Хобрехт, Артур

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Артур Хобрехт
нем. Arthur Hobrecht

Артур Генрих Лудольф Джонсон Хобрехт (нем. Arthur Heinrich Ludolf Johnson Hobrecht; 1824—1912) — прусский государственный деятель; член Национал-либеральной партии Германии.



Биография

Артур Хобрехт родился 14 августа 1824 года в Пруссии в Беренте (ныне Косьцежина) близ Данцига (ныне Гданьск, Польша) в семье помещика.

Служил в министерстве внутренних дел, с 1865 по 1878 год был членом палаты господ и в качестве обер-бургомистра Берлина (с 1872 года) обратил на себя внимание правительства своими административными способностями[1].

Назначенный в 1878 году на должность министра финансов, он уже в 1879 году, недовольный финансовыми планами Отто фон Бисмарка (именно в то время повернувшего в сторону протекционизма), вышел в отставку[1].

Как член прусского сейма (с 1880 года) и германского рейхстага (с 1881 года) А. Хобрехт являлся одним из лидеров национал-либеральной партии[1].

Артур Генрих Лудольф Джонсон Хобрехт умер 7 июля 1912 года и был похоронен в Берлине.

Помимо политической карьеры Хобрехт пробовал свои силы и на литературном поприще, он написал несколько новелл и исторических роман «Fritz Kannacher» (1885).

Напишите отзыв о статье "Хобрехт, Артур"

Примечания

  1. 1 2 3 Гобрехт, Артур // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.

Ссылки

  • [zhsf.gesis.org/ParlamentarierPortal/biorabkr_db/biorabkr_db.php?id=1058 Arthur Hobrecht // BIORAB Kaiserreich - Online].

Отрывок, характеризующий Хобрехт, Артур

– Кто тут ходит за больными? – спросил он фельдшера. В это время из соседней комнаты вышел фурштадский солдат, больничный служитель, и отбивая шаг вытянулся перед Ростовым.
– Здравия желаю, ваше высокоблагородие! – прокричал этот солдат, выкатывая глаза на Ростова и, очевидно, принимая его за больничное начальство.
– Убери же его, дай ему воды, – сказал Ростов, указывая на казака.
– Слушаю, ваше высокоблагородие, – с удовольствием проговорил солдат, еще старательнее выкатывая глаза и вытягиваясь, но не трогаясь с места.
– Нет, тут ничего не сделаешь, – подумал Ростов, опустив глаза, и хотел уже выходить, но с правой стороны он чувствовал устремленный на себя значительный взгляд и оглянулся на него. Почти в самом углу на шинели сидел с желтым, как скелет, худым, строгим лицом и небритой седой бородой, старый солдат и упорно смотрел на Ростова. С одной стороны, сосед старого солдата что то шептал ему, указывая на Ростова. Ростов понял, что старик намерен о чем то просить его. Он подошел ближе и увидал, что у старика была согнута только одна нога, а другой совсем не было выше колена. Другой сосед старика, неподвижно лежавший с закинутой головой, довольно далеко от него, был молодой солдат с восковой бледностью на курносом, покрытом еще веснушками, лице и с закаченными под веки глазами. Ростов поглядел на курносого солдата, и мороз пробежал по его спине.
– Да ведь этот, кажется… – обратился он к фельдшеру.
– Уж как просили, ваше благородие, – сказал старый солдат с дрожанием нижней челюсти. – Еще утром кончился. Ведь тоже люди, а не собаки…
– Сейчас пришлю, уберут, уберут, – поспешно сказал фельдшер. – Пожалуйте, ваше благородие.
– Пойдем, пойдем, – поспешно сказал Ростов, и опустив глаза, и сжавшись, стараясь пройти незамеченным сквозь строй этих укоризненных и завистливых глаз, устремленных на него, он вышел из комнаты.


Пройдя коридор, фельдшер ввел Ростова в офицерские палаты, состоявшие из трех, с растворенными дверями, комнат. В комнатах этих были кровати; раненые и больные офицеры лежали и сидели на них. Некоторые в больничных халатах ходили по комнатам. Первое лицо, встретившееся Ростову в офицерских палатах, был маленький, худой человечек без руки, в колпаке и больничном халате с закушенной трубочкой, ходивший в первой комнате. Ростов, вглядываясь в него, старался вспомнить, где он его видел.