Фламандцы

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Фламандцы
Численность и ареал

Всего: 7,23 млн чел
Бельгия Бельгия - 6,73К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4889 дней] млн чел.
Франция Франция - 250 тыс. чел.

Язык

нидерландский

Религия

Католицизм

Расовый тип

Европеоидная раса

Родственные народы

Голландцы, Немцы

Флама́ндцы — народ германской языковой группы, коренное население Бельгии, наряду с романоязычными валлонами. Общая численность — 7 млн 230 тысяч. Населяют северную часть Бельгии — Фландрию (5 млн чел.), 250 тыс. проживает на севере Франции (Французская Фландрия). Язык — нидерландский (подробнее см. нидерландский язык в Бельгии). В быту фламандцы общаются в зависимости от ситуации и степени владения носителя языка литературной нормой на диалектах нидерландского, представленных во Фландрии, на литературном языке или на промежуточных между литературным языком и диалектом вариантах.

По языку и культуре ближе всего к голландцам.





Этногенез и история

Этнически фламандцы — в основном потомки германских племён франков, батавов, саксов и фризов. В состав фламандского этноса влились также кельтские племена белгов, жившие на этой территории до франкского нашествия и ассимилированные франками. Как этнос сформировались в XVII — XIX веках. В средние века территория современной Бельгии была поделена на разрозненные княжества: Фландрия, Эно (Генегау), Брабант, Намюр, Лимбург, Люксембург, Камбре, Турне, епископство Льеж. Частично они подчинялись Франции, частично Германии.

Затем история Бельгии связана с историей Нидерландов (см. Голландцы). Эти земли в XV веке перешли от герцогов Бургундских к Габсбургам, то есть вошли в состав Германской империи. Поскольку императоры Германии путём династического брака стали испанскими королями, то Нидерланды (а в их составе и Фландрия) были подчинены Испании. При Филиппе II, короле Испании, началась ожесточённая борьба жителей Нидерландов против иноземного гнёта, и Северные Нидерланды добились свободы, образовав Республику Соединённых провинций. Южные Нидерланды (будущая Бельгия) остались испанским протекторатом. В 1714 году они перешли к Австрии, в 1794 году под влиянием Французской революции произошла Брабантская революция, область была включена в состав Франции. После Наполеона её присоединили к Нидерландам.

В 1830 году под влиянием Французской июльской революции произошла Бельгийская революция. Было создано независимое государство. С начала своего существования оно проводило политику, не учитывавшую языковых, культурных и экономических прав фламандцев, хотя они составляют большинство населения страны. В частности, единственным официальным языком Бельгии был объявлен французский. Между фламандцами и и франкоязычным населением возникают противоречия. В конечном счёте Бельгия в результате ряда государственных реформ 1970-1993 годов была преобразована в федерацию регионов и языковых общин.

Бельгия — конституционная монархия. Глава государства — король Альберт II1993 года). Законодательная власть принадлежит парламенту.

Официальные языки в Бельгии — нидерландский, французский и немецкий, однако ни один из них не обладает официальным статусом на всей территории страны. По-немецки говорят почти исключительно в восточной части Бельгии, которая раньше (до Первой мировой войны) принадлежала Германии. Брюссельский столичный регион, который со всех сторон окружён территорией Фламандского региона, официально пользуется французским и нидерландским языками. Ввиду двуязычия страны названия некоторых населённых пунктов и других географических объектов имеют по два варианта: Mons — Bergen, Namur — Namen, Courtrai — Kortrijk, Louvain — Leuven, Liège — Luik, Gand — Gent, Ostende — Oostende, Anvers — Antwerpen, Audenarde — Oudenaarde, Bruges — Brugge, Malines — Mechelen.

Символика

Национальным символом фламандцев является флаг с изображением чёрного льва на жёлтом фоне, с белой окантовкой и красными когтями и языком. Он появился при Филиппе Эльзасском, графе Фландрии с 1162 года. При герцогах Бургундских он использовался в гербе, а при создании Соединённых Нидерландов стал символом Восточной Фландрии. Флаг не является государственным, это — символ фламандских националистов.

Хозяйство и быт

Бельгия — высокоразвитая индустриальная страна. Самостоятельное население занято в промышленности, торговле, сфере обслуживания, сельском хозяйстве. Основные отрасли промышленности — машиностроение, металлургия, строительство. Направление сельского хозяйства — мясо-молочное животноводство, овощеводство и производство зерна.

Транспорт — густая сеть железных дорог, морское судоходство, автомобильный транспорт. Население живёт практически полностью в городах, в настоящее время традиционные сельские дома и усадьбы остаются лишь в этнографических заповедниках. Традиционное поселение — хутор. Тип дома - т. н. дом с длинным фронтоном, объединяющий жильё и хозяйственные помещения в одну длинную постройку. В отличие от валлонского дома фламандский оштукатурен и окрашен в белый, жёлтый или розовый цвет. Характерны украшения конька крыши в виде лебединых голов.

Традиционная одежда сходна с голландской. У женщин это — рубашка и кофта, тёмный корсаж, несколько юбок, фартук, большая цветная или клетчатая шаль, чёрный шёлковый платок с бахромой, кружевные чепцы.

Традиционная пища: овощные, крупяные блюда, солёная рыба, преимущественно сельдь, куриная похлёбка. По праздникам выпекаются пироги и булочки.

Семьи более многодетны и патриархальны, чем у валлонов. Взрослые дети живут обычно с родителями. В городах сохраняются средневековые гильдии и клубы.

Из ремёсел издавна славятся производство тонких льняных тканей, фламандских кружев, обработка металла.

Искусство и культура

До конца XVI века искусство Нидерландов и Фландрии составляло единое целое. Территория, включающая сегодня Нидерланды, Бельгию и Люксембург, иначе говоря, Бенилюкс, называлась Старые Нидерланды, и была едина. Затем, в силу вышеописанных политических событий, провинции разделились. В XVII-XVIII веках Фландрия стала называться Южными, Испанскими, а позже — Австрийскими Нидерландами, а искусство — фламандским, а ещё позже, с образованием нового государства, Бельгии, бельгийским.

В архитектуре Фландрии от предыдущего периода, общенидерландского, сохранились романские и готические памятники, ратуша и муниципальный музей в Брюсселе на Гранд-плас, церковь Св. Бавона в Генте, городская Башня (Белфорт) в Брюгге и другие. Фландрия была в XVII веке одним из ведущих центров парадного стиля барокко. Памятники XVII-XVIII веков — церковь Синт-Каролус-Борромеускерк и Королевский дворец в Антверпене, гильдейские дома на Гранд-Плас в Брюсселе и другие. Широко известен дом Рубенса, построенный по его собственному проекту. Тип городского дома во Фландрии — узкий высокий фасад, в три-пять окон, с фронтоном, украшенный богатым орнаментом. Позже на смену национальным традициям приходит французское влияние.

В XVII веке существовала очень сильная фламандская школа живописи. Выдающийся мастер этой школы — Рубенс П. П., сын юриста, имел разностороннее образование, учился у Т. Верхахта, А. ван Норта, О. Вениуса, был в Италии и Испании. Служил придворным живописцем у герцога Мантуанского, а затем у правителей Южных Нидерландов. Другие известные мастера: Антонис ван Дейк (1599—1641), Якоб Йорданс (1593—1678), Ян Фейт (1611—1661), Франс Снейдерс (1579—1657), Давид Тенирс (1610—1641), Абрахам Янсенс ван Нёйсен (1575—1632), Питер Брейгель-старший (около 1525—1569 гг.). Живопись Фландрии отличается от голландской большей пышностью, характерной для стиля барокко. В результате воздействия правящих кругов развивалась в основном французская культура, фламандская же приходила в упадок.

У фламандцев существуют литературные традиции, легенды, исторические предания, песни, баллады, фольклор. В XVIII веке и в последующее время писатели Фландрии старались поднять свою национальную литературу. В XVIII—XIX веках по-нидерландски писали: Я. Ф. Виллемс (1793—1846), К. Ледеганк (1805—1847), ван Дёйсе (1804—1859), представители романтизма. Позже стали появляться и другие направления: реализм, натурализм, мистика, символизм и экспрессионизм, которые имели и противников, антифашистские настроения. Наиболее крупные представители: П. ван Остайен (экспрессионизм), В. Ловелинг и А. Бергман (социальный роман XIX века), Г. Тейрлинг (драматург, декадент).

Использованная литература

Напишите отзыв о статье "Фламандцы"

Отрывок, характеризующий Фламандцы

Данило Терентьич ничего не отвечал, и долго опять все молчали. Зарево расходилось и колыхалось дальше и дальше.
– Помилуй бог!.. ветер да сушь… – опять сказал голос.
– Глянь ко, как пошло. О господи! аж галки видно. Господи, помилуй нас грешных!
– Потушат небось.
– Кому тушить то? – послышался голос Данилы Терентьича, молчавшего до сих пор. Голос его был спокоен и медлителен. – Москва и есть, братцы, – сказал он, – она матушка белока… – Голос его оборвался, и он вдруг старчески всхлипнул. И как будто только этого ждали все, чтобы понять то значение, которое имело для них это видневшееся зарево. Послышались вздохи, слова молитвы и всхлипывание старого графского камердинера.


Камердинер, вернувшись, доложил графу, что горит Москва. Граф надел халат и вышел посмотреть. С ним вместе вышла и не раздевавшаяся еще Соня, и madame Schoss. Наташа и графиня одни оставались в комнате. (Пети не было больше с семейством; он пошел вперед с своим полком, шедшим к Троице.)
Графиня заплакала, услыхавши весть о пожаре Москвы. Наташа, бледная, с остановившимися глазами, сидевшая под образами на лавке (на том самом месте, на которое она села приехавши), не обратила никакого внимания на слова отца. Она прислушивалась к неумолкаемому стону адъютанта, слышному через три дома.
– Ах, какой ужас! – сказала, со двора возвративись, иззябшая и испуганная Соня. – Я думаю, вся Москва сгорит, ужасное зарево! Наташа, посмотри теперь, отсюда из окошка видно, – сказала она сестре, видимо, желая чем нибудь развлечь ее. Но Наташа посмотрела на нее, как бы не понимая того, что у ней спрашивали, и опять уставилась глазами в угол печи. Наташа находилась в этом состоянии столбняка с нынешнего утра, с того самого времени, как Соня, к удивлению и досаде графини, непонятно для чего, нашла нужным объявить Наташе о ране князя Андрея и о его присутствии с ними в поезде. Графиня рассердилась на Соню, как она редко сердилась. Соня плакала и просила прощенья и теперь, как бы стараясь загладить свою вину, не переставая ухаживала за сестрой.
– Посмотри, Наташа, как ужасно горит, – сказала Соня.
– Что горит? – спросила Наташа. – Ах, да, Москва.
И как бы для того, чтобы не обидеть Сони отказом и отделаться от нее, она подвинула голову к окну, поглядела так, что, очевидно, не могла ничего видеть, и опять села в свое прежнее положение.
– Да ты не видела?
– Нет, право, я видела, – умоляющим о спокойствии голосом сказала она.
И графине и Соне понятно было, что Москва, пожар Москвы, что бы то ни было, конечно, не могло иметь значения для Наташи.
Граф опять пошел за перегородку и лег. Графиня подошла к Наташе, дотронулась перевернутой рукой до ее головы, как это она делала, когда дочь ее бывала больна, потом дотронулась до ее лба губами, как бы для того, чтобы узнать, есть ли жар, и поцеловала ее.
– Ты озябла. Ты вся дрожишь. Ты бы ложилась, – сказала она.
– Ложиться? Да, хорошо, я лягу. Я сейчас лягу, – сказала Наташа.
С тех пор как Наташе в нынешнее утро сказали о том, что князь Андрей тяжело ранен и едет с ними, она только в первую минуту много спрашивала о том, куда? как? опасно ли он ранен? и можно ли ей видеть его? Но после того как ей сказали, что видеть его ей нельзя, что он ранен тяжело, но что жизнь его не в опасности, она, очевидно, не поверив тому, что ей говорили, но убедившись, что сколько бы она ни говорила, ей будут отвечать одно и то же, перестала спрашивать и говорить. Всю дорогу с большими глазами, которые так знала и которых выражения так боялась графиня, Наташа сидела неподвижно в углу кареты и так же сидела теперь на лавке, на которую села. Что то она задумывала, что то она решала или уже решила в своем уме теперь, – это знала графиня, но что это такое было, она не знала, и это то страшило и мучило ее.
– Наташа, разденься, голубушка, ложись на мою постель. (Только графине одной была постелена постель на кровати; m me Schoss и обе барышни должны были спать на полу на сене.)
– Нет, мама, я лягу тут, на полу, – сердито сказала Наташа, подошла к окну и отворила его. Стон адъютанта из открытого окна послышался явственнее. Она высунула голову в сырой воздух ночи, и графиня видела, как тонкие плечи ее тряслись от рыданий и бились о раму. Наташа знала, что стонал не князь Андрей. Она знала, что князь Андрей лежал в той же связи, где они были, в другой избе через сени; но этот страшный неумолкавший стон заставил зарыдать ее. Графиня переглянулась с Соней.
– Ложись, голубушка, ложись, мой дружок, – сказала графиня, слегка дотрогиваясь рукой до плеча Наташи. – Ну, ложись же.
– Ах, да… Я сейчас, сейчас лягу, – сказала Наташа, поспешно раздеваясь и обрывая завязки юбок. Скинув платье и надев кофту, она, подвернув ноги, села на приготовленную на полу постель и, перекинув через плечо наперед свою недлинную тонкую косу, стала переплетать ее. Тонкие длинные привычные пальцы быстро, ловко разбирали, плели, завязывали косу. Голова Наташи привычным жестом поворачивалась то в одну, то в другую сторону, но глаза, лихорадочно открытые, неподвижно смотрели прямо. Когда ночной костюм был окончен, Наташа тихо опустилась на простыню, постланную на сено с края от двери.
– Наташа, ты в середину ляг, – сказала Соня.
– Нет, я тут, – проговорила Наташа. – Да ложитесь же, – прибавила она с досадой. И она зарылась лицом в подушку.
Графиня, m me Schoss и Соня поспешно разделись и легли. Одна лампадка осталась в комнате. Но на дворе светлело от пожара Малых Мытищ за две версты, и гудели пьяные крики народа в кабаке, который разбили мамоновские казаки, на перекоске, на улице, и все слышался неумолкаемый стон адъютанта.
Долго прислушивалась Наташа к внутренним и внешним звукам, доносившимся до нее, и не шевелилась. Она слышала сначала молитву и вздохи матери, трещание под ней ее кровати, знакомый с свистом храп m me Schoss, тихое дыханье Сони. Потом графиня окликнула Наташу. Наташа не отвечала ей.
– Кажется, спит, мама, – тихо отвечала Соня. Графиня, помолчав немного, окликнула еще раз, но уже никто ей не откликнулся.
Скоро после этого Наташа услышала ровное дыхание матери. Наташа не шевелилась, несмотря на то, что ее маленькая босая нога, выбившись из под одеяла, зябла на голом полу.
Как бы празднуя победу над всеми, в щели закричал сверчок. Пропел петух далеко, откликнулись близкие. В кабаке затихли крики, только слышался тот же стой адъютанта. Наташа приподнялась.
– Соня? ты спишь? Мама? – прошептала она. Никто не ответил. Наташа медленно и осторожно встала, перекрестилась и ступила осторожно узкой и гибкой босой ступней на грязный холодный пол. Скрипнула половица. Она, быстро перебирая ногами, пробежала, как котенок, несколько шагов и взялась за холодную скобку двери.
Ей казалось, что то тяжелое, равномерно ударяя, стучит во все стены избы: это билось ее замиравшее от страха, от ужаса и любви разрывающееся сердце.
Она отворила дверь, перешагнула порог и ступила на сырую, холодную землю сеней. Обхвативший холод освежил ее. Она ощупала босой ногой спящего человека, перешагнула через него и отворила дверь в избу, где лежал князь Андрей. В избе этой было темно. В заднем углу у кровати, на которой лежало что то, на лавке стояла нагоревшая большим грибом сальная свечка.
Наташа с утра еще, когда ей сказали про рану и присутствие князя Андрея, решила, что она должна видеть его. Она не знала, для чего это должно было, но она знала, что свидание будет мучительно, и тем более она была убеждена, что оно было необходимо.
Весь день она жила только надеждой того, что ночью она уввдит его. Но теперь, когда наступила эта минута, на нее нашел ужас того, что она увидит. Как он был изуродован? Что оставалось от него? Такой ли он был, какой был этот неумолкавший стон адъютанта? Да, он был такой. Он был в ее воображении олицетворение этого ужасного стона. Когда она увидала неясную массу в углу и приняла его поднятые под одеялом колени за его плечи, она представила себе какое то ужасное тело и в ужасе остановилась. Но непреодолимая сила влекла ее вперед. Она осторожно ступила один шаг, другой и очутилась на середине небольшой загроможденной избы. В избе под образами лежал на лавках другой человек (это был Тимохин), и на полу лежали еще два какие то человека (это были доктор и камердинер).
Камердинер приподнялся и прошептал что то. Тимохин, страдая от боли в раненой ноге, не спал и во все глаза смотрел на странное явление девушки в бедой рубашке, кофте и вечном чепчике. Сонные и испуганные слова камердинера; «Чего вам, зачем?» – только заставили скорее Наташу подойти и тому, что лежало в углу. Как ни страшно, ни непохоже на человеческое было это тело, она должна была его видеть. Она миновала камердинера: нагоревший гриб свечки свалился, и она ясно увидала лежащего с выпростанными руками на одеяле князя Андрея, такого, каким она его всегда видела.