Фромология

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Фромоло́гия (от фр. fromage — «сыр») — коллекционирование этикеток от сыра. Более узкой разновидностью фромологии является тиросемиофилия (фр. tyrosemiophilie, tyrosemiophilе (от греч. tyro — «сыр» и греч. semeion — «знак») — коллекционирование только круглых этикеток, снимаемых с фанерных коробочек от французского сыра типа «Camembert» (камамбер). Иногда тиросемиофилией ошибочно называют коллекционирование любых этикеток от сыра. Этот вид коллекционирования особенно популярен во Франции.



История

Первая круглая этикетка сыра «камамбер» появилась на сыре «Сан Риваль» в 1887 году. На этикетках помещались самые разнообразные сюжеты. До 1950-х годов этикетки печатались литографическим способом, позднее — офсетной печатью.

Напишите отзыв о статье "Фромология"

Литература

[www.fromology.narod.ru/images/spbved.jpg История по камамберу]. // Санкт-Петербургские ведомости, 27 августа 1994.  (Проверено 30 марта 2009)

Ссылки

  • [www.fromology.narod.ru/ Виртуальная коллекция этикеток от плавленного сыра]  (Проверено 30 марта 2009)
  • [www.letyrosemiophile.com/ Веб-сайт клуба тиросемиофилов Франции «Тиросемиофил»]  (фр.)  (Проверено 30 марта 2009)


Отрывок, характеризующий Фромология

– Совсем не та, – говорил он.
– Что ж, подурнела?
– Напротив, но важность какая то. Княгиня! – сказал он ей шопотом.
– Да, да, да, – радостно говорила Наташа.
Наташа рассказала ему свой роман с князем Андреем, его приезд в Отрадное и показала его последнее письмо.
– Что ж ты рад? – спрашивала Наташа. – Я так теперь спокойна, счастлива.
– Очень рад, – отвечал Николай. – Он отличный человек. Что ж ты очень влюблена?
– Как тебе сказать, – отвечала Наташа, – я была влюблена в Бориса, в учителя, в Денисова, но это совсем не то. Мне покойно, твердо. Я знаю, что лучше его не бывает людей, и мне так спокойно, хорошо теперь. Совсем не так, как прежде…
Николай выразил Наташе свое неудовольствие о том, что свадьба была отложена на год; но Наташа с ожесточением напустилась на брата, доказывая ему, что это не могло быть иначе, что дурно бы было вступить в семью против воли отца, что она сама этого хотела.
– Ты совсем, совсем не понимаешь, – говорила она. Николай замолчал и согласился с нею.
Брат часто удивлялся глядя на нее. Совсем не было похоже, чтобы она была влюбленная невеста в разлуке с своим женихом. Она была ровна, спокойна, весела совершенно по прежнему. Николая это удивляло и даже заставляло недоверчиво смотреть на сватовство Болконского. Он не верил в то, что ее судьба уже решена, тем более, что он не видал с нею князя Андрея. Ему всё казалось, что что нибудь не то, в этом предполагаемом браке.