Тяжельников, Евгений Михайлович

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Евгений Михайлович Тяжельников<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>

<tr><td colspan="2" style="text-align: center;">Первый секретарь ЦК ВЛКСМ Евгений Тяжельников (слева) вручает премию Ленинского комсомола греческому композитору Микису Теодоракису. Москва, 1970.</td></tr>

Первый секретарь ЦК ВЛКСМ
12 июня 1968 года — 27 мая 1977 года
Предшественник: Павлов, Сергей Павлович
Преемник: Пастухов, Борис Николаевич
 
Рождение: 7 января 1928(1928-01-07) (96 лет)
д. Верхняя Санарка, Пластовского района Челябинской области, СССР
Партия: КПСС
 
Награды:

Евгений Михайлович Тяжельников (р. 7 января 1928 года, с. Верхняя Санарка Пластовского района Челябинской области) — советский дипломат, Чрезвычайный и Полномочный посол СССР в отставке. Ректор Челябинского государственного педагогического университета (19611964).



Биография

В 1950 году окончил с отличием Челябинский государственный педагогический институт. В 1956 году там же аспирантуру при кафедре марксизма-ленинизма. Кандидат исторических наук (1960 г.), доцент (1962 г.).

В 1961—1964 гг. — ректор ЧГПИ.

Секретарь Челябинского обкома КПСС (1964—1968 гг.) - курировал вопросы идеологии.

Тяжельников считался выдвиженцем А.Н. Шелепина. В 1967 году политические амбиции Шелепина насторожили Л.И. Брежнева, и он принял решение удалить ключевых выдвиженцев Шелепина из политики. В связи с этим, начиная 1967 года, своих постов лишились все протеже Шелепина - Тикунов, Семичастный, Месяцев и другие.

Первый секретарь ЦК ВЛКСМ (1968—1977 гг.).

Заведующий Отделом пропаганды ЦК КПСС (1977—1982 гг.), затем направлен чрезвычайным и полномочным послом СССР в Социалистическую Республику Румынию (1982—1990 гг.).

Как пишет Леонид Млечин, ещё будучи руководителем комсомола Тяжельников отличился тем, что на съезде партии прочитал хвалебную заметку о молодом Брежневе из заводской многотиражки, а с избранием Андропова генсеком ЦК КПСС Тяжельников занялся поиском его стихов в Карелии, где тот начинал партийную карьеру, "Андропов в такой славе не нуждался, и Тяжельников уехал послом в Румынию"[1]. В 1990 г., через полгода после антикоммунистической революции в Румынии, по настоянию новых властей этой страны, Евгений Тяжельников был отозван с посольской должности, переведён в распоряжение МИД СССР и через некоторое время отправлен в отставку. В отставку его отправил министр иностранных дел СССР Э.А. Шеварнадзе, этим же приказом в отставку были отправлены также и другие послы СССР - бывшие партийные работники - Я.П. Рябов, Ю.В. Петров и другие.

Член КПСС с 1951 года. Член ЦК КПСС (1971—1990 гг.). Депутат Верховного Совета СССР (1968—1984 гг.).

Награды

Напишите отзыв о статье "Тяжельников, Евгений Михайлович"

Ссылки

  1. [www.litmir.net/br/?b=140652&p=95 Читать "Юрий Андропов. Последняя надежда режима." - Млечин Леонид Михайлович - Страница 95 - ЛитМир.net]
  2. [base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n=39115;dst=0;rnd=189271.3137720914091915;SRDSMODE=QSP_GENERAL;SEARCHPLUS=%C7%F3%F0%E0%E1%20%D6%E5%F0%E5%F2%E5%EB%E8%20;EXCL=PBUN%2CQSBO%2CKRBO%2CPKBO;SRD=true;ts=88876370618927147325992258265615 Указ Президиума Верховного Совета СССР от 14 ноября 1980 года № 3301-X «О награждении орденами и медалями СССР работников, наиболее отличившихся при подготовке и проведении Игр XXII Олимпиады»]
Предшественник:
Смирнов, Георгий Лукич
зав. Отделом пропаганды и агитации ЦК КПСС
1977—82
Преемник:
Стукалин, Борис Иванович
Предшественник:
Василий Иванович Дрозденко
Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в Румынии

27 декабря 1982 года7 июня 1990 года
Преемник:
Феликс Петрович Богданов

Отрывок, характеризующий Тяжельников, Евгений Михайлович

Приехав на Патриаршие пруды, Пьер отыскал дом Баздеева, в котором он давно не бывал. Он подошел к калитке. Герасим, тот самый желтый безбородый старичок, которого Пьер видел пять лет тому назад в Торжке с Иосифом Алексеевичем, вышел на его стук.
– Дома? – спросил Пьер.
– По обстоятельствам нынешним, Софья Даниловна с детьми уехали в торжковскую деревню, ваше сиятельство.
– Я все таки войду, мне надо книги разобрать, – сказал Пьер.
– Пожалуйте, милости просим, братец покойника, – царство небесное! – Макар Алексеевич остались, да, как изволите знать, они в слабости, – сказал старый слуга.
Макар Алексеевич был, как знал Пьер, полусумасшедший, пивший запоем брат Иосифа Алексеевича.
– Да, да, знаю. Пойдем, пойдем… – сказал Пьер и вошел в дом. Высокий плешивый старый человек в халате, с красным носом, в калошах на босу ногу, стоял в передней; увидав Пьера, он сердито пробормотал что то и ушел в коридор.
– Большого ума были, а теперь, как изволите видеть, ослабели, – сказал Герасим. – В кабинет угодно? – Пьер кивнул головой. – Кабинет как был запечатан, так и остался. Софья Даниловна приказывали, ежели от вас придут, то отпустить книги.
Пьер вошел в тот самый мрачный кабинет, в который он еще при жизни благодетеля входил с таким трепетом. Кабинет этот, теперь запыленный и нетронутый со времени кончины Иосифа Алексеевича, был еще мрачнее.
Герасим открыл один ставень и на цыпочках вышел из комнаты. Пьер обошел кабинет, подошел к шкафу, в котором лежали рукописи, и достал одну из важнейших когда то святынь ордена. Это были подлинные шотландские акты с примечаниями и объяснениями благодетеля. Он сел за письменный запыленный стол и положил перед собой рукописи, раскрывал, закрывал их и, наконец, отодвинув их от себя, облокотившись головой на руки, задумался.
Несколько раз Герасим осторожно заглядывал в кабинет и видел, что Пьер сидел в том же положении. Прошло более двух часов. Герасим позволил себе пошуметь в дверях, чтоб обратить на себя внимание Пьера. Пьер не слышал его.
– Извозчика отпустить прикажете?
– Ах, да, – очнувшись, сказал Пьер, поспешно вставая. – Послушай, – сказал он, взяв Герасима за пуговицу сюртука и сверху вниз блестящими, влажными восторженными глазами глядя на старичка. – Послушай, ты знаешь, что завтра будет сражение?..
– Сказывали, – отвечал Герасим.
– Я прошу тебя никому не говорить, кто я. И сделай, что я скажу…
– Слушаюсь, – сказал Герасим. – Кушать прикажете?
– Нет, но мне другое нужно. Мне нужно крестьянское платье и пистолет, – сказал Пьер, неожиданно покраснев.
– Слушаю с, – подумав, сказал Герасим.
Весь остаток этого дня Пьер провел один в кабинете благодетеля, беспокойно шагая из одного угла в другой, как слышал Герасим, и что то сам с собой разговаривая, и ночевал на приготовленной ему тут же постели.
Герасим с привычкой слуги, видавшего много странных вещей на своем веку, принял переселение Пьера без удивления и, казалось, был доволен тем, что ему было кому услуживать. Он в тот же вечер, не спрашивая даже и самого себя, для чего это было нужно, достал Пьеру кафтан и шапку и обещал на другой день приобрести требуемый пистолет. Макар Алексеевич в этот вечер два раза, шлепая своими калошами, подходил к двери и останавливался, заискивающе глядя на Пьера. Но как только Пьер оборачивался к нему, он стыдливо и сердито запахивал свой халат и поспешно удалялся. В то время как Пьер в кучерском кафтане, приобретенном и выпаренном для него Герасимом, ходил с ним покупать пистолет у Сухаревой башни, он встретил Ростовых.


1 го сентября в ночь отдан приказ Кутузова об отступлении русских войск через Москву на Рязанскую дорогу.
Первые войска двинулись в ночь. Войска, шедшие ночью, не торопились и двигались медленно и степенно; но на рассвете двигавшиеся войска, подходя к Дорогомиловскому мосту, увидали впереди себя, на другой стороне, теснящиеся, спешащие по мосту и на той стороне поднимающиеся и запружающие улицы и переулки, и позади себя – напирающие, бесконечные массы войск. И беспричинная поспешность и тревога овладели войсками. Все бросилось вперед к мосту, на мост, в броды и в лодки. Кутузов велел обвезти себя задними улицами на ту сторону Москвы.
К десяти часам утра 2 го сентября в Дорогомиловском предместье оставались на просторе одни войска ариергарда. Армия была уже на той стороне Москвы и за Москвою.
В это же время, в десять часов утра 2 го сентября, Наполеон стоял между своими войсками на Поклонной горе и смотрел на открывавшееся перед ним зрелище. Начиная с 26 го августа и по 2 е сентября, от Бородинского сражения и до вступления неприятеля в Москву, во все дни этой тревожной, этой памятной недели стояла та необычайная, всегда удивляющая людей осенняя погода, когда низкое солнце греет жарче, чем весной, когда все блестит в редком, чистом воздухе так, что глаза режет, когда грудь крепнет и свежеет, вдыхая осенний пахучий воздух, когда ночи даже бывают теплые и когда в темных теплых ночах этих с неба беспрестанно, пугая и радуя, сыплются золотые звезды.