Чемпионат мира по международным шашкам среди женщин 1987

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Чемпионат мира по международным шашкам 1987 года прошёл в августе в Минске, СССР по круговой системе. В нём приняли участие 14 спортсменок из 5 стран. Чемпионкой мира стала представительница СССР Ольга Левина. Второе место также заняла советская спортсменка Елена Альтшуль. Третье место заняла представительница Нидерландов Карен Ван Лит.



Итоговая таблица

Ольга Левина не проиграла ни одной партии, а итальянка Тициана Пиконесе оказалась самой бескомпромиссной — не сделала ни одной ничьей.

Место Участник Страна Звание 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 Очки Победы Ничьи Пораж.
1 Ольга Левина СССР СССР GMIF 1 2 1 1 1 2 2 2 2 2 2 2 2 22 9 4 0
2 Елена Альтшуль СССР СССР GMIF 1 0 2 1 1 2 2 2 2 2 2 2 2 21 9 3 1
3 Карен ван Лит Нидерланды Нидерланды GMIF 0 2 1 1 1 2 2 2 2 2 2 1 2 20 8 4 1
4 Зоя Садовская СССР СССР GMIF 1 0 1 2 2 0 2 2 2 2 2 2 2 20 9 2 2
5 Нина Янковская СССР СССР 1 1 1 0 2 0 1 2 2 2 2 2 2 18 7 4 2
6 Татьяна Тетерина СССР СССР 1 1 1 0 0 1 1 2 2 2 2 2 2 17 6 5 2
7 Лён Оттен Нидерланды Нидерланды MIF 0 0 0 2 2 1 1 0 1 2 2 2 2 15 6 3 4
8 Петра Полман Нидерланды Нидерланды MIF 0 0 0 0 1 1 1 1 2 2 2 2 2 14 5 4 4
9 Ипи Пупьес Нидерланды Нидерланды MFF 0 0 0 0 0 0 2 1 1 1 1 2 2 11 4 3 6
10 Кристина Качмарык Польша Польша 0 0 0 0 0 0 1 0 1 2 0 2 1 7 2 3 8
11 Данута Дебска Польша Польша 0 0 0 0 0 0 0 0 1 0 2 1 2 6 2 2 9
12 Тициана Пиконесе Италия Италия 0 0 0 0 0 0 0 0 0 2 0 2 0 4 2 0 11
13 Лили Карми Израиль Израиль 0 0 1 0 0 0 0 0 0 0 1 0 2 4 1 2 10
14 Эва Минкина Польша Польша 0 0 0 0 0 0 0 0 0 1 0 2 0 3 1 1 13

GMIF — международный гроссмейстер

MIF — международный мастер

MFF — мастер ФМЖД

Напишите отзыв о статье "Чемпионат мира по международным шашкам среди женщин 1987"

Ссылки

  • [www.shashkivsem.ru/zhurnaly-shashki-iz-lichnogo-arxiva Архив журналов «Шашки»/1988 №1]
  • [toernooibase.kndb.nl/opvraag/standen.php?taal=1&kl=29&Id=306&jr=0&afko=&r= Результаты в базе данных Федерации шашек Нидерландов]
  • [www.daminator.eu/2011_women_match/wc_women_history.pdf История и статистика чемпионатов мира среди женщин]

3

Отрывок, характеризующий Чемпионат мира по международным шашкам среди женщин 1987

«Птицы небесные ни сеют, ни жнут, но отец ваш питает их», – сказал он сам себе и хотел то же сказать княжне. «Но нет, они поймут это по своему, они не поймут! Этого они не могут понимать, что все эти чувства, которыми они дорожат, все наши, все эти мысли, которые кажутся нам так важны, что они – не нужны. Мы не можем понимать друг друга». – И он замолчал.

Маленькому сыну князя Андрея было семь лет. Он едва умел читать, он ничего не знал. Он многое пережил после этого дня, приобретая знания, наблюдательность, опытность; но ежели бы он владел тогда всеми этими после приобретенными способностями, он не мог бы лучше, глубже понять все значение той сцены, которую он видел между отцом, княжной Марьей и Наташей, чем он ее понял теперь. Он все понял и, не плача, вышел из комнаты, молча подошел к Наташе, вышедшей за ним, застенчиво взглянул на нее задумчивыми прекрасными глазами; приподнятая румяная верхняя губа его дрогнула, он прислонился к ней головой и заплакал.
С этого дня он избегал Десаля, избегал ласкавшую его графиню и либо сидел один, либо робко подходил к княжне Марье и к Наташе, которую он, казалось, полюбил еще больше своей тетки, и тихо и застенчиво ласкался к ним.
Княжна Марья, выйдя от князя Андрея, поняла вполне все то, что сказало ей лицо Наташи. Она не говорила больше с Наташей о надежде на спасение его жизни. Она чередовалась с нею у его дивана и не плакала больше, но беспрестанно молилась, обращаясь душою к тому вечному, непостижимому, которого присутствие так ощутительно было теперь над умиравшим человеком.


Князь Андрей не только знал, что он умрет, но он чувствовал, что он умирает, что он уже умер наполовину. Он испытывал сознание отчужденности от всего земного и радостной и странной легкости бытия. Он, не торопясь и не тревожась, ожидал того, что предстояло ему. То грозное, вечное, неведомое и далекое, присутствие которого он не переставал ощущать в продолжение всей своей жизни, теперь для него было близкое и – по той странной легкости бытия, которую он испытывал, – почти понятное и ощущаемое.
Прежде он боялся конца. Он два раза испытал это страшное мучительное чувство страха смерти, конца, и теперь уже не понимал его.
Первый раз он испытал это чувство тогда, когда граната волчком вертелась перед ним и он смотрел на жнивье, на кусты, на небо и знал, что перед ним была смерть. Когда он очнулся после раны и в душе его, мгновенно, как бы освобожденный от удерживавшего его гнета жизни, распустился этот цветок любви, вечной, свободной, не зависящей от этой жизни, он уже не боялся смерти и не думал о ней.
Чем больше он, в те часы страдальческого уединения и полубреда, которые он провел после своей раны, вдумывался в новое, открытое ему начало вечной любви, тем более он, сам не чувствуя того, отрекался от земной жизни. Всё, всех любить, всегда жертвовать собой для любви, значило никого не любить, значило не жить этою земною жизнию. И чем больше он проникался этим началом любви, тем больше он отрекался от жизни и тем совершеннее уничтожал ту страшную преграду, которая без любви стоит между жизнью и смертью. Когда он, это первое время, вспоминал о том, что ему надо было умереть, он говорил себе: ну что ж, тем лучше.