Урал

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Урал (регион)»)
Перейти к: навигация, поиск

Урал — географический регион в России, протянувшийся между Восточно-Европейской и Западно-Сибирской равнинами. Основной частью этого региона является Уральская горная система. На юге региона также находится часть бассейна реки Урал, впадающей в Каспийское море.





География

Урал находится на стыке Европы и Азии и является границей между этими частями света. «Каменный пояс» Урала и примыкающие к нему возвышенные равнины Приуралья простираются от берегов Северного Ледовитого океана на севере до полупустынных районов Казахстана на юге: на протяжении более 2500 км они разделяют Восточно-Европейскую и Западно-Сибирскую равнины.

Условно Урал как горную систему разделяют на:[1]

Исторически и экономически с Уралом тесно связаны Предуралье и Зауралье — территории, прилегающие к нему с запада и востока. Совокупность западных территорий также могут называть Приуральем (протяжённый Приуральский район относится к ЯНАО). На Урале, а также в Предуралье и Зауралье расположены Республика Башкортостан, Свердловская, Челябинская, Курганская, Оренбургская области, Удмуртия и Пермский край, составляющие Уральский экономический район, восточные части Республики Коми и Архангельской области (Ненецкий автономный округ), входящие в Северный экономический район, и западная часть Тюменской области, входящей в Западно-Сибирский экономический район. В Казахстане географически к Уралу можно отнести Актюбинскую и Костанайскую области. Иногда для обозначения административно-территориальных единиц Российской Федерации, так или иначе относящихся к Уралу, также применяется понятие Большой Урал[2][3]. В административный Уральский федеральный округ РФ (УрФО) входят Курганская, Свердловская, Тюменская и Челябинская области, ХМАО и ЯНАО. Административный центр УрФО и Свердловской области город Екатеринбург принято называть «столицей Урала» и «столицей Среднего Урала».

Происхождение топонима

Существует множество версий происхождения топонима «Урал». Анализ языковых контактов первых русских поселенцев в регионе указывает, что топоним, по всей вероятности, был усвоен из башкирского языка[4]. Действительно, из всех автохтонных народов Урала это название издревле существует только у башкирК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 3844 дня], и поддерживается на уровне языка, легенд и традиций этого народа (эпос «Урал-батыр»). Другие коренные народы Урала (ханты, манси, удмурты, коми) имеют иные традиционные названия Уральских гор, усваивая название «Урал» только в XIX—XX веках из русского языка. Э. М. Мурзаев сообщает, что русские узнали это название как Уралтау от башкир в середине XVI в., передав его как Аралтова или Оралтова гора. Поэтому принято считать, что название горы связано с тюркским «арал» (остров) или с «уралмак» (опоясывать, огораживать). Он же сообщает, что башкиры называли Уралом только водораздельный гребень, даже когда он принадлежал невысоким горам.[5]

В башкирском языке топоним «Урал» осознается как весьма древний, вероятно восходящий к пратюркскому состоянию. Его следует связывать с башк. үр ~ др.-тюрк. *ör «высота, возвышенность»[6].

Легенды

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

«Урал» по-башкирски — пояс. Есть башкирская сказка о великане, который носил пояс с глубокими карманами. Он прятал в них все свои богатства. Пояс был огромный. Однажды великан растянул его, и пояс лег через всю землю, от холодного Карского моря на севере до песчаных берегов южного Каспийского моря. Так образовался Уральский хребет.

В греческих книгах, написанных две тысячи лет тому назад, можно прочесть о далеких «Рифейских горах», где угрюмые грифы стерегут несметные золотые сокровища.

Башкирский народный эпос «Урал-батыр» повествует о прародителях народов Урала, выживших после Потопа, возникшем конфликте и последующей борьбе Урала со старшим братом Шульганом, выбравшим путь зла и заселении их потомками прилегающих земель. Основные топонимы Южного Урала напрямую связаны с событиями эпоса. Рассматриваются конфликт жизни, милосердия и природного принципа «сильный поедает слабого» (выживает сильнейший), тема поиска Живой воды и олицетворённой Смерти для последующего уничтожения её, ради вечной жизни, идея бескорыстного служения людям, равноправия и самопожертвования во благо других.

Природа

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Уральские горы состоят из невысоких хребтов и массивов. Наиболее высокие из них, поднимающиеся выше 1200—1500 м, располагаются в Приполярном (гора Народная — 1895 м), Северном (гора Тельпосиз — 1617 м) и Южном (гора Ямантау — 1640 м) Урале. Массивы Среднего Урала намного ниже, обычно не выше 600—650 м. Западные и восточные предгорья Урала и подгорные равнины нередко рассечены глубокими речными долинами. На Урале и в Приуралье много рек и озёр, находятся истоки рек Печоры и Урала. На реках создано несколько сотен прудов и водохранилищ. Уральские горы старые (возникли в позднем палеозое) и находятся в области герцинской складчатости.

Климат

Климат Урала — типичный горный; осадки распределяются неравномерно не только по областям, но и в пределах каждой области. Западно-Сибирская равнина — территория с суровым континентальным климатом; в меридиональном направлении его континентальность увеличивается намного менее резко, чем на Русской равнине. Климат горных районов Западной Сибири менее континентальный, чем климат Западно-Сибирской равнины.

В пределах одной и той же зоны на равнинах Предуралья и Зауралья природные условия заметно отличаются. Объясняется это тем, что Уральские горы служат своеобразным климатическим барьером. К западу от них выпадает больше осадков, климат более влажный и мягкий; к востоку, то есть за Уралом, осадков меньше, климат более сухой, с ярко выраженными чертами континентального.

Фауна

Несколько столетий назад животный мир был богаче, чем сейчас. Распашка, охота, вырубка лесов вытеснили и уничтожили места обитания многих животных. Исчезли дикие лошади, сайгаки, дрофы, стрепеты. Вглубь тундры откочевали стада оленей. Зато на распаханных землях распространились грызуны (хомяки, полевые мыши). На севере можно встретить обитателей тундр — северных оленей, а на юге типичных жителей степей — сурков-байбаков, землероек, змей и ящериц. Леса населены хищниками: бурыми медведями, волками, росомахами, лисицами, соболями, горностаями, рысями. Водятся в них копытные (лоси, олени, косули и др.) и птицы различных видов, например, такие как орлы или снегири (зимой). По речным долинам встречаются выдра и бобр. В Ильменском заповеднике удачно была проведена акклиматизация пятнистого оленя, расселены также ондатра, бобр, марал, выхухоль, енотовидная собака, американская норка, баргузинский соболь.

Флора

Различия в ландшафтах заметны при подъёме. На Южном Урале, например, путь к вершинам наиболее крупного хребта Зигальга начинается с пересечения полосы холмов и оврагов у подножия, густо заросшего кустарниками и травами. Затем дорога идёт через сосновые, берёзовые и осиновые леса, среди которых мелькают травянистые поляны. Выше частоколом поднимаются ели и пихты. Сухостоя почти не видно — он сгорает при частых лесных пожарах. На пологих местах могут встретиться болота. Вершины покрыты каменными россыпями, мхом и травой. Редкие и чахлые ели, кривые берёзки, которые здесь попадаются, ничем не напоминают ландшафт y подножия, c разноцветными коврами из трав и кустарников. Пожары на большой высоте уже бессильны, поэтому путь то и дело преграждают завалы из упавших деревьев. Вершина горы Ямантау (1640 м.) — сравнительно ровная площадка, однако она почти неприступна из-за нагромождения старых стволов.

Природные ресурсы

Из природных богатств Урала важнейшее значение имеют его минеральные ресурсы. Ещё в XVI веке на западной окраине Урала были известны месторождения каменной соли и песчаника, содержащие медь. В 17 столетии стали известны довольно многочисленные месторождения железа и появились железоделательные заводы, со строительства одного из которых началась история «столицы Урала» города Екатеринбурга.

В горах были найдены россыпи золота и месторождения платины, на восточном склоне — драгоценные камни. Из поколения в поколение передавалось мастерство искать руду, выплавлять металл, изготавливать из него оружие и художественные изделия, обрабатывать самоцветы. На Урале известны многочисленные месторождения высококачественных железных руд (горы Магнитная, Высокая, Благодать, Качканар), медных руд (Медногорск, Карабаш, Сибай, Гай), редких цветных металлов, золота, серебра, платины, лучших в стране бокситов, каменных и калийных солей (Соликамск, Березники, Берёзовское, Важенское, Ильецкое). Есть на Урале нефть (Ишимбай), природный газ (Оренбург), уголь, асбест, драгоценные и полудрагоценные камни.

К богатствам уральской природы относятся и лесные ресурсы. Южный и Средний Урал обеспечивают возможность земледелия.

Реки и озёра

Реки принадлежат бассейнам Северного Ледовитого океана (на западном склоне — Печора с Усой, на восточном — Тобол, Исеть, Тура, Лозьва, Северная Сосьва, относящиеся к системе Оби) и Каспийского моря (Кама с Чусовой и Белой; река Урал).

Значение региона

Урал издавна является крупнейшей горнорудной и металлургической базой российского государства. Активное промышленное освоение Урала началось при Петре I, которому в Екатеринбурге в 1886—1917 гг. стоял памятник как «основателю горнозаводского дела на Урале»[7]. Уральское «горнозаводское дело» породило особую социально-культурную общность, которую известный писатель-ураловед Алексей Иванов назвал «горнозаводской цивилизацией». «Горнозаводской Урал» — современное название объединения музеев и культурных объектов Нижнего Тагила. Урал как ресурсная база сыграл ключевую роль во время ВОВ — это, в частности, отражает современный официальный девиз Свердловской области — «Опорный край державы» (строчка из стихотворения Твардовского).

Значителен и не полностью освоен гидроэнергетический потенциал уральских рек (действуют Павловская, Юмагузинская, Широковская, Ириклинская и несколько малых ГЭС).

Крупнейшие города

Крупнейшие города Урала (с населением более 250 000 чел.):

Урал в искусстве и культуре России

Своеобразен вклад Урала в искусство и культуру России.

Фундамент, на котором выросло декоративно-прикладное искусство Урала, — это промышленность. Уральское камнерезное искусство — уникальная разновидность русского декоративно-прикладного искусства. Урал является центром отечественной промышленной обработки мрамора. Известен Урал также промышленным производством различных чугунных предметов домашнего обихода, а также его художественным литьём (Каслинское литьё). В начале XVIII века на заводе в Екатеринбурге отливали чугунные горшки, котлы и чугунные заслонки к печам. Позднее чугунное литьё стали применять более широко, в том числе, в архитектуре и промышленности. Было возрождено получение булатной стали, зародилась металлургия легированных сталей.

Наиболее известными уральскими писателями являются Сергей Аксаков, Дмитрий Мамин-Сибиряк и Павел Бажов (впервые выполнил литературную обработку уральских сказов: «Малахитовая шкатулка», «Каменный цветок», «Серебряное копытце», «Хозяйка Медной горы» и многие другие).

Вклад в искусство и культуру России также внесли уральские художники, такие как Алексей Денисов-Уральский, Виталий Волович, Алексей Казанцев, Миша Брусиловский, Юрий Филоненко, Валерьян Бахарев, Геннадий Мосин и многие другие.

Учившийся в УрГУ писатель-документалист Алексей Иванов в начале XXI века создал серию работ, посвящённых истории и культуре Урала. Основной цикл текстов называется «Хребет России» (метафорический образ Уральских гор), на его базе совместно с известным журналистом Леонидом Парфёновым была создана одноимённая серия документальных фильмов.

Урал в политике

Центр уральского автономизма — Свердловская область. Здесь с 1993 года постоянно создаются региональные политические движения: Преображение Урала, «МАЙ», а с 2011 года Бажовское общество.

Напишите отзыв о статье "Урал"

Примечания

  1. [meridian.perm.ru/06_others/matveev.shtml Названия гор Урала], Матвеев А. К. Вершины Каменного Пояса: Названия гор Урала. 2-е изд., перераб. и доп.— Челябинск: Юж.-Урал. кн. изд-во, 1990.—288 с. ISBN 5-7688-0296-7
  2. [tass.ru/ural-news/760073 ТАСС: Новости Урала — Уникальный ресурс "Энциклопедия «Инженеры Урала» посетил 8-миллионный читатель]
  3. [zsso.ru/activity/press/news/item/13396/ Председатели палат Законодательного Собрания Свердловской области приняли участие в заседании совета межрегиональной Ассоциации «Большой Урал»]
  4. Матвеев А. К. Географические названия Урала: Топонимический словарь. — Екатеринбург: Сократ, 2008. — С. 6. — 352 с. — ISBN 978-5-88664-299-5.
  5. Мурзаев Э. М. Тюркские географические названия. — М.: Восточная литература. 1996. С. 40
  6. [book-chel.ru/ind.php?what=card&id=3933 Статья о топониме «Урал» в Энциклопедии Челябинск]
  7. [itsmycity.ru/blog/post/id/6521 Обломки самовластья / It’s My City Сайт о событиях, местах, людях и явлениях в Екатеринбурге]
  8. uralmaster.org/. [uralmaster.org/krupneyshie-goroda-urala/ Крупнейшие города Урала.]. История Урала. uralmaster.org/.
  9. www.bugulma.ws/. [www.bugulma.ws/publ/katalog_statej/goroda_i_regiony/ufa_uralskij_gorod_millioner/32-1-0-1816 Уфа: уральский город-миллионер.]. Бугульма. Городской портал.. www.bugulma.ws/ (14.08.2013.).
  10. uralmaster.org/. [uralmaster.org/krupneyshie-goroda-urala/ Крупнейшие города Урала.]. История Урала.

Литература

  • Архипова Н. П., Ястребов Е. В. [www.redbook.ru/urgor0.htm Как были открыты Уральские горы: Очерки истории открытия и изучения природы Урала]. — Челябинск: Южно-Уральское книжное издательство, 1982.
  • Рычков А. В. [www.a-lib.ru/?ctg=cat&lot=10126&idgr=80 12 путешествий по Среднему Уралу]. — Реж: Малыш и Карлсон, 2008. — 50 с. — 5000 экз. — ISBN 978-5-9900756-1-0.
  • Мурзаев Э. М. Словарь народных географических терминов. 1-е изд. — М., Мысль, 1984.
  • Мурзаев Э. М. Тюркские географические названия. — М., Вост. лит., 1996.
  • Алешин Б. М., Иванов Ю. К., Ковальчук А. И., Коротеев В. А., Прокин В. А. [www.igg.uran.ru/Publications/Prokin/Default.html Месторождения полезных ископаемых Урала]. — Екатеринбург: Институт геологии и геохимии УрО РАН, 1999. — 184 с.
  • Урал // Большая советская энциклопедия : [в 30 т.] / гл. ред. А. М. Прохоров. — 3-е изд. — М. : Советская энциклопедия, 1969—1978.</span>

  Урал

Отрывок, характеризующий Урал

– Я тебе говорила, – отвечала Наташа, – что у меня нет воли, как ты не понимаешь этого: я его люблю!
– Так я не допущу до этого, я расскажу, – с прорвавшимися слезами вскрикнула Соня.
– Что ты, ради Бога… Ежели ты расскажешь, ты мой враг, – заговорила Наташа. – Ты хочешь моего несчастия, ты хочешь, чтоб нас разлучили…
Увидав этот страх Наташи, Соня заплакала слезами стыда и жалости за свою подругу.
– Но что было между вами? – спросила она. – Что он говорил тебе? Зачем он не ездит в дом?
Наташа не отвечала на ее вопрос.
– Ради Бога, Соня, никому не говори, не мучай меня, – упрашивала Наташа. – Ты помни, что нельзя вмешиваться в такие дела. Я тебе открыла…
– Но зачем эти тайны! Отчего же он не ездит в дом? – спрашивала Соня. – Отчего он прямо не ищет твоей руки? Ведь князь Андрей дал тебе полную свободу, ежели уж так; но я не верю этому. Наташа, ты подумала, какие могут быть тайные причины ?
Наташа удивленными глазами смотрела на Соню. Видно, ей самой в первый раз представлялся этот вопрос и она не знала, что отвечать на него.
– Какие причины, не знаю. Но стало быть есть причины!
Соня вздохнула и недоверчиво покачала головой.
– Ежели бы были причины… – начала она. Но Наташа угадывая ее сомнение, испуганно перебила ее.
– Соня, нельзя сомневаться в нем, нельзя, нельзя, ты понимаешь ли? – прокричала она.
– Любит ли он тебя?
– Любит ли? – повторила Наташа с улыбкой сожаления о непонятливости своей подруги. – Ведь ты прочла письмо, ты видела его?
– Но если он неблагородный человек?
– Он!… неблагородный человек? Коли бы ты знала! – говорила Наташа.
– Если он благородный человек, то он или должен объявить свое намерение, или перестать видеться с тобой; и ежели ты не хочешь этого сделать, то я сделаю это, я напишу ему, я скажу папа, – решительно сказала Соня.
– Да я жить не могу без него! – закричала Наташа.
– Наташа, я не понимаю тебя. И что ты говоришь! Вспомни об отце, о Nicolas.
– Мне никого не нужно, я никого не люблю, кроме его. Как ты смеешь говорить, что он неблагороден? Ты разве не знаешь, что я его люблю? – кричала Наташа. – Соня, уйди, я не хочу с тобой ссориться, уйди, ради Бога уйди: ты видишь, как я мучаюсь, – злобно кричала Наташа сдержанно раздраженным и отчаянным голосом. Соня разрыдалась и выбежала из комнаты.
Наташа подошла к столу и, не думав ни минуты, написала тот ответ княжне Марье, который она не могла написать целое утро. В письме этом она коротко писала княжне Марье, что все недоразуменья их кончены, что, пользуясь великодушием князя Андрея, который уезжая дал ей свободу, она просит ее забыть всё и простить ее ежели она перед нею виновата, но что она не может быть его женой. Всё это ей казалось так легко, просто и ясно в эту минуту.

В пятницу Ростовы должны были ехать в деревню, а граф в среду поехал с покупщиком в свою подмосковную.
В день отъезда графа, Соня с Наташей были званы на большой обед к Карагиным, и Марья Дмитриевна повезла их. На обеде этом Наташа опять встретилась с Анатолем, и Соня заметила, что Наташа говорила с ним что то, желая не быть услышанной, и всё время обеда была еще более взволнована, чем прежде. Когда они вернулись домой, Наташа начала первая с Соней то объяснение, которого ждала ее подруга.
– Вот ты, Соня, говорила разные глупости про него, – начала Наташа кротким голосом, тем голосом, которым говорят дети, когда хотят, чтобы их похвалили. – Мы объяснились с ним нынче.
– Ну, что же, что? Ну что ж он сказал? Наташа, как я рада, что ты не сердишься на меня. Говори мне всё, всю правду. Что же он сказал?
Наташа задумалась.
– Ах Соня, если бы ты знала его так, как я! Он сказал… Он спрашивал меня о том, как я обещала Болконскому. Он обрадовался, что от меня зависит отказать ему.
Соня грустно вздохнула.
– Но ведь ты не отказала Болконскому, – сказала она.
– А может быть я и отказала! Может быть с Болконским всё кончено. Почему ты думаешь про меня так дурно?
– Я ничего не думаю, я только не понимаю этого…
– Подожди, Соня, ты всё поймешь. Увидишь, какой он человек. Ты не думай дурное ни про меня, ни про него.
– Я ни про кого не думаю дурное: я всех люблю и всех жалею. Но что же мне делать?
Соня не сдавалась на нежный тон, с которым к ней обращалась Наташа. Чем размягченнее и искательнее было выражение лица Наташи, тем серьезнее и строже было лицо Сони.
– Наташа, – сказала она, – ты просила меня не говорить с тобой, я и не говорила, теперь ты сама начала. Наташа, я не верю ему. Зачем эта тайна?
– Опять, опять! – перебила Наташа.
– Наташа, я боюсь за тебя.
– Чего бояться?
– Я боюсь, что ты погубишь себя, – решительно сказала Соня, сама испугавшись того что она сказала.
Лицо Наташи опять выразило злобу.
– И погублю, погублю, как можно скорее погублю себя. Не ваше дело. Не вам, а мне дурно будет. Оставь, оставь меня. Я ненавижу тебя.
– Наташа! – испуганно взывала Соня.
– Ненавижу, ненавижу! И ты мой враг навсегда!
Наташа выбежала из комнаты.
Наташа не говорила больше с Соней и избегала ее. С тем же выражением взволнованного удивления и преступности она ходила по комнатам, принимаясь то за то, то за другое занятие и тотчас же бросая их.
Как это ни тяжело было для Сони, но она, не спуская глаз, следила за своей подругой.
Накануне того дня, в который должен был вернуться граф, Соня заметила, что Наташа сидела всё утро у окна гостиной, как будто ожидая чего то и что она сделала какой то знак проехавшему военному, которого Соня приняла за Анатоля.
Соня стала еще внимательнее наблюдать свою подругу и заметила, что Наташа была всё время обеда и вечер в странном и неестественном состоянии (отвечала невпопад на делаемые ей вопросы, начинала и не доканчивала фразы, всему смеялась).
После чая Соня увидала робеющую горничную девушку, выжидавшую ее у двери Наташи. Она пропустила ее и, подслушав у двери, узнала, что опять было передано письмо. И вдруг Соне стало ясно, что у Наташи был какой нибудь страшный план на нынешний вечер. Соня постучалась к ней. Наташа не пустила ее.
«Она убежит с ним! думала Соня. Она на всё способна. Нынче в лице ее было что то особенно жалкое и решительное. Она заплакала, прощаясь с дяденькой, вспоминала Соня. Да это верно, она бежит с ним, – но что мне делать?» думала Соня, припоминая теперь те признаки, которые ясно доказывали, почему у Наташи было какое то страшное намерение. «Графа нет. Что мне делать, написать к Курагину, требуя от него объяснения? Но кто велит ему ответить? Писать Пьеру, как просил князь Андрей в случае несчастия?… Но может быть, в самом деле она уже отказала Болконскому (она вчера отослала письмо княжне Марье). Дяденьки нет!» Сказать Марье Дмитриевне, которая так верила в Наташу, Соне казалось ужасно. «Но так или иначе, думала Соня, стоя в темном коридоре: теперь или никогда пришло время доказать, что я помню благодеяния их семейства и люблю Nicolas. Нет, я хоть три ночи не буду спать, а не выйду из этого коридора и силой не пущу ее, и не дам позору обрушиться на их семейство», думала она.


Анатоль последнее время переселился к Долохову. План похищения Ростовой уже несколько дней был обдуман и приготовлен Долоховым, и в тот день, когда Соня, подслушав у двери Наташу, решилась оберегать ее, план этот должен был быть приведен в исполнение. Наташа в десять часов вечера обещала выйти к Курагину на заднее крыльцо. Курагин должен был посадить ее в приготовленную тройку и везти за 60 верст от Москвы в село Каменку, где был приготовлен расстриженный поп, который должен был обвенчать их. В Каменке и была готова подстава, которая должна была вывезти их на Варшавскую дорогу и там на почтовых они должны были скакать за границу.
У Анатоля были и паспорт, и подорожная, и десять тысяч денег, взятые у сестры, и десять тысяч, занятые через посредство Долохова.
Два свидетеля – Хвостиков, бывший приказный, которого употреблял для игры Долохов и Макарин, отставной гусар, добродушный и слабый человек, питавший беспредельную любовь к Курагину – сидели в первой комнате за чаем.
В большом кабинете Долохова, убранном от стен до потолка персидскими коврами, медвежьими шкурами и оружием, сидел Долохов в дорожном бешмете и сапогах перед раскрытым бюро, на котором лежали счеты и пачки денег. Анатоль в расстегнутом мундире ходил из той комнаты, где сидели свидетели, через кабинет в заднюю комнату, где его лакей француз с другими укладывал последние вещи. Долохов считал деньги и записывал.
– Ну, – сказал он, – Хвостикову надо дать две тысячи.
– Ну и дай, – сказал Анатоль.
– Макарка (они так звали Макарина), этот бескорыстно за тебя в огонь и в воду. Ну вот и кончены счеты, – сказал Долохов, показывая ему записку. – Так?
– Да, разумеется, так, – сказал Анатоль, видимо не слушавший Долохова и с улыбкой, не сходившей у него с лица, смотревший вперед себя.
Долохов захлопнул бюро и обратился к Анатолю с насмешливой улыбкой.
– А знаешь что – брось всё это: еще время есть! – сказал он.
– Дурак! – сказал Анатоль. – Перестань говорить глупости. Ежели бы ты знал… Это чорт знает, что такое!
– Право брось, – сказал Долохов. – Я тебе дело говорю. Разве это шутка, что ты затеял?
– Ну, опять, опять дразнить? Пошел к чорту! А?… – сморщившись сказал Анатоль. – Право не до твоих дурацких шуток. – И он ушел из комнаты.
Долохов презрительно и снисходительно улыбался, когда Анатоль вышел.
– Ты постой, – сказал он вслед Анатолю, – я не шучу, я дело говорю, поди, поди сюда.
Анатоль опять вошел в комнату и, стараясь сосредоточить внимание, смотрел на Долохова, очевидно невольно покоряясь ему.
– Ты меня слушай, я тебе последний раз говорю. Что мне с тобой шутить? Разве я тебе перечил? Кто тебе всё устроил, кто попа нашел, кто паспорт взял, кто денег достал? Всё я.
– Ну и спасибо тебе. Ты думаешь я тебе не благодарен? – Анатоль вздохнул и обнял Долохова.
– Я тебе помогал, но всё же я тебе должен правду сказать: дело опасное и, если разобрать, глупое. Ну, ты ее увезешь, хорошо. Разве это так оставят? Узнается дело, что ты женат. Ведь тебя под уголовный суд подведут…
– Ах! глупости, глупости! – опять сморщившись заговорил Анатоль. – Ведь я тебе толковал. А? – И Анатоль с тем особенным пристрастием (которое бывает у людей тупых) к умозаключению, до которого они дойдут своим умом, повторил то рассуждение, которое он раз сто повторял Долохову. – Ведь я тебе толковал, я решил: ежели этот брак будет недействителен, – cказал он, загибая палец, – значит я не отвечаю; ну а ежели действителен, всё равно: за границей никто этого не будет знать, ну ведь так? И не говори, не говори, не говори!
– Право, брось! Ты только себя свяжешь…
– Убирайся к чорту, – сказал Анатоль и, взявшись за волосы, вышел в другую комнату и тотчас же вернулся и с ногами сел на кресло близко перед Долоховым. – Это чорт знает что такое! А? Ты посмотри, как бьется! – Он взял руку Долохова и приложил к своему сердцу. – Ah! quel pied, mon cher, quel regard! Une deesse!! [О! Какая ножка, мой друг, какой взгляд! Богиня!!] A?
Долохов, холодно улыбаясь и блестя своими красивыми, наглыми глазами, смотрел на него, видимо желая еще повеселиться над ним.
– Ну деньги выйдут, тогда что?
– Тогда что? А? – повторил Анатоль с искренним недоумением перед мыслью о будущем. – Тогда что? Там я не знаю что… Ну что глупости говорить! – Он посмотрел на часы. – Пора!
Анатоль пошел в заднюю комнату.
– Ну скоро ли вы? Копаетесь тут! – крикнул он на слуг.
Долохов убрал деньги и крикнув человека, чтобы велеть подать поесть и выпить на дорогу, вошел в ту комнату, где сидели Хвостиков и Макарин.
Анатоль в кабинете лежал, облокотившись на руку, на диване, задумчиво улыбался и что то нежно про себя шептал своим красивым ртом.
– Иди, съешь что нибудь. Ну выпей! – кричал ему из другой комнаты Долохов.
– Не хочу! – ответил Анатоль, всё продолжая улыбаться.
– Иди, Балага приехал.
Анатоль встал и вошел в столовую. Балага был известный троечный ямщик, уже лет шесть знавший Долохова и Анатоля, и служивший им своими тройками. Не раз он, когда полк Анатоля стоял в Твери, с вечера увозил его из Твери, к рассвету доставлял в Москву и увозил на другой день ночью. Не раз он увозил Долохова от погони, не раз он по городу катал их с цыганами и дамочками, как называл Балага. Не раз он с их работой давил по Москве народ и извозчиков, и всегда его выручали его господа, как он называл их. Не одну лошадь он загнал под ними. Не раз он был бит ими, не раз напаивали они его шампанским и мадерой, которую он любил, и не одну штуку он знал за каждым из них, которая обыкновенному человеку давно бы заслужила Сибирь. В кутежах своих они часто зазывали Балагу, заставляли его пить и плясать у цыган, и не одна тысяча их денег перешла через его руки. Служа им, он двадцать раз в году рисковал и своей жизнью и своей шкурой, и на их работе переморил больше лошадей, чем они ему переплатили денег. Но он любил их, любил эту безумную езду, по восемнадцати верст в час, любил перекувырнуть извозчика и раздавить пешехода по Москве, и во весь скок пролететь по московским улицам. Он любил слышать за собой этот дикий крик пьяных голосов: «пошел! пошел!» тогда как уж и так нельзя было ехать шибче; любил вытянуть больно по шее мужика, который и так ни жив, ни мертв сторонился от него. «Настоящие господа!» думал он.
Анатоль и Долохов тоже любили Балагу за его мастерство езды и за то, что он любил то же, что и они. С другими Балага рядился, брал по двадцати пяти рублей за двухчасовое катанье и с другими только изредка ездил сам, а больше посылал своих молодцов. Но с своими господами, как он называл их, он всегда ехал сам и никогда ничего не требовал за свою работу. Только узнав через камердинеров время, когда были деньги, он раз в несколько месяцев приходил поутру, трезвый и, низко кланяясь, просил выручить его. Его всегда сажали господа.
– Уж вы меня вызвольте, батюшка Федор Иваныч или ваше сиятельство, – говорил он. – Обезлошадничал вовсе, на ярманку ехать уж ссудите, что можете.
И Анатоль и Долохов, когда бывали в деньгах, давали ему по тысяче и по две рублей.
Балага был русый, с красным лицом и в особенности красной, толстой шеей, приземистый, курносый мужик, лет двадцати семи, с блестящими маленькими глазами и маленькой бородкой. Он был одет в тонком синем кафтане на шелковой подкладке, надетом на полушубке.
Он перекрестился на передний угол и подошел к Долохову, протягивая черную, небольшую руку.
– Федору Ивановичу! – сказал он, кланяясь.
– Здорово, брат. – Ну вот и он.
– Здравствуй, ваше сиятельство, – сказал он входившему Анатолю и тоже протянул руку.
– Я тебе говорю, Балага, – сказал Анатоль, кладя ему руки на плечи, – любишь ты меня или нет? А? Теперь службу сослужи… На каких приехал? А?
– Как посол приказал, на ваших на зверьях, – сказал Балага.
– Ну, слышишь, Балага! Зарежь всю тройку, а чтобы в три часа приехать. А?
– Как зарежешь, на чем поедем? – сказал Балага, подмигивая.
– Ну, я тебе морду разобью, ты не шути! – вдруг, выкатив глаза, крикнул Анатоль.
– Что ж шутить, – посмеиваясь сказал ямщик. – Разве я для своих господ пожалею? Что мочи скакать будет лошадям, то и ехать будем.
– А! – сказал Анатоль. – Ну садись.
– Что ж, садись! – сказал Долохов.
– Постою, Федор Иванович.
– Садись, врешь, пей, – сказал Анатоль и налил ему большой стакан мадеры. Глаза ямщика засветились на вино. Отказываясь для приличия, он выпил и отерся шелковым красным платком, который лежал у него в шапке.
– Что ж, когда ехать то, ваше сиятельство?
– Да вот… (Анатоль посмотрел на часы) сейчас и ехать. Смотри же, Балага. А? Поспеешь?
– Да как выезд – счастлив ли будет, а то отчего же не поспеть? – сказал Балага. – Доставляли же в Тверь, в семь часов поспевали. Помнишь небось, ваше сиятельство.
– Ты знаешь ли, на Рожество из Твери я раз ехал, – сказал Анатоль с улыбкой воспоминания, обращаясь к Макарину, который во все глаза умиленно смотрел на Курагина. – Ты веришь ли, Макарка, что дух захватывало, как мы летели. Въехали в обоз, через два воза перескочили. А?