Галеви, Фроманталь

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Ф. Галеви»)
Перейти к: навигация, поиск
Фроманталь Галеви
Полное имя

Жак Франсуа Фроманталь Эли Галеви

Профессии

композитор

Награды

Римская премия

Жак Франсуа Фроманталь Эли Галеви (фр.  Jacques-François-Fromental-Élie Halévy; 27 мая 1799, Париж, Франция — 17 марта 1862, Ницца, Франция) — французский композитор, автор многих произведений, самое известное из которых — опера «Жидовка» (фр.  La Juive).





Ранние годы

Галеви был сыном парижского кантора и учителя древнееврейского языка. Брат Галеви, писатель и историк Леон Галеви[1], был отцом Людовика Галеви, либреттиста Жака Оффенбаха, автора либретто ко многим известным операм, включая «Кармен» Жоржа Бизе.

В возрасте девяти или десяти лет (сведения разнятся), Галеви поступил в Парижскую консерваторию. Там он стал учеником и впоследствии протеже Луиджи Керубини[2].

В 1819 г. он получает Римскую премию за кантату, а в возрасте 20 лет находится в центре внимания музыкального мира. В истории французской музыки он был одним из самых юных обладателей Римской премии.

Дальнейшая деятельность

С 1816 года преподавал в Парижской консерватории, с 1827 года  — профессор. Среди учеников — Шарль Гуно, Жорж Бизе, Камиль Сен-Санс, Антуан Мармонтель. В 1835 году у Галеви брал частные уроки композиции Жак Оффенбах.[3] Галеви состоял художественным руководителем парижского «Театр Итальен», затем Парижской оперы. Член Института Франции (с 1836), постоянный секретарь Академии изящных искусств (с 1854).

Умер Галеви в Ницце, оставив свою последнюю оперу, «Ной», незаконченной. Партитуру закончил его зять и ученик Жорж Бизе. Премьера состоялась через десять лет после смерти самого Бизе.

Семья

  • Отец — еврейский поэт и синагогальный кантор Эли Халфон Галеви (до 1807 года — Леви, англ., 17601826), баварского происхождения. Мать, урождённая Жули Мейер, была родом из-под Нанси.
  • Брат — французский историк, драматург и публицист Леон Галеви (англ., 18021883). С 1831 года был женат на Александрине Ле Бас, дочери известного архитектора Луи-Ипполита Ле Баса (англ., 17821867). Их сын — французский драматург и либреттист Людовик Галеви (18341908). Внуки — философ, историк и эссеист Эли Галеви (англ., 18701937), историк и эссеист Даниэль Галеви (англ., 18721962, друг и корреспондент Марселя Пруста) и журналист Люсьен Анатоль Прево-Парадоль (англ., 18291870)[4].
  • Жена (с 1842 года) — скульптор и коллекционер искусства Леони Галеви (урождённая Ханна Леони Родригес-Хенрикес, 18201884), из состоятельной и влиятельной сефардской семьи (её отец, Исаак Родригес-Хенрикес, 17691836, был банкиром из дома «Авраам Родригес и сыновья» в Бордо; мать — Эстер Градис, также происходила из семейства банкиров в Бордо; её старшая сестра Евгения Фоа, англ., 17961852, была известным литератором и детским автором).
  • Дочь — Женевьев Галеви (во втором браке с 1886 года — Женевьев Галеви Бизе Страус, 18491926) — с 1869 года была замужем за композитором Жоржем Бизе, а после его смерти содержала знаменитый салон на углу rue de Messine и Boulevard Haussmann.
  • Внук — Жак Бизе (18721922), названный в честь деда, был близким другом, одноклассником и конфидантом Марселя Пруста.
  • Дочь — Эстер Галеви (18431864), была музыкантом.

Произведения

Оперы

Самая известная опера Галеви, «Жидовка» (впервые поставлена в парижской Опере в 1835 году) выдержана в полном соответствии с канонами большой оперы. Всего Галеви написал около сорока опер, в большинстве своём комических, среди которых:

В других жанрах

Композитор писал также и балеты: премьера «Манон Леско[fr]» состоялась в театре Ле Пелетье 3 мая 1830 года (хореограф — Ж.-П. Омер).

В 1849 году Галеви написал кантату «Прометей прикованный» (фр. Prométhée enchaîné; либретто по Эсхилу), где в Хоре океанид экспериментировал с четвертитонами, которые, впрочем, не произвели на публику ожидаемого эффекта[5].

Напишите отзыв о статье "Галеви, Фроманталь"

Примечания

  1. Венгерова З. А. Галеви, Леон // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  2. Петухов М. О. Галеви, Якоб // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  3. Музыкальная энциклопедия. Оффенбах, Жак. — М.: Советская энциклопедия, Советский композитор. Под ред. Ю. В. Келдыша. 1973—1982
  4. С. Л. Галеви, Людовик // Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. — СПб., 1908—1913.
  5. Rheinisch F. Französische Vierteltonmusik in der Mitte des 19. Jhs. // Musikforschung 37 (1984), SS.117-122.

Ссылки

Отрывок, характеризующий Галеви, Фроманталь


Кутузов чрез своего лазутчика получил 1 го ноября известие, ставившее командуемую им армию почти в безвыходное положение. Лазутчик доносил, что французы в огромных силах, перейдя венский мост, направились на путь сообщения Кутузова с войсками, шедшими из России. Ежели бы Кутузов решился оставаться в Кремсе, то полуторастатысячная армия Наполеона отрезала бы его от всех сообщений, окружила бы его сорокатысячную изнуренную армию, и он находился бы в положении Мака под Ульмом. Ежели бы Кутузов решился оставить дорогу, ведшую на сообщения с войсками из России, то он должен был вступить без дороги в неизвестные края Богемских
гор, защищаясь от превосходного силами неприятеля, и оставить всякую надежду на сообщение с Буксгевденом. Ежели бы Кутузов решился отступать по дороге из Кремса в Ольмюц на соединение с войсками из России, то он рисковал быть предупрежденным на этой дороге французами, перешедшими мост в Вене, и таким образом быть принужденным принять сражение на походе, со всеми тяжестями и обозами, и имея дело с неприятелем, втрое превосходившим его и окружавшим его с двух сторон.
Кутузов избрал этот последний выход.
Французы, как доносил лазутчик, перейдя мост в Вене, усиленным маршем шли на Цнайм, лежавший на пути отступления Кутузова, впереди его более чем на сто верст. Достигнуть Цнайма прежде французов – значило получить большую надежду на спасение армии; дать французам предупредить себя в Цнайме – значило наверное подвергнуть всю армию позору, подобному ульмскому, или общей гибели. Но предупредить французов со всею армией было невозможно. Дорога французов от Вены до Цнайма была короче и лучше, чем дорога русских от Кремса до Цнайма.
В ночь получения известия Кутузов послал четырехтысячный авангард Багратиона направо горами с кремско цнаймской дороги на венско цнаймскую. Багратион должен был пройти без отдыха этот переход, остановиться лицом к Вене и задом к Цнайму, и ежели бы ему удалось предупредить французов, то он должен был задерживать их, сколько мог. Сам же Кутузов со всеми тяжестями тронулся к Цнайму.
Пройдя с голодными, разутыми солдатами, без дороги, по горам, в бурную ночь сорок пять верст, растеряв третью часть отсталыми, Багратион вышел в Голлабрун на венско цнаймскую дорогу несколькими часами прежде французов, подходивших к Голлабруну из Вены. Кутузову надо было итти еще целые сутки с своими обозами, чтобы достигнуть Цнайма, и потому, чтобы спасти армию, Багратион должен был с четырьмя тысячами голодных, измученных солдат удерживать в продолжение суток всю неприятельскую армию, встретившуюся с ним в Голлабруне, что было, очевидно, невозможно. Но странная судьба сделала невозможное возможным. Успех того обмана, который без боя отдал венский мост в руки французов, побудил Мюрата пытаться обмануть так же и Кутузова. Мюрат, встретив слабый отряд Багратиона на цнаймской дороге, подумал, что это была вся армия Кутузова. Чтобы несомненно раздавить эту армию, он поджидал отставшие по дороге из Вены войска и с этою целью предложил перемирие на три дня, с условием, чтобы те и другие войска не изменяли своих положений и не трогались с места. Мюрат уверял, что уже идут переговоры о мире и что потому, избегая бесполезного пролития крови, он предлагает перемирие. Австрийский генерал граф Ностиц, стоявший на аванпостах, поверил словам парламентера Мюрата и отступил, открыв отряд Багратиона. Другой парламентер поехал в русскую цепь объявить то же известие о мирных переговорах и предложить перемирие русским войскам на три дня. Багратион отвечал, что он не может принимать или не принимать перемирия, и с донесением о сделанном ему предложении послал к Кутузову своего адъютанта.
Перемирие для Кутузова было единственным средством выиграть время, дать отдохнуть измученному отряду Багратиона и пропустить обозы и тяжести (движение которых было скрыто от французов), хотя один лишний переход до Цнайма. Предложение перемирия давало единственную и неожиданную возможность спасти армию. Получив это известие, Кутузов немедленно послал состоявшего при нем генерал адъютанта Винценгероде в неприятельский лагерь. Винценгероде должен был не только принять перемирие, но и предложить условия капитуляции, а между тем Кутузов послал своих адъютантов назад торопить сколь возможно движение обозов всей армии по кремско цнаймской дороге. Измученный, голодный отряд Багратиона один должен был, прикрывая собой это движение обозов и всей армии, неподвижно оставаться перед неприятелем в восемь раз сильнейшим.
Ожидания Кутузова сбылись как относительно того, что предложения капитуляции, ни к чему не обязывающие, могли дать время пройти некоторой части обозов, так и относительно того, что ошибка Мюрата должна была открыться очень скоро. Как только Бонапарте, находившийся в Шенбрунне, в 25 верстах от Голлабруна, получил донесение Мюрата и проект перемирия и капитуляции, он увидел обман и написал следующее письмо к Мюрату:
Au prince Murat. Schoenbrunn, 25 brumaire en 1805 a huit heures du matin.
«II m'est impossible de trouver des termes pour vous exprimer mon mecontentement. Vous ne commandez que mon avant garde et vous n'avez pas le droit de faire d'armistice sans mon ordre. Vous me faites perdre le fruit d'une campagne. Rompez l'armistice sur le champ et Mariechez a l'ennemi. Vous lui ferez declarer,que le general qui a signe cette capitulation, n'avait pas le droit de le faire, qu'il n'y a que l'Empereur de Russie qui ait ce droit.
«Toutes les fois cependant que l'Empereur de Russie ratifierait la dite convention, je la ratifierai; mais ce n'est qu'une ruse.Mariechez, detruisez l'armee russe… vous etes en position de prendre son bagage et son artiller.
«L'aide de camp de l'Empereur de Russie est un… Les officiers ne sont rien quand ils n'ont pas de pouvoirs: celui ci n'en avait point… Les Autrichiens se sont laisse jouer pour le passage du pont de Vienne, vous vous laissez jouer par un aide de camp de l'Empereur. Napoleon».
[Принцу Мюрату. Шенбрюнн, 25 брюмера 1805 г. 8 часов утра.
Я не могу найти слов чтоб выразить вам мое неудовольствие. Вы командуете только моим авангардом и не имеете права делать перемирие без моего приказания. Вы заставляете меня потерять плоды целой кампании. Немедленно разорвите перемирие и идите против неприятеля. Вы объявите ему, что генерал, подписавший эту капитуляцию, не имел на это права, и никто не имеет, исключая лишь российского императора.
Впрочем, если российский император согласится на упомянутое условие, я тоже соглашусь; но это не что иное, как хитрость. Идите, уничтожьте русскую армию… Вы можете взять ее обозы и ее артиллерию.
Генерал адъютант российского императора обманщик… Офицеры ничего не значат, когда не имеют власти полномочия; он также не имеет его… Австрийцы дали себя обмануть при переходе венского моста, а вы даете себя обмануть адъютантам императора.
Наполеон.]
Адъютант Бонапарте во всю прыть лошади скакал с этим грозным письмом к Мюрату. Сам Бонапарте, не доверяя своим генералам, со всею гвардией двигался к полю сражения, боясь упустить готовую жертву, а 4.000 ный отряд Багратиона, весело раскладывая костры, сушился, обогревался, варил в первый раз после трех дней кашу, и никто из людей отряда не знал и не думал о том, что предстояло ему.


В четвертом часу вечера князь Андрей, настояв на своей просьбе у Кутузова, приехал в Грунт и явился к Багратиону.
Адъютант Бонапарте еще не приехал в отряд Мюрата, и сражение еще не начиналось. В отряде Багратиона ничего не знали об общем ходе дел, говорили о мире, но не верили в его возможность. Говорили о сражении и тоже не верили и в близость сражения. Багратион, зная Болконского за любимого и доверенного адъютанта, принял его с особенным начальническим отличием и снисхождением, объяснил ему, что, вероятно, нынче или завтра будет сражение, и предоставил ему полную свободу находиться при нем во время сражения или в ариергарде наблюдать за порядком отступления, «что тоже было очень важно».
– Впрочем, нынче, вероятно, дела не будет, – сказал Багратион, как бы успокоивая князя Андрея.
«Ежели это один из обыкновенных штабных франтиков, посылаемых для получения крестика, то он и в ариергарде получит награду, а ежели хочет со мной быть, пускай… пригодится, коли храбрый офицер», подумал Багратион. Князь Андрей ничего не ответив, попросил позволения князя объехать позицию и узнать расположение войск с тем, чтобы в случае поручения знать, куда ехать. Дежурный офицер отряда, мужчина красивый, щеголевато одетый и с алмазным перстнем на указательном пальце, дурно, но охотно говоривший по французски, вызвался проводить князя Андрея.
Со всех сторон виднелись мокрые, с грустными лицами офицеры, чего то как будто искавшие, и солдаты, тащившие из деревни двери, лавки и заборы.
– Вот не можем, князь, избавиться от этого народа, – сказал штаб офицер, указывая на этих людей. – Распускают командиры. А вот здесь, – он указал на раскинутую палатку маркитанта, – собьются и сидят. Нынче утром всех выгнал: посмотрите, опять полна. Надо подъехать, князь, пугнуть их. Одна минута.