Фторид вольфрама(VI)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Фторид вольфрама(VI)
Tungsten-hexafluoride-3D-balls.png
Wolframhexafluorid.svg
Общие
Систематическое
наименование
Фторид вольфрама(VI)
Традиционные названия Фтористый вольфрам
Хим. формула WF6
Физические свойства
Состояние бесцветный газ или светло-жёлтая жидкость
Молярная масса 297,84 г/моль
Плотность газ 12,9 г/л
ж. 3,44
кр. 3,990 г/см³
Термические свойства
Т. плав. 0,5; 2,0; 2,5 °C
Т. кип. 17,3; 17,7; 19,5 °C
Мол. теплоёмк. 120,5 Дж/(моль·К)
Энтальпия образования -1721,5 кДж/моль
Химические свойства
Растворимость в фтористом водороде 13-5 г/100 мл
Классификация
Рег. номер CAS 7783-82-6
PubChem 522684
SMILES
Безопасность
ПДК 0,5 мг/м³
Приводятся данные для стандартных условий (25 °C, 100 кПа), если не указано иного.

Фторид вольфрама(VI) (гексафторид вольфрама) — неорганическое соединение, соль металла вольфрама и плавиковой кислоты с формулой WF6, бесцветный газ или светло-жёлтая жидкость, реагирует с водой.





Получение

  • Фторирование порошкообразного металлического вольфрама при комнатной температуре:
<math>\mathsf{W + 3F_2 \ \xrightarrow{}\ WF_6 }</math>
<math>\mathsf{WCl_6 + 6HF \ \xrightarrow{}\ WF_6 + 6HCl }</math>

Физические свойства

Фторид вольфрама(VI) при нормальных условиях — это бесцветный газ, дымящий и синеющий во влажном воздухе.

При незначительном охлаждении конденсируется в светло-жёлтую жидкость.

При температуре 2°С образует кристаллы кубической сингонии, параметры ячейки a = 0,628 нм, Z = 2, плотность 3,99 г/см³.

При температуре −8,5°С происходит фазовый переход в ромбическую сингонию, пространственная группа P nma, параметры ячейки a = 0,9603 нм, b = 0,8713 нм, c = 0,5044 нм, Z = 4, плотность 4,75 г/см³ (-183°С).

Реагирует с водой, хорошо растворяется в перфторциклопентане, бензоле, диоксане и жидком фтористом водороде. С HF образует азеотропную смесь.

При охлаждении бензольного раствора до −78°С выпадает аддукты вида WF6•C6H6.

Химические свойства

  • Фторид вольфрама(VI) химически очень активен, реагирует со стеклом и металлами, за исключением платины и золота.
  • Реагирует с водой:
<math>\mathsf{WF_6 + 3H_2O \ \xrightarrow{}\ WO_3 + 6HF }</math>
  • С фторидами щелочных металлов образует комплексные соли:
<math>\mathsf{WF_6 + NaF \ \xrightarrow{}\ Na[WF_7] }</math>
<math>\mathsf{WF_6 + 2KF \ \xrightarrow{}\ K_2[WF_8] }</math>

Применение

  • При нанесении покрытий из вольфрама.
  • Получение порошкообразного вольфрама.
  • Для разделения изотопов вольфрама.

Интересные сведения

Гексафторид вольфрама — самый тяжелый из известных газов при температуре +20 °C.

Напишите отзыв о статье "Фторид вольфрама(VI)"

Литература

  • Химическая энциклопедия / Редкол.: Кнунянц И.Л. и др.. — М.: Советская энциклопедия, 1988. — Т. 1. — 623 с.
  • Справочник химика / Редкол.: Никольский Б.П. и др.. — 3-е изд., испр. — Л.: Химия, 1971. — Т. 2. — 1168 с.
  • Рипан Р., Четяну И. Неорганическая химия. Химия металлов. — М.: Мир, 1972. — Т. 2. — 871 с.

См. также


Отрывок, характеризующий Фторид вольфрама(VI)

– Тебе что за дело? – крикнул граф. Наташа отошла к окну и задумалась.
– Папенька, Берг к нам приехал, – сказала она, глядя в окно.


Берг, зять Ростовых, был уже полковник с Владимиром и Анной на шее и занимал все то же покойное и приятное место помощника начальника штаба, помощника первого отделения начальника штаба второго корпуса.
Он 1 сентября приехал из армии в Москву.
Ему в Москве нечего было делать; но он заметил, что все из армии просились в Москву и что то там делали. Он счел тоже нужным отпроситься для домашних и семейных дел.
Берг, в своих аккуратных дрожечках на паре сытых саврасеньких, точно таких, какие были у одного князя, подъехал к дому своего тестя. Он внимательно посмотрел во двор на подводы и, входя на крыльцо, вынул чистый носовой платок и завязал узел.
Из передней Берг плывущим, нетерпеливым шагом вбежал в гостиную и обнял графа, поцеловал ручки у Наташи и Сони и поспешно спросил о здоровье мамаши.
– Какое теперь здоровье? Ну, рассказывай же, – сказал граф, – что войска? Отступают или будет еще сраженье?
– Один предвечный бог, папаша, – сказал Берг, – может решить судьбы отечества. Армия горит духом геройства, и теперь вожди, так сказать, собрались на совещание. Что будет, неизвестно. Но я вам скажу вообще, папаша, такого геройского духа, истинно древнего мужества российских войск, которое они – оно, – поправился он, – показали или выказали в этой битве 26 числа, нет никаких слов достойных, чтоб их описать… Я вам скажу, папаша (он ударил себя в грудь так же, как ударял себя один рассказывавший при нем генерал, хотя несколько поздно, потому что ударить себя в грудь надо было при слове «российское войско»), – я вам скажу откровенно, что мы, начальники, не только не должны были подгонять солдат или что нибудь такое, но мы насилу могли удерживать эти, эти… да, мужественные и древние подвиги, – сказал он скороговоркой. – Генерал Барклай до Толли жертвовал жизнью своей везде впереди войска, я вам скажу. Наш же корпус был поставлен на скате горы. Можете себе представить! – И тут Берг рассказал все, что он запомнил, из разных слышанных за это время рассказов. Наташа, не спуская взгляда, который смущал Берга, как будто отыскивая на его лице решения какого то вопроса, смотрела на него.
– Такое геройство вообще, каковое выказали российские воины, нельзя представить и достойно восхвалить! – сказал Берг, оглядываясь на Наташу и как бы желая ее задобрить, улыбаясь ей в ответ на ее упорный взгляд… – «Россия не в Москве, она в сердцах се сынов!» Так, папаша? – сказал Берг.
В это время из диванной, с усталым и недовольным видом, вышла графиня. Берг поспешно вскочил, поцеловал ручку графини, осведомился о ее здоровье и, выражая свое сочувствие покачиваньем головы, остановился подле нее.
– Да, мамаша, я вам истинно скажу, тяжелые и грустные времена для всякого русского. Но зачем же так беспокоиться? Вы еще успеете уехать…
– Я не понимаю, что делают люди, – сказала графиня, обращаясь к мужу, – мне сейчас сказали, что еще ничего не готово. Ведь надо же кому нибудь распорядиться. Вот и пожалеешь о Митеньке. Это конца не будет?
Граф хотел что то сказать, но, видимо, воздержался. Он встал с своего стула и пошел к двери.
Берг в это время, как бы для того, чтобы высморкаться, достал платок и, глядя на узелок, задумался, грустно и значительно покачивая головой.
– А у меня к вам, папаша, большая просьба, – сказал он.
– Гм?.. – сказал граф, останавливаясь.
– Еду я сейчас мимо Юсупова дома, – смеясь, сказал Берг. – Управляющий мне знакомый, выбежал и просит, не купите ли что нибудь. Я зашел, знаете, из любопытства, и там одна шифоньерочка и туалет. Вы знаете, как Верушка этого желала и как мы спорили об этом. (Берг невольно перешел в тон радости о своей благоустроенности, когда он начал говорить про шифоньерку и туалет.) И такая прелесть! выдвигается и с аглицким секретом, знаете? А Верочке давно хотелось. Так мне хочется ей сюрприз сделать. Я видел у вас так много этих мужиков на дворе. Дайте мне одного, пожалуйста, я ему хорошенько заплачу и…
Граф сморщился и заперхал.
– У графини просите, а я не распоряжаюсь.
– Ежели затруднительно, пожалуйста, не надо, – сказал Берг. – Мне для Верушки только очень бы хотелось.
– Ах, убирайтесь вы все к черту, к черту, к черту и к черту!.. – закричал старый граф. – Голова кругом идет. – И он вышел из комнаты.
Графиня заплакала.
– Да, да, маменька, очень тяжелые времена! – сказал Берг.
Наташа вышла вместе с отцом и, как будто с трудом соображая что то, сначала пошла за ним, а потом побежала вниз.
На крыльце стоял Петя, занимавшийся вооружением людей, которые ехали из Москвы. На дворе все так же стояли заложенные подводы. Две из них были развязаны, и на одну из них влезал офицер, поддерживаемый денщиком.
– Ты знаешь за что? – спросил Петя Наташу (Наташа поняла, что Петя разумел: за что поссорились отец с матерью). Она не отвечала.
– За то, что папенька хотел отдать все подводы под ранепых, – сказал Петя. – Мне Васильич сказал. По моему…
– По моему, – вдруг закричала почти Наташа, обращая свое озлобленное лицо к Пете, – по моему, это такая гадость, такая мерзость, такая… я не знаю! Разве мы немцы какие нибудь?.. – Горло ее задрожало от судорожных рыданий, и она, боясь ослабеть и выпустить даром заряд своей злобы, повернулась и стремительно бросилась по лестнице. Берг сидел подле графини и родственно почтительно утешал ее. Граф с трубкой в руках ходил по комнате, когда Наташа, с изуродованным злобой лицом, как буря ворвалась в комнату и быстрыми шагами подошла к матери.
– Это гадость! Это мерзость! – закричала она. – Это не может быть, чтобы вы приказали.
Берг и графиня недоумевающе и испуганно смотрели на нее. Граф остановился у окна, прислушиваясь.
– Маменька, это нельзя; посмотрите, что на дворе! – закричала она. – Они остаются!..
– Что с тобой? Кто они? Что тебе надо?
– Раненые, вот кто! Это нельзя, маменька; это ни на что не похоже… Нет, маменька, голубушка, это не то, простите, пожалуйста, голубушка… Маменька, ну что нам то, что мы увезем, вы посмотрите только, что на дворе… Маменька!.. Это не может быть!..
Граф стоял у окна и, не поворачивая лица, слушал слова Наташи. Вдруг он засопел носом и приблизил свое лицо к окну.