Церковь Святой Маргариты

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Всемирное наследие ЮНЕСКО, объект № 426
[whc.unesco.org/ru/list/426 рус.] • [whc.unesco.org/en/list/426 англ.] • [whc.unesco.org/fr/list/426 фр.]

Координаты: 51°30′00″ с. ш. 0°07′37″ з. д. / 51.50000° с. ш. 0.12694° з. д. / 51.50000; -0.12694 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=51.50000&mlon=-0.12694&zoom=14 (O)] (Я) Церковь Святой Маргариты в Вестминстере (St Margaret’s, Westminster) — позднеготическая церковь на территории Вестминстерского аббатства, выходящая фасадом на Парламентскую площадь. Наряду с Вестминстерским дворцом и аббатством относится к Всемирному наследию.



История

История церкви начинается в XII веке, когда бенедиктинцы построили в Лондоне первую церковь во имя Маргариты Антиохийской. Она была выстроена заново при первых Тюдорах (в 1486—1523 годах), а в XVII веке по настоянию пуритан сделалась приходской для членов Британского парламента. В 1730-е годы храм был облицован светлым портлендским известняком, одна из башен подверглась перестройке. В XIX веке к церкви пристроили притворы, был совершенно обновлён её интерьер.

Известные люди

В церкви св. Маргариты похоронены Уильям Кэкстон и Уолтер Рэли, о чём напоминают фигурные витражи с их изображениями. Также здесь похоронен Джон Чамбер, священнослужитель, врач Генриха VII и Генриха VIII. Здесь по традиции венчались многие поколения английской аристократии, и в их числе Уинстон Черчилль. Известностью пользуется церковный орган.

Напишите отзыв о статье "Церковь Святой Маргариты"

Ссылки

Отрывок, характеризующий Церковь Святой Маргариты

– Je trouve que c'est charmant! [Я нахожу, что это прелестно!] – говорил он про дипломатическую бумагу, при которой отосланы были в Вену австрийские знамена, взятые Витгенштейном, le heros de Petropol [героем Петрополя] (как его называли в Петербурге).
– Как, как это? – обратилась к нему Анна Павловна, возбуждая молчание для услышания mot, которое она уже знала.
И Билибин повторил следующие подлинные слова дипломатической депеши, им составленной:
– L'Empereur renvoie les drapeaux Autrichiens, – сказал Билибин, – drapeaux amis et egares qu'il a trouve hors de la route, [Император отсылает австрийские знамена, дружеские и заблудшиеся знамена, которые он нашел вне настоящей дороги.] – докончил Билибин, распуская кожу.
– Charmant, charmant, [Прелестно, прелестно,] – сказал князь Василий.
– C'est la route de Varsovie peut etre, [Это варшавская дорога, может быть.] – громко и неожиданно сказал князь Ипполит. Все оглянулись на него, не понимая того, что он хотел сказать этим. Князь Ипполит тоже с веселым удивлением оглядывался вокруг себя. Он так же, как и другие, не понимал того, что значили сказанные им слова. Он во время своей дипломатической карьеры не раз замечал, что таким образом сказанные вдруг слова оказывались очень остроумны, и он на всякий случай сказал эти слова, первые пришедшие ему на язык. «Может, выйдет очень хорошо, – думал он, – а ежели не выйдет, они там сумеют это устроить». Действительно, в то время как воцарилось неловкое молчание, вошло то недостаточно патриотическое лицо, которого ждала для обращения Анна Павловна, и она, улыбаясь и погрозив пальцем Ипполиту, пригласила князя Василия к столу, и, поднося ему две свечи и рукопись, попросила его начать. Все замолкло.
– Всемилостивейший государь император! – строго провозгласил князь Василий и оглянул публику, как будто спрашивая, не имеет ли кто сказать что нибудь против этого. Но никто ничего не сказал. – «Первопрестольный град Москва, Новый Иерусалим, приемлет Христа своего, – вдруг ударил он на слове своего, – яко мать во объятия усердных сынов своих, и сквозь возникающую мглу, провидя блистательную славу твоея державы, поет в восторге: «Осанна, благословен грядый!» – Князь Василий плачущим голосом произнес эти последние слова.