Хорасан

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Хораса́н (перс. خراسان‎ — Xorâsân — откуда приходит солнце) — историческая область, расположенная в Восточном Иране. Название «Хорасан» известно со времени Сасанидов. Хорасан известен по всему миру производством шафрана и барбариса[1], которые произрастают в южных городах области (производство — более 170 тонн ежегодно). Хорасан также известен своими знаменитыми коврами и гробницами Фирдоуси, Омара Хайяма и Имама Резы.





Административное деление

Хорасан был самой большой провинцией Ирана, пока не был разделен на три провинции 29 сентября 2004. Провинции, одобренные парламентом (18 мая 2004) и Советом Опекунов (29 мая 2004):

История Хорасана

Большой Хорасан включал части, которые находятся сегодня в Иране, Таджикистане, Афганистане, Узбекистане и Туркмении. Некоторые из главных исторических городов Персии расположены в Большом Хорасане: Нишапур (теперь в Иране), Мерв и Санджан (теперь в Туркмении), Герат. За свою долгую историю Хорасан знал много завоевателей и империй: греки, тюрки, арабы, узбеки, сельджуки, монголы, сефевиды и др.

В XIVXV веках Хорасан был важнейшим центром наук и искусств. Здесь (преимущественно в городе Герате) жили и творили поэты Лутфи, Джами, Алишер Навои, Фегани Баба, султан Хусейн Байкара (писавший стихи под псевдонимом Хусайни), художник Бехзад.

Этнические группы

Главные этнические группы в этой области — персы, но Хорасан, в результате своей сложной истории, населен большим разнообразием этнических групп: туркмены, хорасанские тюрки на северо-западе; курды вокруг Боджнурда и Качана; теймури и джемшиды (входящие в объединение чехер-аймаков) на востоке, некоторые из которых до сих пор являются кочевниками (илят); дальше на юго-запад — хеидарис; и на юго-восток — белуджи. Есть также большое афганское сообщество в области из-за притока беженцев из Афганистана в последние годы. Встречаются хорасанские арабы, цыгане и евреи в городах. Языки Хорасана: хорасанско-тюркский, персидский и курдский.

Напишите отзыв о статье "Хорасан"

Примечания

  1. [iran.ru/rus/news_iran.php?act=news_by_id&_n=1&news_id=73070 Производство барбариса в Хорасане]

Ссылки

Отрывок, характеризующий Хорасан

– Я видел, вы нынче проехали…
– Да ничего, конь добрый, – отвечал Ростов, несмотря на то, что лошадь эта, купленная им за 700 рублей, не стоила и половины этой цены. – Припадать стала на левую переднюю… – прибавил он. – Треснуло копыто! Это ничего. Я вас научу, покажу, заклепку какую положить.
– Да, покажите пожалуйста, – сказал Ростов.
– Покажу, покажу, это не секрет. А за лошадь благодарить будете.
– Так я велю привести лошадь, – сказал Ростов, желая избавиться от Телянина, и вышел, чтобы велеть привести лошадь.
В сенях Денисов, с трубкой, скорчившись на пороге, сидел перед вахмистром, который что то докладывал. Увидав Ростова, Денисов сморщился и, указывая через плечо большим пальцем в комнату, в которой сидел Телянин, поморщился и с отвращением тряхнулся.
– Ох, не люблю молодца, – сказал он, не стесняясь присутствием вахмистра.
Ростов пожал плечами, как будто говоря: «И я тоже, да что же делать!» и, распорядившись, вернулся к Телянину.
Телянин сидел всё в той же ленивой позе, в которой его оставил Ростов, потирая маленькие белые руки.
«Бывают же такие противные лица», подумал Ростов, входя в комнату.
– Что же, велели привести лошадь? – сказал Телянин, вставая и небрежно оглядываясь.
– Велел.
– Да пойдемте сами. Я ведь зашел только спросить Денисова о вчерашнем приказе. Получили, Денисов?
– Нет еще. А вы куда?
– Вот хочу молодого человека научить, как ковать лошадь, – сказал Телянин.
Они вышли на крыльцо и в конюшню. Поручик показал, как делать заклепку, и ушел к себе.
Когда Ростов вернулся, на столе стояла бутылка с водкой и лежала колбаса. Денисов сидел перед столом и трещал пером по бумаге. Он мрачно посмотрел в лицо Ростову.
– Ей пишу, – сказал он.
Он облокотился на стол с пером в руке, и, очевидно обрадованный случаю быстрее сказать словом всё, что он хотел написать, высказывал свое письмо Ростову.
– Ты видишь ли, дг'уг, – сказал он. – Мы спим, пока не любим. Мы дети пг`axa… а полюбил – и ты Бог, ты чист, как в пег'вый день создания… Это еще кто? Гони его к чог'ту. Некогда! – крикнул он на Лаврушку, который, нисколько не робея, подошел к нему.
– Да кому ж быть? Сами велели. Вахмистр за деньгами пришел.
Денисов сморщился, хотел что то крикнуть и замолчал.
– Сквег'но дело, – проговорил он про себя. – Сколько там денег в кошельке осталось? – спросил он у Ростова.
– Семь новых и три старых.
– Ах,сквег'но! Ну, что стоишь, чучела, пошли вахмистг'а, – крикнул Денисов на Лаврушку.
– Пожалуйста, Денисов, возьми у меня денег, ведь у меня есть, – сказал Ростов краснея.
– Не люблю у своих занимать, не люблю, – проворчал Денисов.
– А ежели ты у меня не возьмешь деньги по товарищески, ты меня обидишь. Право, у меня есть, – повторял Ростов.
– Да нет же.
И Денисов подошел к кровати, чтобы достать из под подушки кошелек.
– Ты куда положил, Ростов?
– Под нижнюю подушку.
– Да нету.
Денисов скинул обе подушки на пол. Кошелька не было.