Уссурийское горнопромышленное общество

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Уссурийское горнопромышленное общество - одна из ведущих угледобывающих компаний Приморской области России начала XX в. Созданию Уссурийского горнопромышленного общества предшествовала деятельность «Уссурийского горнопромышленного товарищества на вере «Старцев и Ко», переставшего существовать вскоре после смерти своего основателя, известного Дальневосточного промышленника А. Д. Старцева.

В разделе "Цели учреждения Общества, права и обязанности его" Высочайше утвержденного 5 июля 1902 г. Устава компании говорится:

Для продолжения и развития принадлежащего «Уссурийскому горнопромышленному товариществу на вере «Старцев и Ко » предприятия в Приморской области по добыче каменного угля, производства из него всякого рода продуктов и торговле каменным углем и получаемыми из него продуктами, учреждается акционерное Общество, под наименованием: «Уссурийское горнопромышленное Общество».

Примечание 1. Учредители Общества: Владивостокский I гильдии купец Василий Петрович Бабинцев и дворяне Евгений и Степан Львовичи Эпштейны. Основной капитал Общества определяется в 360.000 рублей, разделенных на 1 440 акций, по 250 рублей каждая.[2]

— Горный Журнал Издаваемый Горным Ученым Комитетом. 1902 г. Том IV. Октябрь-Ноябрь-Декабрь

Поскольку решающую роль в создании и деятельности данного акционерного общества играл РКБ (Через РКБ Уссурийское горнопромышленное общество финансировало подряды по поставке угля Уссурийской железной дороге и на КВЖД), то директором этого предприятия естественным образом оказался С.Л.Эпштейн - директор Владивостокского отделения Русско-Китайского банка.[3] Одним из основных акционеров Уссурийского общества являлся Ю. И. Бринер, владивостокский купец 1-й гильдии и почётный гражданин г. Владивостока, дед актёра Юла Бриннера.

Уссурийскому горнопромышленному обществу принадлежали доставшийся в наследство от товарищества "Старцев и Ко" крупный рудник «Краеугольно-Спасовский» (с которого начинается история эксплуатации Артёмовского буроугольного месторождения, давшего жизнь городу Артему), а также выкупленные вскоре после создания Уссурийского АО С.Л.Эпштейном четыре Надеждинских рудника (Надеждинские рудники находились в 15 верстах к северо-востоку от ст. Надеждинская, в верховьях р. Батальянза.[4][3]



См. также

Напишите отзыв о статье "Уссурийское горнопромышленное общество"

Примечания

  1. [www.scripophily.ru/details.php?sid=651 Scripophily.ru Старинные ценные бумаги]
  2. [elib.uraic.ru/bitstream/123456789/6023/1/gorn_mag_1902_10.pdf Электронная библиотека БЕЛИНКИ]
  3. 1 2 [www.proza.ru/01/30/328 Юрий Тарасов-Камчатский| Угольная Лихорадка]
  4. [bryners.ru/forum/viewtopic.php?p=478 Биография Старцевых. Часть II]

Отрывок, характеризующий Уссурийское горнопромышленное общество

– Какой рыцарь? Отчего? – краснея, спросил Пьер.
– Ну, полноте, милый граф, c'est la fable de tout Moscou. Je vous admire, ma parole d'honneur. [это вся Москва знает. Право, я вам удивляюсь.]
– Штраф! Штраф! – сказал ополченец.
– Ну, хорошо. Нельзя говорить, как скучно!
– Qu'est ce qui est la fable de tout Moscou? [Что знает вся Москва?] – вставая, сказал сердито Пьер.
– Полноте, граф. Вы знаете!
– Ничего не знаю, – сказал Пьер.
– Я знаю, что вы дружны были с Натали, и потому… Нет, я всегда дружнее с Верой. Cette chere Vera! [Эта милая Вера!]
– Non, madame, [Нет, сударыня.] – продолжал Пьер недовольным тоном. – Я вовсе не взял на себя роль рыцаря Ростовой, и я уже почти месяц не был у них. Но я не понимаю жестокость…
– Qui s'excuse – s'accuse, [Кто извиняется, тот обвиняет себя.] – улыбаясь и махая корпией, говорила Жюли и, чтобы за ней осталось последнее слово, сейчас же переменила разговор. – Каково, я нынче узнала: бедная Мари Волконская приехала вчера в Москву. Вы слышали, она потеряла отца?
– Неужели! Где она? Я бы очень желал увидать ее, – сказал Пьер.
– Я вчера провела с ней вечер. Она нынче или завтра утром едет в подмосковную с племянником.
– Ну что она, как? – сказал Пьер.
– Ничего, грустна. Но знаете, кто ее спас? Это целый роман. Nicolas Ростов. Ее окружили, хотели убить, ранили ее людей. Он бросился и спас ее…
– Еще роман, – сказал ополченец. – Решительно это общее бегство сделано, чтобы все старые невесты шли замуж. Catiche – одна, княжна Болконская – другая.
– Вы знаете, что я в самом деле думаю, что она un petit peu amoureuse du jeune homme. [немножечко влюблена в молодого человека.]
– Штраф! Штраф! Штраф!
– Но как же это по русски сказать?..


Когда Пьер вернулся домой, ему подали две принесенные в этот день афиши Растопчина.
В первой говорилось о том, что слух, будто графом Растопчиным запрещен выезд из Москвы, – несправедлив и что, напротив, граф Растопчин рад, что из Москвы уезжают барыни и купеческие жены. «Меньше страху, меньше новостей, – говорилось в афише, – но я жизнью отвечаю, что злодей в Москве не будет». Эти слова в первый раз ясно ыоказали Пьеру, что французы будут в Москве. Во второй афише говорилось, что главная квартира наша в Вязьме, что граф Витгснштейн победил французов, но что так как многие жители желают вооружиться, то для них есть приготовленное в арсенале оружие: сабли, пистолеты, ружья, которые жители могут получать по дешевой цене. Тон афиш был уже не такой шутливый, как в прежних чигиринских разговорах. Пьер задумался над этими афишами. Очевидно, та страшная грозовая туча, которую он призывал всеми силами своей души и которая вместе с тем возбуждала в нем невольный ужас, – очевидно, туча эта приближалась.
«Поступить в военную службу и ехать в армию или дожидаться? – в сотый раз задавал себе Пьер этот вопрос. Он взял колоду карт, лежавших у него на столе, и стал делать пасьянс.
– Ежели выйдет этот пасьянс, – говорил он сам себе, смешав колоду, держа ее в руке и глядя вверх, – ежели выйдет, то значит… что значит?.. – Он не успел решить, что значит, как за дверью кабинета послышался голос старшей княжны, спрашивающей, можно ли войти.