Церковно-научный центр «Православная энциклопедия»

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск

Церко́вно-нау́чный це́нтр «Правосла́вная энциклопе́дия» — российская организация, действующая под патронажем Русской православной церкви, сочетающая в себе функции издательства, информационного агентства и научного центра.

В своей деятельности ЦНЦ «Православная энциклопедия» стремится объединить усилия церковных и светских учёных в деле возрождения и развития церковной науки, проведения исторических, агиографических, библейских и других исследований: учреждает стипендии для поддержки исследователей, сотрудничает с Макарьевским фондом, выявляя наиболее значительные исследования по истории Российского государства и Церкви и присуждая премии, участвовала совместно с ГАРФ в проекте создания электронных информационных и документальных массивов[1].



История

Коллектив будущего Церковно-научного центра Русской Православной Церкви «Православная энциклопедия» начал создаваться на базе отдела классической литературы журнала «Литературная учёба», которым с 1988 года заведовал Сергей Кравец[2]. На страницах малопопулярного в тот момент журнала стали публиковаться сочинения Владимира Соловьёва, Василия Розанова, Алексея Лосева, священника Павла Флоренского, «Записка о древней и новой России» Н. М. Карамзина и др. В журнале печатались переводы Нового Завета[3]. Популярность «Литературной учёбы» возросла необыкновенно[3].

В конце 1990 года по инициативе игумена Андроника (Трубачёва) в Москве было создано издательство Спасо-Преображенского Валаамского монастыря. В феврале 1991 года Патриарх Московский и всея Руси Алексий II издал указ о создании Валаамского издательства, закреплявший его правовой статус. На тот момент издательство состояло из нескольких сотрудников и размещалось в единственной комнате в редакции журнала «Литературная учёба». Позднее издательство переехало на подворье Спасо-Преображенского Валаамского монастыря[4].

С самого начала своей деятельности издательство занималось публикацией серьёзных научных и исторических трудов. Издавались памятники раннехристианской и древнерусской литературы, ставшие классическими труды дореволюционных церковных учёных, которые необходимо было вернуть читателю конца ХХ века. С очень небольшим коллективом Издательство выпустило множество интересных книг: двухтомное издание, посвящённое преподобному Серафиму Саровскому, «Церковную историю» Евсевия Памфила, «Просветитель» преподобного Иосифа Волоцкого, четырёхтомник «Лекций по истории древней Церкви» В. В. Болотова, «Иллюстрированная история религии» в двух томах, изданная в России в начале XX века и другие издания[4], которые до того были доступны лишь узкому кругу читателей[3]. Как отмечено на сайте ЦНЦ «Православная энциклопедия»: «Основой успеха, несомненно, была увлечённость, — в дальнейшем она проявлялась всё ярче и ярче — увлечённость, иногда поддерживаемая пожертвованиями людей, стремившихся помочь небольшому коллективу (не спонсорскими миллионами, а мешком сахара или рыбными консервами)»[3].

В 1993 году было принято решение издать к 850-летию Москвы фундаментальную «Историю Русской Церкви» на основе знаменитого труда митрополита Макария (Булгакова). Общее руководство проектом по изданию «Истории Русской Церкви» осуществлял Патриарх Московский и всея Руси Алексий II[4]. Первый том этого издания вышел в 1994 году.

Труд митрополита Макария был дополнен объёмными научными комментариями, предисловиями и указателями, при работе над которыми, как указывает Сергей Кравец, «неожиданно возникло немыслимое прежде соединение усилий церковных и светских учёных»[4]. Так сформировался Научно-редакционный совет, который возглавил архиепископ Истринский Арсений (Епифанов). Как отмечал Сергей Кравец, «если на первых порах в отношениях светских и церковных учёных существовала некоторая напряжённость, то очень скоро она исчезла. В процессе ежедневной совместной работы выстраивались совершенно новые отношения сотрудничества между представителями светской и церковной науки, чего в нашей стране не было уже почти столетие. Процесс этот взаимно обогащал учёных и делал работу чрезвычайно плодотворной»[4].

Переиздание труда митрополита Макария (Булгакова) заняло первые 7 томов, но поскольку книга митрополита Макария обрывалась на середине XVII века, седьмой том её нового издания был восполнен текстами новых исследований по истории Русской Церкви в XVII веке. Кроме того, в издание вошла работа профессора И. К. Смолича, посвящённая синодальному периоду, которая составила восьмой том, вышедший в двух книгах. Заключительный, девятый том «Истории Русской Церкви в XX веке» (до 1996 года), был написан протоиереем Владиславом Цыпиным. В рамках этого же издания был опубликован отдельным томом ещё один труд И. К. Смолича — «История русского монашества»[4].

По мере того, как издание «Истории Русской Церкви» приближалось к своему логическому завершению, возник вопрос: что делать дальше? Как сохранить уникальный, хорошо себя зарекомендовавший в плане научно-исследовательской деятельности коллектив светских и церковных учёных числом около двадцати человек? По словам Сергея Кравца, «новая задача для него возникала сама собой: уже начиная с середины XIX века перед Православной Церковью, причём не только перед Русской Церковью, а перед всеми Поместными Православными Церквами, стояла грандиозная, но так и не достигнутая цель — создание фундаментального свода знаний в виде „Православной энциклопедии“»[4].

10 сентября 1996 года указом Патриарха Московского и всея Руси Алексия II на базе издательства Свято-Преображенского Валаамского монастыря был образован Церковно-научный центр «Православная энциклопедия»[1].

10 октября 1996 года Священный Синод Русской православной церкви одобрил проект издания 25-томной Православной энциклопедии. Для реализации проекта образованы Наблюдательный, Попечительский, Церковно-научный и Научно-редакционный советы, Ассоциация благотворителей. Научно-информационную поддержку данному проекту оказали синодальные комиссии и отделы Московского Патриархата, РАН, научно-исследовательские институты, ведущие духовные и светские учебные заведения России, архивы, музеи, библиотеки[1].

С начала 1998 года в ЦНЦ «Православная энциклопедия» пришла целая когорта молодых специалистов, выпускников церковных вузов и МГУ имени М. В. Ломоносова. Именно руководителю принадлежит заслуга создания высокопрофессионального коллектива заинтересованных в работе людей[3].

6 октября 1998 года Священный Синод Русской православной церкви поставновил «считать своевременное предоставление сведений исторического, биографического, статистического и агиографического характера в связи с запросами Церковно-научного центра „Православная энциклопедия“ обязательными для всех учреждений Русской Православной Церкви»[5].

ЦНЦ «Православная энциклопедия» получила поддержку Правительства Москвы, ряда регионов РФ (Саратовской, Самарской и других областей), промышленников и предпринимателей, объединенных в Попечительский совет и Ассоциацию благотворителей Православной энциклопедии[1].

22 декабря 2000 года указом Патриарха Московского и всея Руси Алексия II при ЦНЦ «Православная энциклопедия» был образован Агиографический совет[6], распределяющий гранты между учёными, которые занимаются исследованиями в области русской агиографии и подготовкой новых изданий по рукописным житиям русских святых[4].

26 марта 2001 года в Сергиевском Зале Храма Христа Спасителя состоялось совместное заседание Наблюдательного, Попечительского и Общественного Советов по изданию «Православной энциклопедии», на котором отмечалось 10-летие Церковно-научного центра «Православная энциклопедия»[7].

Для работы над энциклопедией в ЦНЦ «Православная Энциклопедия» организован архив по истории Русской Церкви XX века[8], куда из Архива Московской Патриархии были переданы материалы Патриаршей канцелярии за 1925—1943 годы и личные дела клириков того времени[4]. Вместе с тем, архим пополнялся благодаря методической помощи Государственного Архива Российской Федерации.

К концу 2001 года Церковно-научный центр «Православная энциклопедия» представлял собой столь мощный организационно-интеллектуальный ресурс, что появилась мысль использовать его не только при подготовке собственно энциклопедии. 29 ноября 2001 года был запущен интернет-портал «sedmitza.ru»[9] С 3 мая 2003 года на телеканале ТВ-Центр стала выходить еженедельная телепрограмма «Православная энциклопедия», которая рассчитана на самый широкий круг зрителей[10]. Оба проекта оказались востребованными[4].

В ноябре 2002 года и ноябре 2003 года действовали Курсы повышения квалификации для руководящего состава РПЦ, организованные ЦНЦ совместно с Российской академией государственной службы[1]. Выступая на открытии курсов, руководитель Церковно-научного центра «Православная энциклопедия» заявил, что при их подготовке, инициаторы «исходили из того, что в современной России любой церковный деятель является также деятелем общественным, и, зачастую, государственным». «Цель организации такого обучения заключается в том, чтобы постараться снабдить церковных деятелей знаниями современных технологий общения, взаимодействия с государственными, общественными, коммерческими структурами»[2].

Телевизионная группа «Православной энциклопедии», получив необходимый опыт, приступила к созданию собственных фильмов. Первый фильм, который был подготовлен при непосредственном участии Церковно-научного центра «Православная энциклопедия» — документальный сериал «Земное и небесное», показанный на канале РТР в 2004 году. Деятельность телевизионной группы ЦНЦ «Православная энциклопедия» была настолько обширной и плодотворной, что осенью 2005 году Патриарх Алексий II издал указ о создании при Церковно-научном центре Культурного фонда «Кино-телекомпания „Православная энциклопедия“», тесно связанного с ЦНЦ «Православная энциклопедия», но имеющего самостоятельный бюджет[4]. С 1 января 2006 года данная организация осуществляла все кино- и телевизионные проекты «Православной энциклопедии», в том числе еженедельную телепрограмму на ТВЦ и съёмки документальных фильмов[11].

29 ноября 2005 года на 13-м заседании Общественного, Наблюдательного и Попечительского Советов по изданию «Православной Энциклопедии» под председательством Патриарха Алексия II было принято решение начать с 2006 года издание ежеквартального журнала «Вестник церковной истории»[12]. Необходимость в подобном издании возникла в связи с тем, что в центр поступало множество исследовательских материалов и научно-публицистических статей, которые по своему формату не всегда могли быть опубликованы в энциклопедии. Но поскольку эти материалы имеют большую научную ценность, их издание оказалось востребованным[4].

В 2006 году Патриарх Алексий II, учитывая большое количество документальных фильмов, которые создавались Кино-телекомпанией «Православная энциклопедия», подписал указ о создании на базе Церковно-научного центра кино-фотоархива по истории Русской Церкви в XX веке[4].

В апреле 2010 года Церковно-научный центр «Православная Энциклопедия» объявил о начале благотворительной акции, цель которой — оказать помощь библиотекам, а также научным и образовательным организациям Российской Федерации в комплектовании фондов научной литературой по истории Церкви[13].

Напишите отзыв о статье "Церковно-научный центр «Православная энциклопедия»"

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 [www.patriarchia.ru/db/text/66002.html Церковно-научный центр Русской Православной Церкви «Православная энциклопедия»] // Патриархия.ру
  2. 1 2 [www.portal-credo.ru/site/print.php?act=comment&id=139 Откуда есть пошла «Православная энциклопедия»…] // Портал-Credo.Ru, 10.01.2003
  3. 1 2 3 4 5 [www.sedmitza.ru/text/2840198.html К 50-летию Сергея Леонидовича Кравца] // Седмица. Ru, 07.03.2012
  4. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 Кравец С. Л. [www.srcc.msu.ru/bib_roc/jmp/07/04-07/07.htm Церковно-научный центр «Православная энциклопедия»] // «Журнал Московской Патриархии», № 4 2007
  5. [mospat.ru/archive/1998/10/sr061081/ Заседание Священного Синода 6 октября 1998 г.] // Русская Православная Церковь Отдел внешних церковных связей, 21.10.1998
  6. Андрей Сальников [www.blagovest-2000.narod.ru/79_sci.htm Для поддержки церковной науки] // Вологодская епархиальная газета "Благовестник "№ 11-12 (79-80) 2001
  7. [www.pravoslavie.ru/jurnal/culture/cncpe10let.htm Самому мощному церковно-научному проекту исполнилось 10 лет] // Православие.ру, 27.03.2001
  8. [www.sedmitza.ru/text/394246.html Открылась выставка материалов из фондов ГА РФ] // Седмица.ру, 14.05.2002
  9. [website.informer.com/sedmitza.ru Церковно-Научный Центр «Православная Энциклопедия»]
  10. [www.tvc.ru/channel/brand/id/14 Религиозная информационно-энциклопедическая программа «Православная энциклопедия»] // «ТВ Центр»
  11. [www.sedmitza.ru/text/405906.html 14-е заседание Советов по изданию «Православной энциклопедии» (комментарий в свете веры)] // Седмица.ру, 06.06.2006
  12. [patriarh-i-narod.ru/slovo-patriarha/pravoslavnaya-entsiklopediya/2172-predstoyatel-vozglavil-13-e-zasedanie-sovetov-po-izdaniyu-pravoslavnoj-entsiklopedii-29-noyabrya-2005-goda Предстоятель возглавил 13-е заседание Советов по изданию «Православной энциклопедии»] // Патриарх и народ, 29.11.2005
  13. [www.sedmitza.ru/text/1111204.html Благотворительная акция Церковно-научного центра «Православная Энциклопедия»] // Седмица.Ru, 20.04.2010

Ссылки

  • [patriarh-i-narod.ru/slovo-patriarha/pravoslavnaya-entsiklopediya Слово Патриарха Алексия \ Православная Энциклопедия]

Отрывок, характеризующий Церковно-научный центр «Православная энциклопедия»



Если допустить, как то делают историки, что великие люди ведут человечество к достижению известных целей, состоящих или в величии России или Франции, или в равновесии Европы, или в разнесении идей революции, или в общем прогрессе, или в чем бы то ни было, то невозможно объяснить явлений истории без понятий о случае и о гении.
Если цель европейских войн начала нынешнего столетия состояла в величии России, то эта цель могла быть достигнута без всех предшествовавших войн и без нашествия. Если цель – величие Франции, то эта цель могла быть достигнута и без революции, и без империи. Если цель – распространение идей, то книгопечатание исполнило бы это гораздо лучше, чем солдаты. Если цель – прогресс цивилизации, то весьма легко предположить, что, кроме истребления людей и их богатств, есть другие более целесообразные пути для распространения цивилизации.
Почему же это случилось так, а не иначе?
Потому что это так случилось. «Случай сделал положение; гений воспользовался им», – говорит история.
Но что такое случай? Что такое гений?
Слова случай и гений не обозначают ничего действительно существующего и потому не могут быть определены. Слова эти только обозначают известную степень понимания явлений. Я не знаю, почему происходит такое то явление; думаю, что не могу знать; потому не хочу знать и говорю: случай. Я вижу силу, производящую несоразмерное с общечеловеческими свойствами действие; не понимаю, почему это происходит, и говорю: гений.
Для стада баранов тот баран, который каждый вечер отгоняется овчаром в особый денник к корму и становится вдвое толще других, должен казаться гением. И то обстоятельство, что каждый вечер именно этот самый баран попадает не в общую овчарню, а в особый денник к овсу, и что этот, именно этот самый баран, облитый жиром, убивается на мясо, должно представляться поразительным соединением гениальности с целым рядом необычайных случайностей.
Но баранам стоит только перестать думать, что все, что делается с ними, происходит только для достижения их бараньих целей; стоит допустить, что происходящие с ними события могут иметь и непонятные для них цели, – и они тотчас же увидят единство, последовательность в том, что происходит с откармливаемым бараном. Ежели они и не будут знать, для какой цели он откармливался, то, по крайней мере, они будут знать, что все случившееся с бараном случилось не нечаянно, и им уже не будет нужды в понятии ни о случае, ни о гении.
Только отрешившись от знаний близкой, понятной цели и признав, что конечная цель нам недоступна, мы увидим последовательность и целесообразность в жизни исторических лиц; нам откроется причина того несоразмерного с общечеловеческими свойствами действия, которое они производят, и не нужны будут нам слова случай и гений.
Стоит только признать, что цель волнений европейских народов нам неизвестна, а известны только факты, состоящие в убийствах, сначала во Франции, потом в Италии, в Африке, в Пруссии, в Австрии, в Испании, в России, и что движения с запада на восток и с востока на запад составляют сущность и цель этих событий, и нам не только не нужно будет видеть исключительность и гениальность в характерах Наполеона и Александра, но нельзя будет представить себе эти лица иначе, как такими же людьми, как и все остальные; и не только не нужно будет объяснять случайностию тех мелких событий, которые сделали этих людей тем, чем они были, но будет ясно, что все эти мелкие события были необходимы.
Отрешившись от знания конечной цели, мы ясно поймем, что точно так же, как ни к одному растению нельзя придумать других, более соответственных ему, цвета и семени, чем те, которые оно производит, точно так же невозможно придумать других двух людей, со всем их прошедшим, которое соответствовало бы до такой степени, до таких мельчайших подробностей тому назначению, которое им предлежало исполнить.


Основной, существенный смысл европейских событий начала нынешнего столетия есть воинственное движение масс европейских народов с запада на восток и потом с востока на запад. Первым зачинщиком этого движения было движение с запада на восток. Для того чтобы народы запада могли совершить то воинственное движение до Москвы, которое они совершили, необходимо было: 1) чтобы они сложились в воинственную группу такой величины, которая была бы в состоянии вынести столкновение с воинственной группой востока; 2) чтобы они отрешились от всех установившихся преданий и привычек и 3) чтобы, совершая свое воинственное движение, они имели во главе своей человека, который, и для себя и для них, мог бы оправдывать имеющие совершиться обманы, грабежи и убийства, которые сопутствовали этому движению.
И начиная с французской революции разрушается старая, недостаточно великая группа; уничтожаются старые привычки и предания; вырабатываются, шаг за шагом, группа новых размеров, новые привычки и предания, и приготовляется тот человек, который должен стоять во главе будущего движения и нести на себе всю ответственность имеющего совершиться.
Человек без убеждений, без привычек, без преданий, без имени, даже не француз, самыми, кажется, странными случайностями продвигается между всеми волнующими Францию партиями и, не приставая ни к одной из них, выносится на заметное место.
Невежество сотоварищей, слабость и ничтожество противников, искренность лжи и блестящая и самоуверенная ограниченность этого человека выдвигают его во главу армии. Блестящий состав солдат итальянской армии, нежелание драться противников, ребяческая дерзость и самоуверенность приобретают ему военную славу. Бесчисленное количество так называемых случайностей сопутствует ему везде. Немилость, в которую он впадает у правителей Франции, служит ему в пользу. Попытки его изменить предназначенный ему путь не удаются: его не принимают на службу в Россию, и не удается ему определение в Турцию. Во время войн в Италии он несколько раз находится на краю гибели и всякий раз спасается неожиданным образом. Русские войска, те самые, которые могут разрушить его славу, по разным дипломатическим соображениям, не вступают в Европу до тех пор, пока он там.
По возвращении из Италии он находит правительство в Париже в том процессе разложения, в котором люди, попадающие в это правительство, неизбежно стираются и уничтожаются. И сам собой для него является выход из этого опасного положения, состоящий в бессмысленной, беспричинной экспедиции в Африку. Опять те же так называемые случайности сопутствуют ему. Неприступная Мальта сдается без выстрела; самые неосторожные распоряжения увенчиваются успехом. Неприятельский флот, который не пропустит после ни одной лодки, пропускает целую армию. В Африке над безоружными почти жителями совершается целый ряд злодеяний. И люди, совершающие злодеяния эти, и в особенности их руководитель, уверяют себя, что это прекрасно, что это слава, что это похоже на Кесаря и Александра Македонского и что это хорошо.
Тот идеал славы и величия, состоящий в том, чтобы не только ничего не считать для себя дурным, но гордиться всяким своим преступлением, приписывая ему непонятное сверхъестественное значение, – этот идеал, долженствующий руководить этим человеком и связанными с ним людьми, на просторе вырабатывается в Африке. Все, что он ни делает, удается ему. Чума не пристает к нему. Жестокость убийства пленных не ставится ему в вину. Ребячески неосторожный, беспричинный и неблагородный отъезд его из Африки, от товарищей в беде, ставится ему в заслугу, и опять неприятельский флот два раза упускает его. В то время как он, уже совершенно одурманенный совершенными им счастливыми преступлениями, готовый для своей роли, без всякой цели приезжает в Париж, то разложение республиканского правительства, которое могло погубить его год тому назад, теперь дошло до крайней степени, и присутствие его, свежего от партий человека, теперь только может возвысить его.
Он не имеет никакого плана; он всего боится; но партии ухватываются за него и требуют его участия.
Он один, с своим выработанным в Италии и Египте идеалом славы и величия, с своим безумием самообожания, с своею дерзостью преступлений, с своею искренностью лжи, – он один может оправдать то, что имеет совершиться.
Он нужен для того места, которое ожидает его, и потому, почти независимо от его воли и несмотря на его нерешительность, на отсутствие плана, на все ошибки, которые он делает, он втягивается в заговор, имеющий целью овладение властью, и заговор увенчивается успехом.
Его вталкивают в заседание правителей. Испуганный, он хочет бежать, считая себя погибшим; притворяется, что падает в обморок; говорит бессмысленные вещи, которые должны бы погубить его. Но правители Франции, прежде сметливые и гордые, теперь, чувствуя, что роль их сыграна, смущены еще более, чем он, говорят не те слова, которые им нужно бы было говорить, для того чтоб удержать власть и погубить его.
Случайность, миллионы случайностей дают ему власть, и все люди, как бы сговорившись, содействуют утверждению этой власти. Случайности делают характеры тогдашних правителей Франции, подчиняющимися ему; случайности делают характер Павла I, признающего его власть; случайность делает против него заговор, не только не вредящий ему, но утверждающий его власть. Случайность посылает ему в руки Энгиенского и нечаянно заставляет его убить, тем самым, сильнее всех других средств, убеждая толпу, что он имеет право, так как он имеет силу. Случайность делает то, что он напрягает все силы на экспедицию в Англию, которая, очевидно, погубила бы его, и никогда не исполняет этого намерения, а нечаянно нападает на Мака с австрийцами, которые сдаются без сражения. Случайность и гениальность дают ему победу под Аустерлицем, и случайно все люди, не только французы, но и вся Европа, за исключением Англии, которая и не примет участия в имеющих совершиться событиях, все люди, несмотря на прежний ужас и отвращение к его преступлениям, теперь признают за ним его власть, название, которое он себе дал, и его идеал величия и славы, который кажется всем чем то прекрасным и разумным.
Как бы примериваясь и приготовляясь к предстоящему движению, силы запада несколько раз в 1805 м, 6 м, 7 м, 9 м году стремятся на восток, крепчая и нарастая. В 1811 м году группа людей, сложившаяся во Франции, сливается в одну огромную группу с серединными народами. Вместе с увеличивающейся группой людей дальше развивается сила оправдания человека, стоящего во главе движения. В десятилетний приготовительный период времени, предшествующий большому движению, человек этот сводится со всеми коронованными лицами Европы. Разоблаченные владыки мира не могут противопоставить наполеоновскому идеалу славы и величия, не имеющего смысла, никакого разумного идеала. Один перед другим, они стремятся показать ему свое ничтожество. Король прусский посылает свою жену заискивать милости великого человека; император Австрии считает за милость то, что человек этот принимает в свое ложе дочь кесарей; папа, блюститель святыни народов, служит своей религией возвышению великого человека. Не столько сам Наполеон приготовляет себя для исполнения своей роли, сколько все окружающее готовит его к принятию на себя всей ответственности того, что совершается и имеет совершиться. Нет поступка, нет злодеяния или мелочного обмана, который бы он совершил и который тотчас же в устах его окружающих не отразился бы в форме великого деяния. Лучший праздник, который могут придумать для него германцы, – это празднование Иены и Ауерштета. Не только он велик, но велики его предки, его братья, его пасынки, зятья. Все совершается для того, чтобы лишить его последней силы разума и приготовить к его страшной роли. И когда он готов, готовы и силы.
Нашествие стремится на восток, достигает конечной цели – Москвы. Столица взята; русское войско более уничтожено, чем когда нибудь были уничтожены неприятельские войска в прежних войнах от Аустерлица до Ваграма. Но вдруг вместо тех случайностей и гениальности, которые так последовательно вели его до сих пор непрерывным рядом успехов к предназначенной цели, является бесчисленное количество обратных случайностей, от насморка в Бородине до морозов и искры, зажегшей Москву; и вместо гениальности являются глупость и подлость, не имеющие примеров.
Нашествие бежит, возвращается назад, опять бежит, и все случайности постоянно теперь уже не за, а против него.
Совершается противодвижение с востока на запад с замечательным сходством с предшествовавшим движением с запада на восток. Те же попытки движения с востока на запад в 1805 – 1807 – 1809 годах предшествуют большому движению; то же сцепление и группу огромных размеров; то же приставание серединных народов к движению; то же колебание в середине пути и та же быстрота по мере приближения к цели.
Париж – крайняя цель достигнута. Наполеоновское правительство и войска разрушены. Сам Наполеон не имеет больше смысла; все действия его очевидно жалки и гадки; но опять совершается необъяснимая случайность: союзники ненавидят Наполеона, в котором они видят причину своих бедствий; лишенный силы и власти, изобличенный в злодействах и коварствах, он бы должен был представляться им таким, каким он представлялся им десять лет тому назад и год после, – разбойником вне закона. Но по какой то странной случайности никто не видит этого. Роль его еще не кончена. Человека, которого десять лет тому назад и год после считали разбойником вне закона, посылают в два дня переезда от Франции на остров, отдаваемый ему во владение с гвардией и миллионами, которые платят ему за что то.