Эскадренные миноносцы типа «Вакатакэ»

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
<tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:6px 10px; font-size: 120%; background: #A1CCE7; text-align: center;">Эскадренные миноносцы типа «Вакатакэ»</th></tr><tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:4px 10px; background: #E7F2F8; text-align: center; font-weight:normal;">若竹型駆逐艦</th></tr><tr><th colspan="2" style="text-align:center; ">
</th></tr><tr><th colspan="2" style="text-align:center; ">
Эскадренный миноносец Курэтакэ
</th></tr> <tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:6px 10px;background: #D0E5F3;">Проект</th></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8; border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Страна</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px; border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8; border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Операторы</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px; border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> </td></tr>

<tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:6px 10px;background: #D0E5F3;">Основные характеристики</th></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Водоизмещение</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 910—1100 тонн </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Длина</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 85,3 м </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Ширина</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 7,9 м </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Осадка</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 2,5 м </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Двигатели</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 2 паровые турбины, 3 котла </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Мощность</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 21500 л. с. </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Движитель</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 2 </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Скорость хода</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 35,5 узлов </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Дальность плавания</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 5600 км при ходе 15 узлов </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Экипаж</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 110 человека </td></tr> <tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:6px 10px;background: #D0E5F3;">Вооружение</th></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Артиллерия</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 3 × 120-мм/45,
2 × 7,7-мм пулемёта </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Минно-торпедное вооружение</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 4 × 533-мм ТА, мины, глубинные бомбы(при модернизации) </td></tr>

Эскадренные миноносцы типа «Вакатакэ» (яп. 若竹型駆逐艦 Вакатакэгата кутикукан?) — тип японских эскадренных миноносцев. Изначально были известны как эсминцы типа «Юри». Последние японские эсминцы II класса.





Конструкция и строительство

Заказаны в 1921 году. Как и все японские эсминцы II класса, строились в дополнение к более крупным и дорогим кораблям (в данном случае-эсминцам типа «Камикадзэ»). Конструктивно очень близки к предшествующему типу «Моми», но имели оборудование для траления мин, были несколько тяжелее и медленнее (так как силовая установка осталась прежней).

Всего в 1922—1924 годах в состав японского флота вошло восемь кораблей этого типа. Получив при выдаче заказа названия, они затем сменили их на номера (как и строившиеся в те годы эсминцы типов «Камикадзэ», «Муцуки» и «Фубуки») и только в 1928 году вновь их получили, но уже другие. Планировалось пост­роить тринадцать единиц, но в силу объективных недостатков конструкции[1],а именно плохой мореходности последние пять(«Сион», «Омодака», «Ботан», «Басё», «Надэсико») в 1922 году было решено не закладывать.

История службы

Эсминцы типа «Вакатакэ» приняли участие в боевых действиях против Китая. В 1931 году к его побережью была направлена 1-я эскадра эсмин­цев во главе с крейсером «Дзинцу». В её состав входило два ди­визиона кораблей дан­ного типа: «Вакатакэ», «Курэтакэ», «Санаэ», «Савараби» составляли 13-й, а «Асагао», «Югао», «Фуё», «Карукая» — 15-й. Они пат­рулировали прибрежные воды, прикрывали транспорты и оказывали поддержку приморс­кому флангу армии. В ходе этой кампании был потерян «Савараби», затонувший 5 декабря 1932 года в Тайваньском проливе.

В 1938 году «Вакатакэ» и «Санаэ» были модернизированы — на но­совые трубы были установлены козырьки, сняты переходные мостики над тор­педными аппаратами, а в трюмы уложен бал­ласт. Это привело к улучшению остойчивости ценой роста водоизмещения до 1113 тонн и падения ско­рости до 31 узла. В 1940 году «Югао» был переклассифицирован в патрульный корабль № 46. В ходе переоборудования на нём установили восемь 25-мм зенитных автоматов и увеличили боекомплект бомбомётов до 60 глубинных бомб, торпедные аппа­раты и одно из 120-мм орудий сняли. Из-за снятия части котлов скорость упала до 18 узлов.

К началу Второй Мировой войны эти небольшие и морально устаревшие эс­минцы считались непригодными для действий в составе флота и использовались как эскор­тные или для патрулирования у побережья Китая и Филиппин, что позволило им довольно долго избегать американских бомб и торпед.

В 1941-42 годах «Вакатакэ», «Курэтакэ», «Санаэ», «Асагао», «Фуё», «Карукая» перевооружили. На них осталось два 120-мм орудия, место орудия № 2 заняли шесть 25-мм зенитных автоматов, также были установлены 4 13-мм пулемёта. Заградительное и тральное оборудо­вание было заменено четырьмя бомбометами (48 глубинных бомб в боекомплекте). С «Асагао» был демонтирован один торпедный аппарат. На часть кораблей устанавливалась РЛС Тип 13.

Своего рода рекорд был установлен эсминцем «Карукая», который успешно сопроводил 54 конвоя.

В 1943 году американские подводные лодки стали совершать регулярные рейды к побережью Филиппин,Индонезии и Китая, в результате чего корабли этого типа начали гибнуть один за другим.

Из 8 единиц серии до конца войны дотянул только «Асагао», который получил тяжё­лые повреждения при подрыве на мине в Симоносекском проливе 22 августа 1945 года, не восстанавливался и в 1948 году был разделан на металл.

Представители серии


Название Место постройки Заложен Спущен на воду Вступил в строй Судьба
Вакатакэ (яп. 若竹 молодой бамбук?) Кобе, Япония 13 декабря 1921 года 24 июля 1921 года 30 сентября 1922 года Потоплен американской палубной авиацией 30 марта 1944 года в районе Палау
Курэтакэ (яп. 呉竹 чёрный бамбук?) Майдзуру, Япония 15 марта 1922 года 21 октября 1922 года 21 декабря 1922 года Торпедирован USS Razorback 30 декабря 1944 года в 65 милях к юго-востоку от о. Формоза
Санаэ (яп. 早苗 ростки риса, рисовые сеянцы?) Урага, Япония 5 апреля 1922 года 15 февраля 1923 года 5 ноября 1923 года Торпедирован USS Bluefish в море Сулавеси 13 ноября 1943 года
Савараби (яп. 早蕨 молодой побег папоротника?) Урага, Япония 20 ноября 1922 года 1 сентября 1923 года 24 июля 1824 года Затонул 5 декабря 1932 года во время шторма в Тайваньском проливе
Асагао (яп. 朝顔 ипомея?) Исикавадзима, Япония 14 марта 1922 года 4 ноября 1922 года 10 мая 1923 года Тяжело повреждён 22 августа 1945 года при подрыве на мине в Симоносекском проливе, не восстанавливался, разобран в 1948 году
Югао (яп. 夕顔 тыква-горлянка?) Исикавадзима, Япония 15 мая 1922 года 14 апреля 1923 года 31 мая 1924 года Торпедирован USS Greenling 10 ноября 1944 в районе Иокогамы
Фуё (яп. 芙蓉 гибискус изменчивый?) Осака, Япония 16 февраля 1922 года 23 сентября 1922 года 16 марта 1923 года Торпедирован USS Puffer 20 декабря 1943 года в Манильской бухте
Карукая (яп. 刈萱 антистирия?) Осака, Япония 16 мая 1922 года 19 марта 1923 года 20 августа 1923 года Торпедирован USS Cod 10 мая 1944 года к западу от Лусона

История названий

Императорским флотом Японии первоначально планировалось, что эсминцы типа Вакатакэ должны иметь названия, но при выдаче заказа на их постройку они получили номера из-за прогнозируемого большого количества военных кораблей на флоте согласно плану Восемь-восемь флота. Это не нравилось экипажам и было постоянным источником путаницы при связи. В августе 1928 года, имена были даны, но не те, которые были запланированы при постройке(за исключением эсминца Карукая).

Планируемое название и транслитерация Название при выдаче заказа Переименование 24 апреля 1924 Переименование 1 августа 1928
Кикё (яп. 桔梗 колокольчик крупноцветный?) Дай-Ни Кутикукан (яп. 第二駆逐艦 2-й эсминец?) Дай-Ни-Го Кутикукан (яп. 第二号駆逐艦 эсминец №.2?) Вакатакэ (яп. 若竹 молодой бамбук?)
Юри (яп. 百合 лилия?) Дай-Си Кутикукан (яп. 第四駆逐艦 4-й эсминец?) Дай-Си-Го Кутикукан (яп. 第四号駆逐艦 эсминец №.4?) Курэтакэ (яп. 呉竹 чёрный бамбук?)
Аямэ (яп. 菖蒲 ирис красный?) Дай-Року Кутикукан (яп. 第六駆逐艦 6-й эсминец?) Дай-Року-Го Кутикукан (яп. 第六号駆逐艦 эсминец №.6?) Санаэ (яп. 早苗 ростки риса?)
Кайдо (яп. 海棠 бегония?) Дай-Хати Кутикукан (яп. 第八駆逐艦 8-й эсминец?) Дай-Хати-Го Кутикукан (яп. 第八号駆逐艦 эсминец №.8?) Савараби (яп. 早蕨 молодой побег папоротника?)
Какицубата (яп. 杜若 ирис японский?) Дай-Дзю Кутикукан (яп. 第十駆逐艦 10-й эсминец?) Дай-Дзю-Го Кутикукан (яп. 第十号駆逐艦 эсминец №.10?) Асагао (яп. 朝顔 ипомея?)
Цуцудзи (яп. 躑躅 азалия?) Дай-Дзюни Кутикукан (яп. 第十二駆逐艦 12-й эсминец?) Дай-Дзюни-Го Кутикукан (яп. 第十二号駆逐艦 эсминец №.12?) Югао (яп. 夕顔 тыква-горлянка?)
Сион (яп. 紫苑 астра сибирская?) Дай-Дзюси Кутикукан (яп. 第十四駆逐艦 14-й эсминец?)
Адзисай (яп. 紫陽 гортензия?) Дай-Дзюроку-Кутикукан (яп. 第十六駆逐艦 16-й эсминец?) Дай-Дзюроку-Го Кутикукан (яп. 第十六号駆逐艦 эсминец №.16?) Фуё (яп. 芙蓉 гибискус изменчивый?)
Карукая (яп. 刈萱 антистирия?) Дай-Дзюхати Кутикукан (яп. 第十八駆逐艦 18-й эсминец?) Дай-Дзюхати-Го Кутикукан (яп. 第十八号駆逐艦 эсминец №.18?) Карукая (яп. 刈萱 антистирия?)
Омодака (яп. 沢瀉 стрелолист?) Дай-Нидзю Кутикукан (яп. 第二十駆逐艦 20-й эсминец?)
Ботан (яп. 牡丹 пион древесный?) Дай-Нидзюни Кутикукан (яп. 第二十二駆逐艦 22-й эсминец?)
Басё (яп. 芭蕉 банановое дерево?) Дай-Нидзюси Кутикукан (яп. 第二十四駆逐艦 24-й эсминец?)
Надэсико (яп. 撫子 гвоздика пышная?) Дай-Нидзюроку Кутикукан (яп. 第二十六駆逐艦 26-й эсминец?)

См. также

Напишите отзыв о статье "Эскадренные миноносцы типа «Вакатакэ»"

Примечания

  1. [navy-collection.narod.ru/esmino/1998-03/36-2001-1.htm Морская коллекция, № 1.2001]

Литература

  • [wunderwaffe.narod.ru/Magazine/BKM/Jap_DD/ Патянин С. В. Эскадренные миноносцы и миноносцы Японии 1879—1945 гг.]
  • [www.wunderwaffe.narod.ru/WeaponBook/Jap_DD_1/index.htm Ю. В. Апальков, П. П. Васильев Боевые корабли японского флота: эсминцы и миноносцы 10.1918 — 8.1945 гг.]

Отрывок, характеризующий Эскадренные миноносцы типа «Вакатакэ»

– Ты раздай им этот хлеб, ежели его довольно будет для них. Все раздай. Я тебе приказываю именем брата, и скажи им: что, что наше, то и ихнее. Мы ничего не пожалеем для них. Так ты скажи.
Дрон пристально смотрел на княжну, в то время как она говорила.
– Уволь ты меня, матушка, ради бога, вели от меня ключи принять, – сказал он. – Служил двадцать три года, худого не делал; уволь, ради бога.
Княжна Марья не понимала, чего он хотел от нее и от чего он просил уволить себя. Она отвечала ему, что она никогда не сомневалась в его преданности и что она все готова сделать для него и для мужиков.


Через час после этого Дуняша пришла к княжне с известием, что пришел Дрон и все мужики, по приказанию княжны, собрались у амбара, желая переговорить с госпожою.
– Да я никогда не звала их, – сказала княжна Марья, – я только сказала Дронушке, чтобы раздать им хлеба.
– Только ради бога, княжна матушка, прикажите их прогнать и не ходите к ним. Все обман один, – говорила Дуняша, – а Яков Алпатыч приедут, и поедем… и вы не извольте…
– Какой же обман? – удивленно спросила княжна
– Да уж я знаю, только послушайте меня, ради бога. Вот и няню хоть спросите. Говорят, не согласны уезжать по вашему приказанию.
– Ты что нибудь не то говоришь. Да я никогда не приказывала уезжать… – сказала княжна Марья. – Позови Дронушку.
Пришедший Дрон подтвердил слова Дуняши: мужики пришли по приказанию княжны.
– Да я никогда не звала их, – сказала княжна. – Ты, верно, не так передал им. Я только сказала, чтобы ты им отдал хлеб.
Дрон, не отвечая, вздохнул.
– Если прикажете, они уйдут, – сказал он.
– Нет, нет, я пойду к ним, – сказала княжна Марья
Несмотря на отговариванье Дуняши и няни, княжна Марья вышла на крыльцо. Дрон, Дуняша, няня и Михаил Иваныч шли за нею. «Они, вероятно, думают, что я предлагаю им хлеб с тем, чтобы они остались на своих местах, и сама уеду, бросив их на произвол французов, – думала княжна Марья. – Я им буду обещать месячину в подмосковной, квартиры; я уверена, что Andre еще больше бы сделав на моем месте», – думала она, подходя в сумерках к толпе, стоявшей на выгоне у амбара.
Толпа, скучиваясь, зашевелилась, и быстро снялись шляпы. Княжна Марья, опустив глаза и путаясь ногами в платье, близко подошла к ним. Столько разнообразных старых и молодых глаз было устремлено на нее и столько было разных лиц, что княжна Марья не видала ни одного лица и, чувствуя необходимость говорить вдруг со всеми, не знала, как быть. Но опять сознание того, что она – представительница отца и брата, придало ей силы, и она смело начала свою речь.
– Я очень рада, что вы пришли, – начала княжна Марья, не поднимая глаз и чувствуя, как быстро и сильно билось ее сердце. – Мне Дронушка сказал, что вас разорила война. Это наше общее горе, и я ничего не пожалею, чтобы помочь вам. Я сама еду, потому что уже опасно здесь и неприятель близко… потому что… Я вам отдаю все, мои друзья, и прошу вас взять все, весь хлеб наш, чтобы у вас не было нужды. А ежели вам сказали, что я отдаю вам хлеб с тем, чтобы вы остались здесь, то это неправда. Я, напротив, прошу вас уезжать со всем вашим имуществом в нашу подмосковную, и там я беру на себя и обещаю вам, что вы не будете нуждаться. Вам дадут и домы и хлеба. – Княжна остановилась. В толпе только слышались вздохи.
– Я не от себя делаю это, – продолжала княжна, – я это делаю именем покойного отца, который был вам хорошим барином, и за брата, и его сына.
Она опять остановилась. Никто не прерывал ее молчания.
– Горе наше общее, и будем делить всё пополам. Все, что мое, то ваше, – сказала она, оглядывая лица, стоявшие перед нею.
Все глаза смотрели на нее с одинаковым выражением, значения которого она не могла понять. Было ли это любопытство, преданность, благодарность, или испуг и недоверие, но выражение на всех лицах было одинаковое.
– Много довольны вашей милостью, только нам брать господский хлеб не приходится, – сказал голос сзади.
– Да отчего же? – сказала княжна.
Никто не ответил, и княжна Марья, оглядываясь по толпе, замечала, что теперь все глаза, с которыми она встречалась, тотчас же опускались.
– Отчего же вы не хотите? – спросила она опять.
Никто не отвечал.
Княжне Марье становилось тяжело от этого молчанья; она старалась уловить чей нибудь взгляд.
– Отчего вы не говорите? – обратилась княжна к старому старику, который, облокотившись на палку, стоял перед ней. – Скажи, ежели ты думаешь, что еще что нибудь нужно. Я все сделаю, – сказала она, уловив его взгляд. Но он, как бы рассердившись за это, опустил совсем голову и проговорил:
– Чего соглашаться то, не нужно нам хлеба.
– Что ж, нам все бросить то? Не согласны. Не согласны… Нет нашего согласия. Мы тебя жалеем, а нашего согласия нет. Поезжай сама, одна… – раздалось в толпе с разных сторон. И опять на всех лицах этой толпы показалось одно и то же выражение, и теперь это было уже наверное не выражение любопытства и благодарности, а выражение озлобленной решительности.
– Да вы не поняли, верно, – с грустной улыбкой сказала княжна Марья. – Отчего вы не хотите ехать? Я обещаю поселить вас, кормить. А здесь неприятель разорит вас…
Но голос ее заглушали голоса толпы.
– Нет нашего согласия, пускай разоряет! Не берем твоего хлеба, нет согласия нашего!
Княжна Марья старалась уловить опять чей нибудь взгляд из толпы, но ни один взгляд не был устремлен на нее; глаза, очевидно, избегали ее. Ей стало странно и неловко.
– Вишь, научила ловко, за ней в крепость иди! Дома разори да в кабалу и ступай. Как же! Я хлеб, мол, отдам! – слышались голоса в толпе.
Княжна Марья, опустив голову, вышла из круга и пошла в дом. Повторив Дрону приказание о том, чтобы завтра были лошади для отъезда, она ушла в свою комнату и осталась одна с своими мыслями.


Долго эту ночь княжна Марья сидела у открытого окна в своей комнате, прислушиваясь к звукам говора мужиков, доносившегося с деревни, но она не думала о них. Она чувствовала, что, сколько бы она ни думала о них, она не могла бы понять их. Она думала все об одном – о своем горе, которое теперь, после перерыва, произведенного заботами о настоящем, уже сделалось для нее прошедшим. Она теперь уже могла вспоминать, могла плакать и могла молиться. С заходом солнца ветер затих. Ночь была тихая и свежая. В двенадцатом часу голоса стали затихать, пропел петух, из за лип стала выходить полная луна, поднялся свежий, белый туман роса, и над деревней и над домом воцарилась тишина.
Одна за другой представлялись ей картины близкого прошедшего – болезни и последних минут отца. И с грустной радостью она теперь останавливалась на этих образах, отгоняя от себя с ужасом только одно последнее представление его смерти, которое – она чувствовала – она была не в силах созерцать даже в своем воображении в этот тихий и таинственный час ночи. И картины эти представлялись ей с такой ясностью и с такими подробностями, что они казались ей то действительностью, то прошедшим, то будущим.
То ей живо представлялась та минута, когда с ним сделался удар и его из сада в Лысых Горах волокли под руки и он бормотал что то бессильным языком, дергал седыми бровями и беспокойно и робко смотрел на нее.
«Он и тогда хотел сказать мне то, что он сказал мне в день своей смерти, – думала она. – Он всегда думал то, что он сказал мне». И вот ей со всеми подробностями вспомнилась та ночь в Лысых Горах накануне сделавшегося с ним удара, когда княжна Марья, предчувствуя беду, против его воли осталась с ним. Она не спала и ночью на цыпочках сошла вниз и, подойдя к двери в цветочную, в которой в эту ночь ночевал ее отец, прислушалась к его голосу. Он измученным, усталым голосом говорил что то с Тихоном. Ему, видно, хотелось поговорить. «И отчего он не позвал меня? Отчего он не позволил быть мне тут на месте Тихона? – думала тогда и теперь княжна Марья. – Уж он не выскажет никогда никому теперь всего того, что было в его душе. Уж никогда не вернется для него и для меня эта минута, когда бы он говорил все, что ему хотелось высказать, а я, а не Тихон, слушала бы и понимала его. Отчего я не вошла тогда в комнату? – думала она. – Может быть, он тогда же бы сказал мне то, что он сказал в день смерти. Он и тогда в разговоре с Тихоном два раза спросил про меня. Ему хотелось меня видеть, а я стояла тут, за дверью. Ему было грустно, тяжело говорить с Тихоном, который не понимал его. Помню, как он заговорил с ним про Лизу, как живую, – он забыл, что она умерла, и Тихон напомнил ему, что ее уже нет, и он закричал: „Дурак“. Ему тяжело было. Я слышала из за двери, как он, кряхтя, лег на кровать и громко прокричал: „Бог мой!Отчего я не взошла тогда? Что ж бы он сделал мне? Что бы я потеряла? А может быть, тогда же он утешился бы, он сказал бы мне это слово“. И княжна Марья вслух произнесла то ласковое слово, которое он сказал ей в день смерти. «Ду ше нь ка! – повторила княжна Марья это слово и зарыдала облегчающими душу слезами. Она видела теперь перед собою его лицо. И не то лицо, которое она знала с тех пор, как себя помнила, и которое она всегда видела издалека; а то лицо – робкое и слабое, которое она в последний день, пригибаясь к его рту, чтобы слышать то, что он говорил, в первый раз рассмотрела вблизи со всеми его морщинами и подробностями.
«Душенька», – повторила она.
«Что он думал, когда сказал это слово? Что он думает теперь? – вдруг пришел ей вопрос, и в ответ на это она увидала его перед собой с тем выражением лица, которое у него было в гробу на обвязанном белым платком лице. И тот ужас, который охватил ее тогда, когда она прикоснулась к нему и убедилась, что это не только не был он, но что то таинственное и отталкивающее, охватил ее и теперь. Она хотела думать о другом, хотела молиться и ничего не могла сделать. Она большими открытыми глазами смотрела на лунный свет и тени, всякую секунду ждала увидеть его мертвое лицо и чувствовала, что тишина, стоявшая над домом и в доме, заковывала ее.