Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона (ЭСБЕ)


Коллекция из 86 полутомов Брокгауза и Ефрона

Автор:

см. текст

Жанр:

универсальная энциклопедия

Язык оригинала:

русский

Издатель:

АО «Ф. А. Брокгауз — И. А. Ефрон»

Страниц:

41 том + 2 дополнительных (86 полутомов), 121 240 статей, 7800 иллюстраций и 235 карт

Электронная версия в Викитеке

«Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона» (сокращённо ЭСБЕ) — универсальная энциклопедия на русском языке, изданная в Российской империи.

Выпущена акционерным издательским обществом Ф. А. Брокгауз — И. А. Ефрон (Петербург) в 18901907 годах. Издание выходило в двух вариантах — 41 том и 2 дополнительных (меньшая часть тиража) и в полутомах — 82 и 4 дополнительных. Полутома имеют двойную нумерацию — например, полутома 49 и 50 (номера на корешке) на титульных листах нумеруются XXV и XXVа.

Первые 8 полутомов были изданы под редакцией И. Е. Андреевского, остальные — под редакцией К. К. Арсеньева и Ф. Ф. Петрушевского. Энциклопедия содержит 121 240 статей, 7800 иллюстраций и 235 карт.

В 18991902 годах выпускался «Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона» (МЭСБЕ) (в 3 томах); в 19071909 годах вышло его второе издание в 4 томах.

В 19111916 годах выпускался «Новый энциклопедический словарь» (НЭС) (вышло 29 томов из намеченных 48, последняя статья — «Отто»).

С 1987 года материалы ЭСБЕ находятся в общественном достоянии.





История создания

В 1889 году владелец одной из петербургских типографий Илья Абрамович Ефрон по инициативе профессора Семёна Афанасьевича Венгерова[1] заключил договор с немецким издательством F. A. Brockhaus на перевод на русский язык большого энциклопедического словаря «Konversations-Lexikon», выпущенного этим издательством[2]. Первоначально предполагалось ограничиться переводом этого издания, но только с более подробным изложением вопросов, касающихся России. Предполагалось выпустить всего 16—18 томов[3].

Первые восемь томов (до буквы «В»), вышедших под общей редакцией профессора Ивана Ефимовича Андреевского, были почти дословным переводом с небольшой адаптацией для русского читателя. Эти тома вызвали массу претензий к качеству перевода, общее руководство изданием также оставляло желать лучшего[3].

После смерти профессора Андреевского редакцию возглавили академик Константин Константинович Арсеньев и профессор Санкт-Петербургского университета Фёдор Фомич Петрушевский, что знаменовало новый период в истории энциклопедии[3][2]. Начиная с 9 тома переводной материал уходит на второй план, становится значительно больше фактического и статистического материала. Особое внимание уделяется географическим статьям, в редакционной статье указывается: «русские города помещаются решительно все, с присоединением ещё местечек, сёл и деревень, имеющих более 3-х тысяч жителей или почему-либо заслуживающих внимания»[2].

«Энциклопедический словарь» начал печататься в двух вариантах. Первый, более роскошный и дорогой, состоял из 41 тома, второй, с более скромным оформлением — из 82 полутомов. Разбив своё дорогостоящее издание на полутома, фирма сделала его более доступным широким слоям читателей, благодаря чему тираж был доведен до рекордной по тому времени цифры — 130 тысяч экземпляров[3].

В состав редакции были приглашены многие выдающиеся учёные и философы того времени: Дмитрий Иванович Менделеев, Владимир Сергеевич Соловьёв, Семён Афанасьевич Венгеров, Андрей Николаевич Бекетов, Александр Иванович Воейков и многие другие. С этого момента энциклопедия начинает пополняться оригинальными статьями, и основное внимание уделяется вопросам, относящимся к истории, культуре и географии России. Вытеснение переводных статей оригинальными, появление новых авторов сказалось на самом характере издания: из тривиальной энциклопедии оно превратилось в собрание новейших достижений и открытий во всех областях науки и техники[4].

«Энциклопедический словарь» выходил в свет с 1890 по 1904 годы. Ежегодно выходили в свет 4—5 томов. Большой по тем временам тираж (30 тыс. экземпляров) обуславливал широкое распространение словаря на рынке, несмотря на довольно высокую цену[5].

К 1907 году были изданы дополнительные 4 полутома, сюда также вошло всё наиболее существенное из того, что по разным причинам оказалось пропущенным в предыдущих томах или появилось уже после выхода энциклопедии. 82-й полутом завершается "Портретной галереей редакторов и сотрудников «Энциклопедического словаря», состоящей из 300 портретов-фототипий: от главного редактора — до простого наборщика[3].

Одновременно, в 1899—1902 годах, издавался «Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона» в трёх томах[6]; в 1907—1909 годах вышло его второе издание в четырёх томах[7].

В 1911 году начал издаваться «Новый энциклопедический словарь» под редакцией Константина Константиновича Арсеньева[5], который должен был охватить тот же круг знаний, что и ЭСБЕ, но в более компактной и современной обработке. В 1916 году из-за трудностей военного времени выход словаря был прекращён на 29-ом томе из первоначально планируемых 48 томов этого издания[8]. В РНБ хранятся корректурные экземпляры 30-го («Падалка» — «Пермская епархия»; неполный, без начала) и 31-го томов («Пермская система» — «Познанское великое княжество»).[9].

Особенности энциклопедии

Особенно большое место в «Словаре» занимают статьи по истории России, её науке, просвещению, промышленности, культуре[3]; например, статья «Россия» занимает два полутома[2].

Д. И. Менделеев был не только автором статей, но и отредактировал многие из них, заведуя химико-техническим и фабрично-заводским отделами энциклопедии. При этом большинство статей, написанных им лично или в соавторстве, были помечены не именем, а греческой буквой дельта (Δ). Статья «Периодическая законность химических элементов» завершалась словами:

Словом, широкая приложимость П. закона при отсутствии понимания его причины — есть один из указателей того, что он очень нов и глубоко проникает в природу химических явлений, и я, как русский, горжусь тем, что участвовал в его установлении[10].

Д. Менделеев.

Периодическая система продолжала строиться и пополняться на глазах автора: иллюстрацией этому служит статья «дидимий». В ней, упоминая о том, что Ауэр фон Вельсбах уже разложил этот мнимый элемент на празеодим и неодим (в 1882 году), Менделеев приводит ещё старые раскладки, завершая их выводом:

По совокупности всех приведённых данных, если рассматривать Д. как химический индивидуальный элемент, то его надо бы поместить в пятой группе системы Д. И. Менделеева.

Ещё одна особенность энциклопедии — свободная манера изложения. Элементы беллетристики встречаются не только в биографических статьях, многие из которых читаются как захватывающие рассказы, но и в научных. Во многом такая раскованность в подаче материала — тоже следствие привлечения к написанию статей виднейших учёных того времени, ведь, как известно, наиболее доходчиво что-либо объяснить может только тот, кто сам свободно ориентируется в данной области[11]. К тому же тогда не было принято редактировать статьи, «причёсывая» их под одну гребёнку, и авторский стиль оставался нетронутым. Следует заметить, однако, что в статьях на темы из истории, искусства, литературы и т. д. такая манера иной раз сочетается с нарушением принципа объективности: так что в освещение вопроса авторы привносят расхожие для того времени или свои собственные оценки[12].

При создании ЭСБЕ не обошлось без опечаток, повторов (статьи: «Амслер Самуэль» и «Амзлер Самуил»; «Анидрозис» и «Ангидроз или анидроз»; «Антонский-Прокопович Антон Антонович» и «Прокопович-Антонский, Антон Антонович» и др.), а также курьёзов, наиболее известный из которых именуют «Беспамятная собака»[12].

Ныне материалы ЭСБЕ — общественное достояние; хотя в научно-техническом плане и в освещении многих гуманитарных вопросов энциклопедия уже сильно устарела, многие её статьи по-прежнему представляют исключительную информационную, культурную и историческую ценность. Несмотря на наличие значительных альтернативных проектов, вроде энциклопедии Гранат или «Большой энциклопедии под редакцией Южакова», ЭСБЕ признаётся лучшей дореволюционной российской универсальной энциклопедией[4].

Многие статьи Русской Википедии основаны на аналогичных статьях данного словаря[13].

Авторы и редакторы

См. также портретную галерею редакторов и сотрудников.

ЭСБЕ в культуре

Михаил Булгаков в 1923 году написал шуточный фельетон «Сколько Брокгауза может вынести организм?» о том как «один лентяй библиотекарь» в ответ на вопрос рвавшегося к знаниям слесаря ответил, что «сведения „обо всём решительно“ имеются в словаре Брокгауза». Бедный слесарь осилил 5 книг,

Правда, уже со второго тома слесарь стал мало есть, как-то осунулся и сделался рассеянным. Он со вздохом, меняя прочитанную книгу на новую, спрашивал у культотделовской грымзы, засевшей в пыльных книжных баррикадах, «много ли осталось?» В пятой книге с ним стали происходить странные вещи. Так, среди бела дня он увидал на улице, у входа в мастерские, Банна-Абуль-Аббас-Ахмед-ибн-Могаммед-Отман-ибн-аля, знаменитого арабского математика в белой чалме. Слесарь был молчалив в день появления араба, написавшего «Талькис-амаль-аль-хисаб», догадался, что нужно сделать антракт, и до вечера не читал. Это, однако, не спасло его от двух визитов в молчании бессонной ночи — сперва развязного синдика вольного ганзейского города Эдуарда Банкса, а затем правителя канцелярии малороссийского губернатора Димитрия Николаевича Бантыш-Каменского[14].

ЭСБЕ упоминается в романе «Золотой телёнок». Тома ЭСБЕ хранились дома у Васиссуалия Лоханкина:

Обо всём этом было легко и покойно думать, разгуливая по комнате в фетровых сапожках, купленных на Варварины деньги, и поглядывая на любимый шкаф, где мерцали церковным золотом корешки брокгаузовского энциклопедического словаря. Подолгу стаивал Васисуалий перед шкафом, переводя взоры с корешка на корешок.

Издания

Энциклопедический словарь

  • Т. 1 (1): А — Алтай. — 1890. — 4, 480 с, 10 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924259 на сайте РГБ])
  • Т. 1А (2): Алтай — Арагвай. — 1890. — 2, 481—954, II с., 19 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924258 на сайте РГБ])
  • Т. 2 (3): Араго — Аутка. — 1890. — 2, 478, 2 с, 17 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924257 на сайте РГБ])
  • Т. 2А (4): Ауто — Банки. — 1891. — 4, 479—946, 2 с, 19 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924256 на сайте РГБ])
  • Т. 3 (5): Банки — Бергер. — 1891. — 2, 480 с, 10 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924255 на сайте РГБ])
  • Т. 3А (6): Бергер — Бисы. — 1891. — 2, 481—956 с, 3 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924254 на сайте РГБ])
  • Т. 4 (7): Битбург — Босха. — 1891. — 4, VIII, 472 с, 6 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924253 на сайте РГБ])
  • Т. 4А (8): Бос — Бунчук. — 1891. — 6, VI, 473—940 с, 7 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924252 на сайте РГБ])
  • Т. 5 (9): Буны — Вальтер. — 1891. — 4, IV, 468, XII с., 5 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924251 на сайте РГБ])
  • Т. 5А (10): Вальтер — Венути. — 1892. — 4, 469—938, 2 с, 8 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924250 на сайте РГБ])
  • Т. 6 (11): Венцано — Винона. — 1892. — 4, II, 488, 2 с, 7 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924249 на сайте РГБ])
  • Т. 6А (12): Винословие — Волан. — 1892. — 6, 489—944, 2 с, 15 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924248 на сайте РГБ])
  • Т. 7 (13): Волапюк — Выговские. — 1892. — 4, 480 с, 10 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924247 на сайте РГБ])
  • Т. 7А (14): Выговский — Гальбан. — 1892. — 8, 481—952, 4, 4 с, 4 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924246 на сайте РГБ])
  • Т. 8 (15): Гальберг — Германий. — 1892. — 6, 478, 2 с, 10 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924245 на сайте РГБ])
  • Т. 8А (16): Германия — Го. — 1893. — 8, 479—958, II, 2 с.10 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924244 на сайте РГБ])
  • Т. 9 (17): Гоа — Гравер. — 1893. — 6, 474 с, 13 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924243 на сайте РГБ])
  • Т. 9А (18): Гравилат — Давенант. — 1893. — 8, 475—974, II, 2 с, 17 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924242 на сайте РГБ])
  • Т. 10 (19): Давенпорт — Десмин. — 1893. — 4, 480 с, 2 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924241 на сайте РГБ])
  • Т. 10А (20): Десмургия — Домициан. — 1893. — 481—960, II с., 8 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924240 на сайте РГБ])
  • Т. 11 (21): Домиции — Евреинова. — 1893. — 6, 466 с, 9 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924239 на сайте РГБ])
  • Т. 11А (22): Евреиновы — Жилон. — 1894. — 4, 467—958, II, 2 с, 11 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924238 на сайте РГБ])
  • Т. 12 (23): Жилы — Земпах. — 1894. — 6, 480 с, 11 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924237 на сайте РГБ])
  • Т. 12А (24): Земпер — Имидокислоты. — 1894. — 8, 481—960, II, 2 с, 6 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924236 на сайте РГБ])
  • Т. 13 (25): Имидоэфиры — Историческая школа. — 1894. — 8, 480 с, 7 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924235 на сайте РГБ])
  • Т. 13А (26): Исторические журналы — Калайдович. — 1894. — 8, 481—960, II, 2 с, 7 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924234 на сайте РГБ])
  • Т. 14 (27): Калака — Кардам. — 1895. — 4, 480 с, 8 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924233 на сайте РГБ])
  • Т. 14А (28): Карданахи — Керо. — 1895. — 6, 481—960, II, II с., 5 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924232 на сайте РГБ])
  • Т. 15 (29): Керосин — Коайе. — 1895. — 6, 478 с, 8 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924231 на сайте РГБ])
  • Т. 15А (30): Коала — Конкордия. — 1895. — 2, II, 2, 479—960, II с., 9 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924230 на сайте РГБ])
  • Т. 16 (31): Конкорд — Коялович. — 1895. — 6, 480 с, 11 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924229 на сайте РГБ])
  • Т. 16А (32): Коялович — Кулон. — 1895. — 6, 481—960, II, 2 с, 16 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924228 на сайте РГБ])
  • Т. 17 (33): Култагой — Лёд. — 1896. — 4, 482 с, 16 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924227 на сайте РГБ])
  • Т. 17А (34): Ледье — Лопарев. — 1896. — 6, 483—960, II, 2 с, 15 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924226 на сайте РГБ])
  • Т. 18 (35): Лопари — Малолетние преступники. — 1896. — 4, 480 с, 16 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924225 на сайте РГБ])
  • Т. 18А (36): Малолетство — Мейшагола. — 1896. — 6, 481—958, II, 2 с, 7 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924224 на сайте РГБ])
  • Т. 19 (37): Мекенен — Мифу-Баня. — 1896. — 4, 476 с, 12 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924223 на сайте РГБ])
  • Т. 19А (38): Михаила орден — Московский Телеграф. — 1896. — 6, 477—960, II, 2 с, 21 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924222 на сайте РГБ])
  • Т. 20 (39): Московский Университет — Наказания исправительные. — 1897. — 6, 480 с, 20 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924221 на сайте РГБ])
  • Т. 20А (40): Наказный атаман — Неясыти. — 1897. — 8, 481—960, II, 2 с, 14 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924220 на сайте РГБ])
  • Т. 21 (41): Нибелунги — Нэффцер. — 1897. — 4, 480 с, 17 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924219 на сайте РГБ])
  • Т. 21А (42): Нэшвилль — Опацкий. — 1897. — 8, 481—960, II, 2 с, 30 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924218 на сайте РГБ])
  • Т. 22 (43): Опека — Оутсайдер. — 1897. — 4, 480 с, 18 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924217 на сайте РГБ])
  • Т. 22А (44): Оуэн — Патент о поединках. — 1897. — 6, 481—960, II с., 27 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924216 на сайте РГБ])
  • Т. 23 (45): Патенты на изобретения — Петропавловский. —1898. — 4, 474 с, 15 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924215 на сайте РГБ])
  • Т. 23А (46): Петропавловский — Поватажное. — 1898. — 4, II, 475—958, II, 2 с, 20 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924214 на сайте РГБ])
  • Т. 24 (47): Повелительное наклонение — Полярные координаты. — 1898. — 4, 474 с, 18 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924213 на сайте РГБ])
  • Т. 24А (48): Полярные сияния — Прая. — 1898. — 4, II, 475—958, II, 2 с, 11 л. ил., карт., табл. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924212 на сайте РГБ])
  • Т. 25 (49): Праяга — Просрочка отпуска. — 1898. — 4, 478 с, 10 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924211 на сайте РГБ])
  • Т. 25А (50): Простатит — Работный дом. — 1898. — 4, II, 2, 479—958, II, 2 с. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924210 на сайте РГБ])
  • Т. 26 (51): Рабочая книжка — Резолюция. — 1899. — 6, 480 с, 10 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924209 на сайте РГБ])
  • Т. 26А (52): Резонанс и резонаторы — Роза ди-Тиволи. — 1899. — 4, II, 481—960, II, 2 с, 13 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924208 на сайте РГБ])
  • Т. 27 (53): Розавен — Репа. — 1899. — 6, 480 с, 22 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924207 на сайте РГБ])
  • Т. 27А (54): Репина — Рясское и Россия. — 1899. — 4, II, 481—532, 1—420, IV с. 51 л. ил., карт., табл. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924206 на сайте РГБ])
  • Т. 28 (55): Россия и С — Саварна. — 1899. — 6, 421—874, IV, 2, 1—24 с, 16 л. ил., карт., табл. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924205 на сайте РГБ])
  • Т. 28А (56): Саварни — Сахарон. — 1900. — 4, II, 25—496, II с., 15 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924204 на сайте РГБ])
  • Т. 29 (57): Сахар — Семь мудрецов. — 1900. — 8, 468 с, 10 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924203 на сайте РГБ])
  • Т. 29А (58): Семь озёр — Симфония.— 1900. — 4, II, 469—954, II, 2 с, 16 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924202 на сайте РГБ])
  • Т. 30 (59): Сим — Слюзка.— 1900. — 4, 2, 480 с, 9 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924201 на сайте РГБ])
  • Т. 30А (60): Слюз — София Палеолог.— 1900. — 4, II, 481—960, II, 2 с, 22 л. ил., карт., табл. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924200 на сайте РГБ])
  • Т. 31 (61): София — Статика. — 1900. — 6, 472 с, 11 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924199 на сайте РГБ])
  • Т. 31А (62): Статика — Судоустройство. — 1901. — 4, II, 473—954, II, 2 с, 10 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924198 на сайте РГБ])
  • Т. 32 (63): Судоходные сборы — Таицы. — 1901. — 4, 480 с, 14 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924197 на сайте РГБ])
  • Т. 32А (64): Тай — Термиты. — 1901. — 4, II, 481—960, II, 2 с, 10 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924196 на сайте РГБ])
  • Т. 33 (65): Термические ощущения — Томбази. — 1901. — 4, 478 с, 25 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924195 на сайте РГБ])
  • Т. 33А (66): Томбигби — Трульский собор. — 1901. — 4, II, 479—960, II, 2 с, 5 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924194 на сайте РГБ])
  • Т. 34 (67): Трумп — Углеродистый кальций. — 1901. — 4, 482 с, 5 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924193 на сайте РГБ])
  • Т. 34А (68): Углерод — Усилие. — 1902. — 6, II, IV, 483—960, II, 2 с, 16 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924192 на сайте РГБ])
  • Т. 35 (69): Усинский пограничный округ — Фенол. — 1902. — 4, 476 с, 7 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924191 на сайте РГБ])
  • Т. 35А (70): Фенолы — Финляндия. — 1902. — 4, II, 477—960, II с., 10 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924190 на сайте РГБ])
  • Т. 36 (71): Финляндия — Франкония. — 1902. — 4, 478 с, 15 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924189 на сайте РГБ])
  • Т. 36А (72): Франконская династия — Хаки. — 1902. — 4, II, 479—956, II, 2 с, 12 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924188 на сайте РГБ])
  • Т. 37 (73): Хаким — Ходоров. — 1903. — 6, 478 с, 18 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924187 на сайте РГБ])
  • Т. 37А (74): Ходский — Цензура. — 1903. — 2, II, 479—962, II, 2 с, 11 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924186 на сайте РГБ])
  • Т. 38 (75): Цензурный комитет — Человек. — 1903. — 4, 482 с, 9 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924185 на сайте РГБ])
  • Т. 38А (76): Человек — Чугуевский полк. — 1903. — 6, II, 483—958, 2, 2 с, 10 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924184 на сайте РГБ])
  • Т. 39 (77): Чугуев — Шен. — 1903. — 6, 480 с, 7 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924183 на сайте РГБ])
  • Т. 39А (78): Шенье — Шуйский монастырь. — 1903. — 4, II, 481—960, II с., 6 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924182 на сайте РГБ])
  • Т. 40 (79): Шуйское — Электровозбудимость. — 1904. — 4, 4, 468 с, 9 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924181 на сайте РГБ])
  • Т. 40А (80): Электровозбудительная сила — Эрготин. — 1904. — 4, II, 469—954, 2 с, 13 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924180 на сайте РГБ])
  • Т. 41 (81): Эрдан — Яйценошение. — 1904. — 4, 576 с, 7 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924179 на сайте РГБ])
  • Т. 41А (82): Яйцепровод — Ѵ. — 1904. — 6, IV, 577—956, 4 с, 6 л. ил., карт., 28 л. портр. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924178 на сайте РГБ])

Дополнительные тома:

  • Т. 1 (1): Аа — Вяхирь. — 1905. — 4, 478 с, 6 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924176 на сайте РГБ])
  • Т. 1А (2): Гаагская конференция — Кочубей. — 1905. — 4, 481—956, II, 2 с.3 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924175 на сайте РГБ])
  • Т. 2 (3): Кошбух — Прусик. — 1906. — 2, 480 с, 8 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924174 на сайте РГБ])
  • Т. 2А (4): Пруссия — Фома. Россия. — 1907. — 2, 481—934, XCVIII, 4 с, 19 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01003924173 на сайте РГБ])

Новый энциклопедический словарь

  • Т. 1: А — Александр Михайлович. — [1911]. — 9 с, 984 стб., 2 с, 28 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103481#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 2: Александр Ягеллон — Антидор. — [1911]. — 9 с, 964 стб., 2 с, 27 ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103478#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 3: Антидот — Асканий. — [1911]. — 6 с, 964 стб., 16 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103475#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 4: Аскания — Балюз. — [1911]. — 8 с, 952 стб., 2 с, 21 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004010521#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 5: Балюстрада — Беранже. — [1911]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 11 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103470#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 6: Берар — Бобровникова. — [1912]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 17 ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103468#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 7: Бобровников — Брачное право. — [1912]. — 8 с, 976 стб., 2 с, 9 л. ил., портр. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103454#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 8: Брачный наряд — Белорусы. — [1912]. — 8 с, 964 стб., 2 с, 29 л. ил., портр. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103450#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 9: Белорыбица — Вельможа. — [1912]. — 8 с, 960 стб., 16 л. ил. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103301#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 10: Вёльнер — Власть дисциплинарная. — [1912]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 26 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103296#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 11: Власть карательная — Выгорание всходов растений. — [1913]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 30 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103294#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 12: Выгорецкая пустынь — Генеральный атторней. — [1913]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 23 л. ил., портр. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103293#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 13: Генеральный двор — Головнин. — [1913]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 30 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103266#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 14: Головнин — Гривица. — [1913]. — 8 с, 940, XXII, XVI стб., 2 с, 39 л. ил., карт., табл. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103261#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 15: Гривна — Десмургия. — [1913]. — 9 с, 960 стб., 2 с, 20 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103256#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 16: Десна — Душевнобольные. — [1914]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 28 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103491#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 17: Душевные болезни — Жуки. — [1914]. — 8 с, 964, XII стб., 2 с, 25 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103489#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 18: Жукова — Ивница. — [1914]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 28 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103488#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 19: Ивовые — Итальянское искусство. — [1914]. — 8 с, 980 стб., VI, 2 с, 27 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103531#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 20: Итамарка — Каринский. — [1914]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 20 л. ил., портр. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103528#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 21: Каринтин — Кнорринг. — [1914]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 18 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103524#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 22: Кнорр — Которосль. — [1915]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 24 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103493#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 23: Котошихин — Ламберт. — [1915]. — 9 с, 960 стб., 2 с, 28 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103727#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 24: Ламберт — Лубоеды. — [1915]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 26 л. ил., портр. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103726#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 25: Луб — Мах. — [1915]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 15 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103547#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 26: Мацеевский — Молочная кислота. — [1915]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 14 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103486#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 27: Молочница — Наручи. — [1916]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 18 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103485#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 28: Нарушевич — Ньютон. — [1916]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 20 л. ил., портр., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103539#?page=1 на сайте РГБ])
  • Т. 29: Ньюфаундленд — Отто. — [1916]. — 8 с, 960 стб., 2 с, 15 л. ил., карт. ([dlib.rsl.ru/viewer/01004103542#?page=1 на сайте РГБ])

Малый энциклопедический словарь (1907—1909)

  • Малый энциклопедический словарь. Т. 1 Вып. 1: А — Гальванотропизм. — СПб.: Брокгауз-Ефрон, 1907. — 1055 с.
  • Малый энциклопедический словарь. Т. 1 Вып. 2: Гальванохромия — Кившенко. — СПб.: Брокгауз-Ефрон, 1907. — 1058—2079 с.
  • Малый энциклопедический словарь. Т. 2 Вып. 3: Кигн — Початок. — СПб.: Брокгауз-Ефрон, 1909. — 1055 с.
  • Малый энциклопедический словарь. Т. 2 Вып. 4: Почва — Иссоп. — СПб.: Брокгауз-Ефрон, 1909. — 1058—2215 с.

Современные переиздания

  • Энциклопедический словарь Брокгауз и Ефрон: Биографии: В 12 тт. — М.: «Советская энциклопедия», «Большая Российская энциклопедия», 1991—1996 (вышло только 6 томов).
  • Энциклопедический словарь. В 86 т. Репр. воспр. изд. «Энциклопедический словарь Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона». — СПб.: Фирма «ПОЛРАДИС», АООТ «Иван Фёдоров», 1993—2003. — ISBN 5-900741-01-X.
  • Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона в 82 тт. и 4 доп. тт. — М.: Терра, 2001. — 40 726 стр.

Напишите отзыв о статье "Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона"

Примечания

  1. Брокгауз-Ефрон // Большая советская энциклопедия: В 66 томах (65 т. и 1 доп.) / Гл. ред. О. Ю. Шмидт. — 1-е изд. — М.: Советская энциклопедия, 1926—1947.
  2. 1 2 3 4 [www.ozon.ru/context/detail/id/149113/ Книга «Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона (комплект из 86 томов: 82 основных + 4 дополнительных)» — купить книгу ISBN 5-275-01402-3 с доставкой по почте в интернет-м…]
  3. 1 2 3 4 5 6 [obook.ru/24__издательство-брокгауза-и-ефрона Список товаров по издателям: «Издательство Брокгауза и Ефрона»] на сайте магазина антикварных книг obook.ru
  4. 1 2 [arseniev.org/events/4019/ Выставка Выставка к 125-летию издательства «Брокгауз и Ефрон»] // Приморский музей имени Арсеньева
  5. 1 2 [boloto.info/dict.php?dic=4 Интеллектуальная поисковая система по словарям. Словарь Ожегова, Даля, Ушакова, Брокгауза и Ефрона, БСЭ (Большая советская энциклопедия)]
  6. Малый энциклопедический словарь [Текст] : с приложением кратких руководств по различным отраслям знания и словарей иностранных языков : [в 3 т.] / Ф. А. Брокгауз, И. А. Ефрон. — СПб. : Издательское дело, Брокгауз-Ефрон, 1899—1902.
  7. см. подраздел Малый энциклопедический словарь (1907—1909)
  8. [obook.ru/энциклопедии/110-новый-энциклопедический-словарь.html Новый энциклопедический словарь] на сайте магазина антикварных книг obook.ru
  9. s:Новый энциклопедический словарь
  10. Периодическая законность химических элементов // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  11. [www.rsl.ru/ru/s7/s381/2015/efron Выставка «Словари и энциклопедии Брокгауз — Ефрон. Часть 1: Энциклопедический словарь. (К 125-летию выхода первого тома)»] на сайте Российской государственной библиотеки
  12. 1 2 О. Васильева, И. Тиньгаевач [www.chelib.ru/index.php/tema-goda/224-2015-god-literatury/universalnaya-entsiklopediya/1357-125-let-entsiklopedicheskomu-slovaryu-a-f-brokgauza-i-i-a-efrona Универсальная энциклопедия — репутация одной из лучших в мире: к 125-летию выхода в свет энциклопедического словаря А. Ф. Брокгауза и И. А. Ефрона] // Центральная библиотечная система города Челябинска, 7 августа 2015
  13. см. Категория:Материалы ЭСБЕ;
    число включений [tools.wmflabs.org/templatecount/index.php?lang=ru&namespace=10&name=ВТ-ЭСБЕ#bottom шаблона «ВТ-ЭСБЕ»] и [tools.wmflabs.org/templatecount/index.php?lang=ru&name=ВТ-ЭСБЕ%2B&namespace=10#bottom шаблона «ВТ-ЭСБЕ+»]
  14. [www.library.ru/2/lit/book.php?a_uid=23&b_uid=9 М. А. Булгаков - Сколько Брокгауза может вынести организм? / Library.Ru]

Литература

  • Кауфман И. М. Русские энциклопедии. Вып. 1. Общие энциклопедии. — М., 1960. — 103 с.
  • Игорь Жарков «Жанровая структура Энциклопедического словаря Ф. А. Брокгауза — И. А. Ефрона, 1890−1907» (диссертация). 2000
  • Зыков Дмитрий. Про энциклопедию Брокгауза и беспамятную собаку // Наука и жизнь. — 2014. — № 11. — С. 85—89.

Ссылки

Тексты словаря в Интернете

Отрывок, характеризующий Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона

Одевшись в французские шинели и кивера, Петя с Долоховым поехали на ту просеку, с которой Денисов смотрел на лагерь, и, выехав из леса в совершенной темноте, спустились в лощину. Съехав вниз, Долохов велел сопровождавшим его казакам дожидаться тут и поехал крупной рысью по дороге к мосту. Петя, замирая от волнения, ехал с ним рядом.
– Если попадемся, я живым не отдамся, у меня пистолет, – прошептал Петя.
– Не говори по русски, – быстрым шепотом сказал Долохов, и в ту же минуту в темноте послышался оклик: «Qui vive?» [Кто идет?] и звон ружья.
Кровь бросилась в лицо Пети, и он схватился за пистолет.
– Lanciers du sixieme, [Уланы шестого полка.] – проговорил Долохов, не укорачивая и не прибавляя хода лошади. Черная фигура часового стояла на мосту.
– Mot d'ordre? [Отзыв?] – Долохов придержал лошадь и поехал шагом.
– Dites donc, le colonel Gerard est ici? [Скажи, здесь ли полковник Жерар?] – сказал он.
– Mot d'ordre! – не отвечая, сказал часовой, загораживая дорогу.
– Quand un officier fait sa ronde, les sentinelles ne demandent pas le mot d'ordre… – крикнул Долохов, вдруг вспыхнув, наезжая лошадью на часового. – Je vous demande si le colonel est ici? [Когда офицер объезжает цепь, часовые не спрашивают отзыва… Я спрашиваю, тут ли полковник?]
И, не дожидаясь ответа от посторонившегося часового, Долохов шагом поехал в гору.
Заметив черную тень человека, переходящего через дорогу, Долохов остановил этого человека и спросил, где командир и офицеры? Человек этот, с мешком на плече, солдат, остановился, близко подошел к лошади Долохова, дотрогиваясь до нее рукою, и просто и дружелюбно рассказал, что командир и офицеры были выше на горе, с правой стороны, на дворе фермы (так он называл господскую усадьбу).
Проехав по дороге, с обеих сторон которой звучал от костров французский говор, Долохов повернул во двор господского дома. Проехав в ворота, он слез с лошади и подошел к большому пылавшему костру, вокруг которого, громко разговаривая, сидело несколько человек. В котелке с краю варилось что то, и солдат в колпаке и синей шинели, стоя на коленях, ярко освещенный огнем, мешал в нем шомполом.
– Oh, c'est un dur a cuire, [С этим чертом не сладишь.] – говорил один из офицеров, сидевших в тени с противоположной стороны костра.
– Il les fera marcher les lapins… [Он их проберет…] – со смехом сказал другой. Оба замолкли, вглядываясь в темноту на звук шагов Долохова и Пети, подходивших к костру с своими лошадьми.
– Bonjour, messieurs! [Здравствуйте, господа!] – громко, отчетливо выговорил Долохов.
Офицеры зашевелились в тени костра, и один, высокий офицер с длинной шеей, обойдя огонь, подошел к Долохову.
– C'est vous, Clement? – сказал он. – D'ou, diable… [Это вы, Клеман? Откуда, черт…] – но он не докончил, узнав свою ошибку, и, слегка нахмурившись, как с незнакомым, поздоровался с Долоховым, спрашивая его, чем он может служить. Долохов рассказал, что он с товарищем догонял свой полк, и спросил, обращаясь ко всем вообще, не знали ли офицеры чего нибудь о шестом полку. Никто ничего не знал; и Пете показалось, что офицеры враждебно и подозрительно стали осматривать его и Долохова. Несколько секунд все молчали.
– Si vous comptez sur la soupe du soir, vous venez trop tard, [Если вы рассчитываете на ужин, то вы опоздали.] – сказал с сдержанным смехом голос из за костра.
Долохов отвечал, что они сыты и что им надо в ночь же ехать дальше.
Он отдал лошадей солдату, мешавшему в котелке, и на корточках присел у костра рядом с офицером с длинной шеей. Офицер этот, не спуская глаз, смотрел на Долохова и переспросил его еще раз: какого он был полка? Долохов не отвечал, как будто не слыхал вопроса, и, закуривая коротенькую французскую трубку, которую он достал из кармана, спрашивал офицеров о том, в какой степени безопасна дорога от казаков впереди их.
– Les brigands sont partout, [Эти разбойники везде.] – отвечал офицер из за костра.
Долохов сказал, что казаки страшны только для таких отсталых, как он с товарищем, но что на большие отряды казаки, вероятно, не смеют нападать, прибавил он вопросительно. Никто ничего не ответил.
«Ну, теперь он уедет», – всякую минуту думал Петя, стоя перед костром и слушая его разговор.
Но Долохов начал опять прекратившийся разговор и прямо стал расспрашивать, сколько у них людей в батальоне, сколько батальонов, сколько пленных. Спрашивая про пленных русских, которые были при их отряде, Долохов сказал:
– La vilaine affaire de trainer ces cadavres apres soi. Vaudrait mieux fusiller cette canaille, [Скверное дело таскать за собой эти трупы. Лучше бы расстрелять эту сволочь.] – и громко засмеялся таким странным смехом, что Пете показалось, французы сейчас узнают обман, и он невольно отступил на шаг от костра. Никто не ответил на слова и смех Долохова, и французский офицер, которого не видно было (он лежал, укутавшись шинелью), приподнялся и прошептал что то товарищу. Долохов встал и кликнул солдата с лошадьми.
«Подадут или нет лошадей?» – думал Петя, невольно приближаясь к Долохову.
Лошадей подали.
– Bonjour, messieurs, [Здесь: прощайте, господа.] – сказал Долохов.
Петя хотел сказать bonsoir [добрый вечер] и не мог договорить слова. Офицеры что то шепотом говорили между собою. Долохов долго садился на лошадь, которая не стояла; потом шагом поехал из ворот. Петя ехал подле него, желая и не смея оглянуться, чтоб увидать, бегут или не бегут за ними французы.
Выехав на дорогу, Долохов поехал не назад в поле, а вдоль по деревне. В одном месте он остановился, прислушиваясь.
– Слышишь? – сказал он.
Петя узнал звуки русских голосов, увидал у костров темные фигуры русских пленных. Спустившись вниз к мосту, Петя с Долоховым проехали часового, который, ни слова не сказав, мрачно ходил по мосту, и выехали в лощину, где дожидались казаки.
– Ну, теперь прощай. Скажи Денисову, что на заре, по первому выстрелу, – сказал Долохов и хотел ехать, но Петя схватился за него рукою.
– Нет! – вскрикнул он, – вы такой герой. Ах, как хорошо! Как отлично! Как я вас люблю.
– Хорошо, хорошо, – сказал Долохов, но Петя не отпускал его, и в темноте Долохов рассмотрел, что Петя нагибался к нему. Он хотел поцеловаться. Долохов поцеловал его, засмеялся и, повернув лошадь, скрылся в темноте.

Х
Вернувшись к караулке, Петя застал Денисова в сенях. Денисов в волнении, беспокойстве и досаде на себя, что отпустил Петю, ожидал его.
– Слава богу! – крикнул он. – Ну, слава богу! – повторял он, слушая восторженный рассказ Пети. – И чег'т тебя возьми, из за тебя не спал! – проговорил Денисов. – Ну, слава богу, тепег'ь ложись спать. Еще вздг'емнем до утг'а.
– Да… Нет, – сказал Петя. – Мне еще не хочется спать. Да я и себя знаю, ежели засну, так уж кончено. И потом я привык не спать перед сражением.
Петя посидел несколько времени в избе, радостно вспоминая подробности своей поездки и живо представляя себе то, что будет завтра. Потом, заметив, что Денисов заснул, он встал и пошел на двор.
На дворе еще было совсем темно. Дождик прошел, но капли еще падали с деревьев. Вблизи от караулки виднелись черные фигуры казачьих шалашей и связанных вместе лошадей. За избушкой чернелись две фуры, у которых стояли лошади, и в овраге краснелся догоравший огонь. Казаки и гусары не все спали: кое где слышались, вместе с звуком падающих капель и близкого звука жевания лошадей, негромкие, как бы шепчущиеся голоса.
Петя вышел из сеней, огляделся в темноте и подошел к фурам. Под фурами храпел кто то, и вокруг них стояли, жуя овес, оседланные лошади. В темноте Петя узнал свою лошадь, которую он называл Карабахом, хотя она была малороссийская лошадь, и подошел к ней.
– Ну, Карабах, завтра послужим, – сказал он, нюхая ее ноздри и целуя ее.
– Что, барин, не спите? – сказал казак, сидевший под фурой.
– Нет; а… Лихачев, кажется, тебя звать? Ведь я сейчас только приехал. Мы ездили к французам. – И Петя подробно рассказал казаку не только свою поездку, но и то, почему он ездил и почему он считает, что лучше рисковать своей жизнью, чем делать наобум Лазаря.
– Что же, соснули бы, – сказал казак.
– Нет, я привык, – отвечал Петя. – А что, у вас кремни в пистолетах не обились? Я привез с собою. Не нужно ли? Ты возьми.
Казак высунулся из под фуры, чтобы поближе рассмотреть Петю.
– Оттого, что я привык все делать аккуратно, – сказал Петя. – Иные так, кое как, не приготовятся, потом и жалеют. Я так не люблю.
– Это точно, – сказал казак.
– Да еще вот что, пожалуйста, голубчик, наточи мне саблю; затупи… (но Петя боялся солгать) она никогда отточена не была. Можно это сделать?
– Отчего ж, можно.
Лихачев встал, порылся в вьюках, и Петя скоро услыхал воинственный звук стали о брусок. Он влез на фуру и сел на край ее. Казак под фурой точил саблю.
– А что же, спят молодцы? – сказал Петя.
– Кто спит, а кто так вот.
– Ну, а мальчик что?
– Весенний то? Он там, в сенцах, завалился. Со страху спится. Уж рад то был.
Долго после этого Петя молчал, прислушиваясь к звукам. В темноте послышались шаги и показалась черная фигура.
– Что точишь? – спросил человек, подходя к фуре.
– А вот барину наточить саблю.
– Хорошее дело, – сказал человек, который показался Пете гусаром. – У вас, что ли, чашка осталась?
– А вон у колеса.
Гусар взял чашку.
– Небось скоро свет, – проговорил он, зевая, и прошел куда то.
Петя должен бы был знать, что он в лесу, в партии Денисова, в версте от дороги, что он сидит на фуре, отбитой у французов, около которой привязаны лошади, что под ним сидит казак Лихачев и натачивает ему саблю, что большое черное пятно направо – караулка, и красное яркое пятно внизу налево – догоравший костер, что человек, приходивший за чашкой, – гусар, который хотел пить; но он ничего не знал и не хотел знать этого. Он был в волшебном царстве, в котором ничего не было похожего на действительность. Большое черное пятно, может быть, точно была караулка, а может быть, была пещера, которая вела в самую глубь земли. Красное пятно, может быть, был огонь, а может быть – глаз огромного чудовища. Может быть, он точно сидит теперь на фуре, а очень может быть, что он сидит не на фуре, а на страшно высокой башне, с которой ежели упасть, то лететь бы до земли целый день, целый месяц – все лететь и никогда не долетишь. Может быть, что под фурой сидит просто казак Лихачев, а очень может быть, что это – самый добрый, храбрый, самый чудесный, самый превосходный человек на свете, которого никто не знает. Может быть, это точно проходил гусар за водой и пошел в лощину, а может быть, он только что исчез из виду и совсем исчез, и его не было.
Что бы ни увидал теперь Петя, ничто бы не удивило его. Он был в волшебном царстве, в котором все было возможно.
Он поглядел на небо. И небо было такое же волшебное, как и земля. На небе расчищало, и над вершинами дерев быстро бежали облака, как будто открывая звезды. Иногда казалось, что на небе расчищало и показывалось черное, чистое небо. Иногда казалось, что эти черные пятна были тучки. Иногда казалось, что небо высоко, высоко поднимается над головой; иногда небо спускалось совсем, так что рукой можно было достать его.
Петя стал закрывать глаза и покачиваться.
Капли капали. Шел тихий говор. Лошади заржали и подрались. Храпел кто то.
– Ожиг, жиг, ожиг, жиг… – свистела натачиваемая сабля. И вдруг Петя услыхал стройный хор музыки, игравшей какой то неизвестный, торжественно сладкий гимн. Петя был музыкален, так же как Наташа, и больше Николая, но он никогда не учился музыке, не думал о музыке, и потому мотивы, неожиданно приходившие ему в голову, были для него особенно новы и привлекательны. Музыка играла все слышнее и слышнее. Напев разрастался, переходил из одного инструмента в другой. Происходило то, что называется фугой, хотя Петя не имел ни малейшего понятия о том, что такое фуга. Каждый инструмент, то похожий на скрипку, то на трубы – но лучше и чище, чем скрипки и трубы, – каждый инструмент играл свое и, не доиграв еще мотива, сливался с другим, начинавшим почти то же, и с третьим, и с четвертым, и все они сливались в одно и опять разбегались, и опять сливались то в торжественно церковное, то в ярко блестящее и победное.
«Ах, да, ведь это я во сне, – качнувшись наперед, сказал себе Петя. – Это у меня в ушах. А может быть, это моя музыка. Ну, опять. Валяй моя музыка! Ну!..»
Он закрыл глаза. И с разных сторон, как будто издалека, затрепетали звуки, стали слаживаться, разбегаться, сливаться, и опять все соединилось в тот же сладкий и торжественный гимн. «Ах, это прелесть что такое! Сколько хочу и как хочу», – сказал себе Петя. Он попробовал руководить этим огромным хором инструментов.
«Ну, тише, тише, замирайте теперь. – И звуки слушались его. – Ну, теперь полнее, веселее. Еще, еще радостнее. – И из неизвестной глубины поднимались усиливающиеся, торжественные звуки. – Ну, голоса, приставайте!» – приказал Петя. И сначала издалека послышались голоса мужские, потом женские. Голоса росли, росли в равномерном торжественном усилии. Пете страшно и радостно было внимать их необычайной красоте.
С торжественным победным маршем сливалась песня, и капли капали, и вжиг, жиг, жиг… свистела сабля, и опять подрались и заржали лошади, не нарушая хора, а входя в него.
Петя не знал, как долго это продолжалось: он наслаждался, все время удивлялся своему наслаждению и жалел, что некому сообщить его. Его разбудил ласковый голос Лихачева.
– Готово, ваше благородие, надвое хранцуза распластаете.
Петя очнулся.
– Уж светает, право, светает! – вскрикнул он.
Невидные прежде лошади стали видны до хвостов, и сквозь оголенные ветки виднелся водянистый свет. Петя встряхнулся, вскочил, достал из кармана целковый и дал Лихачеву, махнув, попробовал шашку и положил ее в ножны. Казаки отвязывали лошадей и подтягивали подпруги.
– Вот и командир, – сказал Лихачев. Из караулки вышел Денисов и, окликнув Петю, приказал собираться.


Быстро в полутьме разобрали лошадей, подтянули подпруги и разобрались по командам. Денисов стоял у караулки, отдавая последние приказания. Пехота партии, шлепая сотней ног, прошла вперед по дороге и быстро скрылась между деревьев в предрассветном тумане. Эсаул что то приказывал казакам. Петя держал свою лошадь в поводу, с нетерпением ожидая приказания садиться. Обмытое холодной водой, лицо его, в особенности глаза горели огнем, озноб пробегал по спине, и во всем теле что то быстро и равномерно дрожало.
– Ну, готово у вас все? – сказал Денисов. – Давай лошадей.
Лошадей подали. Денисов рассердился на казака за то, что подпруги были слабы, и, разбранив его, сел. Петя взялся за стремя. Лошадь, по привычке, хотела куснуть его за ногу, но Петя, не чувствуя своей тяжести, быстро вскочил в седло и, оглядываясь на тронувшихся сзади в темноте гусар, подъехал к Денисову.
– Василий Федорович, вы мне поручите что нибудь? Пожалуйста… ради бога… – сказал он. Денисов, казалось, забыл про существование Пети. Он оглянулся на него.
– Об одном тебя пг'ошу, – сказал он строго, – слушаться меня и никуда не соваться.
Во все время переезда Денисов ни слова не говорил больше с Петей и ехал молча. Когда подъехали к опушке леса, в поле заметно уже стало светлеть. Денисов поговорил что то шепотом с эсаулом, и казаки стали проезжать мимо Пети и Денисова. Когда они все проехали, Денисов тронул свою лошадь и поехал под гору. Садясь на зады и скользя, лошади спускались с своими седоками в лощину. Петя ехал рядом с Денисовым. Дрожь во всем его теле все усиливалась. Становилось все светлее и светлее, только туман скрывал отдаленные предметы. Съехав вниз и оглянувшись назад, Денисов кивнул головой казаку, стоявшему подле него.
– Сигнал! – проговорил он.
Казак поднял руку, раздался выстрел. И в то же мгновение послышался топот впереди поскакавших лошадей, крики с разных сторон и еще выстрелы.
В то же мгновение, как раздались первые звуки топота и крика, Петя, ударив свою лошадь и выпустив поводья, не слушая Денисова, кричавшего на него, поскакал вперед. Пете показалось, что вдруг совершенно, как середь дня, ярко рассвело в ту минуту, как послышался выстрел. Он подскакал к мосту. Впереди по дороге скакали казаки. На мосту он столкнулся с отставшим казаком и поскакал дальше. Впереди какие то люди, – должно быть, это были французы, – бежали с правой стороны дороги на левую. Один упал в грязь под ногами Петиной лошади.
У одной избы столпились казаки, что то делая. Из середины толпы послышался страшный крик. Петя подскакал к этой толпе, и первое, что он увидал, было бледное, с трясущейся нижней челюстью лицо француза, державшегося за древко направленной на него пики.
– Ура!.. Ребята… наши… – прокричал Петя и, дав поводья разгорячившейся лошади, поскакал вперед по улице.
Впереди слышны были выстрелы. Казаки, гусары и русские оборванные пленные, бежавшие с обеих сторон дороги, все громко и нескладно кричали что то. Молодцеватый, без шапки, с красным нахмуренным лицом, француз в синей шинели отбивался штыком от гусаров. Когда Петя подскакал, француз уже упал. Опять опоздал, мелькнуло в голове Пети, и он поскакал туда, откуда слышались частые выстрелы. Выстрелы раздавались на дворе того барского дома, на котором он был вчера ночью с Долоховым. Французы засели там за плетнем в густом, заросшем кустами саду и стреляли по казакам, столпившимся у ворот. Подъезжая к воротам, Петя в пороховом дыму увидал Долохова с бледным, зеленоватым лицом, кричавшего что то людям. «В объезд! Пехоту подождать!» – кричал он, в то время как Петя подъехал к нему.
– Подождать?.. Ураааа!.. – закричал Петя и, не медля ни одной минуты, поскакал к тому месту, откуда слышались выстрелы и где гуще был пороховой дым. Послышался залп, провизжали пустые и во что то шлепнувшие пули. Казаки и Долохов вскакали вслед за Петей в ворота дома. Французы в колеблющемся густом дыме одни бросали оружие и выбегали из кустов навстречу казакам, другие бежали под гору к пруду. Петя скакал на своей лошади вдоль по барскому двору и, вместо того чтобы держать поводья, странно и быстро махал обеими руками и все дальше и дальше сбивался с седла на одну сторону. Лошадь, набежав на тлевший в утреннем свето костер, уперлась, и Петя тяжело упал на мокрую землю. Казаки видели, как быстро задергались его руки и ноги, несмотря на то, что голова его не шевелилась. Пуля пробила ему голову.
Переговоривши с старшим французским офицером, который вышел к нему из за дома с платком на шпаге и объявил, что они сдаются, Долохов слез с лошади и подошел к неподвижно, с раскинутыми руками, лежавшему Пете.
– Готов, – сказал он, нахмурившись, и пошел в ворота навстречу ехавшему к нему Денисову.
– Убит?! – вскрикнул Денисов, увидав еще издалека то знакомое ему, несомненно безжизненное положение, в котором лежало тело Пети.
– Готов, – повторил Долохов, как будто выговаривание этого слова доставляло ему удовольствие, и быстро пошел к пленным, которых окружили спешившиеся казаки. – Брать не будем! – крикнул он Денисову.
Денисов не отвечал; он подъехал к Пете, слез с лошади и дрожащими руками повернул к себе запачканное кровью и грязью, уже побледневшее лицо Пети.
«Я привык что нибудь сладкое. Отличный изюм, берите весь», – вспомнилось ему. И казаки с удивлением оглянулись на звуки, похожие на собачий лай, с которыми Денисов быстро отвернулся, подошел к плетню и схватился за него.
В числе отбитых Денисовым и Долоховым русских пленных был Пьер Безухов.


О той партии пленных, в которой был Пьер, во время всего своего движения от Москвы, не было от французского начальства никакого нового распоряжения. Партия эта 22 го октября находилась уже не с теми войсками и обозами, с которыми она вышла из Москвы. Половина обоза с сухарями, который шел за ними первые переходы, была отбита казаками, другая половина уехала вперед; пеших кавалеристов, которые шли впереди, не было ни одного больше; они все исчезли. Артиллерия, которая первые переходы виднелась впереди, заменилась теперь огромным обозом маршала Жюно, конвоируемого вестфальцами. Сзади пленных ехал обоз кавалерийских вещей.
От Вязьмы французские войска, прежде шедшие тремя колоннами, шли теперь одной кучей. Те признаки беспорядка, которые заметил Пьер на первом привале из Москвы, теперь дошли до последней степени.
Дорога, по которой они шли, с обеих сторон была уложена мертвыми лошадьми; оборванные люди, отсталые от разных команд, беспрестанно переменяясь, то присоединялись, то опять отставали от шедшей колонны.
Несколько раз во время похода бывали фальшивые тревоги, и солдаты конвоя поднимали ружья, стреляли и бежали стремглав, давя друг друга, но потом опять собирались и бранили друг друга за напрасный страх.
Эти три сборища, шедшие вместе, – кавалерийское депо, депо пленных и обоз Жюно, – все еще составляли что то отдельное и цельное, хотя и то, и другое, и третье быстро таяло.
В депо, в котором было сто двадцать повозок сначала, теперь оставалось не больше шестидесяти; остальные были отбиты или брошены. Из обоза Жюно тоже было оставлено и отбито несколько повозок. Три повозки были разграблены набежавшими отсталыми солдатами из корпуса Даву. Из разговоров немцев Пьер слышал, что к этому обозу ставили караул больше, чем к пленным, и что один из их товарищей, солдат немец, был расстрелян по приказанию самого маршала за то, что у солдата нашли серебряную ложку, принадлежавшую маршалу.
Больше же всего из этих трех сборищ растаяло депо пленных. Из трехсот тридцати человек, вышедших из Москвы, теперь оставалось меньше ста. Пленные еще более, чем седла кавалерийского депо и чем обоз Жюно, тяготили конвоирующих солдат. Седла и ложки Жюно, они понимали, что могли для чего нибудь пригодиться, но для чего было голодным и холодным солдатам конвоя стоять на карауле и стеречь таких же холодных и голодных русских, которые мерли и отставали дорогой, которых было велено пристреливать, – это было не только непонятно, но и противно. И конвойные, как бы боясь в том горестном положении, в котором они сами находились, не отдаться бывшему в них чувству жалости к пленным и тем ухудшить свое положение, особенно мрачно и строго обращались с ними.
В Дорогобуже, в то время как, заперев пленных в конюшню, конвойные солдаты ушли грабить свои же магазины, несколько человек пленных солдат подкопались под стену и убежали, но были захвачены французами и расстреляны.
Прежний, введенный при выходе из Москвы, порядок, чтобы пленные офицеры шли отдельно от солдат, уже давно был уничтожен; все те, которые могли идти, шли вместе, и Пьер с третьего перехода уже соединился опять с Каратаевым и лиловой кривоногой собакой, которая избрала себе хозяином Каратаева.
С Каратаевым, на третий день выхода из Москвы, сделалась та лихорадка, от которой он лежал в московском гошпитале, и по мере того как Каратаев ослабевал, Пьер отдалялся от него. Пьер не знал отчего, но, с тех пор как Каратаев стал слабеть, Пьер должен был делать усилие над собой, чтобы подойти к нему. И подходя к нему и слушая те тихие стоны, с которыми Каратаев обыкновенно на привалах ложился, и чувствуя усилившийся теперь запах, который издавал от себя Каратаев, Пьер отходил от него подальше и не думал о нем.
В плену, в балагане, Пьер узнал не умом, а всем существом своим, жизнью, что человек сотворен для счастья, что счастье в нем самом, в удовлетворении естественных человеческих потребностей, и что все несчастье происходит не от недостатка, а от излишка; но теперь, в эти последние три недели похода, он узнал еще новую, утешительную истину – он узнал, что на свете нет ничего страшного. Он узнал, что так как нет положения, в котором бы человек был счастлив и вполне свободен, так и нет положения, в котором бы он был бы несчастлив и несвободен. Он узнал, что есть граница страданий и граница свободы и что эта граница очень близка; что тот человек, который страдал оттого, что в розовой постели его завернулся один листок, точно так же страдал, как страдал он теперь, засыпая на голой, сырой земле, остужая одну сторону и пригревая другую; что, когда он, бывало, надевал свои бальные узкие башмаки, он точно так же страдал, как теперь, когда он шел уже босой совсем (обувь его давно растрепалась), ногами, покрытыми болячками. Он узнал, что, когда он, как ему казалось, по собственной своей воле женился на своей жене, он был не более свободен, чем теперь, когда его запирали на ночь в конюшню. Из всего того, что потом и он называл страданием, но которое он тогда почти не чувствовал, главное были босые, стертые, заструпелые ноги. (Лошадиное мясо было вкусно и питательно, селитренный букет пороха, употребляемого вместо соли, был даже приятен, холода большого не было, и днем на ходу всегда бывало жарко, а ночью были костры; вши, евшие тело, приятно согревали.) Одно было тяжело в первое время – это ноги.
Во второй день перехода, осмотрев у костра свои болячки, Пьер думал невозможным ступить на них; но когда все поднялись, он пошел, прихрамывая, и потом, когда разогрелся, пошел без боли, хотя к вечеру страшнее еще было смотреть на ноги. Но он не смотрел на них и думал о другом.
Теперь только Пьер понял всю силу жизненности человека и спасительную силу перемещения внимания, вложенную в человека, подобную тому спасительному клапану в паровиках, который выпускает лишний пар, как только плотность его превышает известную норму.
Он не видал и не слыхал, как пристреливали отсталых пленных, хотя более сотни из них уже погибли таким образом. Он не думал о Каратаеве, который слабел с каждым днем и, очевидно, скоро должен был подвергнуться той же участи. Еще менее Пьер думал о себе. Чем труднее становилось его положение, чем страшнее была будущность, тем независимее от того положения, в котором он находился, приходили ему радостные и успокоительные мысли, воспоминания и представления.


22 го числа, в полдень, Пьер шел в гору по грязной, скользкой дороге, глядя на свои ноги и на неровности пути. Изредка он взглядывал на знакомую толпу, окружающую его, и опять на свои ноги. И то и другое было одинаково свое и знакомое ему. Лиловый кривоногий Серый весело бежал стороной дороги, изредка, в доказательство своей ловкости и довольства, поджимая заднюю лапу и прыгая на трех и потом опять на всех четырех бросаясь с лаем на вороньев, которые сидели на падали. Серый был веселее и глаже, чем в Москве. Со всех сторон лежало мясо различных животных – от человеческого до лошадиного, в различных степенях разложения; и волков не подпускали шедшие люди, так что Серый мог наедаться сколько угодно.