Часы Бронштейна

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Часы Бронштейна (Adagio) — режим учёта времени шахматной партии, при котором вводится базовое понятие «быстрый ход» и устанавливается определенный порог времени, например, 5 с. Если человек сделал очередной ход быстрее, чем 5 с, то после нажатия кнопки показания его часов возвращаются назад к исходным показаниям. Это стимул, который позволяет шахматисту сохранять время для раздумий в сложных позициях. Метод был предложен в 1973 году советским гроссмейстером Д. И. Бронштейном.

«Часы Бронштейна» легко ввести в электронные (но не механические) часы. Известны любительские конструкции электронных шахматных часов, поддерживающие режим «часов Бронштейна» и использующие персональный компьютер со стандартной клавиатурой или с блоком переключателей, подключаемых к LPT- или COM-порту[1].


Бронштейн о системе контроля времени в шахматах

«… в 1973 году на межзональном турнире в Ленинграде, когда кто-то уж очень обидно просрочил время в цейтноте, я предложил такую идею: помимо основного времени, скажем 20 минут на партию, давать на каждый ход еще по 15 секунд (но без накопления времени, чтобы избежать спешки: вы можете сделать ход за две секунды, можете за десять — льготное время все равно исчезает). И только если вы тратите больше 15 секунд, включается основное время. Но даже если вы исчерпаете весь лимит, у вас все равно будет по 15 секунд на ход. И сопернику в безнадежной позиции нет смысла стучать по часам — это не поможет.

— Похоже на «часы Фишера». В них за каждый ход тоже добавляется время и вы тоже не рискуете, что в цейтноте не успеете поставить мат.

— Нет, разница есть — и принципиальная. Нельзя же получать время даром! Вы можете пару раз повторить позицию и сразу получаете несколько минут. За что? Моя система нормальная: вы тратите время на каждый ход, а не накапливаете его. Если вам мало 20 минут — хорошо, поставьте два часа. Идея в другом: никто не должен бояться, что у него упадет флажок, потому что нет времени на ход. Я вообще считаю, что это самое плохое, что сделала ФИДЕ: установила регламент, при котором возможна ситуация, когда у вас есть право хода и нет времени на то, чтобы его сделать. Абсурд!

А о том, что играть надо быстро, я говорил уже полвека назад. Я всегда защищал игру в цейтноте...»[2].

Напишите отзыв о статье "Часы Бронштейна"



Литература

  1. Рюмик С. «Часы Фишера» на базе компьютера // Радио : журнал. — 2003. — № 9. — С. 20-23.
  2. Бронштейн Д., Фюрстенберг Т. Ученик чародея: Учебник шахматной стратегии и тактики (пер. с англ.). — РИПОЛ классик. — 2004. — С. 383.

Отрывок, характеризующий Часы Бронштейна

– С вечера не бывали. Верно, проигрались, – отвечал Лаврушка. – Уж я знаю, коли выиграют, рано придут хвастаться, а коли до утра нет, значит, продулись, – сердитые придут. Кофею прикажете?
– Давай, давай.
Через 10 минут Лаврушка принес кофею. Идут! – сказал он, – теперь беда. – Ростов заглянул в окно и увидал возвращающегося домой Денисова. Денисов был маленький человек с красным лицом, блестящими черными глазами, черными взлохмоченными усами и волосами. На нем был расстегнутый ментик, спущенные в складках широкие чикчиры, и на затылке была надета смятая гусарская шапочка. Он мрачно, опустив голову, приближался к крыльцу.
– Лавг'ушка, – закричал он громко и сердито. – Ну, снимай, болван!
– Да я и так снимаю, – отвечал голос Лаврушки.
– А! ты уж встал, – сказал Денисов, входя в комнату.
– Давно, – сказал Ростов, – я уже за сеном сходил и фрейлен Матильда видел.
– Вот как! А я пг'одулся, бг'ат, вчег'а, как сукин сын! – закричал Денисов, не выговаривая р . – Такого несчастия! Такого несчастия! Как ты уехал, так и пошло. Эй, чаю!
Денисов, сморщившись, как бы улыбаясь и выказывая свои короткие крепкие зубы, начал обеими руками с короткими пальцами лохматить, как пес, взбитые черные, густые волосы.
– Чог'т меня дег'нул пойти к этой кг'ысе (прозвище офицера), – растирая себе обеими руками лоб и лицо, говорил он. – Можешь себе пг'едставить, ни одной каг'ты, ни одной, ни одной каг'ты не дал.
Денисов взял подаваемую ему закуренную трубку, сжал в кулак, и, рассыпая огонь, ударил ею по полу, продолжая кричать.
– Семпель даст, паг'оль бьет; семпель даст, паг'оль бьет.
Он рассыпал огонь, разбил трубку и бросил ее. Денисов помолчал и вдруг своими блестящими черными глазами весело взглянул на Ростова.
– Хоть бы женщины были. А то тут, кг'оме как пить, делать нечего. Хоть бы дг'аться ског'ей.
– Эй, кто там? – обратился он к двери, заслышав остановившиеся шаги толстых сапог с бряцанием шпор и почтительное покашливанье.
– Вахмистр! – сказал Лаврушка.
Денисов сморщился еще больше.
– Сквег'но, – проговорил он, бросая кошелек с несколькими золотыми. – Г`остов, сочти, голубчик, сколько там осталось, да сунь кошелек под подушку, – сказал он и вышел к вахмистру.
Ростов взял деньги и, машинально, откладывая и ровняя кучками старые и новые золотые, стал считать их.
– А! Телянин! Здог'ово! Вздули меня вчег'а! – послышался голос Денисова из другой комнаты.
– У кого? У Быкова, у крысы?… Я знал, – сказал другой тоненький голос, и вслед за тем в комнату вошел поручик Телянин, маленький офицер того же эскадрона.