Ходжалинская резня

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Ходжалинская резня

Памятник жертвам Ходжалинской резни в Баку
Тип

Массовое убийство мирных жителей

Причина

Штурм города Ходжалы армянскими вооружёнными формированиями

Место

Ходжалы

Страна

Азербайджан Азербайджан / НКР НКР

Дата

26 февраля 1992 года

Время

В ночь с 25 по 26 февраля

Погибших

не менее 161[1] (HRW)
485[2] (по данным расследования парламента Аз.Р., включая умерших от переохлаждения)
613[3] (Офиц. версия властей АР)

Пострадавших

487[3] (Офиц. версия властей АР)

Координаты: 39°55′37″ с. ш. 46°49′00″ в. д. / 39.926852° с. ш. 46.816692° в. д. / 39.926852; 46.816692 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=39.926852&mlon=46.816692&zoom=14 (O)] (Я)

Ходжали́нская резня́[4][5][6][7] (азерб. Xocalı soyqırımı) — массовое убийство жителей азербайджанского города Ходжалы армянскими вооружёнными формированиями[8][9][10][11], которое в ряде источников характеризуется как самое крупное и жестокое кровопролитие за время Карабахской войны[12][13]. В азербайджанских источниках эти события именуются Ходжалинской трагедией (азерб. Xocalı faciəsi)[14] или Ходжалинским геноцидом[15][16] (азерб. Xocalı soyqırımı), который представляется азербайджанской стороной как часть более общего 200-летнего геноцида азербайджанцев[17].

В ночь с 25 на 26 февраля 1992 года армянские вооружённые формирования, при участии некоторых военнослужащих 366-го полка Объединённых сил СНГ, дислоцированного в Степанакерте (как предполагается, действовавших без приказа командования[18][19][20][21]), заняли город Ходжалы. Во время штурма и после него были ранены, погибли и пропали без вести сотни мирных жителей.





Предыстория

Наступление армянских вооружённых формирований на населённый азербайджанцами город Ходжалы было предопределено стратегическим расположением города. Населённый пункт находится в 10 км к северо-востоку от Степанакерта, в районе Карабахского хребта. Через Ходжалы проходят дороги Агдам — Шуша, Аскеран — Степанакерт[22], и здесь же расположен аэропорт — единственный в Нагорном Карабахе, способный принимать крупные самолёты. Из Ходжалы, вплоть до его штурма, в течение нескольких месяцев производился интенсивный минометный обстрел Степанакерта[23]

Начиная с 1988 года Ходжалы неоднократно становился центром конфликтов между местными и республиканскими властями. Армянская сторона выступала против того, чтобы власти Азербайджана осуществляли там интенсивное строительство и размещали беженцев — азербайджанцев и турок-месхетинцев, считая это целенаправленными действиями по изменению демографической ситуации в регионе. Население посёлка, составлявшее в 1988 году 2135 человек, к 1991 году увеличилось до 6300 человек, в том числе и за счёт беженцев-азербайджанцев из Степанакерта и некоторых других населённых пунктов Нагорного Карабаха. В городе также были расселены 54 семьи турок-месхетинцев, бежавших от погромов из Ферганы (Узбекская ССР). Для обеспечения занятости резко увеличившегося населения в городе было развёрнуто строительство филиалов крупнейших промышленных предприятий Азербайджана, жилых зданий и других объектов бытового назначения[22]. В 1990 году Ходжалы получил статус города.

В Ходжалы располагалось подразделение ОМОН МВД Азербайджана, которое с 1990 года контролировало аэропорт. Имеются многочисленные свидетельства о насилии и издевательствах со стороны сотрудников ОМОН над пассажирами и лётчиками армянской национальности, пока аэропорт ещё функционировал[25]. С осени 1991 года Ходжалы был практически блокирован армянскими вооружёнными формированиями, а после вывода внутренних войск СССР из Нагорного Карабаха установилась полная блокада. С января 1992 года в Ходжалы не подавалась электроэнергия[25]. Часть жителей покинула блокированный город, однако полной эвакуации мирного населения, несмотря на настойчивые просьбы главы азербайджанской исполнительной власти Ходжалы Э. Мамедова, организовано не было[25].

В Ходжалы отсутствовали телефонная связь, электричество, отопление, водопроводная вода. С октября 1991 года единственным средством сообщения с внешним миром стали вертолёты[26][27]. К 13 февраля 1992 года, когда был выполнен последний рейс вертолёта в Ходжалы, оттуда в общей сложности эвакуировали менее 300 жителей.

Руководителем обороны города являлся Алиф Гаджиев. Под его руководством Ходжалы продержался несколько месяцев[24].

Российский правозащитный центр «Мемориал», который провёл собственное расследование обстоятельств трагедии, утверждает, что к началу штурма в городе находилось от 2 до 4 тыс. жителей, включая несколько сот защитников города: «Ходжалы защищали ополченцы, сотрудники ОМОН МВД Азербайджанской Республики и солдаты Национальной армии Азербайджана. По информации, полученной с обеих сторон, в городе находились 3 единицы бронетехники, а также установка „Алазань“. По утверждению армянской стороны, в Ходжалы находились также 2 реактивные установки залпового огня „Град[28]».

В течение зимних месяцев 1991-92 гг. Ходжалы находился под постоянным артиллерийским обстрелом. В основном обстрелы производились ночью. Международная правозащитная организация «Human Rights Watch» собрала свидетельства беженцев, показывающие, что некоторые обстрелы имели беспорядочный характер или были прямо направлены на гражданские объекты, что приводило к жертвам среди гражданского населения[27].

Штурм Ходжалы

Известие о штурме

Российский корреспондент Вадим Белых, находящийся во время конфликта на азербайджанской стороне, отмечал, что армяне сообщили о штурме Ходжалы ещё за месяц до начала операции. Однако азербайджанская сторона ничего не делала для того, чтобы вывести мирных жителей из города[29]. За несколько дней до штурма поселка армянская сторона по радиосвязи сообщала о предстоящей операции и просила вывести мирное население[25].

Операция

Как позднее рассказывал глава исполнительной власти Ходжалы Эльман Мамедов, 25 февраля в 20:30 поступило сообщение, что танки и БМП противника занимают боевые позиции вокруг города[30]. Около 23 часов ночи начался обстрел Ходжалы из тяжёлых артиллерийских орудий[31][32]. Вступление армянских пехотных отрядов в город происходило от 1 часа ночи до 4 часов утра. Последний очаг сопротивления защитников Ходжалы был подавлен к 7 часам утра[33]. Британский журналист Том де Ваал следующим образом описывает начало штурма:

Штурм начался в ночь с 25 на 26 февраля. Этот день был, вероятно, выбран в память об армянских погромах в Сумгаите, случившихся четырьмя годами ранее. Боевую поддержку армянам оказывала бронетехника 366-го полка Советской Армии. Они окружили Ходжалы с трех сторон, после чего армянские солдаты вошли в город и подавили сопротивление защитников[2].

Маркар и Сета Мелконян, брат и супруга Монте Мелконяна, который с начала февраля 1992 года был одним из руководителей армянских вооружённых отрядов в Карабахе (Мартунинский район), в своей книге «My Brother’s Road: An American’s Fateful Journey to Armenia» (2005 г.) также указывают на то, что наступление на Ходжалы было предпринято в годовщину событий в Сумгаите и могло рассматриваться как своего рода акт возмездия[34].

По свидетельству выживших жителей Ходжалы, во время штурма они пытались укрыться в подвалах жилых зданий и начали покидать город примерно в три часа ночи, откликнувшись на призывы со стороны сил самообороны[35]. В ходе штурма Ходжалы были убиты 7 армян, ещё 20 получили ранения[36]. По другой информации армянской стороны, они потеряли до 10-12 человек убитыми[33]. Что касается потерь среди защитников города, то согласно армянскому информагентству «Про-Армения», в бою у Ходжалы погибли от 30 до 40 азербайджанских солдат, свыше 100 были взяты в плен[37].

Часть населения вскоре после начала штурма стала покидать Ходжалы, пытаясь уйти в сторону Агдама. Как указано в отчёте правозащитной организации «Мемориал», люди уходили по двум направлениям:

  • с восточной окраины города на северо-восток вдоль русла реки, оставляя Аскеран слева (именно этот путь, как указывали армянские официальные лица, был оставлен в качестве «свободного коридора»);
  • с северной окраины города на северо-восток, оставляя Аскеран справа (по-видимому, по этому пути ушла меньшая часть беженцев).

По сообщению правозащитной организации «Мемориал», «в результате обстрела города неустановленное количество мирных жителей погибло на территории Ходжалы во время штурма. Армянская сторона практически отказалась предоставить информацию о количестве погибших таким образом людей».

Как сообщает «Мемориал», «большой поток жителей устремился из города вдоль русла реки (путь 1). В некоторых группах беженцев находились вооружённые люди из гарнизона города. Эти беженцы, идущие по „свободному коридору“, на территории, примыкающей к Агдамскому району Азербайджана, были обстреляны, в результате чего много людей погибло. Оставшиеся в живых беженцы рассеялись. Бегущие натыкались на армянские заставы и подвергались обстрелам. Часть беженцев всё же сумела пройти в Агдам; часть, в основном женщины и дети (точное количество установить невозможно), замёрзла во время скитаний по горам; часть, по показаниям прошедших в Агдам, была пленена у сел Пирджамал и Нахичеваник. Есть показания уже обменянных жителей Ходжалы, что некоторое количество плененных было расстреляно»[25].

Внешние изображения
Фотографии Виктории Ивлевой.
[www.fotosoyuz.ru/ru/catalog/picture/&frnepu=~Q0~98~Q0~92~Q0~9O~Q0~95~Q0~92~Q0~90~20~Q0~92~Q0~O8~Q0~ON~Q1~82~Q0~OR~Q1~80~Q0~O8~Q1~8S~20~Q1~85~Q0~OR~Q0~O4~Q0~O6~Q0~O0~Q0~OO~Q1~8O&cntvat_pheCntr=10&vqFrnepu=33674976?picid=fs-IVLEVAYORK-04/02/411.jpg&cat=&search= Убитые во время атаки армянских вооруженных формирований на улицах города Ходжалы женщины]
[www.fotosoyuz.ru/ru/catalog/picture/&frnepu=~Q0~98~Q0~92~Q0~9O~Q0~95~Q0~92~Q0~90~20~Q0~92~Q0~O8~Q0~ON~Q1~82~Q0~OR~Q1~80~Q0~O8~Q1~8S~20~Q1~85~Q0~OR~Q0~O4~Q0~O6~Q0~O0~Q0~OO~Q1~8O&cntvat_pheCntr=10&vqFrnepu=33674976?picid=fs-IVLEVAYORK-04/02/412.jpg&cat=&search= и дети]

По данным правозащитной организации «Human Rights Watch», которая также провела собственное расследование трагедии, по отступающему азербайджанскому ОМОНу и бежавшим жителям армянами и военнослужащими 366-го полка (по-видимому, действовавшими без приказа своих командиров[18]) был открыт огонь[38] в поле возле села Нахичеваник, которое тогда находилось под контролем армян[39]. Как сообщает «Human Rights Watch», «толпа жителей, сопровождаемая парой десятков отступающих защитников, бежала из города после того, как он перешёл к армянским вооружённым силам. Когда они приблизились к границе с Азербайджаном, они натолкнулись на армянский вооружённый пост и были жестоко расстреляны»[8]. Обстрелам подвергались также и группы беженцев, направившихся другой дорогой, по отношению к которой Аскеран находился справа[25]. По словам свидетелей, было уже достаточно светло для того, чтобы отличить вооружённых людей от мирных жителей. В то же время, никто из опрошенных свидетелей не знал о существовании коридора, по которому можно было бы покинуть город.

Расследование

28 февраля группа журналистов на двух вертолётах смогла добраться до места гибели азербайджанцев. Несмотря на прикрытие второго вертолёта, из-за сильного обстрела армянскими боевиками они смогли вывезти только четыре трупа. Российский телерепортёр Юрий Романов, вместе с азербайджанским журналистом Чингизом Мустафаевым, первым побывавший на месте трагедии, следующим образом вспоминал момент прибытия на место гибели мирных жителей:

Я выглядываю в круглое окошко (вертолёта) и буквально отшатываюсь от неправдоподобно страшной картины. На жёлтой траве предгорья, где в тени ещё дотаивают серые лепёшки снега, остатки зимних сугробов, лежат мёртвые люди. Вся эта громадная площадь до близкого горизонта усеяна трупами женщин, стариков, старух, мальчиков и девочек всех возрастов, от грудного младенца до подростка… Глаз вырывает из месива тел две фигурки — бабушки и маленькой девочки. Бабушка, с седой непокрытой головой, лежит лицом вниз рядом с крошечной девочкой в голубой курточке с капюшоном. Ноги у них почему-то связаны колючей проволокой, а у бабушки связаны ещё и руки. Обе застрелены в голову. Последним жестом маленькая, лет четырёх, девочка протягивает руки к убитой бабушке. Ошеломлённый, я даже не сразу вспоминаю о камере…[41]

В тот же день Томас Гольц сообщил в своей корреспонденции в «Washington Post» из Агдама, что больницы города заполнены беженцами. По словам свидетелей, опрошенных журналистом, во время штурма Ходжалы армянскими вооружёнными отрядами погибли сотни людей. Из семи погибших, которых Гольц увидел в больнице, двое были детьми, трое — женщинами. Гольц отметил, что одна из погибших была расстреляна, видимо, в упор, а у многих беженцев, по его словам, имеются множественные ножевые ранения[42]. Информацию о расстрелах в упор подтвердил также репортёр Би-би-си в утренних новостях. Он также сообщил о более чем ста трупах мужчин, женщин и детей, зарезанных армянами. По словам репортёра, видеооператор и другие западные журналисты рассказали о трупах женщин и детей, застреленных в голову[43][цитата не приведена 1888 дней].

2 марта на место трагедии смогла вылететь группа зарубежных и местных журналистов, среди которых был и Чингиз Мустафаев, который, как и 28 февраля, снимал увиденное на месте событий на видеокамеру[40]. Анатоль Ливен из лондонской «The Times» так описал увиденное на месте резни:

Две группы — видимо, две семьи, лежали рядом, — руки женщин пытаются прикрыть детей. У некоторых из них, включая маленькую девочку, были чудовищные раны на голове: фактически осталось только лицо. Выжившие рассказали, что армяне расстреливали их в упор, уже лежащих на земле[44].

По сообщению «The New York Times», фотограф агентства «Рейтер» Фредерика Лангень около Агдама видела два грузовика, заполненных трупами азербайджанцев. В одном из них она насчитала 35 трупов. Во втором было примерно столько же. По её словам, всё это были мужчины, причём некоторые с отрубленными головами либо сожжённые. Некоторые из них были в защитной униформе[45].

Корреспондент газеты «Известия» Вадим Белых рассказывал[46]:

«Время от времени в Агдам привозят обмененные на живых заложников тела своих погибших. Но в ночном кошмаре такого не привидится: выколотые глаза, отрезанные уши, снятые скальпы, отрубленные головы… Издевательствам предела нет.»

Свидетельство пилота вертолёта майора Леонида Кравца:

«26 февраля я вывозил из Степанакерта раненых и возвращался обратно через Аскеранские ворота. В глаза бросились какие-то яркие пятна на земле. Снизился, и тут мой бортмеханик закричал: „Смотрите, там женщины и дети“. Да я и сам уже видел около двухсот убитых, разбросанных по склону. Потом мы летали, чтобы забрать трупы. С нами был местный капитан милиции. Он увидел там своего четырёхлетнего сына с раздробленным черепом и тронулся рассудком. Изувеченные тела женщин, детей и стариков я видел повсюду[47]».

По данным американского журнала «Newsweek», многие были убиты с близкого расстояния при попытке бежать, у некоторых были обезображены лица[48][49].

По мнению обозревателя журнала «Time» Джилл Смолоу,

В простое объяснение, данное нападающими армянами, которые настаивают, что безвинные люди были убиты не специально, совсем не верится[50]

Российский телеоператор Юрий Романов описывает шестилетнюю девочку-ходжалинку, глаза которой были выжжены сигаретными окурками[41].

Хелен Уомак, журналист британской газеты «The Independent», сообщала с мест событий:

Когда вечером во вторник я прибыла в Агдам, я видела 75 свежих могил на одном из кладбищ и четыре изувеченных трупа в мечети. В полевом госпитале, устроенном в вагонах на железнодорожной станции, я также видела женщин и детей с пулевыми ранениями[51].

Журналист Фрэнсис Клайнс, находясь в Агдаме, приводил в «The New York Times» свидетельство выжившего мальчика:

«Они пришли в наш дом и сказали нам, бегите, либо сгорите заживо», — рассказал Ахмед Мамедов, 11-летний беженец из Ходжалы, раненный в руку. «Они ломали всё вокруг и бросили гранату, которая ранила моего старшего брата и маму. Я видел, как Натаван Усубова погибла со своей матерью от другой гранаты», — говорил он, имея в виду 4-летнюю девочку[52].

Как сообщает в своем докладе «Мемориал»:

официальные представители НКР и члены армянских вооружённых отрядов объясняли гибель мирных жителей в зоне «свободного коридора» тем, что вместе с беженцами уходили вооружённые люди, которые стреляли по армянским заставам, вызывая ответный огонь, а также попыткой прорыва со стороны основных азербайджанских сил. По словам членов армянских вооруженных отрядов, азербайджанскими формированиями со стороны Агдама была предпринята попытка вооружённого прорыва по направлению «свободного коридора». В момент, когда армянские заставы отбивали атаку, к ним в тыл подошли первые группы беженцев из Ходжалы. Вооружённые люди, находящиеся среди беженцев, открыли огонь по армянским заставам. Во время боя был уничтожен один пост (2 человека убиты, 10 человек ранены), однако бойцы другого поста, о существовании которого не подозревали азербайджанцы, с близкого расстояния открыли огонь по людям, идущим из Ходжалы. По показаниям беженцев из Ходжалы (в том числе и опубликованным в прессе), вооружённые люди, идущие в потоке беженцев, вступали в перестрелки с армянскими заставами, но каждый раз стрельбу начинала первой армянская сторона.

По утверждению официальных лиц НКР, для выхода мирного населения из Ходжалы был оставлен «свободный коридор», который начинался у восточной окраины города, проходил вдоль русла реки и шёл на северо-восток, ведя в сторону Агдама и оставляя Аскеран слева. Ширина коридора составляла 100—200, а местами до 300 м. По мирным жителям и членам военных формирований, выходящим без оружия и находящимся в пределах данного «коридора», члены армянских вооружённых формирований обещали не вести огонь.

По словам официальных должностных лиц НКР и участников штурма, население Ходжалы в начале штурма было извещено о наличии такого «коридора» при помощи громкоговорителей, установленных на бронетранспортёрах. Однако лица, сообщившие эту информацию, не исключали, что большая часть населения Ходжалы могла не услышать сообщения о «свободном коридоре» из-за стрельбы и малой мощности громкоговорителей.

Должностные лица НКР сообщили также, что за несколько дней до штурма с вертолётов над Ходжалы разбрасывались листовки, обращённые к населению Ходжалы, с призывом воспользоваться «свободным коридором». Однако в подтверждение этого наблюдателям «Мемориала» не было предоставлено ни одного экземпляра такой листовки. В Ходжалы наблюдателями «Мемориала» также не было обнаружено никаких следов подобных листовок. Опрошенные беженцы из Ходжалы сообщили, что о таких листовках ничего не слышали.

В Агдаме и Баку наблюдателями «Мемориала» было опрошено 60 человек, бежавших из Ходжалы во время штурма города. Лишь один человек из опрошенных сообщил, что он знал о существовании «свободного коридора» (ему сообщил об этом «военный» из ходжалинского гарнизона). Ничего о «свободном коридоре» не слышали и те из задержанных жителей Ходжалы, с которыми наблюдатели «Мемориала» беседовали в присутствии депутата Р. Айрикяна в ИВС Степанакерта.

За несколько дней до штурма представители армянской стороны неоднократно, используя радиосвязь, сообщали властям Ходжалы о предстоящем штурме и призывали их немедленно полностью вывести население из города. То, что эта информация была получена азербайджанской стороной и передана в Баку, подтверждено в публикациях бакинских газет («Бакинский рабочий»).

На существование «коридора» указывают и цитировавшиеся в газете «Русская мысль» от 3.04.92 г. слова ходжалинского главы исполнительной власти Эльмана Мамедова: «Мы знали, что этот коридор предназначен для выхода мирного населения…»

Декларированное предоставление «свободного коридора» для выхода населения из Ходжалы можно расценивать либо как преднамеренные действия должностных лиц НКР по «очищению» города от его жителей, либо как признание властями НКР того, что они не в состоянии обеспечить мирному населению на подконтрольной им территории соблюдение прав человека независимо от принадлежности его к той или иной национальности.

Информация о наличии «свободного коридора» не была доведена до сведения основной массы жителей Ходжалы.[25]

Международная правозащитная организация «Human Rights Watch» назвала трагедию в Ходжалы «самой большой резнёй за время конфликта». По мнению этой организации, армянские формирования несут прямую ответственность за гибель гражданских лиц.

4 марта два видеосюжета, снятых Чингизом Мустафаевым 28 февраля и 2 марта на месте массового убийства, на которых были показаны десятки расстрелянных и обезображенных детей, женщин и стариков, были показаны в постоянном представительстве Азербайджана в Москве[40].

Данные о числе жертв

По официальным данным расследования, предпринятого азербайджанским парламентом, в результате этой трагедии погибло (включая замёрзших в пути) 485 человек. По мнению Тома де Ваала, эти данные наиболее достоверны[2].

«Мемориал» сообщает, что

«в течение четырёх дней в Агдам было вывезено около 200 тел. Несколько десятков трупов имели следы глумления. Врачами санитарного поезда г. Агдама зафиксировано не менее четырёх скальпированных тел, одно тело с отрезанной головой. В Агдаме была проведена государственная судебно-медицинская экспертиза 181 тела (130 мужского пола, 51 женского пола, в том числе 13 детей); из заключений экспертов следует, что причиной смерти 151 человека были пулевые ранения, 20 человек — осколочные ранения, 10 человек — удары тупым предметом. Кроме того судмедэкспертиза ряда тел, доставленных из района Ходжалы, была произведена в Баку

Помимо тех, кто получил огнестрельные ранения, десятки людей погибли от холода и обморожения в лесах. Более тысячи жителей Ходжалы были взяты в плен, среди них и несколько десятков турок-месхетинцев, беженцев из Средней Азии. По официальным данным азербайджанских властей, в результате этой трагедии погибло (включая замёрзших в пути) 613 человек, из них 63 ребёнка, 106 женщин, 70 стариков. 8 семей было уничтожено полностью. 487 человек, включая 76 детей, было ранено, 150 человек пропало без вести, 1275 человек побывало в заложниках[53]. По данным правоохранительных органов НКР, число погибших по дороге в Агдам около 200 человек, из которых 40 солдаты азербайджанской армии[54].

По мнению Тома де Ваала, даже принимая в расчёт, что здесь учтены не только погибшие в перестрелке, но и умершие от переохлаждения, эта огромная цифра затмевает данные о потерях за всю историю войны в Нагорном Карабахе. Ответная стрельба азербайджанцев была незначительной и никоим образом не может служить оправданием хладнокровного убийства в открытом поле сотен беспомощных мирных жителей, в том числе и детей[2].

Данные о числе заложников

Как сообщает «Мемориал», по сведениям, полученным от обеих сторон, к 28 марта 1992 г. азербайджанской стороне было передано свыше 700 пленных жителей Ходжалы, задержанных как в самом городе, так и по пути в Агдам. Основную массу среди них составляли женщины и дети[9].

Согласно показаниям жителей Ходжалы, женщины, дети, так же как и мужчины, содержались в качестве «обменного материала». Эти показания подтверждаются личными наблюдениями представителей «Мемориала»: на 13 марта в г. Аскеран ещё находились в качестве заложников жители Ходжалы, в том числе женщины и молодые девушки. Имеются достоверные свидетельства о том, что женщины насильственно удерживались в Аскеране и позднее этой даты (28 марта)[9].

В письме азербайджанского правительства на имя Генерального секретаря ООН в 1994 году был приведён список из 82 азербайджанских детей, взятых в заложники армянскими военными, в том числе 19 детей в Ходжалы[55]. Следует также отметить, что согласно председателю НС НКР Артуру Мкртчяну, на момент штурма в заложниках в городе находились армянские женщины и дети, из которых 34 человека были уведены отступавшими подразделениями азербайджанской армии в неизвестном направлении[37][54].

Захват и удерживание в качестве «заложников» мирных жителей Ходжалы, в том числе женщин, находится в явном противоречии с декларированной властями НКР готовностью безвозмездно передать азербайджанской стороне всех мирных жителей Ходжалы. Условия содержания «заложников» были крайне неудовлетворительны, имело место насилие над удерживаемыми жителями Ходжалы. По показаниям взятых в плен и затем обменянных жителей и защитников Ходжалы, мужчины подвергались избиениям. В большинстве показаний отмечалось, что женщин и детей, в отличие от мужчин, не трогали. Однако иногда имели место случаи изнасилований[9]. Согласно российской журналистке Виктории Ивелевой, находящейся в зоне конфликта, армяне относились к пленным по человечески. Детям пленных были привезены теплые вещи[56].

Участие военнослужащих 366-го мотострелкового полка в боевых действиях

Начиная с 1985 года в Степанакерте был расквартирован 366-й гвардейский мотострелковый полк расположенной в Шамхоре 23-й гвардейской мотострелковой дивизии в начале 4-й армии СССР, а позже войск СНГ. После вывода внутренних войск СССР из Нагорного Карабаха, 366-й полк вместе с батальоном химической защиты оставались единственными боевыми подразделениями бывших союзных войск в регионе[33]. По данным ряда сторонних источников, отдельные военнослужащие 366-го полка принимали участие во взятии Ходжалы; при этом отмечается, что, предположительно, они действовали без приказа командования[18][19][21]. По свидетельству солдат-срочнослужащих, дезертировавших из воинской части и перебежавших в Ходжалы ещё до трагических событий, боевая техника из состава полка и ранее использовалась в обстрелах азербайджанских сёл[30]. Позже выяснилось, что отдельные офицеры, прапорщики и солдаты 366-го полка принимали участие в боевых действиях, как на стороне армян, так и на стороне азербайджанцев[57].

Факт участия военнослужащих 366-го полка в штурме Ходжалы был отмечен в докладах нескольких правозащитных организаций. Так, в отчёте «Мемориала» практически все беженцы свидетельствовали об участии военнослужащих 366-го полка в штурме города, причем некоторые из них даже входили в город[25].

Однако, по утверждению армянской стороны, в штурме участвовали только боевые машины полка с экипажами, которые обстреливали город перед штурмом, причём участие военнослужащих в боевых действиях не было санкционировано письменным приказом командования полка[25].

Согласно отчёту «Хьюман Райтс Вотч», армянские вооружённые формирования, штурмовавшие Ходжалы, умышленно игнорировали ограничение права на нападение, предписываемое обычным правом[18].

Хотя вначале пресс-центр ОВС СНГ категорически опровергал сообщения об участии 366-го полка в боевых действиях[58], 11 марта 1992 года газета «Красная Звезда» подтвердила факт участия военнослужащих 366-го полка в боевых действиях:

несмотря на категорические приказы командования округа, некоторые военнослужащие 366-го мсп всё же принимали участие на стороне карабахцев в боевых действиях под Ходжалы в двадцатых числах февраля. По крайней мере зафиксировано два таких случая. А при эвакуации личного состава полка десантники на выбор проверили несколько военнослужащих и обнаружили у них большие суммы денег, в том числе и в иностранной валюте[19]

Левон Мелик-Шахназарян, занимавший в момент произошедших событий должность председателя постоянной комиссии ВС НКР по внешним сношениям и являвшийся членом Президиума ВС НКР, в одной из своих книг отрицает факт участия военнослужащих 366-го полка в боевых действиях. По его словам, в этом просто не было необходимости. По утверждению Мелик-Шахназаряна, армянские вооружённые силы имели на тот момент достаточно военной техники для проведения операции[59].

В обращении Национального совета Верховного совета Азербайджанской Республики к парламентам государств мира утверждалось, что военнослужащие 366-го полка принимали участие во взятии Ходжалы в соответствии с полученным от командира полка приказом[60][61].

Юрий Гирченко, служивший в начале 1992 года в 97-м отдельном инженерно-сапёрном батальоне, расквартированном в Агдаме, отмечает, что в штурме принимали участие военнослужащие 366-го полка, в основном армянской национальности:

Командир второго батальона, почти все офицеры, а также все прапорщики в батальоне были армянами. В эту ночь они собрали всех солдат-армян в полку, а также несколько добровольцев других национальностей, и по предварительной договоренности с руководителями Национально-освободительной Армии Арцаха приступили к совместному штурму Ходжалы[62].

Журналист Томас де Ваал отмечает, что «после той позорной роли, которую сыграл 366-й полк при взятии Ходжалы, из Москвы поступил приказ вывести его из Карабаха»[2]. В первых числах марта личный состав был эвакуирован переброшенными в регион десантниками по воздуху на базу ЗакВО в Вазиани (Грузия)[58][63]. 10 марта 1992 года полк был расформирован[2].

Около ста военнослужащих полка, однако, остались в военном городке в Степанакерте[64], в их числе и командир 2-го мсб майор Сейран Оганян (впоследствии вступивший в один из отрядов карабахских сил самообороны, занимавший должность министра обороны в непризнанной Нагорно-Карабахской Республике, а ныне занимающий пост министра обороны Республики Армения)[65].

Согласно информации газеты «Красная Звезда»:

заместитель командующего войсками ЗакВО генерал-лейтенант Суфиян Беппаев сказал нашему корреспонденту, что командир полка подполковник Юрий Зарвигоров направил в район сосредоточения все три батальона, хотя ему было приказано вывести только 1-й мсб. Но докладывал он в штаб округа, что вывел только один батальон. Генерал-лейтенант назвал эти действия самоуправством, которое дорого стоило. Вскоре все батальоны были блокированы боевиками из карабахских сил самообороны. Беппаев отрицательно охарактеризовал Зарвигорова, который к тому же сейчас «отказывается служить и будет, по всей вероятности, уволен из армии»[66].

Сообщается, что с целью завладения вооружением мотострелкового полка армянская сторона захватила в заложники 10 офицеров полка. Через 4 дня они были выпущены.[67]

Реакция на произошедшее

Реакция Аяза Муталибова

В интервью чешской журналистке Дане Мазаловой (опубликовано в «Независимой газете» 2 апреля 1992 года) ушедший к тому времени в отставку президент Азербайджана Аяз Муталибов возложил ответственность за преступление на неназванные силы, добивающиеся его отставки. По мнению Томаса де Ваала, таким образом Муталибов пытался приуменьшить свою вину за неспособность защитить город[2]. Это интервью широко цитировалось в Армении:

Вопрос. Что вы думаете о событиях в Ходжалы, после которых вы ушли в отставку? Трупы ходжалинцев были найдены недалеко от Агдама. Кто-то сначала стрелял в ноги, чтобы они не могли уйти дальше. Потом добивали топором. 29 февраля мои коллеги снимали их. Во время съемок 2 марта эти же трупы были скальпированы. Какая-то странная игра…

Ответ. Как говорят те ходжалинцы, которые спаслись, это всё было организовано для того, чтобы был повод для моей отставки. Какая-та сила действовала для дискредитации президента. Я не думаю, чтобы армяне, очень чётко и со знанием дела относящиеся к подобным ситуациям, могли позволить азербайджанцам получить разоблачающие их в фашистских действиях документы. Можно предположить, что кто-то был заинтересован в том, чтобы потом показать эти кадры на сессии ВС и всё сфокусировать на моей персоне…[68]
В 2005 году утверждение о частичной ответственности антимуталибовского Народного фронта Азербайджана за жертвы Ходжалинской резни повторил в своей статье азербайджанский журналист Эйнулла Фатуллаев:
Ознакомившись с географической местностью, с полной убежденностью, могу сказать, что домыслы об отсутствии армянского коридора лишены оснований. Коридор действительно был, иначе полностью окружённые и изолированные от внешнего мира ходжалинцы никак не смогли бы прорвать кольца и выйти из окружения. Но, преодолев местность за рекой Кар-Кар, вереница беженцев разделилась, и почему-то часть ходжалинцев направилась в сторону Нахичеваника. Похоже, что батальоны НФА стремились не к освобождению ходжалинцев, а к большей крови на пути к свержению А.Муталибова[69].

Однако в интервью 2006 года Муталибов отверг утверждения о том, что он обвинял в произошедшем «неназванную силу». В интервью агентству «Регнум» он обвинил Дану Мазалову в переиначивании некоторых его высказываний в погоне за сенсациями и с целью получения преимуществ в информационной войне. Обвинения в адрес Народного фронта Азербайджана, озвученные в интервью в «Независимой Газете», Муталибов также опроверг. По его словам, не было связи между произошедшим и НФА — последний всего лишь сфокусировал своими действиями всё общественное недовольство на персоне экс-президента[70]

На сайте «Голос Армении» в марте 2010 года было опубликовано интервью чешской журналистки Даны Мазаловой, утверждавшей, что существуют сотрудники «Независимой газеты», слышавшие запись, и сама запись, доказывающая, что Муталибов говорил о наличии гуманитарного коридора для выхода мирных жителей [71].

В интервью азербайджанскому информационному агентству Vesti.az 14 мая 2010 года Муталибов вновь отрицал, что он говорил Мазаловой, что вина за трагедию лежит на азербайджанской стороне. Согласно Муталибову, он говорил только о том, что НФА воспользовался тем, что произошло в Ходжалы. Экс-президент Азербайджана ещё раз опроверг утверждения Даны Мазаловой и дополнительно сообщил, что именно он организовал вылет журналистов на место трагедии и вывоз тел погибших:[72]

Я немедленно связался с тогдашним председателем Верховного совета НКАО Артуром Мкртчяном и открыто заявил ему, что даже в Великую Отечественную войну фашисты себе не позволяли того, что сотворили вы в Ходжалы. «Да что вы? Кто вам такое сказал? Мы три дня назад предоставили им коридор, чтобы ходжалинцы ушли. Часть из них осталась, мы их кормим, хотя и самим не хватает пропитания», — всплеснул руками Мкртчян[72].

Как сообщил в сентябре 2009 года в интервью азербайджанской службе «Радио Свобода» председатель парламентской комиссии по расследованию Ходжалинской резни депутат Милли Меджлиса Азербайджана Рамиз Фаталиев, 22-го февраля, за 4 дня до Ходжалинской трагедии, под председательством президента республики Аяза Муталибова прошло заседание Совета безопасности с участием премьер-министра, главы КГБ и других официальных лиц. По словам Фаталиева, на заседании пришли к общему мнению, что вывод населения из Ходжалы армянская сторона может принять за основание захватить город, что спровоцировало бы сдачу Ходжалы[73].

Дело Эйнуллы Фатуллаева

В 2005 году азербайджанский журналист Эйнулла Фатуллаев, главный редактор газет «Реальный Азербайджан» и «Гюнделик Азербайджан» (Ежедневный Азербайджан), совершил поездку в Армению и Карабах, по результатам которой в газете «Реальный Азербайджан» был опубликован цикл статей «Карабахский дневник», в котором он заявил об убеждённости в том, что коридор для беженцев действительно существовал, иначе ходжалинцы не смогли бы выйти из окружения, однако за рекой Кар-Кар часть ходжалинцев направилась в сторону Нахичеваника. Фатуллаев предположил, что к этому мог быть причастен НФА, стремившийся свергнуть Муталибова.

В 2007 году по иску главы Центра защиты прав беженцев и вынужденных переселенцев Татьяны Чаладзе[74] Фатуллаев был привлечён к суду в связи с тем, что опубликовал мнение одного из армянских офицеров, утверждавшего о наличии коридора для беженцев из Ходжалы. Фатуллаев был также обвинён в том, что утверждал на одном из интернет-форумов, что некоторые из беженцев подверглись обстрелу с азербайджанских позиций[75]

Фатуллаев отрицал авторство высказываний на интернет-форуме и заявил, что «он или кто-либо из работников редакции никогда не высказывал мысль, что трагедия в Ходжалы была сотворена руками не армян, а самих азербайджанцев»[76]. Суд Ясамальского района Баку признал Эйнуллу Фатуллаева виновным в клевете и оскорблении по делу о приписываемой ему интернет-публикации. Международные правозащитные организации и азербайджанские правозащитники считают Эйнуллу Фатуллаева политическим заключённым[77][78][79].

В 2007 году Эйнулла Фатуллаев подал иск в Европейский суд по правам человека. В своих показаниях суду журналист отметил, что он всего лишь попытался донести до читателей в Азербайджане мнение армянского населения Нагорного Карабаха[80] и что «Карабахский дневник» является статьёй, написанной в стиле репортажа, просто передающего увиденное и услышанное им. В части фактических событий Ходжалинской резни суд по правам человека отметил отсутствие ясности в некоторых вопросах, к числу которых суд отнес существование безопасного коридора для гражданских лиц, роль и ответственность властей Азербайджана, а также влияние внутриполитической борьбы в Азербайджане на оборону Ходжалы[81].

Реакция армянской стороны

Верховный Совет НКР выступил с заявлением, где выразил сожаление по поводу гибели мирных жителей при взятии Ходжалы[9][82]: «Обосновывая жизненную важность и необходимость степанакертского аэропорта для НКР, Президиум ВС выражает сожаление по поводу того, что при взятии этого аэропорта, рядом с которым находился посёлок Ходжалы, погибли мирные жители, и выражает соболезнование их родственникам»[82]. Однако, по сообщению «Мемориала», «никаких попыток расследования преступлений, связанных с взятием Ходжалы, предпринято не было. В беседах с наблюдателями „Мемориала“ официальные должностные лица не отрицали, что при взятии Ходжалы могли иметь место зверства, так как среди членов армянских вооружённых отрядов есть озлобленные люди, чьи родственники были убиты азербайджанцами, а также лица с уголовным прошлым»[9]. Маркар Мелконян (англ.), описывающий в книге «My Brother’s Road: An American’s Fateful Journey to Armenia (англ.)» (2005) участие своего брата Монте Мелконяна в Карабахской войне, указывает на особую роль, которую сыграли в этих событиях члены армянского добровольческого отряда «Арабо», проявлявшие не только смелость в бою, но и чрезмерную жестокость по отношению к пленным. По его словам, именно боевики «Арабо» добивали кинжалами азербайджанских беженцев из Ходжалы[83].

Некоторые армянские официальные лица, ссылаясь на интервью Муталибова, опубликованное в апреле 1992 года в «Независимой газете», пытались возложить ответственность за гибель мирных людей на самих же азербайджанцев[84][85]. Это вызвало гневную реакцию Муталибова, который назвал подобные попытки «подлостью, не имеющей аналогии в мире»[86]. Подобные же обвинения в адрес азербайджанской стороны со ссылками на Муталибова, «Human Rights Watch» и «Мемориал» содержались в письме, распространённом в ООН МИД Армении. В письме также содержалось утверждение, что азербайджанцы сами стреляли в жителей, которые пытались покинуть Ходжалы[87]. В письме министру иностранных дел Армении исполнительный директор «Human Rights Watch» Холли Картнер выразила удивление подобной интерпретацией докладов HRW и «Мемориала» и заявила, что возлагает прямую ответственность за гибель мирных жителей на «карабахские армянские силы»[88].

По сведениям азербайджанских СМИ, некоторые армянские правозащитники публично попросили извинения перед азербайджанцами за резню в Ходжалы, в их числе Карен Огаджанян[89] и президент Хельсинкской ассоциации Армении по правам человека Микаэл Даниэлян[90].

Том де Ваал цитирует Сержа Саргсяна, бывшего министра обороны и премьер-министра, а ныне президента Армении:

Когда армянского военачальника Сержа Саркисяна попросили рассказать о взятии Ходжалы, он осторожно ответил: «Мы предпочитаем об этом вслух не говорить». Что касается числа жертв, то, по его словам, «многое было преувеличено», да и убегавшие азербайджанцы оказали вооруженное сопротивление. Однако по поводу происшедших событий Саркисян высказался честнее и более жестко:

«Но я думаю, что главный вопрос был совсем в другом. До Ходжалы азербайджанцы думали, что с нами можно шутки шутить, они думали, что армяне не способны поднять руку на гражданское население. Мы сумели сломать этот [стереотип]. Вот что произошло. И надо ещё принимать во внимание, что среди тех мальчиков были люди, бежавшие из Баку и Сумгаита»[91]

По мнению де Ваала, «оценка Саркисяна заставляет под другим углом взглянуть на самую жестокую бойню карабахской войны. Не исключено, что эти массовые убийства явились, пусть хотя бы и отчасти, преднамеренным актом устрашения». Впоследствии, однако, британский журналист выразил в этом сомнение, заявив следующее: «Я не думаю, что это было преднамеренно. Я думаю, что в любой войне события происходят очень быстро, спонтанно. Но, все-таки, интересно, как толковали. Конечно, надо ещё раз посмотреть на текст, но я не считаю, что это была преднамеренная акция, одобренная сверху, я думаю, что это была война, это была очень хаотичная ситуация»[92].

Генеральный директор Института исследования Центральной Азии и Кавказа Университета Джона Хопкинса (США) Сванте Корнелл указывает, что после Ходжалинской трагедии азербайджанские мирные жители покидали свои дома при первом приближении армянских войск в страхе перед повторением бойни, и предполагает, что одной из целей Ходжалинской резни было создание именно такого страха, что было очень эффективно для очистки территории азербайджанских регионов от населения[93].

Утверждения Даны Мазаловой

В рядах атакующих находилась российская фотожурналистка Виктория Ивлева, оказавшаяся в Ходжалы утром 26 февраля, когда там ещё оставались очаги сопротивления защитников города. Находясь в Ходжалы, она сделала несколько фотографий, которые были опубликовала в газете Московские новости. Тогда же Ивлева рассказывала: «Утром я оказалась в Ходжалы. Село горело. Трупы на улицах. Сама я насчитала семерых убитых, один в милицейской форме. Потом мы сами попали под автоматные очереди. Стреляли засевшие в одном из домов азербайджанские омоновцы. Бой возле этого дома продолжался до вечера и закончился для армянской стороны двумя убитыми и несколькими ранеными. Что стало с омоновцами: погибли они или смогли в сумерках уйти — я не знаю. Солдат 366-го мотострелкового полка я во время штурма Ходжалы не видела. Но армейскую бронетехнику и артобстрел, предшествовавший наступлению, наблюдала собственными глазами»[56].

В 2003 году чешская журналистка Дана Мазалова в интервью «РИА Новости Армения» заявила, что штурмовавшие город армяне оставили мирным жителям коридор для безопасного выхода из зоны военных действий и что по этому коридору вместе с мирными жителями и защитниками города, якобы, прошла также Виктория Ивлева, «которая не только осталась жива, но и опубликовала свои кадры этих событий в газете „Московские новости“»[94]. Сама Ивлева в интервью азербайджанскому информационному агентству «1News» в феврале 2011 года сказала, что имя Даны Мазаловой ей ничего не говорит и что Мазалова лжёт, утверждая о присутствии Ивлевой в Ходжалы во время штурма и о том, что она вместе с жителями города, якобы, покинула Ходжалы по оставленному гуманитарному коридору, — на самом деле Ивлева посетила Ходжалы уже после его штурма армянскими отрядами, и именно к этому времени относятся её фотокадры[95][96].

В марте 2010 года Дана Мазалова объявила на пресс-конференции в Ереване, что представляемые азербайджанской стороной кадры, якобы снятые Чингизом Мустафаевым, на самом деле являются фальсификацией. Мазалова утверждает, что она была лично знакома с Мустафаевым и видела его снимки, на которых не было обезображенных тел[71][97].

Международно-правовая оценка и реакция

По заключению правозащитной организации «Мемориал», действия армянских вооружённых формирований грубо противоречили Женевской конвенции, Всеобщей декларации прав человека (ст. 2, 3, 5, 9 и 17) и «Декларации о защите женщин и детей в чрезвычайных обстоятельствах и в период вооружённых конфликтов»[33].

По мнению авторов специального исследования, ряд канадских и других западных средств массовой информации пытался приуменьшить масштабы трагедии и значимость события, в котором жертвами стали мусульмане. Так, во время освещения событий, в которых жертвами были армяне, журналисты, как правило, подчеркивали религиозную принадлежность армян и азербайджанцев, однако при освещении событий в Ходжалы религиозный аспект всячески замалчивался, данные о количестве жертв назывались неясными, отрицанию произошедшего армянской стороной давалось предпочтение, а в редакторских колонках старались не комментировать резню, к которой относились как к событию второстепенной важности и обычно освещали в самом конце статей[98].

26 апреля 2001 года, в письменной декларации № 324, 30 членов Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) из Албании (2 членов), Азербайджана (8 членов), Болгарии (1 член), Великобритании (3 членов), Люксембурга (1 член), Македонии (1 член), Норвегии (1 член), Польши (1 член) и Турции (12 членов) заявили, что «26 февраля 1992 года армяне вырезали население Ходжалы и полностью уничтожили город», и обратились к Ассамблее с призывом признать «геноцид, проводимый армянами против азербайджанского населения с начала 19-го века»[99][100].

8 мая 2008 года председателем российского представительства Фонда Гейдара Алиева была инициирована международная информационно-агитационная кампания «Справедливость для Ходжалы». Акции фонда были проведены во многих городах мира, включая офисы международных организаций, в том числе и штаб-квартиру ООН в Женеве[101][102].

В 2010 году парламентская ассамблея Организации Исламская конференция приняла документ, согласно которому парламентам 51-го государства было рекомендовано признать Ходжалинскую трагедию преступлением против человечности[103].

28 января 2013 года Сенат штата Нью-Мексико принял резолюцию в память о жертвах Ходжалинской трагедии[104].

Признание в качестве геноцида

Начиная с 2002 года, беженцы из Ходжалы ежегодно направляют воззвания к ООН, Совету Европы и ОБСЕ по «Ходжалинскому геноциду»[105][106][107][108][109].

26 февраля 2007 г. парламент Азербайджана единогласно принял обращение к международным организациям, парламентам и правительствам стран мира с призывом признать Ходжалинскую трагедию актом геноцида против азербайджанского народа[110].

Каждый год во многих странах мира проходят мероприятия, посвящённые Ходжалинской резне[111][112][113].

В 2012 году комитет по международным отношениям верхней палаты пакистанского парламента, в состав которого входят представители всех 12 политических партий, представленных в Сенате, единогласно принял резолюцию, признающую Ходжалинскую резню геноцидом. По словам председателя комитета Салима Сейфулла Хана, согласно парламентской практике Пакистана, резолюция, принятая комитетом палаты единогласно, рассматривается как резолюция всего Сената[114][115].

В 2015 году конгресс Гватемалы признал Ходжалинскую резню геноцидом[116].

Последствия

Журналист Том де Ваал описывал последствия событий в Ходжалы в своей книге «Чёрный сад»:

Массовые убийства в Ходжалы спровоцировали кризис в Баку. Азербайджанцы обвиняли правительство в неспособности защитить город. Сотни людей, для которых события в Карабахе до сих пор были чем-то далёким, записывались добровольцами на войну. Обвинений было много, в том числе, например, почему не была предпринята попытка прорыва блокады. Салман Абасов, выживший после событий в Ходжалы, позднее жаловался:

«За несколько дней до тех трагических событий армяне много раз предупреждали нас по радио, что собираются захватить город, и призывали нас уйти. Долгое время в Ходжалы летали вертолеты, и было непонятно, думал ли кто-нибудь о нашей судьбе, проявлял ли интерес к нам. Мы не получили практически никакой помощи. Более того, когда была возможность вывезти наших женщин, детей и стариков, нас уговорили этого не делать»…

6 марта, после выдвинутого оппозицией ультиматума, Муталибов подал в отставку[91]

Ходжалинская резня стала самым массовым, согласно Human Rights Watch, и самым жестоким, по мнению Тома де Ваала, кровопролитием в ходе конфликта вокруг Нагорного Карабаха[13][117]. По словам следователя по делам о тяжких преступлениях Военной прокуратуры Азербайджанской Республики Мехмана Поладова, следствие по данному преступлению продолжается. Во время брифинга 22 февраля 2012 года он также заявил, что, согласно материалам следствия, было изгнано с мест постоянного проживания 5379 человек. 613 человек, включая 63 ребёнка и 106 женщин, были убиты. 8 семей было уничтожено полностью. 1275 человек было взято в плен либо в заложники. Из пленных о судьбе 150 человек, в том числе 68 женщин и 26 детей, до сих пор ничего не известно. По словам Поладова, по этому делу было опрошено более 3000 свидетелей и проведено более 800 экспертиз. В результате была доказана вина 39 человек, в том числе 18 военнослужащих 366-го мотострелкового полка Министерства обороны СССР, 8 сотрудников органов внутренних дел СССР (по Степанакерту и Аскерану). Эти лица объявлены в розыск. Согласно результатам экспертизы, Азербайджанской Республике и её гражданам был нанесён ущерб в размере 150 млн манат[118].

Память

В Азербайджане памятники жертвам Ходжалинской резни установлены в Баку, в таких городах как Закаталы[119], Ленкорань[120], а также в посёлке Шаумяновск (Ашагы-Агджакенд), где временно проживают беженцы из Ходжалы[121].

Азербайджанская община Чехии заявила, что, по её мнению, судьба Ходжалы похожа на судьбу чешского города Лидице, который в 1942 году был полностью уничтожен немецкими войсками. В 2007 году азербайджанская организация «AZER-CECH» провела в Лидице мероприятия в память жертв Ходжалинских событий[122]. На следующий год в мероприятии было запланировано участие чешских официальных лиц, но после протеста МИД Армении МИД Чехии дистанцировался от азербайджанских мероприятий и чешские официальные лица не приняли в них участия. Глава мемориала «Лидице» Милош Червенцл заявил: «Мы с уважением относимся к обеим сторонам, и мемориалу Лидице не к лицу решать политические вопросы — кто жертва, а кто виновник конфликта. Мы просто хотели почтить память невинных жертв среди мирного населения, как это делается и во время других подобных мероприятий»[122][123]. Согласно азербайджанской стороне, в Лидице появилась улица Ходжалы и Лидице и Ходжалы стали побратимами[124][125][126][127][128], однако мэр Лидице Вероника Келерова опровергла эту информацию[129].

В 2008 году памятник жертвам трагедии, по инициативе азербайджанской диаспоры, и при поддержке посольства Азербайджана, Госкомитета Азербайджана по работе с проживающими за рубежом азербайджанцами и Фонда Гейдара Алиева, был установлен в Гааге (Нидерланды).

30 мая 2011 года в Берлине на территории читального сада библиотеки имени Готфрида Бенна в административном округе Штеглиц-Целендорф состоялось открытие памятника, посвящённого жертвам Ходжалинской резни[130][131]. На церемонии открытия присутствовали официальные лица округа и Азербайджана[132]. 25 февраля 2012 года память жертв Ходжалинской резни почтили на открытии парка и мемориала Ходжалы в столице Боснии и Герцеговины Сараево[133]. В феврале 2014 года памятник жертвам Ходжалинской резни был установлен в Турции, в городе Ушак[134][135]. 27 марта этого же года в Анкаре состоялось открытие комплекса «Памятник Ходжалы и музей Ходжалы», построенного в районе Кызылджахамам по инициативе посольства Азербайджана в Турции[136].

26 февраля 2012 года в связи с 20-летней годовщиной Ходжалинской резни в Стамбуле прошёл митинг под лозунгом «Все мы ходжалинцы»[137]. В митинге приняли участие более 10 тыс. человек, включая приехавших на автобусах из Азербайджана и со всей Турции специально для участия в митинге. Значительную часть участников, по свидетельствам журналистов, представляли турецкие ультранационалисты; к протесту также присоединилось молодёжное крыло Партии национального действия[138]. Некоторые присутствовавшие на митинге западные журналисты — в частности, Гийом Перье, корреспондент Le Monde — были поражены его националистическим характером и лозунгами. Некоторые лозунги восхваляли убийц турецкого журналиста армянского происхождения Гранта Динка[139]. По мнению журналистов, годовщину Ходжалинской резни использовали как предлог для антиармянских выступлений. Согласно Перье, митинг проходил при поддержке и финансировании МИД Турции[140].

В этот же день в Баку более 60 тыс. человек вышли на траурный митинг по случаю 20-летней годовщины Ходжалинской резни. Шествие, участники которого направились к памятнику жертвам трагедии, возглавил президент страны Ильхам Алиев[141][142].

Памятник в Мехико

22 августа 2012 года в центре Мехико (столица Мексики) площадь «Тлакскоаке» (англ.) после реконструкции за счёт Азербайджана была переименована в «Тлакскоаке Ходжалы» (исп. Plaza Tlaxcoaque «Jodyali»)[143]. На площади был воздвигнут памятник жертвам Ходжалинской резни, высотой 3,60 м[144] в женской форме мира и победы[145] представляющий собой женщину, оплакивающую смерть своих детей[144] . На постаменте написано слово «Ходжалы» («Jodyali»)[145] , ниже события квалифицированы как «геноцид».

На церемонии открытия памятника приняли участии заместитель премьер-министра Азербайджана Али Гасанов, посол Азербайджана в Мексике Ильгар Мухтаров, мэр города Мехико Марсело Эбрард (англ.), сенаторы и депутаты Мексики[146]. Также на бульваре Пасео-де-ля-реформа был возведён монумент Гейдару Алиеву, который характеризуется как «великий политик» и «основатель демократического Азербайджана». Установка этих памятников вызвала протесты со стороны мексиканских интеллектуалов[147][148][149][150]. Столкнувшись с протесами мэр Мехико Марсело Эбрард был вынужден создать комиссию по определению дальнейшей судьбы этих памятников[151][152][153][154]. Директор мексиканского «Музея памяти и толерантности» Якобо Даян отметил, что использование термина «геноцид» при описании событий в Ходжалы неприемлемо [148]. Эту точку зрения поддержал и известный мексиканский историк Жан Мейер[es], заявивший что рядом с памятником жертвам Ходжалы должен быть и памятник убитым в Азербайджане армянам[147].

23 ноября 2012 года специальная городская комиссия Мехико вынесла рекомендации по демонтажу памятнику Алиеву и переименованию площади Ходжалы в честь мексиканских жертв полицейского произвола, а также отметила что термин «геноцид» вводит в заблуждение[155][156]. Посол Азербайджана в Мексике, Ильгар Мухтаров интерпретировал эти события, как инспирированные правительством Армении и армянской диаспорой[157] и отрицательно высказался о критике, в частности известного мексиканского ученого армянского происхождения, бывшего ректора Национального автономного университета Мексики, Хосе Сарухана, направленной против установки памятников[158]. Комментируя заявление Мухтарова, генеральный секретарь палаты депутатов парламента Мексики Фернадо Серрано Мигальон высказал удивление аргументацией Мухтарова, сводящей суть проблемы к этническому происхождению оппонента, и расценил эти аргументы как невежественные предрассудки[159]. Под влиянием протестов общественности были удалены памятник Гейдару Алиеву на Пасео-де-ля-реформа и слово «геноцид» с памятника на площади «Тлакскоаке»[160].

В кинематографе

Документальные фильмы

  • 2011 — Беженец: история жизни Анара Усубова (реж. Джем Огуз)[161]
  • 2012 — Бесконечный коридор (реж. Ричардас Лопайтис)[162]
  • 2012 — Между голодом и огнём. Власть ценою жизней

Художественные фильмы

В музыке

Напишите отзыв о статье "Ходжалинская резня"

Примечания

  1. [www.hrw.org/reports/1993/WR93/Hsw-07.htm «Human Rights Watch Всемирный доклад от 1993 г. — The Former Soviet Union»] (англ.). Международная правозащитная организация Human Rights Watch. Проверено 4 августа 2012. [www.webcitation.org/69yoNlLdi Архивировано из первоисточника 17 августа 2012].
  2. 1 2 3 4 5 6 7 [news.bbc.co.uk/hi/russian/in_depth/newsid_4673000/4673953.stm Том де Ваал. Чёрный сад] (Глава 11. Август 1991 — май 1992 гг.)
  3. 1 2 По официальным данным азербайджанских властей. См. [www.unhchr.ch/Huridocda/Huridoca.nsf/0/7c3561e40d2d3d07c1256bae00447b7f?Opendocument Letter dated 23 April 2002 from the Chargé d’affaires a.i. of the Permanent Mission of Azerbaijan to the United Nations Office at Geneva addressed to the Chairperson of the Commission on Human Rights]
  4. Human Rights Watch/Helsinki. [books.google.com/books?id=eDTuxhmqzSkC&printsec=frontcover&dq=isbn+1564321428&source=bl&ots=ZbtFKxqHT4&sig=ojm_XexX3zZimN14cdvL14j6Sqw&hl=ru&ei=svCVS7KqHpbKmgOi_Zy-Cw&sa=X&oi=book_result&ct=result&resnum=1&ved=0CA4Q6AEwAA#v=onepage&q=&f=false Azerbaijan: Seven Years of Conflict in Nagorno-Karabakh]. — 1994. — С. 5. — ISBN 1564321428, 9781564321428.  (англ.)

    Четыре основных события характеризуют войну в 1992 году: резня сотен мирных азербайджанцев в Ходжалы (НКАО), осуществленная карабахскими силами с предполагаемой поддержкой 366 полка российской армии…

  5. [www.time.com/time/magazine/article/0,9171,975096,00.html Журнал «Time». Tragedy Massacre in Khojaly. 16 марта 1992 г.]
    While the details are disputed, this much is plain: something grim and unconscionable happened in the Azerbaijani town of Khojaly two weeks ago. So far, some 200 dead Azerbaijanis, many of them mutilated, have been transported out of the town tucked inside the Armenian-dominated enclave of Nagorno-Karabakh for burial in neighboring Azerbaijan. The total number of dead — the Azerbaijanis claim 1,324 civilians were slaughtered, most of them women and children — is unknown.
  6. [www.nytimes.com/1992/03/03/world/massacre-by-armenians-being-reported.html The New York Times. Massacre by Armenians Being Reported. 3 марта 1992 г.]

    Fresh evidence emerged today of a massacre of civilians by Armenian militants in Nagorno-Karabakh, a predominantly Armenian enclave of Azerbaijan.

  7. Nagormo-Karabagh. Ethnic Conflict in the Post-Soviet World: Case Studies and Analysis. — M.E. Sharpe, 1998. — С. 233. — 365 с. — ISBN 1563247410, 9781563247415.  (англ.)

    В феврале 1992 года армянские силы при поддержке 399-го мотострелкового полка бывшего МВД СССР напали на Ходжалы. Несколько сотен мирных жителей были убиты как в самом Ходжалы, так и вдоль «свободного коридора», ведущего через горы…

  8. 1 2 [www.hrw.org/reports/1993/WR93/Hsw-07.htm Human Rights Watch World Report 1993 — The Former Soviet Union.]  (англ.)

    Большая колонна жителей, сопровождаемая несколькими десятками отступающих боевиков, бежала из города после того, как он был захвачен армянскими отрядами. На пути к границе с Азербайджаном они натолкнулись на армянский вооружённый пост и были жестоко расстреляны.

  9. 1 2 3 4 5 6 [www.memo.ru/hr/hotpoints/karabah/HOJALY/Chapter1.htm#_VPID_5 Доклад правозащитного центра «Мемориал» о массовых нарушениях прав человека, связанных с занятием населенного пункта Ходжалы в ночь с 25 на 26 февраля 1992 г. вооружёнными формированиями — Судьба жителей Ходжалы]
    Спасавшиеся бегством натыкались на армянские заставы и подвергались обстрелам.
  10. [www.ng.ru/ideas/2009-02-26/7_karabah.html Трагедия Ходжалы касается Москвы. Александр Караваев — политолог]
    армянские вооружённые формирования при поддержке боевой техники и личного состава 366-го мотострелкового полка ВС бывшего СССР осуществили нападение на Ходжалы. В результате обстрела жилых кварталов и гражданского коридора для беженцев погибли 613 мирных жителей города, включая женщин и детей, а также умерших от обморожения при бегстве.
  11. Martin Tamcke. [books.google.com/books?id=Uh5LDeJ7-vYC&source=gbs_navlinks_s Koexistenz und Konfrontation: Beiträge zur jüngeren Geschichte und Gegenwartslage der orientalischen Christen]. — Hamburg, Germany: LIT Verlag, 2003. — С. 311-312. — 453 с. — ISBN 3825868192.
  12. Human Rights Watch / Helsinki. Azerbaijan: Seven Years of Conflict in Nagorno-Karabakh. — New York • Washington • Los Angeles • London • Brussels, 1994. — С. 6. — ISBN 1-56432-142-8.  (англ.)

    Более 200 жителей было убито в ходе нападения — самого крупного на сегодняшний день кровопролития в ходе конфликта.

  13. 1 2 [news.bbc.co.uk/hi/russian/in_depth/newsid_4673000/4673953.stm Томас де Ваал. Чёрный сад. Между миром и войной. Глава 11. Август 1991 — май 1992 гг. Начало войны.]
    Оценка Саркисяна заставляет под другим углом взглянуть на самую жестокую бойню карабахской войны. Не исключено, что эти массовые убийства явились, пусть хотя бы и отчасти, преднамеренным актом устрашения.
  14. [www.human.gov.az/?sehife=etrafli&dil=en&sid=MTc0ODE4MTExMTQ5OTI5OA== State Commission on prisoners of war, hostages and missing persons — Khojaly genocide]
  15. [www.un.int/azerbaijan/pdf/pressr/2012/khojaly_press_release_2012.pdf KHOJALY GENOCIDE — 20th ANNIVERSARY. Mission of Azerbaijan to the United Nations. Press Release 26 February 2012. Special Issue]  (англ.)
  16. [www.azeri.ru/az/karabakh/genocid_v_khojaly/== Сайт Азербайджанской диаспоры в России — ГЕНОЦИД В ХОДЖАЛЫ — одно из самых чудовищных преступлений ХХ века]
  17. Указ Президента Азербайджанской Республики о геноциде азербайджанцев. 26 марта 1998 года // Управление делами Президента Азербайджанской республики. Президентская библиотека. [files.preslib.az/projects/azerbaijan/rus/gl3.pdf История Азербайджана]. Стр. 185—188. «В феврале 1992 года армяне учинили невиданную расправу над населением города Ходжалы. Эта кровавая трагедия, вошедшая в нашу историю как Ходжалинский геноцид, завершилась истреблением тысяч азербайджанцев, их пленением, город был стерт с лица земли»
  18. 1 2 3 4 Human Rights Watch. [books.google.com/books?id=ywAU3VomIpkC&pg=PA24 Bloodshed in the Caucasus: Escalation of the Armed Conflict in Nagorno Karabakh]. — С. 24. — ISBN 1564320812.  (англ.)

    Обстоятельства нападения у Нахичеваника на людей, спасавшихся из Ходжалы, показывают, что армянские силы и военнослужащие 366-го полка СНГ (которые, очевидно, действовали не по приказу своих командиров) умышленно проигнорировали это установленное обычным правом ограничение на нападение.

  19. 1 2 3 Красная звезда, 11.03.92. Карабах: война до победного конца?
    несмотря на категорические приказы командования округа, некоторые военнослужащие 366-го мсп всё же принимали участие на стороне карабахцев в боевых действиях под Ходжалы в двадцатых числах февраля. По крайней мере зафиксировано два таких случая. А при эвакуации личного состава полка десантники на выбор проверили несколько военнослужащих и обнаружили у них большие суммы денег, в том числе и в иностранной валюте.
  20. [www.memo.ru/hr/hotpoints/karabah/HOJALY/CHAPTER1.HTM Доклад правозащитного центра «Мемориал» о массовых нарушениях прав человека, связанных с занятием населённого пункта Ходжалы в ночь с 25 на 26 февраля 1992 г. вооруженными формированиями]
    По сведениям, полученным от армянской стороны в штурме города принимали участие боевые машины 366 полка с экипажами, обстреливавшие Ходжалы, но не входившие непосредственно в город. По утверждению армянской стороны, участие военнослужащих в боевых действиях не было санкционировано письменным приказом командования полка.
  21. 1 2 [lib.ru/MEMUARY/KARABAH/karabah.txt Юрий Гирченко. Армия Государства, Которого Нет.]
    Командование полка не знало о происходящем.
  22. 1 2 [www.guseynov.lv/Khodzhali_Genocide.pdf Шариф Гусейнов — «Ходжалинский геноцид азербайджанцев»]
  23. Bill Frelick / Faultlines of Nationality Conflict: Refugees and Displaced Persons From Armenia and Azerbaijan / International Journal of Refugee Law Vol. 6 No. 4 - Oxford University Press 1994 - рp.594
  24. 1 2 «Alef Hajiev, the militia leader, helped Hodjali cling on for a few months with little food, no gas, no electricity and firefights around a contracting perimeter.» — Hugh Pope. Sons of the conquerors: the rise of the Turkic world. — New York: The Overlook Press, 2006. — P. 59, ISBN 1-58567-804-X
  25. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [www.memo.ru/hr/hotpoints/karabah/Hojaly/index.htm Доклад правозащитного центра «Мемориал» о событиях в Ходжалы]
  26. Thomas Goltz. Azerbaijan Diary: A Rogue Reporter’s Adventures in an Oil-Rich, War-Torn, Post-Soviet Republic. — M.E. Sharpe, 1999. — P. 119. — Цит. по: [news.bbc.co.uk/hi/russian/in_depth/newsid_4673000/4673953.stm Том де Ваал. Чёрный сад] (Глава 11. Август 1991 — май 1992 гг. Начало войны)
  27. 1 2 Human Rights Watch / Rachel Denber, Robert K. Goldman. [books.google.com/books?id=ywAU3VomIpkC&source=gbs_navlinks_s Bloodshed in the Caucasus: escalation of the armed conflict in Nagorno Karabakh]. — New York, USA: Human Rights Watch, 1992. — С. 84. — ISBN 1564320812.
  28. [www.memo.ru/hr/hotpoints/karabah/Hojaly/index.htm ДОКЛАД ПРАВОЗАЩИТНОГО ЦЕНТРА «МЕМОРИАЛ»] (рус.), Мемориал.
  29. Вадим Белых Нагорный Карабах: обыкновенный ужас войны // Известия. — 13.03.1992. — № 62. — С. 7.
  30. 1 2 Васиф Самедов, Сергей Таранов Баку сообщает о трагедии в Ходжалы. Ереван считает штурм города военным успехом // Известия. — 03.03.1992. — № 53 (23627). — С. 2.
  31. Jonathan Lyons. [www.heraldscotland.com Armenians take Azeri stronghold in Karabakh]. — 27-02-1992. — «The Herald (Glasgow)», 1992. — С. 4. (англ.)
  32. John Gray. Armenians overrun Azeri town Hundreds flee homes as artillery shells pound enclave's capital in retaliation. — 27-02-1992. — «The Globe and Mail (Canada)», 1992. (англ.)
  33. 1 2 3 4 [www.memo.ru/hr/hotpoints/karabah/Hojaly/index.htm ДОКЛАД ПРАВОЗАЩИТНОГО ЦЕНТРА «МЕМОРИАЛ» О МАССОВЫХ НАРУШЕНИЯХ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА, СВЯЗАННЫХ С ЗАНЯТИЕМ НАСЕЛЕННОГО ПУНКТА ХОДЖАЛЫ В НОЧЬ С 25 НА 26 ФЕВРАЛЯ 1992 г. ВООРУЖЕННЫМИ ФОРМИРОВАНИЯМИ] (рус.), Мемориал.
  34. Markar Melkonian. My Brother’s Road: An American’s Fateful Journey to Armenia. Pages 213—214. I. B. Tauris, London, 2005 ISBN 1-85043-635-5
  35. Human Rights Watch, Rachel Denber, Robert K. Goldman. [books.google.az/books?id=ywAU3VomIpkC&pg=PA20&lpg=PA20&dq=khojaly&source=bl&ots=WV_xfcgTaI&sig=tnAZnrQw-sYpNlinhSXPe80Apik&hl=ru&sa=X&ei=o1IJUIG7B8qZmQXokf2ACg&redir_esc=y#v=onepage&q=khojaly&f=false Bloodshed in the Caucasus: Escalation of the Armed Conflict in Nagorno Karabakh]. — 1992. — С. 21. — 84 с. — ISBN 1564321428, 9781564321428.  (англ.)

    Большинство жителей Ходжалы оставались в городе примерно до 3 часов ночи. Некоторые нашли убежище в подвалах своих частных домов, ещё около 300 жителей, как сообщается, укрылись в подвале школы. По словам некоторых, они решили уходить из города в три часа ночи, откликнувшись на призывы со стороны сил самообороны Ходжалы…

  36. Лиана Минасян, Армен Ханбабян Бои в Карабахе продолжаются. В Азербайджане назревает кризис власти // Независимая газета. — 28.02.1992. — № 40 (211). — С. 1.
  37. 1 2 Сергей Таранов Нагорный Карабах: по обе стороны конфликта // Известия. — 04.03.1992. — № 54 (23628). — С. 2.
  38. Human Rights Watch. Bloodshed in the Caucasus: Escalation of the Armed Conflict in Nagorno Karabakh. — С. 21. — ISBN 1564320812.  (англ.)
    У Нахичеваника армяне и военнослужащие 366-го полка СНГ открыли огонь по отступающему ОМОНу и бежавшим жителям.
  39. Human Rights Watch. Bloodshed in the Caucasus: Escalation of the Armed Conflict in Nagorno Karabakh. — С. 21. — ISBN 1564320812.  (англ.)
    Большинство жителей Ходжалы двинулись по дороге, которая вела через мелкую реку, через горы и, незадолго до рассвета, вышли к открытому полю у деревни Нахичеваник, которая в то время находилась под контролем армян.
  40. 1 2 3 Сергей Таранов. Нагорный Карабах: Солдаты и офицеры армии СНГ воюют по обе стороны конфликта // Известия : газета. — 4 марта 1992. — № 54 (23628). — С. 1.
  41. 1 2 Романов Ю. В. [www.library.cjes.ru/online/?a=con&b_id=25&c_id=428 "Я снимаю войну...". Школа выживания]. — Права человека, 2001.
  42. Refugees claim hundreds died in Armenian Attack… Of seven bodies seen here today, two were children and three were women, one shot through the chest at what appeared to be close range. Another 120 refugees being treated at Agdam’s hospital include many with multiple stab wounds. — Thomas Goltz. Nagorno-Karabagh Victims Buried in Azerbaijani Town, The Washington Post, 28 февраля 1992. — P. A26. — Цит. по: «Diplomatiya Aləmi»: Azərbaycan Respublikasi Xarici İşlər Nazirliyinin jurnali. («Мир дипломатии: Журнал Министерства иностранных дел Азербайджанской республики») — [web.archive.org/web/20071022152930/www.mfa.gov.az/eng/diplomatiya_alemi/Diplomatiya%20Alemi_Xojaly.pdf Khojaly tragedy (Special edition)] — P.6.
  43. BBC1 Morning News at 08:12, Tuesday 3 March 1992
  44. Two groups, apparently families, had fallen together, the children cradled in the women’s arms. Several of them, including one small girl, had terrible head injuries: only her face was left. Survivors have told how they saw Armenians shooting them point blank as they lay on the ground — Anatol Lieven. Bodies Mark Site of Karabagh Massacre. // The Times, London, 3 марта 1992. — Цит. по: «Diplomatiya Aləmi»: Azərbaycan Respublikasi Xarici İşlər Nazirliyinin jurnali. («Мир дипломатии: Журнал Министерства иностранных дел Азербайджанской республики») — [web.archive.org/web/20071022152930/www.mfa.gov.az/eng/diplomatiya_alemi/Diplomatiya%20Alemi_Xojaly.pdf Khojaly tragedy (Special edition)] — P.9.
  45. Near Agdam on the outskirts of Nagorno-Karabakh, a Reuters photographer, Frederique Lengaigne, said she had seen two trucks filled with Azerbaijani bodies. «In the first one I counted 35, and it looked as though there were almost as many in the second», she said. «Some had their heads cut off, and many had been burned. They were all men, and a few had been wearing khaki uniforms.» — [query.nytimes.com/gst/fullpage.html?res=9E0CE0DE1739F930A35750C0A964958260 Massacre by Armenians Being Reported] // The New York Times, 3 марта 1992.
  46. [www.memo.ru/hr/hotpoints/caucas1/msg/2008/03/m129454.htm Нурани — обозреватель бакинской газеты «Эхо». Трагедия, не ставшая историей. Виновные в ходжалинском геноциде до сих пор не понесли ответственности.]
  47. [izvestia.ru/news/322152 Ходжалы, чтобы помнили]
  48. [www.newsweek.com/1992/03/15/the-face-of-a-massacre.html The Face Of A Massacre]
  49. [www.jpost.com/Opinion/Op-EdContributors/Article.aspx?id=74154 Turkey and Armenia: What Jews should do]
  50. [www.time.com/time/magazine/article/0,9171,975096,00.html Журнал «Time». Tragedy Massacre in Khojaly. 16 марта 1992 г.]

    But the facile explanation offered by the attacking Armenians, who insist that no innocents were deliberately killed, is hardly convincing.

  51. HELEN WOMACK. Azeris hunted down and shot in the forest; Refugees and fresh graves confirm massacre by Armenians (англ.), The Independent (London) (March 5, 1992, Thursday). Проверено 7 октября 2010. «Refugees from the enclave town of Khojaly, sheltering in the Azeri border town of Agdam, give largely consistent accounts of how their enemies attacked their homes on the night of 25 February, chased those who fled and shot them in the surrounding forests. Yesterday I saw 75 freshly dug graves in one cemetery in addition to four mutilated corpses we were shown in the mosque when we arrived in Agdam late on Tuesday. I also saw women and children with bullet wounds, in a makeshift hospital in a string of railway carriages at the station. Khojaly, an Azeri settlement in the enclave mostly populated by Armenians, had a population of about 6,000. Rashid Mamedov, Commandant of Police in Agdam, said only about 500 escaped to his town. So where are the rest? Some might have been taken prisoner, he said, or fled elsewhere. Many bodies were still lying in the mountains because the Azeris were short of helicopters to retrieve them. He believed more than 1,000 had perished, some of cold in temperatures as low as -10C. Standing outside the Khojaly mosque, where women beat their breasts in anguish, a refugee, Rami Nasiru, described how residents at first thought the attack was no more than the routine shooting to which they had become accustomed in four years of conflict. But when they saw the Armenians with a convoy of armoured personnel carriers, they realised they could not hope to defend themselves with machine guns and grenades, and fled into the forests. In the small hours, the massacre started. Mr Nasiru, who believes his wife and two children were taken prisoner, repeated what many other refugees have said - that troops of the former Soviet Army helped the Armenians to attack Khojaly. It's not just my opinion, I saw it with my own eyes. he said.».
  52. FRANCIS X. CLINES. Ethnic War in the Caucasus Finds New Depths of Carnage (англ.), The New York Times (AGDAM, Azerbaijan, March 5), стр. Section 1; Part 1; Page 1; Column 1; Foreign Desk. Проверено 7 октября 2010. «"They came into our house and told us to run or we'd be burned alive," said Akhmed Memedev, an 11-year-old refugee from the Khojaly raid who described being shot in the hand in a spray of marauders' bullets. "They broke everything we had and threw a grenade that wounded my big brother and my mother." "I saw Natavan Usubovan die with her mother from another grenade," said the boy, referring to a 4-year-old girl.».
  53. [www.unhchr.ch/Huridocda/Huridoca.nsf/0/7c3561e40d2d3d07c1256bae00447b7f?Opendocument Letter dated 23 April 2002 from the Chargé d’affaires a.i. of the Permanent Mission of Azerbaijan to the United Nations Office at Geneva addressed to the Chairperson of the Commission on Human Rights]
  54. 1 2 Лиана Минасян Нагорный Карабах // Независимая газета. — 05.03.1992. — № 44 (215).
  55. [daccessdds.un.org/doc/UNDOC/GEN/N94/461/11/PDF/N9446111.pdf?OpenElement List of Azerbaijani children taken hostage by the Armenian side, A/49/682, S/1994/1324, 21 November 1994]
  56. 1 2 Виктория Ивлева Я шла вместе с ними... // Московские новости. — 15.03.1992. — № 11 (606). — С. 4.
  57. Виктор Литовкин Нагорный Карабах: солдаты и офицеры армии СНГ воюют по обе стороны конфликта // Известия. — 04.03.1992. — № 54 (23628). — С. 1.
  58. 1 2 Красная звезда. Драма в Карабахе: 366-й уходит, отбиваясь от пуль боевиков и лжи.
  59. [armenianhouse.org/mshakhnazaryan/docs-ru/khojaly_f/khojaly.html Ходжалинское дело. Особая папка.]
  60. [karabakh-doc.azerall.info/ru/armyanstvo/arm2-12.php Обращение Национального совета Верховного совета Азербайджанской Республики к парламентам государств мира]
  61. [www.azerbembassy.org.cn/rus/khojaly04.html 366-й мотострелковый полк и Ходжалы]
  62. [lib.ru/MEMUARY/KARABAH/karabah.txt Юрий Гирченко. Армия Государства, Которого Нет.]
  63. Красная Звезда. 05.03.92. 366-й полк по-прежнему блокирован боевиками. Часть военнослужащих переброшена вертолетами в Грузию.
  64. Красная Звезда. 05.03.92. 366-й полк по-прежнему блокирован боевиками. Часть военнослужащих переброшена вертолетами в Грузию.
    Корреспондент «Красной звезды» получил сведения, что в военном городке в Степанакерте (Ханкенди), который оставил 366-й мсп, находятся приблизительно 100 военнослужащих
  65. Красная Звезда, 10.03.92. Полк из Карабаха выведен. Пора извлекать уроки.
    Командир 2-го мсб майор Сейран Оганян вывел батальон в указанный район, но затем вернулся в военный городок и больше не появлялся. Как полагают, он сейчас находится в одном из отрядов карабахских сил самообороны. Если это подтвердится, то тут уместно одно слово — предательство. Но начальник штаба полка подполковник Сергей Крауле в беседе с корреспондентом «Красной звезды» предложил пока не навешивать на комбата ярлыки. Прапорщики армянской национальности, как утверждает начальник штаба, «за некоторым исключением остались в полку». Он также категорично отрицает слухи о том, что полк разделился на две части: настроенную проазербайджански и проармянски.
  66. Красная Звезда, 10.03.92. Полк из Карабаха выведен. Пора извлекать уроки
  67. STEVEN ERLANGER. Caucasus War: Any Role for Moscow? (англ.), The New York Times (March 13, 1992, Friday), стр. Section A; Page 3; Column 1; Foreign Desk. Проверено 7 октября 2010. «With the release overnight of 10 officers of the former Soviet army, held hostage for four days by Armenian irregulars in an effort to obtain arms, the immediate risk that the army would be drawn more deeply into the territorial war between Armenia and Azerbaijan diminished today. But as the Russian Vice President, Aleksandr V. Rutskoi, called for the withdrawal of regular troops from the region, the fighting between Armenians and Azerbaijanis continued, with reports of rocket and artillery attacks today on Agdam, an Azerbaijani town near the border of the disputed mountainous enclave called Nagorno-Karabakh.».
  68. Независимая газета, 2.04.1992
  69. [www.arev.ru/var32.php Эйнулла Фатуллаев. Карабахский дневник. Путешествие из Еревана в Карабах]
  70. [www.regnum.ru/news/585180.html «Антиазербайджанская революция прошла под красным знаменем»: интервью экс-президента Азербайджана Аяза Муталибова ИА REGNUM] (6.02.2006)
  71. 1 2 Марина Григорян [www.golosarmenii.am/ru/19958/world/2203/ Дана Мазалова: «То, что они показывают, — не Ходжалу»] // Голос Армении. — 13 марта 2010 года. — № 25 (19958).
  72. 1 2 [www.vesti.az/news.php?id=41234 Аяз Муталлибов: «Я никогда не говорил, что в Ходжалинском геноциде виноваты азербайджанцы»]
  73. [www.azadliq.org/content/article/1818751.html «Siyasi uzaqgörənliyin olmaması Xocalı hadisəsinə gətirib çıxırdı»]
  74. [news.bakililar.az/news_tatyana_chaladze_podala_5045.html Татьяна Чаладзе подала в суд на Эйнуллу Фатуллаева за клевету о Ходжалинской трагедии] // ИА АПА, 1 февраля 2007.
  75. [www.echo-az.com/archive/2007_04/1550/politica10.shtml Б. Сафаров. Арестован Эйнулла Фатуллаев] // «Эхо», № 69 (1550), 21 апреля 2007.
  76. [www.zerkalo.az/print.php?id=14538 Эйнулла Фатуллаев отвергает обвинения в свой адрес] // «Зеркало», 27 февраля 2007.
  77. [www.day.az/news/politics/96465.html Day.Az — Правозащитная организация Human Rights Watch: «Уголовное дело против Эйнуллы Фатуллаева было политически мотивированным»]
  78. [archive.is/20120709070727/hrw.org/english/docs/2008/04/24/azerba18624_txt.htm Azerbaijan: Imprisoned Journalists Recognized for Courage (Human Rights Watch, 24-4-2008)]
  79. [www.amnesty.org.ru/pages/engeur550082007 Азербайджан: законы о клевете вновь используются для подавления критики]
  80. ECHR, CASE OF FATULLAYEV v. AZERBAIJAN, (Application no. 40984/07), Judgment, Strasbourg, 22 April 2010, Final, 04/10/2010] // Стр.21, Цитата: The applicant stressed that, in «The Karabakh Diary», he had been far from denying the fact of the massacre and had not attempted to exonerate those responsible. He had simply attempted to convey to the Azerbaijani readers the views of the Armenian population of Nagorno Karabakh on this subject. The article itself was motivated by good will and constituted an attempt at thawing the relations between the conflicting parties.
  81. ECHR, CASE OF FATULLAYEV v. AZERBAIJAN, (Application no. 40984/07), Judgment, Strasbourg, 22 April 2010, Final, 04/10/2010] // Стр.20, Цитата: The applicant noted that «The Karabakh Diary» was an article written in the style of a reportage, in which he had merely conveyed what he had seen himself and what he had heard from the people whom he had met during his visit, and which contained only very brief conclusions of his own on the basis of what he had seen and heard from others. The applicant argued that, in the article, he had merely conveyed the statements of Slavik Arushanyan, who had told the applicant his version of the events during the interview. The article did not directly accuse any of the plaintiffs or any other specific Azerbaijani national of committing any crime. Likewise, it did not contain any slanderous or humiliating remarks in respect of any specific person and in respect of the people of Khojaly in general.
  82. 1 2 Сергей Таранов. Война в Нагорном Карабахе вышла из-под контроля президентов Армении и Азербайджана // Известия : газета. — 6 марта 1992. — № 56. — С. 1.
    Представляет интерес, что «осуждая насквозь лживую пропагандистскую шумиху, поднятую вокруг якобы тысяч убитых мирных жителей при взятии Ходжалы» (это вывод комиссии ВС Армении по вопросам Арцаха), армянская сторона, в частности Президиум Верховного Совета НКР, выразила соболезнование родственникам погибших. «Обосновывая жизненную важность и необходимость степанакертского аэропорта для НКР, Президиум ВС выражает сожаление по поводу того, что при взятии этого аэропорта, рядом с которым находился посёлок Ходжалы, погибли мирные жители, и выражает соболезнование их родственникам».
  83. Markar Melkonian. My Brother’s Road: An American’s Fateful Journey to Armenia. Pages 213—214. I. B. Tauris, London, 2005 ISBN 1-85043-635-5
    At about 11:00 p.m. the night before, some 2,000 Armenian fighters had advanced through the high grass on three sides of Khojalu, forcing the residents out through the open side to the east. By the morning of February 26, the refugees had made it to the eastern cusp of Mountainous Karabagh and had begun working their way downhill, toward safety in the Azeri city of Agdam, about six miles away. There, in the hillocks and within sight of safety, Mountainous Karabagh soldiers had chased them down. "They just shot and shot and shot, " a refugee woman, Raisha Aslanova, testified to a Human Rights Watch investigator. The Arabo fighters had then unsheathed the knives they had carried on their hips for so long, and began stabbing.
  84. [www.un.org/documents/ga/docs/52/plenary/a52-85.htm Письмо постоянного представителя в ООН от Армении Генеральному секретарю]  (англ.)
  85. [www.regnum.ru/allnews/222609.html ИА REGNUM. «Ходжалу стал жертвой политических интриг и элементарной борьбы за власть»]
  86. [www.regnum.ru/allnews/223355.html ИА REGNUM. Интервью экс-президента Азербайджана А. Муталибова]
  87. [www.un.org/documents/ga/docs/52/plenary/a52-85.htm Letter to the UN from the Ministry of Foreign Affairs of Armenia]
  88. [hrw.org/english/docs/1997/03/24/azerba16933.htm Letter to the Minister of Foreign Affairs of Armenia from the Executive Director of Human Rights Watch dated March 24, 1997]
  89. [www.day.az/print/news/politics/55653.html Арзу Абдуллаева: «Если мы хотим вернуть наши территории, то мы не должны отдалять от себя живущих в Карабахе армян», интервью Day.Az, 04.08.2006]
  90. [www.day.az/print/news/armenia/49412.html Микаэл Даниэлян: «Еще четыре года назад я попросил извинения за произошедшее в Ходжалы», интервью Day.Az, 24 Мая 2006]
  91. 1 2 [news.bbc.co.uk/hi/russian/in_depth/newsid_4673000/4673953.stm Би-би-си | Аналитика | Глава 11. Август 1991 — май 1992 гг. Начало войны]
  92. [www.regnum.ru/news/fd-abroad/armenia/1345021.html Том де Ваал: Трагедия в Ходжалы — результат хаоса, «спонтанная», а не «преднамеренная» акция]
  93. [books.google.com/books?id=ff2zOZYaZx0C&lpg=PA95&dq=khojaly&pg=PA96#v=onepage&q&f=false Svante E. Cornell. Small nations and great powers: a study of ethnopolitical conflict in the Caucasus]
  94. [newsarmenia.ru/sng1/20100310/42214035.html Новости — Армения]
  95. Виктория Ивлева: «Дана Мазалова лжет, ссылаясь на меня о „гуманитарном коридоре“ в Ходжалы» [www.1news.az/politics/20110216024948383.html Виктория Ивлева: «Дана Мазалова лжет, ссылаясь на меня о „гуманитарном коридоре“ в Ходжалы»]:
    «Имя Даны Мазаловой мне ничего не говорит, и я не знаю, проплачена она или нет армянской стороной, эта Мазалова лжёт и поэтому никогда не сможет приехать в Азербайджан, а я езжу и в Армению, и в Азербайджан. Мазалова лжёт по поводу того, что я была в Ходжалы в момент штурма и якобы ходжалинцы и я уходили по „гуманитарному коридору“, оставленному нападавшими армянскими подразделениями. Я всегда честно выполняю свою работу и не реагирую на таких, как Дана Мазалова — как говорится, „собака лает, а караван идёт“»
  96. [www.1news.az/interview/20110228103003174.html Виктория Ивлева: «Я скорблю вместе со всеми о невинных жертвах Ходжалы и желаю всем мира»]
  97. [www.panorama.am/ru/society/2010/03/10/dana-mazalova/ Дана Мазалова: Миру показывают не настоящие кадры ходжалинских событий. Панорама. Новости Армении]
  98. Abbas Malek, Anandam P. Kavoori, The Global Dynamics of News: Studies in International News Coverage and News, Ablex Pub., 1999, с. 181—188.
  99. «On 26 February 1992, Armenians massacred the whole population of Khodjaly and fully destroyed the city.», также в декларации обращается ко всем членам ПАСЕ с призывом принять необходимые меры для признания «…genocide perpetrated by the Armenians against the Azeri population from the beginning of the 19th Century.». [assembly.coe.int/nw/xml/XRef/X2H-Xref-ViewHTML.asp?FileID=9288&lang=EN Written Declaration No. 324, 2nd edition, originally tabled on 26 April 2001]
  100. Ася Гаджизаде. [www.ng.ru/cis/2001-04-29/5_diplomacy.html Бакинская дипломатия активизируется]. Независимая газета (29 апреля 2001). Проверено 12 февраля 2013. [www.webcitation.org/6ERhdSsNa Архивировано из первоисточника 15 февраля 2013].
  101. [www.ng.ru/ideas/2010-02-26/7_hojala.html Справедливость для Ходжалы]
  102. [izvestia.ru/news/366497 Патриотизм, оптимизм и единение — Известия]
  103. [www.zerkalo.az/2010-02-02/politics/6725-fakt-sessiya-prestupleniye Ходжалинская резня — преступление против человечности]
  104. [www.nmlegis.gov/Sessions/13%20Regular/memorials/senate/SM019.pdf A MEMORIAL COMMEMORATING THE TWENTY-FIRST ANNIVERSARY OF THE KHOJALY TRAGEDY IN WHICH MORE THAN SIX HUNDRED PEOPLE WERE KILLED.]
  105. [web.archive.org/web/20090512173237/www.un.int/azerbaijan/info/info/letters/N0524991.pdf Appeal of refugees from Khodjaly to the United Nations, the Council of Europe and the Organization for Security and Cooperation in Europe, 19 February 2005]
  106. daccessdds.un.org/doc/UNDOC/GEN/N02/274/50/PDF/N0227450.pdf?OpenElement
  107. daccessdds.un.org/doc/UNDOC/GEN/N03/267/58/PDF/N0326758.pdf?OpenElement
  108. web.archive.org/web/20090512173243/www.un.int/azerbaijan/info/info/letters/2006/N0625385.pdf
  109. web.archive.org/web/20090512173537/www.un.int/azerbaijan/61%20Session%20Letters/16.pdf
  110. [www.legal.az/content/view/1631/115/ Новости-Азербайджан, Милли Меджлис требует от международной общественности признать Ходжалинский геноцид, 28.02.2007]
  111. [news.day.az/politics/255325.html В Париже почтили память жертв Ходжалинского геноцида]
  112. [news.day.az/politics/255291.html В Вашингтоне состоялась презентация фильма о Ходжалинском геноциде В Вашингтоне состоялась презентация фильма о Ходжалинском геноциде]
  113. [news.day.az/politics/255265.html В Великобритании проведены поминальные церемонии в связи с годовщиной Ходжалинского геноцида]
  114. [www.thefortress.com.pk/pakistan-supports-azerbijan-stance-on-khojaly-genocide/ Pakistan Supports Azerbijan Stance on Khojaly Genocide]
  115. [www.nation.com.pk/pakistan-news-newspaper-daily-english-online/islamabad/02-Feb-2012/mps-committee-slams-occupation-of-azerbaijani-territories/ MPs committee slams occupation of Azerbaijani territories]
  116. [emisorasunidas.com/noticias/nacionales/diputados-se-solidarizan-con-la-republica-de-azerbaiyan-por-genocidio-de-1992/196968 Diputados se solidarizan con la República de Azerbaiyán por genocidio]
  117. Human Rights Watch / Helsinki. Azerbaijan: Seven Years of Conflict in Nagorno-Karabakh. — New York • Washington • Los Angeles • London • Brussels, 1994. — С. 6. — ISBN 1-56432-142-8.  (англ.)

    Более 200 жителей было убито во время атаки, что стало самым массовым кровопролитием в ходе конфликта.

  118. www.azadliq.org/content/article/24492133.html Xocalıda girov götürülənlərdən 150 nəfərin taleyi məlum deyil
  119. [www.guidemap.az/Info/Description.aspx?pID=1484518 Памятник «Ходжалы» в Загатале] в онлайн навигаторе Министерства культуры и туризма Азербайджана
  120. [www.mediaforum.az/rus/2012/02/10/%D0%A1%D0%92%D0%98%D0%94%D0%95%D0%A2%D0%95%D0%9B%D0%AC-%D0%A5%D0%9E%D0%94%D0%96%D0%90%D0%9B%D0%98%D0%9D%D0%A1%D0%9A%D0%9E%D0%99-%D0%A2%D0%A0%D0%90%D0%93%D0%95%D0%94%D0%98%D0%98-%D0%9D%D0%95-%D0%A1%D0%A2%D0%98%D0%A0%D0%90%D0%AE%D0%A2%D0%A1%D0%AF-%D0%98%D0%97-033951472c04.html#.URABF6VRVs8 Фотографии мемориального комплекса в память о жертвах Ходжалинской резни в Ленкоране]
  121. [www.mzv.cz/baku/ru/x2009_10_23_3/x2012_06_18_1.html Посол открыл памятник лидицкой трагедии]. Официальный сайт посольства Чехии в Баку
  122. 1 2 [www.radio.cz/ru/statja/125788 Радио Прага. Лидице стали побратимами Ходжалы. Армения против]
  123. [www.radio.cz/ru/statja/125627 Радио Прага. Лидице между двух огней]
  124. [www.day.az/news/society/193981.html В европейском городе появится улица Ходжалы]
  125. [ru.trend.az/print/1646760.html Ходжалы стал побратимом чешского Лидице]
  126. [news.bakililar.az/news_xojaly_i_lidice_32615.html Ходжалы и Лидице стали городами-побратимами]
  127. [www.salamnews.org/news/4761 Ходжалы и Лидице станут городами-побратимами]
  128. [www.radio.cz/ru/statja/125627 Лидице между двух огней]
  129. Panorama.am 02 March 2012. «[www.panorama.am/ru/politics/2012/03/01/xocali-lidice-kellerova/ Мэр В. Келлерова: Лидице и Ходжалу не города-побратимы, и такой улицы здесь нет]»
  130. [www.berlin.de/ba-steglitz-zehlendorf/derbezirk/ruckblick/skulptur_garten_gottfried_benn_2011.html Enthüllung einer Skulptur im Lesegarten der Gottfried-Benn-Bibliothek]. Официальный портал города Берлин.  (нем.)
  131. [www.geschichte.hu-berlin.de/bereiche-und-lehrstuehle/aserbaidschan/gaeste-und-veranstaltungen/chodschali-2012_botschaftsflyer 20 Jahre Chodschali Gedenktage für die Opfer des Kriegsverbrechens. 23.-26. Februar 2012 in Berlin]. Официальный сайт Института истории университета имени Гумбольдта.  (нем.)
    Donnerstag, der 23.02.2012
    16:00 Uhr Besuch des Denkmals «Chodschali»
    im Lesegarten der Gottfried-Benn-Bibliothek
    Ort: Nenterhäuser Platz 1, Berlin-Zehlendorf
  132. [www.1news.az/society/20110530070404006.html В Берлине состоялось открытие памятника «Ходжалы»]
  133. [bosniangenocide.wordpress.com/2012/02/25/sarajevo-memorial-to-khojaly-genocide-massacre-perpetrated-by-armenians/ Sarajevo: Memorial to Khojaly Genocide, Massacre Perpetrated by Armenians | We Remember the Bosnian Genocide, 1992-95. Mi se Sjećamo Genocida u Bosni, 1992-95]
  134. Ш. Назарли. [www.az.salamnews.org/ru/news/read/115955/aHR0cDovL2ltZy5zYWxhbW5ld3Mub3JnLzgwYzI0NDIyOWNiZmI1MWU2N2E4ZGVkY2Q4Yjc4NDFhLzEzMDU2XzQxNC5qcGc=#newsphoto В Турции установлен памятник жертвам Ходжалинского геноцида] // SalamNews. 24 февраля 2014
  135. [www.gun.az/karabakh/98037 Türkiyənin Uşak şəhərində Xocalı soyqırımı qurbanlarının xatirəsinə ucaldılmış abidənin açılışı olub]. // Gun.az. 19 февраля 2014  (азерб.)
  136. [azertag.az/ru/xeber/V_raione_Kyzyldzhahamam_Ankary_otkrylsya_kompleks_Pamyatnik_Xodzhaly_i_muzei_Xodzhaly-117281 В районе Кызылджахамам Анкары открылся комплекс «Памятник Ходжалы и музей Ходжалы»]
  137. www.todayszaman.com/newsDetail_getNewsById.action?newsId=272526 Tens of thousands remember victims of Khojaly massacre in İstanbul
  138. [www.hurriyetdailynews.com/azeris-mark-20th-anniversary-of-khojaly-massacre-in-istanbul.aspx?pageID=238&nid=14673 Azeris mark 20th anniversary of Khojaly Massacre in Istanbul]
  139. [www.todayszaman.com/news-273193-racism-mars-khojaly-protest-in-taksim.html Racism mars Khojaly protest in Taksim]
  140. [www.lbcgroup.tv/news/21966/protests-in-istanbul-you-are-all-armenian-you-are LBCI News | Protests in Istanbul: «You are all Armenian, you are all bastards»]
  141. [www.vesti.ru/only_video.html?vid=399183 В Азербайджане почтили память погибших в Ходжалы.]
  142. [ru.president.az/articles/4388 Ильхам Алиев принял участие в шествии по случаю 20-й годовщины Ходжалинского геноцида] (2012)
  143. [www.seduvi.df.gob.mx/portal/files/informe/5informe/5infSEDUVI2010-2011.pdf Отчёт] о деятельности Министерства жилищного строительства и городского развития Мексики  (исп.)
  144. 1 2 Alberto Esteva. [rumbodemexico.mx/index.php/perspectiva/plaza-tlaxcoaque-y-parque-de-la-amistad-22726.html Plaza Tlaxcoaque y Parque de la Amistad] // сайт : «Rumbo de Mexico». — 26.08.2012.  (исп.)
  145. 1 2 Ivan Sosa. [www.emedios.mx/testigospdfs/20120825/544280-dd99cd.pdf Detonan en el Centro desarrollo inmobiliario] // газета : «Reforma». — 25.08.2012. — С. 3.  (исп.)
  146. Елена Остапенко, Л. А. [www.1news.az/society/20120823121817715.html В Мехико возведен памятник жертвам Ходжалы] // сайт : 1news.az. — 23.08.2012.
  147. 1 2 Jean Meyer. [www.alianzatex.com/nota.php?nota=N0021151 La Opinión de… ¿Una estatua para «El Negro» Durazo?] // AlianzaTex. 21.10.2012
  148. 1 2 [Carmen Aristegui: De mármol y bronce noticias.terra.com.mx/mexico/df/carmen-aristegui-de-marmol-y-bronce,a89eb1cecc87a310VgnVCM20000099cceb0aRCRD.html] // Terra México. 19.10.2012
  149. [es.wikipedia.org/wiki/Jos%C3%A9_Sarukh%C3%A1n_Kermez José Sarukhán]. [www.vanguardia.com.mx/unaciudaddevanguardia-1403751-columna.html ¿Una ciudad de vanguardia?] // Vanguardia. 26.10.2012
  150. DANIEL GERSHENSON. [www.animalpolitico.com/blogueros-entropista/2012/10/30/el-culto-a-marcelo-ebraliyev/ El Culto a Marcelo Ebraliyev] // Animal Politico. 30.10.2012
  151. MARK STEVENSON [www.mercurynews.com/breaking-news/ci_21673160/mexicans-puzzled-by-azerbaijan-leader-monument Mexicans puzzled by Azerbaijan leader monument] // Associated Press. 10/01/2012
  152. [india.nydailynews.com/newsarticle/604472ffcc78264f341badb1228fdc27/statue-of-azerbaijan-dictator-brings-distant-conflict-to-mexico-city-park Statue of Azerbaijan dictator brings distant conflict to Mexico City park] // NYDailyNews.com. — 24 октября 2012.
  153. ELISABETH MALKIN. [www.nytimes.com/2012/11/13/world/americas/statue-of-azerbaijan-leader-at-issue-in-mexico-city.html Statue of a Foreign Autocrat Sits Uneasily With Some] // The New York Times. November 12, 2012
  154. [www.proceso.com.mx/?p=325391 Definirán la próxima semana el futuro de monumentos de Azerbaiyán en el DF] // Proceso.com.mx. 16.11.2012
  155. Tracy Wilkinson. [www.latimes.com/news/world/worldnow/la-fg-wn-mexico-statue-20121123,0,2196147.story Mexico City committee: Boot out statue of Azerbaijan strongman] // Los Angeles Times. November 23, 2012
  156. MARK STEVENSON. [www.google.com/hostednews/ap/article/ALeqM5gda2-Gd8l1qUXQG3hLsQPSLVzyUw?docId=ab70d99042994f869e28ea0ce20bc3df Mexico panel rejects Azerbaijan leader’s statue] // Associated Press. 23.11.2012
  157. ADRIANA ESTHELA FLORES Y FRANCISCO MEJÍA «[www.milenio.com/cdb/doc/noticias2011/6f884837c88479918936c0bbebfb7041 Azerbaiyán revisará acuerdo sobre estatua]» // Milenio. 24 NOVIEMBRE 2012
  158. Ильгар Мухтаров. [1news.az/politics/20130409083234017.html В мексиканской газете опубликована статья под названием «Армянское двуличие»] // 1NEWS.AZ. 09.04.2013. ([www.peeep.us/e4b9b9d3 копия])
  159. FERNANDO SERRANO MIGALLÓN. «[www.excelsior.com.mx/fernando-serrano-migallon/2013/05/02/897024 José Sarukhán]» // Excelsior. 02/05/2013. ([www.peeep.us/412ebde0 копия])
  160. FRANCISCO SONÍ SOLCHAGA «хrevistafal.com/mexico-y-su-embrollo-caucasico/ Por el otro lado, México también quedó mal con Azerbaiyán, cuando debido a las protestas —correctas a mi parecer— de diversos líderes de opinión se tuvo que retirar la estatua de Heydar Aliyev de Paseo de la Reforma y la palabra „genocidio“ del monumento a las víctimas de Jodyalíъ» // Foreign Affairs Latinoamerica, 2 MARZO, 2015 ([web.archive.org/web/20150305202607/revistafal.com/mexico-y-su-embrollo-caucasico/ копия])
  161. [www.1news.az/society/20110221072916667.html В Баку состоялась премьера фильма «Беженец: История жизни Анара Усубова»]
  162. [www.azertag.com/ru/node/927316 Состоялась презентация сигнального варианта документального фильма «Бесконечный коридор» о Ходжалинском геноциде. В мероприятии приняла участие первая леди Азербайджана Мехрибан Алиева]
  163. [news.day.az/culture/347493.html Александр Чайковский: «Написав реквием „Ходжалы“, хотел поддержать людей, переживших ужасы войны»]. Day.az. 3 августа 2012.
  164. [www.1news.az/politics/karabakh/20130228012238581.html Состоялась британская премьера произведения Пьера Тилоя «Ходжалы 613»]
  165. [www.planethugill.com/2013/03/khojaly-never-forgotten.html Khojaly — never forgotten]
  166. [www.pierrethilloy.com/ 26 février 2013 — 19:00 pm Église St. John’s / Londres (UK) — KHOJALY.613 — Opus 197]. Официальный сайт Пьера Тилоя.

Ссылки

Независимые источники

  • [www.memo.ru/hr/hotpoints/karabah/Hojaly/index.htm Доклад Правозащитного Центра «Мемориал» о событиях в Ходжалы]
  • [newsvote.bbc.co.uk/mpapps/pagetools/print/news.bbc.co.uk/hi/russian/in_depth/newsid_4673000/4673953.stm Том де Ваал. «Чёрный сад». Глава 11. Август 1991 — май 1992 гг. Начало войны]
  • Human Rights Watch. Khojaly // [books.google.com/books?id=ywAU3VomIpkC&pg=PA19 Bloodshed in the Caucasus: Escalation of the Armed Conflict in Nagorno Karabakh]. — September 1992. — С. 19-24. — ISBN 1-56432-081-2.  (англ.)
  • [www.ng.ru/ideas/2010-02-26/7_hojala.html Евгений Кришталев. Справедливость для Ходжалы. Независимая газета, 26.02.2010 г.]
  • [www.ng.ru/cis/2011-02-25/7_hojaly.html Алексей Потапов. Трагедия в Ходжалы: знать и помнить. Независимая газета, 25.02.2011 г.]
  • [www.youtube.com/watch?v=PP3RmQruiEk Резня в Ходжалы. 20 лет спустя. Репортаж телеканала France 24]

Точка зрения азербайджанской стороны

  • [www.azerbembassy.org.cn/rus/khojaly01.html Позиция Азербайджана]
  • [khojaly.preslib.az/index_ru.html Трагедия XX века — Ходжалинский геноцид]
  • [www.guseynov.lv/Khodzhali_Genocide.pdf Шариф Гусейнов — «Ходжалинский геноцид азербайджанцев»]
  • [xocali.org Сайт о событиях в Ходжалы]
  • 1NEWS.AZ. Ходжалы. Нет или история «армянской правды»: [www.1news.az/analytics/20100330070034336.html часть I], [www.1news.az/analytics/20100331100211941.html часть II]
  • [www.justiceforkhojaly.org Сайт о событиях в Ходжалы]

Точка зрения армянской стороны

  • [www.panorama.am/ru/region/2012/02/24/xojali-new-film/ Новый фильм про Ходжалы: «Между голодом и огнём. Власть ценою жизней»] ([www.youtube.com/watch?v=5zC_SgF9vKo])
  • [www.nkr.am/ru/statements/116/ Позиция Нагорно-Карабахской Республики]
  • [armenianhouse.org/mshakhnazaryan/docs-ru/khojaly_f/contents.html Левон Мелик-Шахназарян, Гайк Демоян — «Ходжалинское дело: особая папка».]
  • [xocali.net/RU/index.html Сайт о событиях в Ходжалы]
  • [www.ng.ru/courier/2008-03-31/17_aspects.html Давид Бабаян. Военные, гуманитарные и политические аспекты]

Отрывок, характеризующий Ходжалинская резня



Князь Андрей не только знал, что он умрет, но он чувствовал, что он умирает, что он уже умер наполовину. Он испытывал сознание отчужденности от всего земного и радостной и странной легкости бытия. Он, не торопясь и не тревожась, ожидал того, что предстояло ему. То грозное, вечное, неведомое и далекое, присутствие которого он не переставал ощущать в продолжение всей своей жизни, теперь для него было близкое и – по той странной легкости бытия, которую он испытывал, – почти понятное и ощущаемое.
Прежде он боялся конца. Он два раза испытал это страшное мучительное чувство страха смерти, конца, и теперь уже не понимал его.
Первый раз он испытал это чувство тогда, когда граната волчком вертелась перед ним и он смотрел на жнивье, на кусты, на небо и знал, что перед ним была смерть. Когда он очнулся после раны и в душе его, мгновенно, как бы освобожденный от удерживавшего его гнета жизни, распустился этот цветок любви, вечной, свободной, не зависящей от этой жизни, он уже не боялся смерти и не думал о ней.
Чем больше он, в те часы страдальческого уединения и полубреда, которые он провел после своей раны, вдумывался в новое, открытое ему начало вечной любви, тем более он, сам не чувствуя того, отрекался от земной жизни. Всё, всех любить, всегда жертвовать собой для любви, значило никого не любить, значило не жить этою земною жизнию. И чем больше он проникался этим началом любви, тем больше он отрекался от жизни и тем совершеннее уничтожал ту страшную преграду, которая без любви стоит между жизнью и смертью. Когда он, это первое время, вспоминал о том, что ему надо было умереть, он говорил себе: ну что ж, тем лучше.
Но после той ночи в Мытищах, когда в полубреду перед ним явилась та, которую он желал, и когда он, прижав к своим губам ее руку, заплакал тихими, радостными слезами, любовь к одной женщине незаметно закралась в его сердце и опять привязала его к жизни. И радостные и тревожные мысли стали приходить ему. Вспоминая ту минуту на перевязочном пункте, когда он увидал Курагина, он теперь не мог возвратиться к тому чувству: его мучил вопрос о том, жив ли он? И он не смел спросить этого.

Болезнь его шла своим физическим порядком, но то, что Наташа называла: это сделалось с ним, случилось с ним два дня перед приездом княжны Марьи. Это была та последняя нравственная борьба между жизнью и смертью, в которой смерть одержала победу. Это было неожиданное сознание того, что он еще дорожил жизнью, представлявшейся ему в любви к Наташе, и последний, покоренный припадок ужаса перед неведомым.
Это было вечером. Он был, как обыкновенно после обеда, в легком лихорадочном состоянии, и мысли его были чрезвычайно ясны. Соня сидела у стола. Он задремал. Вдруг ощущение счастья охватило его.
«А, это она вошла!» – подумал он.
Действительно, на месте Сони сидела только что неслышными шагами вошедшая Наташа.
С тех пор как она стала ходить за ним, он всегда испытывал это физическое ощущение ее близости. Она сидела на кресле, боком к нему, заслоняя собой от него свет свечи, и вязала чулок. (Она выучилась вязать чулки с тех пор, как раз князь Андрей сказал ей, что никто так не умеет ходить за больными, как старые няни, которые вяжут чулки, и что в вязании чулка есть что то успокоительное.) Тонкие пальцы ее быстро перебирали изредка сталкивающиеся спицы, и задумчивый профиль ее опущенного лица был ясно виден ему. Она сделала движенье – клубок скатился с ее колен. Она вздрогнула, оглянулась на него и, заслоняя свечу рукой, осторожным, гибким и точным движением изогнулась, подняла клубок и села в прежнее положение.
Он смотрел на нее, не шевелясь, и видел, что ей нужно было после своего движения вздохнуть во всю грудь, но она не решалась этого сделать и осторожно переводила дыханье.
В Троицкой лавре они говорили о прошедшем, и он сказал ей, что, ежели бы он был жив, он бы благодарил вечно бога за свою рану, которая свела его опять с нею; но с тех пор они никогда не говорили о будущем.
«Могло или не могло это быть? – думал он теперь, глядя на нее и прислушиваясь к легкому стальному звуку спиц. – Неужели только затем так странно свела меня с нею судьба, чтобы мне умереть?.. Неужели мне открылась истина жизни только для того, чтобы я жил во лжи? Я люблю ее больше всего в мире. Но что же делать мне, ежели я люблю ее?» – сказал он, и он вдруг невольно застонал, по привычке, которую он приобрел во время своих страданий.
Услыхав этот звук, Наташа положила чулок, перегнулась ближе к нему и вдруг, заметив его светящиеся глаза, подошла к нему легким шагом и нагнулась.
– Вы не спите?
– Нет, я давно смотрю на вас; я почувствовал, когда вы вошли. Никто, как вы, но дает мне той мягкой тишины… того света. Мне так и хочется плакать от радости.
Наташа ближе придвинулась к нему. Лицо ее сияло восторженною радостью.
– Наташа, я слишком люблю вас. Больше всего на свете.
– А я? – Она отвернулась на мгновение. – Отчего же слишком? – сказала она.
– Отчего слишком?.. Ну, как вы думаете, как вы чувствуете по душе, по всей душе, буду я жив? Как вам кажется?
– Я уверена, я уверена! – почти вскрикнула Наташа, страстным движением взяв его за обе руки.
Он помолчал.
– Как бы хорошо! – И, взяв ее руку, он поцеловал ее.
Наташа была счастлива и взволнована; и тотчас же она вспомнила, что этого нельзя, что ему нужно спокойствие.
– Однако вы не спали, – сказала она, подавляя свою радость. – Постарайтесь заснуть… пожалуйста.
Он выпустил, пожав ее, ее руку, она перешла к свече и опять села в прежнее положение. Два раза она оглянулась на него, глаза его светились ей навстречу. Она задала себе урок на чулке и сказала себе, что до тех пор она не оглянется, пока не кончит его.
Действительно, скоро после этого он закрыл глаза и заснул. Он спал недолго и вдруг в холодном поту тревожно проснулся.
Засыпая, он думал все о том же, о чем он думал все ото время, – о жизни и смерти. И больше о смерти. Он чувствовал себя ближе к ней.
«Любовь? Что такое любовь? – думал он. – Любовь мешает смерти. Любовь есть жизнь. Все, все, что я понимаю, я понимаю только потому, что люблю. Все есть, все существует только потому, что я люблю. Все связано одною ею. Любовь есть бог, и умереть – значит мне, частице любви, вернуться к общему и вечному источнику». Мысли эти показались ему утешительны. Но это были только мысли. Чего то недоставало в них, что то было односторонне личное, умственное – не было очевидности. И было то же беспокойство и неясность. Он заснул.
Он видел во сне, что он лежит в той же комнате, в которой он лежал в действительности, но что он не ранен, а здоров. Много разных лиц, ничтожных, равнодушных, являются перед князем Андреем. Он говорит с ними, спорит о чем то ненужном. Они сбираются ехать куда то. Князь Андрей смутно припоминает, что все это ничтожно и что у него есть другие, важнейшие заботы, но продолжает говорить, удивляя их, какие то пустые, остроумные слова. Понемногу, незаметно все эти лица начинают исчезать, и все заменяется одним вопросом о затворенной двери. Он встает и идет к двери, чтобы задвинуть задвижку и запереть ее. Оттого, что он успеет или не успеет запереть ее, зависит все. Он идет, спешит, ноги его не двигаются, и он знает, что не успеет запереть дверь, но все таки болезненно напрягает все свои силы. И мучительный страх охватывает его. И этот страх есть страх смерти: за дверью стоит оно. Но в то же время как он бессильно неловко подползает к двери, это что то ужасное, с другой стороны уже, надавливая, ломится в нее. Что то не человеческое – смерть – ломится в дверь, и надо удержать ее. Он ухватывается за дверь, напрягает последние усилия – запереть уже нельзя – хоть удержать ее; но силы его слабы, неловки, и, надавливаемая ужасным, дверь отворяется и опять затворяется.
Еще раз оно надавило оттуда. Последние, сверхъестественные усилия тщетны, и обе половинки отворились беззвучно. Оно вошло, и оно есть смерть. И князь Андрей умер.
Но в то же мгновение, как он умер, князь Андрей вспомнил, что он спит, и в то же мгновение, как он умер, он, сделав над собою усилие, проснулся.
«Да, это была смерть. Я умер – я проснулся. Да, смерть – пробуждение!» – вдруг просветлело в его душе, и завеса, скрывавшая до сих пор неведомое, была приподнята перед его душевным взором. Он почувствовал как бы освобождение прежде связанной в нем силы и ту странную легкость, которая с тех пор не оставляла его.
Когда он, очнувшись в холодном поту, зашевелился на диване, Наташа подошла к нему и спросила, что с ним. Он не ответил ей и, не понимая ее, посмотрел на нее странным взглядом.
Это то было то, что случилось с ним за два дня до приезда княжны Марьи. С этого же дня, как говорил доктор, изнурительная лихорадка приняла дурной характер, но Наташа не интересовалась тем, что говорил доктор: она видела эти страшные, более для нее несомненные, нравственные признаки.
С этого дня началось для князя Андрея вместе с пробуждением от сна – пробуждение от жизни. И относительно продолжительности жизни оно не казалось ему более медленно, чем пробуждение от сна относительно продолжительности сновидения.

Ничего не было страшного и резкого в этом, относительно медленном, пробуждении.
Последние дни и часы его прошли обыкновенно и просто. И княжна Марья и Наташа, не отходившие от него, чувствовали это. Они не плакали, не содрогались и последнее время, сами чувствуя это, ходили уже не за ним (его уже не было, он ушел от них), а за самым близким воспоминанием о нем – за его телом. Чувства обеих были так сильны, что на них не действовала внешняя, страшная сторона смерти, и они не находили нужным растравлять свое горе. Они не плакали ни при нем, ни без него, но и никогда не говорили про него между собой. Они чувствовали, что не могли выразить словами того, что они понимали.
Они обе видели, как он глубже и глубже, медленно и спокойно, опускался от них куда то туда, и обе знали, что это так должно быть и что это хорошо.
Его исповедовали, причастили; все приходили к нему прощаться. Когда ему привели сына, он приложил к нему свои губы и отвернулся, не потому, чтобы ему было тяжело или жалко (княжна Марья и Наташа понимали это), но только потому, что он полагал, что это все, что от него требовали; но когда ему сказали, чтобы он благословил его, он исполнил требуемое и оглянулся, как будто спрашивая, не нужно ли еще что нибудь сделать.
Когда происходили последние содрогания тела, оставляемого духом, княжна Марья и Наташа были тут.
– Кончилось?! – сказала княжна Марья, после того как тело его уже несколько минут неподвижно, холодея, лежало перед ними. Наташа подошла, взглянула в мертвые глаза и поспешила закрыть их. Она закрыла их и не поцеловала их, а приложилась к тому, что было ближайшим воспоминанием о нем.
«Куда он ушел? Где он теперь?..»

Когда одетое, обмытое тело лежало в гробу на столе, все подходили к нему прощаться, и все плакали.
Николушка плакал от страдальческого недоумения, разрывавшего его сердце. Графиня и Соня плакали от жалости к Наташе и о том, что его нет больше. Старый граф плакал о том, что скоро, он чувствовал, и ему предстояло сделать тот же страшный шаг.
Наташа и княжна Марья плакали тоже теперь, но они плакали не от своего личного горя; они плакали от благоговейного умиления, охватившего их души перед сознанием простого и торжественного таинства смерти, совершившегося перед ними.



Для человеческого ума недоступна совокупность причин явлений. Но потребность отыскивать причины вложена в душу человека. И человеческий ум, не вникнувши в бесчисленность и сложность условий явлений, из которых каждое отдельно может представляться причиною, хватается за первое, самое понятное сближение и говорит: вот причина. В исторических событиях (где предметом наблюдения суть действия людей) самым первобытным сближением представляется воля богов, потом воля тех людей, которые стоят на самом видном историческом месте, – исторических героев. Но стоит только вникнуть в сущность каждого исторического события, то есть в деятельность всей массы людей, участвовавших в событии, чтобы убедиться, что воля исторического героя не только не руководит действиями масс, но сама постоянно руководима. Казалось бы, все равно понимать значение исторического события так или иначе. Но между человеком, который говорит, что народы Запада пошли на Восток, потому что Наполеон захотел этого, и человеком, который говорит, что это совершилось, потому что должно было совершиться, существует то же различие, которое существовало между людьми, утверждавшими, что земля стоит твердо и планеты движутся вокруг нее, и теми, которые говорили, что они не знают, на чем держится земля, но знают, что есть законы, управляющие движением и ее, и других планет. Причин исторического события – нет и не может быть, кроме единственной причины всех причин. Но есть законы, управляющие событиями, отчасти неизвестные, отчасти нащупываемые нами. Открытие этих законов возможно только тогда, когда мы вполне отрешимся от отыскиванья причин в воле одного человека, точно так же, как открытие законов движения планет стало возможно только тогда, когда люди отрешились от представления утвержденности земли.

После Бородинского сражения, занятия неприятелем Москвы и сожжения ее, важнейшим эпизодом войны 1812 года историки признают движение русской армии с Рязанской на Калужскую дорогу и к Тарутинскому лагерю – так называемый фланговый марш за Красной Пахрой. Историки приписывают славу этого гениального подвига различным лицам и спорят о том, кому, собственно, она принадлежит. Даже иностранные, даже французские историки признают гениальность русских полководцев, говоря об этом фланговом марше. Но почему военные писатели, а за ними и все, полагают, что этот фланговый марш есть весьма глубокомысленное изобретение какого нибудь одного лица, спасшее Россию и погубившее Наполеона, – весьма трудно понять. Во первых, трудно понять, в чем состоит глубокомыслие и гениальность этого движения; ибо для того, чтобы догадаться, что самое лучшее положение армии (когда ее не атакуют) находиться там, где больше продовольствия, – не нужно большого умственного напряжения. И каждый, даже глупый тринадцатилетний мальчик, без труда мог догадаться, что в 1812 году самое выгодное положение армии, после отступления от Москвы, было на Калужской дороге. Итак, нельзя понять, во первых, какими умозаключениями доходят историки до того, чтобы видеть что то глубокомысленное в этом маневре. Во вторых, еще труднее понять, в чем именно историки видят спасительность этого маневра для русских и пагубность его для французов; ибо фланговый марш этот, при других, предшествующих, сопутствовавших и последовавших обстоятельствах, мог быть пагубным для русского и спасительным для французского войска. Если с того времени, как совершилось это движение, положение русского войска стало улучшаться, то из этого никак не следует, чтобы это движение было тому причиною.
Этот фланговый марш не только не мог бы принести какие нибудь выгоды, но мог бы погубить русскую армию, ежели бы при том не было совпадения других условий. Что бы было, если бы не сгорела Москва? Если бы Мюрат не потерял из виду русских? Если бы Наполеон не находился в бездействии? Если бы под Красной Пахрой русская армия, по совету Бенигсена и Барклая, дала бы сражение? Что бы было, если бы французы атаковали русских, когда они шли за Пахрой? Что бы было, если бы впоследствии Наполеон, подойдя к Тарутину, атаковал бы русских хотя бы с одной десятой долей той энергии, с которой он атаковал в Смоленске? Что бы было, если бы французы пошли на Петербург?.. При всех этих предположениях спасительность флангового марша могла перейти в пагубность.
В третьих, и самое непонятное, состоит в том, что люди, изучающие историю, умышленно не хотят видеть того, что фланговый марш нельзя приписывать никакому одному человеку, что никто никогда его не предвидел, что маневр этот, точно так же как и отступление в Филях, в настоящем никогда никому не представлялся в его цельности, а шаг за шагом, событие за событием, мгновение за мгновением вытекал из бесчисленного количества самых разнообразных условий, и только тогда представился во всей своей цельности, когда он совершился и стал прошедшим.
На совете в Филях у русского начальства преобладающею мыслью было само собой разумевшееся отступление по прямому направлению назад, то есть по Нижегородской дороге. Доказательствами тому служит то, что большинство голосов на совете было подано в этом смысле, и, главное, известный разговор после совета главнокомандующего с Ланским, заведовавшим провиантскою частью. Ланской донес главнокомандующему, что продовольствие для армии собрано преимущественно по Оке, в Тульской и Калужской губерниях и что в случае отступления на Нижний запасы провианта будут отделены от армии большою рекою Окой, через которую перевоз в первозимье бывает невозможен. Это был первый признак необходимости уклонения от прежде представлявшегося самым естественным прямого направления на Нижний. Армия подержалась южнее, по Рязанской дороге, и ближе к запасам. Впоследствии бездействие французов, потерявших даже из виду русскую армию, заботы о защите Тульского завода и, главное, выгоды приближения к своим запасам заставили армию отклониться еще южнее, на Тульскую дорогу. Перейдя отчаянным движением за Пахрой на Тульскую дорогу, военачальники русской армии думали оставаться у Подольска, и не было мысли о Тарутинской позиции; но бесчисленное количество обстоятельств и появление опять французских войск, прежде потерявших из виду русских, и проекты сражения, и, главное, обилие провианта в Калуге заставили нашу армию еще более отклониться к югу и перейти в середину путей своего продовольствия, с Тульской на Калужскую дорогу, к Тарутину. Точно так же, как нельзя отвечать на тот вопрос, когда оставлена была Москва, нельзя отвечать и на то, когда именно и кем решено было перейти к Тарутину. Только тогда, когда войска пришли уже к Тарутину вследствие бесчисленных дифференциальных сил, тогда только стали люди уверять себя, что они этого хотели и давно предвидели.


Знаменитый фланговый марш состоял только в том, что русское войско, отступая все прямо назад по обратному направлению наступления, после того как наступление французов прекратилось, отклонилось от принятого сначала прямого направления и, не видя за собой преследования, естественно подалось в ту сторону, куда его влекло обилие продовольствия.
Если бы представить себе не гениальных полководцев во главе русской армии, но просто одну армию без начальников, то и эта армия не могла бы сделать ничего другого, кроме обратного движения к Москве, описывая дугу с той стороны, с которой было больше продовольствия и край был обильнее.
Передвижение это с Нижегородской на Рязанскую, Тульскую и Калужскую дороги было до такой степени естественно, что в этом самом направлении отбегали мародеры русской армии и что в этом самом направлении требовалось из Петербурга, чтобы Кутузов перевел свою армию. В Тарутине Кутузов получил почти выговор от государя за то, что он отвел армию на Рязанскую дорогу, и ему указывалось то самое положение против Калуги, в котором он уже находился в то время, как получил письмо государя.
Откатывавшийся по направлению толчка, данного ему во время всей кампании и в Бородинском сражении, шар русского войска, при уничтожении силы толчка и не получая новых толчков, принял то положение, которое было ему естественно.
Заслуга Кутузова не состояла в каком нибудь гениальном, как это называют, стратегическом маневре, а в том, что он один понимал значение совершавшегося события. Он один понимал уже тогда значение бездействия французской армии, он один продолжал утверждать, что Бородинское сражение была победа; он один – тот, который, казалось бы, по своему положению главнокомандующего, должен был быть вызываем к наступлению, – он один все силы свои употреблял на то, чтобы удержать русскую армию от бесполезных сражений.
Подбитый зверь под Бородиным лежал там где то, где его оставил отбежавший охотник; но жив ли, силен ли он был, или он только притаился, охотник не знал этого. Вдруг послышался стон этого зверя.
Стон этого раненого зверя, французской армии, обличивший ее погибель, была присылка Лористона в лагерь Кутузова с просьбой о мире.
Наполеон с своей уверенностью в том, что не то хорошо, что хорошо, а то хорошо, что ему пришло в голову, написал Кутузову слова, первые пришедшие ему в голову и не имеющие никакого смысла. Он писал:

«Monsieur le prince Koutouzov, – писал он, – j'envoie pres de vous un de mes aides de camps generaux pour vous entretenir de plusieurs objets interessants. Je desire que Votre Altesse ajoute foi a ce qu'il lui dira, surtout lorsqu'il exprimera les sentiments d'estime et de particuliere consideration que j'ai depuis longtemps pour sa personne… Cette lettre n'etant a autre fin, je prie Dieu, Monsieur le prince Koutouzov, qu'il vous ait en sa sainte et digne garde,
Moscou, le 3 Octobre, 1812. Signe:
Napoleon».
[Князь Кутузов, посылаю к вам одного из моих генерал адъютантов для переговоров с вами о многих важных предметах. Прошу Вашу Светлость верить всему, что он вам скажет, особенно когда, станет выражать вам чувствования уважения и особенного почтения, питаемые мною к вам с давнего времени. Засим молю бога о сохранении вас под своим священным кровом.
Москва, 3 октября, 1812.
Наполеон. ]

«Je serais maudit par la posterite si l'on me regardait comme le premier moteur d'un accommodement quelconque. Tel est l'esprit actuel de ma nation», [Я бы был проклят, если бы на меня смотрели как на первого зачинщика какой бы то ни было сделки; такова воля нашего народа. ] – отвечал Кутузов и продолжал употреблять все свои силы на то, чтобы удерживать войска от наступления.
В месяц грабежа французского войска в Москве и спокойной стоянки русского войска под Тарутиным совершилось изменение в отношении силы обоих войск (духа и численности), вследствие которого преимущество силы оказалось на стороне русских. Несмотря на то, что положение французского войска и его численность были неизвестны русским, как скоро изменилось отношение, необходимость наступления тотчас же выразилась в бесчисленном количестве признаков. Признаками этими были: и присылка Лористона, и изобилие провианта в Тарутине, и сведения, приходившие со всех сторон о бездействии и беспорядке французов, и комплектование наших полков рекрутами, и хорошая погода, и продолжительный отдых русских солдат, и обыкновенно возникающее в войсках вследствие отдыха нетерпение исполнять то дело, для которого все собраны, и любопытство о том, что делалось во французской армии, так давно потерянной из виду, и смелость, с которою теперь шныряли русские аванпосты около стоявших в Тарутине французов, и известия о легких победах над французами мужиков и партизанов, и зависть, возбуждаемая этим, и чувство мести, лежавшее в душе каждого человека до тех пор, пока французы были в Москве, и (главное) неясное, но возникшее в душе каждого солдата сознание того, что отношение силы изменилось теперь и преимущество находится на нашей стороне. Существенное отношение сил изменилось, и наступление стало необходимым. И тотчас же, так же верно, как начинают бить и играть в часах куранты, когда стрелка совершила полный круг, в высших сферах, соответственно существенному изменению сил, отразилось усиленное движение, шипение и игра курантов.


Русская армия управлялась Кутузовым с его штабом и государем из Петербурга. В Петербурге, еще до получения известия об оставлении Москвы, был составлен подробный план всей войны и прислан Кутузову для руководства. Несмотря на то, что план этот был составлен в предположении того, что Москва еще в наших руках, план этот был одобрен штабом и принят к исполнению. Кутузов писал только, что дальние диверсии всегда трудно исполнимы. И для разрешения встречавшихся трудностей присылались новые наставления и лица, долженствовавшие следить за его действиями и доносить о них.
Кроме того, теперь в русской армии преобразовался весь штаб. Замещались места убитого Багратиона и обиженного, удалившегося Барклая. Весьма серьезно обдумывали, что будет лучше: А. поместить на место Б., а Б. на место Д., или, напротив, Д. на место А. и т. д., как будто что нибудь, кроме удовольствия А. и Б., могло зависеть от этого.
В штабе армии, по случаю враждебности Кутузова с своим начальником штаба, Бенигсеном, и присутствия доверенных лиц государя и этих перемещений, шла более, чем обыкновенно, сложная игра партий: А. подкапывался под Б., Д. под С. и т. д., во всех возможных перемещениях и сочетаниях. При всех этих подкапываниях предметом интриг большей частью было то военное дело, которым думали руководить все эти люди; но это военное дело шло независимо от них, именно так, как оно должно было идти, то есть никогда не совпадая с тем, что придумывали люди, а вытекая из сущности отношения масс. Все эти придумыванья, скрещиваясь, перепутываясь, представляли в высших сферах только верное отражение того, что должно было совершиться.
«Князь Михаил Иларионович! – писал государь от 2 го октября в письме, полученном после Тарутинского сражения. – С 2 го сентября Москва в руках неприятельских. Последние ваши рапорты от 20 го; и в течение всего сего времени не только что ничего не предпринято для действия противу неприятеля и освобождения первопрестольной столицы, но даже, по последним рапортам вашим, вы еще отступили назад. Серпухов уже занят отрядом неприятельским, и Тула, с знаменитым и столь для армии необходимым своим заводом, в опасности. По рапортам от генерала Винцингероде вижу я, что неприятельский 10000 й корпус подвигается по Петербургской дороге. Другой, в нескольких тысячах, также подается к Дмитрову. Третий подвинулся вперед по Владимирской дороге. Четвертый, довольно значительный, стоит между Рузою и Можайском. Наполеон же сам по 25 е число находился в Москве. По всем сим сведениям, когда неприятель сильными отрядами раздробил свои силы, когда Наполеон еще в Москве сам, с своею гвардией, возможно ли, чтобы силы неприятельские, находящиеся перед вами, были значительны и не позволяли вам действовать наступательно? С вероятностию, напротив того, должно полагать, что он вас преследует отрядами или, по крайней мере, корпусом, гораздо слабее армии, вам вверенной. Казалось, что, пользуясь сими обстоятельствами, могли бы вы с выгодою атаковать неприятеля слабее вас и истребить оного или, по меньшей мере, заставя его отступить, сохранить в наших руках знатную часть губерний, ныне неприятелем занимаемых, и тем самым отвратить опасность от Тулы и прочих внутренних наших городов. На вашей ответственности останется, если неприятель в состоянии будет отрядить значительный корпус на Петербург для угрожания сей столице, в которой не могло остаться много войска, ибо с вверенною вам армиею, действуя с решительностию и деятельностию, вы имеете все средства отвратить сие новое несчастие. Вспомните, что вы еще обязаны ответом оскорбленному отечеству в потере Москвы. Вы имели опыты моей готовности вас награждать. Сия готовность не ослабнет во мне, но я и Россия вправе ожидать с вашей стороны всего усердия, твердости и успехов, которые ум ваш, воинские таланты ваши и храбрость войск, вами предводительствуемых, нам предвещают».
Но в то время как письмо это, доказывающее то, что существенное отношение сил уже отражалось и в Петербурге, было в дороге, Кутузов не мог уже удержать командуемую им армию от наступления, и сражение уже было дано.
2 го октября казак Шаповалов, находясь в разъезде, убил из ружья одного и подстрелил другого зайца. Гоняясь за подстреленным зайцем, Шаповалов забрел далеко в лес и наткнулся на левый фланг армии Мюрата, стоящий без всяких предосторожностей. Казак, смеясь, рассказал товарищам, как он чуть не попался французам. Хорунжий, услыхав этот рассказ, сообщил его командиру.
Казака призвали, расспросили; казачьи командиры хотели воспользоваться этим случаем, чтобы отбить лошадей, но один из начальников, знакомый с высшими чинами армии, сообщил этот факт штабному генералу. В последнее время в штабе армии положение было в высшей степени натянутое. Ермолов, за несколько дней перед этим, придя к Бенигсену, умолял его употребить свое влияние на главнокомандующего, для того чтобы сделано было наступление.
– Ежели бы я не знал вас, я подумал бы, что вы не хотите того, о чем вы просите. Стоит мне посоветовать одно, чтобы светлейший наверное сделал противоположное, – отвечал Бенигсен.
Известие казаков, подтвержденное посланными разъездами, доказало окончательную зрелость события. Натянутая струна соскочила, и зашипели часы, и заиграли куранты. Несмотря на всю свою мнимую власть, на свой ум, опытность, знание людей, Кутузов, приняв во внимание записку Бенигсена, посылавшего лично донесения государю, выражаемое всеми генералами одно и то же желание, предполагаемое им желание государя и сведение казаков, уже не мог удержать неизбежного движения и отдал приказание на то, что он считал бесполезным и вредным, – благословил совершившийся факт.


Записка, поданная Бенигсеном о необходимости наступления, и сведения казаков о незакрытом левом фланге французов были только последние признаки необходимости отдать приказание о наступлении, и наступление было назначено на 5 е октября.
4 го октября утром Кутузов подписал диспозицию. Толь прочел ее Ермолову, предлагая ему заняться дальнейшими распоряжениями.
– Хорошо, хорошо, мне теперь некогда, – сказал Ермолов и вышел из избы. Диспозиция, составленная Толем, была очень хорошая. Так же, как и в аустерлицкой диспозиции, было написано, хотя и не по немецки:
«Die erste Colonne marschiert [Первая колонна идет (нем.) ] туда то и туда то, die zweite Colonne marschiert [вторая колонна идет (нем.) ] туда то и туда то» и т. д. И все эти колонны на бумаге приходили в назначенное время в свое место и уничтожали неприятеля. Все было, как и во всех диспозициях, прекрасно придумано, и, как и по всем диспозициям, ни одна колонна не пришла в свое время и на свое место.
Когда диспозиция была готова в должном количестве экземпляров, был призван офицер и послан к Ермолову, чтобы передать ему бумаги для исполнения. Молодой кавалергардский офицер, ординарец Кутузова, довольный важностью данного ему поручения, отправился на квартиру Ермолова.
– Уехали, – отвечал денщик Ермолова. Кавалергардский офицер пошел к генералу, у которого часто бывал Ермолов.
– Нет, и генерала нет.
Кавалергардский офицер, сев верхом, поехал к другому.
– Нет, уехали.
«Как бы мне не отвечать за промедление! Вот досада!» – думал офицер. Он объездил весь лагерь. Кто говорил, что видели, как Ермолов проехал с другими генералами куда то, кто говорил, что он, верно, опять дома. Офицер, не обедая, искал до шести часов вечера. Нигде Ермолова не было и никто не знал, где он был. Офицер наскоро перекусил у товарища и поехал опять в авангард к Милорадовичу. Милорадовича не было тоже дома, но тут ему сказали, что Милорадович на балу у генерала Кикина, что, должно быть, и Ермолов там.
– Да где же это?
– А вон, в Ечкине, – сказал казачий офицер, указывая на далекий помещичий дом.
– Да как же там, за цепью?
– Выслали два полка наших в цепь, там нынче такой кутеж идет, беда! Две музыки, три хора песенников.
Офицер поехал за цепь к Ечкину. Издалека еще, подъезжая к дому, он услыхал дружные, веселые звуки плясовой солдатской песни.
«Во олузя а ах… во олузях!..» – с присвистом и с торбаном слышалось ему, изредка заглушаемое криком голосов. Офицеру и весело стало на душе от этих звуков, но вместе с тем и страшно за то, что он виноват, так долго не передав важного, порученного ему приказания. Был уже девятый час. Он слез с лошади и вошел на крыльцо и в переднюю большого, сохранившегося в целости помещичьего дома, находившегося между русских и французов. В буфетной и в передней суетились лакеи с винами и яствами. Под окнами стояли песенники. Офицера ввели в дверь, и он увидал вдруг всех вместе важнейших генералов армии, в том числе и большую, заметную фигуру Ермолова. Все генералы были в расстегнутых сюртуках, с красными, оживленными лицами и громко смеялись, стоя полукругом. В середине залы красивый невысокий генерал с красным лицом бойко и ловко выделывал трепака.
– Ха, ха, ха! Ай да Николай Иванович! ха, ха, ха!..
Офицер чувствовал, что, входя в эту минуту с важным приказанием, он делается вдвойне виноват, и он хотел подождать; но один из генералов увидал его и, узнав, зачем он, сказал Ермолову. Ермолов с нахмуренным лицом вышел к офицеру и, выслушав, взял от него бумагу, ничего не сказав ему.
– Ты думаешь, это нечаянно он уехал? – сказал в этот вечер штабный товарищ кавалергардскому офицеру про Ермолова. – Это штуки, это все нарочно. Коновницына подкатить. Посмотри, завтра каша какая будет!


На другой день, рано утром, дряхлый Кутузов встал, помолился богу, оделся и с неприятным сознанием того, что он должен руководить сражением, которого он не одобрял, сел в коляску и выехал из Леташевки, в пяти верстах позади Тарутина, к тому месту, где должны были быть собраны наступающие колонны. Кутузов ехал, засыпая и просыпаясь и прислушиваясь, нет ли справа выстрелов, не начиналось ли дело? Но все еще было тихо. Только начинался рассвет сырого и пасмурного осеннего дня. Подъезжая к Тарутину, Кутузов заметил кавалеристов, ведших на водопой лошадей через дорогу, по которой ехала коляска. Кутузов присмотрелся к ним, остановил коляску и спросил, какого полка? Кавалеристы были из той колонны, которая должна была быть уже далеко впереди в засаде. «Ошибка, может быть», – подумал старый главнокомандующий. Но, проехав еще дальше, Кутузов увидал пехотные полки, ружья в козлах, солдат за кашей и с дровами, в подштанниках. Позвали офицера. Офицер доложил, что никакого приказания о выступлении не было.
– Как не бы… – начал Кутузов, но тотчас же замолчал и приказал позвать к себе старшего офицера. Вылезши из коляски, опустив голову и тяжело дыша, молча ожидая, ходил он взад и вперед. Когда явился потребованный офицер генерального штаба Эйхен, Кутузов побагровел не оттого, что этот офицер был виною ошибки, но оттого, что он был достойный предмет для выражения гнева. И, трясясь, задыхаясь, старый человек, придя в то состояние бешенства, в которое он в состоянии был приходить, когда валялся по земле от гнева, он напустился на Эйхена, угрожая руками, крича и ругаясь площадными словами. Другой подвернувшийся, капитан Брозин, ни в чем не виноватый, потерпел ту же участь.
– Это что за каналья еще? Расстрелять мерзавцев! – хрипло кричал он, махая руками и шатаясь. Он испытывал физическое страдание. Он, главнокомандующий, светлейший, которого все уверяют, что никто никогда не имел в России такой власти, как он, он поставлен в это положение – поднят на смех перед всей армией. «Напрасно так хлопотал молиться об нынешнем дне, напрасно не спал ночь и все обдумывал! – думал он о самом себе. – Когда был мальчишкой офицером, никто бы не смел так надсмеяться надо мной… А теперь!» Он испытывал физическое страдание, как от телесного наказания, и не мог не выражать его гневными и страдальческими криками; но скоро силы его ослабели, и он, оглядываясь, чувствуя, что он много наговорил нехорошего, сел в коляску и молча уехал назад.
Излившийся гнев уже не возвращался более, и Кутузов, слабо мигая глазами, выслушивал оправдания и слова защиты (Ермолов сам не являлся к нему до другого дня) и настояния Бенигсена, Коновницына и Толя о том, чтобы то же неудавшееся движение сделать на другой день. И Кутузов должен был опять согласиться.


На другой день войска с вечера собрались в назначенных местах и ночью выступили. Была осенняя ночь с черно лиловатыми тучами, но без дождя. Земля была влажна, но грязи не было, и войска шли без шума, только слабо слышно было изредка бренчанье артиллерии. Запретили разговаривать громко, курить трубки, высекать огонь; лошадей удерживали от ржания. Таинственность предприятия увеличивала его привлекательность. Люди шли весело. Некоторые колонны остановились, поставили ружья в козлы и улеглись на холодной земле, полагая, что они пришли туда, куда надо было; некоторые (большинство) колонны шли целую ночь и, очевидно, зашли не туда, куда им надо было.
Граф Орлов Денисов с казаками (самый незначительный отряд из всех других) один попал на свое место и в свое время. Отряд этот остановился у крайней опушки леса, на тропинке из деревни Стромиловой в Дмитровское.
Перед зарею задремавшего графа Орлова разбудили. Привели перебежчика из французского лагеря. Это был польский унтер офицер корпуса Понятовского. Унтер офицер этот по польски объяснил, что он перебежал потому, что его обидели по службе, что ему давно бы пора быть офицером, что он храбрее всех и потому бросил их и хочет их наказать. Он говорил, что Мюрат ночует в версте от них и что, ежели ему дадут сто человек конвою, он живьем возьмет его. Граф Орлов Денисов посоветовался с своими товарищами. Предложение было слишком лестно, чтобы отказаться. Все вызывались ехать, все советовали попытаться. После многих споров и соображений генерал майор Греков с двумя казачьими полками решился ехать с унтер офицером.
– Ну помни же, – сказал граф Орлов Денисов унтер офицеру, отпуская его, – в случае ты соврал, я тебя велю повесить, как собаку, а правда – сто червонцев.
Унтер офицер с решительным видом не отвечал на эти слова, сел верхом и поехал с быстро собравшимся Грековым. Они скрылись в лесу. Граф Орлов, пожимаясь от свежести начинавшего брезжить утра, взволнованный тем, что им затеяно на свою ответственность, проводив Грекова, вышел из леса и стал оглядывать неприятельский лагерь, видневшийся теперь обманчиво в свете начинавшегося утра и догоравших костров. Справа от графа Орлова Денисова, по открытому склону, должны были показаться наши колонны. Граф Орлов глядел туда; но несмотря на то, что издалека они были бы заметны, колонн этих не было видно. Во французском лагере, как показалось графу Орлову Денисову, и в особенности по словам его очень зоркого адъютанта, начинали шевелиться.
– Ах, право, поздно, – сказал граф Орлов, поглядев на лагерь. Ему вдруг, как это часто бывает, после того как человека, которому мы поверим, нет больше перед глазами, ему вдруг совершенно ясно и очевидно стало, что унтер офицер этот обманщик, что он наврал и только испортит все дело атаки отсутствием этих двух полков, которых он заведет бог знает куда. Можно ли из такой массы войск выхватить главнокомандующего?
– Право, он врет, этот шельма, – сказал граф.
– Можно воротить, – сказал один из свиты, который почувствовал так же, как и граф Орлов Денисов, недоверие к предприятию, когда посмотрел на лагерь.
– А? Право?.. как вы думаете, или оставить? Или нет?
– Прикажете воротить?
– Воротить, воротить! – вдруг решительно сказал граф Орлов, глядя на часы, – поздно будет, совсем светло.
И адъютант поскакал лесом за Грековым. Когда Греков вернулся, граф Орлов Денисов, взволнованный и этой отмененной попыткой, и тщетным ожиданием пехотных колонн, которые все не показывались, и близостью неприятеля (все люди его отряда испытывали то же), решил наступать.
Шепотом прокомандовал он: «Садись!» Распределились, перекрестились…
– С богом!
«Урааааа!» – зашумело по лесу, и, одна сотня за другой, как из мешка высыпаясь, полетели весело казаки с своими дротиками наперевес, через ручей к лагерю.
Один отчаянный, испуганный крик первого увидавшего казаков француза – и все, что было в лагере, неодетое, спросонков бросило пушки, ружья, лошадей и побежало куда попало.
Ежели бы казаки преследовали французов, не обращая внимания на то, что было позади и вокруг них, они взяли бы и Мюрата, и все, что тут было. Начальники и хотели этого. Но нельзя было сдвинуть с места казаков, когда они добрались до добычи и пленных. Команды никто не слушал. Взято было тут же тысяча пятьсот человек пленных, тридцать восемь орудий, знамена и, что важнее всего для казаков, лошади, седла, одеяла и различные предметы. Со всем этим надо было обойтись, прибрать к рукам пленных, пушки, поделить добычу, покричать, даже подраться между собой: всем этим занялись казаки.
Французы, не преследуемые более, стали понемногу опоминаться, собрались командами и принялись стрелять. Орлов Денисов ожидал все колонны и не наступал дальше.
Между тем по диспозиции: «die erste Colonne marschiert» [первая колонна идет (нем.) ] и т. д., пехотные войска опоздавших колонн, которыми командовал Бенигсен и управлял Толь, выступили как следует и, как всегда бывает, пришли куда то, но только не туда, куда им было назначено. Как и всегда бывает, люди, вышедшие весело, стали останавливаться; послышалось неудовольствие, сознание путаницы, двинулись куда то назад. Проскакавшие адъютанты и генералы кричали, сердились, ссорились, говорили, что совсем не туда и опоздали, кого то бранили и т. д., и наконец, все махнули рукой и пошли только с тем, чтобы идти куда нибудь. «Куда нибудь да придем!» И действительно, пришли, но не туда, а некоторые туда, но опоздали так, что пришли без всякой пользы, только для того, чтобы в них стреляли. Толь, который в этом сражении играл роль Вейротера в Аустерлицком, старательно скакал из места в место и везде находил все навыворот. Так он наскакал на корпус Багговута в лесу, когда уже было совсем светло, а корпус этот давно уже должен был быть там, с Орловым Денисовым. Взволнованный, огорченный неудачей и полагая, что кто нибудь виноват в этом, Толь подскакал к корпусному командиру и строго стал упрекать его, говоря, что за это расстрелять следует. Багговут, старый, боевой, спокойный генерал, тоже измученный всеми остановками, путаницами, противоречиями, к удивлению всех, совершенно противно своему характеру, пришел в бешенство и наговорил неприятных вещей Толю.
– Я уроков принимать ни от кого не хочу, а умирать с своими солдатами умею не хуже другого, – сказал он и с одной дивизией пошел вперед.
Выйдя на поле под французские выстрелы, взволнованный и храбрый Багговут, не соображая того, полезно или бесполезно его вступление в дело теперь, и с одной дивизией, пошел прямо и повел свои войска под выстрелы. Опасность, ядра, пули были то самое, что нужно ему было в его гневном настроении. Одна из первых пуль убила его, следующие пули убили многих солдат. И дивизия его постояла несколько времени без пользы под огнем.


Между тем с фронта другая колонна должна была напасть на французов, но при этой колонне был Кутузов. Он знал хорошо, что ничего, кроме путаницы, не выйдет из этого против его воли начатого сражения, и, насколько то было в его власти, удерживал войска. Он не двигался.
Кутузов молча ехал на своей серенькой лошадке, лениво отвечая на предложения атаковать.
– У вас все на языке атаковать, а не видите, что мы не умеем делать сложных маневров, – сказал он Милорадовичу, просившемуся вперед.
– Не умели утром взять живьем Мюрата и прийти вовремя на место: теперь нечего делать! – отвечал он другому.
Когда Кутузову доложили, что в тылу французов, где, по донесениям казаков, прежде никого не было, теперь было два батальона поляков, он покосился назад на Ермолова (он с ним не говорил еще со вчерашнего дня).
– Вот просят наступления, предлагают разные проекты, а чуть приступишь к делу, ничего не готово, и предупрежденный неприятель берет свои меры.
Ермолов прищурил глаза и слегка улыбнулся, услыхав эти слова. Он понял, что для него гроза прошла и что Кутузов ограничится этим намеком.
– Это он на мой счет забавляется, – тихо сказал Ермолов, толкнув коленкой Раевского, стоявшего подле него.
Вскоре после этого Ермолов выдвинулся вперед к Кутузову и почтительно доложил:
– Время не упущено, ваша светлость, неприятель не ушел. Если прикажете наступать? А то гвардия и дыма не увидит.
Кутузов ничего не сказал, но когда ему донесли, что войска Мюрата отступают, он приказал наступленье; но через каждые сто шагов останавливался на три четверти часа.
Все сраженье состояло только в том, что сделали казаки Орлова Денисова; остальные войска лишь напрасно потеряли несколько сот людей.
Вследствие этого сражения Кутузов получил алмазный знак, Бенигсен тоже алмазы и сто тысяч рублей, другие, по чинам соответственно, получили тоже много приятного, и после этого сражения сделаны еще новые перемещения в штабе.
«Вот как у нас всегда делается, все навыворот!» – говорили после Тарутинского сражения русские офицеры и генералы, – точно так же, как и говорят теперь, давая чувствовать, что кто то там глупый делает так, навыворот, а мы бы не так сделали. Но люди, говорящие так, или не знают дела, про которое говорят, или умышленно обманывают себя. Всякое сражение – Тарутинское, Бородинское, Аустерлицкое – всякое совершается не так, как предполагали его распорядители. Это есть существенное условие.
Бесчисленное количество свободных сил (ибо нигде человек не бывает свободнее, как во время сражения, где дело идет о жизни и смерти) влияет на направление сражения, и это направление никогда не может быть известно вперед и никогда не совпадает с направлением какой нибудь одной силы.
Ежели многие, одновременно и разнообразно направленные силы действуют на какое нибудь тело, то направление движения этого тела не может совпадать ни с одной из сил; а будет всегда среднее, кратчайшее направление, то, что в механике выражается диагональю параллелограмма сил.
Ежели в описаниях историков, в особенности французских, мы находим, что у них войны и сражения исполняются по вперед определенному плану, то единственный вывод, который мы можем сделать из этого, состоит в том, что описания эти не верны.
Тарутинское сражение, очевидно, не достигло той цели, которую имел в виду Толь: по порядку ввести по диспозиции в дело войска, и той, которую мог иметь граф Орлов; взять в плен Мюрата, или цели истребления мгновенно всего корпуса, которую могли иметь Бенигсен и другие лица, или цели офицера, желавшего попасть в дело и отличиться, или казака, который хотел приобрести больше добычи, чем он приобрел, и т. д. Но, если целью было то, что действительно совершилось, и то, что для всех русских людей тогда было общим желанием (изгнание французов из России и истребление их армии), то будет совершенно ясно, что Тарутинское сражение, именно вследствие его несообразностей, было то самое, что было нужно в тот период кампании. Трудно и невозможно придумать какой нибудь исход этого сражения, более целесообразный, чем тот, который оно имело. При самом малом напряжении, при величайшей путанице и при самой ничтожной потере были приобретены самые большие результаты во всю кампанию, был сделан переход от отступления к наступлению, была обличена слабость французов и был дан тот толчок, которого только и ожидало наполеоновское войско для начатия бегства.


Наполеон вступает в Москву после блестящей победы de la Moskowa; сомнения в победе не может быть, так как поле сражения остается за французами. Русские отступают и отдают столицу. Москва, наполненная провиантом, оружием, снарядами и несметными богатствами, – в руках Наполеона. Русское войско, вдвое слабейшее французского, в продолжение месяца не делает ни одной попытки нападения. Положение Наполеона самое блестящее. Для того, чтобы двойными силами навалиться на остатки русской армии и истребить ее, для того, чтобы выговорить выгодный мир или, в случае отказа, сделать угрожающее движение на Петербург, для того, чтобы даже, в случае неудачи, вернуться в Смоленск или в Вильну, или остаться в Москве, – для того, одним словом, чтобы удержать то блестящее положение, в котором находилось в то время французское войско, казалось бы, не нужно особенной гениальности. Для этого нужно было сделать самое простое и легкое: не допустить войска до грабежа, заготовить зимние одежды, которых достало бы в Москве на всю армию, и правильно собрать находившийся в Москве более чем на полгода (по показанию французских историков) провиант всему войску. Наполеон, этот гениальнейший из гениев и имевший власть управлять армиею, как утверждают историки, ничего не сделал этого.
Он не только не сделал ничего этого, но, напротив, употребил свою власть на то, чтобы из всех представлявшихся ему путей деятельности выбрать то, что было глупее и пагубнее всего. Из всего, что мог сделать Наполеон: зимовать в Москве, идти на Петербург, идти на Нижний Новгород, идти назад, севернее или южнее, тем путем, которым пошел потом Кутузов, – ну что бы ни придумать, глупее и пагубнее того, что сделал Наполеон, то есть оставаться до октября в Москве, предоставляя войскам грабить город, потом, колеблясь, оставить или не оставить гарнизон, выйти из Москвы, подойти к Кутузову, не начать сражения, пойти вправо, дойти до Малого Ярославца, опять не испытав случайности пробиться, пойти не по той дороге, по которой пошел Кутузов, а пойти назад на Можайск и по разоренной Смоленской дороге, – глупее этого, пагубнее для войска ничего нельзя было придумать, как то и показали последствия. Пускай самые искусные стратегики придумают, представив себе, что цель Наполеона состояла в том, чтобы погубить свою армию, придумают другой ряд действий, который бы с такой же несомненностью и независимостью от всего того, что бы ни предприняли русские войска, погубил бы так совершенно всю французскую армию, как то, что сделал Наполеон.
Гениальный Наполеон сделал это. Но сказать, что Наполеон погубил свою армию потому, что он хотел этого, или потому, что он был очень глуп, было бы точно так же несправедливо, как сказать, что Наполеон довел свои войска до Москвы потому, что он хотел этого, и потому, что он был очень умен и гениален.
В том и другом случае личная деятельность его, не имевшая больше силы, чем личная деятельность каждого солдата, только совпадала с теми законами, по которым совершалось явление.
Совершенно ложно (только потому, что последствия не оправдали деятельности Наполеона) представляют нам историки силы Наполеона ослабевшими в Москве. Он, точно так же, как и прежде, как и после, в 13 м году, употреблял все свое уменье и силы на то, чтобы сделать наилучшее для себя и своей армии. Деятельность Наполеона за это время не менее изумительна, чем в Египте, в Италии, в Австрии и в Пруссии. Мы не знаем верно о том, в какой степени была действительна гениальность Наполеона в Египте, где сорок веков смотрели на его величие, потому что эти все великие подвиги описаны нам только французами. Мы не можем верно судить о его гениальности в Австрии и Пруссии, так как сведения о его деятельности там должны черпать из французских и немецких источников; а непостижимая сдача в плен корпусов без сражений и крепостей без осады должна склонять немцев к признанию гениальности как к единственному объяснению той войны, которая велась в Германии. Но нам признавать его гениальность, чтобы скрыть свой стыд, слава богу, нет причины. Мы заплатили за то, чтоб иметь право просто и прямо смотреть на дело, и мы не уступим этого права.
Деятельность его в Москве так же изумительна и гениальна, как и везде. Приказания за приказаниями и планы за планами исходят из него со времени его вступления в Москву и до выхода из нее. Отсутствие жителей и депутации и самый пожар Москвы не смущают его. Он не упускает из виду ни блага своей армии, ни действий неприятеля, ни блага народов России, ни управления долами Парижа, ни дипломатических соображений о предстоящих условиях мира.


В военном отношении, тотчас по вступлении в Москву, Наполеон строго приказывает генералу Себастиани следить за движениями русской армии, рассылает корпуса по разным дорогам и Мюрату приказывает найти Кутузова. Потом он старательно распоряжается об укреплении Кремля; потом делает гениальный план будущей кампании по всей карте России. В отношении дипломатическом, Наполеон призывает к себе ограбленного и оборванного капитана Яковлева, не знающего, как выбраться из Москвы, подробно излагает ему всю свою политику и свое великодушие и, написав письмо к императору Александру, в котором он считает своим долгом сообщить своему другу и брату, что Растопчин дурно распорядился в Москве, он отправляет Яковлева в Петербург. Изложив так же подробно свои виды и великодушие перед Тутолминым, он и этого старичка отправляет в Петербург для переговоров.
В отношении юридическом, тотчас же после пожаров, велено найти виновных и казнить их. И злодей Растопчин наказан тем, что велено сжечь его дома.
В отношении административном, Москве дарована конституция, учрежден муниципалитет и обнародовано следующее:
«Жители Москвы!
Несчастия ваши жестоки, но его величество император и король хочет прекратить течение оных. Страшные примеры вас научили, каким образом он наказывает непослушание и преступление. Строгие меры взяты, чтобы прекратить беспорядок и возвратить общую безопасность. Отеческая администрация, избранная из самих вас, составлять будет ваш муниципалитет или градское правление. Оное будет пещись об вас, об ваших нуждах, об вашей пользе. Члены оного отличаются красною лентою, которую будут носить через плечо, а градской голова будет иметь сверх оного белый пояс. Но, исключая время должности их, они будут иметь только красную ленту вокруг левой руки.
Городовая полиция учреждена по прежнему положению, а чрез ее деятельность уже лучший существует порядок. Правительство назначило двух генеральных комиссаров, или полицмейстеров, и двадцать комиссаров, или частных приставов, поставленных во всех частях города. Вы их узнаете по белой ленте, которую будут они носить вокруг левой руки. Некоторые церкви разного исповедания открыты, и в них беспрепятственно отправляется божественная служба. Ваши сограждане возвращаются ежедневно в свои жилища, и даны приказы, чтобы они в них находили помощь и покровительство, следуемые несчастию. Сии суть средства, которые правительство употребило, чтобы возвратить порядок и облегчить ваше положение; но, чтобы достигнуть до того, нужно, чтобы вы с ним соединили ваши старания, чтобы забыли, если можно, ваши несчастия, которые претерпели, предались надежде не столь жестокой судьбы, были уверены, что неизбежимая и постыдная смерть ожидает тех, кои дерзнут на ваши особы и оставшиеся ваши имущества, а напоследок и не сомневались, что оные будут сохранены, ибо такая есть воля величайшего и справедливейшего из всех монархов. Солдаты и жители, какой бы вы нации ни были! Восстановите публичное доверие, источник счастия государства, живите, как братья, дайте взаимно друг другу помощь и покровительство, соединитесь, чтоб опровергнуть намерения зломыслящих, повинуйтесь воинским и гражданским начальствам, и скоро ваши слезы течь перестанут».
В отношении продовольствия войска, Наполеон предписал всем войскам поочередно ходить в Москву a la maraude [мародерствовать] для заготовления себе провианта, так, чтобы таким образом армия была обеспечена на будущее время.
В отношении религиозном, Наполеон приказал ramener les popes [привести назад попов] и возобновить служение в церквах.
В торговом отношении и для продовольствия армии было развешено везде следующее:
Провозглашение
«Вы, спокойные московские жители, мастеровые и рабочие люди, которых несчастия удалили из города, и вы, рассеянные земледельцы, которых неосновательный страх еще задерживает в полях, слушайте! Тишина возвращается в сию столицу, и порядок в ней восстановляется. Ваши земляки выходят смело из своих убежищ, видя, что их уважают. Всякое насильствие, учиненное против их и их собственности, немедленно наказывается. Его величество император и король их покровительствует и между вами никого не почитает за своих неприятелей, кроме тех, кои ослушиваются его повелениям. Он хочет прекратить ваши несчастия и возвратить вас вашим дворам и вашим семействам. Соответствуйте ж его благотворительным намерениям и приходите к нам без всякой опасности. Жители! Возвращайтесь с доверием в ваши жилища: вы скоро найдете способы удовлетворить вашим нуждам! Ремесленники и трудолюбивые мастеровые! Приходите обратно к вашим рукодельям: домы, лавки, охранительные караулы вас ожидают, а за вашу работу получите должную вам плату! И вы, наконец, крестьяне, выходите из лесов, где от ужаса скрылись, возвращайтесь без страха в ваши избы, в точном уверении, что найдете защищение. Лабазы учреждены в городе, куда крестьяне могут привозить излишние свои запасы и земельные растения. Правительство приняло следующие меры, чтоб обеспечить им свободную продажу: 1) Считая от сего числа, крестьяне, земледельцы и живущие в окрестностях Москвы могут без всякой опасности привозить в город свои припасы, какого бы роду ни были, в двух назначенных лабазах, то есть на Моховую и в Охотный ряд. 2) Оные продовольствия будут покупаться у них по такой цене, на какую покупатель и продавец согласятся между собою; но если продавец не получит требуемую им справедливую цену, то волен будет повезти их обратно в свою деревню, в чем никто ему ни под каким видом препятствовать не может. 3) Каждое воскресенье и середа назначены еженедельно для больших торговых дней; почему достаточное число войск будет расставлено по вторникам и субботам на всех больших дорогах, в таком расстоянии от города, чтоб защищать те обозы. 4) Таковые ж меры будут взяты, чтоб на возвратном пути крестьянам с их повозками и лошадьми не последовало препятствия. 5) Немедленно средства употреблены будут для восстановления обыкновенных торгов. Жители города и деревень, и вы, работники и мастеровые, какой бы вы нации ни были! Вас взывают исполнять отеческие намерения его величества императора и короля и способствовать с ним к общему благополучию. Несите к его стопам почтение и доверие и не медлите соединиться с нами!»
В отношении поднятия духа войска и народа, беспрестанно делались смотры, раздавались награды. Император разъезжал верхом по улицам и утешал жителей; и, несмотря на всю озабоченность государственными делами, сам посетил учрежденные по его приказанию театры.
В отношении благотворительности, лучшей доблести венценосцев, Наполеон делал тоже все, что от него зависело. На богоугодных заведениях он велел надписать Maison de ma mere [Дом моей матери], соединяя этим актом нежное сыновнее чувство с величием добродетели монарха. Он посетил Воспитательный дом и, дав облобызать свои белые руки спасенным им сиротам, милостиво беседовал с Тутолминым. Потом, по красноречивому изложению Тьера, он велел раздать жалованье своим войскам русскими, сделанными им, фальшивыми деньгами. Relevant l'emploi de ces moyens par un acte digue de lui et de l'armee Francaise, il fit distribuer des secours aux incendies. Mais les vivres etant trop precieux pour etre donnes a des etrangers la plupart ennemis, Napoleon aima mieux leur fournir de l'argent afin qu'ils se fournissent au dehors, et il leur fit distribuer des roubles papiers. [Возвышая употребление этих мер действием, достойным его и французской армии, он приказал раздать пособия погоревшим. Но, так как съестные припасы были слишком дороги для того, чтобы давать их людям чужой земли и по большей части враждебно расположенным, Наполеон счел лучшим дать им денег, чтобы они добывали себе продовольствие на стороне; и он приказал оделять их бумажными рублями.]
В отношении дисциплины армии, беспрестанно выдавались приказы о строгих взысканиях за неисполнение долга службы и о прекращении грабежа.

Х
Но странное дело, все эти распоряжения, заботы и планы, бывшие вовсе не хуже других, издаваемых в подобных же случаях, не затрогивали сущности дела, а, как стрелки циферблата в часах, отделенного от механизма, вертелись произвольно и бесцельно, не захватывая колес.
В военном отношении, гениальный план кампании, про который Тьер говорит; que son genie n'avait jamais rien imagine de plus profond, de plus habile et de plus admirable [гений его никогда не изобретал ничего более глубокого, более искусного и более удивительного] и относительно которого Тьер, вступая в полемику с г м Феном, доказывает, что составление этого гениального плана должно быть отнесено не к 4 му, а к 15 му октября, план этот никогда не был и не мог быть исполнен, потому что ничего не имел близкого к действительности. Укрепление Кремля, для которого надо было срыть la Mosquee [мечеть] (так Наполеон назвал церковь Василия Блаженного), оказалось совершенно бесполезным. Подведение мин под Кремлем только содействовало исполнению желания императора при выходе из Москвы, чтобы Кремль был взорван, то есть чтобы был побит тот пол, о который убился ребенок. Преследование русской армии, которое так озабочивало Наполеона, представило неслыханное явление. Французские военачальники потеряли шестидесятитысячную русскую армию, и только, по словам Тьера, искусству и, кажется, тоже гениальности Мюрата удалось найти, как булавку, эту шестидесятитысячную русскую армию.
В дипломатическом отношении, все доводы Наполеона о своем великодушии и справедливости, и перед Тутолминым, и перед Яковлевым, озабоченным преимущественно приобретением шинели и повозки, оказались бесполезны: Александр не принял этих послов и не отвечал на их посольство.
В отношении юридическом, после казни мнимых поджигателей сгорела другая половина Москвы.
В отношении административном, учреждение муниципалитета не остановило грабежа и принесло только пользу некоторым лицам, участвовавшим в этом муниципалитете и, под предлогом соблюдения порядка, грабившим Москву или сохранявшим свое от грабежа.
В отношении религиозном, так легко устроенное в Египте дело посредством посещения мечети, здесь не принесло никаких результатов. Два или три священника, найденные в Москве, попробовали исполнить волю Наполеона, но одного из них по щекам прибил французский солдат во время службы, а про другого доносил следующее французский чиновник: «Le pretre, que j'avais decouvert et invite a recommencer a dire la messe, a nettoye et ferme l'eglise. Cette nuit on est venu de nouveau enfoncer les portes, casser les cadenas, dechirer les livres et commettre d'autres desordres». [«Священник, которого я нашел и пригласил начать служить обедню, вычистил и запер церковь. В ту же ночь пришли опять ломать двери и замки, рвать книги и производить другие беспорядки».]
В торговом отношении, на провозглашение трудолюбивым ремесленникам и всем крестьянам не последовало никакого ответа. Трудолюбивых ремесленников не было, а крестьяне ловили тех комиссаров, которые слишком далеко заезжали с этим провозглашением, и убивали их.
В отношении увеселений народа и войска театрами, дело точно так же не удалось. Учрежденные в Кремле и в доме Познякова театры тотчас же закрылись, потому что ограбили актрис и актеров.
Благотворительность и та не принесла желаемых результатов. Фальшивые ассигнации и нефальшивые наполняли Москву и не имели цены. Для французов, собиравших добычу, нужно было только золото. Не только фальшивые ассигнации, которые Наполеон так милостиво раздавал несчастным, не имели цены, но серебро отдавалось ниже своей стоимости за золото.
Но самое поразительное явление недействительности высших распоряжений в то время было старание Наполеона остановить грабежи и восстановить дисциплину.
Вот что доносили чины армии.
«Грабежи продолжаются в городе, несмотря на повеление прекратить их. Порядок еще не восстановлен, и нет ни одного купца, отправляющего торговлю законным образом. Только маркитанты позволяют себе продавать, да и то награбленные вещи».
«La partie de mon arrondissement continue a etre en proie au pillage des soldats du 3 corps, qui, non contents d'arracher aux malheureux refugies dans des souterrains le peu qui leur reste, ont meme la ferocite de les blesser a coups de sabre, comme j'en ai vu plusieurs exemples».
«Rien de nouveau outre que les soldats se permettent de voler et de piller. Le 9 octobre».
«Le vol et le pillage continuent. Il y a une bande de voleurs dans notre district qu'il faudra faire arreter par de fortes gardes. Le 11 octobre».
[«Часть моего округа продолжает подвергаться грабежу солдат 3 го корпуса, которые не довольствуются тем, что отнимают скудное достояние несчастных жителей, попрятавшихся в подвалы, но еще и с жестокостию наносят им раны саблями, как я сам много раз видел».
«Ничего нового, только что солдаты позволяют себе грабить и воровать. 9 октября».
«Воровство и грабеж продолжаются. Существует шайка воров в нашем участке, которую надо будет остановить сильными мерами. 11 октября».]
«Император чрезвычайно недоволен, что, несмотря на строгие повеления остановить грабеж, только и видны отряды гвардейских мародеров, возвращающиеся в Кремль. В старой гвардии беспорядки и грабеж сильнее, нежели когда либо, возобновились вчера, в последнюю ночь и сегодня. С соболезнованием видит император, что отборные солдаты, назначенные охранять его особу, долженствующие подавать пример подчиненности, до такой степени простирают ослушание, что разбивают погреба и магазины, заготовленные для армии. Другие унизились до того, что не слушали часовых и караульных офицеров, ругали их и били».
«Le grand marechal du palais se plaint vivement, – писал губернатор, – que malgre les defenses reiterees, les soldats continuent a faire leurs besoins dans toutes les cours et meme jusque sous les fenetres de l'Empereur».
[«Обер церемониймейстер дворца сильно жалуется на то, что, несмотря на все запрещения, солдаты продолжают ходить на час во всех дворах и даже под окнами императора».]
Войско это, как распущенное стадо, топча под ногами тот корм, который мог бы спасти его от голодной смерти, распадалось и гибло с каждым днем лишнего пребывания в Москве.
Но оно не двигалось.
Оно побежало только тогда, когда его вдруг охватил панический страх, произведенный перехватами обозов по Смоленской дороге и Тарутинским сражением. Это же самое известие о Тарутинском сражении, неожиданно на смотру полученное Наполеоном, вызвало в нем желание наказать русских, как говорит Тьер, и он отдал приказание о выступлении, которого требовало все войско.
Убегая из Москвы, люди этого войска захватили с собой все, что было награблено. Наполеон тоже увозил с собой свой собственный tresor [сокровище]. Увидав обоз, загромождавший армию. Наполеон ужаснулся (как говорит Тьер). Но он, с своей опытностью войны, не велел сжечь всо лишние повозки, как он это сделал с повозками маршала, подходя к Москве, но он посмотрел на эти коляски и кареты, в которых ехали солдаты, и сказал, что это очень хорошо, что экипажи эти употребятся для провианта, больных и раненых.
Положение всего войска было подобно положению раненого животного, чувствующего свою погибель и не знающего, что оно делает. Изучать искусные маневры Наполеона и его войска и его цели со времени вступления в Москву и до уничтожения этого войска – все равно, что изучать значение предсмертных прыжков и судорог смертельно раненного животного. Очень часто раненое животное, заслышав шорох, бросается на выстрел на охотника, бежит вперед, назад и само ускоряет свой конец. То же самое делал Наполеон под давлением всего его войска. Шорох Тарутинского сражения спугнул зверя, и он бросился вперед на выстрел, добежал до охотника, вернулся назад, опять вперед, опять назад и, наконец, как всякий зверь, побежал назад, по самому невыгодному, опасному пути, но по знакомому, старому следу.
Наполеон, представляющийся нам руководителем всего этого движения (как диким представлялась фигура, вырезанная на носу корабля, силою, руководящею корабль), Наполеон во все это время своей деятельности был подобен ребенку, который, держась за тесемочки, привязанные внутри кареты, воображает, что он правит.


6 го октября, рано утром, Пьер вышел из балагана и, вернувшись назад, остановился у двери, играя с длинной, на коротких кривых ножках, лиловой собачонкой, вертевшейся около него. Собачонка эта жила у них в балагане, ночуя с Каратаевым, но иногда ходила куда то в город и опять возвращалась. Она, вероятно, никогда никому не принадлежала, и теперь она была ничья и не имела никакого названия. Французы звали ее Азор, солдат сказочник звал ее Фемгалкой, Каратаев и другие звали ее Серый, иногда Вислый. Непринадлежание ее никому и отсутствие имени и даже породы, даже определенного цвета, казалось, нисколько не затрудняло лиловую собачонку. Пушной хвост панашем твердо и кругло стоял кверху, кривые ноги служили ей так хорошо, что часто она, как бы пренебрегая употреблением всех четырех ног, поднимала грациозно одну заднюю и очень ловко и скоро бежала на трех лапах. Все для нее было предметом удовольствия. То, взвизгивая от радости, она валялась на спине, то грелась на солнце с задумчивым и значительным видом, то резвилась, играя с щепкой или соломинкой.
Одеяние Пьера теперь состояло из грязной продранной рубашки, единственном остатке его прежнего платья, солдатских порток, завязанных для тепла веревочками на щиколках по совету Каратаева, из кафтана и мужицкой шапки. Пьер очень изменился физически в это время. Он не казался уже толст, хотя и имел все тот же вид крупности и силы, наследственной в их породе. Борода и усы обросли нижнюю часть лица; отросшие, спутанные волосы на голове, наполненные вшами, курчавились теперь шапкою. Выражение глаз было твердое, спокойное и оживленно готовое, такое, какого никогда не имел прежде взгляд Пьера. Прежняя его распущенность, выражавшаяся и во взгляде, заменилась теперь энергической, готовой на деятельность и отпор – подобранностью. Ноги его были босые.
Пьер смотрел то вниз по полю, по которому в нынешнее утро разъездились повозки и верховые, то вдаль за реку, то на собачонку, притворявшуюся, что она не на шутку хочет укусить его, то на свои босые ноги, которые он с удовольствием переставлял в различные положения, пошевеливая грязными, толстыми, большими пальцами. И всякий раз, как он взглядывал на свои босые ноги, на лице его пробегала улыбка оживления и самодовольства. Вид этих босых ног напоминал ему все то, что он пережил и понял за это время, и воспоминание это было ему приятно.
Погода уже несколько дней стояла тихая, ясная, с легкими заморозками по утрам – так называемое бабье лето.
В воздухе, на солнце, было тепло, и тепло это с крепительной свежестью утреннего заморозка, еще чувствовавшегося в воздухе, было особенно приятно.
На всем, и на дальних и на ближних предметах, лежал тот волшебно хрустальный блеск, который бывает только в эту пору осени. Вдалеке виднелись Воробьевы горы, с деревнею, церковью и большим белым домом. И оголенные деревья, и песок, и камни, и крыши домов, и зеленый шпиль церкви, и углы дальнего белого дома – все это неестественно отчетливо, тончайшими линиями вырезалось в прозрачном воздухе. Вблизи виднелись знакомые развалины полуобгорелого барского дома, занимаемого французами, с темно зелеными еще кустами сирени, росшими по ограде. И даже этот разваленный и загаженный дом, отталкивающий своим безобразием в пасмурную погоду, теперь, в ярком, неподвижном блеске, казался чем то успокоительно прекрасным.
Французский капрал, по домашнему расстегнутый, в колпаке, с коротенькой трубкой в зубах, вышел из за угла балагана и, дружески подмигнув, подошел к Пьеру.
– Quel soleil, hein, monsieur Kiril? (так звали Пьера все французы). On dirait le printemps. [Каково солнце, а, господин Кирил? Точно весна.] – И капрал прислонился к двери и предложил Пьеру трубку, несмотря на то, что всегда он ее предлагал и всегда Пьер отказывался.
– Si l'on marchait par un temps comme celui la… [В такую бы погоду в поход идти…] – начал он.
Пьер расспросил его, что слышно о выступлении, и капрал рассказал, что почти все войска выступают и что нынче должен быть приказ и о пленных. В балагане, в котором был Пьер, один из солдат, Соколов, был при смерти болен, и Пьер сказал капралу, что надо распорядиться этим солдатом. Капрал сказал, что Пьер может быть спокоен, что на это есть подвижной и постоянный госпитали, и что о больных будет распоряжение, и что вообще все, что только может случиться, все предвидено начальством.
– Et puis, monsieur Kiril, vous n'avez qu'a dire un mot au capitaine, vous savez. Oh, c'est un… qui n'oublie jamais rien. Dites au capitaine quand il fera sa tournee, il fera tout pour vous… [И потом, господин Кирил, вам стоит сказать слово капитану, вы знаете… Это такой… ничего не забывает. Скажите капитану, когда он будет делать обход; он все для вас сделает…]
Капитан, про которого говорил капрал, почасту и подолгу беседовал с Пьером и оказывал ему всякого рода снисхождения.
– Vois tu, St. Thomas, qu'il me disait l'autre jour: Kiril c'est un homme qui a de l'instruction, qui parle francais; c'est un seigneur russe, qui a eu des malheurs, mais c'est un homme. Et il s'y entend le… S'il demande quelque chose, qu'il me dise, il n'y a pas de refus. Quand on a fait ses etudes, voyez vous, on aime l'instruction et les gens comme il faut. C'est pour vous, que je dis cela, monsieur Kiril. Dans l'affaire de l'autre jour si ce n'etait grace a vous, ca aurait fini mal. [Вот, клянусь святым Фомою, он мне говорил однажды: Кирил – это человек образованный, говорит по французски; это русский барин, с которым случилось несчастие, но он человек. Он знает толк… Если ему что нужно, отказа нет. Когда учился кой чему, то любишь просвещение и людей благовоспитанных. Это я про вас говорю, господин Кирил. Намедни, если бы не вы, то худо бы кончилось.]
И, поболтав еще несколько времени, капрал ушел. (Дело, случившееся намедни, о котором упоминал капрал, была драка между пленными и французами, в которой Пьеру удалось усмирить своих товарищей.) Несколько человек пленных слушали разговор Пьера с капралом и тотчас же стали спрашивать, что он сказал. В то время как Пьер рассказывал своим товарищам то, что капрал сказал о выступлении, к двери балагана подошел худощавый, желтый и оборванный французский солдат. Быстрым и робким движением приподняв пальцы ко лбу в знак поклона, он обратился к Пьеру и спросил его, в этом ли балагане солдат Platoche, которому он отдал шить рубаху.
С неделю тому назад французы получили сапожный товар и полотно и роздали шить сапоги и рубахи пленным солдатам.
– Готово, готово, соколик! – сказал Каратаев, выходя с аккуратно сложенной рубахой.
Каратаев, по случаю тепла и для удобства работы, был в одних портках и в черной, как земля, продранной рубашке. Волоса его, как это делают мастеровые, были обвязаны мочалочкой, и круглое лицо его казалось еще круглее и миловиднее.
– Уговорец – делу родной братец. Как сказал к пятнице, так и сделал, – говорил Платон, улыбаясь и развертывая сшитую им рубашку.
Француз беспокойно оглянулся и, как будто преодолев сомнение, быстро скинул мундир и надел рубаху. Под мундиром на французе не было рубахи, а на голое, желтое, худое тело был надет длинный, засаленный, шелковый с цветочками жилет. Француз, видимо, боялся, чтобы пленные, смотревшие на него, не засмеялись, и поспешно сунул голову в рубашку. Никто из пленных не сказал ни слова.
– Вишь, в самый раз, – приговаривал Платон, обдергивая рубаху. Француз, просунув голову и руки, не поднимая глаз, оглядывал на себе рубашку и рассматривал шов.
– Что ж, соколик, ведь это не швальня, и струмента настоящего нет; а сказано: без снасти и вша не убьешь, – говорил Платон, кругло улыбаясь и, видимо, сам радуясь на свою работу.
– C'est bien, c'est bien, merci, mais vous devez avoir de la toile de reste? [Хорошо, хорошо, спасибо, а полотно где, что осталось?] – сказал француз.
– Она еще ладнее будет, как ты на тело то наденешь, – говорил Каратаев, продолжая радоваться на свое произведение. – Вот и хорошо и приятно будет.
– Merci, merci, mon vieux, le reste?.. – повторил француз, улыбаясь, и, достав ассигнацию, дал Каратаеву, – mais le reste… [Спасибо, спасибо, любезный, а остаток то где?.. Остаток то давай.]
Пьер видел, что Платон не хотел понимать того, что говорил француз, и, не вмешиваясь, смотрел на них. Каратаев поблагодарил за деньги и продолжал любоваться своею работой. Француз настаивал на остатках и попросил Пьера перевести то, что он говорил.
– На что же ему остатки то? – сказал Каратаев. – Нам подверточки то важные бы вышли. Ну, да бог с ним. – И Каратаев с вдруг изменившимся, грустным лицом достал из за пазухи сверточек обрезков и, не глядя на него, подал французу. – Эхма! – проговорил Каратаев и пошел назад. Француз поглядел на полотно, задумался, взглянул вопросительно на Пьера, и как будто взгляд Пьера что то сказал ему.
– Platoche, dites donc, Platoche, – вдруг покраснев, крикнул француз пискливым голосом. – Gardez pour vous, [Платош, а Платош. Возьми себе.] – сказал он, подавая обрезки, повернулся и ушел.
– Вот поди ты, – сказал Каратаев, покачивая головой. – Говорят, нехристи, а тоже душа есть. То то старички говаривали: потная рука торовата, сухая неподатлива. Сам голый, а вот отдал же. – Каратаев, задумчиво улыбаясь и глядя на обрезки, помолчал несколько времени. – А подверточки, дружок, важнеющие выдут, – сказал он и вернулся в балаган.


Прошло четыре недели с тех пор, как Пьер был в плену. Несмотря на то, что французы предлагали перевести его из солдатского балагана в офицерский, он остался в том балагане, в который поступил с первого дня.
В разоренной и сожженной Москве Пьер испытал почти крайние пределы лишений, которые может переносить человек; но, благодаря своему сильному сложению и здоровью, которого он не сознавал до сих пор, и в особенности благодаря тому, что эти лишения подходили так незаметно, что нельзя было сказать, когда они начались, он переносил не только легко, но и радостно свое положение. И именно в это то самое время он получил то спокойствие и довольство собой, к которым он тщетно стремился прежде. Он долго в своей жизни искал с разных сторон этого успокоения, согласия с самим собою, того, что так поразило его в солдатах в Бородинском сражении, – он искал этого в филантропии, в масонстве, в рассеянии светской жизни, в вине, в геройском подвиге самопожертвования, в романтической любви к Наташе; он искал этого путем мысли, и все эти искания и попытки все обманули его. И он, сам не думая о том, получил это успокоение и это согласие с самим собою только через ужас смерти, через лишения и через то, что он понял в Каратаеве. Те страшные минуты, которые он пережил во время казни, как будто смыли навсегда из его воображения и воспоминания тревожные мысли и чувства, прежде казавшиеся ему важными. Ему не приходило и мысли ни о России, ни о войне, ни о политике, ни о Наполеоне. Ему очевидно было, что все это не касалось его, что он не призван был и потому не мог судить обо всем этом. «России да лету – союзу нету», – повторял он слова Каратаева, и эти слова странно успокоивали его. Ему казалось теперь непонятным и даже смешным его намерение убить Наполеона и его вычисления о кабалистическом числе и звере Апокалипсиса. Озлобление его против жены и тревога о том, чтобы не было посрамлено его имя, теперь казались ему не только ничтожны, но забавны. Что ему было за дело до того, что эта женщина вела там где то ту жизнь, которая ей нравилась? Кому, в особенности ему, какое дело было до того, что узнают или не узнают, что имя их пленного было граф Безухов?
Теперь он часто вспоминал свой разговор с князем Андреем и вполне соглашался с ним, только несколько иначе понимая мысль князя Андрея. Князь Андрей думал и говорил, что счастье бывает только отрицательное, но он говорил это с оттенком горечи и иронии. Как будто, говоря это, он высказывал другую мысль – о том, что все вложенные в нас стремленья к счастью положительному вложены только для того, чтобы, не удовлетворяя, мучить нас. Но Пьер без всякой задней мысли признавал справедливость этого. Отсутствие страданий, удовлетворение потребностей и вследствие того свобода выбора занятий, то есть образа жизни, представлялись теперь Пьеру несомненным и высшим счастьем человека. Здесь, теперь только, в первый раз Пьер вполне оценил наслажденье еды, когда хотелось есть, питья, когда хотелось пить, сна, когда хотелось спать, тепла, когда было холодно, разговора с человеком, когда хотелось говорить и послушать человеческий голос. Удовлетворение потребностей – хорошая пища, чистота, свобода – теперь, когда он был лишен всего этого, казались Пьеру совершенным счастием, а выбор занятия, то есть жизнь, теперь, когда выбор этот был так ограничен, казались ему таким легким делом, что он забывал то, что избыток удобств жизни уничтожает все счастие удовлетворения потребностей, а большая свобода выбора занятий, та свобода, которую ему в его жизни давали образование, богатство, положение в свете, что эта то свобода и делает выбор занятий неразрешимо трудным и уничтожает самую потребность и возможность занятия.
Все мечтания Пьера теперь стремились к тому времени, когда он будет свободен. А между тем впоследствии и во всю свою жизнь Пьер с восторгом думал и говорил об этом месяце плена, о тех невозвратимых, сильных и радостных ощущениях и, главное, о том полном душевном спокойствии, о совершенной внутренней свободе, которые он испытывал только в это время.
Когда он в первый день, встав рано утром, вышел на заре из балагана и увидал сначала темные купола, кресты Ново Девичьего монастыря, увидал морозную росу на пыльной траве, увидал холмы Воробьевых гор и извивающийся над рекою и скрывающийся в лиловой дали лесистый берег, когда ощутил прикосновение свежего воздуха и услыхал звуки летевших из Москвы через поле галок и когда потом вдруг брызнуло светом с востока и торжественно выплыл край солнца из за тучи, и купола, и кресты, и роса, и даль, и река, все заиграло в радостном свете, – Пьер почувствовал новое, не испытанное им чувство радости и крепости жизни.
И чувство это не только не покидало его во все время плена, но, напротив, возрастало в нем по мере того, как увеличивались трудности его положения.
Чувство это готовности на все, нравственной подобранности еще более поддерживалось в Пьере тем высоким мнением, которое, вскоре по его вступлении в балаган, установилось о нем между его товарищами. Пьер с своим знанием языков, с тем уважением, которое ему оказывали французы, с своей простотой, отдававший все, что у него просили (он получал офицерские три рубля в неделю), с своей силой, которую он показал солдатам, вдавливая гвозди в стену балагана, с кротостью, которую он выказывал в обращении с товарищами, с своей непонятной для них способностью сидеть неподвижно и, ничего не делая, думать, представлялся солдатам несколько таинственным и высшим существом. Те самые свойства его, которые в том свете, в котором он жил прежде, были для него если не вредны, то стеснительны – его сила, пренебрежение к удобствам жизни, рассеянность, простота, – здесь, между этими людьми, давали ему положение почти героя. И Пьер чувствовал, что этот взгляд обязывал его.


В ночь с 6 го на 7 е октября началось движение выступавших французов: ломались кухни, балаганы, укладывались повозки и двигались войска и обозы.
В семь часов утра конвой французов, в походной форме, в киверах, с ружьями, ранцами и огромными мешками, стоял перед балаганами, и французский оживленный говор, пересыпаемый ругательствами, перекатывался по всей линии.
В балагане все были готовы, одеты, подпоясаны, обуты и ждали только приказания выходить. Больной солдат Соколов, бледный, худой, с синими кругами вокруг глаз, один, не обутый и не одетый, сидел на своем месте и выкатившимися от худобы глазами вопросительно смотрел на не обращавших на него внимания товарищей и негромко и равномерно стонал. Видимо, не столько страдания – он был болен кровавым поносом, – сколько страх и горе оставаться одному заставляли его стонать.
Пьер, обутый в башмаки, сшитые для него Каратаевым из цибика, который принес француз для подшивки себе подошв, подпоясанный веревкою, подошел к больному и присел перед ним на корточки.
– Что ж, Соколов, они ведь не совсем уходят! У них тут гошпиталь. Может, тебе еще лучше нашего будет, – сказал Пьер.
– О господи! О смерть моя! О господи! – громче застонал солдат.
– Да я сейчас еще спрошу их, – сказал Пьер и, поднявшись, пошел к двери балагана. В то время как Пьер подходил к двери, снаружи подходил с двумя солдатами тот капрал, который вчера угощал Пьера трубкой. И капрал и солдаты были в походной форме, в ранцах и киверах с застегнутыми чешуями, изменявшими их знакомые лица.
Капрал шел к двери с тем, чтобы, по приказанию начальства, затворить ее. Перед выпуском надо было пересчитать пленных.
– Caporal, que fera t on du malade?.. [Капрал, что с больным делать?..] – начал Пьер; но в ту минуту, как он говорил это, он усумнился, тот ли это знакомый его капрал или другой, неизвестный человек: так непохож был на себя капрал в эту минуту. Кроме того, в ту минуту, как Пьер говорил это, с двух сторон вдруг послышался треск барабанов. Капрал нахмурился на слова Пьера и, проговорив бессмысленное ругательство, захлопнул дверь. В балагане стало полутемно; с двух сторон резко трещали барабаны, заглушая стоны больного.
«Вот оно!.. Опять оно!» – сказал себе Пьер, и невольный холод пробежал по его спине. В измененном лице капрала, в звуке его голоса, в возбуждающем и заглушающем треске барабанов Пьер узнал ту таинственную, безучастную силу, которая заставляла людей против своей воли умерщвлять себе подобных, ту силу, действие которой он видел во время казни. Бояться, стараться избегать этой силы, обращаться с просьбами или увещаниями к людям, которые служили орудиями ее, было бесполезно. Это знал теперь Пьер. Надо было ждать и терпеть. Пьер не подошел больше к больному и не оглянулся на него. Он, молча, нахмурившись, стоял у двери балагана.
Когда двери балагана отворились и пленные, как стадо баранов, давя друг друга, затеснились в выходе, Пьер пробился вперед их и подошел к тому самому капитану, который, по уверению капрала, готов был все сделать для Пьера. Капитан тоже был в походной форме, и из холодного лица его смотрело тоже «оно», которое Пьер узнал в словах капрала и в треске барабанов.
– Filez, filez, [Проходите, проходите.] – приговаривал капитан, строго хмурясь и глядя на толпившихся мимо него пленных. Пьер знал, что его попытка будет напрасна, но подошел к нему.
– Eh bien, qu'est ce qu'il y a? [Ну, что еще?] – холодно оглянувшись, как бы не узнав, сказал офицер. Пьер сказал про больного.
– Il pourra marcher, que diable! – сказал капитан. – Filez, filez, [Он пойдет, черт возьми! Проходите, проходите] – продолжал он приговаривать, не глядя на Пьера.
– Mais non, il est a l'agonie… [Да нет же, он умирает…] – начал было Пьер.
– Voulez vous bien?! [Пойди ты к…] – злобно нахмурившись, крикнул капитан.
Драм да да дам, дам, дам, трещали барабаны. И Пьер понял, что таинственная сила уже вполне овладела этими людьми и что теперь говорить еще что нибудь было бесполезно.
Пленных офицеров отделили от солдат и велели им идти впереди. Офицеров, в числе которых был Пьер, было человек тридцать, солдатов человек триста.
Пленные офицеры, выпущенные из других балаганов, были все чужие, были гораздо лучше одеты, чем Пьер, и смотрели на него, в его обуви, с недоверчивостью и отчужденностью. Недалеко от Пьера шел, видимо, пользующийся общим уважением своих товарищей пленных, толстый майор в казанском халате, подпоясанный полотенцем, с пухлым, желтым, сердитым лицом. Он одну руку с кисетом держал за пазухой, другою опирался на чубук. Майор, пыхтя и отдуваясь, ворчал и сердился на всех за то, что ему казалось, что его толкают и что все торопятся, когда торопиться некуда, все чему то удивляются, когда ни в чем ничего нет удивительного. Другой, маленький худой офицер, со всеми заговаривал, делая предположения о том, куда их ведут теперь и как далеко они успеют пройти нынешний день. Чиновник, в валеных сапогах и комиссариатской форме, забегал с разных сторон и высматривал сгоревшую Москву, громко сообщая свои наблюдения о том, что сгорело и какая была та или эта видневшаяся часть Москвы. Третий офицер, польского происхождения по акценту, спорил с комиссариатским чиновником, доказывая ему, что он ошибался в определении кварталов Москвы.
– О чем спорите? – сердито говорил майор. – Николы ли, Власа ли, все одно; видите, все сгорело, ну и конец… Что толкаетесь то, разве дороги мало, – обратился он сердито к шедшему сзади и вовсе не толкавшему его.
– Ай, ай, ай, что наделали! – слышались, однако, то с той, то с другой стороны голоса пленных, оглядывающих пожарища. – И Замоскворечье то, и Зубово, и в Кремле то, смотрите, половины нет… Да я вам говорил, что все Замоскворечье, вон так и есть.
– Ну, знаете, что сгорело, ну о чем же толковать! – говорил майор.
Проходя через Хамовники (один из немногих несгоревших кварталов Москвы) мимо церкви, вся толпа пленных вдруг пожалась к одной стороне, и послышались восклицания ужаса и омерзения.
– Ишь мерзавцы! То то нехристи! Да мертвый, мертвый и есть… Вымазали чем то.
Пьер тоже подвинулся к церкви, у которой было то, что вызывало восклицания, и смутно увидал что то, прислоненное к ограде церкви. Из слов товарищей, видевших лучше его, он узнал, что это что то был труп человека, поставленный стоймя у ограды и вымазанный в лице сажей…
– Marchez, sacre nom… Filez… trente mille diables… [Иди! иди! Черти! Дьяволы!] – послышались ругательства конвойных, и французские солдаты с новым озлоблением разогнали тесаками толпу пленных, смотревшую на мертвого человека.


По переулкам Хамовников пленные шли одни с своим конвоем и повозками и фурами, принадлежавшими конвойным и ехавшими сзади; но, выйдя к провиантским магазинам, они попали в середину огромного, тесно двигавшегося артиллерийского обоза, перемешанного с частными повозками.
У самого моста все остановились, дожидаясь того, чтобы продвинулись ехавшие впереди. С моста пленным открылись сзади и впереди бесконечные ряды других двигавшихся обозов. Направо, там, где загибалась Калужская дорога мимо Нескучного, пропадая вдали, тянулись бесконечные ряды войск и обозов. Это были вышедшие прежде всех войска корпуса Богарне; назади, по набережной и через Каменный мост, тянулись войска и обозы Нея.
Войска Даву, к которым принадлежали пленные, шли через Крымский брод и уже отчасти вступали в Калужскую улицу. Но обозы так растянулись, что последние обозы Богарне еще не вышли из Москвы в Калужскую улицу, а голова войск Нея уже выходила из Большой Ордынки.
Пройдя Крымский брод, пленные двигались по нескольку шагов и останавливались, и опять двигались, и со всех сторон экипажи и люди все больше и больше стеснялись. Пройдя более часа те несколько сот шагов, которые отделяют мост от Калужской улицы, и дойдя до площади, где сходятся Замоскворецкие улицы с Калужскою, пленные, сжатые в кучу, остановились и несколько часов простояли на этом перекрестке. Со всех сторон слышался неумолкаемый, как шум моря, грохот колес, и топот ног, и неумолкаемые сердитые крики и ругательства. Пьер стоял прижатый к стене обгорелого дома, слушая этот звук, сливавшийся в его воображении с звуками барабана.
Несколько пленных офицеров, чтобы лучше видеть, влезли на стену обгорелого дома, подле которого стоял Пьер.
– Народу то! Эка народу!.. И на пушках то навалили! Смотри: меха… – говорили они. – Вишь, стервецы, награбили… Вон у того то сзади, на телеге… Ведь это – с иконы, ей богу!.. Это немцы, должно быть. И наш мужик, ей богу!.. Ах, подлецы!.. Вишь, навьючился то, насилу идет! Вот те на, дрожки – и те захватили!.. Вишь, уселся на сундуках то. Батюшки!.. Подрались!..
– Так его по морде то, по морде! Этак до вечера не дождешься. Гляди, глядите… а это, верно, самого Наполеона. Видишь, лошади то какие! в вензелях с короной. Это дом складной. Уронил мешок, не видит. Опять подрались… Женщина с ребеночком, и недурна. Да, как же, так тебя и пропустят… Смотри, и конца нет. Девки русские, ей богу, девки! В колясках ведь как покойно уселись!
Опять волна общего любопытства, как и около церкви в Хамовниках, надвинула всех пленных к дороге, и Пьер благодаря своему росту через головы других увидал то, что так привлекло любопытство пленных. В трех колясках, замешавшихся между зарядными ящиками, ехали, тесно сидя друг на друге, разряженные, в ярких цветах, нарумяненные, что то кричащие пискливыми голосами женщины.
С той минуты как Пьер сознал появление таинственной силы, ничто не казалось ему странно или страшно: ни труп, вымазанный для забавы сажей, ни эти женщины, спешившие куда то, ни пожарища Москвы. Все, что видел теперь Пьер, не производило на него почти никакого впечатления – как будто душа его, готовясь к трудной борьбе, отказывалась принимать впечатления, которые могли ослабить ее.
Поезд женщин проехал. За ним тянулись опять телеги, солдаты, фуры, солдаты, палубы, кареты, солдаты, ящики, солдаты, изредка женщины.
Пьер не видал людей отдельно, а видел движение их.
Все эти люди, лошади как будто гнались какой то невидимою силою. Все они, в продолжение часа, во время которого их наблюдал Пьер, выплывали из разных улиц с одним и тем же желанием скорее пройти; все они одинаково, сталкиваясь с другими, начинали сердиться, драться; оскаливались белые зубы, хмурились брови, перебрасывались все одни и те же ругательства, и на всех лицах было одно и то же молодечески решительное и жестоко холодное выражение, которое поутру поразило Пьера при звуке барабана на лице капрала.
Уже перед вечером конвойный начальник собрал свою команду и с криком и спорами втеснился в обозы, и пленные, окруженные со всех сторон, вышли на Калужскую дорогу.
Шли очень скоро, не отдыхая, и остановились только, когда уже солнце стало садиться. Обозы надвинулись одни на других, и люди стали готовиться к ночлегу. Все казались сердиты и недовольны. Долго с разных сторон слышались ругательства, злобные крики и драки. Карета, ехавшая сзади конвойных, надвинулась на повозку конвойных и пробила ее дышлом. Несколько солдат с разных сторон сбежались к повозке; одни били по головам лошадей, запряженных в карете, сворачивая их, другие дрались между собой, и Пьер видел, что одного немца тяжело ранили тесаком в голову.
Казалось, все эти люди испытывали теперь, когда остановились посреди поля в холодных сумерках осеннего вечера, одно и то же чувство неприятного пробуждения от охватившей всех при выходе поспешности и стремительного куда то движения. Остановившись, все как будто поняли, что неизвестно еще, куда идут, и что на этом движении много будет тяжелого и трудного.
С пленными на этом привале конвойные обращались еще хуже, чем при выступлении. На этом привале в первый раз мясная пища пленных была выдана кониною.
От офицеров до последнего солдата было заметно в каждом как будто личное озлобление против каждого из пленных, так неожиданно заменившее прежде дружелюбные отношения.
Озлобление это еще более усилилось, когда при пересчитывании пленных оказалось, что во время суеты, выходя из Москвы, один русский солдат, притворявшийся больным от живота, – бежал. Пьер видел, как француз избил русского солдата за то, что тот отошел далеко от дороги, и слышал, как капитан, его приятель, выговаривал унтер офицеру за побег русского солдата и угрожал ему судом. На отговорку унтер офицера о том, что солдат был болен и не мог идти, офицер сказал, что велено пристреливать тех, кто будет отставать. Пьер чувствовал, что та роковая сила, которая смяла его во время казни и которая была незаметна во время плена, теперь опять овладела его существованием. Ему было страшно; но он чувствовал, как по мере усилий, которые делала роковая сила, чтобы раздавить его, в душе его вырастала и крепла независимая от нее сила жизни.
Пьер поужинал похлебкою из ржаной муки с лошадиным мясом и поговорил с товарищами.
Ни Пьер и никто из товарищей его не говорили ни о том, что они видели в Москве, ни о грубости обращения французов, ни о том распоряжении пристреливать, которое было объявлено им: все были, как бы в отпор ухудшающемуся положению, особенно оживлены и веселы. Говорили о личных воспоминаниях, о смешных сценах, виденных во время похода, и заминали разговоры о настоящем положении.