Хьюстон, Джон
Джон Хьюстон | |
John Huston | |
| |
Имя при рождении: |
Джон Марцелл Хьюстон |
---|---|
Дата рождения: | |
Место рождения: | |
Дата смерти: |
28 августа 1987 (81 год) |
Место смерти: | |
Гражданство: | |
Профессия: | |
Карьера: | |
Направление: | |
Награды: |
«Оскар» (1949) |
Джон Хьюстон (англ. John Huston; 5 августа 1906 — 28 августа 1987) — американский кинорежиссёр, сценарист и актёр. Сын актёра Уолтера Хьюстона, отец актрисы Анжелики Хьюстон.
Содержание
Биография
Родился 5 августа 1906 года в Неваде (штат Миссури) в семье актёра Уолтера Хьюстона. Бросил школу в 14 лет, чтобы стать боксером, и позднее выиграл любительский чемпионат Калифорнии в легком весе (в 1945 году в результате скандальной драки уложил в больницу актёра Эррола Флинна). В 19 лет дебютировал на сцене, но не выдержав оседлой жизни, уехал в Мексику, где служил офицером в кавалерии и занимался разведением лошадей. В 1930 году последовал за отцом в Голливуд, чтобы стать сценаристом.
25 сентября 1933 года Хьюстон, находясь за рулем своей машины, сбил женщину, которая скончалась от полученных травм. Босс студии Metro-Goldwyn-Mayer Луи Б. Майер заплатил взятку в размере около 400 000 долларов, чтобы замять уголовное дело и не допустить его огласки в печати. В результате Хьюстон вынужден был уехать в Европу, где зарабатывал уличным пением в Лондоне, ночуя в Гайд-парке, позднее изучал живопись в Париже.
В 1938 году Хьюстон вновь попытал счастья в Голливуде, на этот раз успешно. Написал сценарии к ряду классических картин, например, «Иезавель» Уильяма Уайлера и др., трижды за два года выдвигался на премии «Оскар» как сценарист, в том числе за свой режиссёрский дебют, «Мальтийский сокол». После мелодрамы «В этом наша жизнь» он продолжил ту же тему блестящим триллером «Через океан».
Хьюстон любил розыгрыши, мужские развлечения, дружеские компании и выпивку, наложив отпечаток своего характера на большинство своих фильмов. Он был профессиональным рассказчиком и, не жертвуя стилем, опирался в своих картинах на крепкий литературный сценарий, яркий, остроумный диалог и актёров со столь же сильными индивидуальностями, как и его собственная. Сняв во время войны ряд документальных фильмов, Хьюстон с триумфом вернулся к художественному кино лентами «Сокровища Сьерра-Мадре» и «Ки-Ларго». Триллер «Асфальтовые джунгли» был этапным фильмом в обращении Голливуда к реальной жизни и реальным персонажам.
После изуродованной цензурой антивоенной картины «Алый знак доблести» и вызова, брошенного Хьюстоном Комиссии по расследованию антиамериканской деятельности, он уехал в Англию, где снял ряд своих шедевров. «Африканская королева» была нетрадиционным приключенческим фильмом, черпающим сюжетное напряжение не столько в опасностях войны и африканских джунглей, сколько в столкновении двух ярких противоположных индивидуальностей. Фильм остается классикой жанра. Фильм «Мулен руж» о жизни художника Тулуз-Лотрека был визуально основан на его рисунках и яркими красками воссоздал атмосферу Монмартра в конце XX века. Картина «Посрами дьявола» с блеском пародировала гангстерское кино, экранный образ Хамфри Богарта и ряд традиционных для Хьюстона тем. «Моби Дик», ещё один классический приключенческий фильм, был визуально стилизован под старые морские гравюры. Финальный поединок с белым китом производил захватывающее впечатление и являлся технически виртуозным для того времени.
Продолжив работу в Голливуде с 1957 фильмом «Бог знает, мистер Аллисон», Хьюстон тем не менее проводил большую часть времени в Ирландии, где занимался живописью и выращивал лошадей (позднее, в 70-е годы, он переехал в Мексику). Среди его последующих картин выделяются драма «Неприкаянные», снятый по сценарию Артура Миллера, детектив «Список Эдриана Мессенджера», сюрреалистический вестерн «Жизнь и времена судьи Роя Бина» и ещё один классический приключенческий фильм, «Человек, который хотел стать королём».
Сыграв небольшие роли в ряде собственных фильмов, он начал в 70-е годы много сниматься у других режиссёров. Среди его лучших ролей — респектабельный гангстер в фильме Романа Поланского «Китайский квартал». Хотя многие поздние ленты Хьюстона были неудачными, он достойно закончил свой творческий путь драмой «У подножия вулкана», пародийным гангстерским триллером «Честь семьи Прицци» и давно задуманной, поэтичной экранизацией рассказа Джеймса Джойса «Мёртвые». Перед самой смертью участвовал, как сценарист и исполнительный продюсер, в работе над фильмом «Мистер Норт» по роману Торнтона Уайлдера «Теофил Норт». Из-за смерти фильм был поставлен его младшим сыном Дэнни.
Фильмография
Режиссёр
Художественные фильмы
- 1941 — Мальтийский сокол / The Maltese Falcon
- 1942 — В этом наша жизнь / In This Our Life
- 1942 — Через океан / Across the Pacific
- 1948 — Сокровища Сьерра-Мадре / Treasure of the Sierra Madre, The
- 1948 — Ки-Ларго / Key Largo
- 1949 — Мы были чужими / We Were Strangers
- 1950 — Асфальтовые джунгли / Asphalt Jungle, The
- 1951 — Алый знак доблести / Red Badge of Courage, The
- 1951 — Африканская королева / African Queen, The
- 1952 — Мулен Руж / Moulin Rouge
- 1953 — Посрами дьявола / Beat the Devil
- 1956 — Моби Дик / Moby Dick
- 1957 — Прощай, оружие / A Farewell to Arms (покинул съёмки; фильм закончен Ч. Видором)
- 1957 — Бог знает, мистер Аллисон / Heaven Knows, Mr. Allison
- 1958 — Варвар и гейша / Barbarian and the Geisha, The
- 1958 — Корни неба / Roots of Heaven, The
- 1960 — Непрощённая / Unforgiven, The
- 1961 — Неприкаянные / Misfits, The
- 1962 — Фрейд: Тайная страсть / Freud
- 1963 — Список Эдриана Мессенджера / List of Adrian Messenger, The
- 1964 — Ночь игуаны / The Night of the Iguana
- 1966 — Библия / The Bible: in the Beginning
- 1967 — Казино «Рояль» / Casino Royale (совместно с В. Гестом, Дж, Макгратом, Р. Пэрришем, К. Хьюзом)
- 1967 — Блики в золотом глазу / Reflections in a Golden Eye
- 1969 — Грешный Дэви / Sinful Davey
- 1969 — Прогулка с любовью и смертью / A Walk with Love and Death
- 1969 — Безумная из Шайо / The Madwoman of Chaillot (совместно с Б. Форбсом)
- 1970 — Кремлёвское письмо / Kremlin Letter, The
- 1972 — Жирный город / Fat City
- 1972 — Жизнь и времена судьи Роя Бина / Life and Times of Judge Roy Bean, The
- 1973 — Человек-макинтош / MacKintosh Man, The
- 1975 — Человек, который хотел стать королём / The Man Who Would Be King
- 1979 — Мудрая кровь / Wise Blood
- 1980 — Фобия / Phobia
- 1981 — Бегство к победе / Escape to Victory
- 1982 — Энни / Annie
- 1984 — У подножия вулкана / Under the Volcano
- 1985 — Честь семьи Прицци / Prizzi’s Honor
- 1987 — Мёртвые / Dead, The
Документальные фильмы
- 1943 — Сообщение с Алеут / Report from the Aleutians
- 1945 — Битва под Сан-Пьетро / San Pietro
- 1946 — Да будет свет / Let There Be Light
- 1976 — Независимость / Independence
Сценарист
фильмы других режиссёров, неполный список
- 1930 — Storm, The / Storm, The
- 1931 — A House Divided / A House Divided
- 1932 — Убийства на улице «Морг» / Murders in the Rue Morgue
- 1938 — Иезавель / Jezebel
- 1938 — Удивительный доктор Клайттерхаус / Amazing Dr. Clitterhouse, The
- 1939 — Грозовой перевал / Wuthering Heights
- 1939 — Хуарес / Juarez
- 1940 — Магическая пуля доктора Эльриха / Dr. Ehrlich’s Magic Bullet
- 1941 — Высокая Сьерра / High Sierra
- 1941 — Сержант Йорк / Sergeant York
- 1944 — Темные воды / Dark Waters
- 1945 — Знай своего врага: Япония / Know Your Enemy: Japan
- 1946 — Три незнакомца / Three Strangers
- 1946 — Чужестранец / Stranger, The
- 1946 — Убийцы / Killers, The
- 1988 — Мистер Норт / Mr. North
Актёр
- 1963 — Кардинал / Cardinal, The — Кардинал Гленнон
- 1966 — Библия / The Bible: In the Beginning — Ной, Бог
- 1967 — Казино «Рояль» / Casino Royale — МакТерри
- 1974 — Китайский квартал / Chinatown — Ной Кросс
- 1975 — Ветер и лев / Wind and the Lion, The — Джон Хей
- 1977 — Хоббит / Hobbit, The — Гэндальф Серый, озвучка
- 1977 — Тайна бермудского треугольника / Triángulo diabólico de las Bermudas — Эдвард
- 1979 — Мудрая кровь / Wise Blood — дедушка
- 1980 — Возвращение короля / Return of the King, The — Гэндальф Серый, озвучивание
Награды
- 1949, Золотой глобус — Лучший режиссёр («Сокровища Сьерра Мадре»)
- 1949, Оскар — Лучший режиссёр, лучший сценарий («Сокровища Сьерра Мадре»)
- 1953, Венецианский кинофестиваль — Серебряный лев («Мулен Руж»)
- 1964, Золотой глобус — Лучшая мужская роль второго плана («Кардинал»)
- 1985, Венецианский кинофестиваль — Золотой лев за вклад в мировой кинематограф
- 1986, Золотой глобус — Лучший режиссёр («Честь семьи Прицци»)
Хьюстоны стали первой голливудской династией, удостоенной «Оскаров» в трёх поколениях, причём и Уолтер Хьюстон, и Анжелика Хьюстон получили свои награды за роли, сыгранные в фильмах Джона Хьюстона.
Напишите отзыв о статье "Хьюстон, Джон"
Ссылки
- [www.kinomag.ru/author-auz8.html Биография и фильмография режиссёра Джон Хьюстон]
- [www.inoekino.ru/author.php?id=481 Фильмы режиссёра Джона Хьюстона]
- [www.findagrave.com/cgi-bin/fg.cgi?page=gr&GRid=1332 Хьюстон, Джон] (англ.) на сайте Find a Grave
<imagemap>: неверное или отсутствующее изображение |
В этой статье не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники. Эта отметка установлена 15 мая 2011 года. |
|
Отрывок, характеризующий Хьюстон, Джон
Наташа большими, открытыми глазами смотрела на Соню, как будто не понимая ее вопроса.– Что ж, ты отказываешь князю Андрею? – сказала Соня.
– Ах, ты ничего не понимаешь, ты не говори глупости, ты слушай, – с мгновенной досадой сказала Наташа.
– Нет, я не могу этому верить, – повторила Соня. – Я не понимаю. Как же ты год целый любила одного человека и вдруг… Ведь ты только три раза видела его. Наташа, я тебе не верю, ты шалишь. В три дня забыть всё и так…
– Три дня, – сказала Наташа. – Мне кажется, я сто лет люблю его. Мне кажется, что я никого никогда не любила прежде его. Ты этого не можешь понять. Соня, постой, садись тут. – Наташа обняла и поцеловала ее.
– Мне говорили, что это бывает и ты верно слышала, но я теперь только испытала эту любовь. Это не то, что прежде. Как только я увидала его, я почувствовала, что он мой властелин, и я раба его, и что я не могу не любить его. Да, раба! Что он мне велит, то я и сделаю. Ты не понимаешь этого. Что ж мне делать? Что ж мне делать, Соня? – говорила Наташа с счастливым и испуганным лицом.
– Но ты подумай, что ты делаешь, – говорила Соня, – я не могу этого так оставить. Эти тайные письма… Как ты могла его допустить до этого? – говорила она с ужасом и с отвращением, которое она с трудом скрывала.
– Я тебе говорила, – отвечала Наташа, – что у меня нет воли, как ты не понимаешь этого: я его люблю!
– Так я не допущу до этого, я расскажу, – с прорвавшимися слезами вскрикнула Соня.
– Что ты, ради Бога… Ежели ты расскажешь, ты мой враг, – заговорила Наташа. – Ты хочешь моего несчастия, ты хочешь, чтоб нас разлучили…
Увидав этот страх Наташи, Соня заплакала слезами стыда и жалости за свою подругу.
– Но что было между вами? – спросила она. – Что он говорил тебе? Зачем он не ездит в дом?
Наташа не отвечала на ее вопрос.
– Ради Бога, Соня, никому не говори, не мучай меня, – упрашивала Наташа. – Ты помни, что нельзя вмешиваться в такие дела. Я тебе открыла…
– Но зачем эти тайны! Отчего же он не ездит в дом? – спрашивала Соня. – Отчего он прямо не ищет твоей руки? Ведь князь Андрей дал тебе полную свободу, ежели уж так; но я не верю этому. Наташа, ты подумала, какие могут быть тайные причины ?
Наташа удивленными глазами смотрела на Соню. Видно, ей самой в первый раз представлялся этот вопрос и она не знала, что отвечать на него.
– Какие причины, не знаю. Но стало быть есть причины!
Соня вздохнула и недоверчиво покачала головой.
– Ежели бы были причины… – начала она. Но Наташа угадывая ее сомнение, испуганно перебила ее.
– Соня, нельзя сомневаться в нем, нельзя, нельзя, ты понимаешь ли? – прокричала она.
– Любит ли он тебя?
– Любит ли? – повторила Наташа с улыбкой сожаления о непонятливости своей подруги. – Ведь ты прочла письмо, ты видела его?
– Но если он неблагородный человек?
– Он!… неблагородный человек? Коли бы ты знала! – говорила Наташа.
– Если он благородный человек, то он или должен объявить свое намерение, или перестать видеться с тобой; и ежели ты не хочешь этого сделать, то я сделаю это, я напишу ему, я скажу папа, – решительно сказала Соня.
– Да я жить не могу без него! – закричала Наташа.
– Наташа, я не понимаю тебя. И что ты говоришь! Вспомни об отце, о Nicolas.
– Мне никого не нужно, я никого не люблю, кроме его. Как ты смеешь говорить, что он неблагороден? Ты разве не знаешь, что я его люблю? – кричала Наташа. – Соня, уйди, я не хочу с тобой ссориться, уйди, ради Бога уйди: ты видишь, как я мучаюсь, – злобно кричала Наташа сдержанно раздраженным и отчаянным голосом. Соня разрыдалась и выбежала из комнаты.
Наташа подошла к столу и, не думав ни минуты, написала тот ответ княжне Марье, который она не могла написать целое утро. В письме этом она коротко писала княжне Марье, что все недоразуменья их кончены, что, пользуясь великодушием князя Андрея, который уезжая дал ей свободу, она просит ее забыть всё и простить ее ежели она перед нею виновата, но что она не может быть его женой. Всё это ей казалось так легко, просто и ясно в эту минуту.
В пятницу Ростовы должны были ехать в деревню, а граф в среду поехал с покупщиком в свою подмосковную.
В день отъезда графа, Соня с Наташей были званы на большой обед к Карагиным, и Марья Дмитриевна повезла их. На обеде этом Наташа опять встретилась с Анатолем, и Соня заметила, что Наташа говорила с ним что то, желая не быть услышанной, и всё время обеда была еще более взволнована, чем прежде. Когда они вернулись домой, Наташа начала первая с Соней то объяснение, которого ждала ее подруга.
– Вот ты, Соня, говорила разные глупости про него, – начала Наташа кротким голосом, тем голосом, которым говорят дети, когда хотят, чтобы их похвалили. – Мы объяснились с ним нынче.
– Ну, что же, что? Ну что ж он сказал? Наташа, как я рада, что ты не сердишься на меня. Говори мне всё, всю правду. Что же он сказал?
Наташа задумалась.
– Ах Соня, если бы ты знала его так, как я! Он сказал… Он спрашивал меня о том, как я обещала Болконскому. Он обрадовался, что от меня зависит отказать ему.
Соня грустно вздохнула.
– Но ведь ты не отказала Болконскому, – сказала она.
– А может быть я и отказала! Может быть с Болконским всё кончено. Почему ты думаешь про меня так дурно?
– Я ничего не думаю, я только не понимаю этого…
– Подожди, Соня, ты всё поймешь. Увидишь, какой он человек. Ты не думай дурное ни про меня, ни про него.
– Я ни про кого не думаю дурное: я всех люблю и всех жалею. Но что же мне делать?
Соня не сдавалась на нежный тон, с которым к ней обращалась Наташа. Чем размягченнее и искательнее было выражение лица Наташи, тем серьезнее и строже было лицо Сони.
– Наташа, – сказала она, – ты просила меня не говорить с тобой, я и не говорила, теперь ты сама начала. Наташа, я не верю ему. Зачем эта тайна?
– Опять, опять! – перебила Наташа.
– Наташа, я боюсь за тебя.
– Чего бояться?
– Я боюсь, что ты погубишь себя, – решительно сказала Соня, сама испугавшись того что она сказала.
Лицо Наташи опять выразило злобу.
– И погублю, погублю, как можно скорее погублю себя. Не ваше дело. Не вам, а мне дурно будет. Оставь, оставь меня. Я ненавижу тебя.
– Наташа! – испуганно взывала Соня.
– Ненавижу, ненавижу! И ты мой враг навсегда!
Наташа выбежала из комнаты.
Наташа не говорила больше с Соней и избегала ее. С тем же выражением взволнованного удивления и преступности она ходила по комнатам, принимаясь то за то, то за другое занятие и тотчас же бросая их.
Как это ни тяжело было для Сони, но она, не спуская глаз, следила за своей подругой.
Накануне того дня, в который должен был вернуться граф, Соня заметила, что Наташа сидела всё утро у окна гостиной, как будто ожидая чего то и что она сделала какой то знак проехавшему военному, которого Соня приняла за Анатоля.
Соня стала еще внимательнее наблюдать свою подругу и заметила, что Наташа была всё время обеда и вечер в странном и неестественном состоянии (отвечала невпопад на делаемые ей вопросы, начинала и не доканчивала фразы, всему смеялась).
После чая Соня увидала робеющую горничную девушку, выжидавшую ее у двери Наташи. Она пропустила ее и, подслушав у двери, узнала, что опять было передано письмо. И вдруг Соне стало ясно, что у Наташи был какой нибудь страшный план на нынешний вечер. Соня постучалась к ней. Наташа не пустила ее.
«Она убежит с ним! думала Соня. Она на всё способна. Нынче в лице ее было что то особенно жалкое и решительное. Она заплакала, прощаясь с дяденькой, вспоминала Соня. Да это верно, она бежит с ним, – но что мне делать?» думала Соня, припоминая теперь те признаки, которые ясно доказывали, почему у Наташи было какое то страшное намерение. «Графа нет. Что мне делать, написать к Курагину, требуя от него объяснения? Но кто велит ему ответить? Писать Пьеру, как просил князь Андрей в случае несчастия?… Но может быть, в самом деле она уже отказала Болконскому (она вчера отослала письмо княжне Марье). Дяденьки нет!» Сказать Марье Дмитриевне, которая так верила в Наташу, Соне казалось ужасно. «Но так или иначе, думала Соня, стоя в темном коридоре: теперь или никогда пришло время доказать, что я помню благодеяния их семейства и люблю Nicolas. Нет, я хоть три ночи не буду спать, а не выйду из этого коридора и силой не пущу ее, и не дам позору обрушиться на их семейство», думала она.
Анатоль последнее время переселился к Долохову. План похищения Ростовой уже несколько дней был обдуман и приготовлен Долоховым, и в тот день, когда Соня, подслушав у двери Наташу, решилась оберегать ее, план этот должен был быть приведен в исполнение. Наташа в десять часов вечера обещала выйти к Курагину на заднее крыльцо. Курагин должен был посадить ее в приготовленную тройку и везти за 60 верст от Москвы в село Каменку, где был приготовлен расстриженный поп, который должен был обвенчать их. В Каменке и была готова подстава, которая должна была вывезти их на Варшавскую дорогу и там на почтовых они должны были скакать за границу.
У Анатоля были и паспорт, и подорожная, и десять тысяч денег, взятые у сестры, и десять тысяч, занятые через посредство Долохова.
Два свидетеля – Хвостиков, бывший приказный, которого употреблял для игры Долохов и Макарин, отставной гусар, добродушный и слабый человек, питавший беспредельную любовь к Курагину – сидели в первой комнате за чаем.
В большом кабинете Долохова, убранном от стен до потолка персидскими коврами, медвежьими шкурами и оружием, сидел Долохов в дорожном бешмете и сапогах перед раскрытым бюро, на котором лежали счеты и пачки денег. Анатоль в расстегнутом мундире ходил из той комнаты, где сидели свидетели, через кабинет в заднюю комнату, где его лакей француз с другими укладывал последние вещи. Долохов считал деньги и записывал.
– Ну, – сказал он, – Хвостикову надо дать две тысячи.
– Ну и дай, – сказал Анатоль.
– Макарка (они так звали Макарина), этот бескорыстно за тебя в огонь и в воду. Ну вот и кончены счеты, – сказал Долохов, показывая ему записку. – Так?
– Да, разумеется, так, – сказал Анатоль, видимо не слушавший Долохова и с улыбкой, не сходившей у него с лица, смотревший вперед себя.
Долохов захлопнул бюро и обратился к Анатолю с насмешливой улыбкой.
– А знаешь что – брось всё это: еще время есть! – сказал он.
– Дурак! – сказал Анатоль. – Перестань говорить глупости. Ежели бы ты знал… Это чорт знает, что такое!
– Право брось, – сказал Долохов. – Я тебе дело говорю. Разве это шутка, что ты затеял?
– Ну, опять, опять дразнить? Пошел к чорту! А?… – сморщившись сказал Анатоль. – Право не до твоих дурацких шуток. – И он ушел из комнаты.
Долохов презрительно и снисходительно улыбался, когда Анатоль вышел.
– Ты постой, – сказал он вслед Анатолю, – я не шучу, я дело говорю, поди, поди сюда.
Анатоль опять вошел в комнату и, стараясь сосредоточить внимание, смотрел на Долохова, очевидно невольно покоряясь ему.
– Ты меня слушай, я тебе последний раз говорю. Что мне с тобой шутить? Разве я тебе перечил? Кто тебе всё устроил, кто попа нашел, кто паспорт взял, кто денег достал? Всё я.
– Ну и спасибо тебе. Ты думаешь я тебе не благодарен? – Анатоль вздохнул и обнял Долохова.
– Я тебе помогал, но всё же я тебе должен правду сказать: дело опасное и, если разобрать, глупое. Ну, ты ее увезешь, хорошо. Разве это так оставят? Узнается дело, что ты женат. Ведь тебя под уголовный суд подведут…
– Ах! глупости, глупости! – опять сморщившись заговорил Анатоль. – Ведь я тебе толковал. А? – И Анатоль с тем особенным пристрастием (которое бывает у людей тупых) к умозаключению, до которого они дойдут своим умом, повторил то рассуждение, которое он раз сто повторял Долохову. – Ведь я тебе толковал, я решил: ежели этот брак будет недействителен, – cказал он, загибая палец, – значит я не отвечаю; ну а ежели действителен, всё равно: за границей никто этого не будет знать, ну ведь так? И не говори, не говори, не говори!
– Право, брось! Ты только себя свяжешь…
– Убирайся к чорту, – сказал Анатоль и, взявшись за волосы, вышел в другую комнату и тотчас же вернулся и с ногами сел на кресло близко перед Долоховым. – Это чорт знает что такое! А? Ты посмотри, как бьется! – Он взял руку Долохова и приложил к своему сердцу. – Ah! quel pied, mon cher, quel regard! Une deesse!! [О! Какая ножка, мой друг, какой взгляд! Богиня!!] A?
Долохов, холодно улыбаясь и блестя своими красивыми, наглыми глазами, смотрел на него, видимо желая еще повеселиться над ним.
– Ну деньги выйдут, тогда что?
– Тогда что? А? – повторил Анатоль с искренним недоумением перед мыслью о будущем. – Тогда что? Там я не знаю что… Ну что глупости говорить! – Он посмотрел на часы. – Пора!
- Персоналии по алфавиту
- Родившиеся 5 августа
- Родившиеся в 1906 году
- Родившиеся в Миссури
- Умершие 28 августа
- Умершие в 1987 году
- Умершие в Род-Айленде
- Кинорежиссёры по алфавиту
- Кинорежиссёры США
- Кинорежиссёры XX века
- Сценаристы по алфавиту
- Сценаристы США
- Сценаристы XX века
- Актёры по алфавиту
- Актёры США
- Актёры XX века
- Фильмы Джона Хьюстона
- Лауреаты премии «Оскар»
- Лауреаты премии «Оскар» за лучшую режиссуру
- Лауреаты премии «Независимый дух»
- Лауреаты премии «Золотой глобус» за лучшую режиссёрскую работу
- Лауреаты премии «Золотой глобус»
- Умершие от эмфиземы
- Похороненные на кладбище Hollywood Forever
- Режиссёры вестернов
- Хьюстон (актёрская династия)