Центральный комитет КПСС

Поделись знанием:
(перенаправлено с «ЦК ВКП(б)»)
Перейти к: навигация, поиск
Центральный комитет Коммунистической партии Советского союза

Государственный флаг СССР

Здание ЦК КПСС, ныне здание Администрации президента России
Предшествующее ведомство

период деятельности

Дата упразднения

6 ноября 1991

Заменено на

упразднено (см. Дело КПСС)
Совет СКП-КПСС (c 1993)

Руководство деятельностью осуществляет

политбюро

Вышестоящее ведомство

съезд партии

Штаб-квартира

Москва, Старая площадь, дом № 4

Должность

генеральный секретарь

Подведомственный орган

Правительство СССР (до 14 марта 1990 года)

  • ЦК ВЛКСМ
  • Региональные, городские, районные комитеты партии
Примечания

руководящая и направляющая роль партии в Советском Союзе, до 14 марта 1990 года была закреплена 6-й статьёй Конституции СССР 1977 года

РСДРПРСДРП(б)РКП(б)
ВКП(б)КПСС

История партии
Октябрьская революция
(1917)
Военный коммунизм
(1918—1921)
Новая экономическая политика
(1921—1928)
Ленинский призыв
(1924)
Внутрипартийная борьба
(1926—1933)
Сталинизм
(1933—1953)
Хрущевская оттепель
(1953—1964)
Период застоя
(1964—1985)
Перестройка
(1985—1991)

Партийная организация
Политбюро
Секретариат
Оргбюро
Центральный Комитет
Обком
Окружком
Горком
Райком
Партком

Руководители партии
В.И. Ленин
(1917—1924)
И.В. Сталин
(1924—1953)
Н.С. Хрущёв
(1953—1964)
Л.И. Брежнев
(1964—1982)
Ю.В. Андропов
(1982—1984)
К.У. Черненко
(1984—1985)
М.С. Горбачёв
(1985—1991)

Прочее
Устав
Съезды партии
Конференции партии
ВЛКСМ
Газета «Правда»
Ленинская гвардия
Оппозиции в ВКП(б)
Большой террор
Антипартийная группа
Генеральная линия партии


КП РСФСР
Евсекция

Центральный комитет Коммунистической партии Советского Союза (до весны 1917: ЦК РСДРП; 19171918 ЦК РСДРП(б); 19181925 ЦК РКП(б); 19251952 ЦК ВКП(б)) — высший партийный орган в промежутках между съездами партии. Наибольший по численности состав ЦК КПСС (412 членов) был избран на XXVIII съезде КПСС (1990).

В. И. Ленин и другие основатели партии (РСДРП) изначально закладывали принципы внутренней демократии — в партии никогда не было должности Председателя партии, Председателя ЦК, Председателя Президиума ЦК. Первоначально зачастую член ЦК даже не входит в состав Политбюро ЦК. Секретарь ЦК имел изначально техническую роль.

До 14 марта 1990 года КПСС обладала монопольным правом на политическую власть в СССР. Это право было закреплено конституционно: в статье 126 Конституции СССР 1936 года коммунистическая партия провозглашалась «руководящим ядром» государственных и общественных организаций, а в статье 6 Конституции СССР 1977 года КПСС была провозглашена руководящей и направляющей силой советского общества в целом (отменена 14 марта 1990 года).

«Вооруженная марксистско-ленинским учением, Коммунистическая партия определяет генеральную перспективу развития общества, линию внутренней и внешней политики СССР, руководит великой созидательной деятельностью советского народа, придает планомерный научно обоснованный характер его борьбе за победу коммунизма».

Конституция СССР 1977 года

После провала Августовского путча, 29 августа 1991 года Верховный Совет СССР своим постановлением, приостановил деятельность КПСС. 6 ноября 1991 года Президент РСФСР Б. Н. Ельцин своим указом запретил деятельность КПСС и её республиканской организации —КП РСФСР на территории России, имущество партии было изъято в собственность новых властей. 30 ноября 1992 года Конституционный суд России признал незаконным роспуск первичных организаций КП РСФСР-КПСС, но оставил в силе роспуск Центрального комитета партии.





Полномочия ЦК КПСС

Согласно уставу КПСС, ЦК осуществлял руководство всей деятельностью партии, Республиканских и местных партийных органов, руководил кадровой политикой партии. ЦК КПСС направлял работу центральных государственных и общественных организаций, трудящихся через партийные группы в них, создавал различные органы, учреждения и предприятия партии и руководил их деятельностью, назначал редакции центральных газет и журналов, работающих под его контролем, распределял средства партийного бюджета и осуществлял контроль его исполнения.

ЦК КПСС был коллегиальным руководящим органом, ЦК КПСС проводил регулярно пленумы — собрания всех членов и кандидатов в члены ЦК (согласно уставу партии, не менее одного раза в 6 месяцев); кандидаты в члены ЦК имеют на пленумах совещательный голос. По сложившейся практике в работе пленумов ЦК с правом совещательного голоса принимали участие члены Центральной ревизионной комиссии КПСС (ЦРК). На Пленумах ЦК избирал Политбюро (Президиум), Секретариат и Оргбюро ЦК, Комиссию партийного контроля (1934—1990).

Политбюро ЦК КПСС

Политбюро ЦК КПСС было высшим партийным органом, руководившим политической работой ЦК между его Пленумами. Как постоянный орган действовало после VII съезда РКП(б). Решало наиболее важные политические, хозяйственные и внутрипартийные вопросы.

Секретариат ЦК

В его состав входили секретари ЦК КПСС.

В 1990 были введены 5 членов Секретариата, не являвшихся секретарями ЦК КПСС.

Аппарат ЦК

В 1980-е годы, до октября 1989 г. аппарат ЦК КПСС включал:

  1. Военный отдел (на его правах существовало Главное политическое управление Советской Армии и Военно-Морского Флота);
  2. Международный отдел;
  3. Отдел оборонной промышленности;
  4. Общий отдел;
  5. Отдел административных органов;
  6. Отдел внешней торговли;
  7. Отдел информации;
  8. Отдел культуры;
  9. Отдел лёгкой промышленности и товаров народного потребления;
  10. Отдел машиностроения;
    секторы: Автомобильной промышленности;
  11. Отдел международной информации;
  12. Отдел науки и учебных заведений;
  13. Отдел организационно-партийной работы.
    функциональные секторы:
    Контроль над партдокументами;
    Обучения и переобучения кадров;
    Работа с общественными организациями, Советами и комсомолом;
    Инспекция;
    региональные секторы:
    Украина, Молдавия;
    Средняя Азия, Казахстан;
    Закавказье;
    Прибалтика, Белоруссия;
  14. Отдел плановых и финансовых органов;
  15. Отдел пропаганды и агитации
    секторы: пропаганды, агитации, массовой работы, прессы, радио и телевидения;
  16. Отдел по работе с заграничными кадрами и выездам за границу;
  17. Отдел ЦК КПСС по связям с коммунистическими и рабочими партиями социалистических стран;
  18. Отдел сельского хозяйства и пищевой промышленности;
  19. Отдел строительства;
  20. Отдел торговли и бытового обслуживания;
  21. Отдел транспорта и связи;
  22. Отдел тяжёлой промышленности и энергетики;
  23. Отдел химической промышленности;
  24. Экономический отдел;
  25. Инспекция;
  26. Управление делами.

До октября 1989 г. было 20 отделовК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1882 дня]. С октября 1989 г. стало 10 отделов:

  1. Отдел партийного строительства и кадровой работы;
  2. Идеологический отдел;
  3. Социально-экономический отдел;
  4. Аграрный отдел;
  5. Оборонный отдел;
  6. Государственно-правовой отдел;
  7. Международный отдел;
  8. Общий отдел;
  9. Управление делами;
  10. Отдел для связей с общественно-политическими организациями.

Оргбюро ЦК

Этот орган существовал в 1919 — 52, однако фактически дублировал деятельность Секретариата и по этой причине реальной роли не играл.

Генеральный секретарь ЦК КПСС

Научно-исследовательские и учебные заведения

При ЦК существовало четыре научно-исследовательских и учебных заведения: Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС; Институт общественных наук при ЦК КПСС; Высшая партийная школа при ЦК КПСС; Академия общественных наук при ЦК КПСС.

В функционировавшем в закрытом режиме под руководством Международного отдела ЦК Институте общественных наук готовили кадры для коммунистических, рабочих и революционно-демократических партий и движений несоциалистических стран и изучали проблемы этих движений[1].

См. также

Напишите отзыв о статье "Центральный комитет КПСС"

Примечания

  1. Евгений Новиков [www.stolitsa.org/1596-kak-my-delam-terroristov-vospominaniya-souchastnika.html Как мы делали террористов. Воспоминания соучастника] Столица № 30, 1991

Ссылки

  • Месяц С. А. [web.archive.org/web/20071114030623/www.auditorium.ru/books/478/index.html История высших органов КПСС]
  • [www.knowbysight.info/2_KPSS/08980.asp Справочник по истории Коммунистической партии и Советского сюза (1898—1965)]
  • [www.praviteli.org/ Правители России и Советского союза, биографическо-хронологический справочник]

Отрывок, характеризующий Центральный комитет КПСС

«Они должны понять, что мы только можем проиграть, действуя наступательно. Терпение и время, вот мои воины богатыри!» – думал Кутузов. Он знал, что не надо срывать яблоко, пока оно зелено. Оно само упадет, когда будет зрело, а сорвешь зелено, испортишь яблоко и дерево, и сам оскомину набьешь. Он, как опытный охотник, знал, что зверь ранен, ранен так, как только могла ранить вся русская сила, но смертельно или нет, это был еще не разъясненный вопрос. Теперь, по присылкам Лористона и Бертелеми и по донесениям партизанов, Кутузов почти знал, что он ранен смертельно. Но нужны были еще доказательства, надо было ждать.
«Им хочется бежать посмотреть, как они его убили. Подождите, увидите. Все маневры, все наступления! – думал он. – К чему? Все отличиться. Точно что то веселое есть в том, чтобы драться. Они точно дети, от которых не добьешься толку, как было дело, оттого что все хотят доказать, как они умеют драться. Да не в том теперь дело.
И какие искусные маневры предлагают мне все эти! Им кажется, что, когда они выдумали две три случайности (он вспомнил об общем плане из Петербурга), они выдумали их все. А им всем нет числа!»
Неразрешенный вопрос о том, смертельна или не смертельна ли была рана, нанесенная в Бородине, уже целый месяц висел над головой Кутузова. С одной стороны, французы заняли Москву. С другой стороны, несомненно всем существом своим Кутузов чувствовал, что тот страшный удар, в котором он вместе со всеми русскими людьми напряг все свои силы, должен был быть смертелен. Но во всяком случае нужны были доказательства, и он ждал их уже месяц, и чем дальше проходило время, тем нетерпеливее он становился. Лежа на своей постели в свои бессонные ночи, он делал то самое, что делала эта молодежь генералов, то самое, за что он упрекал их. Он придумывал все возможные случайности, в которых выразится эта верная, уже свершившаяся погибель Наполеона. Он придумывал эти случайности так же, как и молодежь, но только с той разницей, что он ничего не основывал на этих предположениях и что он видел их не две и три, а тысячи. Чем дальше он думал, тем больше их представлялось. Он придумывал всякого рода движения наполеоновской армии, всей или частей ее – к Петербургу, на него, в обход его, придумывал (чего он больше всего боялся) и ту случайность, что Наполеон станет бороться против него его же оружием, что он останется в Москве, выжидая его. Кутузов придумывал даже движение наполеоновской армии назад на Медынь и Юхнов, но одного, чего он не мог предвидеть, это того, что совершилось, того безумного, судорожного метания войска Наполеона в продолжение первых одиннадцати дней его выступления из Москвы, – метания, которое сделало возможным то, о чем все таки не смел еще тогда думать Кутузов: совершенное истребление французов. Донесения Дорохова о дивизии Брусье, известия от партизанов о бедствиях армии Наполеона, слухи о сборах к выступлению из Москвы – все подтверждало предположение, что французская армия разбита и сбирается бежать; но это были только предположения, казавшиеся важными для молодежи, но не для Кутузова. Он с своей шестидесятилетней опытностью знал, какой вес надо приписывать слухам, знал, как способны люди, желающие чего нибудь, группировать все известия так, что они как будто подтверждают желаемое, и знал, как в этом случае охотно упускают все противоречащее. И чем больше желал этого Кутузов, тем меньше он позволял себе этому верить. Вопрос этот занимал все его душевные силы. Все остальное было для него только привычным исполнением жизни. Таким привычным исполнением и подчинением жизни были его разговоры с штабными, письма к m me Stael, которые он писал из Тарутина, чтение романов, раздачи наград, переписка с Петербургом и т. п. Но погибель французов, предвиденная им одним, было его душевное, единственное желание.
В ночь 11 го октября он лежал, облокотившись на руку, и думал об этом.
В соседней комнате зашевелилось, и послышались шаги Толя, Коновницына и Болховитинова.
– Эй, кто там? Войдите, войди! Что новенького? – окликнул их фельдмаршал.
Пока лакей зажигал свечу, Толь рассказывал содержание известий.
– Кто привез? – спросил Кутузов с лицом, поразившим Толя, когда загорелась свеча, своей холодной строгостью.
– Не может быть сомнения, ваша светлость.
– Позови, позови его сюда!
Кутузов сидел, спустив одну ногу с кровати и навалившись большим животом на другую, согнутую ногу. Он щурил свой зрячий глаз, чтобы лучше рассмотреть посланного, как будто в его чертах он хотел прочесть то, что занимало его.
– Скажи, скажи, дружок, – сказал он Болховитинову своим тихим, старческим голосом, закрывая распахнувшуюся на груди рубашку. – Подойди, подойди поближе. Какие ты привез мне весточки? А? Наполеон из Москвы ушел? Воистину так? А?
Болховитинов подробно доносил сначала все то, что ему было приказано.
– Говори, говори скорее, не томи душу, – перебил его Кутузов.
Болховитинов рассказал все и замолчал, ожидая приказания. Толь начал было говорить что то, но Кутузов перебил его. Он хотел сказать что то, но вдруг лицо его сщурилось, сморщилось; он, махнув рукой на Толя, повернулся в противную сторону, к красному углу избы, черневшему от образов.
– Господи, создатель мой! Внял ты молитве нашей… – дрожащим голосом сказал он, сложив руки. – Спасена Россия. Благодарю тебя, господи! – И он заплакал.


Со времени этого известия и до конца кампании вся деятельность Кутузова заключается только в том, чтобы властью, хитростью, просьбами удерживать свои войска от бесполезных наступлений, маневров и столкновений с гибнущим врагом. Дохтуров идет к Малоярославцу, но Кутузов медлит со всей армией и отдает приказания об очищении Калуги, отступление за которую представляется ему весьма возможным.
Кутузов везде отступает, но неприятель, не дожидаясь его отступления, бежит назад, в противную сторону.
Историки Наполеона описывают нам искусный маневр его на Тарутино и Малоярославец и делают предположения о том, что бы было, если бы Наполеон успел проникнуть в богатые полуденные губернии.
Но не говоря о том, что ничто не мешало Наполеону идти в эти полуденные губернии (так как русская армия давала ему дорогу), историки забывают то, что армия Наполеона не могла быть спасена ничем, потому что она в самой себе несла уже тогда неизбежные условия гибели. Почему эта армия, нашедшая обильное продовольствие в Москве и не могшая удержать его, а стоптавшая его под ногами, эта армия, которая, придя в Смоленск, не разбирала продовольствия, а грабила его, почему эта армия могла бы поправиться в Калужской губернии, населенной теми же русскими, как и в Москве, и с тем же свойством огня сжигать то, что зажигают?
Армия не могла нигде поправиться. Она, с Бородинского сражения и грабежа Москвы, несла в себе уже как бы химические условия разложения.
Люди этой бывшей армии бежали с своими предводителями сами не зная куда, желая (Наполеон и каждый солдат) только одного: выпутаться лично как можно скорее из того безвыходного положения, которое, хотя и неясно, они все сознавали.
Только поэтому, на совете в Малоярославце, когда, притворяясь, что они, генералы, совещаются, подавая разные мнения, последнее мнение простодушного солдата Мутона, сказавшего то, что все думали, что надо только уйти как можно скорее, закрыло все рты, и никто, даже Наполеон, не мог сказать ничего против этой всеми сознаваемой истины.
Но хотя все и знали, что надо было уйти, оставался еще стыд сознания того, что надо бежать. И нужен был внешний толчок, который победил бы этот стыд. И толчок этот явился в нужное время. Это было так называемое у французов le Hourra de l'Empereur [императорское ура].
На другой день после совета Наполеон, рано утром, притворяясь, что хочет осматривать войска и поле прошедшего и будущего сражения, с свитой маршалов и конвоя ехал по середине линии расположения войск. Казаки, шнырявшие около добычи, наткнулись на самого императора и чуть чуть не поймали его. Ежели казаки не поймали в этот раз Наполеона, то спасло его то же, что губило французов: добыча, на которую и в Тарутине и здесь, оставляя людей, бросались казаки. Они, не обращая внимания на Наполеона, бросились на добычу, и Наполеон успел уйти.
Когда вот вот les enfants du Don [сыны Дона] могли поймать самого императора в середине его армии, ясно было, что нечего больше делать, как только бежать как можно скорее по ближайшей знакомой дороге. Наполеон, с своим сорокалетним брюшком, не чувствуя в себе уже прежней поворотливости и смелости, понял этот намек. И под влиянием страха, которого он набрался от казаков, тотчас же согласился с Мутоном и отдал, как говорят историки, приказание об отступлении назад на Смоленскую дорогу.
То, что Наполеон согласился с Мутоном и что войска пошли назад, не доказывает того, что он приказал это, но что силы, действовавшие на всю армию, в смысле направления ее по Можайской дороге, одновременно действовали и на Наполеона.


Когда человек находится в движении, он всегда придумывает себе цель этого движения. Для того чтобы идти тысячу верст, человеку необходимо думать, что что то хорошее есть за этими тысячью верст. Нужно представление об обетованной земле для того, чтобы иметь силы двигаться.
Обетованная земля при наступлении французов была Москва, при отступлении была родина. Но родина была слишком далеко, и для человека, идущего тысячу верст, непременно нужно сказать себе, забыв о конечной цели: «Нынче я приду за сорок верст на место отдыха и ночлега», и в первый переход это место отдыха заслоняет конечную цель и сосредоточивает на себе все желанья и надежды. Те стремления, которые выражаются в отдельном человеке, всегда увеличиваются в толпе.
Для французов, пошедших назад по старой Смоленской дороге, конечная цель родины была слишком отдалена, и ближайшая цель, та, к которой, в огромной пропорции усиливаясь в толпе, стремились все желанья и надежды, – была Смоленск. Не потому, чтобы люди знала, что в Смоленске было много провианту и свежих войск, не потому, чтобы им говорили это (напротив, высшие чины армии и сам Наполеон знали, что там мало провианта), но потому, что это одно могло им дать силу двигаться и переносить настоящие лишения. Они, и те, которые знали, и те, которые не знали, одинаково обманывая себя, как к обетованной земле, стремились к Смоленску.
Выйдя на большую дорогу, французы с поразительной энергией, с быстротою неслыханной побежали к своей выдуманной цели. Кроме этой причины общего стремления, связывавшей в одно целое толпы французов и придававшей им некоторую энергию, была еще другая причина, связывавшая их. Причина эта состояла в их количестве. Сама огромная масса их, как в физическом законе притяжения, притягивала к себе отдельные атомы людей. Они двигались своей стотысячной массой как целым государством.
Каждый человек из них желал только одного – отдаться в плен, избавиться от всех ужасов и несчастий. Но, с одной стороны, сила общего стремления к цели Смоленска увлекала каждою в одном и том же направлении; с другой стороны – нельзя было корпусу отдаться в плен роте, и, несмотря на то, что французы пользовались всяким удобным случаем для того, чтобы отделаться друг от друга и при малейшем приличном предлоге отдаваться в плен, предлоги эти не всегда случались. Самое число их и тесное, быстрое движение лишало их этой возможности и делало для русских не только трудным, но невозможным остановить это движение, на которое направлена была вся энергия массы французов. Механическое разрывание тела не могло ускорить дальше известного предела совершавшийся процесс разложения.
Ком снега невозможно растопить мгновенно. Существует известный предел времени, ранее которого никакие усилия тепла не могут растопить снега. Напротив, чем больше тепла, тем более крепнет остающийся снег.
Из русских военачальников никто, кроме Кутузова, не понимал этого. Когда определилось направление бегства французской армии по Смоленской дороге, тогда то, что предвидел Коновницын в ночь 11 го октября, начало сбываться. Все высшие чины армии хотели отличиться, отрезать, перехватить, полонить, опрокинуть французов, и все требовали наступления.