5Э92б

Поделись знанием:
(перенаправлено с «ЭВМ 5Э92б»)
Перейти к: навигация, поиск

ЭВМ 5Э92б — специализированная электронная вычислительная машина, модернизированная версия 5Э92, продолжение линии М-50. В отличие от предшественников, полностью полупроводниковая (первая полностью полупроводниковая ЭВМ в СССР), с развитой системой самодиагностики. Разрабатывалась в 19601961 годах в Институте точной механики и вычислительной техники (ИТМиВТ) АН СССР[1], межведомственные испытания проведены в 1964 году. Производилась серийно с 1966 года[2][3] на Загорском электромеханическом заводе (ЗЭМЗ, Сергиев Посад), использовалась в первую очередь для построения вычислительных комплексов системы ПРО А-35[1] и системы контроля космического пространства. В 1967 году был разработан модернизированный вариант, 5Э51.[3]





Войсковое применение

ЭВМ 5Э92б составляла основу Главного командно-вычислительного центра (ГКВЦ) системы противоракетной обороны Советского Союза. С него осуществлялось управление боевой работой. Машины обслуживались боевым расчётом военнослужащих-программистов, находящихся за пультом управления[4].

Радиолокатор космических целей с двумя ЭВМ 5Э92б входил также в состав комплекса «Аргунь»[4].

Профессор компьютерных наук, д-р Джордж Тронжманн называет 5Э92б высоконадёжным, первым специальным полупроводниковым (транзисторным) компьютером и первым военным компьютером с мультипроцессорной структурой[5].

Конструкция и характеристики

Двухпроцессорная система с общим полем оперативной памяти. «Большой» процессор использовался собственно для вычислений, «малый» — для контроля периферийных устройств и операций ввода-вывода. Развитая система прерываний, ориентированная на работу в реальном времени[3]. Ориентированы на работу в составе многомашинных комплексов (испытание комплекса из 12 машин проводилось в 1967 году[3]) с разделяемой периферией и возможностью «горячей» подмены вышедшей из строя машины[3].

  • Элементная база — дискретные транзисторы, диоды, ферриты. Близка к элементной базе БЭСМ-6. Конструкция ячеистая, ячейки объединены в блоки по 30 штук. Блоки приспособлены для «горячей» замены, восстановление функционирования машины после смены аварийного блока занимало 25—35 секунд.
  • Производительность:
    • «Большой» процессор — 500 тысяч оп./сек.[2][3].
    • «Малый» процессор — 37 тысяч оп./сек.[3].
    • Продолжительность основного цикла — 2 мкс.
  • Система команд — двухадресная
КОП (код операции) М (адрес модификатора) А1 (адрес 1-го операнда) А2 (адрес 2-го операнда)
9 бит 6 бит 15 бит 15 бит

где модификатор — одна из 63 первых ячеек памяти (c 1 по 63 либо с 65 по 127 — выбирается оператором), чьё содержимое циклически складывалось по полям с текущей командой, включая КОП.

  • Представление чисел — с фиксированной запятой[1], размер слова — 48 бит[2], из них 3 контрольных.
  • Размер ОЗУ — 32 тысячи слов на ферритовых сердечниках[2].
  • Запоминающие устройства — «малым» процессором контролировались 4 ЗУ на магнитных барабанах ёмкостью по 16 тысяч слов каждый и 16 ЗУ на магнитной ленте.
  • Устройства ввода-вывода — «малым» процессором контролировались 28 телефонных и 24 телеграфных дуплексных канала связи.
  • Занимаемая площадь — более 100 м².
  • «Горячая» подмена отказавшей машины — в течение десятков миллисекунд[1].

Программное обеспечение

Программное обеспечение для 5Э92б разрабатывалось в основном в Новосибирске, в Конструкторском бюро системного программирования (КБСП, позже — Новосибирский филиал ИТМ и ВТ им. С. А. Лебедева) под руководством М. И. Нечепуренко и Г. И. Марчука.

Разработчики

Главный конструктор: академик Лебедев С.А.[3]

Заместитель главного конструктора: Бурцев В.С.

Основные разработчики[3]: Рыжов В. И., Кривошеев Е. А., Сахин Ю. Х., Горштейн В. Я., Назаров Л. Н., Соколов В. М., Петров В. Ф., Гущин О. К., Хайлов И. К., Никитин Ю. В., Козулин П. И., Орлов Г. М., Крылов А. С., Лаут А. Г., Бабаян Б.А., Аверин Ю. С., Крылова Л. Ф., Никольская Ю. Н., Тихонова М. В., Забусов М., Обидин Д. И., Крупский А. Ф., Степанов А. М., Кольцова С. Л., Новиков А. А., Нестеров Е. М., Фадеев М. Ф., Александров В. С., Карабутов С. Г., Руцкая З. А., Грызлов А. А., Фильцев Э. Р., Квашнин Н. И., Пахомов В. М.

См. также

Напишите отзыв о статье "5Э92б"

Примечания

  1. 1 2 3 4 [www.osp.ru/os/2010/04/13002418/ СуперЭВМ — от задач к машине]
  2. 1 2 3 4 [www.electronics.ru/issue/2002/6/8 Школа академика С. А. Лебедева в развитии отечественной вычислительной техники] / A.Иванов. — Электроника № 6/2002 [web.archive.org/web/20070102055223/www.electronics.ru/pdf/6_2002/08.pdf pdf]
  3. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [dozen.mephi.ru:8101/history/chronicle3.htm ХРОНОЛОГИЯ СОБЫТИЙ (1965—1969 гг.)]
  4. 1 2 Белоус В. С. Боевые системы стратегической и не стратегической противоракетной обороны // Щит России: системы противоракетной обороны. — М.: МГТУ, 2009. — С. 167,242,305. — 502 с. — 1000 экз. — ISBN 5-7038-3249-7.
  5. Trogemann, Georg ; Nitussov, A. Y. ; Ernst, Wolfgang. [books.google.com/books?id=0bu1W6riofsC&lpg=PP1&hl=ru&pg=PP6#v=onepage&q&f=false Computing in Russia: the history of computer devices and information technology revealed  (англ.)]. — 1st edition. — Lengerich: Vieweg+Teubner Verlag, 2001. — С. 345. — 350 с. — ISBN 3-528-05757-2.

Ссылки

  • [www.electronics.ru/issue/2000/4/1 СуперЭВМ в России. История и перспективы. Рассказывает академик РАН В. С. Бурцев] (рус.) // Электроника: НТБ. — 2000. — № 4. — С. 5 - 9.
  • [www.ipmce.ru/about/history/projectshistory/ История разработок]
  • [www.ipmce.ru/about/history/leading/burtsev/ Конструктор]

Отрывок, характеризующий 5Э92б

– Тринадцать, четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать… – сказала она, считая по тоненьким пальчикам. – Хорошо! Так кончено?
И улыбка радости и успокоения осветила ее оживленное лицо.
– Кончено! – сказал Борис.
– Навсегда? – сказала девочка. – До самой смерти?
И, взяв его под руку, она с счастливым лицом тихо пошла с ним рядом в диванную.


Графиня так устала от визитов, что не велела принимать больше никого, и швейцару приказано было только звать непременно кушать всех, кто будет еще приезжать с поздравлениями. Графине хотелось с глазу на глаз поговорить с другом своего детства, княгиней Анной Михайловной, которую она не видала хорошенько с ее приезда из Петербурга. Анна Михайловна, с своим исплаканным и приятным лицом, подвинулась ближе к креслу графини.
– С тобой я буду совершенно откровенна, – сказала Анна Михайловна. – Уж мало нас осталось, старых друзей! От этого я так и дорожу твоею дружбой.
Анна Михайловна посмотрела на Веру и остановилась. Графиня пожала руку своему другу.
– Вера, – сказала графиня, обращаясь к старшей дочери, очевидно, нелюбимой. – Как у вас ни на что понятия нет? Разве ты не чувствуешь, что ты здесь лишняя? Поди к сестрам, или…
Красивая Вера презрительно улыбнулась, видимо не чувствуя ни малейшего оскорбления.
– Ежели бы вы мне сказали давно, маменька, я бы тотчас ушла, – сказала она, и пошла в свою комнату.
Но, проходя мимо диванной, она заметила, что в ней у двух окошек симметрично сидели две пары. Она остановилась и презрительно улыбнулась. Соня сидела близко подле Николая, который переписывал ей стихи, в первый раз сочиненные им. Борис с Наташей сидели у другого окна и замолчали, когда вошла Вера. Соня и Наташа с виноватыми и счастливыми лицами взглянули на Веру.
Весело и трогательно было смотреть на этих влюбленных девочек, но вид их, очевидно, не возбуждал в Вере приятного чувства.
– Сколько раз я вас просила, – сказала она, – не брать моих вещей, у вас есть своя комната.
Она взяла от Николая чернильницу.
– Сейчас, сейчас, – сказал он, мокая перо.
– Вы всё умеете делать не во время, – сказала Вера. – То прибежали в гостиную, так что всем совестно сделалось за вас.
Несмотря на то, или именно потому, что сказанное ею было совершенно справедливо, никто ей не отвечал, и все четверо только переглядывались между собой. Она медлила в комнате с чернильницей в руке.
– И какие могут быть в ваши года секреты между Наташей и Борисом и между вами, – всё одни глупости!
– Ну, что тебе за дело, Вера? – тихеньким голоском, заступнически проговорила Наташа.
Она, видимо, была ко всем еще более, чем всегда, в этот день добра и ласкова.
– Очень глупо, – сказала Вера, – мне совестно за вас. Что за секреты?…
– У каждого свои секреты. Мы тебя с Бергом не трогаем, – сказала Наташа разгорячаясь.
– Я думаю, не трогаете, – сказала Вера, – потому что в моих поступках никогда ничего не может быть дурного. А вот я маменьке скажу, как ты с Борисом обходишься.
– Наталья Ильинишна очень хорошо со мной обходится, – сказал Борис. – Я не могу жаловаться, – сказал он.
– Оставьте, Борис, вы такой дипломат (слово дипломат было в большом ходу у детей в том особом значении, какое они придавали этому слову); даже скучно, – сказала Наташа оскорбленным, дрожащим голосом. – За что она ко мне пристает? Ты этого никогда не поймешь, – сказала она, обращаясь к Вере, – потому что ты никогда никого не любила; у тебя сердца нет, ты только madame de Genlis [мадам Жанлис] (это прозвище, считавшееся очень обидным, было дано Вере Николаем), и твое первое удовольствие – делать неприятности другим. Ты кокетничай с Бергом, сколько хочешь, – проговорила она скоро.
– Да уж я верно не стану перед гостями бегать за молодым человеком…
– Ну, добилась своего, – вмешался Николай, – наговорила всем неприятностей, расстроила всех. Пойдемте в детскую.
Все четверо, как спугнутая стая птиц, поднялись и пошли из комнаты.
– Мне наговорили неприятностей, а я никому ничего, – сказала Вера.
– Madame de Genlis! Madame de Genlis! – проговорили смеющиеся голоса из за двери.
Красивая Вера, производившая на всех такое раздражающее, неприятное действие, улыбнулась и видимо не затронутая тем, что ей было сказано, подошла к зеркалу и оправила шарф и прическу. Глядя на свое красивое лицо, она стала, повидимому, еще холоднее и спокойнее.

В гостиной продолжался разговор.
– Ah! chere, – говорила графиня, – и в моей жизни tout n'est pas rose. Разве я не вижу, что du train, que nous allons, [не всё розы. – при нашем образе жизни,] нашего состояния нам не надолго! И всё это клуб, и его доброта. В деревне мы живем, разве мы отдыхаем? Театры, охоты и Бог знает что. Да что обо мне говорить! Ну, как же ты это всё устроила? Я часто на тебя удивляюсь, Annette, как это ты, в свои годы, скачешь в повозке одна, в Москву, в Петербург, ко всем министрам, ко всей знати, со всеми умеешь обойтись, удивляюсь! Ну, как же это устроилось? Вот я ничего этого не умею.
– Ах, душа моя! – отвечала княгиня Анна Михайловна. – Не дай Бог тебе узнать, как тяжело остаться вдовой без подпоры и с сыном, которого любишь до обожания. Всему научишься, – продолжала она с некоторою гордостью. – Процесс мой меня научил. Ежели мне нужно видеть кого нибудь из этих тузов, я пишу записку: «princesse une telle [княгиня такая то] желает видеть такого то» и еду сама на извозчике хоть два, хоть три раза, хоть четыре, до тех пор, пока не добьюсь того, что мне надо. Мне всё равно, что бы обо мне ни думали.