Брак в христианстве

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Церковный брак»)
Перейти к: навигация, поиск

Церко́вный бра́к (церко́вное бракосочета́ние, венча́ние) — христианский супружеский союз мужчины и женщины, заключённый через священнодействие в религиозной общине, согласно установленному порядку, в отличие от гражданского брака, заключённого в государственном учреждении. В исторических церквях брак является церковным таинством и, согласно церковному учению, в таинстве жених и невеста, соединённые любовью и взаимным согласием, получают благодать и благословение Бога для создания семьи, для взаимного согласия в супружеской жизни, для благословенного рождения детей, умножения семьи, воспитания детей в христианской вере, конечной целью которой является спасение всех членов семьи. Семья в христианстве является «малой церковью». В протестантизме имеет место церковное благословение брака, совершаемое как обряд «браковенчания», однако такое благословение самими протестантами церковным таинством не признаётся[1].





Общехристианское понимание брака, согласно Новому Завету.

Церковь через послание апостола Павла называет брак великим «таинством» или «тайной», сравнивая соединение супругов в христианском браке с соединением Христа с Церковью:

Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть. Тайна (τὸ μυστήριον) сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви.

Согласно христианскому вероучению, супруга должна повиноваться мужу, а муж должен любить жену как Христос возлюбил Церковь, то есть отдал свою жизнь за Церковь, пролил свою кровь на Кресте за Неё:

Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Хрис­тос глава Церкви, и Он же Спаситель тела. Но как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем. Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за Нее,

Муж и жена в христианском браке становятся одной плотью, а также несут обоюдную ответственность за сохранение брачного союза, потому как по словам Иисуса Христа:

…и будут два одною плотью, так что они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает.

В Евангелии Христос повторяет слова седьмой заповеди, данной Моисею: «Не прелюбодействуй» о том, что супружеская измена является грехом и тяжелейшим преступлением против Бога и ближнего своего, и о том, что христиане должны хранить супружескую верность:

Я говорю вам: кто раз­ведет­ся с женою своею не за пре­любо­деяние и же­нит­ся на другой, тот пре­любо­дей­с­т­ву­ет; и же­нив­шийся на раз­веден­ной пре­любо­дей­с­т­ву­ет.

Важной частью брака является самопожертвование, суть которого изложена в послании апостола Петра, в Новом Завете:

Также и вы, жены, повинуйтесь своим мужьям, чтобы те из них, которые не покоряются слову, житием жен своих без слова приобретаемы были, когда увидят ваше чистое, богобо­язненное житие. Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или нарядность в одежде, но сокровенный сердца человек в нетленной красоте кротко­го и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом... Также и вы, мужья, обращайтесь благоразумно с женами, как с немощнейшим сосудом, оказывая им честь, как сонаследни­цам благодатной жизни, дабы не было вам препятствия в молитвах.

Внешняя сторона священнодействия

Церковное бракосочетание в христианстве состоит из трех основных обрядовых форм: обручения, венчания и общей чаши. Обручение это древняя сторона церковного брака, восходящая к ветхозаветной церкви и сохранившееся в настоящее время в иудаизме. Венчание пришло в христианство из язычества, ещё в начале III века противником его был христианский писатель Тертуллиан, который осуждает его как языческий обычай в своей книге: «De corona militis»[2]. В начале венцы были из растений[3]. Но к V веку венчание стало уже христианской принадлежностью брака и получило в христианстве новое содержание, Иоанн Златоуст объяснял возложение венцов как знак победы молодоженов над похотью:

Кто был целомудренным до брака, тот тем более останется таким после брака. Напротив, кто до брака научился любодействовать, тот и после брака станет делать то же самое. "Блуднику", – говорится, – "сладок всякий хлеб" (Сир. 23:23). Для того и возлагаются на головы венцы, – в знак победы, что они, не будучи побеждены, вступают в брачный чертог, – что они не были одолены похотью. Если же кто, увлеченный сладострастием, предался блудницам, то для чего после этого он имеет и венец на главе, когда он побежден?[4].

Распитие общей чаши — напоминание о том, что в древности всё в жизни христианина, в том числе и брачный союз, освящалось причащением Телу и Крови Христовым. Соответственно брачный пир имел образ раннехристианской Агапы«Вечери любви»К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1133 дня].

История христианского брака

Ветхий Завет

Согласно христианскому вероучению, брак, или супружество мужа и жены Бог благословил еще в Раю, когда сотворил для Адама из его ребра Еву, в качестве помощника ему, и заповедал жене быть в послушании у мужа и заповедал им размножаться (Быт. 1:27-28) (Быт. 2:20-24).

Брак в христианстве - это продолжение богоустановленного ветхозаветного брака, но имеющего новое духовно-нравственное содержание (смотрите выше «Общехристианское понимание брака, согласно Новому Завету»). Если в Ветхом завете и в его продолжении, иудаизме, считалось терпимым многоженство, наличие наложниц у супруга, действовал закон левирата, разрешался развод, то в христианском браке многоженство, наложницы, развод являются грехом прелюбодеяния. Точно так же категорически запрещен левират, который является грехом кровосмешения.

Церковный брак в первые века христианства

Жизнь христианина
Христианский портал
· ‎

Христианин
Крещение · Рождение свыше
Благодать · Покаяние
Спасение · Исповедь
Церковь · Таинства
Церковные взыскания
Грех

Христианские добродетели
Вера · Благочестие
Любовь · Милосердие
Смирение · Скромность
Искренность · Кротость
Терпение · Молитва
Гостеприимство

Христианское богословие
Грехопадение · Благодать
Ипостасный союз
Искупительная жертва
Спасение
Христианское богослужение
Вселенские соборы
Библия · Эсхатология


Согласно христианскому вероучению, супружество благословил Иисус Христос, когда совершил первое чудо на браке в Кане Галилейской, претворив воду в вино (Ин. 2:1-11).

В первые века христианства церковный брак заключался в Божием благословении, которое получали жених и невеста через архиерея, позднее через иерея[5]. О его обязательной необходимости писал ещё в конце I — в начале II века Игнатий Богоносец в Послании к Поликарпу:

А те, которые женятся и выходят замуж, должны вступать в союз с согласия епископа, чтобы брак был о Господе, а не по похоти. Пусть всё будет во славу Божию[5][6].

Вступая в брак юноша и девушка давали перед священником обещание в супружеской верности, после чего священник давал благословение на рождение и христианское воспитание детей. О том ,что священник давал благословение на супружество в древности свидетельствуют Василий Великий[7], Григорий Богослов[8], Иоанн Златоуст, Мефодий Патарский[9].
Армянская Церковь признала необходимость церковного обряда для действительности брака — 7 канон Шахапиванского Собора 444 года[10].

В Византийской империи долгое время (до предписания императора Алексея I Комнина в 1092) заключение брака регулировалось нормами римского права, которое требовало юридического оформления (заключения письменного договора) только для высших сословий.

89-я новелла Льва VI Мудрого (около 895), предписывавшая заключать брак только с церковного благословения, касалась лишь свободных лиц, то есть, не рабов.

Окончательное запрещение заключения брака без ведома и благословения приходского священника последовало при императоре Андронике II Палеологе (12821328) и Патриархе Афанасии I (12891293; 13031309).

Из Канонических ответов митрополита Киевского Иоанна II (10781089) видно, что русский народ какое-то время считал венчание принадлежностью брака князей и бояр, продолжая придерживаться при вступлении в брак языческих обычаев умыкания и купли невест. Подобная практика в христианстве, согласно памятникам, встречается до конца XVII века, а в современности только в качестве свадебных игр.

В государственно-правовом смысле, церковный брак (в противоположность гражданскому браку) есть признаваемый государством брак, заключённый (зарегистрированный) в религиозных институтах. До начала XX века был единственным видом брака, влекшим за собой юридические последствия, в большинстве стран Европы. В России упразднён в 1918 году, после Октябрьской революции.

Традиционно, бракосочетанию предшествует помолвка (иногда с обручением) — уведомление окружающих о том, что двое собираются вступить в брак и могут оказывать друг другу знаки внимания.

Основные сведения

Брак — одно из христианских таинств, которое ведет своё начало от ветхозаветных времён. Согласно Быт. 2:18 целью брака является не столько деторождение, сколько духовно-телесное единство, взаимодополнение, взаимопомощь. Заповедь «плодитесь и размножайтесь» относится и к человеку, и к другим живым существам (Быт. 1:22,28), но только человеку заповедано составить в любви «одну плоть» (Быт. 2:24)[11].

Брак есть таинство, в котором при свободном, пред священником и Церковью обещании женихом и невестою взаимной супружеской верности, благословляется их супружеский союз, во образ духовного союза Христа с Церковью, и испрашивается им благодать чистого единодушия к благословенному рождению и христианскому воспитанию детей[12].

В Ветхом завете вопросу брака посвящена вторая глава Книги Бытия. Смысл и цель брака, согласно ей, состоит в вечном и нераздельном единстве по образу Лиц Святой Троицы. Именно так описывает Библия райский брак:

И сказал Господь Бог: не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему.

Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей.

И нарек человек имена всем скотам и птицам небесным и всем зверям полевым; но для человека не нашлось помощника, подобного ему.

И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из ребр его, и закрыл то место плотию.

И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел её к человеку.

И сказал человек: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа. Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть.

И были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились.

Из Священного Писания следует, что установление института брака (о единении двух полов — мужского и женского — в одну плоть) происходит ещё до грехопадения в Раю, поэтому мнение о том, что брак был установлен после грехопадения является ошибочным.

В Новом завете божественный замысел о браке раскрывает Иисус Христос:

И приступили к Нему фарисеи и, искушая Его, говорили Ему: по всякой ли причине позволительно человеку разводиться с женою своею?

Он сказал им в ответ: не читали ли вы, что Сотворивший вначале мужчину и женщину сотворил их?

И сказал: посему оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью, так что они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает.

Они говорят Ему: как же Моисей заповедал давать разводное письмо и разводиться с нею?

Он говорит им: Моисей по жестокосердию вашему позволил вам разводиться с женами вашими, а сначала не было так; но Я говорю вам: кто разведется с женою своею не за прелюбодеяние и женится на другой, тот прелюбодействует; и женившийся на разведенной прелюбодействует...

Русская православная церковь выразила своё отношение к браку в «Основах социальной концепции»:

Различие между полами есть особый дар Творца созданным Им людям. «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их» (Быт. 1. 27). Будучи в равной степени носителями образа Божия и человеческого достоинства, мужчина и женщина созданы для целостного единения друг с другом в любви: «Потому оставит человек отца своего и мать свою, и прилепится к жене своей; и будут два одна плоть» (Быт. 2. 24). Воплощая изначальную волю Господа о творении, благословенный Им супружеский союз становится средством продолжения и умножения человеческого рода: «И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею» (Быт. 1. 28). Особенности полов не сводятся к различиям телесного устроения. Мужчина и женщина являют собой два различных образа существования в едином человечестве. Они нуждаются в общении и взаимном восполнении. Однако в падшем мире отношения полов могут извращаться, переставая быть выражением богоданной любви и вырождаясь в проявление греховного пристрастия падшего человека к своему «я». <…>

<…> Для христиан брак стал, по слову святителя Иоанна Златоуста, «таинством любви», вечным единением супругов друг с другом во Христе.

Основы социальной концепции Русской Православной Церкви

Таинство брака в современной Русской православной церкви

Подготовка к таинству брака

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Жених и невеста перед заключением брака непременно должны исповедаться и причаститься. Желательно, чтобы они за три-четыре дня до этого дня подготовили себя к таинствам исповеди и причастия.

Для венчания нужно приготовить две иконы — Иисуса Христа и Богородицы, ими во время таинства благословляют жениха и невесту. Эти иконы берутся из родительских домов, они передавались как домашняя святыня от родителей к детям. Иконы приносятся родителями, а если они не участвуют в таинстве венчания — женихом и невестой. Жених и невеста приобретают обручальные кольца. Кольцо — знак вечности, верности и неразрывности брачного союза.

Главное приготовление к предстоящему таинству — это говение. Русская православная церковь рекомендует вступающим в брак подготовить себя к нему постом, молитвами, покаянием и причащением.

День и время венчания будущие супруги должны обговорить со священником заранее и лично. Перед венчанием необходимо исповедоваться и причаститься, возможно совершить это не в день венчания.

Желательно пригласить двух свидетелей.

Для совершения таинства Венчания нужно иметь:

  • икону Христа;
  • икону Божией Матери;
  • обручальные кольца;
  • венчальные свечи (продаются в храме);
  • белое полотенце (свадебный рушник) для постилания под ноги.

Необходимо принести свидетельство о браке, заключенном в органах ЗАГС. При отсутствии государственной регистрации брака необходимо специальное письменное благословение правящего архиерея на венчание до регистрации в ЗАГСК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1133 дня].

Православное чинопоследование брака

В Русской православной церкви существует три чина совершения чинопоследования брака:

  1. Последование великого венчания (Гл. 16 — 19 Большого Требника) — когда оба или один из брачущихся лиц вступают в брак в первый раз;
  2. Последование о второбрачном (Гл. 21) — когда оба венчающиеся вступают в повторный брак;
  3. Последование церковного освящения союза супругов, проживших вместе много лет.

С 1775 года в Российской церкви обручение совершается в одно время с венчанием; исключение делалось для лиц императорской фамилии.

Тайносовершительное значение в чинопоследовании венчания имеют слова священника: «Господи Боже наш, славою и честию венчай я» (церк.-слав. ѧ — винительный падеж местоимения они).

Господи, Боже наш, славою и честию венчай я (их)[13].

— Выдержка из чинопоследования таинства венчания

Этими словами и положением венцов на головы венчающихся человек прославляет царя творения, так как семья, по христианским воззрениям, является образом малой церкви, и на всю последующую жизнь новобрачные становятся друг для друга царём и царицей. Кроме того, венчание символически выражает чествование мучеников, так как путь к Богу — это путь Христа, а значит, распятие в себе «ветхого человека», преисполненного греха, эгоизма и похоти. Новобрачные обязуются перед Богом блюсти целомудрие супружества, прежде всего отсутствие прелюбодейных помыслов, потому как грех прелюбодейства рождается в сердце.

Муж и жена в браке, по мнению христиан, навечно становятся одной плотью (если не разрушат таинство единения грехом прелюбодеяния), а также несут обоюдную ответственность за сохранность брачного союза, потому как по словам Иисуса Христа «… и будут два одною плотью, так что они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Мф. 5:19).

Условия совершения

Ввиду того, что действующее в Российской Федерации и других странах канонической территории РПЦ законодательство признаёт только гражданский (а не церковный) брак, в Русской церкви венчание, как правило, совершается только для пар, уже состоящих в гражданском браке.

В особых случаях и с разрешения правящего архиерея, православные могут быть обвенчаны не только с православными, но и с инославными христианами, исповедующими Триединого Бога, и только при согласии инославного лица воспитывать детей в православной вере.

В современной практике в соответствии с основами социальной концепции Русской православной церкви[14], исходя из принципа икономии, браки, заключённые без венчания по уважительной причине (в советское время, с иноверцами и неверующими) не считаются греховным блудным сожительством и не служат препятствием к браковенчанию. Препятствием к церковному браку может служить наличие брошенной семьи у одного или у обоих брачующихся, долги по оплате алиментов, уголовные преступленияК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1133 дня].

Свидетели венчания

Когда священник возлагает венцы на голову жениха и невесты, то принимают и держат их восприемники, или свидетели. За невестой стоит её подруга, а за женихом — друг. Они являются молитвенными хранителями этого брака, духовными наставниками, поэтому «должны быть православными и боголюбивыми»[15].

В дореволюционной России, когда церковный брак обладал законной гражданской и юридической силой, венчание православных обязательно совершалось при поручителях — в народе их называли дружка, подружие или шаферы, а в богослужебных книгах (требниках) — восприемники. Поручители подтверждали своими подписями акт венчания в метрической книге; они, как правило, хорошо знали жениха и невесту, поручались за них. Поручители принимали участие в обручении и венчании, то есть во время обхождения жениха и невесты вокруг аналоя придерживали венцы над их головами.

Теперь поручители (свидетели) могут быть или же не быть — по желанию вступающих в брак. Поручители обязательно должны быть православными, желательно церковными людьми, должны относиться к таинству венчания с благоговением. Обязанности поручителей при бракосочетании в своей духовной основе такие же, как восприемников в крещении: как восприемники, опытные в духовной жизни, обязаны руководить крестниками в христианской жизни, так и поручители должны духовно руководить новой семьей. Поэтому раньше в поручители не приглашались молодые, не женатые, люди, не знакомые с семейной и супружеской жизнью.

Некоторые священники возлагают венцы непосредственно на головы жениха и невесты. В этом случае свидетели во время венчания просто стоят по бокам от молодожёнов, сопровождают их в храме и на застолье, и могут участвовать в обмене кольцами при обручении. Кроме того, дети могут держать на весу́ и носить за невестой длинный шлейф от её белой свадебной фаты. На венчаниях иногда мальчики выстраиваются в ряд рядом с женихом, а напротив них — девочки — рядом с невестойК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1133 дня].

Время браковенчания

Канонически (Гл. 50 Номоканона) не позволяется венчать браки в следующие дни и периоды:

  1. От Недели Мясопустной (то есть воскресенья перед Прощённым воскресеньем) до Недели Фоминой (1-го воскресенья после Пасхе);
  2. во весь Петров пост;
  3. во весь Успенский пост;
  4. во весь Рождественский пост вместе со днями Рождественских святок, то есть вплоть до 6 января по юлианскому календарю.
  5. в канун однодневных постов, то есть накануне среды и пятницы;
  6. в канун воскресных дней, великих праздников, храмовых (престольных) праздников; по практике в синодальную эпоху также: в канун Николина дня (9 мая), московской Казанской иконы (22 октября) и преставления Иоанна Богослова (26 сентября; все даты по юлианскому календарю).

Браковенчание желательно совершать утром, либо днём, по совершении литургии (в древности совершалось во время самой Литургии). Однако часто можно встретить, что в день венчания нарядные брачующиеся с гостями сначала направляются в ЗАГС для регистрации гражданского брака, затем (пока на улице ещё светло, если свадьба зимняя) фотографируются в разных живописных и знаменательных местах города, затем совершается венчание в храме, и заканчивается торжественный день свадебным застольемК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1133 дня].

Расторжение и повторный брак

Принципиальное положение христианства по отношению к браку — его нерасторжимость: Мк. 10:2-12. Единственной допустимой причиной расторжения брака может являться измена (прелюбодеяние) одного из супругов (Мф. 19:9). Однако, и в этом случае Христианская церковь, ради вечной блаженной загробной жизни, призывает супругов попытаться сохранить свою семью потерпеть и простить грехи и недостатки своего супруга:

Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им оставаться, как я. Но если не [могут] воздержаться, пусть вступают в брак; ибо лучше вступить в брак, нежели разжигаться. А вступившим в брак не я повелеваю, а Господь: жене не разводиться с мужем, — если же разведется, то должна оставаться безбрачною, или примириться с мужем своим, — и мужу не оставлять жены [своей]. Прочим же я говорю, а не Господь: если какой брат имеет жену неверующую, и она согласна жить с ним, то он не должен оставлять ее; и жена, которая имеет мужа неверующего, и он согласен жить с нею, не должна оставлять его. Ибо неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим. Иначе дети ваши были бы нечисты, а теперь святы. Если же неверующий [хочет] развестись, пусть разводится; брат или сестра в таких [случаях] не связаны; к миру призвал нас Господь. Почему ты знаешь, жена, не спасешь ли мужа? Или ты, муж, почему знаешь, не спасешь ли жены?

Русская церковь считает брак нерасторжимым, но допускает прекращение супружеского сожития только из-за измены одного из супругов. В 2000 году, «учитывая всеобщее оскудение в людях любви, а также идя на уступки человеческой немощи», в Основах социальной концепции РПЦ к греху прелюбодеяния в вопросе расторжения брачного союза были добавлены следующие причины:

  • злонамеренное оставление семьи;
  • совершение аборта при несогласии супруга[16];
  • психическое заболевание одного из супругов;
  • заключение одного из супругов в местах лишения свободы по причине принесения кому-либо тяжкого вреда или убийства;
  • хронический алкоголизм или наркомания;
  • противоестественные пороки;
  • импотенция, наступившая до брака или явившаяся следствием намеренного членовредительства;
  • заболевание сифилисом или проказой;
  • заболевание ВИЧ/СПИДом;
  • длительная пропажа без вести;
  • попытки нанесения вреда здоровью детей либо супруги, или угроза для их жизни.

Однако, следует понимать, что никакого чина расторжения брака не существует, эта процедура является исключительно бюрократической и состоит она не в расторжении брака как такового, а в разрешении от епископа на повторный церковный брак, когда повторный брак в ЗАГСе уже зарегистрирован.

Церковь не поощряет второбрачия[17]. Тем не менее после законного церковного развода, согласно каноническому праву, второй брак разрешается невиновному супругу. Лицам, первый брак которых распался и был расторгнут по их вине, вступление во второй брак дозволяется лишь при условии покаяния и выполнения епитимьи, наложенной в соответствии с каноническими правилами[17], второй брак допускается во избежание беспорядочного блудаК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1133 дня]. В тех исключительных случаях, когда допускается третий брак, срок епитимьи, согласно правилам святого Василия Великого, увеличивается.

Повторный брак

Что касательно второбрачия, то ссылаясь на 87-е правило Василия Великого: «Вторы́й брак есть врачество́ проти́ву блуда́, а не напутствие сластолюбию». Русская православная церковь допускает второй и третий брак. Однако, и второй, и третий брак совершаются не по торжественному чину, а, скорее, покаянномуК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2715 дней].

В отношении третьего брака в 50-м правиле Василия Великого сказано:

на троебрачие нет закона; посему третий брак не составляется по закону. На таковые дела взираем как на нечистоты в Церкви, но всенародному осуждению оных не подвергаем, как лучшие нежели распутное любодеяние.

Таким образом, третий брак является крайней уступкой церкви в целях недопущения греха прелюбодеяния. Четвёртый и последующие не благословляются вообщеК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2715 дней].

Православная церковь допускает второй брак вдовы (вдовца), если она (он) изъявит такое желание, так как, по словам апостола Павла, «жена связана законом, доколе жив её муж». То есть, даже если в браке у супругов не получилось взрастить любовь, которая соединит их навечно, они связаны Законом и не имеют право подавать на развод при жизни обоих супругов — в противном случае, подающий на развод становится виновным в грехе прелюбодеянияК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2715 дней]. Однако в случае смерти одного из супругов второй становится «свободным от Закона», то есть, если он захочет, то может вступить во второй брак, «но только в Господе». Однако блаженнее он будет и заслужит бо́льшую благодать у Бога, если сохранит верность первому и единственному супругу.

Всего лучше — ожидать умершего мужа и соблюдать условия с ним, избрать воздержание и находиться при оставшихся детях, чтобы приобрести большее благоволение от Бога. Если же кто захочет вступить во второй брак, то нужно делать это с целомудрием, — с честностью, согласно с законами, — потому что и это дозволяется, а запрещается только блуд и прелюбодеяние[18].

— Святитель Иоанн Златоуст

Любовь к нему ты можешь сохранять и теперь также, как и прежде; сила любви такова, что она объемлет, совокупляет и соединяет не только тех, которые находятся при нас, или близко к нам, и которых мы видим, но и тех, которые удалены от нас; ни продолжительность времени, ни дальность расстояния, и ничто другое подобное не может прервать и прекратить душевную дружбу. Если же ты желаешь и видеть его лицом к лицу (я знаю, что ты весьма желаешь этого), то соблюди ложе его недоступным для другого мужа, постарайся сравняться с ним по жизни, и ты, конечно, отойдешь отсюда в один и тот же с ним лик, и будешь жить вместе с ним не пять лет, как здесь, не двадцать или сто, даже не тысячу или две, не десять тысяч или несколько десятитысячелетий, но беспредельные и бесконечные веки. Наследование теми местами упокоения получается не по телесному родству, но по одинаковому образу жизни[19].

— "Слово к молодой вдове", Святитель Иоанн Златоуст

Браки с иноверцами в России до 1918 года

Общеобязательные, общецерковные и никем не отменяемые каноны Православной Церкви, принятые на Вселенских соборах: 10-е Правило Лаодикийского собора и 72-е Правило 6 Вселенского собора, категорически запрещают православному (православной) вступать в сожительство (брак) с любым неправославным, то есть с еретиком, более того, 72-е правило повелевает такие беззаконные сожительства разрушать; единственное исключение 72-е правило, ссылаясь на послание апостола Павла: 1Кор. 7:14, делает для брака, заключённого вне церкви, то есть когда оба супруга были неправославными, а затем уже находясь в супружестве один из супругов принял святое крещение и стал православным, а другой ещё не пришёл к истиной вере, но при этом не препятствует другому супругу в его выборе нового образа веры в жизни[20][21]. До синодального периода в Русской церкви согласно святым канонам Вселенских соборов строго воспрещались браки православных с любыми неправославными.

С 1721 года царем Петром было уничтожено не только патриаршество, но и соборное управление в Русской поместной церкви, во главе её согласно «Присяге для членов Святейшего Синода» стал не поместный собор, во главе с патриархом и собранием из всех архиереев, который никогда не может выйти за рамки канонов Вселенских соборов, их отменить или изменить; а лицо, не являющееся ни только епископом, но и священником и даже диаконом, то есть мирянин, государственный правитель: царь или женщина(царица). Царь управлял Русской поместной церковью через своего чиновника-мирянина (обер-прокурора), также лицо не имеющее священного рукоположения, стоящего во главе Священной коллегии или Священного синода — органа управления Русской поместной церковью. Все члены Синода давали клятву пред Богом, в которой исповедовали "крайнего судию" в поместной церкви монарха.

«Я, нижеименованный, обещаюся и клянуся Всемогущимъ Богомъ, предъ святымъ Его Евангелием... Исповедую же с клятвою крайняго Судию Духовного сего Синода, быть Самаго Всероссийскаго Монарха, Государя нашего Всемилостивейшаго, клянуся и еще Всевидящимъ Богом.»(Присяга для членов Святейшего Синода)

С этого времени царь начал издавать свои законы от имени синода и распространять их на церковное управление, не обращая внимания на догматы и каноны Православной церкви. Одним из таких новых законов стало разрешение: "Послание" 1721 года вступать в брак лютеран с православными. Поводом к изданию «Послания Святейшего Синода к православным о беспрепятственном им вступлении в брак с иноверцами» было поступившее в Синод доношение из Берг-Коллегии, основанное, в свою очередь, на письме Василия Татищева, посланного в Сибирскую губернию «для прииска рудных мест и строения, и размножения тамо заводов». В письме Татищев ходатайствовал о желании поселившихся в России шведских специалистов (взятых перед тем в плен русской армией во время Северной войны) «жениться на русских девках без переменения веры»[22].

Затем последовали другие законы и были дозволены браки с католиками, и другими протестантами и армянами, но не «раскольниками» (то есть старообрядцами); такие браки обычно не требовали специального разрешения архиерея. Высочайший указ от 17 (30) апреля 1905 года[23] дозволял брак православных с старообрядцами, совершение которого, однако, требовало разрешения епархиального архиерея. Кроме того, лица других христианских исповеданий, вступающие в брак с лицами православными (за исключением коренных жителей Финляндии на её территории), давали священнику пред совершением брака подписку в том, что они не будут ни поносить своих супругов за православие, ни склонять их чрез прельщение, угрозы или иным образом к принятию своей веры и что имеющие родиться от сего брака дети будут крещены и воспитаны в православии[24][25]. Взятая таким образом по установленной форме подписка подлежала представлению епархиальному архиерею или в консисторию в начале января следующего года.

По состоянию на начало XX века в Российской империи действовали следующие нормы:

  • браки православных с лицами неправославных христианских исповеданий разрешались лишь при условии венчания, крещения и воспитания детей по правилам православной веры;
  • русским подданным православного и католического вероисповедания запрещались браки с нехристианами, а протестантам — с язычниками.

Брак в евангельских церквях

Заключение брака

В евангелических церквях венчание рассматривается не как таинство, а как церковный обряд (поскольку не было непосредственно введено Иисусом Христом). В большинстве евангельские христиане придерживаются следующих принципов при освящении брака:

  • в странах, где заключение церковного брака не является основанием для его государственной регистрации, венчание совершается только для пар, уже состоящих в гражданском (то есть официально зарегистрированном в ЗАГСе или иным другим уполномоченным органом государства) браке. Браки, как правило, заключаются между двумя людьми противоположного пола — христианином и христианкой, исповедующих Триединого Бога;

кроме того, должны быть соблюдены следующие условия:

  • зрелый возраст обоих брачующихся (согласно порогу брачного возраста, принятому в государстве);
  • искренняя вера в Бога;
  • водное крещение (с теми же нюансами относительно его срока и формы, которые приняты в данной деноминации для церковного членства);
  • отсутствие Церковных дисциплинарных взысканий (замечание, отлучение) у обоих (не для всех деноминаций);
  • обязательное согласие обеих сторон.

В большинстве случаев браки заключаются между представителями одной конфессии. Брак между верующим и неверующим людьми, согласно трактовке евангельских христиан, запрещены Писанием (см. Новый Завет), нарушители, во многих случаях, отлучаются от Церкви. Интимные отношения до совершения бракосочетания также запрещены Священным Писанием как грех блуда, нарушители также отлучаются от Церкви.

Бракосочетание для женившихся до обращения в христианство не проводится, брак считается полноценным. Однако, в некоторых случаях, известны примеры проведения обряда венчания уже сочетавшихся ранее гражданским браком пар.

Расторжение брака

Основанием для расторжения брака может быть грех прелюбодеяния одного из супругов или злонамеренное оставление семьи. Второй брак совершается по рассмотрению служителями Церкви.

Вопросы разводов и последующих браков понимаются различно консервативными и либеральными евангельскими христианами.

Брак и деторождение

По традиции основными целями брака считаются: рождение и воспитание детей, взаимная помощь и средство к укрощению плотского вожделения («во избежание блуда»: 1Кор. 7:2—6)[26]. Различные авторы, принадлежащие к традиционным церквям, по-разному расставляют акценты в освещении наиболее важных целей брака. Но в целом союз мужа и жены в супружеской любви рассматривается как основа и сущность брака[27][28][29].

Христианская традиция относит рождение и воспитание детей к одному из основных предназначений или целей или плодов супружеской любви и вообще брака. В Основах социальной концепции Русской православной церкви утверждает, что "плодом их <мужчины и женщины> любви и общности становятся дети, рождение и воспитание которых, по православному учению, является одной из важнейших целей брака[30]. Продолжение человеческого рода является одной из основных целей христианского брачного союза. Намеренный отказ от рождения детей из эгоистических побуждений обесценивает брак и является «несомненным грехом»[31]. Конституция II Ватиканского Собора Католической Церкви «Gaudium et spes» утверждает: «По своему естественному характеру сам брачный институт и супружеская любовь предназначены для рождения и воспитания потомства, которым они и увенчиваются»[32].

Однако, ввиду того, что некоторые супруги бездетны, появились мнения, что рождение и воспитание детей — якобы второстепенная цель брачного союза. Например, православный богослов М. Григоревский пишет: «Главною целью христианского брака является не рождение детей, как во вне-христианском браке, но внутреннее духовное восполнение одной личности другою, взаимное содействие в целях гармонического течения земной жизни и нравственного совершенствования. Чадорождение — второстепенная цель брачного союза»[33].

Согласно Катехизису Католической Церкви, «в супружеском союзе осуществляется двойная цель брака: благо самих супругов и передача жизни», неразрывно связанные друг с другом, поэтому «супружеская любовь между мужчиной и женщиной подчиняется двойному требованию верности и плодородия»[34]. Верность означает постоянство и неразрывность брачного союза, плодородие — открытость к плодоношению[35]. По поводу последнего официальное учение Католической церкви утверждает, что «всякий супружеский акт должен сам по себе оставаться предназначенным для воспроизводства человеческой жизни»[36].

Однако деторождение не является единственном назначением интимных отношений, которые являются также «важным составляющим супружеской жизни, которые делают отношения двух людей наполненными нежностью, трепетом, восторгом». Целью брака в традиционном понимании является также любовь, спасение и взаимоподдержка мужа и жены[37][38].

См. также

В Викисловаре есть статья «венчание»

Напишите отзыв о статье "Брак в христианстве"

Примечания

  1. [www.klikovo.ru/db/book/msg/4208 Цыпин Владислав протоиерей. Церковное право. Глава: V. БРАЧНОЕ ПРАВО ЦЕРКВИ 53. ТАИНСТВО БРАКА]
  2. [www.pravenc.ru/text/150353.html Венчание Православная энциклопедия]
  3. [otechnik.narod.ru/smirnov_2.htm История Христианской Церкви - Смирнов Евграф Иванович § 43]
  4. [ispovednik.ru/zlatoust/Z11_2/Z11_2_26.htm Иоанн Златоуст Беседа 9 на 1-е послание апостола Павла к Тимофею]
  5. 1 2 [www.pravenc.ru/text/153321.html Брак. Православная энциклопедия.]
  6. [www.pravlib.narod.ru/polikarp.htm Послание Святого Игнатия Богоносца к Поликарпу]
  7. [www.magister.msk.ru/library/bible/comment/vasilv/vasvel01.htm Василий Великий Беседы на Шестоднев Беседа 7. О пресмыкающихся]
  8. [apologiya.orthodoxy.ru/baptize/gb.htm Григорий Богослов Слово 40]
  9. [lib.pravmir.ru/library/readbook/952 Мефодий Патрский Пир десяти дев или о девстве]
  10. [www.sedmitza.ru/text/404199.html Армянская Апостольская Церковь А. А. Бозоян, К. Н. Юзбашян]
  11. [azbyka.ru/tserkov/duhovnaya_zhizn/sem_tserkovnyh_tainstv/brak/index.shtml Православный портал «Азбука веры». Раздел: Таинство брака]
  12. [www.pravoslavieto.com/books/catechism_sv_filaret/index.htm Пространный Православный Катихизис Православной Кафолической Восточной Церкви // параграф 358 сл.]
  13. [liturgy.ru/tainstva_braka Литургия таинства брака]
  14. Священный Синод Русской православной церкви 28 декабря 1998 года с сожалением отметил, что «некоторые духовники объявляют незаконным гражданский брак или требуют расторжения брака между супругами, прожившими много лет вместе, но в силу тех или иных обстоятельств не совершившими венчание в храме… Некоторые пастыри-духовники не допускают к причастию лиц, живущих в „невенчанном“ браке, отождествляя таковой брак с блудом». В принятом Синодом определении указано: «Настаивая на необходимости церковного брака, напомнить пастырям о том, что Православная церковь с уважением относится к гражданскому браку». — Основы социальной концепции Русской православной церкви, п. Х.2
  15. Сочинение блаженного Симеона, архиепископа Фессалоникийского, 1856,СПб, с.357.
  16. [venchanie.info/pravoslavnoe-venchanie/47-razvenchivanie.html Расторжение церковного брака, причины развенчивания]
  17. 1 2 [www.mospat.ru/ru/documents/social-concepts/kh/ Вопросы личной, семейной и общественной нравственности]
  18. [verapravoslavnaya.ru/?blazhennee%2C_esli_ostanetsya_tak Святитель Иоанн Златоуст Беседа на слова: «Жена связана законом, доколе жив муж её»]
  19. [www.ispovednik.ru/zlatoust/Z01_1/Z01_1_15.htm Слово 1 к молодой вдове, Иоанн Златоуст]
  20. [www.agioskanon.ru/vsobor/006.htm#72 72 правило 6 Вселенского собора]
  21. [azbyka.ru/dictionary/10/nikodim_pravila_tserkvi_s_tolkovaniyami_231-all.shtml Никодим . Милош 72 правило 6 Вселенского собора]
  22. [www.hrono.info/libris/lib_s/glava40.html Внутренняя деятельность Петра Великого // Соловьев С. М. Учебная книга по Русской истории]
  23. [www.miass.ru/news/ostrov_very/index.php?id=16&text=220 Именной ВЫСОЧАЙШИЙ Указ, данный Сенату, Об укреплении начал веротерпимости от 17 апреля 1905]
  24. Стефан Смирнов. Алфавитный сборник распоряжений, необходимых для каждого члена причта. (Настольная книга). СПб, 1898, стр. 104—106.
  25. С. В. Булгаков. Настольная книга для священно-церковно-служителей. Киев, 1913, стр. 1208.
  26. Каноническое право о браке. Учебное пособие, составленное свящ. И. Юровичем. Колледж Католической Теологии им. св. Фомы Аквинского, М., 1994, с. 20
  27. [www.patriarchia.ru/db/text/141422.html «Основы социальной концепции РПЦ»], XII.9 // Официальный сайт Московской Патриархии
  28. Прот. Иоанн Мейендорф. Брак в Православии.
  29. Прот. Владимир Воробьев. Православное учение о браке // Вестник пастырского семинара, № 2, 1996 г.
  30. [www.mospat.ru/ru/documents/social-concepts/kh/ Вопросы личной, семейной и общественной нравственности], X. 4 // Официальный сайт отдела внешних церковных связей РПЦ
  31. [www.mospat.ru/ru/documents/social-concepts/xii/ Проблемы биоэтики], XII, 3 // Официальный сайт отдела внешних церковных связей РПЦ
  32. Gaudium et spes, 48 параграф 1
  33. Добросельский П. В. [www.bibliotekar.ru/dobroselskiy-4/5.htm Супружеские отношения и грань греха]
  34. ККЦ [archive.is/20120721010914/www.catholic.uz/tl_files/library/books/catechism/0322.htm%23s6p3 Супружеская любовь]
  35. Каноническое право о браке Католической Церкви определяет недействительным брак, при заключении которого супруги не осознаю́т, что их союз предназначен для порождения потомства (Каноническое право о браке, 1096 параграф 1; комментарии по книге: Каноническое право о браке. Учебное пособие, составленное свящ. И. Юровичем. Колледж Католической Теологии им. св. Фомы Аквинского, М., 1994, с. 45 — 46)
  36. «Всякий супружеский акт должен сам по себе оставаться предназначенным для воспроизводства человеческой жизни»: эта цитата из Энциклики «Humanae vitae» Папы Павла VI приводится в разделе Катехизиса [web.archive.org/web/20091128053904/www.catholic.uz/tl_files/library/books/catechism/0322.htm#s6p3a2 Плодородие брака]
  37. [www.pravmir.ru/dvoe-vo-edinu-plot-ili-o-lyubvi-sekse-i-religii-foto-video-audio/ Двое во едину плоть, или о любви, сексе и религии: Иным благочестивым читателям не рекомендуется]. // Православие и мир
  38. [www.pravmir.ru/bezdetnyj-brak-chast-1-cel-braka-%E2%80%93-spasenie/ Бездетный брак. Часть 1. Цель брака — спасение]. // Православие и мир

11. [art-panorama.ru/video_part/venchanie/ Видео венчания]

Литература

  1. Венчание, церковная церемония // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  2. [www.krotov.info/libr_min/t/toquil/troi_0.html Христианская философия брака]
  3. [pravbeseda.ru/library/index.php?page=book&id=302 Брак в православии, протоиерей А. Мейендорф]
  4. [www.omolenko.com/publicistic/yang.htm о. Алексей (Янг). Православный Брак]
  5. [www.klikovo.ru/db/book/head/4154 прот. Владислав Цыпин, Церковное право]

Ссылки

  • [liturgy.ru/nav/trebi/tainsva/5_prichast2.php Таинство православного брака] на liturgy.ru
  • [azbyka.ru/parkhomenko/foto/index.php?act=viewfotoreport&id=20 Таинство Браковенчания] Фотоочерк священника Константина Пархоменко
  • [www.pravmir.ru/article_1740.html Венчание] чин Таинства с иллюстрациями и объяснениями
  • [vse-k-svadbe.ucoz.ru/publ/13-1-0-153 Таинство венчания]
  • [ikliros.com/blog/posledovanie-obrucheniya-i-venchaniya Последование обручения и венчания] Последование обручения и венчания с включенными ссылками на ноты исполняемых песнопений. Для церковных хоров.

Отрывок, характеризующий Брак в христианстве

– Demosthenes, je te reconnais au caillou que tu as cache dans ta bouche d'or! [Демосфен, я узнаю тебя по камешку, который ты скрываешь в своих золотых устах!] – сказал Билибин, y которого шапка волос подвинулась на голове от удовольствия.
Все засмеялись. Ипполит смеялся громче всех. Он, видимо, страдал, задыхался, но не мог удержаться от дикого смеха, растягивающего его всегда неподвижное лицо.
– Ну вот что, господа, – сказал Билибин, – Болконский мой гость в доме и здесь в Брюнне, и я хочу его угостить, сколько могу, всеми радостями здешней жизни. Ежели бы мы были в Брюнне, это было бы легко; но здесь, dans ce vilain trou morave [в этой скверной моравской дыре], это труднее, и я прошу у всех вас помощи. Il faut lui faire les honneurs de Brunn. [Надо ему показать Брюнн.] Вы возьмите на себя театр, я – общество, вы, Ипполит, разумеется, – женщин.
– Надо ему показать Амели, прелесть! – сказал один из наших, целуя кончики пальцев.
– Вообще этого кровожадного солдата, – сказал Билибин, – надо обратить к более человеколюбивым взглядам.
– Едва ли я воспользуюсь вашим гостеприимством, господа, и теперь мне пора ехать, – взглядывая на часы, сказал Болконский.
– Куда?
– К императору.
– О! о! о!
– Ну, до свидания, Болконский! До свидания, князь; приезжайте же обедать раньше, – пocлшaлиcь голоса. – Мы беремся за вас.
– Старайтесь как можно более расхваливать порядок в доставлении провианта и маршрутов, когда будете говорить с императором, – сказал Билибин, провожая до передней Болконского.
– И желал бы хвалить, но не могу, сколько знаю, – улыбаясь отвечал Болконский.
– Ну, вообще как можно больше говорите. Его страсть – аудиенции; а говорить сам он не любит и не умеет, как увидите.


На выходе император Франц только пристально вгляделся в лицо князя Андрея, стоявшего в назначенном месте между австрийскими офицерами, и кивнул ему своей длинной головой. Но после выхода вчерашний флигель адъютант с учтивостью передал Болконскому желание императора дать ему аудиенцию.
Император Франц принял его, стоя посредине комнаты. Перед тем как начинать разговор, князя Андрея поразило то, что император как будто смешался, не зная, что сказать, и покраснел.
– Скажите, когда началось сражение? – спросил он поспешно.
Князь Андрей отвечал. После этого вопроса следовали другие, столь же простые вопросы: «здоров ли Кутузов? как давно выехал он из Кремса?» и т. п. Император говорил с таким выражением, как будто вся цель его состояла только в том, чтобы сделать известное количество вопросов. Ответы же на эти вопросы, как было слишком очевидно, не могли интересовать его.
– В котором часу началось сражение? – спросил император.
– Не могу донести вашему величеству, в котором часу началось сражение с фронта, но в Дюренштейне, где я находился, войско начало атаку в 6 часу вечера, – сказал Болконский, оживляясь и при этом случае предполагая, что ему удастся представить уже готовое в его голове правдивое описание всего того, что он знал и видел.
Но император улыбнулся и перебил его:
– Сколько миль?
– Откуда и докуда, ваше величество?
– От Дюренштейна до Кремса?
– Три с половиною мили, ваше величество.
– Французы оставили левый берег?
– Как доносили лазутчики, в ночь на плотах переправились последние.
– Достаточно ли фуража в Кремсе?
– Фураж не был доставлен в том количестве…
Император перебил его.
– В котором часу убит генерал Шмит?…
– В семь часов, кажется.
– В 7 часов. Очень печально! Очень печально!
Император сказал, что он благодарит, и поклонился. Князь Андрей вышел и тотчас же со всех сторон был окружен придворными. Со всех сторон глядели на него ласковые глаза и слышались ласковые слова. Вчерашний флигель адъютант делал ему упреки, зачем он не остановился во дворце, и предлагал ему свой дом. Военный министр подошел, поздравляя его с орденом Марии Терезии З й степени, которым жаловал его император. Камергер императрицы приглашал его к ее величеству. Эрцгерцогиня тоже желала его видеть. Он не знал, кому отвечать, и несколько секунд собирался с мыслями. Русский посланник взял его за плечо, отвел к окну и стал говорить с ним.
Вопреки словам Билибина, известие, привезенное им, было принято радостно. Назначено было благодарственное молебствие. Кутузов был награжден Марией Терезией большого креста, и вся армия получила награды. Болконский получал приглашения со всех сторон и всё утро должен был делать визиты главным сановникам Австрии. Окончив свои визиты в пятом часу вечера, мысленно сочиняя письмо отцу о сражении и о своей поездке в Брюнн, князь Андрей возвращался домой к Билибину. У крыльца дома, занимаемого Билибиным, стояла до половины уложенная вещами бричка, и Франц, слуга Билибина, с трудом таща чемодан, вышел из двери.
Прежде чем ехать к Билибину, князь Андрей поехал в книжную лавку запастись на поход книгами и засиделся в лавке.
– Что такое? – спросил Болконский.
– Ach, Erlaucht? – сказал Франц, с трудом взваливая чемодан в бричку. – Wir ziehen noch weiter. Der Bosewicht ist schon wieder hinter uns her! [Ах, ваше сиятельство! Мы отправляемся еще далее. Злодей уж опять за нами по пятам.]
– Что такое? Что? – спрашивал князь Андрей.
Билибин вышел навстречу Болконскому. На всегда спокойном лице Билибина было волнение.
– Non, non, avouez que c'est charmant, – говорил он, – cette histoire du pont de Thabor (мост в Вене). Ils l'ont passe sans coup ferir. [Нет, нет, признайтесь, что это прелесть, эта история с Таборским мостом. Они перешли его без сопротивления.]
Князь Андрей ничего не понимал.
– Да откуда же вы, что вы не знаете того, что уже знают все кучера в городе?
– Я от эрцгерцогини. Там я ничего не слыхал.
– И не видали, что везде укладываются?
– Не видал… Да в чем дело? – нетерпеливо спросил князь Андрей.
– В чем дело? Дело в том, что французы перешли мост, который защищает Ауэсперг, и мост не взорвали, так что Мюрат бежит теперь по дороге к Брюнну, и нынче завтра они будут здесь.
– Как здесь? Да как же не взорвали мост, когда он минирован?
– А это я у вас спрашиваю. Этого никто, и сам Бонапарте, не знает.
Болконский пожал плечами.
– Но ежели мост перейден, значит, и армия погибла: она будет отрезана, – сказал он.
– В этом то и штука, – отвечал Билибин. – Слушайте. Вступают французы в Вену, как я вам говорил. Всё очень хорошо. На другой день, то есть вчера, господа маршалы: Мюрат Ланн и Бельяр, садятся верхом и отправляются на мост. (Заметьте, все трое гасконцы.) Господа, – говорит один, – вы знаете, что Таборский мост минирован и контраминирован, и что перед ним грозный tete de pont и пятнадцать тысяч войска, которому велено взорвать мост и нас не пускать. Но нашему государю императору Наполеону будет приятно, ежели мы возьмем этот мост. Проедемте втроем и возьмем этот мост. – Поедемте, говорят другие; и они отправляются и берут мост, переходят его и теперь со всею армией по сю сторону Дуная направляются на нас, на вас и на ваши сообщения.
– Полноте шутить, – грустно и серьезно сказал князь Андрей.
Известие это было горестно и вместе с тем приятно князю Андрею.
Как только он узнал, что русская армия находится в таком безнадежном положении, ему пришло в голову, что ему то именно предназначено вывести русскую армию из этого положения, что вот он, тот Тулон, который выведет его из рядов неизвестных офицеров и откроет ему первый путь к славе! Слушая Билибина, он соображал уже, как, приехав к армии, он на военном совете подаст мнение, которое одно спасет армию, и как ему одному будет поручено исполнение этого плана.
– Полноте шутить, – сказал он.
– Не шучу, – продолжал Билибин, – ничего нет справедливее и печальнее. Господа эти приезжают на мост одни и поднимают белые платки; уверяют, что перемирие, и что они, маршалы, едут для переговоров с князем Ауэрспергом. Дежурный офицер пускает их в tete de pont. [мостовое укрепление.] Они рассказывают ему тысячу гасконских глупостей: говорят, что война кончена, что император Франц назначил свидание Бонапарту, что они желают видеть князя Ауэрсперга, и тысячу гасконад и проч. Офицер посылает за Ауэрспергом; господа эти обнимают офицеров, шутят, садятся на пушки, а между тем французский баталион незамеченный входит на мост, сбрасывает мешки с горючими веществами в воду и подходит к tete de pont. Наконец, является сам генерал лейтенант, наш милый князь Ауэрсперг фон Маутерн. «Милый неприятель! Цвет австрийского воинства, герой турецких войн! Вражда кончена, мы можем подать друг другу руку… император Наполеон сгорает желанием узнать князя Ауэрсперга». Одним словом, эти господа, не даром гасконцы, так забрасывают Ауэрсперга прекрасными словами, он так прельщен своею столь быстро установившеюся интимностью с французскими маршалами, так ослеплен видом мантии и страусовых перьев Мюрата, qu'il n'y voit que du feu, et oubl celui qu'il devait faire faire sur l'ennemi. [Что он видит только их огонь и забывает о своем, о том, который он обязан был открыть против неприятеля.] (Несмотря на живость своей речи, Билибин не забыл приостановиться после этого mot, чтобы дать время оценить его.) Французский баталион вбегает в tete de pont, заколачивают пушки, и мост взят. Нет, но что лучше всего, – продолжал он, успокоиваясь в своем волнении прелестью собственного рассказа, – это то, что сержант, приставленный к той пушке, по сигналу которой должно было зажигать мины и взрывать мост, сержант этот, увидав, что французские войска бегут на мост, хотел уже стрелять, но Ланн отвел его руку. Сержант, который, видно, был умнее своего генерала, подходит к Ауэрспергу и говорит: «Князь, вас обманывают, вот французы!» Мюрат видит, что дело проиграно, ежели дать говорить сержанту. Он с удивлением (настоящий гасконец) обращается к Ауэрспергу: «Я не узнаю столь хваленую в мире австрийскую дисциплину, – говорит он, – и вы позволяете так говорить с вами низшему чину!» C'est genial. Le prince d'Auersperg se pique d'honneur et fait mettre le sergent aux arrets. Non, mais avouez que c'est charmant toute cette histoire du pont de Thabor. Ce n'est ni betise, ni lachete… [Это гениально. Князь Ауэрсперг оскорбляется и приказывает арестовать сержанта. Нет, признайтесь, что это прелесть, вся эта история с мостом. Это не то что глупость, не то что подлость…]
– С'est trahison peut etre, [Быть может, измена,] – сказал князь Андрей, живо воображая себе серые шинели, раны, пороховой дым, звуки пальбы и славу, которая ожидает его.
– Non plus. Cela met la cour dans de trop mauvais draps, – продолжал Билибин. – Ce n'est ni trahison, ni lachete, ni betise; c'est comme a Ulm… – Он как будто задумался, отыскивая выражение: – c'est… c'est du Mack. Nous sommes mackes , [Также нет. Это ставит двор в самое нелепое положение; это ни измена, ни подлость, ни глупость; это как при Ульме, это… это Маковщина . Мы обмаковались. ] – заключил он, чувствуя, что он сказал un mot, и свежее mot, такое mot, которое будет повторяться.
Собранные до тех пор складки на лбу быстро распустились в знак удовольствия, и он, слегка улыбаясь, стал рассматривать свои ногти.
– Куда вы? – сказал он вдруг, обращаясь к князю Андрею, который встал и направился в свою комнату.
– Я еду.
– Куда?
– В армию.
– Да вы хотели остаться еще два дня?
– А теперь я еду сейчас.
И князь Андрей, сделав распоряжение об отъезде, ушел в свою комнату.
– Знаете что, мой милый, – сказал Билибин, входя к нему в комнату. – Я подумал об вас. Зачем вы поедете?
И в доказательство неопровержимости этого довода складки все сбежали с лица.
Князь Андрей вопросительно посмотрел на своего собеседника и ничего не ответил.
– Зачем вы поедете? Я знаю, вы думаете, что ваш долг – скакать в армию теперь, когда армия в опасности. Я это понимаю, mon cher, c'est de l'heroisme. [мой дорогой, это героизм.]
– Нисколько, – сказал князь Андрей.
– Но вы un philoSophiee, [философ,] будьте же им вполне, посмотрите на вещи с другой стороны, и вы увидите, что ваш долг, напротив, беречь себя. Предоставьте это другим, которые ни на что более не годны… Вам не велено приезжать назад, и отсюда вас не отпустили; стало быть, вы можете остаться и ехать с нами, куда нас повлечет наша несчастная судьба. Говорят, едут в Ольмюц. А Ольмюц очень милый город. И мы с вами вместе спокойно поедем в моей коляске.
– Перестаньте шутить, Билибин, – сказал Болконский.
– Я говорю вам искренно и дружески. Рассудите. Куда и для чего вы поедете теперь, когда вы можете оставаться здесь? Вас ожидает одно из двух (он собрал кожу над левым виском): или не доедете до армии и мир будет заключен, или поражение и срам со всею кутузовскою армией.
И Билибин распустил кожу, чувствуя, что дилемма его неопровержима.
– Этого я не могу рассудить, – холодно сказал князь Андрей, а подумал: «еду для того, чтобы спасти армию».
– Mon cher, vous etes un heros, [Мой дорогой, вы – герой,] – сказал Билибин.


В ту же ночь, откланявшись военному министру, Болконский ехал в армию, сам не зная, где он найдет ее, и опасаясь по дороге к Кремсу быть перехваченным французами.
В Брюнне всё придворное население укладывалось, и уже отправлялись тяжести в Ольмюц. Около Эцельсдорфа князь Андрей выехал на дорогу, по которой с величайшею поспешностью и в величайшем беспорядке двигалась русская армия. Дорога была так запружена повозками, что невозможно было ехать в экипаже. Взяв у казачьего начальника лошадь и казака, князь Андрей, голодный и усталый, обгоняя обозы, ехал отыскивать главнокомандующего и свою повозку. Самые зловещие слухи о положении армии доходили до него дорогой, и вид беспорядочно бегущей армии подтверждал эти слухи.
«Cette armee russe que l'or de l'Angleterre a transportee, des extremites de l'univers, nous allons lui faire eprouver le meme sort (le sort de l'armee d'Ulm)», [«Эта русская армия, которую английское золото перенесло сюда с конца света, испытает ту же участь (участь ульмской армии)».] вспоминал он слова приказа Бонапарта своей армии перед началом кампании, и слова эти одинаково возбуждали в нем удивление к гениальному герою, чувство оскорбленной гордости и надежду славы. «А ежели ничего не остается, кроме как умереть? думал он. Что же, коли нужно! Я сделаю это не хуже других».
Князь Андрей с презрением смотрел на эти бесконечные, мешавшиеся команды, повозки, парки, артиллерию и опять повозки, повозки и повозки всех возможных видов, обгонявшие одна другую и в три, в четыре ряда запружавшие грязную дорогу. Со всех сторон, назади и впереди, покуда хватал слух, слышались звуки колес, громыхание кузовов, телег и лафетов, лошадиный топот, удары кнутом, крики понуканий, ругательства солдат, денщиков и офицеров. По краям дороги видны были беспрестанно то павшие ободранные и неободранные лошади, то сломанные повозки, у которых, дожидаясь чего то, сидели одинокие солдаты, то отделившиеся от команд солдаты, которые толпами направлялись в соседние деревни или тащили из деревень кур, баранов, сено или мешки, чем то наполненные.
На спусках и подъемах толпы делались гуще, и стоял непрерывный стон криков. Солдаты, утопая по колена в грязи, на руках подхватывали орудия и фуры; бились кнуты, скользили копыта, лопались постромки и надрывались криками груди. Офицеры, заведывавшие движением, то вперед, то назад проезжали между обозами. Голоса их были слабо слышны посреди общего гула, и по лицам их видно было, что они отчаивались в возможности остановить этот беспорядок. «Voila le cher [„Вот дорогое] православное воинство“, подумал Болконский, вспоминая слова Билибина.
Желая спросить у кого нибудь из этих людей, где главнокомандующий, он подъехал к обозу. Прямо против него ехал странный, в одну лошадь, экипаж, видимо, устроенный домашними солдатскими средствами, представлявший середину между телегой, кабриолетом и коляской. В экипаже правил солдат и сидела под кожаным верхом за фартуком женщина, вся обвязанная платками. Князь Андрей подъехал и уже обратился с вопросом к солдату, когда его внимание обратили отчаянные крики женщины, сидевшей в кибиточке. Офицер, заведывавший обозом, бил солдата, сидевшего кучером в этой колясочке, за то, что он хотел объехать других, и плеть попадала по фартуку экипажа. Женщина пронзительно кричала. Увидав князя Андрея, она высунулась из под фартука и, махая худыми руками, выскочившими из под коврового платка, кричала:
– Адъютант! Господин адъютант!… Ради Бога… защитите… Что ж это будет?… Я лекарская жена 7 го егерского… не пускают; мы отстали, своих потеряли…
– В лепешку расшибу, заворачивай! – кричал озлобленный офицер на солдата, – заворачивай назад со шлюхой своею.
– Господин адъютант, защитите. Что ж это? – кричала лекарша.
– Извольте пропустить эту повозку. Разве вы не видите, что это женщина? – сказал князь Андрей, подъезжая к офицеру.
Офицер взглянул на него и, не отвечая, поворотился опять к солдату: – Я те объеду… Назад!…
– Пропустите, я вам говорю, – опять повторил, поджимая губы, князь Андрей.
– А ты кто такой? – вдруг с пьяным бешенством обратился к нему офицер. – Ты кто такой? Ты (он особенно упирал на ты ) начальник, что ль? Здесь я начальник, а не ты. Ты, назад, – повторил он, – в лепешку расшибу.
Это выражение, видимо, понравилось офицеру.
– Важно отбрил адъютантика, – послышался голос сзади.
Князь Андрей видел, что офицер находился в том пьяном припадке беспричинного бешенства, в котором люди не помнят, что говорят. Он видел, что его заступничество за лекарскую жену в кибиточке исполнено того, чего он боялся больше всего в мире, того, что называется ridicule [смешное], но инстинкт его говорил другое. Не успел офицер договорить последних слов, как князь Андрей с изуродованным от бешенства лицом подъехал к нему и поднял нагайку:
– Из воль те про пус тить!
Офицер махнул рукой и торопливо отъехал прочь.
– Всё от этих, от штабных, беспорядок весь, – проворчал он. – Делайте ж, как знаете.
Князь Андрей торопливо, не поднимая глаз, отъехал от лекарской жены, называвшей его спасителем, и, с отвращением вспоминая мельчайшие подробности этой унизи тельной сцены, поскакал дальше к той деревне, где, как ему сказали, находился главнокомандующий.
Въехав в деревню, он слез с лошади и пошел к первому дому с намерением отдохнуть хоть на минуту, съесть что нибудь и привесть в ясность все эти оскорбительные, мучившие его мысли. «Это толпа мерзавцев, а не войско», думал он, подходя к окну первого дома, когда знакомый ему голос назвал его по имени.
Он оглянулся. Из маленького окна высовывалось красивое лицо Несвицкого. Несвицкий, пережевывая что то сочным ртом и махая руками, звал его к себе.
– Болконский, Болконский! Не слышишь, что ли? Иди скорее, – кричал он.
Войдя в дом, князь Андрей увидал Несвицкого и еще другого адъютанта, закусывавших что то. Они поспешно обратились к Болконскому с вопросом, не знает ли он чего нового. На их столь знакомых ему лицах князь Андрей прочел выражение тревоги и беспокойства. Выражение это особенно заметно было на всегда смеющемся лице Несвицкого.
– Где главнокомандующий? – спросил Болконский.
– Здесь, в том доме, – отвечал адъютант.
– Ну, что ж, правда, что мир и капитуляция? – спрашивал Несвицкий.
– Я у вас спрашиваю. Я ничего не знаю, кроме того, что я насилу добрался до вас.
– А у нас, брат, что! Ужас! Винюсь, брат, над Маком смеялись, а самим еще хуже приходится, – сказал Несвицкий. – Да садись же, поешь чего нибудь.
– Теперь, князь, ни повозок, ничего не найдете, и ваш Петр Бог его знает где, – сказал другой адъютант.
– Где ж главная квартира?
– В Цнайме ночуем.
– А я так перевьючил себе всё, что мне нужно, на двух лошадей, – сказал Несвицкий, – и вьюки отличные мне сделали. Хоть через Богемские горы удирать. Плохо, брат. Да что ты, верно нездоров, что так вздрагиваешь? – спросил Несвицкий, заметив, как князя Андрея дернуло, будто от прикосновения к лейденской банке.
– Ничего, – отвечал князь Андрей.
Он вспомнил в эту минуту о недавнем столкновении с лекарскою женой и фурштатским офицером.
– Что главнокомандующий здесь делает? – спросил он.
– Ничего не понимаю, – сказал Несвицкий.
– Я одно понимаю, что всё мерзко, мерзко и мерзко, – сказал князь Андрей и пошел в дом, где стоял главнокомандующий.
Пройдя мимо экипажа Кутузова, верховых замученных лошадей свиты и казаков, громко говоривших между собою, князь Андрей вошел в сени. Сам Кутузов, как сказали князю Андрею, находился в избе с князем Багратионом и Вейротером. Вейротер был австрийский генерал, заменивший убитого Шмита. В сенях маленький Козловский сидел на корточках перед писарем. Писарь на перевернутой кадушке, заворотив обшлага мундира, поспешно писал. Лицо Козловского было измученное – он, видно, тоже не спал ночь. Он взглянул на князя Андрея и даже не кивнул ему головой.
– Вторая линия… Написал? – продолжал он, диктуя писарю, – Киевский гренадерский, Подольский…
– Не поспеешь, ваше высокоблагородие, – отвечал писарь непочтительно и сердито, оглядываясь на Козловского.
Из за двери слышен был в это время оживленно недовольный голос Кутузова, перебиваемый другим, незнакомым голосом. По звуку этих голосов, по невниманию, с которым взглянул на него Козловский, по непочтительности измученного писаря, по тому, что писарь и Козловский сидели так близко от главнокомандующего на полу около кадушки,и по тому, что казаки, державшие лошадей, смеялись громко под окном дома, – по всему этому князь Андрей чувствовал, что должно было случиться что нибудь важное и несчастливое.
Князь Андрей настоятельно обратился к Козловскому с вопросами.
– Сейчас, князь, – сказал Козловский. – Диспозиция Багратиону.
– А капитуляция?
– Никакой нет; сделаны распоряжения к сражению.
Князь Андрей направился к двери, из за которой слышны были голоса. Но в то время, как он хотел отворить дверь, голоса в комнате замолкли, дверь сама отворилась, и Кутузов, с своим орлиным носом на пухлом лице, показался на пороге.
Князь Андрей стоял прямо против Кутузова; но по выражению единственного зрячего глаза главнокомандующего видно было, что мысль и забота так сильно занимали его, что как будто застилали ему зрение. Он прямо смотрел на лицо своего адъютанта и не узнавал его.
– Ну, что, кончил? – обратился он к Козловскому.
– Сию секунду, ваше высокопревосходительство.
Багратион, невысокий, с восточным типом твердого и неподвижного лица, сухой, еще не старый человек, вышел за главнокомандующим.
– Честь имею явиться, – повторил довольно громко князь Андрей, подавая конверт.
– А, из Вены? Хорошо. После, после!
Кутузов вышел с Багратионом на крыльцо.
– Ну, князь, прощай, – сказал он Багратиону. – Христос с тобой. Благословляю тебя на великий подвиг.
Лицо Кутузова неожиданно смягчилось, и слезы показались в его глазах. Он притянул к себе левою рукой Багратиона, а правой, на которой было кольцо, видимо привычным жестом перекрестил его и подставил ему пухлую щеку, вместо которой Багратион поцеловал его в шею.
– Христос с тобой! – повторил Кутузов и подошел к коляске. – Садись со мной, – сказал он Болконскому.
– Ваше высокопревосходительство, я желал бы быть полезен здесь. Позвольте мне остаться в отряде князя Багратиона.
– Садись, – сказал Кутузов и, заметив, что Болконский медлит, – мне хорошие офицеры самому нужны, самому нужны.
Они сели в коляску и молча проехали несколько минут.
– Еще впереди много, много всего будет, – сказал он со старческим выражением проницательности, как будто поняв всё, что делалось в душе Болконского. – Ежели из отряда его придет завтра одна десятая часть, я буду Бога благодарить, – прибавил Кутузов, как бы говоря сам с собой.
Князь Андрей взглянул на Кутузова, и ему невольно бросились в глаза, в полуаршине от него, чисто промытые сборки шрама на виске Кутузова, где измаильская пуля пронизала ему голову, и его вытекший глаз. «Да, он имеет право так спокойно говорить о погибели этих людей!» подумал Болконский.
– От этого я и прошу отправить меня в этот отряд, – сказал он.
Кутузов не ответил. Он, казалось, уж забыл о том, что было сказано им, и сидел задумавшись. Через пять минут, плавно раскачиваясь на мягких рессорах коляски, Кутузов обратился к князю Андрею. На лице его не было и следа волнения. Он с тонкою насмешливостью расспрашивал князя Андрея о подробностях его свидания с императором, об отзывах, слышанных при дворе о кремском деле, и о некоторых общих знакомых женщинах.


Кутузов чрез своего лазутчика получил 1 го ноября известие, ставившее командуемую им армию почти в безвыходное положение. Лазутчик доносил, что французы в огромных силах, перейдя венский мост, направились на путь сообщения Кутузова с войсками, шедшими из России. Ежели бы Кутузов решился оставаться в Кремсе, то полуторастатысячная армия Наполеона отрезала бы его от всех сообщений, окружила бы его сорокатысячную изнуренную армию, и он находился бы в положении Мака под Ульмом. Ежели бы Кутузов решился оставить дорогу, ведшую на сообщения с войсками из России, то он должен был вступить без дороги в неизвестные края Богемских
гор, защищаясь от превосходного силами неприятеля, и оставить всякую надежду на сообщение с Буксгевденом. Ежели бы Кутузов решился отступать по дороге из Кремса в Ольмюц на соединение с войсками из России, то он рисковал быть предупрежденным на этой дороге французами, перешедшими мост в Вене, и таким образом быть принужденным принять сражение на походе, со всеми тяжестями и обозами, и имея дело с неприятелем, втрое превосходившим его и окружавшим его с двух сторон.
Кутузов избрал этот последний выход.
Французы, как доносил лазутчик, перейдя мост в Вене, усиленным маршем шли на Цнайм, лежавший на пути отступления Кутузова, впереди его более чем на сто верст. Достигнуть Цнайма прежде французов – значило получить большую надежду на спасение армии; дать французам предупредить себя в Цнайме – значило наверное подвергнуть всю армию позору, подобному ульмскому, или общей гибели. Но предупредить французов со всею армией было невозможно. Дорога французов от Вены до Цнайма была короче и лучше, чем дорога русских от Кремса до Цнайма.
В ночь получения известия Кутузов послал четырехтысячный авангард Багратиона направо горами с кремско цнаймской дороги на венско цнаймскую. Багратион должен был пройти без отдыха этот переход, остановиться лицом к Вене и задом к Цнайму, и ежели бы ему удалось предупредить французов, то он должен был задерживать их, сколько мог. Сам же Кутузов со всеми тяжестями тронулся к Цнайму.
Пройдя с голодными, разутыми солдатами, без дороги, по горам, в бурную ночь сорок пять верст, растеряв третью часть отсталыми, Багратион вышел в Голлабрун на венско цнаймскую дорогу несколькими часами прежде французов, подходивших к Голлабруну из Вены. Кутузову надо было итти еще целые сутки с своими обозами, чтобы достигнуть Цнайма, и потому, чтобы спасти армию, Багратион должен был с четырьмя тысячами голодных, измученных солдат удерживать в продолжение суток всю неприятельскую армию, встретившуюся с ним в Голлабруне, что было, очевидно, невозможно. Но странная судьба сделала невозможное возможным. Успех того обмана, который без боя отдал венский мост в руки французов, побудил Мюрата пытаться обмануть так же и Кутузова. Мюрат, встретив слабый отряд Багратиона на цнаймской дороге, подумал, что это была вся армия Кутузова. Чтобы несомненно раздавить эту армию, он поджидал отставшие по дороге из Вены войска и с этою целью предложил перемирие на три дня, с условием, чтобы те и другие войска не изменяли своих положений и не трогались с места. Мюрат уверял, что уже идут переговоры о мире и что потому, избегая бесполезного пролития крови, он предлагает перемирие. Австрийский генерал граф Ностиц, стоявший на аванпостах, поверил словам парламентера Мюрата и отступил, открыв отряд Багратиона. Другой парламентер поехал в русскую цепь объявить то же известие о мирных переговорах и предложить перемирие русским войскам на три дня. Багратион отвечал, что он не может принимать или не принимать перемирия, и с донесением о сделанном ему предложении послал к Кутузову своего адъютанта.
Перемирие для Кутузова было единственным средством выиграть время, дать отдохнуть измученному отряду Багратиона и пропустить обозы и тяжести (движение которых было скрыто от французов), хотя один лишний переход до Цнайма. Предложение перемирия давало единственную и неожиданную возможность спасти армию. Получив это известие, Кутузов немедленно послал состоявшего при нем генерал адъютанта Винценгероде в неприятельский лагерь. Винценгероде должен был не только принять перемирие, но и предложить условия капитуляции, а между тем Кутузов послал своих адъютантов назад торопить сколь возможно движение обозов всей армии по кремско цнаймской дороге. Измученный, голодный отряд Багратиона один должен был, прикрывая собой это движение обозов и всей армии, неподвижно оставаться перед неприятелем в восемь раз сильнейшим.
Ожидания Кутузова сбылись как относительно того, что предложения капитуляции, ни к чему не обязывающие, могли дать время пройти некоторой части обозов, так и относительно того, что ошибка Мюрата должна была открыться очень скоро. Как только Бонапарте, находившийся в Шенбрунне, в 25 верстах от Голлабруна, получил донесение Мюрата и проект перемирия и капитуляции, он увидел обман и написал следующее письмо к Мюрату:
Au prince Murat. Schoenbrunn, 25 brumaire en 1805 a huit heures du matin.
«II m'est impossible de trouver des termes pour vous exprimer mon mecontentement. Vous ne commandez que mon avant garde et vous n'avez pas le droit de faire d'armistice sans mon ordre. Vous me faites perdre le fruit d'une campagne. Rompez l'armistice sur le champ et Mariechez a l'ennemi. Vous lui ferez declarer,que le general qui a signe cette capitulation, n'avait pas le droit de le faire, qu'il n'y a que l'Empereur de Russie qui ait ce droit.
«Toutes les fois cependant que l'Empereur de Russie ratifierait la dite convention, je la ratifierai; mais ce n'est qu'une ruse.Mariechez, detruisez l'armee russe… vous etes en position de prendre son bagage et son artiller.
«L'aide de camp de l'Empereur de Russie est un… Les officiers ne sont rien quand ils n'ont pas de pouvoirs: celui ci n'en avait point… Les Autrichiens se sont laisse jouer pour le passage du pont de Vienne, vous vous laissez jouer par un aide de camp de l'Empereur. Napoleon».
[Принцу Мюрату. Шенбрюнн, 25 брюмера 1805 г. 8 часов утра.
Я не могу найти слов чтоб выразить вам мое неудовольствие. Вы командуете только моим авангардом и не имеете права делать перемирие без моего приказания. Вы заставляете меня потерять плоды целой кампании. Немедленно разорвите перемирие и идите против неприятеля. Вы объявите ему, что генерал, подписавший эту капитуляцию, не имел на это права, и никто не имеет, исключая лишь российского императора.
Впрочем, если российский император согласится на упомянутое условие, я тоже соглашусь; но это не что иное, как хитрость. Идите, уничтожьте русскую армию… Вы можете взять ее обозы и ее артиллерию.
Генерал адъютант российского императора обманщик… Офицеры ничего не значат, когда не имеют власти полномочия; он также не имеет его… Австрийцы дали себя обмануть при переходе венского моста, а вы даете себя обмануть адъютантам императора.
Наполеон.]
Адъютант Бонапарте во всю прыть лошади скакал с этим грозным письмом к Мюрату. Сам Бонапарте, не доверяя своим генералам, со всею гвардией двигался к полю сражения, боясь упустить готовую жертву, а 4.000 ный отряд Багратиона, весело раскладывая костры, сушился, обогревался, варил в первый раз после трех дней кашу, и никто из людей отряда не знал и не думал о том, что предстояло ему.


В четвертом часу вечера князь Андрей, настояв на своей просьбе у Кутузова, приехал в Грунт и явился к Багратиону.
Адъютант Бонапарте еще не приехал в отряд Мюрата, и сражение еще не начиналось. В отряде Багратиона ничего не знали об общем ходе дел, говорили о мире, но не верили в его возможность. Говорили о сражении и тоже не верили и в близость сражения. Багратион, зная Болконского за любимого и доверенного адъютанта, принял его с особенным начальническим отличием и снисхождением, объяснил ему, что, вероятно, нынче или завтра будет сражение, и предоставил ему полную свободу находиться при нем во время сражения или в ариергарде наблюдать за порядком отступления, «что тоже было очень важно».
– Впрочем, нынче, вероятно, дела не будет, – сказал Багратион, как бы успокоивая князя Андрея.
«Ежели это один из обыкновенных штабных франтиков, посылаемых для получения крестика, то он и в ариергарде получит награду, а ежели хочет со мной быть, пускай… пригодится, коли храбрый офицер», подумал Багратион. Князь Андрей ничего не ответив, попросил позволения князя объехать позицию и узнать расположение войск с тем, чтобы в случае поручения знать, куда ехать. Дежурный офицер отряда, мужчина красивый, щеголевато одетый и с алмазным перстнем на указательном пальце, дурно, но охотно говоривший по французски, вызвался проводить князя Андрея.
Со всех сторон виднелись мокрые, с грустными лицами офицеры, чего то как будто искавшие, и солдаты, тащившие из деревни двери, лавки и заборы.
– Вот не можем, князь, избавиться от этого народа, – сказал штаб офицер, указывая на этих людей. – Распускают командиры. А вот здесь, – он указал на раскинутую палатку маркитанта, – собьются и сидят. Нынче утром всех выгнал: посмотрите, опять полна. Надо подъехать, князь, пугнуть их. Одна минута.
– Заедемте, и я возьму у него сыру и булку, – сказал князь Андрей, который не успел еще поесть.
– Что ж вы не сказали, князь? Я бы предложил своего хлеба соли.
Они сошли с лошадей и вошли под палатку маркитанта. Несколько человек офицеров с раскрасневшимися и истомленными лицами сидели за столами, пили и ели.
– Ну, что ж это, господа, – сказал штаб офицер тоном упрека, как человек, уже несколько раз повторявший одно и то же. – Ведь нельзя же отлучаться так. Князь приказал, чтобы никого не было. Ну, вот вы, г. штабс капитан, – обратился он к маленькому, грязному, худому артиллерийскому офицеру, который без сапог (он отдал их сушить маркитанту), в одних чулках, встал перед вошедшими, улыбаясь не совсем естественно.
– Ну, как вам, капитан Тушин, не стыдно? – продолжал штаб офицер, – вам бы, кажется, как артиллеристу надо пример показывать, а вы без сапог. Забьют тревогу, а вы без сапог очень хороши будете. (Штаб офицер улыбнулся.) Извольте отправляться к своим местам, господа, все, все, – прибавил он начальнически.
Князь Андрей невольно улыбнулся, взглянув на штабс капитана Тушина. Молча и улыбаясь, Тушин, переступая с босой ноги на ногу, вопросительно глядел большими, умными и добрыми глазами то на князя Андрея, то на штаб офицера.
– Солдаты говорят: разумшись ловчее, – сказал капитан Тушин, улыбаясь и робея, видимо, желая из своего неловкого положения перейти в шутливый тон.
Но еще он не договорил, как почувствовал, что шутка его не принята и не вышла. Он смутился.
– Извольте отправляться, – сказал штаб офицер, стараясь удержать серьезность.
Князь Андрей еще раз взглянул на фигурку артиллериста. В ней было что то особенное, совершенно не военное, несколько комическое, но чрезвычайно привлекательное.
Штаб офицер и князь Андрей сели на лошадей и поехали дальше.
Выехав за деревню, беспрестанно обгоняя и встречая идущих солдат, офицеров разных команд, они увидали налево краснеющие свежею, вновь вскопанною глиною строящиеся укрепления. Несколько баталионов солдат в одних рубахах, несмотря на холодный ветер, как белые муравьи, копошились на этих укреплениях; из за вала невидимо кем беспрестанно выкидывались лопаты красной глины. Они подъехали к укреплению, осмотрели его и поехали дальше. За самым укреплением наткнулись они на несколько десятков солдат, беспрестанно переменяющихся, сбегающих с укрепления. Они должны были зажать нос и тронуть лошадей рысью, чтобы выехать из этой отравленной атмосферы.
– Voila l'agrement des camps, monsieur le prince, [Вот удовольствие лагеря, князь,] – сказал дежурный штаб офицер.
Они выехали на противоположную гору. С этой горы уже видны были французы. Князь Андрей остановился и начал рассматривать.
– Вот тут наша батарея стоит, – сказал штаб офицер, указывая на самый высокий пункт, – того самого чудака, что без сапог сидел; оттуда всё видно: поедемте, князь.
– Покорно благодарю, я теперь один проеду, – сказал князь Андрей, желая избавиться от штаб офицера, – не беспокойтесь, пожалуйста.
Штаб офицер отстал, и князь Андрей поехал один.
Чем далее подвигался он вперед, ближе к неприятелю, тем порядочнее и веселее становился вид войск. Самый сильный беспорядок и уныние были в том обозе перед Цнаймом, который объезжал утром князь Андрей и который был в десяти верстах от французов. В Грунте тоже чувствовалась некоторая тревога и страх чего то. Но чем ближе подъезжал князь Андрей к цепи французов, тем самоувереннее становился вид наших войск. Выстроенные в ряд, стояли в шинелях солдаты, и фельдфебель и ротный рассчитывали людей, тыкая пальцем в грудь крайнему по отделению солдату и приказывая ему поднимать руку; рассыпанные по всему пространству, солдаты тащили дрова и хворост и строили балаганчики, весело смеясь и переговариваясь; у костров сидели одетые и голые, суша рубахи, подвертки или починивая сапоги и шинели, толпились около котлов и кашеваров. В одной роте обед был готов, и солдаты с жадными лицами смотрели на дымившиеся котлы и ждали пробы, которую в деревянной чашке подносил каптенармус офицеру, сидевшему на бревне против своего балагана. В другой, более счастливой роте, так как не у всех была водка, солдаты, толпясь, стояли около рябого широкоплечего фельдфебеля, который, нагибая бочонок, лил в подставляемые поочередно крышки манерок. Солдаты с набожными лицами подносили ко рту манерки, опрокидывали их и, полоща рот и утираясь рукавами шинелей, с повеселевшими лицами отходили от фельдфебеля. Все лица были такие спокойные, как будто всё происходило не в виду неприятеля, перед делом, где должна была остаться на месте, по крайней мере, половина отряда, а как будто где нибудь на родине в ожидании спокойной стоянки. Проехав егерский полк, в рядах киевских гренадеров, молодцоватых людей, занятых теми же мирными делами, князь Андрей недалеко от высокого, отличавшегося от других балагана полкового командира, наехал на фронт взвода гренадер, перед которыми лежал обнаженный человек. Двое солдат держали его, а двое взмахивали гибкие прутья и мерно ударяли по обнаженной спине. Наказываемый неестественно кричал. Толстый майор ходил перед фронтом и, не переставая и не обращая внимания на крик, говорил:
– Солдату позорно красть, солдат должен быть честен, благороден и храбр; а коли у своего брата украл, так в нем чести нет; это мерзавец. Еще, еще!
И всё слышались гибкие удары и отчаянный, но притворный крик.
– Еще, еще, – приговаривал майор.
Молодой офицер, с выражением недоумения и страдания в лице, отошел от наказываемого, оглядываясь вопросительно на проезжавшего адъютанта.
Князь Андрей, выехав в переднюю линию, поехал по фронту. Цепь наша и неприятельская стояли на левом и на правом фланге далеко друг от друга, но в средине, в том месте, где утром проезжали парламентеры, цепи сошлись так близко, что могли видеть лица друг друга и переговариваться между собой. Кроме солдат, занимавших цепь в этом месте, с той и с другой стороны стояло много любопытных, которые, посмеиваясь, разглядывали странных и чуждых для них неприятелей.
С раннего утра, несмотря на запрещение подходить к цепи, начальники не могли отбиться от любопытных. Солдаты, стоявшие в цепи, как люди, показывающие что нибудь редкое, уж не смотрели на французов, а делали свои наблюдения над приходящими и, скучая, дожидались смены. Князь Андрей остановился рассматривать французов.
– Глянь ка, глянь, – говорил один солдат товарищу, указывая на русского мушкатера солдата, который с офицером подошел к цепи и что то часто и горячо говорил с французским гренадером. – Вишь, лопочет как ловко! Аж хранцуз то за ним не поспевает. Ну ка ты, Сидоров!
– Погоди, послушай. Ишь, ловко! – отвечал Сидоров, считавшийся мастером говорить по французски.
Солдат, на которого указывали смеявшиеся, был Долохов. Князь Андрей узнал его и прислушался к его разговору. Долохов, вместе с своим ротным, пришел в цепь с левого фланга, на котором стоял их полк.
– Ну, еще, еще! – подстрекал ротный командир, нагибаясь вперед и стараясь не проронить ни одного непонятного для него слова. – Пожалуйста, почаще. Что он?
Долохов не отвечал ротному; он был вовлечен в горячий спор с французским гренадером. Они говорили, как и должно было быть, о кампании. Француз доказывал, смешивая австрийцев с русскими, что русские сдались и бежали от самого Ульма; Долохов доказывал, что русские не сдавались, а били французов.
– Здесь велят прогнать вас и прогоним, – говорил Долохов.
– Только старайтесь, чтобы вас не забрали со всеми вашими казаками, – сказал гренадер француз.
Зрители и слушатели французы засмеялись.
– Вас заставят плясать, как при Суворове вы плясали (on vous fera danser [вас заставят плясать]), – сказал Долохов.
– Qu'est ce qu'il chante? [Что он там поет?] – сказал один француз.
– De l'histoire ancienne, [Древняя история,] – сказал другой, догадавшись, что дело шло о прежних войнах. – L'Empereur va lui faire voir a votre Souvara, comme aux autres… [Император покажет вашему Сувара, как и другим…]