Французское дворянство

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Французское дворянство (фр. la noblesse française или la noblesse de France) — привилегированное сословие феодального происхождения во Франции.





Характеристика

Верховная власть и придворная знать

Всего резче отличалось от буржуазии дворянство во Франции, пример которой подействовал и на Германию. Французская феодальная аристократия, разделившая между своими членами права верховной власти, стала мало-помалу лишаться своей политической независимости благодаря росту королевской власти, поддерживаемой отчасти другими классами, именно горожанами, которые видели в короле естественную защиту от притеснений дворянства.

Некоторое время, однако, казалось, что дворянство и буржуазия, представленные в собрании государственных чинов, будут отстаивать права страны против чрезмерного усиления королевской власти. Однако короли сумели привлечь на свою сторону дворянство и из самостоятельной, стоящей среди народа крупной землевладельческой аристократии сделать послушную, оторванную от народа придворную знать, сохранившую, однако, все тягостные для народа привилегии (изъятие от податей) и феодальные права над крестьянами (оброки, пошлины, судебные права и т. п.).

Общественная ситуация

Общественное убеждение, в силу которого дворянство считалось обладающим другой, более благородной кровью, чем народ, во Франции поддерживалось с особой силой. Браки между знатью и буржуазией хотя и не были запрещены законом, но считались неравными (mésalliance), а дворянин, занимавшийся торговлей, унижал своё звание (dérogation).

История

Старая Франция

Высшее и низшее феодальное дворянство

В старой Франции было высшее и низшее феодальное дворянство (noblesse; слово gentil’homme значит родовитый человек — homo gentilis). Первое состояло из пэров королевства, не имевших более суверенных прав, после того как большие и маленькие самостоятельные владения, образовавшиеся в пределах французского государства при последних слабых Каролингах, были опять обращены Капетингами в простые государственные области.

В ранние времена эти пэры составляли, как и в Англии, верховный совет короля (le grand conseil), бывший одновременно верховным судом и высшим политическим органом. Позже их всё более и более вытесняли оттуда; в суде их заменили учёные легисты, а совещательное влияние они потеряли вследствие постоянному стремлению французских королей к неограниченной власти, так что перед революцией высшее дворянство едва ли отличалось от низшего чем-нибудь, кроме внешних знаков преимущества.

Деление по судебным правам

По своим судебным правам дворянство Франции делилось на обладателей высшей, средней и низшей юстиции. Весьма многочисленный и влиятельный контингент для низшего дворянства представляло в дореволюционной Франции так называемое дворянство мантии (noblesse de robe, существовало с 1600 года), то есть члены высших судов или парламентов, приобретавшие дворянский чин гражданской службой.

XVIII век, уничтожение дворянских привилегий

Революция 1789 г. уничтожила не только все привилегии дворянства (дворянские депутаты сами отказались от них в знаменитом ночном заседании 4-го августа), но также и самое дворянство как отдельное сословие. Употребление дворянских титулов, гербов и т. п. было запрещено под страхом наказания.

XIX век, возвращение дворянства

Наполеон I декретами 1806—1808 гг. создал новое дворянство (отчасти с майоратами). В уголовном кодексе 1810 г. налагалось наказание за незаконное присвоение дворянских титулов. Хартия 1814 г. хотя и провозгласила принцип равенства всех перед законом, тем не менее позволила старому дворянству возобновить, а новому — удержать свои титулы. Королю предоставлено было право жаловать дворянство, однако, без освобождения от повинностей и без привилегий.

Пересмотренная хартия 1830 г. ничего в этом не изменила; но при пересмотре уголовного кодекса в 1832 г. запрещение незаконного присвоения дворянских титулов было уничтожено, так что с этих пор каждый француз мог носить какой ему угодно титул. Закон 1835 г. запретил учреждение майоратов. Попытки императора Наполеона III снова регулировать вопрос о титулах в смысле уголовного кодекса 1810 г. не имели прочных последствий.

Напишите отзыв о статье "Французское дворянство"

Ссылки

Отрывок, характеризующий Французское дворянство

– Наташа, я тебя просила не говорить об этом. Будем говорить о тебе.
Они помолчали.
– Только для чего же в Петербург! – вдруг сказала Наташа, и сама же поспешно ответила себе: – Нет, нет, это так надо… Да, Мари? Так надо…


Прошло семь лет после 12 го года. Взволнованное историческое море Европы улеглось в свои берега. Оно казалось затихшим; но таинственные силы, двигающие человечество (таинственные потому, что законы, определяющие их движение, неизвестны нам), продолжали свое действие.
Несмотря на то, что поверхность исторического моря казалась неподвижною, так же непрерывно, как движение времени, двигалось человечество. Слагались, разлагались различные группы людских сцеплений; подготовлялись причины образования и разложения государств, перемещений народов.
Историческое море, не как прежде, направлялось порывами от одного берега к другому: оно бурлило в глубине. Исторические лица, не как прежде, носились волнами от одного берега к другому; теперь они, казалось, кружились на одном месте. Исторические лица, прежде во главе войск отражавшие приказаниями войн, походов, сражений движение масс, теперь отражали бурлившее движение политическими и дипломатическими соображениями, законами, трактатами…
Эту деятельность исторических лиц историки называют реакцией.
Описывая деятельность этих исторических лиц, бывших, по их мнению, причиною того, что они называют реакцией, историки строго осуждают их. Все известные люди того времени, от Александра и Наполеона до m me Stael, Фотия, Шеллинга, Фихте, Шатобриана и проч., проходят перед их строгим судом и оправдываются или осуждаются, смотря по тому, содействовали ли они прогрессу или реакции.
В России, по их описанию, в этот период времени тоже происходила реакция, и главным виновником этой реакции был Александр I – тот самый Александр I, который, по их же описаниям, был главным виновником либеральных начинаний своего царствования и спасения России.
В настоящей русской литературе, от гимназиста до ученого историка, нет человека, который не бросил бы своего камушка в Александра I за неправильные поступки его в этот период царствования.
«Он должен был поступить так то и так то. В таком случае он поступил хорошо, в таком дурно. Он прекрасно вел себя в начале царствования и во время 12 го года; но он поступил дурно, дав конституцию Польше, сделав Священный Союз, дав власть Аракчееву, поощряя Голицына и мистицизм, потом поощряя Шишкова и Фотия. Он сделал дурно, занимаясь фронтовой частью армии; он поступил дурно, раскассировав Семеновский полк, и т. д.».
Надо бы исписать десять листов для того, чтобы перечислить все те упреки, которые делают ему историки на основании того знания блага человечества, которым они обладают.
Что значат эти упреки?
Те самые поступки, за которые историки одобряют Александра I, – как то: либеральные начинания царствования, борьба с Наполеоном, твердость, выказанная им в 12 м году, и поход 13 го года, не вытекают ли из одних и тех же источников – условий крови, воспитания, жизни, сделавших личность Александра тем, чем она была, – из которых вытекают и те поступки, за которые историки порицают его, как то: Священный Союз, восстановление Польши, реакция 20 х годов?
В чем же состоит сущность этих упреков?
В том, что такое историческое лицо, как Александр I, лицо, стоявшее на высшей возможной ступени человеческой власти, как бы в фокусе ослепляющего света всех сосредоточивающихся на нем исторических лучей; лицо, подлежавшее тем сильнейшим в мире влияниям интриг, обманов, лести, самообольщения, которые неразлучны с властью; лицо, чувствовавшее на себе, всякую минуту своей жизни, ответственность за все совершавшееся в Европе, и лицо не выдуманное, а живое, как и каждый человек, с своими личными привычками, страстями, стремлениями к добру, красоте, истине, – что это лицо, пятьдесят лет тому назад, не то что не было добродетельно (за это историки не упрекают), а не имело тех воззрений на благо человечества, которые имеет теперь профессор, смолоду занимающийся наукой, то есть читанном книжек, лекций и списыванием этих книжек и лекций в одну тетрадку.