Шюттпельц, Барбара

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Барбара Шюттпельц
Личная информация
Гражданство

Германия Германия

Специализация

байдарка, 500 м

Дата рождения

9 сентября 1956(1956-09-09) (67 лет)

Место рождения

Эмсдеттен, ФРГ

Рост

173 см

Вес

59 кг

Ба́рбара Ле́ве-По́льман-Шю́ттпельц (нем. Barbara Lewe-Pohlmann-Schüttpelz; 9 сентября 1956, Эмсдеттен) — немецкая гребчиха-байдарочница, выступала за сборную ФРГ во второй половине 1970-х — первой половине 1980-х годов. Серебряная и бронзовая призёрша летних Олимпийских игр в Лос-Анджелесе, победительница регат национального и международного значения.



Биография

Барбара Шюттпельц родилась 9 сентября 1956 года в городе Эмсдеттене. Активно заниматься греблей на байдарках начала в раннем детстве, проходила подготовку в одном из каноэ-клубов Эссена.

Первого серьёзного успеха на международном уровне добилась в 1973 году, когда в зачёте четырёхместных экипажей выиграла бронзовую медаль на юниорском чемпионате мира. Год спустя дебютировала на взрослом мировом первенстве, на соревнованиях в Мехико показала шестой результат в двойках и пятый в четвёрках. Ещё через год на аналогичных соревнованиях в югославском Белграде стала пятой среди двоек и шестой среди четвёрок.

Благодаря череде удачных выступлений удостоилась права защищать честь страны на летних Олимпийских играх 1976 года в Монреале — в паре с Хайдерозой Валльбаум финишировала в двойках на пятистах метрах пятой.

На чемпионатах мира 1978 и 1979 годов Шюттпельц дважды подряд занимала четвёртые места в зачёте одиночных байдарок, тогда как на мировом первенстве 1983 года в финском Тампере была восьмой в двойках. Будучи в числе лидеров немецкой гребной команды, благополучно прошла квалификацию на Олимпийские игры 1984 года в Лос-Анджелесе, где завоевала серебряную медаль в одиночной программе, вместе с напарницей Йозефой Идем взяла бронзу в парной программе, а также пришла к финишу пятой в программе четвёрок. Вскоре после этой Олимпиады приняла решение завершить карьеру профессиональной спортсменки — последний раз показала сколько-нибудь значимый результат в 1985 году, когда в очередной раз стала чемпионкой Германии.

Была замужем за немецким каноистом Детлефом Леве, трёхкратным чемпионом мира, серебряным и бронзовым призёром Олимпийских игр.

Напишите отзыв о статье "Шюттпельц, Барбара"

Ссылки

  • [www.sports-reference.com/olympics/athletes/le/barbara-lewe-pohlmann-schuttpelz-1.html Барбара Шюттпельц] — олимпийская статистика на сайте Sports-Reference.com (англ.)
  • [www.canoeresults.eu/medals?year=&name=schuttpelz Барбара Шюттпельц] — медали на крупнейших международных соревнованиях
  • [web.archive.org/web/20100105013709/www.canoeicf.com/site/canoeint/if/downloads/result/Pages%201-41%20from%20Medal%20Winners%20ICF%20updated%202007-2.pdf?MenuID=Results%2F1107%2F0%2CMedal_winners_since_1936%2F1510%2F0 Списки чемпионов и призёров по гребле на байдарках и каноэ (1936—2007)]  (англ.)

Отрывок, характеризующий Шюттпельц, Барбара

– Дай ка сюда это письмо, – сказал Кутузов, обращаясь к князю Андрею. – Вот изволите видеть. – И Кутузов, с насмешливою улыбкой на концах губ, прочел по немецки австрийскому генералу следующее место из письма эрцгерцога Фердинанда: «Wir haben vollkommen zusammengehaltene Krafte, nahe an 70 000 Mann, um den Feind, wenn er den Lech passirte, angreifen und schlagen zu konnen. Wir konnen, da wir Meister von Ulm sind, den Vortheil, auch von beiden Uferien der Donau Meister zu bleiben, nicht verlieren; mithin auch jeden Augenblick, wenn der Feind den Lech nicht passirte, die Donau ubersetzen, uns auf seine Communikations Linie werfen, die Donau unterhalb repassiren und dem Feinde, wenn er sich gegen unsere treue Allirte mit ganzer Macht wenden wollte, seine Absicht alabald vereitelien. Wir werden auf solche Weise den Zeitpunkt, wo die Kaiserlich Ruseische Armee ausgerustet sein wird, muthig entgegenharren, und sodann leicht gemeinschaftlich die Moglichkeit finden, dem Feinde das Schicksal zuzubereiten, so er verdient». [Мы имеем вполне сосредоточенные силы, около 70 000 человек, так что мы можем атаковать и разбить неприятеля в случае переправы его через Лех. Так как мы уже владеем Ульмом, то мы можем удерживать за собою выгоду командования обоими берегами Дуная, стало быть, ежеминутно, в случае если неприятель не перейдет через Лех, переправиться через Дунай, броситься на его коммуникационную линию, ниже перейти обратно Дунай и неприятелю, если он вздумает обратить всю свою силу на наших верных союзников, не дать исполнить его намерение. Таким образом мы будем бодро ожидать времени, когда императорская российская армия совсем изготовится, и затем вместе легко найдем возможность уготовить неприятелю участь, коей он заслуживает».]
Кутузов тяжело вздохнул, окончив этот период, и внимательно и ласково посмотрел на члена гофкригсрата.
– Но вы знаете, ваше превосходительство, мудрое правило, предписывающее предполагать худшее, – сказал австрийский генерал, видимо желая покончить с шутками и приступить к делу.
Он невольно оглянулся на адъютанта.
– Извините, генерал, – перебил его Кутузов и тоже поворотился к князю Андрею. – Вот что, мой любезный, возьми ты все донесения от наших лазутчиков у Козловского. Вот два письма от графа Ностица, вот письмо от его высочества эрцгерцога Фердинанда, вот еще, – сказал он, подавая ему несколько бумаг. – И из всего этого чистенько, на французском языке, составь mеmorandum, записочку, для видимости всех тех известий, которые мы о действиях австрийской армии имели. Ну, так то, и представь его превосходительству.
Князь Андрей наклонил голову в знак того, что понял с первых слов не только то, что было сказано, но и то, что желал бы сказать ему Кутузов. Он собрал бумаги, и, отдав общий поклон, тихо шагая по ковру, вышел в приемную.
Несмотря на то, что еще не много времени прошло с тех пор, как князь Андрей оставил Россию, он много изменился за это время. В выражении его лица, в движениях, в походке почти не было заметно прежнего притворства, усталости и лени; он имел вид человека, не имеющего времени думать о впечатлении, какое он производит на других, и занятого делом приятным и интересным. Лицо его выражало больше довольства собой и окружающими; улыбка и взгляд его были веселее и привлекательнее.
Кутузов, которого он догнал еще в Польше, принял его очень ласково, обещал ему не забывать его, отличал от других адъютантов, брал с собою в Вену и давал более серьезные поручения. Из Вены Кутузов писал своему старому товарищу, отцу князя Андрея: