Чемпионат Германии по фигурному катанию 2017

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Чемпионат Германии по фигурному катанию 2016
Тип соревнования: национальный чемпионат
Дата: 1617 декабря 2017 года
Сезон: 2016—2017
Место проведения: Берлин
Host: Немецкий союз конькобежцев
Арена: Ледовый дворец Эрики Гесс
Прошлогодние чемпионы
Мужское одиночное катание
Франц Штройбель
Женское одиночное катание
Лютрисия Бок
Парное катание
Алёна Савченко и Бруно Массо
Танцы на льду
Кавита Лоренц и Панагиотис Политцвакис
Соревнования
Предыдущее: Чемпионат Германии 2016
Последующее: Чемпионат Германии 2018

Чемпионат Германии по фигурному катанию 2017 (нем. Deutsche Meisterschaften im Eiskunstlaufen 2017) — соревнование по фигурному катанию среди спортсменов Германии сезона 2016—2017 годов.

Спортсмены будут соревноваться в мужском и женском одиночном катании, парном фигурном катании и в спортивных танцах на льду.

Чемпионат пройдёт в Ледовом дворце имени Эрики Гесс[1] в столице страны Берлине[2] с 16 по 17 декабря 2016 года.

Это тридцать первый чемпионат Германии который будет принимать этот город (учитывая и Западный Берлин). Это является рекордом для немецких городов. Последний раз город принимал чемпионат в 2006 году.

Там же и в то время планируется повести первенство Германии по фигурному катанию среди юниоров.

Напишите отзыв о статье "Чемпионат Германии по фигурному катанию 2017"



Примечания

  1. [www.eissport-berlin.de/cms/termine.html Wettbewerbstermine Saison 2016/2017.]
  2. [www.visitberlin.de/de/event/17-12-2016/deutschen-meisterschaften-im-eiskunstlaufen-2017 Deutschen Meisterschaften im Eiskunstlaufen 2017.]

Ссылки

  • [www.deu-event.de/results/dm2017/index.htm Результаты и время соревнований]
  • [www.deu-event.de/results/dm2017/index.html Результаты чемпионата 2017 года] на сайте немецкого союза конькобежцев

Отрывок, характеризующий Чемпионат Германии по фигурному катанию 2017

В то же мгновение, как он сделал это, все оживление Ростова вдруг исчезло. Офицер упал не столько от удара саблей, который только слегка разрезал ему руку выше локтя, сколько от толчка лошади и от страха. Ростов, сдержав лошадь, отыскивал глазами своего врага, чтобы увидать, кого он победил. Драгунский французский офицер одной ногой прыгал на земле, другой зацепился в стремени. Он, испуганно щурясь, как будто ожидая всякую секунду нового удара, сморщившись, с выражением ужаса взглянул снизу вверх на Ростова. Лицо его, бледное и забрызганное грязью, белокурое, молодое, с дырочкой на подбородке и светлыми голубыми глазами, было самое не для поля сражения, не вражеское лицо, а самое простое комнатное лицо. Еще прежде, чем Ростов решил, что он с ним будет делать, офицер закричал: «Je me rends!» [Сдаюсь!] Он, торопясь, хотел и не мог выпутать из стремени ногу и, не спуская испуганных голубых глаз, смотрел на Ростова. Подскочившие гусары выпростали ему ногу и посадили его на седло. Гусары с разных сторон возились с драгунами: один был ранен, но, с лицом в крови, не давал своей лошади; другой, обняв гусара, сидел на крупе его лошади; третий взлеаал, поддерживаемый гусаром, на его лошадь. Впереди бежала, стреляя, французская пехота. Гусары торопливо поскакали назад с своими пленными. Ростов скакал назад с другими, испытывая какое то неприятное чувство, сжимавшее ему сердце. Что то неясное, запутанное, чего он никак не мог объяснить себе, открылось ему взятием в плен этого офицера и тем ударом, который он нанес ему.
Граф Остерман Толстой встретил возвращавшихся гусар, подозвал Ростова, благодарил его и сказал, что он представит государю о его молодецком поступке и будет просить для него Георгиевский крест. Когда Ростова потребовали к графу Остерману, он, вспомнив о том, что атака его была начата без приказанья, был вполне убежден, что начальник требует его для того, чтобы наказать его за самовольный поступок. Поэтому лестные слова Остермана и обещание награды должны бы были тем радостнее поразить Ростова; но все то же неприятное, неясное чувство нравственно тошнило ему. «Да что бишь меня мучает? – спросил он себя, отъезжая от генерала. – Ильин? Нет, он цел. Осрамился я чем нибудь? Нет. Все не то! – Что то другое мучило его, как раскаяние. – Да, да, этот французский офицер с дырочкой. И я хорошо помню, как рука моя остановилась, когда я поднял ее».