Шмейхель, Петер

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Петер Шмейхель
Общая информация
Полное имя Петер Болеслав Шмейхель
Прозвища Великий датчанин (англ. Great Dane), Шмайкс (англ. Schmikes)
Родился 18 ноября 1963(1963-11-18) (58 лет)
Гладсаксе, Дания
Гражданство Дания
Рост 193 см
Позиция вратарь
Информация о клубе
Клуб Манчестер Юнайтед
Должность посол клуба
Карьера
Молодёжные клубы
1972—1975 Хёже-Гладсаксе
1975—1981 Гладсаксе
Клубная карьера*
1981—1983 Гладсаксе 46 (-?)
1984—1986 Видовре 76 (-?/6)
1987—1991 Брондбю 119 (-?/2)
1991—1999 Манчестер Юнайтед 292 (−246)
1999—2001 Спортинг 55 (-?)
2001—2002 Астон Вилла 29 (-37/1)
2002—2003 Манчестер Сити 29 (-38)
1981—2003 Всего за карьеру 648 (9)
Национальная сборная**
1984—1986 Дания (до 21) 8 (-?)
1987—2001 Дания 129 (-?/1)
Международные медали
Чемпионаты Европы
Золото Швеция 1992

* Количество игр и голов за профессиональный клуб считается только для различных лиг национальных чемпионатов.

** Количество игр и голов за национальную сборную в официальных матчах.

Пе́тер Боле́слав Шме́йхель (дат. Peter Bolesław Schmeichel; родился 18 ноября 1963 года в Гладсаксе, Дания) — датский футболист польского происхождения, вратарь. Известен своими выступлениями за «Манчестер Юнайтед». Чемпион Европы 1992 года. Отец Каспера Шмейхеля, вратаря английского клуба «Лестер Сити».





Биография

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Ранние годы

Петер Болеслав Шмейхель родился 18 ноября 1963 года в смешанной датско-польской семье (отец — поляк, мать — датчанка). Польское гражданство он имел до семи лет. В детстве увлекался музыкой (как классикой Эдварда Грига, так и глэм-роком), выступал в школьном рок-коллективе и мечтал о музыкальной карьере. Футбол был для него второстепенным хобби: Шмейхель выступал тогда в команде «Гладсаксе». Также он увлекался гандболом. Однако по настоянию тренера той команды Свенде Ааге Хансена он всё-таки выбрал футбольную карьеру.

Клубная карьера

Несмотря на серьёзные финансовые трудности и психологические проблемы, Петер перешёл из «Гладсаксе» сначала в «Видовре», а затем и в «Брондбю». В составе «Видовре» изначально Петер был заявлен как нападающий и даже сумел забить шесть голов, но позднее он переквалифицировался во вратаря. Юным датским дарованием заинтересовались в Англии, и в 1987 году на переговоры с датской командой прибыли представители клуба «Ньюкасл Юнайтед». Впрочем, Петера игроки «сорок» посчитали малоопытным и решили не покупать. Только в 1991 году «Манчестер Юнайтед» всё-таки приобрёл Шмейхеля. По разным данным, стоимость трансфера составляла от 500 до 800 тысяч фунтов стерлингов. Сэр Алекс Фергюсон впоследствии называл этот трансфер «покупкой столетия».

В составе клуба Петер добился грандиозных успехов: в 1994 и 1996 годах в составе «Манчестер Юнайтед» он сделал «золотой дубль», а в 1999 году последовал «требл» — выиграны были Чемпионат Англии, Кубок Англии и Лига чемпионов. За всю свою историю Петер Шмейхель почти ни разу не подвергался критике со стороны тренеров. Его единственный конфликт с Фергюсоном случился в январе 1994 года, когда при счёте 3:0 в свою пользу «Манчестер Юнайтед» умудрился пропустить сразу три мяча от «Ливерпуля». После игры Алекс Фергюсон раскритиковал Шмейхеля, в ответ на что тот даже ответил в более грубой форме. Спустя несколько дней Петер принёс извинения всей команде, и их вскоре принял и Фергюсон.

Петер, несмотря на своё амплуа, не утратил во время карьеры бомбардирские способности. 26 сентября 1995 в рамках первого раунда (или 1/32 финала Кубка УЕФА) «Манчестер Юнайтед» на домашнем поле встречался с российским клубом «Ротор» из Волгограда. Это была ответная игра за право пройти в следующий раунд. Манкунианцы проигрывали со счётом 1:2 к концу встречи, однако в конце матча судья назначил угловой удар. Прибежавший в штрафную Петер Шмейхель сумел с подачи Райана Гиггза переправить мяч в ворота волгоградского клуба. По сумме двух встреч «Ротор» всё же прошёл дальше, однако этот гол стал одним из самых известных голов в истории «МЮ».

Высшим достижением в составе «красных дьяволов» у Шмейхеля была победа в финальном матче Лиги чемпионов 1999 против мюнхенской «Баварии». Петер, несмотря на пропущенный быстрый гол, несколько раз выручал свою команду, а на последних минутах встречи даже вбежал в штрафную площадь противника и своими действиями помог сравнять счёт, что в конечном итоге принесло победу манкунианцам. После игры Петер Шмейхель и сэр Алекс Фергюсон вместе подняли Кубок Лиги Чемпионов.

По окончании сезона 1998/1999 Петер, которому было уже 36 лет, покинул команду, несмотря на уговоры болельщиков и игроков. Высокая динамика английской игры вкупе с вечно перегруженным календарём «Манчестер Юнайтед» склонила Петера в пользу переезда в теплые и более спокойные края. С лиссабонским «Спортингом» он выиграл чемпионат Португалии, прервав трехлетнее доминирование «Порту», но затем неожиданно вернулся в Англию, чтобы провести ещё два сезона в составах «Астон Виллы» и «Манчестер Сити». В составе «Астон Виллы» Петер оформил ещё одно историческое достижение, став первым вратарём АПЛ, забившим гол в чемпионате. Карьеру завершил в 2003 году.

В сборной

В сборной он играл с 1987 по 2001 годы, проведя итого в её составе 129 игр и забив один гол. Высшим достижением в составе датской сборной для Петера стала победа на чемпионате Европы 1992 года в Швеции. Сборная Дании попала туда только потому, что прошедшая квалификацию сборная Югославии была дисквалифицирована по политическим причинам. Датчане выиграли чемпионат, обойдя в группе сильные сборные Англии и Франции и пройдя в плей-офф вместе со Швецией. В полуфинале датчане по пенальти обыграли голландцев, причём Шмейхель сумел парировать удар Марко ван Бастена, а в финале они не оставили шансов немцам. Победа принесла Петеру не только титул чемпиона Европы, но и титул лучшего вратаря в мире, который доставался ему трижды от МФФИИС. На чемпионатах мира Петер блеснул всего один раз: в 1998 году команда Дании вышла в 1/4 финала, что и по сей день считается её высшим достижением. Также в активе Петера есть Кубок короля Фахда 1995 года — предшественник Кубка Конфедераций.

Стиль игры

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Гандбольные навыки, которые Петер приобрёл ещё в детстве, не раз помогали ему во время матчей, а его сильный голос даже позволял защите играть уверенней и корректней. Часто Петер во время игры использовал популярный среди вратарей приём — он максимально широко расставлял в стороны ноги и руки для блокировки удара, что помогало ему доставать «мёртвые» удары соперников.

Личная жизнь

Шмейхель женат на дочери своего первого тренера Хансена, которую зовут Берта. Известно, что по окончании одного из матчей в составе «Гладсаксе», который Шмейхель провел превосходно и почти в одиночку спас команду от вылета, на поле выбежала Берта и с объятиями набросилась на Петера. Сын Петера Каспер — также профессиональный футболист, причём выступает он также на вратарской позиции. Каспер благодаря своей игре был включён в состав сборной Дании на Евро-2012.

Петер после окончания футбольной карьеры стал работать на телевидении. Так, в 2007 году он стал ведущим шоу «Один против всех», в 2008 году снимался в телепрограмме «Грязная работёнка» для канала Discovery[1], а в 2010 году даже стал ведущим датской версии легендарного шоу «Форт Боярд». Также он часто принимает участие в телепрограммах британского канала BBC. 2 декабря 2011 года Петер принял участие в жеребьёвке группового этапа Евро-2012.

Очень часто болельщики «Манчестер Юнайтед» называют Петера Шмейхеля наравне с Эдвином ван дер Саром одними из лучших игроков клуба и даже вступают в крупную полемику по поводу того, кого из этих вратарей действительно стоит считать величайшим[2].

Командные достижения

Брондбю

Итого: 5 трофеев

Манчестер Юнайтед

Итого: 15 трофеев

Спортинг

Итого: 2 трофея

Астон Вилла

Итого: 1 трофей

Сборная Дании

Итого: 1 трофей

Всего за карьеру: 24 трофея

Личные достижения

Статистика выступлений

Клубная карьера

Клубная карьера
Клуб Сезон Лига Национальные кубки[3] Еврокубки[4] Прочие[5] Итого
Игры Голы Игры Голы Игры Голы Игры Голы Игры Голы
Видовре 1984 20 0 ? 0 0 0 0 0 20 0
1985 28 6 ? 0 0 0 0 0 28 6
1986 30 0 ? 0 0 0 0 0 30 0
Итого 78 6 ? 0 0 0 0 0 78+ 6
Брондбю 1987 23 2 ? 0 2 0 0 0 25 2
1988 26 0 ? 0 4 0 0 0 30 0
1989 26 0 ? 0 2 0 0 0 28 0
1990 26 0 ? 0 2 0 0 0 28 0
1991 18 0 ? 0 10 0 0 0 28 0
Итого 119 2 ? 0 20 0 0 0 139+ 2
Манчестер Юнайтед 1991/92 40 0 9 0 4 0 0 0 53 0
1992/93 42 0 5 0 1 0 0 0 48 0
1993/94 40 0 15 0 4 0 1 0 60 0
1994/95 32 0 7 0 3 0 1 0 43 0
1995/96 36 0 7 0 2 1 0 0 45 1
1996/97 36 0 3 0 9 0 1 0 49 0
1997/98 32 0 4 0 7 0 1 0 44 0
1998/99 34 0 8 0 13 0 1 0 56 0
Итого 292 0 58 0 43 1 5 0 398 1
Спортинг 1999/00 28 0 2 0 2 0 0 0 32 0
2000/01 27 0 0 0 4 0 3 0 34 0
Итого 55 0 2 0 6 0 3 0 66 0
Астон Вилла 2001/02 29 1 3 0 4 0 0 0 36 1
Итого 29 1 3 0 4 0 0 0 36 1
Манчестер Сити 2002/03 29 0 2 0 0 0 0 0 31 0
Итого 29 0 2 0 0 0 0 0 31 0
Всего за карьеру 602 9 65+ 0 73 1 8 0 748+ 10

Выступления за сборную

Выступления за сборную
Сборная Год Отборочные матчи ЧМ Финальные матчи ЧМ Отборочные матчи ЧЕ Финальные матчи ЧЕ Товарищеские матчи Итого
Игры Голы Игры Голы Игры Голы Игры Голы Игры Голы Игры Голы
Дания 1987 - - - - - - - - 5 0 5 0
1988 2 0 - - - - 2 0 7 0 11 0
1989 4 0 - - - - - - 8 0 12 0
1990 - - - - 3 0 - - 7 0 10 0
1991 - - - - 5 0 - - 2 0 7 0
1992 4 0 - - - - 5 0 3 0 12 0
1993 8 0 - - - - - - 1 0 9 0
1994 - - - - 3 0 - - 4 0 7 0
1995 - - - - 7 0 - - 1 0 8 0
1996 2 0 - - - - 3 0 5 0 10 0
1997 6 0 - - - - - - 0 0 6 0
1998 - - 5 0 1 0 - - 4 0 10 0
1999 - - - - 7 0 - - 4 0 11 0
2000 3 0 - - - - 3 0 4 1 10 1
2001 - - - - - - - - 1 0 1 0
Всего за карьеру 29 0 5 0 26 0 13 0 56 1 129 1

Напишите отзыв о статье "Шмейхель, Петер"

Примечания

  1. [press.discovery.com/asia-pacific/dsc/programs/dirty-jobs-peter-schmeichel/ На сайте телеканала Discovery]
  2. [news.sportbox.ru/Vidy_sporta/Futbol/Liga_Chempionov/spbnews_Edvin-Van-der-Sar-Blednaya-tochka-vmesto-vosklicatelinogo Эдвин Ван дер Сар. Бледная точка вместо восклицательного знака — SportBox.ru]
  3. Кубок Англии, Кубок Футбольной лиги Англии, Кубок Португалии.
  4. Лига чемпионов УЕФА, Кубок УЕФА, Кубок Интертото.
  5. Суперкубок Англии, Суперкубок Португалии.

Литература

  • Schmeichel, Peter (2000) [1999]. Schmeichel: The Autobiography (2nd edition ed.). London: Virgin Publishing. ISBN 0-7535-0444-8.

Ссылки

  • [www.national-football-teams.com/v2/player.php?id=14375 Статистика на сайте National Football Teams(англ.)
  • [www.soccerbase.com/players/player.sd?player_id=7082 Профиль на soccerbase.com]  (англ.)
  • [football.ua/unicredit-top50/news/163847.html Великий датчанин: Петер Шмейхель]


Отрывок, характеризующий Шмейхель, Петер

Действительно, на месте Сони сидела только что неслышными шагами вошедшая Наташа.
С тех пор как она стала ходить за ним, он всегда испытывал это физическое ощущение ее близости. Она сидела на кресле, боком к нему, заслоняя собой от него свет свечи, и вязала чулок. (Она выучилась вязать чулки с тех пор, как раз князь Андрей сказал ей, что никто так не умеет ходить за больными, как старые няни, которые вяжут чулки, и что в вязании чулка есть что то успокоительное.) Тонкие пальцы ее быстро перебирали изредка сталкивающиеся спицы, и задумчивый профиль ее опущенного лица был ясно виден ему. Она сделала движенье – клубок скатился с ее колен. Она вздрогнула, оглянулась на него и, заслоняя свечу рукой, осторожным, гибким и точным движением изогнулась, подняла клубок и села в прежнее положение.
Он смотрел на нее, не шевелясь, и видел, что ей нужно было после своего движения вздохнуть во всю грудь, но она не решалась этого сделать и осторожно переводила дыханье.
В Троицкой лавре они говорили о прошедшем, и он сказал ей, что, ежели бы он был жив, он бы благодарил вечно бога за свою рану, которая свела его опять с нею; но с тех пор они никогда не говорили о будущем.
«Могло или не могло это быть? – думал он теперь, глядя на нее и прислушиваясь к легкому стальному звуку спиц. – Неужели только затем так странно свела меня с нею судьба, чтобы мне умереть?.. Неужели мне открылась истина жизни только для того, чтобы я жил во лжи? Я люблю ее больше всего в мире. Но что же делать мне, ежели я люблю ее?» – сказал он, и он вдруг невольно застонал, по привычке, которую он приобрел во время своих страданий.
Услыхав этот звук, Наташа положила чулок, перегнулась ближе к нему и вдруг, заметив его светящиеся глаза, подошла к нему легким шагом и нагнулась.
– Вы не спите?
– Нет, я давно смотрю на вас; я почувствовал, когда вы вошли. Никто, как вы, но дает мне той мягкой тишины… того света. Мне так и хочется плакать от радости.
Наташа ближе придвинулась к нему. Лицо ее сияло восторженною радостью.
– Наташа, я слишком люблю вас. Больше всего на свете.
– А я? – Она отвернулась на мгновение. – Отчего же слишком? – сказала она.
– Отчего слишком?.. Ну, как вы думаете, как вы чувствуете по душе, по всей душе, буду я жив? Как вам кажется?
– Я уверена, я уверена! – почти вскрикнула Наташа, страстным движением взяв его за обе руки.
Он помолчал.
– Как бы хорошо! – И, взяв ее руку, он поцеловал ее.
Наташа была счастлива и взволнована; и тотчас же она вспомнила, что этого нельзя, что ему нужно спокойствие.
– Однако вы не спали, – сказала она, подавляя свою радость. – Постарайтесь заснуть… пожалуйста.
Он выпустил, пожав ее, ее руку, она перешла к свече и опять села в прежнее положение. Два раза она оглянулась на него, глаза его светились ей навстречу. Она задала себе урок на чулке и сказала себе, что до тех пор она не оглянется, пока не кончит его.
Действительно, скоро после этого он закрыл глаза и заснул. Он спал недолго и вдруг в холодном поту тревожно проснулся.
Засыпая, он думал все о том же, о чем он думал все ото время, – о жизни и смерти. И больше о смерти. Он чувствовал себя ближе к ней.
«Любовь? Что такое любовь? – думал он. – Любовь мешает смерти. Любовь есть жизнь. Все, все, что я понимаю, я понимаю только потому, что люблю. Все есть, все существует только потому, что я люблю. Все связано одною ею. Любовь есть бог, и умереть – значит мне, частице любви, вернуться к общему и вечному источнику». Мысли эти показались ему утешительны. Но это были только мысли. Чего то недоставало в них, что то было односторонне личное, умственное – не было очевидности. И было то же беспокойство и неясность. Он заснул.
Он видел во сне, что он лежит в той же комнате, в которой он лежал в действительности, но что он не ранен, а здоров. Много разных лиц, ничтожных, равнодушных, являются перед князем Андреем. Он говорит с ними, спорит о чем то ненужном. Они сбираются ехать куда то. Князь Андрей смутно припоминает, что все это ничтожно и что у него есть другие, важнейшие заботы, но продолжает говорить, удивляя их, какие то пустые, остроумные слова. Понемногу, незаметно все эти лица начинают исчезать, и все заменяется одним вопросом о затворенной двери. Он встает и идет к двери, чтобы задвинуть задвижку и запереть ее. Оттого, что он успеет или не успеет запереть ее, зависит все. Он идет, спешит, ноги его не двигаются, и он знает, что не успеет запереть дверь, но все таки болезненно напрягает все свои силы. И мучительный страх охватывает его. И этот страх есть страх смерти: за дверью стоит оно. Но в то же время как он бессильно неловко подползает к двери, это что то ужасное, с другой стороны уже, надавливая, ломится в нее. Что то не человеческое – смерть – ломится в дверь, и надо удержать ее. Он ухватывается за дверь, напрягает последние усилия – запереть уже нельзя – хоть удержать ее; но силы его слабы, неловки, и, надавливаемая ужасным, дверь отворяется и опять затворяется.
Еще раз оно надавило оттуда. Последние, сверхъестественные усилия тщетны, и обе половинки отворились беззвучно. Оно вошло, и оно есть смерть. И князь Андрей умер.
Но в то же мгновение, как он умер, князь Андрей вспомнил, что он спит, и в то же мгновение, как он умер, он, сделав над собою усилие, проснулся.
«Да, это была смерть. Я умер – я проснулся. Да, смерть – пробуждение!» – вдруг просветлело в его душе, и завеса, скрывавшая до сих пор неведомое, была приподнята перед его душевным взором. Он почувствовал как бы освобождение прежде связанной в нем силы и ту странную легкость, которая с тех пор не оставляла его.
Когда он, очнувшись в холодном поту, зашевелился на диване, Наташа подошла к нему и спросила, что с ним. Он не ответил ей и, не понимая ее, посмотрел на нее странным взглядом.
Это то было то, что случилось с ним за два дня до приезда княжны Марьи. С этого же дня, как говорил доктор, изнурительная лихорадка приняла дурной характер, но Наташа не интересовалась тем, что говорил доктор: она видела эти страшные, более для нее несомненные, нравственные признаки.
С этого дня началось для князя Андрея вместе с пробуждением от сна – пробуждение от жизни. И относительно продолжительности жизни оно не казалось ему более медленно, чем пробуждение от сна относительно продолжительности сновидения.

Ничего не было страшного и резкого в этом, относительно медленном, пробуждении.
Последние дни и часы его прошли обыкновенно и просто. И княжна Марья и Наташа, не отходившие от него, чувствовали это. Они не плакали, не содрогались и последнее время, сами чувствуя это, ходили уже не за ним (его уже не было, он ушел от них), а за самым близким воспоминанием о нем – за его телом. Чувства обеих были так сильны, что на них не действовала внешняя, страшная сторона смерти, и они не находили нужным растравлять свое горе. Они не плакали ни при нем, ни без него, но и никогда не говорили про него между собой. Они чувствовали, что не могли выразить словами того, что они понимали.
Они обе видели, как он глубже и глубже, медленно и спокойно, опускался от них куда то туда, и обе знали, что это так должно быть и что это хорошо.
Его исповедовали, причастили; все приходили к нему прощаться. Когда ему привели сына, он приложил к нему свои губы и отвернулся, не потому, чтобы ему было тяжело или жалко (княжна Марья и Наташа понимали это), но только потому, что он полагал, что это все, что от него требовали; но когда ему сказали, чтобы он благословил его, он исполнил требуемое и оглянулся, как будто спрашивая, не нужно ли еще что нибудь сделать.
Когда происходили последние содрогания тела, оставляемого духом, княжна Марья и Наташа были тут.
– Кончилось?! – сказала княжна Марья, после того как тело его уже несколько минут неподвижно, холодея, лежало перед ними. Наташа подошла, взглянула в мертвые глаза и поспешила закрыть их. Она закрыла их и не поцеловала их, а приложилась к тому, что было ближайшим воспоминанием о нем.
«Куда он ушел? Где он теперь?..»

Когда одетое, обмытое тело лежало в гробу на столе, все подходили к нему прощаться, и все плакали.
Николушка плакал от страдальческого недоумения, разрывавшего его сердце. Графиня и Соня плакали от жалости к Наташе и о том, что его нет больше. Старый граф плакал о том, что скоро, он чувствовал, и ему предстояло сделать тот же страшный шаг.
Наташа и княжна Марья плакали тоже теперь, но они плакали не от своего личного горя; они плакали от благоговейного умиления, охватившего их души перед сознанием простого и торжественного таинства смерти, совершившегося перед ними.



Для человеческого ума недоступна совокупность причин явлений. Но потребность отыскивать причины вложена в душу человека. И человеческий ум, не вникнувши в бесчисленность и сложность условий явлений, из которых каждое отдельно может представляться причиною, хватается за первое, самое понятное сближение и говорит: вот причина. В исторических событиях (где предметом наблюдения суть действия людей) самым первобытным сближением представляется воля богов, потом воля тех людей, которые стоят на самом видном историческом месте, – исторических героев. Но стоит только вникнуть в сущность каждого исторического события, то есть в деятельность всей массы людей, участвовавших в событии, чтобы убедиться, что воля исторического героя не только не руководит действиями масс, но сама постоянно руководима. Казалось бы, все равно понимать значение исторического события так или иначе. Но между человеком, который говорит, что народы Запада пошли на Восток, потому что Наполеон захотел этого, и человеком, который говорит, что это совершилось, потому что должно было совершиться, существует то же различие, которое существовало между людьми, утверждавшими, что земля стоит твердо и планеты движутся вокруг нее, и теми, которые говорили, что они не знают, на чем держится земля, но знают, что есть законы, управляющие движением и ее, и других планет. Причин исторического события – нет и не может быть, кроме единственной причины всех причин. Но есть законы, управляющие событиями, отчасти неизвестные, отчасти нащупываемые нами. Открытие этих законов возможно только тогда, когда мы вполне отрешимся от отыскиванья причин в воле одного человека, точно так же, как открытие законов движения планет стало возможно только тогда, когда люди отрешились от представления утвержденности земли.

После Бородинского сражения, занятия неприятелем Москвы и сожжения ее, важнейшим эпизодом войны 1812 года историки признают движение русской армии с Рязанской на Калужскую дорогу и к Тарутинскому лагерю – так называемый фланговый марш за Красной Пахрой. Историки приписывают славу этого гениального подвига различным лицам и спорят о том, кому, собственно, она принадлежит. Даже иностранные, даже французские историки признают гениальность русских полководцев, говоря об этом фланговом марше. Но почему военные писатели, а за ними и все, полагают, что этот фланговый марш есть весьма глубокомысленное изобретение какого нибудь одного лица, спасшее Россию и погубившее Наполеона, – весьма трудно понять. Во первых, трудно понять, в чем состоит глубокомыслие и гениальность этого движения; ибо для того, чтобы догадаться, что самое лучшее положение армии (когда ее не атакуют) находиться там, где больше продовольствия, – не нужно большого умственного напряжения. И каждый, даже глупый тринадцатилетний мальчик, без труда мог догадаться, что в 1812 году самое выгодное положение армии, после отступления от Москвы, было на Калужской дороге. Итак, нельзя понять, во первых, какими умозаключениями доходят историки до того, чтобы видеть что то глубокомысленное в этом маневре. Во вторых, еще труднее понять, в чем именно историки видят спасительность этого маневра для русских и пагубность его для французов; ибо фланговый марш этот, при других, предшествующих, сопутствовавших и последовавших обстоятельствах, мог быть пагубным для русского и спасительным для французского войска. Если с того времени, как совершилось это движение, положение русского войска стало улучшаться, то из этого никак не следует, чтобы это движение было тому причиною.
Этот фланговый марш не только не мог бы принести какие нибудь выгоды, но мог бы погубить русскую армию, ежели бы при том не было совпадения других условий. Что бы было, если бы не сгорела Москва? Если бы Мюрат не потерял из виду русских? Если бы Наполеон не находился в бездействии? Если бы под Красной Пахрой русская армия, по совету Бенигсена и Барклая, дала бы сражение? Что бы было, если бы французы атаковали русских, когда они шли за Пахрой? Что бы было, если бы впоследствии Наполеон, подойдя к Тарутину, атаковал бы русских хотя бы с одной десятой долей той энергии, с которой он атаковал в Смоленске? Что бы было, если бы французы пошли на Петербург?.. При всех этих предположениях спасительность флангового марша могла перейти в пагубность.
В третьих, и самое непонятное, состоит в том, что люди, изучающие историю, умышленно не хотят видеть того, что фланговый марш нельзя приписывать никакому одному человеку, что никто никогда его не предвидел, что маневр этот, точно так же как и отступление в Филях, в настоящем никогда никому не представлялся в его цельности, а шаг за шагом, событие за событием, мгновение за мгновением вытекал из бесчисленного количества самых разнообразных условий, и только тогда представился во всей своей цельности, когда он совершился и стал прошедшим.
На совете в Филях у русского начальства преобладающею мыслью было само собой разумевшееся отступление по прямому направлению назад, то есть по Нижегородской дороге. Доказательствами тому служит то, что большинство голосов на совете было подано в этом смысле, и, главное, известный разговор после совета главнокомандующего с Ланским, заведовавшим провиантскою частью. Ланской донес главнокомандующему, что продовольствие для армии собрано преимущественно по Оке, в Тульской и Калужской губерниях и что в случае отступления на Нижний запасы провианта будут отделены от армии большою рекою Окой, через которую перевоз в первозимье бывает невозможен. Это был первый признак необходимости уклонения от прежде представлявшегося самым естественным прямого направления на Нижний. Армия подержалась южнее, по Рязанской дороге, и ближе к запасам. Впоследствии бездействие французов, потерявших даже из виду русскую армию, заботы о защите Тульского завода и, главное, выгоды приближения к своим запасам заставили армию отклониться еще южнее, на Тульскую дорогу. Перейдя отчаянным движением за Пахрой на Тульскую дорогу, военачальники русской армии думали оставаться у Подольска, и не было мысли о Тарутинской позиции; но бесчисленное количество обстоятельств и появление опять французских войск, прежде потерявших из виду русских, и проекты сражения, и, главное, обилие провианта в Калуге заставили нашу армию еще более отклониться к югу и перейти в середину путей своего продовольствия, с Тульской на Калужскую дорогу, к Тарутину. Точно так же, как нельзя отвечать на тот вопрос, когда оставлена была Москва, нельзя отвечать и на то, когда именно и кем решено было перейти к Тарутину. Только тогда, когда войска пришли уже к Тарутину вследствие бесчисленных дифференциальных сил, тогда только стали люди уверять себя, что они этого хотели и давно предвидели.


Знаменитый фланговый марш состоял только в том, что русское войско, отступая все прямо назад по обратному направлению наступления, после того как наступление французов прекратилось, отклонилось от принятого сначала прямого направления и, не видя за собой преследования, естественно подалось в ту сторону, куда его влекло обилие продовольствия.
Если бы представить себе не гениальных полководцев во главе русской армии, но просто одну армию без начальников, то и эта армия не могла бы сделать ничего другого, кроме обратного движения к Москве, описывая дугу с той стороны, с которой было больше продовольствия и край был обильнее.
Передвижение это с Нижегородской на Рязанскую, Тульскую и Калужскую дороги было до такой степени естественно, что в этом самом направлении отбегали мародеры русской армии и что в этом самом направлении требовалось из Петербурга, чтобы Кутузов перевел свою армию. В Тарутине Кутузов получил почти выговор от государя за то, что он отвел армию на Рязанскую дорогу, и ему указывалось то самое положение против Калуги, в котором он уже находился в то время, как получил письмо государя.
Откатывавшийся по направлению толчка, данного ему во время всей кампании и в Бородинском сражении, шар русского войска, при уничтожении силы толчка и не получая новых толчков, принял то положение, которое было ему естественно.
Заслуга Кутузова не состояла в каком нибудь гениальном, как это называют, стратегическом маневре, а в том, что он один понимал значение совершавшегося события. Он один понимал уже тогда значение бездействия французской армии, он один продолжал утверждать, что Бородинское сражение была победа; он один – тот, который, казалось бы, по своему положению главнокомандующего, должен был быть вызываем к наступлению, – он один все силы свои употреблял на то, чтобы удержать русскую армию от бесполезных сражений.
Подбитый зверь под Бородиным лежал там где то, где его оставил отбежавший охотник; но жив ли, силен ли он был, или он только притаился, охотник не знал этого. Вдруг послышался стон этого зверя.
Стон этого раненого зверя, французской армии, обличивший ее погибель, была присылка Лористона в лагерь Кутузова с просьбой о мире.
Наполеон с своей уверенностью в том, что не то хорошо, что хорошо, а то хорошо, что ему пришло в голову, написал Кутузову слова, первые пришедшие ему в голову и не имеющие никакого смысла. Он писал:

«Monsieur le prince Koutouzov, – писал он, – j'envoie pres de vous un de mes aides de camps generaux pour vous entretenir de plusieurs objets interessants. Je desire que Votre Altesse ajoute foi a ce qu'il lui dira, surtout lorsqu'il exprimera les sentiments d'estime et de particuliere consideration que j'ai depuis longtemps pour sa personne… Cette lettre n'etant a autre fin, je prie Dieu, Monsieur le prince Koutouzov, qu'il vous ait en sa sainte et digne garde,