Эстонский язык

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Эстонский язык
Самоназвание:

eesti keel

Страны:

Эстония

Регионы:

Северная Европа

Официальный статус:

Эстония
Международные организации:

Регулирующая организация:

Институт эстонского языка

Общее число говорящих:

1,1 млн чел

Классификация
Категория:

Языки Евразии

Уральская семья

Финно-угорская ветвь
Финно-волжская группа
Прибалтийско-финская подгруппа
Письменность:

латиница (эстонский алфавит)

Языковые коды
ГОСТ 7.75–97:

эст 850

ISO 639-1:

et

ISO 639-2:

est

ISO 639-3:

est

См. также: Проект:Лингвистика

Эсто́нский язы́к (самоназвание — eesti keel) — язык эстонцев, относящийся к прибалтийско-финской ветви финно-угорской семьи языков. Официальный язык Эстонии и Европейского союза. Письменность на основе латинского алфавита.

Эстонский язык является родным языком 1 миллиона человек. Из них большинство (около 900 000 человек) жители Эстонии.

Эстонский язык отличается от многих других тремя видами длин гласных: короткие гласные, длинные и сверхдлинные. Различные длины гласных дают слову разное значение.

Код языка — et или est (по ISO 639).





О названии

Название народа Aestii впервые встречается у Тацита (98 год н. э.), однако, по всей видимости, этим этнонимом обозначалось одно из балтийских племён, поскольку народ, описанный у Тацита, жил на побережье Балтийского моря к востоку от Вислы, где прибалтийско-финские племена никогда не проживали. На эстонцев это название перенесли немцы и датчане после завоевания восточной Прибалтики[1][2]. Сами эстонцы называли себя maarahvas «народ земли», а свой язык — maakeel «язык земли». Названия eestlased и eesti keel распространяются лишь со второй половины XIX века[3].

Лингвогеография

Диалекты

Эстонский язык распадается на два сильноразличающихся наречия:

Северо-Эстонское

1. Среднеэстонские диалекты
центральный
западный
островной
восточный
2. Северо-восточные диалекты
береговой
алутагузеский

Южно-Эстонское

мулькский (мульгиский)
тартуский
выруский диалект

Основой южноэстонского наречия, которое нередко считают отдельным южноэстонским языком, был древний самостоятельный прибалтийско-финский язык. Сетуский говор зачастую считают отдельным диалектом южноэстонского наречия, однако, по классификации Карла Паюсалу, Эллен Нийт и Тийта Хенносте, сетуский говор является ветвью выруского диалекта.

История

Староэстонский язык сформировался к XIIXIII веку в результате сближения двух или трёх диалектов, которые начали отделяться от прочих прибалтийско-финских диалектов в начале нашей эры. На формирование единого эстонского языка оказали влияние также германские, славянские[4] и балтийские языки.

Древнейшие известные тексты на эстонском языке датируются 1520-ми годами. Наиболее древней дошедшей до нас рукописью является «Кулламааская рукопись», которая содержит перевод на эстонский трёх католических молитв — Pater noster, Ave Maria и Credo. Создание современного литературного эстонского языка относится к XIX веку.

Письменность

Эстонский алфавит

A a B b C c D d E e F f G g H h
I i J j K k L l M m N n O o P p
Q q R r S s Š š Z z Ž ž T t U u
V v W w Õ õ Ä ä Ö ö Ü ü X x Y y

Буквы C, Q, W, X, Y используются только для написания иностранных имен собственных. Буквы F, Š, Z и Ž встречаются только в заимствованиях.

Лингвистическая характеристика

Фонетика

Гласные

В эстонском языке девять гласных звуков, большое количество дифтонгов. Отсутствуют редуцированные звуки. Гласные в эстонском языке произносятся чётче, чем в русском.
Õ [ɤ] — неогубленный гласный заднего ряда средне-верхнего подъёма. Произносится как русская /ы/ Этот гласный звук присутствует в татарском и болгарском языках. В татарском языке пишется через литеру «ы», а в болгарском языке через литеру «ъ».

Согласные

Фонетическая система характеризуется использованием твёрдых и мягких согласных звуков, неаспирированных взрывных согласных (произносимых без придыхания звуков p, t, k, в противоположность германским языкам) и возможностью сочетания твёрдых согласных с гласными переднего ряда (например, в словах tee, täht, töö, tüvi t произносится твёрдо, перед гласным i согласные смягчаются, но слабее, чем в русском языке). Согласные звуки b, g, d и заимствованный ž произносятся глухо или полузвонко.

Просодия

Слоги в эстонских словах очень редко начинаются на несколько согласных. Основное ударение почти всегда падает на первый слог. У сложных слов, а также слов с дифтонгами или долгими гласными после первого слога, присутствует и побочное ударение.

Морфонология

В литературном эстонском утрачена гармония гласных, сохранившаяся в южноэстонском языке. Согласные и гласные звуки делятся на три степени долготы (koli (краткое «о») — переезжай, kooli (средне-долгое «о») — школы (родительный падеж), kooli (долгое «о») — в школу). Произношение в большинстве случаев соответствует письму, однако письмо не отражает третью степень долготы гласных и согласных в существительных падежа sisseütlev (иллатив), а также мягкость или твёрдость согласных. Сочетание üü перед гласной произносится как üi (lüüa, müüa, püüa, süüa, lüües и т. д.).

Морфология

Эстонский язык является агглютинативным языком с элементами флексии. У имён существительных в иллативе флексия развита только при склонении их в единственном числе:

kodu — дом, jõgi — река, tuba — комната; koju (kodu) — домой, jõkke — в реку, tuppa — в комнату; kodudeSSE — в дома, jõgedeSSE — в реки, tubadeSSE — в комнаты, kodu — домашний, jõe — речной, toa — комнатный (последние являются началом для сложных слов).

Флексия (словоизменение) хорошо развилась также у существительных и прилагательных множественного числа в партитиве:

metsad — леса, kivid — камни, vanad — старые, metsi — лесов, kive — камней, vanu — старых (более архаичные формы metsaSID, kiviSID, vanaSID используются реже).

Имя существительное

Эстонский язык имеет черты, сходные со всеми угро-финскими языками. Существительное не имеет категории рода. Эстонский язык насчитывает 14 падежей, широко использующихся как в единственном, так и во множественном числе. 10 из них могут моделироваться аналитически с использованием послелогов, но обычно используется более короткий путь, то есть флексии. Падежная система строится на чередовании т. н. сильных и слабых ступеней, в результате чего слово может претерпевать довольно значительные изменения:

tuba — комната (nimetav: номинатив, именительный падеж)
toa — комнаты (omastav: генитив, родительный падеж)
tuba — комнату (osastav: партитив, частичный падеж)

Основными падежами являются генитив и партитив единственного числа, так как от них образуются все остальные падежи единственного и множественного числа. Артикли отсутствуют[5].

Имя прилагательное

Прилагательные не имеют характерного окончания. Сравнительная степень образуется при помощи специального суффикса:

magus (сладкий) — magusam (более сладкий) — magusama (более сладкого — родительный падеж)

Превосходная степень образуется как синтетически, так и аналитически:

rumal (глупый) — rumalam (более глупый) — kõige rumalam (самый глупый) или rumalaim (наиглупейший)

Местоимение

Личные местоимения имеют краткую и полную (ударную) формы:

ma (mina) — я
sa (sina) — ты
ta (tema) — он, она
me (meie) — мы
te (teie) — вы
nad (nemad) — они

Глагол

Глаголы имеют фиксированное окончание -ma. Инфинитив имеет вторую форму, заканчивающуюся на -da, -ta или . Инфинитив -ma может использоваться в 5 падежах. Образование всех глагольных форм базируется на чередовании сильной и слабой ступени. В эстонском языке глагол имеет 2 залога — личный и неопределенно-личный, которые фактически соответствуют активному и пассивному залогам в английском, французском и немецком языках. Времён насчитывается 4 — одно настоящее и три прошедших (простое, перфект и плюсквамперфект). Для выражения будущего времени используются либо форма настоящего времени, либо аналитические форма с глаголом hakkama — начинать (или saama):

ma kirjutan — я пишу или я напишу или я буду писать
ma hakkan kirjutama — я начну писать (сразу)
ma saan kirjutada — я (с)могу писать

В эстонском языке 4 наклонения, три из которых — условное, повелительное и изъявительное — имеются и в русском. Четвёртое наклонение, т. н. «косвенное», выражает маловероятность, сомнение говорящего в чём-либо:

Ta laulab hästi — он поёт хорошо (изъявительное наклонение).
Ta laulaks hästi — он пел бы хорошо (условное наклонение).
Ta laulvat hästi — он (якобы, говорят) поёт хорошо.
Ta laulgu hästi! — пусть он споёт хорошо! (повелительное наклонение).

От глагола можно образовать 4 причастия — действительное и страдательное в настоящем и прошедшем времени — и одно деепричастие:

Looma — создавать (инфинитив) (Luua — da-инфинитив).
Loov — создающий (действительное причастие настоящего времени).
Loodav — создаваемый (страдательное причастие настоящего времени).
Loonud — создававший (действительное причастие прошедшего времени).
Loodud — созданный (страдательное причастие прошедшего времени).

Luues — создав (деепричастие)

Основные способы словообразования

Основными способами словообразования являются суффиксальный способ (madal — низкий, низменный, madalik — низменность) и основосложение (loodus — природа, õpetus — учение, loodusõpetus — естествознание).

Синтаксис

Порядок слов в эстонском языке относительно свободный, в сравнении, например, с английским или французским языками. Основная схема простого предложения: подлежащее-сказуемое-дополнение. В зависимости от логического ударения и эмоциональности высказывания порядок слов может меняться. Если предложение начинается со второстепенного члена, то сказуемое ставится перед подлежащим. Ma käisin eile kinos — я ходил вчера в кино. Eile käisin ma kinos — вчера ходил я в кино.

Лексика

Большинство эстонских слов имеют финно-угорское происхождение. Значительны также заимствования из индоевропейских языков разных эпох[6]. Имеются пласты заимствований из индоевропейского праязыка. Заимствования из древнерусского языка проникали в эстонские говоры в VI—ХIII веках. Затем в язык проникали слова из германских (в основном из нижненемецкого) и балтийских языков. Встречаются довольно многочисленные русизмы более поздней эпохи[7], заимствования из финского языка, а также англицизмы (в основном неологизмы конца XX — начала XXI века) и международная лексика.

  • В эстонском, как и в остальных языках финно-угорской семьи, сохранилась часть древнейших слов общеуральского происхождения. Корни этих слов являются общими как для финно-угорских, так и для самодийских языков. Это, прежде всего, слова, связанные с окружающей средой, с человеком и его телом, вопросительные слова и слова, означающие родственные связи. Примеры: ala — местность, elama — жить, ema — мать, isa — отец, jõgi — река, kaks — два, kala — рыба, keel — язык, kuusk — ель, luu — кость, minema — идти, minia — невестка, muna — яйцо, pea — голова, puu — дерево, silm — глаз, vesi — вода.
  • Часть слов имеет общефинно-угорское происхождение. Примеры: andma — дать, hiir — мышь, jooma — пить, jää — лёд, kivi — камень, kodu — дом, kolm — три, käsi — рука, lähen — иду, neli — четыре, olema — быть, pii — зубец (изначально — зуб), pilv — облако, туча, sööma — есть (кушать), sügis — осень, sülg — слюна, talv — зима, täi — вошь, uus — новый, veri — кровь, öö — ночь, üks — один.
  • Слова финно-пермского характера. Примеры: alus — основа, kaas — крышка, külm — холод(ный), paras — подходящий, хороший , pedajas — сосна, seitse — семь.
  • Слова финно-волжского характера. Примеры: ihuma — вострить, точить, järv — озеро, kaheksa — восемь, kärbes — муха, püsima — держаться, сохраниться, üheksa — девять.
  • Слова прибалтийско-финского характера. Примеры: abi — помощь, asuma — находиться, eile — вчера, habe — борода, higi — пот, homme — завтра, ida — восток, laul — песня, madal — низкий, rohi — трава, talu — хутор, усадьба.
  • К заимствованиям древнерусской эпохи относятся: sirp — серп, turg — рынок, raamat — книга[6].
  • Заимствования из германских языков часто встречаются в профессиональной лексике, в лексике, связанной со строительством, хозяйством, мореплаванием, судоходством, религией. Примеры: amet — профессия, arst — врач, eesel — осёл, hoov — двор, ingel — ангел, kaal — вес, kahvel — вилка, kajut — каюта, kast — ящик, kirik — церковь, klaas — стекло, стакан, kohver — чемодан, kuur — сарай, köök — кухня, redel — лестница, tapeet — обои, trepp — лестница, üürima — снимать (квартиру, дом).
  • Заимствования из балтийских языков. Примеры: angerjas — угорь, haljas — зелёный, hernes — горох, hõim — племя, lõhe — лосось, mõrsja — невеста, naba — пуп(ок), tava — обычай, tuhat — тысяча, vähk — рак.
  • Заимствования из русского языка проникают в эстонский преимущественно в XIX—XX веках. Это преимущественно названия мер измерения, денежных единиц, одежды, посуды, а также лексика, связанная с транспортом и военным делом: arssin «аршин», puud «пуд», rubla «рубль», pliin «блин», präänik «пряник», kissell «кисель», pintsak «пиджак», lootsik «лодка», vaksal «вокзал», polk «полк», rood «рота»[8].
    • Много русизмов, не вошедших в литературный язык, можно найти в приграничных с Россией эстонских говорах: эст. диал. kartohk < рус. картошка при эст. лит. kartul; эст. диал. kvass < рус. квас при эст. лит. kali[9].

Напишите отзыв о статье "Эстонский язык"

Примечания

  1. Дини П. Балтийские языки. — М.: ОГИ, 2002. — С. 56—60. — ISBN 5-94282-046-5.
  2. Напольских В. В. Введение в историческую уралистику. — Ижевск: УИИЯЛ УрО РАН, 1997. — С. 22. — ISBN 5-7691-0671-9.
  3. Эстонский язык // Языки мира. Уральские языки. — М.: Наука, 1993. — С. 115. — ISBN 5-02-011069-8.
  4. [gigabaza.ru/doc/40750-p2.html Книги «Русские в Эстонии»]
  5. [terijoki.spb.ru/history/templ.php?page=estfeat Terijoki — Основные характерные особенности эстонского языка]
  6. 1 2 [estboy-estonian.blogspot.com/2010/10/2.html Эстонский язык : словарный состав Часть 2 — Эстонский язык и Эстония- интересно и познавательно]
  7. [www.museum.sch1636.edusite.ru/p33aa1.html Русизмы]
  8. Эстонский язык // Языки мира. Уральские языки. — М.: Наука, 1993. — С. 131. — ISBN 5-02-011069-8.
  9. journals.kantiana.ru/upload/iblock/47c/%D0%9D%D1%8B%D0%BB%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%B4%2054-56.pdf

Ссылки

«Википедия» содержит раздел
на эстонском языке
«Esileht»

В Викисловаре список слов эстонского языка содержится в категории «Эстонский язык»
  • [slovar.vrukah.info/ Русско-эстонский, эстоно-английский онлайн-словари. Грамматика. Число прописью. Разговорник]  (рус.)  (эст.)
  • Пялль Э. Н. [in-yaz-book.narod.ru/razg/est-razg.html Краткий русско-эстонский разговорник]. ― М., 1940.
  • [www.dictionary.ee/ru/ Sõnastik] — Эстонско-англо-русский словарь  (эст.)  (англ.)  (рус.)
  • [transer.org/index/perevodchik_s_ehstonskogo_na_russkij_jazyk/0-39 Transёr — онлайн-переводчик с эстонского на русский и с русского на эстонский, плюс виртуальная клавиатура]
  • [www.defakt.com Онлайн-переводчик и словарь фраз и предложений с эстонского на русский.]
  • [vene-eesti.ase.ee Русско-эстонский / Эстонско-русский интернет-словарь]
  • [www.panglosskool.eu/index.php?id=16 «Eesti keel ja meel/Эстония: язык и культура»] Онлайновый аудиовизуальный компьютерный курс эстонского языка для русскоязычных. ISBN 978-9985-809-95-2
  • [www.diktionary.org Эстонско-русский словарь]
  • [rus.postimees.ee/?id=160927 Французский историк: Эстонцы осознают себя нацией посредством языка] — Постимеэс, 7 сентября 2009 года
  • [www.eki.ee/dict/evs/ Русско-эстонский/Эстонско-русский словарь]
  • [opentran.net/estonian Эстонский онлайн-переводчик]

Литература

Отрывок, характеризующий Эстонский язык

– Всё такой же, – отвечала Анна Михайловна, – любезен, рассыпается. Les grandeurs ne lui ont pas touriene la tete du tout. [Высокое положение не вскружило ему головы нисколько.] «Я жалею, что слишком мало могу вам сделать, милая княгиня, – он мне говорит, – приказывайте». Нет, он славный человек и родной прекрасный. Но ты знаешь, Nathalieie, мою любовь к сыну. Я не знаю, чего я не сделала бы для его счастья. А обстоятельства мои до того дурны, – продолжала Анна Михайловна с грустью и понижая голос, – до того дурны, что я теперь в самом ужасном положении. Мой несчастный процесс съедает всё, что я имею, и не подвигается. У меня нет, можешь себе представить, a la lettre [буквально] нет гривенника денег, и я не знаю, на что обмундировать Бориса. – Она вынула платок и заплакала. – Мне нужно пятьсот рублей, а у меня одна двадцатипятирублевая бумажка. Я в таком положении… Одна моя надежда теперь на графа Кирилла Владимировича Безухова. Ежели он не захочет поддержать своего крестника, – ведь он крестил Борю, – и назначить ему что нибудь на содержание, то все мои хлопоты пропадут: мне не на что будет обмундировать его.
Графиня прослезилась и молча соображала что то.
– Часто думаю, может, это и грех, – сказала княгиня, – а часто думаю: вот граф Кирилл Владимирович Безухой живет один… это огромное состояние… и для чего живет? Ему жизнь в тягость, а Боре только начинать жить.
– Он, верно, оставит что нибудь Борису, – сказала графиня.
– Бог знает, chere amie! [милый друг!] Эти богачи и вельможи такие эгоисты. Но я всё таки поеду сейчас к нему с Борисом и прямо скажу, в чем дело. Пускай обо мне думают, что хотят, мне, право, всё равно, когда судьба сына зависит от этого. – Княгиня поднялась. – Теперь два часа, а в четыре часа вы обедаете. Я успею съездить.
И с приемами петербургской деловой барыни, умеющей пользоваться временем, Анна Михайловна послала за сыном и вместе с ним вышла в переднюю.
– Прощай, душа моя, – сказала она графине, которая провожала ее до двери, – пожелай мне успеха, – прибавила она шопотом от сына.
– Вы к графу Кириллу Владимировичу, ma chere? – сказал граф из столовой, выходя тоже в переднюю. – Коли ему лучше, зовите Пьера ко мне обедать. Ведь он у меня бывал, с детьми танцовал. Зовите непременно, ma chere. Ну, посмотрим, как то отличится нынче Тарас. Говорит, что у графа Орлова такого обеда не бывало, какой у нас будет.


– Mon cher Boris, [Дорогой Борис,] – сказала княгиня Анна Михайловна сыну, когда карета графини Ростовой, в которой они сидели, проехала по устланной соломой улице и въехала на широкий двор графа Кирилла Владимировича Безухого. – Mon cher Boris, – сказала мать, выпрастывая руку из под старого салопа и робким и ласковым движением кладя ее на руку сына, – будь ласков, будь внимателен. Граф Кирилл Владимирович всё таки тебе крестный отец, и от него зависит твоя будущая судьба. Помни это, mon cher, будь мил, как ты умеешь быть…
– Ежели бы я знал, что из этого выйдет что нибудь, кроме унижения… – отвечал сын холодно. – Но я обещал вам и делаю это для вас.
Несмотря на то, что чья то карета стояла у подъезда, швейцар, оглядев мать с сыном (которые, не приказывая докладывать о себе, прямо вошли в стеклянные сени между двумя рядами статуй в нишах), значительно посмотрев на старенький салоп, спросил, кого им угодно, княжен или графа, и, узнав, что графа, сказал, что их сиятельству нынче хуже и их сиятельство никого не принимают.
– Мы можем уехать, – сказал сын по французски.
– Mon ami! [Друг мой!] – сказала мать умоляющим голосом, опять дотрогиваясь до руки сына, как будто это прикосновение могло успокоивать или возбуждать его.
Борис замолчал и, не снимая шинели, вопросительно смотрел на мать.
– Голубчик, – нежным голоском сказала Анна Михайловна, обращаясь к швейцару, – я знаю, что граф Кирилл Владимирович очень болен… я затем и приехала… я родственница… Я не буду беспокоить, голубчик… А мне бы только надо увидать князя Василия Сергеевича: ведь он здесь стоит. Доложи, пожалуйста.
Швейцар угрюмо дернул снурок наверх и отвернулся.
– Княгиня Друбецкая к князю Василию Сергеевичу, – крикнул он сбежавшему сверху и из под выступа лестницы выглядывавшему официанту в чулках, башмаках и фраке.
Мать расправила складки своего крашеного шелкового платья, посмотрелась в цельное венецианское зеркало в стене и бодро в своих стоптанных башмаках пошла вверх по ковру лестницы.
– Mon cher, voue m'avez promis, [Мой друг, ты мне обещал,] – обратилась она опять к Сыну, прикосновением руки возбуждая его.
Сын, опустив глаза, спокойно шел за нею.
Они вошли в залу, из которой одна дверь вела в покои, отведенные князю Василью.
В то время как мать с сыном, выйдя на середину комнаты, намеревались спросить дорогу у вскочившего при их входе старого официанта, у одной из дверей повернулась бронзовая ручка и князь Василий в бархатной шубке, с одною звездой, по домашнему, вышел, провожая красивого черноволосого мужчину. Мужчина этот был знаменитый петербургский доктор Lorrain.
– C'est donc positif? [Итак, это верно?] – говорил князь.
– Mon prince, «errare humanum est», mais… [Князь, человеку ошибаться свойственно.] – отвечал доктор, грассируя и произнося латинские слова французским выговором.
– C'est bien, c'est bien… [Хорошо, хорошо…]
Заметив Анну Михайловну с сыном, князь Василий поклоном отпустил доктора и молча, но с вопросительным видом, подошел к ним. Сын заметил, как вдруг глубокая горесть выразилась в глазах его матери, и слегка улыбнулся.
– Да, в каких грустных обстоятельствах пришлось нам видеться, князь… Ну, что наш дорогой больной? – сказала она, как будто не замечая холодного, оскорбительного, устремленного на нее взгляда.
Князь Василий вопросительно, до недоумения, посмотрел на нее, потом на Бориса. Борис учтиво поклонился. Князь Василий, не отвечая на поклон, отвернулся к Анне Михайловне и на ее вопрос отвечал движением головы и губ, которое означало самую плохую надежду для больного.
– Неужели? – воскликнула Анна Михайловна. – Ах, это ужасно! Страшно подумать… Это мой сын, – прибавила она, указывая на Бориса. – Он сам хотел благодарить вас.
Борис еще раз учтиво поклонился.
– Верьте, князь, что сердце матери никогда не забудет того, что вы сделали для нас.
– Я рад, что мог сделать вам приятное, любезная моя Анна Михайловна, – сказал князь Василий, оправляя жабо и в жесте и голосе проявляя здесь, в Москве, перед покровительствуемою Анною Михайловной еще гораздо большую важность, чем в Петербурге, на вечере у Annette Шерер.
– Старайтесь служить хорошо и быть достойным, – прибавил он, строго обращаясь к Борису. – Я рад… Вы здесь в отпуску? – продиктовал он своим бесстрастным тоном.
– Жду приказа, ваше сиятельство, чтоб отправиться по новому назначению, – отвечал Борис, не выказывая ни досады за резкий тон князя, ни желания вступить в разговор, но так спокойно и почтительно, что князь пристально поглядел на него.
– Вы живете с матушкой?
– Я живу у графини Ростовой, – сказал Борис, опять прибавив: – ваше сиятельство.
– Это тот Илья Ростов, который женился на Nathalie Шиншиной, – сказала Анна Михайловна.
– Знаю, знаю, – сказал князь Василий своим монотонным голосом. – Je n'ai jamais pu concevoir, comment Nathalieie s'est decidee a epouser cet ours mal – leche l Un personnage completement stupide et ridicule.Et joueur a ce qu'on dit. [Я никогда не мог понять, как Натали решилась выйти замуж за этого грязного медведя. Совершенно глупая и смешная особа. К тому же игрок, говорят.]
– Mais tres brave homme, mon prince, [Но добрый человек, князь,] – заметила Анна Михайловна, трогательно улыбаясь, как будто и она знала, что граф Ростов заслуживал такого мнения, но просила пожалеть бедного старика. – Что говорят доктора? – спросила княгиня, помолчав немного и опять выражая большую печаль на своем исплаканном лице.
– Мало надежды, – сказал князь.
– А мне так хотелось еще раз поблагодарить дядю за все его благодеяния и мне и Боре. C'est son filleuil, [Это его крестник,] – прибавила она таким тоном, как будто это известие должно было крайне обрадовать князя Василия.
Князь Василий задумался и поморщился. Анна Михайловна поняла, что он боялся найти в ней соперницу по завещанию графа Безухого. Она поспешила успокоить его.
– Ежели бы не моя истинная любовь и преданность дяде, – сказала она, с особенною уверенностию и небрежностию выговаривая это слово: – я знаю его характер, благородный, прямой, но ведь одни княжны при нем…Они еще молоды… – Она наклонила голову и прибавила шопотом: – исполнил ли он последний долг, князь? Как драгоценны эти последние минуты! Ведь хуже быть не может; его необходимо приготовить ежели он так плох. Мы, женщины, князь, – она нежно улыбнулась, – всегда знаем, как говорить эти вещи. Необходимо видеть его. Как бы тяжело это ни было для меня, но я привыкла уже страдать.
Князь, видимо, понял, и понял, как и на вечере у Annette Шерер, что от Анны Михайловны трудно отделаться.
– Не было бы тяжело ему это свидание, chere Анна Михайловна, – сказал он. – Подождем до вечера, доктора обещали кризис.
– Но нельзя ждать, князь, в эти минуты. Pensez, il у va du salut de son ame… Ah! c'est terrible, les devoirs d'un chretien… [Подумайте, дело идет о спасения его души! Ах! это ужасно, долг христианина…]
Из внутренних комнат отворилась дверь, и вошла одна из княжен племянниц графа, с угрюмым и холодным лицом и поразительно несоразмерною по ногам длинною талией.
Князь Василий обернулся к ней.
– Ну, что он?
– Всё то же. И как вы хотите, этот шум… – сказала княжна, оглядывая Анну Михайловну, как незнакомую.
– Ah, chere, je ne vous reconnaissais pas, [Ах, милая, я не узнала вас,] – с счастливою улыбкой сказала Анна Михайловна, легкою иноходью подходя к племяннице графа. – Je viens d'arriver et je suis a vous pour vous aider a soigner mon oncle . J`imagine, combien vous avez souffert, [Я приехала помогать вам ходить за дядюшкой. Воображаю, как вы настрадались,] – прибавила она, с участием закатывая глаза.
Княжна ничего не ответила, даже не улыбнулась и тотчас же вышла. Анна Михайловна сняла перчатки и в завоеванной позиции расположилась на кресле, пригласив князя Василья сесть подле себя.
– Борис! – сказала она сыну и улыбнулась, – я пройду к графу, к дяде, а ты поди к Пьеру, mon ami, покаместь, да не забудь передать ему приглашение от Ростовых. Они зовут его обедать. Я думаю, он не поедет? – обратилась она к князю.
– Напротив, – сказал князь, видимо сделавшийся не в духе. – Je serais tres content si vous me debarrassez de ce jeune homme… [Я был бы очень рад, если бы вы меня избавили от этого молодого человека…] Сидит тут. Граф ни разу не спросил про него.
Он пожал плечами. Официант повел молодого человека вниз и вверх по другой лестнице к Петру Кирилловичу.


Пьер так и не успел выбрать себе карьеры в Петербурге и, действительно, был выслан в Москву за буйство. История, которую рассказывали у графа Ростова, была справедлива. Пьер участвовал в связываньи квартального с медведем. Он приехал несколько дней тому назад и остановился, как всегда, в доме своего отца. Хотя он и предполагал, что история его уже известна в Москве, и что дамы, окружающие его отца, всегда недоброжелательные к нему, воспользуются этим случаем, чтобы раздражить графа, он всё таки в день приезда пошел на половину отца. Войдя в гостиную, обычное местопребывание княжен, он поздоровался с дамами, сидевшими за пяльцами и за книгой, которую вслух читала одна из них. Их было три. Старшая, чистоплотная, с длинною талией, строгая девица, та самая, которая выходила к Анне Михайловне, читала; младшие, обе румяные и хорошенькие, отличавшиеся друг от друга только тем, что у одной была родинка над губой, очень красившая ее, шили в пяльцах. Пьер был встречен как мертвец или зачумленный. Старшая княжна прервала чтение и молча посмотрела на него испуганными глазами; младшая, без родинки, приняла точно такое же выражение; самая меньшая, с родинкой, веселого и смешливого характера, нагнулась к пяльцам, чтобы скрыть улыбку, вызванную, вероятно, предстоящею сценой, забавность которой она предвидела. Она притянула вниз шерстинку и нагнулась, будто разбирая узоры и едва удерживаясь от смеха.
– Bonjour, ma cousine, – сказал Пьер. – Vous ne me гесоnnaissez pas? [Здравствуйте, кузина. Вы меня не узнаете?]
– Я слишком хорошо вас узнаю, слишком хорошо.
– Как здоровье графа? Могу я видеть его? – спросил Пьер неловко, как всегда, но не смущаясь.
– Граф страдает и физически и нравственно, и, кажется, вы позаботились о том, чтобы причинить ему побольше нравственных страданий.
– Могу я видеть графа? – повторил Пьер.
– Гм!.. Ежели вы хотите убить его, совсем убить, то можете видеть. Ольга, поди посмотри, готов ли бульон для дяденьки, скоро время, – прибавила она, показывая этим Пьеру, что они заняты и заняты успокоиваньем его отца, тогда как он, очевидно, занят только расстроиванием.
Ольга вышла. Пьер постоял, посмотрел на сестер и, поклонившись, сказал:
– Так я пойду к себе. Когда можно будет, вы мне скажите.
Он вышел, и звонкий, но негромкий смех сестры с родинкой послышался за ним.
На другой день приехал князь Василий и поместился в доме графа. Он призвал к себе Пьера и сказал ему:
– Mon cher, si vous vous conduisez ici, comme a Petersbourg, vous finirez tres mal; c'est tout ce que je vous dis. [Мой милый, если вы будете вести себя здесь, как в Петербурге, вы кончите очень дурно; больше мне нечего вам сказать.] Граф очень, очень болен: тебе совсем не надо его видеть.
С тех пор Пьера не тревожили, и он целый день проводил один наверху, в своей комнате.
В то время как Борис вошел к нему, Пьер ходил по своей комнате, изредка останавливаясь в углах, делая угрожающие жесты к стене, как будто пронзая невидимого врага шпагой, и строго взглядывая сверх очков и затем вновь начиная свою прогулку, проговаривая неясные слова, пожимая плечами и разводя руками.
– L'Angleterre a vecu, [Англии конец,] – проговорил он, нахмуриваясь и указывая на кого то пальцем. – M. Pitt comme traitre a la nation et au droit des gens est condamiene a… [Питт, как изменник нации и народному праву, приговаривается к…] – Он не успел договорить приговора Питту, воображая себя в эту минуту самим Наполеоном и вместе с своим героем уже совершив опасный переезд через Па де Кале и завоевав Лондон, – как увидал входившего к нему молодого, стройного и красивого офицера. Он остановился. Пьер оставил Бориса четырнадцатилетним мальчиком и решительно не помнил его; но, несмотря на то, с свойственною ему быстрою и радушною манерой взял его за руку и дружелюбно улыбнулся.
– Вы меня помните? – спокойно, с приятной улыбкой сказал Борис. – Я с матушкой приехал к графу, но он, кажется, не совсем здоров.
– Да, кажется, нездоров. Его всё тревожат, – отвечал Пьер, стараясь вспомнить, кто этот молодой человек.
Борис чувствовал, что Пьер не узнает его, но не считал нужным называть себя и, не испытывая ни малейшего смущения, смотрел ему прямо в глаза.
– Граф Ростов просил вас нынче приехать к нему обедать, – сказал он после довольно долгого и неловкого для Пьера молчания.
– А! Граф Ростов! – радостно заговорил Пьер. – Так вы его сын, Илья. Я, можете себе представить, в первую минуту не узнал вас. Помните, как мы на Воробьевы горы ездили c m me Jacquot… [мадам Жако…] давно.
– Вы ошибаетесь, – неторопливо, с смелою и несколько насмешливою улыбкой проговорил Борис. – Я Борис, сын княгини Анны Михайловны Друбецкой. Ростова отца зовут Ильей, а сына – Николаем. И я m me Jacquot никакой не знал.
Пьер замахал руками и головой, как будто комары или пчелы напали на него.
– Ах, ну что это! я всё спутал. В Москве столько родных! Вы Борис…да. Ну вот мы с вами и договорились. Ну, что вы думаете о булонской экспедиции? Ведь англичанам плохо придется, ежели только Наполеон переправится через канал? Я думаю, что экспедиция очень возможна. Вилльнев бы не оплошал!
Борис ничего не знал о булонской экспедиции, он не читал газет и о Вилльневе в первый раз слышал.
– Мы здесь в Москве больше заняты обедами и сплетнями, чем политикой, – сказал он своим спокойным, насмешливым тоном. – Я ничего про это не знаю и не думаю. Москва занята сплетнями больше всего, – продолжал он. – Теперь говорят про вас и про графа.
Пьер улыбнулся своей доброю улыбкой, как будто боясь за своего собеседника, как бы он не сказал чего нибудь такого, в чем стал бы раскаиваться. Но Борис говорил отчетливо, ясно и сухо, прямо глядя в глаза Пьеру.
– Москве больше делать нечего, как сплетничать, – продолжал он. – Все заняты тем, кому оставит граф свое состояние, хотя, может быть, он переживет всех нас, чего я от души желаю…
– Да, это всё очень тяжело, – подхватил Пьер, – очень тяжело. – Пьер всё боялся, что этот офицер нечаянно вдастся в неловкий для самого себя разговор.
– А вам должно казаться, – говорил Борис, слегка краснея, но не изменяя голоса и позы, – вам должно казаться, что все заняты только тем, чтобы получить что нибудь от богача.
«Так и есть», подумал Пьер.
– А я именно хочу сказать вам, чтоб избежать недоразумений, что вы очень ошибетесь, ежели причтете меня и мою мать к числу этих людей. Мы очень бедны, но я, по крайней мере, за себя говорю: именно потому, что отец ваш богат, я не считаю себя его родственником, и ни я, ни мать никогда ничего не будем просить и не примем от него.