Турен, Ален

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Ален Турен
фр. Alain Touraine
Дата рождения:

3 августа 1925(1925-08-03) (94 года)

Место рождения:

Эрманвиль, Сена Приморская, Франция

Страна:

Франция Франция

Научная сфера:

социология, конфликтология

Известен как:

Орден Почётного легиона,
Национальный орден «За заслуги»,
Европейская премия Амальфи (англ.) (1998),
Премия Принца Астурийского в номинации Социальные науки (2010)

Ален Турен (фр. Alain Touraine, 3 августа 1925, Эрманвиль, деп. Сена Приморская) — французский социолог.





Биография

Сын врача. Закончил Эколь Нормаль, где изучал историю и философию. В 1952 продолжил учёбу в США, где познакомился со структурно-функциональной социологией Т. Парсонса.

Исследовательская проблематика

Основные интересы Турена связаны с социальными движениями 1960—1970-х гг. (антивоенными, рабочими, молодёжными, женскими, регионалистскими, стран «третьего мира» и др.) как новыми коллективными «субъектами» социального действия.

Теоретик постиндустриального общества.

Признание

Почетный член Американской академии искусств и наук, Академии наук Польши, почётный доктор ряда университетов во Франции и за рубежом, офицер Ордена Почётного легиона, Национального ордена «За заслуги». Европейская премия Амальфи (англ.) (1998). Премия Принца Астурийского в номинации Социальные науки (2010).

Основные труды

  • Sociologie de l’action (1965)
  • Le mouvement de Mai ou le communisme utopique (1968)
  • La Société post-industrielle (1969)
  • Production de la société (1973)
  • Pour la sociologie (1974)
  • Lutte étudiante (1978, с соавторами)
  • Solidarité (1982, с соавторами)
  • Le Retour de l’acteur (1984)
  • La parole et le sang (1988)
  • Critique de la modernité (1992)
  • Le voix et le regard: Sociologie des mouvements sociaux (1993)
  • Qu’est-ce que la démocratie? (1994)
  • Pourrons-nous vivre ensemble ? Égaux et différents (1997)
  • Comment sortir du libéralisme?(2001)
  • Un nouveau paradigme. Pour comprendre le monde d’aujourd’hui (2005)
  • Le monde des femmes (2006)
  • Penser autrement (2007)
  • Après la crise (2010)

Напишите отзыв о статье "Турен, Ален"

Литература

  • Penser le Sujet. Autour d’Alain Touraine/ François Dubet, Michel Wieviorka (eds). Paris: Fayard, l995
  • Alain Touraine/ Jon Clark, Marco Diani (eds). London; Washington: Falmer Press, l996

Ссылки

  • [www.ehess.fr/centres/cadis/francais/pages/chercheurs/pres-touraine.html (фр.)]
  • [www.bookrags.com/biography/alain-touraine Encyclopedia of World Biography on Alain Touraine] (англ.)
  • [iir-mp.narod.ru/books/inozemcev/page_1465.html Способны ли мы жить вместе? Равные и различные]
  • [sociologica.hse.ru/data/2014/04/29/1322730913/SocOboz_13_1_05_Touraine.pdf Идея революции]

Отрывок, характеризующий Турен, Ален

Ростову стало неловко; он искал и не находил в уме своем шутки, которая ответила бы на слова Долохова. Но прежде, чем он успел это сделать, Долохов, глядя прямо в лицо Ростову, медленно и с расстановкой, так, что все могли слышать, сказал ему:
– А помнишь, мы говорили с тобой про игру… дурак, кто на счастье хочет играть; играть надо наверное, а я хочу попробовать.
«Попробовать на счастие, или наверное?» подумал Ростов.
– Да и лучше не играй, – прибавил он, и треснув разорванной колодой, прибавил: – Банк, господа!
Придвинув вперед деньги, Долохов приготовился метать. Ростов сел подле него и сначала не играл. Долохов взглядывал на него.
– Что ж не играешь? – сказал Долохов. И странно, Николай почувствовал необходимость взять карту, поставить на нее незначительный куш и начать игру.
– Со мной денег нет, – сказал Ростов.
– Поверю!
Ростов поставил 5 рублей на карту и проиграл, поставил еще и опять проиграл. Долохов убил, т. е. выиграл десять карт сряду у Ростова.
– Господа, – сказал он, прометав несколько времени, – прошу класть деньги на карты, а то я могу спутаться в счетах.
Один из игроков сказал, что, он надеется, ему можно поверить.
– Поверить можно, но боюсь спутаться; прошу класть деньги на карты, – отвечал Долохов. – Ты не стесняйся, мы с тобой сочтемся, – прибавил он Ростову.
Игра продолжалась: лакей, не переставая, разносил шампанское.
Все карты Ростова бились, и на него было написано до 800 т рублей. Он надписал было над одной картой 800 т рублей, но в то время, как ему подавали шампанское, он раздумал и написал опять обыкновенный куш, двадцать рублей.
– Оставь, – сказал Долохов, хотя он, казалось, и не смотрел на Ростова, – скорее отыграешься. Другим даю, а тебе бью. Или ты меня боишься? – повторил он.
Ростов повиновался, оставил написанные 800 и поставил семерку червей с оторванным уголком, которую он поднял с земли. Он хорошо ее после помнил. Он поставил семерку червей, надписав над ней отломанным мелком 800, круглыми, прямыми цифрами; выпил поданный стакан согревшегося шампанского, улыбнулся на слова Долохова, и с замиранием сердца ожидая семерки, стал смотреть на руки Долохова, державшего колоду. Выигрыш или проигрыш этой семерки червей означал многое для Ростова. В Воскресенье на прошлой неделе граф Илья Андреич дал своему сыну 2 000 рублей, и он, никогда не любивший говорить о денежных затруднениях, сказал ему, что деньги эти были последние до мая, и что потому он просил сына быть на этот раз поэкономнее. Николай сказал, что ему и это слишком много, и что он дает честное слово не брать больше денег до весны. Теперь из этих денег оставалось 1 200 рублей. Стало быть, семерка червей означала не только проигрыш 1 600 рублей, но и необходимость изменения данному слову. Он с замиранием сердца смотрел на руки Долохова и думал: «Ну, скорей, дай мне эту карту, и я беру фуражку, уезжаю домой ужинать с Денисовым, Наташей и Соней, и уж верно никогда в руках моих не будет карты». В эту минуту домашняя жизнь его, шуточки с Петей, разговоры с Соней, дуэты с Наташей, пикет с отцом и даже спокойная постель в Поварском доме, с такою силою, ясностью и прелестью представились ему, как будто всё это было давно прошедшее, потерянное и неоцененное счастье. Он не мог допустить, чтобы глупая случайность, заставив семерку лечь прежде на право, чем на лево, могла бы лишить его всего этого вновь понятого, вновь освещенного счастья и повергнуть его в пучину еще неиспытанного и неопределенного несчастия. Это не могло быть, но он всё таки ожидал с замиранием движения рук Долохова. Ширококостые, красноватые руки эти с волосами, видневшимися из под рубашки, положили колоду карт, и взялись за подаваемый стакан и трубку.