Февраль

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
февраль
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28      
2019 г.

Февра́ль (лат. Februārius mēnsis «месяц Фебрууса», «очистительный месяц» от лат. Februa «праздник очищения») — второй месяц в юлианском и григорианском календарях, двенадцатый месяц староримского года, начинавшегося до реформы Цезаря с марта. Это самый короткий месяц года, и единственный с числом дней менее 30: имеет 28 дней в обычном году и 29 дней в високосные годы. В Северном полушарии Земли является третьим месяцем зимы, в Южном полушарии — третьим месяцем лета.

В современную эпоху до 16 февраля по григорианскому календарю солнце стоит в созвездии Козерога, с 16 февраля — в созвездии Водолея[1][2].





Статистика и описание

Среднемесячная температура февраля на примере Подмосковья: −9,6 °С с колебаниями от −38,2 °С в 1929 году до +5,7 °С в 1935 году[3].

По сравнению с январём, общая продолжительность солнечного сияния возрастает на 27 часов, составляя 59[3].

Начинает постройку гнездовья чёрный ворон. Первая песня овсянки и большой синицы. Весенний прилёт свиристелей, к концу месяца — отлёт снегирей к северу. У медведицы в берлоге рождаются медвежата[3].

Февраль начинается в тот же день недели как март и ноябрь в невисокосные годы, и начинается в тот же день недели как и август в високосные годы. Февраль заканчивается в тот же день недели что и октябрь (всегда) и январь (в невисокосные годы).

Имея только 28 дней в обычном году, это единственный месяц в году, который может пройти без единого полнолуния. Кроме того, февраль является единственным месяцем, который один раз в шесть лет и два раза каждые 11 лет, будет иметь четыре полных семидневных недели.

Почти раз в четыре года февраль имеет 29 дней. Если четвёртый год делится на 100 без остатка, но не делится на 400 без остатка, то дополнительный день не добавляется. Так, в 1900 году високосный год был пропущен. В настоящее время високосные годы без пропуска будут следовать в обычном порядке до 2100 года[4][5].

История и этимология

Февралём — februarius mensis — у древних римлян назывался календарный месяц, введенный, по преданию, Нумой Помпилием или Тарквинием Гордым. Древнейший (Ромулов) календарь, по которому год делился на 10 месяцев и состоял из 304 дней, этого месяца, равно как и января, в себе не заключал. Последовавшая при Нуме (или Тарквинии) реформа календаря имела целью установить солнечно-лунный год (быть может, солнечно-лунный цикл); для чего были введены два новых месяца, январь и февраль, причем месяц февраль, которым заканчивался год у греков, заключал в себе 28 дней (единственный древний месяц с четным числом дней; остальные месяцы имели число дней нечетное, так как нечетное число, по верованию древних римлян, приносило счастье). Достоверно известно, что самое позднее с 153 года до н. э. начало года было перенесено на 1 января, и февраль занял в порядке римских месяцев второе место. В «Сатурналиях» Макробия сказано, что перенос начала года на январь было пожеланием Нумы при добавлении января и февраля в календарь.

Название месяца февраль происходит от этрусского бога подземного царства Фебрууса[3], и связано с обрядами очищения (februa, februare, februum), которые приходились на древнеримский праздник плодородия Луперкалии (15 февраля — dies februatus), выпадая по староримскому лунному календарю на полнолуние. Когда при установлении солнечно-лунного цикла понадобилось введение вставных месяцев, эти последние вставлялись римлянами между 23 и 24 февраля (при 4-годовом цикле — на втором и четвёртом году). При Юлии Цезаре, который ввел четырёхгодовой цикл, состоявший из трех годов по 365 и одного года в 366 дней, февраль последнего содержал 29 дней, причем 23 февраля считалось седьмым днем до мартовских календ (a. d. VII Kal. Mart.), 24-е февраля — шестым предыдущим, а 25 февраля — шестым последующим днем до мартовских календ (a. d. VI Kal. Mart, posteriorem и priorem). Так как этих шестых дней до мартовских календ было два, то год, в котором февраль содержал 29 дней, назывался annus bissextus — буквально «дважды (bi) шестой (sextus)» (отсюда année bissextile, наше високосный год). Февраль считался последним месяцем года, как в греческом, так и подражавшем ему римском календаре, поэтому лишний день вставлялся в последний месяц года с тем лишь различием, что греки включали дополнительный день в конец месяца, тогда как римляне за пять последних дней месяца[6].

Исторические европейские названия февраля включают его староанглийские имена Solmonath («грязный месяц») и Kale-monath («месяц капусты») и обозначение, данное Карлом Великим — Hornung (родственно древнеисландскому hjarn — «смерзшаяся масса снега»[7]). В древнерусском календаре (до утверждения христианства) месяц назывался сечень, в народных месяцесловах также — вьюговей, бокогрей, снежень, межень, лютый, кривые дороги.

В русский язык название пришло из церковнославянского февруарь, которое заимствовано из латыни (februārius) посредством среднегреческого языка (φεβρουάρι(ο)ς). Месяц именовался также феврарь, феуларь[8].

В 1930 и 1931 году в СССР предлагалось ввести советский революционный календарь, включавший 30 февраля, но предложение не было принято.

В древней Ирландии 1 февраля проводился праздник Имболк, знаменующий появление ягнят, по традиции, с этого времени начиналась весна, а февраль считался первым весенним месяцем[9].

На других языках

В большинстве языков Европы название февраля соответствует латинской традиции. Однако есть несколько исключений.

На финском языке месяц называется helmikuu, то есть «месяц жемчужины», поскольку снег, подтаивая на деревьях, образует капли, которые замерзая, напоминают жемчужины. На чешском языке февраль называется únor , от слова nořiti se — «погружаться» (вероятно из-за таяния льда в реках, который сверху покрывается водой). На украинском языке февраль — лютий, в белорусском — люты, в польском — luty, то есть «лютый» (ужасный, безжалостный). На хорватском февраль — veljača — «великий»: именование, вероятно, происходит от слова Veljak, одного из старых названий праздника Сретения, которое приходилось на 2 февраля, хотя, может быть имеет происхождение, связанное с языческими славянскими богами. Турецкое наименование месяца — Şubat — от сирийского «суббота». На литовском языке называется vasaris (vasara — «лето», родственно древнеиндийскому vasar — «рано»[10]).

В современных китайском и японском языках февраль обозначен как «второй месяц». В древнем японском лунном календаре месяц, близкий февралю (и позднее с ним ассоциированный), назывался Кисараги (如月, 絹更月 или 衣更月 что буквально означает «месяц перемены одежд»). Другие старинные японские наименования, применяемые также и к февралю: Муметсуки (梅見月, что буквально означает «месяц, в котором можно увидеть цветы сливы») и Конометсуки (木目月 — «месяц, в котором деревья получают новую жизнь»).

Праздники

Русские поговорки и приметы


См. также


Напишите отзыв о статье "Февраль"

Примечания

  1. [neznal.ru/20110201_trinadcatyj-znak-zodiaka-zmeenosec За год Солнце проходит не через 12, а через 13 созвездий. Новый знак зодиака — «Змееносец»]
  2. Климишин И. А. Календарь и хронология. — Изд. 3. — М.: Наука, 1990. — С. 41. — 478 с. — 105 000 экз. — ISBN 5-02-014354-5.
  3. 1 2 3 4 В. Д. Грошев «Календарь российского земледельца (народные обычаи и приметы)», — М: МСХА, 1991, С. 10. ISBN 5-7230-0074-8
  4. (англ.) [www.nmm.ac.uk/server/show/conWebDoc.349 Royal Observatory, Greenwich: Leap years]
  5. (англ.) [aa.usno.navy.mil/faq/docs/leap_years.php USNO (U.S. Naval Observatory): Leap Years]
  6. Макробий. [elar.urfu.ru/bitstream/10995/3696/2/issedon-04-10.pdf Книга первая, главы 12—16] // Сатурналии.
  7. [www.classes.ru/all-russian/russian-dictionary-Vasmer-term-11900.htm Фасмер Макс «Этимологический словарь русского языка» (онлайн версия), серен]
  8. [www.classes.ru/all-russian/russian-dictionary-Vasmer-term-14479.htm Фасмер Макс «Этимологический словарь русского языка» (онлайн версия), Февраль]
  9. [www.nasled.org/vera/gael/prazdniki_keltov.htm Праздники кельтов]
  10. [www.classes.ru/all-russian/russian-dictionary-Vasmer-term-1820.htm Фасмер Макс «Этимологический словарь русского языка» (онлайн версия), Весна]

Ссылки

Литература

  • Круглый год. Русский земледельческий календарь. — М.: «Правда», 1989. ISBN 5-253-00598-6
  • Народный Месяцеслов. — М.: «Современник», 1992. ISBN 5-270-01376-2

Отрывок, характеризующий Февраль

В эту минуту солнце стало скрываться за тучами; впереди Ростова показались другие носилки. И страх смерти и носилок, и любовь к солнцу и жизни – всё слилось в одно болезненно тревожное впечатление.
«Господи Боже! Тот, Кто там в этом небе, спаси, прости и защити меня!» прошептал про себя Ростов.
Гусары подбежали к коноводам, голоса стали громче и спокойнее, носилки скрылись из глаз.
– Что, бг'ат, понюхал пог'оху?… – прокричал ему над ухом голос Васьки Денисова.
«Всё кончилось; но я трус, да, я трус», подумал Ростов и, тяжело вздыхая, взял из рук коновода своего отставившего ногу Грачика и стал садиться.
– Что это было, картечь? – спросил он у Денисова.
– Да еще какая! – прокричал Денисов. – Молодцами г'аботали! А г'абота сквег'ная! Атака – любезное дело, г'убай в песи, а тут, чог'т знает что, бьют как в мишень.
И Денисов отъехал к остановившейся недалеко от Ростова группе: полкового командира, Несвицкого, Жеркова и свитского офицера.
«Однако, кажется, никто не заметил», думал про себя Ростов. И действительно, никто ничего не заметил, потому что каждому было знакомо то чувство, которое испытал в первый раз необстреленный юнкер.
– Вот вам реляция и будет, – сказал Жерков, – глядишь, и меня в подпоручики произведут.
– Доложите князу, что я мост зажигал, – сказал полковник торжественно и весело.
– А коли про потерю спросят?
– Пустячок! – пробасил полковник, – два гусара ранено, и один наповал , – сказал он с видимою радостью, не в силах удержаться от счастливой улыбки, звучно отрубая красивое слово наповал .


Преследуемая стотысячною французскою армией под начальством Бонапарта, встречаемая враждебно расположенными жителями, не доверяя более своим союзникам, испытывая недостаток продовольствия и принужденная действовать вне всех предвидимых условий войны, русская тридцатипятитысячная армия, под начальством Кутузова, поспешно отступала вниз по Дунаю, останавливаясь там, где она бывала настигнута неприятелем, и отбиваясь ариергардными делами, лишь насколько это было нужно для того, чтоб отступать, не теряя тяжестей. Были дела при Ламбахе, Амштетене и Мельке; но, несмотря на храбрость и стойкость, признаваемую самим неприятелем, с которою дрались русские, последствием этих дел было только еще быстрейшее отступление. Австрийские войска, избежавшие плена под Ульмом и присоединившиеся к Кутузову у Браунау, отделились теперь от русской армии, и Кутузов был предоставлен только своим слабым, истощенным силам. Защищать более Вену нельзя было и думать. Вместо наступательной, глубоко обдуманной, по законам новой науки – стратегии, войны, план которой был передан Кутузову в его бытность в Вене австрийским гофкригсратом, единственная, почти недостижимая цель, представлявшаяся теперь Кутузову, состояла в том, чтобы, не погубив армии подобно Маку под Ульмом, соединиться с войсками, шедшими из России.
28 го октября Кутузов с армией перешел на левый берег Дуная и в первый раз остановился, положив Дунай между собой и главными силами французов. 30 го он атаковал находившуюся на левом берегу Дуная дивизию Мортье и разбил ее. В этом деле в первый раз взяты трофеи: знамя, орудия и два неприятельские генерала. В первый раз после двухнедельного отступления русские войска остановились и после борьбы не только удержали поле сражения, но прогнали французов. Несмотря на то, что войска были раздеты, изнурены, на одну треть ослаблены отсталыми, ранеными, убитыми и больными; несмотря на то, что на той стороне Дуная были оставлены больные и раненые с письмом Кутузова, поручавшим их человеколюбию неприятеля; несмотря на то, что большие госпитали и дома в Кремсе, обращенные в лазареты, не могли уже вмещать в себе всех больных и раненых, – несмотря на всё это, остановка при Кремсе и победа над Мортье значительно подняли дух войска. Во всей армии и в главной квартире ходили самые радостные, хотя и несправедливые слухи о мнимом приближении колонн из России, о какой то победе, одержанной австрийцами, и об отступлении испуганного Бонапарта.
Князь Андрей находился во время сражения при убитом в этом деле австрийском генерале Шмите. Под ним была ранена лошадь, и сам он был слегка оцарапан в руку пулей. В знак особой милости главнокомандующего он был послан с известием об этой победе к австрийскому двору, находившемуся уже не в Вене, которой угрожали французские войска, а в Брюнне. В ночь сражения, взволнованный, но не усталый(несмотря на свое несильное на вид сложение, князь Андрей мог переносить физическую усталость гораздо лучше самых сильных людей), верхом приехав с донесением от Дохтурова в Кремс к Кутузову, князь Андрей был в ту же ночь отправлен курьером в Брюнн. Отправление курьером, кроме наград, означало важный шаг к повышению.
Ночь была темная, звездная; дорога чернелась между белевшим снегом, выпавшим накануне, в день сражения. То перебирая впечатления прошедшего сражения, то радостно воображая впечатление, которое он произведет известием о победе, вспоминая проводы главнокомандующего и товарищей, князь Андрей скакал в почтовой бричке, испытывая чувство человека, долго ждавшего и, наконец, достигшего начала желаемого счастия. Как скоро он закрывал глаза, в ушах его раздавалась пальба ружей и орудий, которая сливалась со стуком колес и впечатлением победы. То ему начинало представляться, что русские бегут, что он сам убит; но он поспешно просыпался, со счастием как будто вновь узнавал, что ничего этого не было, и что, напротив, французы бежали. Он снова вспоминал все подробности победы, свое спокойное мужество во время сражения и, успокоившись, задремывал… После темной звездной ночи наступило яркое, веселое утро. Снег таял на солнце, лошади быстро скакали, и безразлично вправе и влеве проходили новые разнообразные леса, поля, деревни.
На одной из станций он обогнал обоз русских раненых. Русский офицер, ведший транспорт, развалясь на передней телеге, что то кричал, ругая грубыми словами солдата. В длинных немецких форшпанах тряслось по каменистой дороге по шести и более бледных, перевязанных и грязных раненых. Некоторые из них говорили (он слышал русский говор), другие ели хлеб, самые тяжелые молча, с кротким и болезненным детским участием, смотрели на скачущего мимо их курьера.
Князь Андрей велел остановиться и спросил у солдата, в каком деле ранены. «Позавчера на Дунаю», отвечал солдат. Князь Андрей достал кошелек и дал солдату три золотых.
– На всех, – прибавил он, обращаясь к подошедшему офицеру. – Поправляйтесь, ребята, – обратился он к солдатам, – еще дела много.
– Что, г. адъютант, какие новости? – спросил офицер, видимо желая разговориться.
– Хорошие! Вперед, – крикнул он ямщику и поскакал далее.
Уже было совсем темно, когда князь Андрей въехал в Брюнн и увидал себя окруженным высокими домами, огнями лавок, окон домов и фонарей, шумящими по мостовой красивыми экипажами и всею тою атмосферой большого оживленного города, которая всегда так привлекательна для военного человека после лагеря. Князь Андрей, несмотря на быструю езду и бессонную ночь, подъезжая ко дворцу, чувствовал себя еще более оживленным, чем накануне. Только глаза блестели лихорадочным блеском, и мысли изменялись с чрезвычайною быстротой и ясностью. Живо представились ему опять все подробности сражения уже не смутно, но определенно, в сжатом изложении, которое он в воображении делал императору Францу. Живо представились ему случайные вопросы, которые могли быть ему сделаны,и те ответы,которые он сделает на них.Он полагал,что его сейчас же представят императору. Но у большого подъезда дворца к нему выбежал чиновник и, узнав в нем курьера, проводил его на другой подъезд.
– Из коридора направо; там, Euer Hochgeboren, [Ваше высокородие,] найдете дежурного флигель адъютанта, – сказал ему чиновник. – Он проводит к военному министру.
Дежурный флигель адъютант, встретивший князя Андрея, попросил его подождать и пошел к военному министру. Через пять минут флигель адъютант вернулся и, особенно учтиво наклонясь и пропуская князя Андрея вперед себя, провел его через коридор в кабинет, где занимался военный министр. Флигель адъютант своею изысканною учтивостью, казалось, хотел оградить себя от попыток фамильярности русского адъютанта. Радостное чувство князя Андрея значительно ослабело, когда он подходил к двери кабинета военного министра. Он почувствовал себя оскорбленным, и чувство оскорбления перешло в то же мгновенье незаметно для него самого в чувство презрения, ни на чем не основанного. Находчивый же ум в то же мгновение подсказал ему ту точку зрения, с которой он имел право презирать и адъютанта и военного министра. «Им, должно быть, очень легко покажется одерживать победы, не нюхая пороха!» подумал он. Глаза его презрительно прищурились; он особенно медленно вошел в кабинет военного министра. Чувство это еще более усилилось, когда он увидал военного министра, сидевшего над большим столом и первые две минуты не обращавшего внимания на вошедшего. Военный министр опустил свою лысую, с седыми висками, голову между двух восковых свечей и читал, отмечая карандашом, бумаги. Он дочитывал, не поднимая головы, в то время как отворилась дверь и послышались шаги.
– Возьмите это и передайте, – сказал военный министр своему адъютанту, подавая бумаги и не обращая еще внимания на курьера.
Князь Андрей почувствовал, что либо из всех дел, занимавших военного министра, действия кутузовской армии менее всего могли его интересовать, либо нужно было это дать почувствовать русскому курьеру. «Но мне это совершенно всё равно», подумал он. Военный министр сдвинул остальные бумаги, сровнял их края с краями и поднял голову. У него была умная и характерная голова. Но в то же мгновение, как он обратился к князю Андрею, умное и твердое выражение лица военного министра, видимо, привычно и сознательно изменилось: на лице его остановилась глупая, притворная, не скрывающая своего притворства, улыбка человека, принимающего одного за другим много просителей.
– От генерала фельдмаршала Кутузова? – спросил он. – Надеюсь, хорошие вести? Было столкновение с Мортье? Победа? Пора!
Он взял депешу, которая была на его имя, и стал читать ее с грустным выражением.
– Ах, Боже мой! Боже мой! Шмит! – сказал он по немецки. – Какое несчастие, какое несчастие!
Пробежав депешу, он положил ее на стол и взглянул на князя Андрея, видимо, что то соображая.
– Ах, какое несчастие! Дело, вы говорите, решительное? Мортье не взят, однако. (Он подумал.) Очень рад, что вы привезли хорошие вести, хотя смерть Шмита есть дорогая плата за победу. Его величество, верно, пожелает вас видеть, но не нынче. Благодарю вас, отдохните. Завтра будьте на выходе после парада. Впрочем, я вам дам знать.
Исчезнувшая во время разговора глупая улыбка опять явилась на лице военного министра.
– До свидания, очень благодарю вас. Государь император, вероятно, пожелает вас видеть, – повторил он и наклонил голову.
Когда князь Андрей вышел из дворца, он почувствовал, что весь интерес и счастие, доставленные ему победой, оставлены им теперь и переданы в равнодушные руки военного министра и учтивого адъютанта. Весь склад мыслей его мгновенно изменился: сражение представилось ему давнишним, далеким воспоминанием.