Чемпионат Аргентины по футболу 2013/2014

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Чемпионат Аргентины по футболу 2013/2014
Campeonato de Primera División 2013/14
Подробности чемпионата
Время проведения 2 августа 201318 мая 2014
Число участников 20
      Города 13
      Стадионы 20
Призовые места
Чемпион Инисиаль:
Сан-Лоренсо (12-й раз)
Финаль:
Ривер Плейт
Суперчемпион:
Ривер Плейт
Статистика чемпионата
Сыграно матчей 128
Забито голов 258  (2.02 за игру)
Бомбардир(ы) Эмануэль Джильотти
(7 мячей)
2014 →

Чемпионат Аргентины по футболу 2013/2014 — это 85-й сезон в высшем дивизионе аргентинского футбола. Он состоит из двух частей: первая, разыгрываемая во второй половине первого года, носит название «Инисиаль 2013», а вторая, разыгрываемая в первой половине второго года — «Финаль 2014». Чемпионат начался 2 августа 2013 и завершится в 18 мая 2014 года.

Победителем Инисиаля 2013 стал «Сан-Лоренсо», и он примет участие в Кубке Либертадорес 2014, а победитель Финаля 2014 — в Кубке Либертадорес 2015.





Формат

В чемпионате участвуют 20 команд. По его итогам будут выявлены победители двух частей — Инисиаля 2013 и Финаля 2014. В конце сезона двое победителей разыграют между собой звание суперчемпиона. Последние три команды в таблице вылета напрямую покинут первый дивизион.

Команды

Команда Город Стадион Вместимость Тренер Капитан
Арсенал Саранди Хулио Умберто Грондона 16,300 Густаво Альфаро Уго Нерво
Архентинос Хуниорс Буэнос-Айрес Диего Армандо Марадона 24,800 Рикардо Карусо Ломбарди Хулио Барраса
Атлетико Рафаэла Рафаэла Нуэво Монументаль 16,000 Клаудио Борги Адриан Бастия
Бельграно Кордоба Хулио Сесар Вильягра 28,000 Рикардо Зелински Гастон Турус
Бока Хуниорс Буэнос-Айрес Альберто Х. Армандо (Бомбонера) 49,000 Карлос Бьянки Хуан Роман Рикельме
Велес Сарсфилд Буэнос-Айрес Хосе Амальфитани 45,540 Хосе Оскар Флорес Фабьян Куберо
Годой Крус Мендоса Мальвинас Архентинас 40,268 Хорхе Альмирон Хорхе Курбело
Кильмес Кильмес Сентенарио 30,200 Блас Джунта Мигель Канео
Колон Санта-Фе Эстанислао Лопес 32,500 Диего Оселья Иван Морено-и-Фабьянеси
Ланус Ланус Сьюдад-де-Ланус 46,619 Гильермо Баррос Скелотто Паоло Гольц
Ньюэллс Олд Бойз Росарио Марсело Бьелса 38,095 Альфредо Берти Лукас Бернарди
Олимпо Баия-Бланка Роберто Наталио Карминатти 20,000 Вальтер Пераццо Дамьян Мусто
Олл Бойз Буэнос-Айрес Ислас Мальвинас 21,000 Хулио Сесар Фальсьони Николас Камбьяссо
Расинг Авельянеда Хуан Доминго Перон 55,389 Рейнальдо Мерло Себастьян Саха
Ривер Плейт Буэнос-Айрес Антонио Веспучо Либерти (Монументаль) 64,624 Рамон Диас Леонардо Понсио
Росарио Сентраль Росарио Хиганте-де-Арройито 41,654 Мигель Анхель Руссо Пауло Феррари
Сан-Лоренсо Буэнос-Айрес Педро Бидегаин 39,494 Эдгардо Бауса Пабло Альварадо
Тигре Виктория Хосе Дельяджованна 26,282 Диего Канья
Химнасия Ла-Плата Ла-Плата Хуан Кармело Серильо 24,544 Педро Трольо Лукас Лихт
Эстудиантес Ла-Плата Сьюдад де Ла-Плата 53,000 Маурисио Пеллегрино Хуан Себастьян Верон

Смены тренеров

Команда Ушедший тренер Причина ухода Дата отставки Кем заменён Дата назначения Позиция в таблице
Предсезонные изменения
Кильмес Омар де Фелиппе Ушёл в отставку 22 июня 2013 Нельсон Вивас 24 июня 2013[1]
Олл Бойз Хосе Ромеро Разрыв контракта 23 июня 2013 Хулио Сесар Фальсьони 24 июня 2013[2]
Колон Пабло Морант Заменён 29 июня 2013 Рубен Форестелло 29 июня 2013[3]
Тигре Нестор Горосито Ушёл в отставку 6 июля 2013 Диего Канья 8 июля 2013[4]
Ньюэллс Олд Бойз Херардо Мартино Разрыв контракта 10 июля 2013 Альфредо Берти 10 июля 2013[5]
Изменения по ходу Инисиаля 2013
Расинг Луис Субельдия Ушёл в отставку 24 августа 2013[6] Карлос Иския 1 30 августа 2013[7] 20-е
Тигре Диего Канья Уволен 10 сентября 2013 Фабиан Алегре 2 10 сентября 2013[8] 19-е
Расинг Карлос Иския Ушёл в отставку 7 октября 2013[9] Рейнальдо Мерло 3 10 октября 2013[10] 20-е
Колон Рубен Форестелло Ушёл в отставку 7 октября 2013 Марио Шьякуа 4 8 октября 2013[11] 17-е
Кильмес Нельсон Вивас Ушёл в отставку 21 октября 2013 Блас Джунта 22 октября 2013[12] 16-е
Изменения между турнирами
Годой-Крус Мартин Палермо Разрыв контракта 6 декабря 2013 Хорхе Альмирон 9 декабря 2013
Архентинос Хуниорс Рикардо Карусо Ломбарди По взаимному согласию 10 декабря 2013 Клаудио Борги 29 декабря 2013
Сан-Лоренсо Хуан Антонио Пицци Ушёл в отставку 20 декабря 2013 Эдгардо Бауса 26 декабря 2013
Велес Сарсфилд Рикардо Гарека Разрыв контракта 23 декабря 2013 Хосе Оскар Флорес 26 декабря 2013
Колон Марио Шьякуа Заменён 1 января 2014 Диего Оселья 1 января 2014
Изменения по ходу Финаля 2014

  • И.о. главного тренера
  • Инисиаль
1.   Фабио Радаелли был и.о. главного тренера в 5-м матче.
2.   И.о. главного тренера, но позже стал полноправным тренером.
3.   Игнасио Карлос Гонсалес был и.о. главного тренера в 11-м матче.
4.   И.о. главного тренера.

Инисиаль

Инисиаль — это первый турнир сезона. Он начался 2 августа и закончится 8 декабря 2013 года.

Турнирная таблица

# Команда И В Н П М ± О Квалификация или вылет
1 Сан-Лоренсо 19 9 6 4 29 − 17 +12 33 Второй этап Кубка Либертадорес 2014
2 Ланус 19 8 7 4 32 − 18 +14 32
3 Велес Сарсфилд 19 8 7 4 24 − 16 +8 31
4 Ньюэллс Олд Бойз 19 8 7 4 27 − 21 +6 31
5 Арсенал 19 7 9 3 22 − 19 +3 30
6 Бельграно 19 8 5 6 28 − 20 +8 29
7 Бока Хуниорс 19 8 5 6 25 − 24 +1 29
8 Атлетико Рафаэла 19 8 5 6 25 − 25 0 29
9 Эстудиантес 19 6 9 4 16 − 14 +2 27
10 Росарио Сентраль 19 7 5 7 22 − 24 −2 26
11 Химнасия Ла-Плата 19 6 8 5 21 − 24 −3 26
12 Тигре 19 7 4 8 20 − 21 −1 25
13 Архентинос Хуниорс 19 7 4 8 17 − 19 −2 25
14 Годой-Крус 19 6 6 7 17 − 17 0 24
15 Олимпо 19 6 5 8 19 − 25 −6 23
16 Олл Бойз 19 5 7 7 19 − 19 0 22
17 Ривер Плейт 19 5 6 8 12 − 14 −2 21
18 Кильмес 19 5 6 8 14 − 23 −9 21
19 Расинг 19 4 4 11 12 − 24 −12 16
20 Колон 19 3 3 13 8 − 25 −17 12

Источник: [www.afa.org.ar/index.php?option=com_wrapper&view=wrapper&Itemid=94 Posiciones de Primera División Torneo Inicial 2013/2014]
Правила классификации: 1 − количество очков; 2 − разница забитых и пропущенных мячей; 3 − количество забитых мячей; 4 − количество очков в матчах между командами; 5 − количество забитых мячей в матчах между командами.
Эти правила не относятся к определению чемпиона − в случае равенства очков между двумя или более командами в конце турнира будет проведён дополнительный матч на нейтральном стадионе.

Чемпион
Инисиаля 2013
Сан-Лоренсо
12-й титул

Результаты матчей

  АРС АРХ АТР БЕЛ БОК ВЕЛ ГОД КИЛ КОЛ ЛАН НЬЮ ОЛИ ОЛЛ РАС РИВ РОС СЛО ТИГ ХЛП ЭСТ
Арсенал 0–0 1–4 3–2 1–0 3–1 1–1 1–1 2–1 1–1
Архентинос Хуниорс 1–3 0–0 1–1 2–0 4–0 1–0 1–2 1–0 1–0
Атлетико Рафаэла 1–1 1–0 3–1 2–1 0–2 2–0 0–0 2–2 2–1 1–0
Бельграно 3–2 1–2 3–0 0–1 2–0 1–0 3–0 0–1 2–0 1–2
Бока Хуниорс 2–1 2–1 2–0 2–0 2–3 0–2 2–0 1–1 2–1 1–1
Велес Сарсфилд 0–0 2–0 4–1 2–1 0–0 3–0 1–2 0–0 0–0
Годой Крус 3–1 1–1 2–2 1–0 0–1 2–0 0–0 2–0 2–1
Кильмес 0–1 1–1 1–1 1–0 0–0 0–2 1–1 1–1 3–2
Колон 0–1 0–1 0–2 1–0 0–3 2–2 1–1 2–1 0–2
Ланус 2–0 4–0 3–0 2–2 0–1 3–0 0–1 3–2 0–0 1–1
Ньюэллс Олд Бойз 1–1 2–0 0–0 1–1 2–2 2–1 1–0 1–1 3–0 1–1
Олимпо 1–1 3–0 0–1 1–0 1–1 0–1 1–0 0–0 1–1
Олл Бойз 1–1 1–1 4–0 0–0 2–3 3–1 1–0 1–1 0–0 2–1
Расинг 0–2 0–1 0–1 0–1 2–0 1–1 0–1 1–0 0–3
Ривер Плейт 1–0 0–0 0–1 1–2 1–3 1–0 1–0 3–0 1–2
Росарио Сентраль 1–1 3–2 2–3 1–0 2–0 2–1 2–1 1–1 0–2
Сан-Лоренсо 0–3 4–2 1–0 0–0 2–1 3–0 1–0 0–0 3–0 0–0
Тигре 2–1 3–1 1–2 0–1 1–0 2–3 2–1 3–1 2–0 1–1
Химнасия Ла-Плата 0–0 2–1 0–0 3–2 1–0 2–2 1–3 1–0 3–1
Эстудиантес 1–1 2–0 0–0 1–0 1–0 1–0 1–0 1–1 0–2 1–1

Матчи

Лучшие бомбардиры

# Игрок Клуб Голов (пен.)
1 Эмануэль Джильотти Бока Хуниорс 7 (0)
Диего Вера Атлетико Рафаэла 7 (4)
3 Хулио Фурч Арсенал 6 (1)
Максимильяно Родригес Ньюэллс Олд Бойз 6 (0)
Мауро Матос Олл Бойз 6 (0)
Сесар Перейра Бельграно 6 (1)
7 Эрнан Бойеро Архентинос Хуниорс 5 (0)
Мартин Каутеруччо Сан-Лоренсо 5 (0)
Игнасио Пьятти Сан-Лоренсо 5 (0)
Лукас Пратто Велес Сарсфилд 5 (2)
Сантьяго Сильва Ланус 5 (0)
Давид Трезеге Ньюэллс Олд Бойз 5 (0)

Финаль

Положение команд

# Команда И В Н П М ± О Квалификация или вылет
1 Арсенал 0 0 0 0 0 − 0 0 0 Второй этап Кубка Либертадорес 2014
2 Архентинос Хуниорс 0 0 0 0 0 − 0 0 0
3 Атлетико Рафаэла 0 0 0 0 0 − 0 0 0
4 Бельграно 0 0 0 0 0 − 0 0 0
5 Бока Хуниорс 0 0 0 0 0 − 0 0 0
6 Велес Сарсфилд 0 0 0 0 0 − 0 0 0
7 Годой-Крус 0 0 0 0 0 − 0 0 0
8 Кильмес 0 0 0 0 0 − 0 0 0
9 Колон 0 0 0 0 0 − 0 0 0
10 Ланус 0 0 0 0 0 − 0 0 0
11 Ньюэллс Олд Бойз 0 0 0 0 0 − 0 0 0
12 Олимпо 0 0 0 0 0 − 0 0 0
13 Олл Бойз 0 0 0 0 0 − 0 0 0
14 Сан-Лоренсо 0 0 0 0 0 − 0 0 0
15 Расинг 0 0 0 0 0 − 0 0 0
16 Ривер Плейт 0 0 0 0 0 − 0 0 0
17 Росарио Сентраль 0 0 0 0 0 − 0 0 0
18 Тигре 0 0 0 0 0 − 0 0 0
19 Химнасия Ла-Плата 0 0 0 0 0 − 0 0 0
20 Эстудиантес 0 0 0 0 0 − 0 0 0

Источник: [www.afa.org.ar/index.php?option=com_wrapper&view=wrapper&Itemid=94 Posiciones de Primera División Torneo Inicial 2013/2014]
Правила классификации: 1 − количество очков; 2 − разница забитых и пропущенных мячей; 3 − количество забитых мячей; 4 − количество очков в матчах между командами; 5 − количество забитых мячей в матчах между командами. Эти правила не относятся к определению чемпиона − в случае равенства очков между двумя или более командами в конце турнира будет проведён дополнительный матч на нейтральном стадионе.

Результаты матчей

  АРС АРХ АТР БЕЛ БОК ВЕЛ ГОД КИЛ КОЛ ЛАН НЬЮ ОЛИ ОЛЛ РАС РИВ РОС СЛО ТИГ ХЛП ЭСТ
Арсенал
Архентинос Хуниорс
Атлетико Рафаэла
Бельграно
Бока Хуниорс
Велес Сарсфилд
Годой Крус
Кильмес
Колон
Ланус
Ньюэллс Олд Бойз
Олимпо
Олл Бойз
Расинг
Ривер Плейт
Росарио Сентраль
Сан-Лоренсо
Тигре
Химнасия Ла-Плата
Эстудиантес

Общая таблица чемпионата

Общая таблица чемпионата используется для определения участников Южноамериканского кубка 2014 и Кубка Либертадорес 2015.

Поз. Команда И-13 Ф-14 И В Н П Г РГ О
1 Сан-Лоренсо (*) 33 19 9 6 4 29 – 17 +12 33
2 Ланус (*) 32 19 8 7 4 32 – 18 +14 32
3 Велес Сарсфилд (*) 31 19 8 7 4 24 – 16 +8 31
4 Ньюэллс Олд Бойз (*) 31 19 8 7 4 27 – 21 +6 31
5 Арсенал (*) 30 19 7 9 3 22 – 19 +3 30
6 Бельграно 29 19 8 5 6 28 – 20 +8 29
7 Бока Хуниорс 29 19 8 5 6 25 – 24 +1 29
8 Атлетико Рафаэла 29 19 7 5 6 25 – 25 0 29
9 Эстудиантес 27 19 6 9 4 16 – 14 +2 27
10 Росарио Сентраль 26 19 7 5 7 22 – 24 –2 26
11 Химнасия Ла-Плата 26 19 6 8 5 21 – 24 –3 26
12 Тигре 25 19 7 4 8 20 – 21 –1 25
13 Архентинос Хуниорс 25 19 7 4 8 17 – 19 –2 25
14 Годой-Крус 24 19 6 6 7 17 – 17 0 24
15 Олимпо 23 19 6 5 8 19 – 25 –6 23
16 Олл Бойз 22 19 5 7 7 19 – 19 0 22
17 Ривер Плейт 21 17 5 6 8 12 – 14 –2 20
18 Кильмес 20 17 5 6 8 11 – 19 –8 20
19 Расинг 16 17 4 4 11 12 – 24 –12 16
19 Колон 12 16 3 3 13 8 – 25 –17 12

(*) Участники Кубка Либертадорес 2014;
     Зона попадания в Кубок Либертадорес 2015;
     Зона попадания в Южноамериканский кубок 2014;

Таблица вылета

Таблица вылета (или таблица среднего количества очков) показывает среднее количество очков, набранных командами за последние 3 сезона, за матч (каждый сезон состоит из 2 частей — Инисиаля и Финаля).

Поз.
Команда 2011–12
О
2012–13
О
2013–14
О
Всего
очков
Всего
игр
Ср.
Вылет
1 Бока Хуниорс 76 51 27 154 91 1.678
2 Ньюэллс Олд Бойз 48 74 29 151 91 1.667
3 Арсенал 62 60 25 147 91 1.633
4 Велес Сарсфилд 64 61 21 146 91 1.611
5 Ланус 55 67 25 147 91 1.6
6 Ривер Плейт 64 17 81 53 1.538
7 Росарио Сентраль 22 22 15 1.5
8 Бельграно 55 59 20 134 91 1.456
9 Химнасия Ла-Плата 20 20 15 1.429
10 Сан-Лоренсо 44 58 27 129 91 1.422
11 Эстудиантес 50 48 23 121 91 1.333
12 Расинг 50 62 8 120 91 1.333
13 Колон 60 46 12 118 91 1.311
14 Атлетико Рафаэла 50 43 24 117 91 1.267
15 Тигре 63 34 16 113 91 1.256
16 Кильмес 50 18 68 53 1.25
17 Олл Бойз 54 41 16 111 91 1.2
18 Годой-Крус 38 49 21 108 91 1.2 Примера Б Насьональ
19 Архентинос Хуниорс 49 37 23 109 91 1.178
20 Олимпо 11 11 15 0.786

Напишите отзыв о статье "Чемпионат Аргентины по футболу 2013/2014"

Примечания

  1. [canchallena.lanacion.com.ar/1595278-nelson-vivas-es-el-nuevo-dt-de-quilmes Nélson Vivas es el nuevo DT de Quilmes] (исп.) (25 июня 2013).
  2. [canchallena.lanacion.com.ar/1594732-julio-falcioni-pone-primera-en-all-boys Julio Falcioni pone primera en All Boys] (исп.) (23 июня 2013).
  3. [canchallena.lanacion.com.ar/1596752-tras-dejar-san-martin-sj-ruben-forestello-es-el-nuevo-tecnico-de-colon Tras dejar San Martín (SJ), Rubén Forestello es el nuevo técnico de Colón] (исп.) (29 июня 2013).
  4. [canchallena.lanacion.com.ar/1599142-diego-cagna-a-un-paso-de-volver-a-ser-el-dt-de-tigre Diego Cagna, a un paso de volver a ser el DT de Tigre] (исп.) (8 июля 2013).
  5. [canchallena.lanacion.com.ar/1595975-gerardo-martino-no-seguira-el-newells-y-alfredo-berti-sera-su-reemplazante Gerardo Martino no seguirá en Newell´s y Alfredo Berti será su reemplazante] (исп.) (27 июня 2013).
  6. [elgraficodiario.infonews.com/2013/08/26/elgraficodiario-94125-luis-zubeldia-se-despide-de-racing-racing-club-torneo-inicial.php Luis Zubeldía se despide de Racing] (исп.) (26 августа 2013).
  7. [canchallena.lanacion.com.ar/1615378-hay-un-principio-de-acuerdo-para-que-ischia-sea-el-nuevo-tecnico-de-racing Carlos Ischia es el nuevo técnico de Racing] (исп.) (30 августа 2013).
  8. [www.ole.com.ar/tigre/paso-Cagnazo_0_990501192.html De paso, Cagnazo] (исп.) (10 сентября 2013).
  9. [canchallena.lanacion.com.ar/1627020-la-crisis-de-racing-otra-vez-sin-dt-ni-rumbo-futbolistico La crisis de Racing: otra vez sin DT ni rumbo futbolístico] (исп.). Canchallena (8 октября 2013).
  10. [canchallena.lanacion.com.ar/1627863-ya-es-oficial-mostaza-merlo-inicia-su-tercer-ciclo-como-dt-de-racing Ya es oficial: Mostaza Merlo inicia su tercer ciclo como DT de Racing] (исп.). Canchallena (10 октября 2013).
  11. [canchallena.lanacion.com.ar/1627136-mario-sciaqcua-asume-otra-vez-como-tecnico-interino-en-colon Mario Sciaqcua asume otra vez como técnico interino en Colón] (исп.). Canchallena (8 октября 2013).
  12. [canchallena.lanacion.com.ar/1631482-una-chance-de-primera-blas-giunta-es-el-nuevo-tecnico-de-quilmes Una chance de Primera: Blas Giunta es el nuevo técnico de Quilmes] (исп.). Canchallena (23 октября 2013).

Ссылки

  • [int.soccerway.com/national/argentina/primera-division/20132014/apertura/ Чемпионат Аргентины 2013–14 на Soccerway]
  • [www.afa.org.ar/images/stories/Reglamento_13-14_correcion.pdf Официальный регламент]
  • [www.football-lineups.com/tourn/Primera_Division_2013-2014/ Чемпионат Аргентины 2013-14 на Football-Lineups]

Отрывок, характеризующий Чемпионат Аргентины по футболу 2013/2014

Долохов с бутылкой рома в руке вскочил на окно. «Слушать!»
крикнул он, стоя на подоконнике и обращаясь в комнату. Все замолчали.
– Я держу пари (он говорил по французски, чтоб его понял англичанин, и говорил не слишком хорошо на этом языке). Держу пари на пятьдесят империалов, хотите на сто? – прибавил он, обращаясь к англичанину.
– Нет, пятьдесят, – сказал англичанин.
– Хорошо, на пятьдесят империалов, – что я выпью бутылку рома всю, не отнимая ото рта, выпью, сидя за окном, вот на этом месте (он нагнулся и показал покатый выступ стены за окном) и не держась ни за что… Так?…
– Очень хорошо, – сказал англичанин.
Анатоль повернулся к англичанину и, взяв его за пуговицу фрака и сверху глядя на него (англичанин был мал ростом), начал по английски повторять ему условия пари.
– Постой! – закричал Долохов, стуча бутылкой по окну, чтоб обратить на себя внимание. – Постой, Курагин; слушайте. Если кто сделает то же, то я плачу сто империалов. Понимаете?
Англичанин кивнул головой, не давая никак разуметь, намерен ли он или нет принять это новое пари. Анатоль не отпускал англичанина и, несмотря на то что тот, кивая, давал знать что он всё понял, Анатоль переводил ему слова Долохова по английски. Молодой худощавый мальчик, лейб гусар, проигравшийся в этот вечер, взлез на окно, высунулся и посмотрел вниз.
– У!… у!… у!… – проговорил он, глядя за окно на камень тротуара.
– Смирно! – закричал Долохов и сдернул с окна офицера, который, запутавшись шпорами, неловко спрыгнул в комнату.
Поставив бутылку на подоконник, чтобы было удобно достать ее, Долохов осторожно и тихо полез в окно. Спустив ноги и расперевшись обеими руками в края окна, он примерился, уселся, опустил руки, подвинулся направо, налево и достал бутылку. Анатоль принес две свечки и поставил их на подоконник, хотя было уже совсем светло. Спина Долохова в белой рубашке и курчавая голова его были освещены с обеих сторон. Все столпились у окна. Англичанин стоял впереди. Пьер улыбался и ничего не говорил. Один из присутствующих, постарше других, с испуганным и сердитым лицом, вдруг продвинулся вперед и хотел схватить Долохова за рубашку.
– Господа, это глупости; он убьется до смерти, – сказал этот более благоразумный человек.
Анатоль остановил его:
– Не трогай, ты его испугаешь, он убьется. А?… Что тогда?… А?…
Долохов обернулся, поправляясь и опять расперевшись руками.
– Ежели кто ко мне еще будет соваться, – сказал он, редко пропуская слова сквозь стиснутые и тонкие губы, – я того сейчас спущу вот сюда. Ну!…
Сказав «ну»!, он повернулся опять, отпустил руки, взял бутылку и поднес ко рту, закинул назад голову и вскинул кверху свободную руку для перевеса. Один из лакеев, начавший подбирать стекла, остановился в согнутом положении, не спуская глаз с окна и спины Долохова. Анатоль стоял прямо, разинув глаза. Англичанин, выпятив вперед губы, смотрел сбоку. Тот, который останавливал, убежал в угол комнаты и лег на диван лицом к стене. Пьер закрыл лицо, и слабая улыбка, забывшись, осталась на его лице, хоть оно теперь выражало ужас и страх. Все молчали. Пьер отнял от глаз руки: Долохов сидел всё в том же положении, только голова загнулась назад, так что курчавые волосы затылка прикасались к воротнику рубахи, и рука с бутылкой поднималась всё выше и выше, содрогаясь и делая усилие. Бутылка видимо опорожнялась и с тем вместе поднималась, загибая голову. «Что же это так долго?» подумал Пьер. Ему казалось, что прошло больше получаса. Вдруг Долохов сделал движение назад спиной, и рука его нервически задрожала; этого содрогания было достаточно, чтобы сдвинуть всё тело, сидевшее на покатом откосе. Он сдвинулся весь, и еще сильнее задрожали, делая усилие, рука и голова его. Одна рука поднялась, чтобы схватиться за подоконник, но опять опустилась. Пьер опять закрыл глаза и сказал себе, что никогда уж не откроет их. Вдруг он почувствовал, что всё вокруг зашевелилось. Он взглянул: Долохов стоял на подоконнике, лицо его было бледно и весело.
– Пуста!
Он кинул бутылку англичанину, который ловко поймал ее. Долохов спрыгнул с окна. От него сильно пахло ромом.
– Отлично! Молодцом! Вот так пари! Чорт вас возьми совсем! – кричали с разных сторон.
Англичанин, достав кошелек, отсчитывал деньги. Долохов хмурился и молчал. Пьер вскочил на окно.
Господа! Кто хочет со мною пари? Я то же сделаю, – вдруг крикнул он. – И пари не нужно, вот что. Вели дать бутылку. Я сделаю… вели дать.
– Пускай, пускай! – сказал Долохов, улыбаясь.
– Что ты? с ума сошел? Кто тебя пустит? У тебя и на лестнице голова кружится, – заговорили с разных сторон.
– Я выпью, давай бутылку рому! – закричал Пьер, решительным и пьяным жестом ударяя по столу, и полез в окно.
Его схватили за руки; но он был так силен, что далеко оттолкнул того, кто приблизился к нему.
– Нет, его так не уломаешь ни за что, – говорил Анатоль, – постойте, я его обману. Послушай, я с тобой держу пари, но завтра, а теперь мы все едем к***.
– Едем, – закричал Пьер, – едем!… И Мишку с собой берем…
И он ухватил медведя, и, обняв и подняв его, стал кружиться с ним по комнате.


Князь Василий исполнил обещание, данное на вечере у Анны Павловны княгине Друбецкой, просившей его о своем единственном сыне Борисе. О нем было доложено государю, и, не в пример другим, он был переведен в гвардию Семеновского полка прапорщиком. Но адъютантом или состоящим при Кутузове Борис так и не был назначен, несмотря на все хлопоты и происки Анны Михайловны. Вскоре после вечера Анны Павловны Анна Михайловна вернулась в Москву, прямо к своим богатым родственникам Ростовым, у которых она стояла в Москве и у которых с детства воспитывался и годами живал ее обожаемый Боренька, только что произведенный в армейские и тотчас же переведенный в гвардейские прапорщики. Гвардия уже вышла из Петербурга 10 го августа, и сын, оставшийся для обмундирования в Москве, должен был догнать ее по дороге в Радзивилов.
У Ростовых были именинницы Натальи, мать и меньшая дочь. С утра, не переставая, подъезжали и отъезжали цуги, подвозившие поздравителей к большому, всей Москве известному дому графини Ростовой на Поварской. Графиня с красивой старшею дочерью и гостями, не перестававшими сменять один другого, сидели в гостиной.
Графиня была женщина с восточным типом худого лица, лет сорока пяти, видимо изнуренная детьми, которых у ней было двенадцать человек. Медлительность ее движений и говора, происходившая от слабости сил, придавала ей значительный вид, внушавший уважение. Княгиня Анна Михайловна Друбецкая, как домашний человек, сидела тут же, помогая в деле принимания и занимания разговором гостей. Молодежь была в задних комнатах, не находя нужным участвовать в приеме визитов. Граф встречал и провожал гостей, приглашая всех к обеду.
«Очень, очень вам благодарен, ma chere или mon cher [моя дорогая или мой дорогой] (ma сherе или mon cher он говорил всем без исключения, без малейших оттенков как выше, так и ниже его стоявшим людям) за себя и за дорогих именинниц. Смотрите же, приезжайте обедать. Вы меня обидите, mon cher. Душевно прошу вас от всего семейства, ma chere». Эти слова с одинаковым выражением на полном веселом и чисто выбритом лице и с одинаково крепким пожатием руки и повторяемыми короткими поклонами говорил он всем без исключения и изменения. Проводив одного гостя, граф возвращался к тому или той, которые еще были в гостиной; придвинув кресла и с видом человека, любящего и умеющего пожить, молодецки расставив ноги и положив на колена руки, он значительно покачивался, предлагал догадки о погоде, советовался о здоровье, иногда на русском, иногда на очень дурном, но самоуверенном французском языке, и снова с видом усталого, но твердого в исполнении обязанности человека шел провожать, оправляя редкие седые волосы на лысине, и опять звал обедать. Иногда, возвращаясь из передней, он заходил через цветочную и официантскую в большую мраморную залу, где накрывали стол на восемьдесят кувертов, и, глядя на официантов, носивших серебро и фарфор, расставлявших столы и развертывавших камчатные скатерти, подзывал к себе Дмитрия Васильевича, дворянина, занимавшегося всеми его делами, и говорил: «Ну, ну, Митенька, смотри, чтоб всё было хорошо. Так, так, – говорил он, с удовольствием оглядывая огромный раздвинутый стол. – Главное – сервировка. То то…» И он уходил, самодовольно вздыхая, опять в гостиную.
– Марья Львовна Карагина с дочерью! – басом доложил огромный графинин выездной лакей, входя в двери гостиной.
Графиня подумала и понюхала из золотой табакерки с портретом мужа.
– Замучили меня эти визиты, – сказала она. – Ну, уж ее последнюю приму. Чопорна очень. Проси, – сказала она лакею грустным голосом, как будто говорила: «ну, уж добивайте!»
Высокая, полная, с гордым видом дама с круглолицей улыбающейся дочкой, шумя платьями, вошли в гостиную.
«Chere comtesse, il y a si longtemps… elle a ete alitee la pauvre enfant… au bal des Razoumowsky… et la comtesse Apraksine… j'ai ete si heureuse…» [Дорогая графиня, как давно… она должна была пролежать в постеле, бедное дитя… на балу у Разумовских… и графиня Апраксина… была так счастлива…] послышались оживленные женские голоса, перебивая один другой и сливаясь с шумом платьев и передвиганием стульев. Начался тот разговор, который затевают ровно настолько, чтобы при первой паузе встать, зашуметь платьями, проговорить: «Je suis bien charmee; la sante de maman… et la comtesse Apraksine» [Я в восхищении; здоровье мамы… и графиня Апраксина] и, опять зашумев платьями, пройти в переднюю, надеть шубу или плащ и уехать. Разговор зашел о главной городской новости того времени – о болезни известного богача и красавца Екатерининского времени старого графа Безухого и о его незаконном сыне Пьере, который так неприлично вел себя на вечере у Анны Павловны Шерер.
– Я очень жалею бедного графа, – проговорила гостья, – здоровье его и так плохо, а теперь это огорченье от сына, это его убьет!
– Что такое? – спросила графиня, как будто не зная, о чем говорит гостья, хотя она раз пятнадцать уже слышала причину огорчения графа Безухого.
– Вот нынешнее воспитание! Еще за границей, – проговорила гостья, – этот молодой человек предоставлен был самому себе, и теперь в Петербурге, говорят, он такие ужасы наделал, что его с полицией выслали оттуда.
– Скажите! – сказала графиня.
– Он дурно выбирал свои знакомства, – вмешалась княгиня Анна Михайловна. – Сын князя Василия, он и один Долохов, они, говорят, Бог знает что делали. И оба пострадали. Долохов разжалован в солдаты, а сын Безухого выслан в Москву. Анатоля Курагина – того отец как то замял. Но выслали таки из Петербурга.
– Да что, бишь, они сделали? – спросила графиня.
– Это совершенные разбойники, особенно Долохов, – говорила гостья. – Он сын Марьи Ивановны Долоховой, такой почтенной дамы, и что же? Можете себе представить: они втроем достали где то медведя, посадили с собой в карету и повезли к актрисам. Прибежала полиция их унимать. Они поймали квартального и привязали его спина со спиной к медведю и пустили медведя в Мойку; медведь плавает, а квартальный на нем.
– Хороша, ma chere, фигура квартального, – закричал граф, помирая со смеху.
– Ах, ужас какой! Чему тут смеяться, граф?
Но дамы невольно смеялись и сами.
– Насилу спасли этого несчастного, – продолжала гостья. – И это сын графа Кирилла Владимировича Безухова так умно забавляется! – прибавила она. – А говорили, что так хорошо воспитан и умен. Вот всё воспитание заграничное куда довело. Надеюсь, что здесь его никто не примет, несмотря на его богатство. Мне хотели его представить. Я решительно отказалась: у меня дочери.
– Отчего вы говорите, что этот молодой человек так богат? – спросила графиня, нагибаясь от девиц, которые тотчас же сделали вид, что не слушают. – Ведь у него только незаконные дети. Кажется… и Пьер незаконный.
Гостья махнула рукой.
– У него их двадцать незаконных, я думаю.
Княгиня Анна Михайловна вмешалась в разговор, видимо, желая выказать свои связи и свое знание всех светских обстоятельств.
– Вот в чем дело, – сказала она значительно и тоже полушопотом. – Репутация графа Кирилла Владимировича известна… Детям своим он и счет потерял, но этот Пьер любимый был.
– Как старик был хорош, – сказала графиня, – еще прошлого года! Красивее мужчины я не видывала.
– Теперь очень переменился, – сказала Анна Михайловна. – Так я хотела сказать, – продолжала она, – по жене прямой наследник всего именья князь Василий, но Пьера отец очень любил, занимался его воспитанием и писал государю… так что никто не знает, ежели он умрет (он так плох, что этого ждут каждую минуту, и Lorrain приехал из Петербурга), кому достанется это огромное состояние, Пьеру или князю Василию. Сорок тысяч душ и миллионы. Я это очень хорошо знаю, потому что мне сам князь Василий это говорил. Да и Кирилл Владимирович мне приходится троюродным дядей по матери. Он и крестил Борю, – прибавила она, как будто не приписывая этому обстоятельству никакого значения.
– Князь Василий приехал в Москву вчера. Он едет на ревизию, мне говорили, – сказала гостья.
– Да, но, entre nous, [между нами,] – сказала княгиня, – это предлог, он приехал собственно к графу Кирилле Владимировичу, узнав, что он так плох.
– Однако, ma chere, это славная штука, – сказал граф и, заметив, что старшая гостья его не слушала, обратился уже к барышням. – Хороша фигура была у квартального, я воображаю.
И он, представив, как махал руками квартальный, опять захохотал звучным и басистым смехом, колебавшим всё его полное тело, как смеются люди, всегда хорошо евшие и особенно пившие. – Так, пожалуйста же, обедать к нам, – сказал он.


Наступило молчание. Графиня глядела на гостью, приятно улыбаясь, впрочем, не скрывая того, что не огорчится теперь нисколько, если гостья поднимется и уедет. Дочь гостьи уже оправляла платье, вопросительно глядя на мать, как вдруг из соседней комнаты послышался бег к двери нескольких мужских и женских ног, грохот зацепленного и поваленного стула, и в комнату вбежала тринадцатилетняя девочка, запахнув что то короткою кисейною юбкою, и остановилась по средине комнаты. Очевидно было, она нечаянно, с нерассчитанного бега, заскочила так далеко. В дверях в ту же минуту показались студент с малиновым воротником, гвардейский офицер, пятнадцатилетняя девочка и толстый румяный мальчик в детской курточке.
Граф вскочил и, раскачиваясь, широко расставил руки вокруг бежавшей девочки.
– А, вот она! – смеясь закричал он. – Именинница! Ma chere, именинница!
– Ma chere, il y a un temps pour tout, [Милая, на все есть время,] – сказала графиня, притворяясь строгою. – Ты ее все балуешь, Elie, – прибавила она мужу.
– Bonjour, ma chere, je vous felicite, [Здравствуйте, моя милая, поздравляю вас,] – сказала гостья. – Quelle delicuse enfant! [Какое прелестное дитя!] – прибавила она, обращаясь к матери.
Черноглазая, с большим ртом, некрасивая, но живая девочка, с своими детскими открытыми плечиками, которые, сжимаясь, двигались в своем корсаже от быстрого бега, с своими сбившимися назад черными кудрями, тоненькими оголенными руками и маленькими ножками в кружевных панталончиках и открытых башмачках, была в том милом возрасте, когда девочка уже не ребенок, а ребенок еще не девушка. Вывернувшись от отца, она подбежала к матери и, не обращая никакого внимания на ее строгое замечание, спрятала свое раскрасневшееся лицо в кружевах материной мантильи и засмеялась. Она смеялась чему то, толкуя отрывисто про куклу, которую вынула из под юбочки.
– Видите?… Кукла… Мими… Видите.
И Наташа не могла больше говорить (ей всё смешно казалось). Она упала на мать и расхохоталась так громко и звонко, что все, даже чопорная гостья, против воли засмеялись.
– Ну, поди, поди с своим уродом! – сказала мать, притворно сердито отталкивая дочь. – Это моя меньшая, – обратилась она к гостье.
Наташа, оторвав на минуту лицо от кружевной косынки матери, взглянула на нее снизу сквозь слезы смеха и опять спрятала лицо.
Гостья, принужденная любоваться семейною сценой, сочла нужным принять в ней какое нибудь участие.
– Скажите, моя милая, – сказала она, обращаясь к Наташе, – как же вам приходится эта Мими? Дочь, верно?
Наташе не понравился тон снисхождения до детского разговора, с которым гостья обратилась к ней. Она ничего не ответила и серьезно посмотрела на гостью.
Между тем всё это молодое поколение: Борис – офицер, сын княгини Анны Михайловны, Николай – студент, старший сын графа, Соня – пятнадцатилетняя племянница графа, и маленький Петруша – меньшой сын, все разместились в гостиной и, видимо, старались удержать в границах приличия оживление и веселость, которыми еще дышала каждая их черта. Видно было, что там, в задних комнатах, откуда они все так стремительно прибежали, у них были разговоры веселее, чем здесь о городских сплетнях, погоде и comtesse Apraksine. [о графине Апраксиной.] Изредка они взглядывали друг на друга и едва удерживались от смеха.
Два молодые человека, студент и офицер, друзья с детства, были одних лет и оба красивы, но не похожи друг на друга. Борис был высокий белокурый юноша с правильными тонкими чертами спокойного и красивого лица; Николай был невысокий курчавый молодой человек с открытым выражением лица. На верхней губе его уже показывались черные волосики, и во всем лице выражались стремительность и восторженность.
Николай покраснел, как только вошел в гостиную. Видно было, что он искал и не находил, что сказать; Борис, напротив, тотчас же нашелся и рассказал спокойно, шутливо, как эту Мими куклу он знал еще молодою девицей с неиспорченным еще носом, как она в пять лет на его памяти состарелась и как у ней по всему черепу треснула голова. Сказав это, он взглянул на Наташу. Наташа отвернулась от него, взглянула на младшего брата, который, зажмурившись, трясся от беззвучного смеха, и, не в силах более удерживаться, прыгнула и побежала из комнаты так скоро, как только могли нести ее быстрые ножки. Борис не рассмеялся.
– Вы, кажется, тоже хотели ехать, maman? Карета нужна? – .сказал он, с улыбкой обращаясь к матери.
– Да, поди, поди, вели приготовить, – сказала она, уливаясь.
Борис вышел тихо в двери и пошел за Наташей, толстый мальчик сердито побежал за ними, как будто досадуя на расстройство, происшедшее в его занятиях.


Из молодежи, не считая старшей дочери графини (которая была четырьмя годами старше сестры и держала себя уже, как большая) и гостьи барышни, в гостиной остались Николай и Соня племянница. Соня была тоненькая, миниатюрненькая брюнетка с мягким, отененным длинными ресницами взглядом, густой черною косой, два раза обвившею ее голову, и желтоватым оттенком кожи на лице и в особенности на обнаженных худощавых, но грациозных мускулистых руках и шее. Плавностью движений, мягкостью и гибкостью маленьких членов и несколько хитрою и сдержанною манерой она напоминала красивого, но еще не сформировавшегося котенка, который будет прелестною кошечкой. Она, видимо, считала приличным выказывать улыбкой участие к общему разговору; но против воли ее глаза из под длинных густых ресниц смотрели на уезжавшего в армию cousin [двоюродного брата] с таким девическим страстным обожанием, что улыбка ее не могла ни на мгновение обмануть никого, и видно было, что кошечка присела только для того, чтоб еще энергичнее прыгнуть и заиграть с своим соusin, как скоро только они так же, как Борис с Наташей, выберутся из этой гостиной.
– Да, ma chere, – сказал старый граф, обращаясь к гостье и указывая на своего Николая. – Вот его друг Борис произведен в офицеры, и он из дружбы не хочет отставать от него; бросает и университет и меня старика: идет в военную службу, ma chere. А уж ему место в архиве было готово, и всё. Вот дружба то? – сказал граф вопросительно.
– Да ведь война, говорят, объявлена, – сказала гостья.
– Давно говорят, – сказал граф. – Опять поговорят, поговорят, да так и оставят. Ma chere, вот дружба то! – повторил он. – Он идет в гусары.
Гостья, не зная, что сказать, покачала головой.
– Совсем не из дружбы, – отвечал Николай, вспыхнув и отговариваясь как будто от постыдного на него наклепа. – Совсем не дружба, а просто чувствую призвание к военной службе.
Он оглянулся на кузину и на гостью барышню: обе смотрели на него с улыбкой одобрения.
– Нынче обедает у нас Шуберт, полковник Павлоградского гусарского полка. Он был в отпуску здесь и берет его с собой. Что делать? – сказал граф, пожимая плечами и говоря шуточно о деле, которое, видимо, стоило ему много горя.
– Я уж вам говорил, папенька, – сказал сын, – что ежели вам не хочется меня отпустить, я останусь. Но я знаю, что я никуда не гожусь, кроме как в военную службу; я не дипломат, не чиновник, не умею скрывать того, что чувствую, – говорил он, всё поглядывая с кокетством красивой молодости на Соню и гостью барышню.
Кошечка, впиваясь в него глазами, казалась каждую секунду готовою заиграть и выказать всю свою кошачью натуру.
– Ну, ну, хорошо! – сказал старый граф, – всё горячится. Всё Бонапарте всем голову вскружил; все думают, как это он из поручиков попал в императоры. Что ж, дай Бог, – прибавил он, не замечая насмешливой улыбки гостьи.
Большие заговорили о Бонапарте. Жюли, дочь Карагиной, обратилась к молодому Ростову:
– Как жаль, что вас не было в четверг у Архаровых. Мне скучно было без вас, – сказала она, нежно улыбаясь ему.
Польщенный молодой человек с кокетливой улыбкой молодости ближе пересел к ней и вступил с улыбающейся Жюли в отдельный разговор, совсем не замечая того, что эта его невольная улыбка ножом ревности резала сердце красневшей и притворно улыбавшейся Сони. – В середине разговора он оглянулся на нее. Соня страстно озлобленно взглянула на него и, едва удерживая на глазах слезы, а на губах притворную улыбку, встала и вышла из комнаты. Всё оживление Николая исчезло. Он выждал первый перерыв разговора и с расстроенным лицом вышел из комнаты отыскивать Соню.
– Как секреты то этой всей молодежи шиты белыми нитками! – сказала Анна Михайловна, указывая на выходящего Николая. – Cousinage dangereux voisinage, [Бедовое дело – двоюродные братцы и сестрицы,] – прибавила она.
– Да, – сказала графиня, после того как луч солнца, проникнувший в гостиную вместе с этим молодым поколением, исчез, и как будто отвечая на вопрос, которого никто ей не делал, но который постоянно занимал ее. – Сколько страданий, сколько беспокойств перенесено за то, чтобы теперь на них радоваться! А и теперь, право, больше страха, чем радости. Всё боишься, всё боишься! Именно тот возраст, в котором так много опасностей и для девочек и для мальчиков.
– Всё от воспитания зависит, – сказала гостья.
– Да, ваша правда, – продолжала графиня. – До сих пор я была, слава Богу, другом своих детей и пользуюсь полным их доверием, – говорила графиня, повторяя заблуждение многих родителей, полагающих, что у детей их нет тайн от них. – Я знаю, что я всегда буду первою confidente [поверенной] моих дочерей, и что Николенька, по своему пылкому характеру, ежели будет шалить (мальчику нельзя без этого), то всё не так, как эти петербургские господа.
– Да, славные, славные ребята, – подтвердил граф, всегда разрешавший запутанные для него вопросы тем, что всё находил славным. – Вот подите, захотел в гусары! Да вот что вы хотите, ma chere!
– Какое милое существо ваша меньшая, – сказала гостья. – Порох!
– Да, порох, – сказал граф. – В меня пошла! И какой голос: хоть и моя дочь, а я правду скажу, певица будет, Саломони другая. Мы взяли итальянца ее учить.
– Не рано ли? Говорят, вредно для голоса учиться в эту пору.
– О, нет, какой рано! – сказал граф. – Как же наши матери выходили в двенадцать тринадцать лет замуж?
– Уж она и теперь влюблена в Бориса! Какова? – сказала графиня, тихо улыбаясь, глядя на мать Бориса, и, видимо отвечая на мысль, всегда ее занимавшую, продолжала. – Ну, вот видите, держи я ее строго, запрещай я ей… Бог знает, что бы они делали потихоньку (графиня разумела: они целовались бы), а теперь я знаю каждое ее слово. Она сама вечером прибежит и всё мне расскажет. Может быть, я балую ее; но, право, это, кажется, лучше. Я старшую держала строго.
– Да, меня совсем иначе воспитывали, – сказала старшая, красивая графиня Вера, улыбаясь.
Но улыбка не украсила лица Веры, как это обыкновенно бывает; напротив, лицо ее стало неестественно и оттого неприятно.
Старшая, Вера, была хороша, была неглупа, училась прекрасно, была хорошо воспитана, голос у нее был приятный, то, что она сказала, было справедливо и уместно; но, странное дело, все, и гостья и графиня, оглянулись на нее, как будто удивились, зачем она это сказала, и почувствовали неловкость.
– Всегда с старшими детьми мудрят, хотят сделать что нибудь необыкновенное, – сказала гостья.
– Что греха таить, ma chere! Графинюшка мудрила с Верой, – сказал граф. – Ну, да что ж! всё таки славная вышла, – прибавил он, одобрительно подмигивая Вере.
Гостьи встали и уехали, обещаясь приехать к обеду.
– Что за манера! Уж сидели, сидели! – сказала графиня, проводя гостей.


Когда Наташа вышла из гостиной и побежала, она добежала только до цветочной. В этой комнате она остановилась, прислушиваясь к говору в гостиной и ожидая выхода Бориса. Она уже начинала приходить в нетерпение и, топнув ножкой, сбиралась было заплакать оттого, что он не сейчас шел, когда заслышались не тихие, не быстрые, приличные шаги молодого человека.
Наташа быстро бросилась между кадок цветов и спряталась.
Борис остановился посереди комнаты, оглянулся, смахнул рукой соринки с рукава мундира и подошел к зеркалу, рассматривая свое красивое лицо. Наташа, притихнув, выглядывала из своей засады, ожидая, что он будет делать. Он постоял несколько времени перед зеркалом, улыбнулся и пошел к выходной двери. Наташа хотела его окликнуть, но потом раздумала. «Пускай ищет», сказала она себе. Только что Борис вышел, как из другой двери вышла раскрасневшаяся Соня, сквозь слезы что то злобно шепчущая. Наташа удержалась от своего первого движения выбежать к ней и осталась в своей засаде, как под шапкой невидимкой, высматривая, что делалось на свете. Она испытывала особое новое наслаждение. Соня шептала что то и оглядывалась на дверь гостиной. Из двери вышел Николай.
– Соня! Что с тобой? Можно ли это? – сказал Николай, подбегая к ней.
– Ничего, ничего, оставьте меня! – Соня зарыдала.
– Нет, я знаю что.
– Ну знаете, и прекрасно, и подите к ней.
– Соооня! Одно слово! Можно ли так мучить меня и себя из за фантазии? – говорил Николай, взяв ее за руку.
Соня не вырывала у него руки и перестала плакать.
Наташа, не шевелясь и не дыша, блестящими главами смотрела из своей засады. «Что теперь будет»? думала она.
– Соня! Мне весь мир не нужен! Ты одна для меня всё, – говорил Николай. – Я докажу тебе.
– Я не люблю, когда ты так говоришь.
– Ну не буду, ну прости, Соня! – Он притянул ее к себе и поцеловал.
«Ах, как хорошо!» подумала Наташа, и когда Соня с Николаем вышли из комнаты, она пошла за ними и вызвала к себе Бориса.
– Борис, подите сюда, – сказала она с значительным и хитрым видом. – Мне нужно сказать вам одну вещь. Сюда, сюда, – сказала она и привела его в цветочную на то место между кадок, где она была спрятана. Борис, улыбаясь, шел за нею.
– Какая же это одна вещь ? – спросил он.
Она смутилась, оглянулась вокруг себя и, увидев брошенную на кадке свою куклу, взяла ее в руки.
– Поцелуйте куклу, – сказала она.
Борис внимательным, ласковым взглядом смотрел в ее оживленное лицо и ничего не отвечал.
– Не хотите? Ну, так подите сюда, – сказала она и глубже ушла в цветы и бросила куклу. – Ближе, ближе! – шептала она. Она поймала руками офицера за обшлага, и в покрасневшем лице ее видны были торжественность и страх.
– А меня хотите поцеловать? – прошептала она чуть слышно, исподлобья глядя на него, улыбаясь и чуть не плача от волненья.
Борис покраснел.
– Какая вы смешная! – проговорил он, нагибаясь к ней, еще более краснея, но ничего не предпринимая и выжидая.
Она вдруг вскочила на кадку, так что стала выше его, обняла его обеими руками, так что тонкие голые ручки согнулись выше его шеи и, откинув движением головы волосы назад, поцеловала его в самые губы.
Она проскользнула между горшками на другую сторону цветов и, опустив голову, остановилась.
– Наташа, – сказал он, – вы знаете, что я люблю вас, но…
– Вы влюблены в меня? – перебила его Наташа.
– Да, влюблен, но, пожалуйста, не будем делать того, что сейчас… Еще четыре года… Тогда я буду просить вашей руки.
Наташа подумала.
– Тринадцать, четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать… – сказала она, считая по тоненьким пальчикам. – Хорошо! Так кончено?
И улыбка радости и успокоения осветила ее оживленное лицо.
– Кончено! – сказал Борис.
– Навсегда? – сказала девочка. – До самой смерти?
И, взяв его под руку, она с счастливым лицом тихо пошла с ним рядом в диванную.


Графиня так устала от визитов, что не велела принимать больше никого, и швейцару приказано было только звать непременно кушать всех, кто будет еще приезжать с поздравлениями. Графине хотелось с глазу на глаз поговорить с другом своего детства, княгиней Анной Михайловной, которую она не видала хорошенько с ее приезда из Петербурга. Анна Михайловна, с своим исплаканным и приятным лицом, подвинулась ближе к креслу графини.
– С тобой я буду совершенно откровенна, – сказала Анна Михайловна. – Уж мало нас осталось, старых друзей! От этого я так и дорожу твоею дружбой.
Анна Михайловна посмотрела на Веру и остановилась. Графиня пожала руку своему другу.
– Вера, – сказала графиня, обращаясь к старшей дочери, очевидно, нелюбимой. – Как у вас ни на что понятия нет? Разве ты не чувствуешь, что ты здесь лишняя? Поди к сестрам, или…
Красивая Вера презрительно улыбнулась, видимо не чувствуя ни малейшего оскорбления.
– Ежели бы вы мне сказали давно, маменька, я бы тотчас ушла, – сказала она, и пошла в свою комнату.
Но, проходя мимо диванной, она заметила, что в ней у двух окошек симметрично сидели две пары. Она остановилась и презрительно улыбнулась. Соня сидела близко подле Николая, который переписывал ей стихи, в первый раз сочиненные им. Борис с Наташей сидели у другого окна и замолчали, когда вошла Вера. Соня и Наташа с виноватыми и счастливыми лицами взглянули на Веру.
Весело и трогательно было смотреть на этих влюбленных девочек, но вид их, очевидно, не возбуждал в Вере приятного чувства.
– Сколько раз я вас просила, – сказала она, – не брать моих вещей, у вас есть своя комната.
Она взяла от Николая чернильницу.
– Сейчас, сейчас, – сказал он, мокая перо.
– Вы всё умеете делать не во время, – сказала Вера. – То прибежали в гостиную, так что всем совестно сделалось за вас.
Несмотря на то, или именно потому, что сказанное ею было совершенно справедливо, никто ей не отвечал, и все четверо только переглядывались между собой. Она медлила в комнате с чернильницей в руке.
– И какие могут быть в ваши года секреты между Наташей и Борисом и между вами, – всё одни глупости!
– Ну, что тебе за дело, Вера? – тихеньким голоском, заступнически проговорила Наташа.
Она, видимо, была ко всем еще более, чем всегда, в этот день добра и ласкова.
– Очень глупо, – сказала Вера, – мне совестно за вас. Что за секреты?…
– У каждого свои секреты. Мы тебя с Бергом не трогаем, – сказала Наташа разгорячаясь.
– Я думаю, не трогаете, – сказала Вера, – потому что в моих поступках никогда ничего не может быть дурного. А вот я маменьке скажу, как ты с Борисом обходишься.
– Наталья Ильинишна очень хорошо со мной обходится, – сказал Борис. – Я не могу жаловаться, – сказал он.
– Оставьте, Борис, вы такой дипломат (слово дипломат было в большом ходу у детей в том особом значении, какое они придавали этому слову); даже скучно, – сказала Наташа оскорбленным, дрожащим голосом. – За что она ко мне пристает? Ты этого никогда не поймешь, – сказала она, обращаясь к Вере, – потому что ты никогда никого не любила; у тебя сердца нет, ты только madame de Genlis [мадам Жанлис] (это прозвище, считавшееся очень обидным, было дано Вере Николаем), и твое первое удовольствие – делать неприятности другим. Ты кокетничай с Бергом, сколько хочешь, – проговорила она скоро.
– Да уж я верно не стану перед гостями бегать за молодым человеком…
– Ну, добилась своего, – вмешался Николай, – наговорила всем неприятностей, расстроила всех. Пойдемте в детскую.
Все четверо, как спугнутая стая птиц, поднялись и пошли из комнаты.
– Мне наговорили неприятностей, а я никому ничего, – сказала Вера.
– Madame de Genlis! Madame de Genlis! – проговорили смеющиеся голоса из за двери.
Красивая Вера, производившая на всех такое раздражающее, неприятное действие, улыбнулась и видимо не затронутая тем, что ей было сказано, подошла к зеркалу и оправила шарф и прическу. Глядя на свое красивое лицо, она стала, повидимому, еще холоднее и спокойнее.

В гостиной продолжался разговор.
– Ah! chere, – говорила графиня, – и в моей жизни tout n'est pas rose. Разве я не вижу, что du train, que nous allons, [не всё розы. – при нашем образе жизни,] нашего состояния нам не надолго! И всё это клуб, и его доброта. В деревне мы живем, разве мы отдыхаем? Театры, охоты и Бог знает что. Да что обо мне говорить! Ну, как же ты это всё устроила? Я часто на тебя удивляюсь, Annette, как это ты, в свои годы, скачешь в повозке одна, в Москву, в Петербург, ко всем министрам, ко всей знати, со всеми умеешь обойтись, удивляюсь! Ну, как же это устроилось? Вот я ничего этого не умею.
– Ах, душа моя! – отвечала княгиня Анна Михайловна. – Не дай Бог тебе узнать, как тяжело остаться вдовой без подпоры и с сыном, которого любишь до обожания. Всему научишься, – продолжала она с некоторою гордостью. – Процесс мой меня научил. Ежели мне нужно видеть кого нибудь из этих тузов, я пишу записку: «princesse une telle [княгиня такая то] желает видеть такого то» и еду сама на извозчике хоть два, хоть три раза, хоть четыре, до тех пор, пока не добьюсь того, что мне надо. Мне всё равно, что бы обо мне ни думали.
– Ну, как же, кого ты просила о Бореньке? – спросила графиня. – Ведь вот твой уже офицер гвардии, а Николушка идет юнкером. Некому похлопотать. Ты кого просила?
– Князя Василия. Он был очень мил. Сейчас на всё согласился, доложил государю, – говорила княгиня Анна Михайловна с восторгом, совершенно забыв всё унижение, через которое она прошла для достижения своей цели.
– Что он постарел, князь Василий? – спросила графиня. – Я его не видала с наших театров у Румянцевых. И думаю, забыл про меня. Il me faisait la cour, [Он за мной волочился,] – вспомнила графиня с улыбкой.
– Всё такой же, – отвечала Анна Михайловна, – любезен, рассыпается. Les grandeurs ne lui ont pas touriene la tete du tout. [Высокое положение не вскружило ему головы нисколько.] «Я жалею, что слишком мало могу вам сделать, милая княгиня, – он мне говорит, – приказывайте». Нет, он славный человек и родной прекрасный. Но ты знаешь, Nathalieie, мою любовь к сыну. Я не знаю, чего я не сделала бы для его счастья. А обстоятельства мои до того дурны, – продолжала Анна Михайловна с грустью и понижая голос, – до того дурны, что я теперь в самом ужасном положении. Мой несчастный процесс съедает всё, что я имею, и не подвигается. У меня нет, можешь себе представить, a la lettre [буквально] нет гривенника денег, и я не знаю, на что обмундировать Бориса. – Она вынула платок и заплакала. – Мне нужно пятьсот рублей, а у меня одна двадцатипятирублевая бумажка. Я в таком положении… Одна моя надежда теперь на графа Кирилла Владимировича Безухова. Ежели он не захочет поддержать своего крестника, – ведь он крестил Борю, – и назначить ему что нибудь на содержание, то все мои хлопоты пропадут: мне не на что будет обмундировать его.


Источник — «http://wiki-org.ru/wiki/index.php?title=Чемпионат_Аргентины_по_футболу_2013/2014&oldid=79503183»