Чемпионат мира по фехтованию 2009

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Чемпионат мира по фехтованию 2009 прошёл в турецком городе Анталья с 30 сентября по 8 октября под эгидой Международной федерации фехтования. На турнире было разыграно 12 комплектов наград: в индивидуальном и командном первенствах по фехтованию на шпагах, рапирах и саблях среди мужчин и женщин.





Календарь соревнований

 ●  Церемония открытия  ●  Предварительные раунды  ●  Финалы соревнований  ●  Церемония закрытия
Сентябрь/Октябрь 30 1 2 3 4 5 6 7 8
Церемонии
Индивидуальная рапира 1 1
Индивидуальная шпага 1 1
Индивидуальная сабля 1 1
Командная рапира 1 1
Командная шпага 1 1
Командная сабля 1 1
Медали 2 2 2 2 2 2
Сентябрь/Октябрь 30 1 2 3 4 5 6 7 8

Медали

Общий зачёт

(Жирным выделено самое большое количество медалей в своей категории; принимающая страна также выделена)

Общее количество медалей
Место Страна Золото Серебро Бронза Всего
1 Италия 4 2 3 9
2 Россия 3 1 2 6
3 Германия 1 1 3 5
4 Франция 1 1 2 4
5 Украина 1 1 1 3
6 Румыния 1 1 0 2
7 США 1 0 0 1
8 Венгрия 0 1 3 4
9 Китай 0 1 1 2
Польша 0 1 1 2
10 Канада 0 1 0 1
Южная Корея 0 1 0 1
11 Нидерланды 0 0 1 1
Испания 0 0 1 1
Всего 12 12 18 42

Медалисты

Мужчины

Дисциплина Золото Серебро Бронза
Шпага
Личное первенство
Антон Авдеев
Россия
Маттео Тальяриоль
Италия
Хосе Луис Абахо
Испания
Жером Жанне
Франция
Шпага
Командное первенство
Франция Франция
Готье Грюмье
Жером Жанне
Жан-Мишель Люсене
Ульрик Робейри
Венгрия Венгрия
Габор Бочко
Геза Имре
Андраш Редли
Петер Сомфаи
Польша Польша
Кржиштоф Миколайчак
Томаш Мотвка
Адам Верчох
Радослав Завротняк
Рапира
Личное первенство
Андреа Бальдини
Италия
Чжу Цзюнь
КНР
Петер Йоппих
Германия
Артём Седов
Россия
Рапира
Командное первенство
Италия Италия
Андреа Бальдини
Стефано Баррера
Андреа Кассара
Симоне Ванни
Германия Германия
Петер Йоппих
Беньямин Клейбринк
Доминик Бер
Себастьян Бахман
Россия Россия
Реналь Ганеев
Артём Седов
Алексей Хованский
Александр Стукалин
Сабля
Личное первенство
Николас Лимбах
Германия
Рареш Думитреску
Румыния
Тамаш Дечи
Венгрия
Луиджи Тарантино
Италия
Сабля
Командное первенство
Румыния Румыния
Тибериу Долничану
Рареш Думитреску
Космин Хэнчану
Джелу Флорин Заломир
Италия Италия
Альдо Монтано
Диего Оккьюцци
Джанпьеро Пасторе
Луиджи Тарантино
Венгрия Венгрия
Тамаш Дечи
Николас Илиас
Балаж Лонтай
Арон Силадьи

Женщины

Дисциплина Золото Серебро Бронза
Шпага
Личное первенство
Любовь Шутова
Россия
Шеррейн Шальм
Канада
Соня Толь
Нидерланды
Анфиса Почкалова
Украина
Шпага
Командное первенство
Италия Италия
Кристиана Касчоли
Бьянка Дель Карретто
Натали Моэльхаузен
Франческа Квондамкарло
Польша Польша
Маргожата Береза
Данута Дмовска
Эва Нелип
Магдалена Пекарска
Германия Германия
Имке Дуплитцер
Бритта Хайдеман
Марьяна Маркович
Моника Соцанска
Рапира
Личное первенство
Аида Шанаева
Россия
Чон Хи Сук
Южная Корея
Арианна Эрриго
Италия
Элиза Ди Франчиска
Италия
Рапира
Командное первенство
Италия Италия
Арианна Эрриго
Элиза Ди Франчиска
Маргерита Гранбасси
Валентина Веццали
Россия Россия
Юлия Бирюкова
Камилла Гафурзянова
Лариса Коробейникова
Аида Шанаева
Германия Германия
Мария Бартовски
Каролина Вюц
Аня Шахе
Катя Вёхтер
Сабля
Личное первенство
Мариэль Загунис
США
Ольга Харлан
Украина
Кароль Вернье
Франция
Орсолия Надь
Венгрия
Сабля
Командное первенство
Украина Украина
Ольга Харлан
Елена Хомровая
Галина Пундик
Ольга Жовнир
Франция Франция
Кароль Вернье
Леонор Перрус
Соленн Мари
Сесилия Бердер
КНР КНР
Бао Инин
Чэнь Сяодун
Фэй Ли
Ни Хун

Напишите отзыв о статье "Чемпионат мира по фехтованию 2009"

Ссылки

  • [www.fie.ch/Competitions/Calendar.aspx?results=true Результаты на сайте FIE]  (англ.)

Отрывок, характеризующий Чемпионат мира по фехтованию 2009

– Тогда что? А? – повторил Анатоль с искренним недоумением перед мыслью о будущем. – Тогда что? Там я не знаю что… Ну что глупости говорить! – Он посмотрел на часы. – Пора!
Анатоль пошел в заднюю комнату.
– Ну скоро ли вы? Копаетесь тут! – крикнул он на слуг.
Долохов убрал деньги и крикнув человека, чтобы велеть подать поесть и выпить на дорогу, вошел в ту комнату, где сидели Хвостиков и Макарин.
Анатоль в кабинете лежал, облокотившись на руку, на диване, задумчиво улыбался и что то нежно про себя шептал своим красивым ртом.
– Иди, съешь что нибудь. Ну выпей! – кричал ему из другой комнаты Долохов.
– Не хочу! – ответил Анатоль, всё продолжая улыбаться.
– Иди, Балага приехал.
Анатоль встал и вошел в столовую. Балага был известный троечный ямщик, уже лет шесть знавший Долохова и Анатоля, и служивший им своими тройками. Не раз он, когда полк Анатоля стоял в Твери, с вечера увозил его из Твери, к рассвету доставлял в Москву и увозил на другой день ночью. Не раз он увозил Долохова от погони, не раз он по городу катал их с цыганами и дамочками, как называл Балага. Не раз он с их работой давил по Москве народ и извозчиков, и всегда его выручали его господа, как он называл их. Не одну лошадь он загнал под ними. Не раз он был бит ими, не раз напаивали они его шампанским и мадерой, которую он любил, и не одну штуку он знал за каждым из них, которая обыкновенному человеку давно бы заслужила Сибирь. В кутежах своих они часто зазывали Балагу, заставляли его пить и плясать у цыган, и не одна тысяча их денег перешла через его руки. Служа им, он двадцать раз в году рисковал и своей жизнью и своей шкурой, и на их работе переморил больше лошадей, чем они ему переплатили денег. Но он любил их, любил эту безумную езду, по восемнадцати верст в час, любил перекувырнуть извозчика и раздавить пешехода по Москве, и во весь скок пролететь по московским улицам. Он любил слышать за собой этот дикий крик пьяных голосов: «пошел! пошел!» тогда как уж и так нельзя было ехать шибче; любил вытянуть больно по шее мужика, который и так ни жив, ни мертв сторонился от него. «Настоящие господа!» думал он.
Анатоль и Долохов тоже любили Балагу за его мастерство езды и за то, что он любил то же, что и они. С другими Балага рядился, брал по двадцати пяти рублей за двухчасовое катанье и с другими только изредка ездил сам, а больше посылал своих молодцов. Но с своими господами, как он называл их, он всегда ехал сам и никогда ничего не требовал за свою работу. Только узнав через камердинеров время, когда были деньги, он раз в несколько месяцев приходил поутру, трезвый и, низко кланяясь, просил выручить его. Его всегда сажали господа.
– Уж вы меня вызвольте, батюшка Федор Иваныч или ваше сиятельство, – говорил он. – Обезлошадничал вовсе, на ярманку ехать уж ссудите, что можете.
И Анатоль и Долохов, когда бывали в деньгах, давали ему по тысяче и по две рублей.
Балага был русый, с красным лицом и в особенности красной, толстой шеей, приземистый, курносый мужик, лет двадцати семи, с блестящими маленькими глазами и маленькой бородкой. Он был одет в тонком синем кафтане на шелковой подкладке, надетом на полушубке.
Он перекрестился на передний угол и подошел к Долохову, протягивая черную, небольшую руку.
– Федору Ивановичу! – сказал он, кланяясь.
– Здорово, брат. – Ну вот и он.
– Здравствуй, ваше сиятельство, – сказал он входившему Анатолю и тоже протянул руку.
– Я тебе говорю, Балага, – сказал Анатоль, кладя ему руки на плечи, – любишь ты меня или нет? А? Теперь службу сослужи… На каких приехал? А?
– Как посол приказал, на ваших на зверьях, – сказал Балага.
– Ну, слышишь, Балага! Зарежь всю тройку, а чтобы в три часа приехать. А?
– Как зарежешь, на чем поедем? – сказал Балага, подмигивая.
– Ну, я тебе морду разобью, ты не шути! – вдруг, выкатив глаза, крикнул Анатоль.
– Что ж шутить, – посмеиваясь сказал ямщик. – Разве я для своих господ пожалею? Что мочи скакать будет лошадям, то и ехать будем.
– А! – сказал Анатоль. – Ну садись.
– Что ж, садись! – сказал Долохов.
– Постою, Федор Иванович.
– Садись, врешь, пей, – сказал Анатоль и налил ему большой стакан мадеры. Глаза ямщика засветились на вино. Отказываясь для приличия, он выпил и отерся шелковым красным платком, который лежал у него в шапке.
– Что ж, когда ехать то, ваше сиятельство?
– Да вот… (Анатоль посмотрел на часы) сейчас и ехать. Смотри же, Балага. А? Поспеешь?
– Да как выезд – счастлив ли будет, а то отчего же не поспеть? – сказал Балага. – Доставляли же в Тверь, в семь часов поспевали. Помнишь небось, ваше сиятельство.
– Ты знаешь ли, на Рожество из Твери я раз ехал, – сказал Анатоль с улыбкой воспоминания, обращаясь к Макарину, который во все глаза умиленно смотрел на Курагина. – Ты веришь ли, Макарка, что дух захватывало, как мы летели. Въехали в обоз, через два воза перескочили. А?
– Уж лошади ж были! – продолжал рассказ Балага. – Я тогда молодых пристяжных к каурому запрег, – обратился он к Долохову, – так веришь ли, Федор Иваныч, 60 верст звери летели; держать нельзя, руки закоченели, мороз был. Бросил вожжи, держи, мол, ваше сиятельство, сам, так в сани и повалился. Так ведь не то что погонять, до места держать нельзя. В три часа донесли черти. Издохла левая только.


Анатоль вышел из комнаты и через несколько минут вернулся в подпоясанной серебряным ремнем шубке и собольей шапке, молодцовато надетой на бекрень и очень шедшей к его красивому лицу. Поглядевшись в зеркало и в той самой позе, которую он взял перед зеркалом, став перед Долоховым, он взял стакан вина.
– Ну, Федя, прощай, спасибо за всё, прощай, – сказал Анатоль. – Ну, товарищи, друзья… он задумался… – молодости… моей, прощайте, – обратился он к Макарину и другим.
Несмотря на то, что все они ехали с ним, Анатоль видимо хотел сделать что то трогательное и торжественное из этого обращения к товарищам. Он говорил медленным, громким голосом и выставив грудь покачивал одной ногой. – Все возьмите стаканы; и ты, Балага. Ну, товарищи, друзья молодости моей, покутили мы, пожили, покутили. А? Теперь, когда свидимся? за границу уеду. Пожили, прощай, ребята. За здоровье! Ура!.. – сказал он, выпил свой стакан и хлопнул его об землю.
– Будь здоров, – сказал Балага, тоже выпив свой стакан и обтираясь платком. Макарин со слезами на глазах обнимал Анатоля. – Эх, князь, уж как грустно мне с тобой расстаться, – проговорил он.
– Ехать, ехать! – закричал Анатоль.
Балага было пошел из комнаты.
– Нет, стой, – сказал Анатоль. – Затвори двери, сесть надо. Вот так. – Затворили двери, и все сели.
– Ну, теперь марш, ребята! – сказал Анатоль вставая.
Лакей Joseph подал Анатолю сумку и саблю, и все вышли в переднюю.
– А шуба где? – сказал Долохов. – Эй, Игнатка! Поди к Матрене Матвеевне, спроси шубу, салоп соболий. Я слыхал, как увозят, – сказал Долохов, подмигнув. – Ведь она выскочит ни жива, ни мертва, в чем дома сидела; чуть замешкаешься, тут и слезы, и папаша, и мамаша, и сейчас озябла и назад, – а ты в шубу принимай сразу и неси в сани.
Лакей принес женский лисий салоп.
– Дурак, я тебе сказал соболий. Эй, Матрешка, соболий! – крикнул он так, что далеко по комнатам раздался его голос.
Красивая, худая и бледная цыганка, с блестящими, черными глазами и с черными, курчавыми сизого отлива волосами, в красной шали, выбежала с собольим салопом на руке.
– Что ж, мне не жаль, ты возьми, – сказала она, видимо робея перед своим господином и жалея салопа.
Долохов, не отвечая ей, взял шубу, накинул ее на Матрешу и закутал ее.
– Вот так, – сказал Долохов. – И потом вот так, – сказал он, и поднял ей около головы воротник, оставляя его только перед лицом немного открытым. – Потом вот так, видишь? – и он придвинул голову Анатоля к отверстию, оставленному воротником, из которого виднелась блестящая улыбка Матреши.
– Ну прощай, Матреша, – сказал Анатоль, целуя ее. – Эх, кончена моя гульба здесь! Стешке кланяйся. Ну, прощай! Прощай, Матреша; ты мне пожелай счастья.
– Ну, дай то вам Бог, князь, счастья большого, – сказала Матреша, с своим цыганским акцентом.
У крыльца стояли две тройки, двое молодцов ямщиков держали их. Балага сел на переднюю тройку, и, высоко поднимая локти, неторопливо разобрал вожжи. Анатоль и Долохов сели к нему. Макарин, Хвостиков и лакей сели в другую тройку.
– Готовы, что ль? – спросил Балага.
– Пущай! – крикнул он, заматывая вокруг рук вожжи, и тройка понесла бить вниз по Никитскому бульвару.
– Тпрру! Поди, эй!… Тпрру, – только слышался крик Балаги и молодца, сидевшего на козлах. На Арбатской площади тройка зацепила карету, что то затрещало, послышался крик, и тройка полетела по Арбату.