Турбоход

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Турбохо́д — разновидность теплохода, судно, приводимое в движение паровой или газовой турбиной.



История

Первый турбоход был спущен на воду в 1896 году и назывался «Турбиния». Применение паровых турбин значительно повысило эффективность использования пара в сравнении с применявшимися до этого паровыми двигателями.

В конце XIX века паровые турбины стали устанавливать на строящиеся военные суда. Существует мнение, что наиболее широко паротурбинные энергетические установки стали применяться на военных судах после Цусимского сражения, когда русский флот был разгромлен японцами[1].

В начале XX века паровые турбины стали применяться и на пассажирских лайнерах, таких как «Лузитания», «Мавритания» и др. Эксплуатация турбоходов на органическом топливе продолжается и в настоящее время, так, именно к этому типу относятся авианесущие крейсера «Адмирал Кузнецов», «Викрамадитья» (быв. «Адмирал Горшков») и «Ляонин» (быв. «Варяг»).

21 января 1954 года спущено на воду судно (подводная лодка) «Наутилус» с ядерной паропроизводящей установкой[2], до этого в качестве топлива использовались в основном нефтепродукты.

Первыми турбоходами торгового флота СССР стали сухогрузы серии «Ленинский комсомол». Использование паровой турбины на судах этой серии дало возможность увеличить их скорость до 18,5 узлов в грузу и 20,5 в балласте — рекордную для торговых судов того времени и сравнимую со скоростью военных судов того времени, что давало возможность уйти от преследования в случае необходимости. Турбоходы серии «Ленинский комсомол» использовались в качестве «блокадных бегунов» и военных транспортов.

См. также

Напишите отзыв о статье "Турбоход"

Примечания

  1. polarcom.ru/~vvtsv/s_doc10.htm
  2. «Вестник МГТУ, том 9, № 3 2006 год»


Отрывок, характеризующий Турбоход

– Почему вы знаете? Нет, мама, вы не говорите ему. Что за глупости! – говорила Наташа тоном человека, у которого хотят отнять его собственность.
– Ну не выйду замуж, так пускай ездит, коли ему весело и мне весело. – Наташа улыбаясь поглядела на мать.
– Не замуж, а так , – повторила она.
– Как же это, мой друг?
– Да так . Ну, очень нужно, что замуж не выйду, а… так .
– Так, так, – повторила графиня и, трясясь всем своим телом, засмеялась добрым, неожиданным старушечьим смехом.
– Полноте смеяться, перестаньте, – закричала Наташа, – всю кровать трясете. Ужасно вы на меня похожи, такая же хохотунья… Постойте… – Она схватила обе руки графини, поцеловала на одной кость мизинца – июнь, и продолжала целовать июль, август на другой руке. – Мама, а он очень влюблен? Как на ваши глаза? В вас были так влюблены? И очень мил, очень, очень мил! Только не совсем в моем вкусе – он узкий такой, как часы столовые… Вы не понимаете?…Узкий, знаете, серый, светлый…
– Что ты врешь! – сказала графиня.
Наташа продолжала:
– Неужели вы не понимаете? Николенька бы понял… Безухий – тот синий, темно синий с красным, и он четвероугольный.
– Ты и с ним кокетничаешь, – смеясь сказала графиня.
– Нет, он франмасон, я узнала. Он славный, темно синий с красным, как вам растолковать…
– Графинюшка, – послышался голос графа из за двери. – Ты не спишь? – Наташа вскочила босиком, захватила в руки туфли и убежала в свою комнату.
Она долго не могла заснуть. Она всё думала о том, что никто никак не может понять всего, что она понимает, и что в ней есть.
«Соня?» подумала она, глядя на спящую, свернувшуюся кошечку с ее огромной косой. «Нет, куда ей! Она добродетельная. Она влюбилась в Николеньку и больше ничего знать не хочет. Мама, и та не понимает. Это удивительно, как я умна и как… она мила», – продолжала она, говоря про себя в третьем лице и воображая, что это говорит про нее какой то очень умный, самый умный и самый хороший мужчина… «Всё, всё в ней есть, – продолжал этот мужчина, – умна необыкновенно, мила и потом хороша, необыкновенно хороша, ловка, – плавает, верхом ездит отлично, а голос! Можно сказать, удивительный голос!» Она пропела свою любимую музыкальную фразу из Херубиниевской оперы, бросилась на постель, засмеялась от радостной мысли, что она сейчас заснет, крикнула Дуняшу потушить свечку, и еще Дуняша не успела выйти из комнаты, как она уже перешла в другой, еще более счастливый мир сновидений, где всё было так же легко и прекрасно, как и в действительности, но только было еще лучше, потому что было по другому.

На другой день графиня, пригласив к себе Бориса, переговорила с ним, и с того дня он перестал бывать у Ростовых.