Хыров

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Город
Хыров
укр. Хирів
Страна
Украина
Статус
город районного значения
Область
Львовская область
Район
Координаты
Первое упоминание
Площадь
3,43 км²
Население
4 595 человек
Часовой пояс
Телефонный код
+380 3238
Почтовые индексы
82060—82061
Автомобильный код
BC, НС / 14
КОАТУУ
4625110700

Хы́ров (укр. Хи́рів, польск. Chyrów) — город районного значения в Старосамборском районе Львовской области Украины. Железнодорожный узел, поблизости находится переход через польско-украинскую границу Коростенко - Хыров [www.radio.com.pl/polonia/ua/unia/rozmowa.asp?tId=199&kID=5]. Рядом протекает река Стрвяж.

Население 4 595 (2006), около 3 500 жителей (1970).





История и достопримечательности

Город упоминается в летописях с 1374 года, получил Магдебургское право в 1528 г. Через три года, в 1531 благодаря владельцу города Андрею Тарло появляется римокатолический приход и строится деревянный костёл, сгоревший во второй половине 1640-х годов. Позже город переходит в собственность рода Мнишеков, и в 1710 году начинается строительство каменного костёла святого Лаврентия, который сохранился до сих пор [castles.com.ua/index.php?id=hyriv]. До присоединения к УССР в 1939 г. в городе действовала Высшая иезуитская школа.

Ансамбль школы и руины замка Гербуртов на Тарнавской горе также являются достопримечательностями Хырова [www.franko.lviv.ua/rasd/uk/turyzm/turyzm.htm].

C 1886 по 1896 годы преподавателем хыровского иезуитского коллегиума был блаженный Римско-Католической Церкви, священник и известный миссионер Иоанн Бейзым.

В 1916 во время Первой мировой войны в Хырове побывал известный чешский писатель Ярослав Гашек, что нашло своё отражение в его произведении «Похождения бравого солдата Швейка»К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 3839 дней].

В Польской Республике

С 23 декабря 1920 года до 28 сентября 1939 года в Львовском воеводстве Польской Республики.

1 сентября 1939 года германские войска напали на Польскую Республику, началась Германо-польская война 1939 года.[1]

17 сентября 1939 года Красная Армия Советского Союза вступила в восточные районы Польши - Западную Украину. Поход закончился подписанием 28 сентября 1939 года Договора о дружбе и границе между СССР и Германией.[1] [2]

27 октября 1939 года установлена Советская власть.[2]

В Советском Союзе

C 14 ноября 1939 года в составе Украинской Советской Социалистической Республики Союза Советских Социалистических Республик.[2]

4 декабря 1939 года в Дрогобычской области (Указ Президиума Верховного совета СССР от 4 декабря 1939 года).

17 января 1940 года стал центром Хыровского района Дрогобычской области (Указ Президиума Верховного совета СССР от 17 января 1940 года).

В 1940 году в УССР получил статус города.[3]

22 июня 1941 года германские войска напали на СССР, началась Великая Отечественная война 1941-1945 годов. Жизнь города перестраивалась на военный лад.

28 июня 1941 года оккупирован германскими гитлеровскими войсками.[4]

27 июля 1944 года освобождён советскими войсками 1-го Украинского фронта в ходе Львовско-Сандомирской наступательной операции 13.07-29.08.1944 г.: 3-й гвардейской танковой армии91-й тбр (полковник Тутушкин, Виктор Иванович).[4]

30 июля 1944 года снова оккупирован германскими войсками.[4]

8 августа 1944 года вторично освобождён войсками 1-го УФ в ходе Львовско-Сандомирской наступательной операции: 38-й армии – части войск 304-й сд (полковник Гальцев, Александр Степанович) 52-го ск (генерал-майор Бушев, Сергей Михайлович).[4]

На 1 сентября 1946 года город районного подчинения Хыровского района в составе Дрогобычской области.

21 мая 1959 года город и Хыровский район Дрогобычской области перешли в состав Львовской области. Хыровский район ликвидирован.

В 1972 году в Старосамборском районе Львовской области УССР. Железнодорожный узел. Имелись валяльно-войлочная фабрика, кирпичный завод, мебельный цех Добромильского деревообрабатывающего комбината.[3]

С 1979 года на территории иезуитского коллегиума дислоцировалась 39-я отдельная десанто-штурмовая бригада ( 39 ОДШБр ), для семей комсостава были построены панельные дома по совр. улице Б.Хмельницкого, детский сад и магазин "Лилия"

С 8 декабря 1991 года в составе Украины Содружества Независимых Государств.

В независимой Украине

Сейчас через Хыров проходит туристический маршрут «Дорогами бравого солдата Швейка».

Напишите отзыв о статье "Хыров"

Примечания

  1. 1 2 Военный энциклопедический словарь. Москва, Военное издательство, 1984.
  2. 1 2 3 Краснознамённый Киевский. Очерки истории Краснознамённого Киевского военного округа (1919-1979). Издание второе, исправленное и дополненное. Киев, издательство политической литературы Украины, 1979.
  3. 1 2 Большая советская энциклопедия. Москва: Советская энциклопедия 1969—1978.
  4. 1 2 3 4 Справочник «Освобождение городов: Справочник по освобождению городов в период Великой Отечественной войны 1941-1945». М. Л. Дударенко, Ю. Г. Перечнев, В. Т. Елисеев и др. М.: Воениздат, 1985. 598 с.

Литература

  • Советский Союз в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов. Издательство «Наука». М., 1976.
  • Военный энциклопедический словарь. М., Военное издательство, 1984.
  • Справочник «Освобождение городов: Справочник по освобождению городов в период Великой Отечественной войны 1941-1945». М. Л. Дударенко, Ю. Г. Перечнев, В. Т. Елисеев и др. М.: Воениздат, 1985. 598 с.
  • Краснознамённый Киевский. Очерки истории Краснознамённого Киевского военного округа (1919-1979). Издание второе, исправленное и дополненное. Киев, издательство политической литературы Украины, 1979.

Ссылки

  • [gska2.rada.gov.ua/pls/z7502/A005?rdat1=10.06.2006&rf7571=21118 Город Хыров (на укр.)]


Отрывок, характеризующий Хыров

«Вино? Объедение? Праздность? Леность? Горячность? Злоба? Женщины?» Перебирал он свои пороки, мысленно взвешивая их и не зная которому отдать преимущество.
– Женщины, – сказал тихим, чуть слышным голосом Пьер. Масон не шевелился и не говорил долго после этого ответа. Наконец он подвинулся к Пьеру, взял лежавший на столе платок и опять завязал ему глаза.
– Последний раз говорю вам: обратите всё ваше внимание на самого себя, наложите цепи на свои чувства и ищите блаженства не в страстях, а в своем сердце. Источник блаженства не вне, а внутри нас…
Пьер уже чувствовал в себе этот освежающий источник блаженства, теперь радостью и умилением переполнявший его душу.


Скоро после этого в темную храмину пришел за Пьером уже не прежний ритор, а поручитель Вилларский, которого он узнал по голосу. На новые вопросы о твердости его намерения, Пьер отвечал: «Да, да, согласен», – и с сияющею детскою улыбкой, с открытой, жирной грудью, неровно и робко шагая одной разутой и одной обутой ногой, пошел вперед с приставленной Вилларским к его обнаженной груди шпагой. Из комнаты его повели по коридорам, поворачивая взад и вперед, и наконец привели к дверям ложи. Вилларский кашлянул, ему ответили масонскими стуками молотков, дверь отворилась перед ними. Чей то басистый голос (глаза Пьера всё были завязаны) сделал ему вопросы о том, кто он, где, когда родился? и т. п. Потом его опять повели куда то, не развязывая ему глаз, и во время ходьбы его говорили ему аллегории о трудах его путешествия, о священной дружбе, о предвечном Строителе мира, о мужестве, с которым он должен переносить труды и опасности. Во время этого путешествия Пьер заметил, что его называли то ищущим, то страждущим, то требующим, и различно стучали при этом молотками и шпагами. В то время как его подводили к какому то предмету, он заметил, что произошло замешательство и смятение между его руководителями. Он слышал, как шопотом заспорили между собой окружающие люди и как один настаивал на том, чтобы он был проведен по какому то ковру. После этого взяли его правую руку, положили на что то, а левою велели ему приставить циркуль к левой груди, и заставили его, повторяя слова, которые читал другой, прочесть клятву верности законам ордена. Потом потушили свечи, зажгли спирт, как это слышал по запаху Пьер, и сказали, что он увидит малый свет. С него сняли повязку, и Пьер как во сне увидал, в слабом свете спиртового огня, несколько людей, которые в таких же фартуках, как и ритор, стояли против него и держали шпаги, направленные в его грудь. Между ними стоял человек в белой окровавленной рубашке. Увидав это, Пьер грудью надвинулся вперед на шпаги, желая, чтобы они вонзились в него. Но шпаги отстранились от него и ему тотчас же опять надели повязку. – Теперь ты видел малый свет, – сказал ему чей то голос. Потом опять зажгли свечи, сказали, что ему надо видеть полный свет, и опять сняли повязку и более десяти голосов вдруг сказали: sic transit gloria mundi. [так проходит мирская слава.]
Пьер понемногу стал приходить в себя и оглядывать комнату, где он был, и находившихся в ней людей. Вокруг длинного стола, покрытого черным, сидело человек двенадцать, всё в тех же одеяниях, как и те, которых он прежде видел. Некоторых Пьер знал по петербургскому обществу. На председательском месте сидел незнакомый молодой человек, в особом кресте на шее. По правую руку сидел итальянец аббат, которого Пьер видел два года тому назад у Анны Павловны. Еще был тут один весьма важный сановник и один швейцарец гувернер, живший прежде у Курагиных. Все торжественно молчали, слушая слова председателя, державшего в руке молоток. В стене была вделана горящая звезда; с одной стороны стола был небольшой ковер с различными изображениями, с другой было что то в роде алтаря с Евангелием и черепом. Кругом стола было 7 больших, в роде церковных, подсвечников. Двое из братьев подвели Пьера к алтарю, поставили ему ноги в прямоугольное положение и приказали ему лечь, говоря, что он повергается к вратам храма.
– Он прежде должен получить лопату, – сказал шопотом один из братьев.
– А! полноте пожалуйста, – сказал другой.
Пьер, растерянными, близорукими глазами, не повинуясь, оглянулся вокруг себя, и вдруг на него нашло сомнение. «Где я? Что я делаю? Не смеются ли надо мной? Не будет ли мне стыдно вспоминать это?» Но сомнение это продолжалось только одно мгновение. Пьер оглянулся на серьезные лица окружавших его людей, вспомнил всё, что он уже прошел, и понял, что нельзя остановиться на половине дороги. Он ужаснулся своему сомнению и, стараясь вызвать в себе прежнее чувство умиления, повергся к вратам храма. И действительно чувство умиления, еще сильнейшего, чем прежде, нашло на него. Когда он пролежал несколько времени, ему велели встать и надели на него такой же белый кожаный фартук, какие были на других, дали ему в руки лопату и три пары перчаток, и тогда великий мастер обратился к нему. Он сказал ему, чтобы он старался ничем не запятнать белизну этого фартука, представляющего крепость и непорочность; потом о невыясненной лопате сказал, чтобы он трудился ею очищать свое сердце от пороков и снисходительно заглаживать ею сердце ближнего. Потом про первые перчатки мужские сказал, что значения их он не может знать, но должен хранить их, про другие перчатки мужские сказал, что он должен надевать их в собраниях и наконец про третьи женские перчатки сказал: «Любезный брат, и сии женские перчатки вам определены суть. Отдайте их той женщине, которую вы будете почитать больше всех. Сим даром уверите в непорочности сердца вашего ту, которую изберете вы себе в достойную каменьщицу». И помолчав несколько времени, прибавил: – «Но соблюди, любезный брат, да не украшают перчатки сии рук нечистых». В то время как великий мастер произносил эти последние слова, Пьеру показалось, что председатель смутился. Пьер смутился еще больше, покраснел до слез, как краснеют дети, беспокойно стал оглядываться и произошло неловкое молчание.
Молчание это было прервано одним из братьев, который, подведя Пьера к ковру, начал из тетради читать ему объяснение всех изображенных на нем фигур: солнца, луны, молотка. отвеса, лопаты, дикого и кубического камня, столба, трех окон и т. д. Потом Пьеру назначили его место, показали ему знаки ложи, сказали входное слово и наконец позволили сесть. Великий мастер начал читать устав. Устав был очень длинен, и Пьер от радости, волнения и стыда не был в состоянии понимать того, что читали. Он вслушался только в последние слова устава, которые запомнились ему.
«В наших храмах мы не знаем других степеней, – читал „великий мастер, – кроме тех, которые находятся между добродетелью и пороком. Берегись делать какое нибудь различие, могущее нарушить равенство. Лети на помощь к брату, кто бы он ни был, настави заблуждающегося, подними упадающего и не питай никогда злобы или вражды на брата. Будь ласков и приветлив. Возбуждай во всех сердцах огнь добродетели. Дели счастье с ближним твоим, и да не возмутит никогда зависть чистого сего наслаждения. Прощай врагу твоему, не мсти ему, разве только деланием ему добра. Исполнив таким образом высший закон, ты обрящешь следы древнего, утраченного тобой величества“.