Эоганан (король пиктов)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Эоганан
гэльск. Eóganan mac Óengusa
Король пиктов
836 — 839
Предшественник: Дрест IX
Преемник: Вурад
 
Смерть: 839(0839)
Отец: Энгус II

Эо́ганан, иначе Эога́н мак Э́нгус (англ. Eóganan mac Óengusa) (умер в 839) — король пиктов в 836839 годах.



Биография

Эоганан был старшим сыном короля пиктов Энгуса II и наследовал своему двоюродному брату Дресту IX в 836 году.

Предания называют Эоганана одним из правителей, встречавших святого Регула, привёзшего в Шотландию мощи святого Андрея[1]. Кроме того, о нём упоминается в «Песни скоттов», однако подробно не говорится. Известно, что Эоганан оказывал поддержку монастырям Нортумбрии; его имя содержится в монастырском перечне благодетелей, за которых следовало возносить молитвы, датируемом приблизительно 839 годом.

В 839 году Эоганан во главе войска пиктов выступил навстречу вторгшимся на территорию современной Шотландии викингам. В сражении с ними пикты потерпели сокрушительное поражение. Сам Эоганан, его младший брат Бран и многие другие знатные вожди погибли в бою[1]. Его гибель стала причиной раздоров среди пиктов и способствовала скорому установлению власти верховного короля пиктов и скоттов Кеннета МакАльпина[2].

Напишите отзыв о статье "Эоганан (король пиктов)"

Примечания

  1. 1 2 [www.allmonarchs.net/uk/other/scotland/eogan_son_of_onuist.html Эоганан на сайте «Все монархии мира»]
  2. Шотландия: автобиография (под ред. Розмари Горинг). — С.660

Отрывок, характеризующий Эоганан (король пиктов)

«Да, может быть, я и люблю бедную девушку, говорил сам себе Николай, что ж, мне пожертвовать чувством и честью для состояния? Удивляюсь, как маменька могла мне сказать это. Оттого что Соня бедна, то я и не могу любить ее, думал он, – не могу отвечать на ее верную, преданную любовь. А уж наверное с ней я буду счастливее, чем с какой нибудь куклой Жюли. Пожертвовать своим чувством я всегда могу для блага своих родных, говорил он сам себе, но приказывать своему чувству я не могу. Ежели я люблю Соню, то чувство мое сильнее и выше всего для меня».
Николай не поехал в Москву, графиня не возобновляла с ним разговора о женитьбе и с грустью, а иногда и озлоблением видела признаки всё большего и большего сближения между своим сыном и бесприданной Соней. Она упрекала себя за то, но не могла не ворчать, не придираться к Соне, часто без причины останавливая ее, называя ее «вы», и «моя милая». Более всего добрая графиня за то и сердилась на Соню, что эта бедная, черноглазая племянница была так кротка, так добра, так преданно благодарна своим благодетелям, и так верно, неизменно, с самоотвержением влюблена в Николая, что нельзя было ни в чем упрекнуть ее.
Николай доживал у родных свой срок отпуска. От жениха князя Андрея получено было 4 е письмо, из Рима, в котором он писал, что он уже давно бы был на пути в Россию, ежели бы неожиданно в теплом климате не открылась его рана, что заставляет его отложить свой отъезд до начала будущего года. Наташа была так же влюблена в своего жениха, так же успокоена этой любовью и так же восприимчива ко всем радостям жизни; но в конце четвертого месяца разлуки с ним, на нее начинали находить минуты грусти, против которой она не могла бороться. Ей жалко было самое себя, жалко было, что она так даром, ни для кого, пропадала всё это время, в продолжение которого она чувствовала себя столь способной любить и быть любимой.
В доме Ростовых было невесело.


Пришли святки, и кроме парадной обедни, кроме торжественных и скучных поздравлений соседей и дворовых, кроме на всех надетых новых платьев, не было ничего особенного, ознаменовывающего святки, а в безветренном 20 ти градусном морозе, в ярком ослепляющем солнце днем и в звездном зимнем свете ночью, чувствовалась потребность какого нибудь ознаменования этого времени.