого театра. Танцовщики-пантомимисты появились в эллинистическое время в 4—2 веках до нашей эры. Эллинистический танец продолжал развиваться В Древнем Риме (2—1 века до н. э.) и, наконец, он получил своё развитие в пантомиме во 2—5 веках нашей эры[2]. Пантомима — «вид сценического искусства, в котором главным средством создания художественного образа является пластическая выразительность человеческого тела, жест, мимика»[8]. В средние века в Европе, несмотря на неблагоприятную религиозную обстановку, происходила дальнейшая театрализация танца, появились жонглёры, шпильманы, скоморохи. В 15—16 веках создавались посвящённые танцам трактаты и учебники, исполнялись морески — сюжетные танцевальные сцены, в начале 17 века появился балет. В этот период Французская королевская Академия танца, основанная в 1661 году, разработала танцевальную систему, которая сейчас называется классическим танцем[2].

Появившийся в австрийской области Ландль парный круговой трёхдольный танец ландлер постепенно превратился во всем известный и всеми любимый вальс. На рубеже XVIII и XIX веков, завоевав Вену, вальс быстро распространился по многим странам[9].

Во второй половине 19 века в сценическом танце возникает танцевальный лейтмотив[2]. Лейтмотив — «музыкальный оборот (мотив, фраза, реже целая тема, иногда гармоническая последовательность), неоднократно повторяющийся в качестве сквозного образа музыкального произведения»[10]. Большое внимание уделяется согласованности солистов танца и кордебалета и других участников. В это время появились пуанты — «специальная обувь, дававшая возможность исполнительнице стоять, передвигаться и стремительно вращаться на пальцах»[2], что дало возможность разрабатывать новый, виртуозный стиль. В конце 19 века появился танец «модерн» — свободный, пластический или ритмопластический танец[2].

В 19 — начале 20 веках появляются специальные помещения и площадки для танцев (кафе-шантаны, танцевальные бары, залы, садовые площадки)[11].

Направления и стили танца

Народный танец

Фольклорный танец, который исполняется в своей естественной среде и имеет определённые традиционные для данной местности движения, ритмы, костюмы и тому подобное. Фольклорный танец — это стихийное проявление чувств, настроения, эмоций, выполняется в первую очередь для себя, а потом — для зрителя (общества, группы). Характерные особенности национальной культуры начали формироваться в далёком прошлом, это касается песен, танцев, одежды и даже причёски. У народов Западной Европы основой танцев являются движения ног при аккомпанировании рук и корпуса, а у восточных народов основное — это движения рук и корпуса. Первые танцы возникли как проявление эмоциональных впечатлений от окружающего мира. Танцевальные движения развивались также и вследствие имитации движений животных, птиц, а позднее — жестов, отражавшие определённые трудовые процессы (например, некоторые хороводы). При исполнении многих танцев танцовщики часто держат в руках народные музыкальные инструменты, бытовые аксессуары или оружие. Первоначальный танец, как и песня, выполнял магическую роль, поэтому среди календарно-обрядовых танцев сохранилось больше всего архаичных черт[12].

Ритуальный танец

Балет

Балет (от итал. ballare — танцевать) — так называются сопровождаемые музыкой театральные представления, в которых действующие лица посредством мимических движений и танцев выражают различные характеры, мысли и страсти. Балет является сценическим танцем, то есть он предназначен для зрителей, в отличие от бального (бытового) танца, который изначально был предназначен для самих танцующих. Балет принадлежит к разряду пластических искусств, основные элементы которого: танцы, пластика и мимика. Балет есть своего рода драма, при живого слова выраженная в грациозных или выразительных движениях, игре лица, красивых жестах, наконец, в танцах. Начало балета теряется в глубокой древности. У древних народов танцами сопровождались их религиозные торжества. До XIII века танцевали в латинских и греческих церквях, до сих пор танцуют в религиозных процессиях как на Востоке, так и в Испании и Португалии. Балет у греков всегда сопровождал их комедии и трагедии, хотя общей связи с главным действием не имел, а был только дивертисментом. У римлян существовали религиозные пляски в честь Марса. Ни у греков, ни у римлян балет не имел самостоятельного значения, а являлся интермедией в драматических зрелищах. С падением Рима балетное искусство замирает на тысячу лет и возрождается только к концу XV и началу XVI веков в Италии. Когда во Франции появилась опера, то балет вошёл в её состав. До 1681 года женские роли в балете исполнялись мужчинами, только в балете Кино «Триумф любви» в первый раз в появились четыре миловидных танцовщицы[13].

ДО 16 века сценический танец входил в зрелища в качестве интермедий. Первые спектакли, имеющие сюжет, были показаны во Франции во 2-й половине 16 века (например, «Комедийный балет королевы» Б. Бальтазарини, 1581). В это время балет ещё не отделялся от оперы. В спектаклях, демонстрировавшихся при дворе, участвовали придворные. Позже появились профессиональные танцовщики, что вызвало развитие техники танца. К концу 17 веке были регламентированы тематика и форма балетного спектакля, разработаны виды театрального танца классического балета.

Благодаря достижениям балета как во Франции, так и в России появился романтический балет, черты которого проявились уже в 1820-х годах в работах Ш. Дидло, А. П. Глушковского. Романтический балет окончательно сформировался во Франции в 1830-х годах, это стало величайшим достижением хореографического искусства 19 века. Лучшее произведение этого направления — «Жизель» Адана[14].

К концу 20 века большинство молодых хореографов в основном не разрабатывали ресурсы классического танца, а предпочитали смешение разных танцевальных систем. Так как стало больше знающих учителей, танцовщики стали получать лучшую подготовку. Сравнительно новая область медицины, танцевальная, улучшила технику предохранения от травм. В то же время имеется проблема приобщения танцовщиков к музыке, не хватает разнообразия стилей, во многих странах обучение музыкальной грамоте стоит на низком уровне, регулярно используются фонограммы. В последние десятилетия 20 века стали проводиться балетные конкурсы, первый из них в Варне (Болгария) в 1964 году. Они привлекательны не только премиями, но и возможностью показаться судьям, которые представляют самые престижные в танцевальном мире организации. Количество конкурсов увеличивается, их уже не менее десяти в разных странах мира. В связи с потребностью в балетмейстерах возникли также конкурсы хореографов[15].

Существует наука о балете — балетоведение

Направления в балете:

Исторический танец

Бальный танец

Бальный танец — «танец, который служит для массового развлечения и исполняется парой или большим количеством участников на танцевальных вечерах (балах)»[16]. Сначала у бальных танцев не было четко установленной формы. Были популярны низкие танцы — басседансы с поклонами, реверансами, салютами, часто сопровождаемые шествиями со свечами и факелами, пением самих танцующих, а также игрой на лютне, флейте, тамбурине и других музыкальных инструментах того времени. Обычно танцы объединялись: например, эстампида или басседанс с сальтареллой, павана с гальярдой. Возникновение и теоретическая разработка правил бальных танцев происходит в 14 веке в Италии, откуда они проникают во Францию, которая в 16—17 веках становится законодательницей бальных танцев. Распространившись в 17 веке по всей Европе, постоянно обогащаясь и развиваясь в каждой из стран, он приобретал своеобразные оттенки национальной стилистики. Наиболее популярным становится менуэт. В основанной в 1661 году в Париже Академия танца регламентировались стиль и манера исполнения бальных танцев, при этом запрещалась импровизация, нарушения определённого порядка (большое значение придавалось рангу танцующих). Для обучения бальным танцам появляются специальные учителя, создаются школы танца. В 18 веке получили распространение платные балы, первый общественный платный бал состоялся в 1715 в Париже. Распространяются новые, более свободные танцы: паспье, мюзет, ригодон, контрданс, экоссез, лендлер. В 1768 в Париже открылось первое специализированное помещение для бальных танцев. Либерализация общественной жизни в 19 веке способствовала развитию массовых, ритмически живых и естественных бальных танцев. Повсеместное распространение получают танцы лансье, лендлер, галоп, канкан, полька, мазурка, полонез. С середины 19 века гавот и менуэт вытесняются вальсом, в развитие которого наиболее весомый вклад внесли венские композиторы И. Штраус-отец, Й. Ланнер, И. Штраус-сын. В конце 19 — начале 20 века из стран Северной и Южной Америки появляются танцы: вальс-бостон, ту-степ, уан-степ, блюз, фокстрот, квик-степ, чарл-стон и другие, которые сильно повлияли на развитие бальных танцев. Бальные танцы могут быть, не только парными, но и массовыми, которые «исполняются группой танцующих, образующих круг или линию (летка-енка, сиртаки и др.). В массовых танцах каждый исполнитель не имеет определённого партнёра по танцу»[16]. В 50—60 годы модные танцы часто сменяется, возрастает роль группового массового танца, исчезают ограничения в положениях или движениях рук в танце, танцы исполняются без непосредственного телесного контакта[16].

Хастл (от англ. hustle «толкотня») — парный танец, основанный на импровизации и «ведении». Является собирательным названием для танцев под музыку в стиле диско, популярных в 1980-х, таких как диско-фокс, диско-свинг и собственно хастл.

Спортивный бальный танец

Под «бальными танцами» в настоящее время подразумевают словосочетания «спортивные танцы» (СБТ, «спортивные бальные танцы») и «танцевальный спорт». Это отображено в названиях различных танцевальных организаций, например: «Московская федерация спортивного танца» или «Московская федерация танцевального спорта». Не все спортивные бальные танцы являются парными; так как последние несколько лет танцуют в «СОЛО» очень много танцоров, «СОЛО» — это одиночная деятельность, в данном случае одиночный танецК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1405 дней].

Во всём танцевальном мире соревнования по спортивным танцам делятся на 2 программы: европейскую (Standart, Modern или Ballroom), латиноамериканскую (Latin), которые иногда называют десяткой танцев. В эту десятку входят следующие танцы:

Акробатический танец

Свинг

Группа танцев, развившихся во время «эпохи свинга» (поздние 1920-е — 1940-е), а также современные танцы, произошедшие от них. Исторически свинг категоризуется в афроамериканской народной танцевальной традиции, хотя есть некоторые исключения, которые были распространены среди белых. Почти все формы свинга характеризуются синкопированным (укороченным) ритмом, характерным для афроамериканской и западно-африканской музыки и танца, и — с джазовыми танцами эпохи джаза (с конца XIX века до 1940-х годов). Большинство разновидностей свинга развивались вместе с музыкальным жанром «свинг», хотя многие из этих стилей и их производные сейчас танцуются под современную музыку. В наше время свинг распространён во многих развитых западных и азиатских странах, хотя в каждом городе и стране по-разному популярны те или иные танцы, их культура и «подходящая» под них музыка.

Эстрадный танец

Эстрадный танец — «вид сценического танца, небольшая танцевальная сценка (танцевальная миниатюра), чаще развлекательного характера»[17].

Современный танец

Клубный танец

Уличный танец

Танец в кинематографе

См. также

Напишите отзыв о статье "Танец"

Примечания

  1. 1 2 3 [dic.academic.ru/dic.nsf/enc_colier/446/ТАНЕЦ ТАНЕЦ]. Энциклопедия Кольера.
  2. 1 2 3 4 5 6 Танец — статья из Большой советской энциклопедии (3-е издание).
  3. 1 2 3 Танец / Т. С. Кюрегян. // Симон — Хейлер. — М. : Советская энциклопедия : Советский композитор, 1981. — (Музыкальная энциклопедия : [в 6 т.] / гл. ред. Ю. В. Келдыш ; 1973—1982, т. 5).</span>
  4. Havelock Ellis. The Art of Dancing // [www.gutenberg.net.au/ebooks03/0300671.txt The Dance of Life]. — Houghton Mifflin Company, 1923.
  5. John Blacking, Joann W. Kealiinohomoku. [books.google.com/books?id=QKs16WBAaiIC The Performing arts: music and dance]. — Walter de Gruyter, 1979. — P. 21. — 344 p. — ISBN 9027978700, 9789027978707.
  6. Julie Charlotte Van Camp. [www.csulb.edu/~jvancamp/diss.html Philosophical problems of dance criticism]. PhD dissertation (1981). Проверено 27 сентября 2009. [www.webcitation.org/617we4Fc1 Архивировано из первоисточника 22 августа 2011].
  7. [www.gazeta.ru/science/news/2013/06/07/n_2959041.shtml Биологи: самцы птиц-лирохвостов танцуют в такт брачным песням — Газета. Ru | Новости]
  8. Пантомима — статья из Большой советской энциклопедии (3-е издание).
  9. [dic.academic.ru/dic.nsf/dic_music/204/ТАНЕЦ ТАНЕЦ]. Творческие портреты композиторов. — М.: Музыка. 1990
  10. Лейтмотив — статья из Большой советской энциклопедии (3-е издание).
  11. Бальный танец / С. П. Панкратов и Л. С. Школьников. // А — Гонг. — М. : Советская энциклопедия : Советский композитор, 1973. — (Музыкальная энциклопедия : [в 6 т.] / гл. ред. Ю. В. Келдыш ; 1973—1982, т. 1).</span>
  12. Народное творчество — статья из Большой советской энциклопедии (3-е издание).
  13. [ru.wikisource.org/wiki/ЭСБЕ/Балет ЭСБЕ/Балет — Викитека]
  14. Балет — статья из Большой советской энциклопедии.
  15. [dic.academic.ru/dic.nsf/enc_colier/392/БАЛЕТ БАЛЕТ МИРОВОЙ]. Энциклопедия Кольера.
  16. 1 2 3 Бальный танец — статья из Большой советской энциклопедии (3-е издание).
  17. Эстрадный танец — статья из Большой советской энциклопедии (3-е издание).
  18. </ol>

Библиография

Ссылки

  • [www.stihi-rus.ru/1/Voloshin/tanec.htm «О смысле танца»] Статья М. Волошина
  • [anthropology.ru/ru/texts/morina/secular_29.html «Ритуальный танец и миф» Л. П. Морина]
  • [memoirs.ru/texts/Petrovski_1825.htm Петровский Л. Правила для благородных общественных танцев, изданные учителем танцеванья при Слободско-украинской гимназии Людовиком Петровским. — Харьков: Тип. университета, 1825. — 145 с.]
  • [www.danceinvideo.com/ Видео-энциклопедия парных танцев]


Отрывок, характеризующий Танец

– Ваше сиятельство? А? Князь? – дрожащим голосом сказал подбежавший Тимохин, заглядывая в носилки.
Князь Андрей открыл глаза и посмотрел из за носилок, в которые глубоко ушла его голова, на того, кто говорил, и опять опустил веки.
Ополченцы принесли князя Андрея к лесу, где стояли фуры и где был перевязочный пункт. Перевязочный пункт состоял из трех раскинутых, с завороченными полами, палаток на краю березника. В березнике стояла фуры и лошади. Лошади в хребтугах ели овес, и воробьи слетали к ним и подбирали просыпанные зерна. Воронья, чуя кровь, нетерпеливо каркая, перелетали на березах. Вокруг палаток, больше чем на две десятины места, лежали, сидели, стояли окровавленные люди в различных одеждах. Вокруг раненых, с унылыми и внимательными лицами, стояли толпы солдат носильщиков, которых тщетно отгоняли от этого места распоряжавшиеся порядком офицеры. Не слушая офицеров, солдаты стояли, опираясь на носилки, и пристально, как будто пытаясь понять трудное значение зрелища, смотрели на то, что делалось перед ними. Из палаток слышались то громкие, злые вопли, то жалобные стенания. Изредка выбегали оттуда фельдшера за водой и указывали на тех, который надо было вносить. Раненые, ожидая у палатки своей очереди, хрипели, стонали, плакали, кричали, ругались, просили водки. Некоторые бредили. Князя Андрея, как полкового командира, шагая через неперевязанных раненых, пронесли ближе к одной из палаток и остановились, ожидая приказания. Князь Андрей открыл глаза и долго не мог понять того, что делалось вокруг него. Луг, полынь, пашня, черный крутящийся мячик и его страстный порыв любви к жизни вспомнились ему. В двух шагах от него, громко говоря и обращая на себя общее внимание, стоял, опершись на сук и с обвязанной головой, высокий, красивый, черноволосый унтер офицер. Он был ранен в голову и ногу пулями. Вокруг него, жадно слушая его речь, собралась толпа раненых и носильщиков.
– Мы его оттеда как долбанули, так все побросал, самого короля забрали! – блестя черными разгоряченными глазами и оглядываясь вокруг себя, кричал солдат. – Подойди только в тот самый раз лезервы, его б, братец ты мой, звания не осталось, потому верно тебе говорю…
Князь Андрей, так же как и все окружавшие рассказчика, блестящим взглядом смотрел на него и испытывал утешительное чувство. «Но разве не все равно теперь, – подумал он. – А что будет там и что такое было здесь? Отчего мне так жалко было расставаться с жизнью? Что то было в этой жизни, чего я не понимал и не понимаю».


Один из докторов, в окровавленном фартуке и с окровавленными небольшими руками, в одной из которых он между мизинцем и большим пальцем (чтобы не запачкать ее) держал сигару, вышел из палатки. Доктор этот поднял голову и стал смотреть по сторонам, но выше раненых. Он, очевидно, хотел отдохнуть немного. Поводив несколько времени головой вправо и влево, он вздохнул и опустил глаза.
– Ну, сейчас, – сказал он на слова фельдшера, указывавшего ему на князя Андрея, и велел нести его в палатку.
В толпе ожидавших раненых поднялся ропот.
– Видно, и на том свете господам одним жить, – проговорил один.
Князя Андрея внесли и положили на только что очистившийся стол, с которого фельдшер споласкивал что то. Князь Андрей не мог разобрать в отдельности того, что было в палатке. Жалобные стоны с разных сторон, мучительная боль бедра, живота и спины развлекали его. Все, что он видел вокруг себя, слилось для него в одно общее впечатление обнаженного, окровавленного человеческого тела, которое, казалось, наполняло всю низкую палатку, как несколько недель тому назад в этот жаркий, августовский день это же тело наполняло грязный пруд по Смоленской дороге. Да, это было то самое тело, та самая chair a canon [мясо для пушек], вид которой еще тогда, как бы предсказывая теперешнее, возбудил в нем ужас.
В палатке было три стола. Два были заняты, на третий положили князя Андрея. Несколько времени его оставили одного, и он невольно увидал то, что делалось на других двух столах. На ближнем столе сидел татарин, вероятно, казак – по мундиру, брошенному подле. Четверо солдат держали его. Доктор в очках что то резал в его коричневой, мускулистой спине.
– Ух, ух, ух!.. – как будто хрюкал татарин, и вдруг, подняв кверху свое скуластое черное курносое лицо, оскалив белые зубы, начинал рваться, дергаться и визжат ь пронзительно звенящим, протяжным визгом. На другом столе, около которого толпилось много народа, на спине лежал большой, полный человек с закинутой назад головой (вьющиеся волоса, их цвет и форма головы показались странно знакомы князю Андрею). Несколько человек фельдшеров навалились на грудь этому человеку и держали его. Белая большая полная нога быстро и часто, не переставая, дергалась лихорадочными трепетаниями. Человек этот судорожно рыдал и захлебывался. Два доктора молча – один был бледен и дрожал – что то делали над другой, красной ногой этого человека. Управившись с татарином, на которого накинули шинель, доктор в очках, обтирая руки, подошел к князю Андрею. Он взглянул в лицо князя Андрея и поспешно отвернулся.
– Раздеть! Что стоите? – крикнул он сердито на фельдшеров.
Самое первое далекое детство вспомнилось князю Андрею, когда фельдшер торопившимися засученными руками расстегивал ему пуговицы и снимал с него платье. Доктор низко нагнулся над раной, ощупал ее и тяжело вздохнул. Потом он сделал знак кому то. И мучительная боль внутри живота заставила князя Андрея потерять сознание. Когда он очнулся, разбитые кости бедра были вынуты, клоки мяса отрезаны, и рана перевязана. Ему прыскали в лицо водою. Как только князь Андрей открыл глаза, доктор нагнулся над ним, молча поцеловал его в губы и поспешно отошел.
После перенесенного страдания князь Андрей чувствовал блаженство, давно не испытанное им. Все лучшие, счастливейшие минуты в его жизни, в особенности самое дальнее детство, когда его раздевали и клали в кроватку, когда няня, убаюкивая, пела над ним, когда, зарывшись головой в подушки, он чувствовал себя счастливым одним сознанием жизни, – представлялись его воображению даже не как прошедшее, а как действительность.
Около того раненого, очертания головы которого казались знакомыми князю Андрею, суетились доктора; его поднимали и успокоивали.
– Покажите мне… Ооооо! о! ооооо! – слышался его прерываемый рыданиями, испуганный и покорившийся страданию стон. Слушая эти стоны, князь Андрей хотел плакать. Оттого ли, что он без славы умирал, оттого ли, что жалко ему было расставаться с жизнью, от этих ли невозвратимых детских воспоминаний, оттого ли, что он страдал, что другие страдали и так жалостно перед ним стонал этот человек, но ему хотелось плакать детскими, добрыми, почти радостными слезами.
Раненому показали в сапоге с запекшейся кровью отрезанную ногу.
– О! Ооооо! – зарыдал он, как женщина. Доктор, стоявший перед раненым, загораживая его лицо, отошел.
– Боже мой! Что это? Зачем он здесь? – сказал себе князь Андрей.
В несчастном, рыдающем, обессилевшем человеке, которому только что отняли ногу, он узнал Анатоля Курагина. Анатоля держали на руках и предлагали ему воду в стакане, края которого он не мог поймать дрожащими, распухшими губами. Анатоль тяжело всхлипывал. «Да, это он; да, этот человек чем то близко и тяжело связан со мною, – думал князь Андрей, не понимая еще ясно того, что было перед ним. – В чем состоит связь этого человека с моим детством, с моею жизнью? – спрашивал он себя, не находя ответа. И вдруг новое, неожиданное воспоминание из мира детского, чистого и любовного, представилось князю Андрею. Он вспомнил Наташу такою, какою он видел ее в первый раз на бале 1810 года, с тонкой шеей и тонкими рукамис готовым на восторг, испуганным, счастливым лицом, и любовь и нежность к ней, еще живее и сильнее, чем когда либо, проснулись в его душе. Он вспомнил теперь ту связь, которая существовала между им и этим человеком, сквозь слезы, наполнявшие распухшие глаза, мутно смотревшим на него. Князь Андрей вспомнил все, и восторженная жалость и любовь к этому человеку наполнили его счастливое сердце.
Князь Андрей не мог удерживаться более и заплакал нежными, любовными слезами над людьми, над собой и над их и своими заблуждениями.
«Сострадание, любовь к братьям, к любящим, любовь к ненавидящим нас, любовь к врагам – да, та любовь, которую проповедовал бог на земле, которой меня учила княжна Марья и которой я не понимал; вот отчего мне жалко было жизни, вот оно то, что еще оставалось мне, ежели бы я был жив. Но теперь уже поздно. Я знаю это!»


Страшный вид поля сражения, покрытого трупами и ранеными, в соединении с тяжестью головы и с известиями об убитых и раненых двадцати знакомых генералах и с сознанием бессильности своей прежде сильной руки произвели неожиданное впечатление на Наполеона, который обыкновенно любил рассматривать убитых и раненых, испытывая тем свою душевную силу (как он думал). В этот день ужасный вид поля сражения победил ту душевную силу, в которой он полагал свою заслугу и величие. Он поспешно уехал с поля сражения и возвратился к Шевардинскому кургану. Желтый, опухлый, тяжелый, с мутными глазами, красным носом и охриплым голосом, он сидел на складном стуле, невольно прислушиваясь к звукам пальбы и не поднимая глаз. Он с болезненной тоской ожидал конца того дела, которого он считал себя причиной, но которого он не мог остановить. Личное человеческое чувство на короткое мгновение взяло верх над тем искусственным призраком жизни, которому он служил так долго. Он на себя переносил те страдания и ту смерть, которые он видел на поле сражения. Тяжесть головы и груди напоминала ему о возможности и для себя страданий и смерти. Он в эту минуту не хотел для себя ни Москвы, ни победы, ни славы. (Какой нужно было ему еще славы?) Одно, чего он желал теперь, – отдыха, спокойствия и свободы. Но когда он был на Семеновской высоте, начальник артиллерии предложил ему выставить несколько батарей на эти высоты, для того чтобы усилить огонь по столпившимся перед Князьковым русским войскам. Наполеон согласился и приказал привезти ему известие о том, какое действие произведут эти батареи.
Адъютант приехал сказать, что по приказанию императора двести орудий направлены на русских, но что русские все так же стоят.
– Наш огонь рядами вырывает их, а они стоят, – сказал адъютант.
– Ils en veulent encore!.. [Им еще хочется!..] – сказал Наполеон охриплым голосом.
– Sire? [Государь?] – повторил не расслушавший адъютант.
– Ils en veulent encore, – нахмурившись, прохрипел Наполеон осиплым голосом, – donnez leur en. [Еще хочется, ну и задайте им.]
И без его приказания делалось то, чего он хотел, и он распорядился только потому, что думал, что от него ждали приказания. И он опять перенесся в свой прежний искусственный мир призраков какого то величия, и опять (как та лошадь, ходящая на покатом колесе привода, воображает себе, что она что то делает для себя) он покорно стал исполнять ту жестокую, печальную и тяжелую, нечеловеческую роль, которая ему была предназначена.
И не на один только этот час и день были помрачены ум и совесть этого человека, тяжеле всех других участников этого дела носившего на себе всю тяжесть совершавшегося; но и никогда, до конца жизни, не мог понимать он ни добра, ни красоты, ни истины, ни значения своих поступков, которые были слишком противоположны добру и правде, слишком далеки от всего человеческого, для того чтобы он мог понимать их значение. Он не мог отречься от своих поступков, восхваляемых половиной света, и потому должен был отречься от правды и добра и всего человеческого.
Не в один только этот день, объезжая поле сражения, уложенное мертвыми и изувеченными людьми (как он думал, по его воле), он, глядя на этих людей, считал, сколько приходится русских на одного француза, и, обманывая себя, находил причины радоваться, что на одного француза приходилось пять русских. Не в один только этот день он писал в письме в Париж, что le champ de bataille a ete superbe [поле сражения было великолепно], потому что на нем было пятьдесят тысяч трупов; но и на острове Св. Елены, в тиши уединения, где он говорил, что он намерен был посвятить свои досуги изложению великих дел, которые он сделал, он писал:
«La guerre de Russie eut du etre la plus populaire des temps modernes: c'etait celle du bon sens et des vrais interets, celle du repos et de la securite de tous; elle etait purement pacifique et conservatrice.
C'etait pour la grande cause, la fin des hasards elle commencement de la securite. Un nouvel horizon, de nouveaux travaux allaient se derouler, tout plein du bien etre et de la prosperite de tous. Le systeme europeen se trouvait fonde; il n'etait plus question que de l'organiser.
Satisfait sur ces grands points et tranquille partout, j'aurais eu aussi mon congres et ma sainte alliance. Ce sont des idees qu'on m'a volees. Dans cette reunion de grands souverains, nous eussions traites de nos interets en famille et compte de clerc a maitre avec les peuples.
L'Europe n'eut bientot fait de la sorte veritablement qu'un meme peuple, et chacun, en voyageant partout, se fut trouve toujours dans la patrie commune. Il eut demande toutes les rivieres navigables pour tous, la communaute des mers, et que les grandes armees permanentes fussent reduites desormais a la seule garde des souverains.
De retour en France, au sein de la patrie, grande, forte, magnifique, tranquille, glorieuse, j'eusse proclame ses limites immuables; toute guerre future, purement defensive; tout agrandissement nouveau antinational. J'eusse associe mon fils a l'Empire; ma dictature eut fini, et son regne constitutionnel eut commence…
Paris eut ete la capitale du monde, et les Francais l'envie des nations!..
Mes loisirs ensuite et mes vieux jours eussent ete consacres, en compagnie de l'imperatrice et durant l'apprentissage royal de mon fils, a visiter lentement et en vrai couple campagnard, avec nos propres chevaux, tous les recoins de l'Empire, recevant les plaintes, redressant les torts, semant de toutes parts et partout les monuments et les bienfaits.
Русская война должна бы была быть самая популярная в новейшие времена: это была война здравого смысла и настоящих выгод, война спокойствия и безопасности всех; она была чисто миролюбивая и консервативная.
Это было для великой цели, для конца случайностей и для начала спокойствия. Новый горизонт, новые труды открывались бы, полные благосостояния и благоденствия всех. Система европейская была бы основана, вопрос заключался бы уже только в ее учреждении.
Удовлетворенный в этих великих вопросах и везде спокойный, я бы тоже имел свой конгресс и свой священный союз. Это мысли, которые у меня украли. В этом собрании великих государей мы обсуживали бы наши интересы семейно и считались бы с народами, как писец с хозяином.
Европа действительно скоро составила бы таким образом один и тот же народ, и всякий, путешествуя где бы то ни было, находился бы всегда в общей родине.
Я бы выговорил, чтобы все реки были судоходны для всех, чтобы море было общее, чтобы постоянные, большие армии были уменьшены единственно до гвардии государей и т.д.
Возвратясь во Францию, на родину, великую, сильную, великолепную, спокойную, славную, я провозгласил бы границы ее неизменными; всякую будущую войну защитительной; всякое новое распространение – антинациональным; я присоединил бы своего сына к правлению империей; мое диктаторство кончилось бы, в началось бы его конституционное правление…
Париж был бы столицей мира и французы предметом зависти всех наций!..
Потом мои досуги и последние дни были бы посвящены, с помощью императрицы и во время царственного воспитывания моего сына, на то, чтобы мало помалу посещать, как настоящая деревенская чета, на собственных лошадях, все уголки государства, принимая жалобы, устраняя несправедливости, рассевая во все стороны и везде здания и благодеяния.]
Он, предназначенный провидением на печальную, несвободную роль палача народов, уверял себя, что цель его поступков была благо народов и что он мог руководить судьбами миллионов и путем власти делать благодеяния!
«Des 400000 hommes qui passerent la Vistule, – писал он дальше о русской войне, – la moitie etait Autrichiens, Prussiens, Saxons, Polonais, Bavarois, Wurtembergeois, Mecklembourgeois, Espagnols, Italiens, Napolitains. L'armee imperiale, proprement dite, etait pour un tiers composee de Hollandais, Belges, habitants des bords du Rhin, Piemontais, Suisses, Genevois, Toscans, Romains, habitants de la 32 e division militaire, Breme, Hambourg, etc.; elle comptait a peine 140000 hommes parlant francais. L'expedition do Russie couta moins de 50000 hommes a la France actuelle; l'armee russe dans la retraite de Wilna a Moscou, dans les differentes batailles, a perdu quatre fois plus que l'armee francaise; l'incendie de Moscou a coute la vie a 100000 Russes, morts de froid et de misere dans les bois; enfin dans sa marche de Moscou a l'Oder, l'armee russe fut aussi atteinte par, l'intemperie de la saison; elle ne comptait a son arrivee a Wilna que 50000 hommes, et a Kalisch moins de 18000».
[Из 400000 человек, которые перешли Вислу, половина была австрийцы, пруссаки, саксонцы, поляки, баварцы, виртембергцы, мекленбургцы, испанцы, итальянцы и неаполитанцы. Императорская армия, собственно сказать, была на треть составлена из голландцев, бельгийцев, жителей берегов Рейна, пьемонтцев, швейцарцев, женевцев, тосканцев, римлян, жителей 32 й военной дивизии, Бремена, Гамбурга и т.д.; в ней едва ли было 140000 человек, говорящих по французски. Русская экспедиция стоила собственно Франции менее 50000 человек; русская армия в отступлении из Вильны в Москву в различных сражениях потеряла в четыре раза более, чем французская армия; пожар Москвы стоил жизни 100000 русских, умерших от холода и нищеты в лесах; наконец во время своего перехода от Москвы к Одеру русская армия тоже пострадала от суровости времени года; по приходе в Вильну она состояла только из 50000 людей, а в Калише менее 18000.]
Он воображал себе, что по его воле произошла война с Россией, и ужас совершившегося не поражал его душу. Он смело принимал на себя всю ответственность события, и его помраченный ум видел оправдание в том, что в числе сотен тысяч погибших людей было меньше французов, чем гессенцев и баварцев.


Несколько десятков тысяч человек лежало мертвыми в разных положениях и мундирах на полях и лугах, принадлежавших господам Давыдовым и казенным крестьянам, на тех полях и лугах, на которых сотни лет одновременно сбирали урожаи и пасли скот крестьяне деревень Бородина, Горок, Шевардина и Семеновского. На перевязочных пунктах на десятину места трава и земля были пропитаны кровью. Толпы раненых и нераненых разных команд людей, с испуганными лицами, с одной стороны брели назад к Можайску, с другой стороны – назад к Валуеву. Другие толпы, измученные и голодные, ведомые начальниками, шли вперед. Третьи стояли на местах и продолжали стрелять.
Над всем полем, прежде столь весело красивым, с его блестками штыков и дымами в утреннем солнце, стояла теперь мгла сырости и дыма и пахло странной кислотой селитры и крови. Собрались тучки, и стал накрапывать дождик на убитых, на раненых, на испуганных, и на изнуренных, и на сомневающихся людей. Как будто он говорил: «Довольно, довольно, люди. Перестаньте… Опомнитесь. Что вы делаете?»